Жанр: Любовные романы
Герой ее романа
... разрешения,
прежде чем делать тебя прототипом
моего героя. Понимаю, что мне нужно было признаться во всем при первой нашей
встрече. И все-таки я надеюсь, что
настанет день, когда ты меня простишь!
За своим саквояжем я пришлю, когда устроюсь где-нибудь.
Да благословит тебя господь!
Сердце мое навсегда осталось с тобой.
Клэр".
Том с трудом проглотил ком в горле, глаза у него защипало, голова стала
тяжелой. Он прижал руку ко лбу, словно это
могло унять боль.
"Она бросила меня! Я причинил ей боль, я разоблачил ее, унизил ее любовь, и
она оставила меня! В сущности, я сам ее
выгнал..."
- О, Клэр! - прошептал Том, а потом резко сжал зубы: он испугался, что с его
губ сорвется рыдание.
Том не знал, как долго он простоял, уставившись на прощальное письмо Клэр
ничего не видящим взглядом. Ему
показалось, что несколько часов. Как бы то ни было, из транса его вывел звонок у
парадной двери.
"Клэр! - подумал он. Сердце его на мгновение воспарило в небеса, но тут же
снова рухнуло на землю. - Не может быть.
Это не Клэр. Она не стала бы звонить в дверь. Если только... не оставила свой
ключ!"
Эта мысль приободрила его. Том выскочил из комнаты, сбежал вниз по лестнице
и, оттолкнув Скраггса, бросился к двери.
Распахнув ее рывком, он увидел высокого усатого джентльмена, стоящего на
крыльце. Джентльмен маслено улыбнулся, и
Тому показалось, что ему в самое сердце вонзили нож.
- Вот мы и встретились снова, мистер Партингтон!
Тому пару раз доводилось видеть цвет собственных эмоций. Один раз это
случилось во время войны. В разгар одной
битвы он видел весь мир словно сквозь оранжевый туман. Второй - когда за ним
гналась толпа разъяренных шайеннов.
Тогда Том видел окружающий мир в оттенках алого.
Сейчас, когда он смотрел на усатого господина, весь мир внезапно приобрел
красный оттенок.
Том схватил мужчину за горло и принялся трясти как грушу. Масленая улыбочка
соскользнула с лица нежданного гостя,
рот раскрылся, и губы сами собой сложились в испуганное "о".
- Где она? - кричал Том. - Где она, чтоб ты провалился! Что ты сделал с Клэр,
мерзавец?!
Чтобы оттащить Тома от Клода Монтегю, потребовались общие усилия Скраггса,
Джедидайи Сильвера и до смерти
перепуганного Сильвестра Аддисона-Аддисона. Иначе Том задушил бы его прямо на
парадном крыльце усадьбы
Партингтонов.
- Говорю же вам, я - отец Клэр!
Клод сделал еще один глоток бренди и осторожно помассировал кадык, словно не
был уверен, что Том не раздавил его
окончательно.
Том обеими руками взъерошил свою шевелюру. Он отправил Джедидайю с
Сильвестром в гостиную, а сам провел Клода
в библиотеку. Ему не нужны были зрители при расспросах этого скользкого типа,
который, как подозревал Том, был повинен
во всех бедах Клэр.
Том думал, что они были любовниками, и это, естественно, не доставляло ему
особой радости. Но отец?! Боже
милостивый!
- Почему она мне не сказала? - удрученно вопрошал Том.
И было чему удручаться. Он чувствовал себя совершенно подавленным.
Лишившись былого апломба, Клод сделал еще один глоток бренди и буркнул:
- Да потому, что ненавидит меня!
- Что?!
Том перестал расхаживать из угла в угол и вытаращился на Клода. Он
представить себе не мог, чтобы Клэр кого-то
ненавидела, а уж тем более - собственного отца! Даже если он - такой
изворотливый пройдоха.
Между тем хитрый Клод быстро понял, что подобное признание дискредитирует его
в глазах Тома, и поспешил
поправиться:
- Точнее будет сказать, что у нее связаны со мной грустные воспоминания. Дело
в том, что наша семейная жизнь пошла
под откос, еще когда Клэр была совсем малышкой. Видите ли, мы... переживали
трудные времена. И я боюсь, в этом Клэр
винит меня.
Он театральным жестом прижал пухлую руку к груди и потупил взор.
Том вспомнил, как выпивал с Клодом Монтегю в салуне. У этого плута в запасе
имелся нескончаемый поток смешных и
трагических историй на все случаи жизни. Но Том и тогда ему не слишком доверял,
а сейчас - еще меньше.
- Однако вы сказали, что она вас ненавидит. Почему? Никогда не поверю, Что
Клэр ненавидит вас из-за того, что вы
переживали тяжелые времена. Клэр не из тех, кто может питать к кому-то
беспричинную ненависть.
Клод снова потер свой кадык, лицо его приняло меланхолическое выражение.
- Сожалею, но должен сказать, что Клэр всегда считала себя выше своего
окружения. Боюсь, это ее самый большой
недостаток, мистер Партингтон. Видите ли, во время войны и после нам пришлось
туго. Мать Клэр, которая была мне так
дорога, умерла, и на мои плечи легли обязанности, превышающие мои возможности.
Наблюдая за ним уголком глаза, Том поинтересовался:
- И что же это были за обязанности, мистер Монтегю?
- Воспитание детей! - напыщенно произнес Клод. - Я остался один с сыном и
дочерью на руках. Несколько лет мы
скитались по дорогам, мистер Партингтон. Это была опасная жизнь, но только такую
я мог обеспечить своим детям.
Преодолев желание снова наброситься на Клода, Том резко спросил:
- Уточните: как это - скитались по дорогам?
- То есть мы нигде не оседали надолго. Мы вели цыганскую жизнь.
- Чем вы занимались, черт вас дери?!
Клод, не слишком храбрый по природе, сдавленно пискнул и вдавился в диванные
подушки. Однако, движимый страхом,
довольно быстро ответил:
- Мы переезжали с места на место в фургоне и торговали лекарственными
снадобьями.
У Тома глаза полезли на лоб.
- Так, значит, вы шарлатан?
- Я предпочел бы называться лекарем-самоучкой, - вкрадчиво уточнил Клод.
- Какой из вас лекарь?! - возмутился Том. Он вспомнил, что ему приходилось
несколько раз сталкиваться с
мошенниками, торговавшими лекарственными снадобьями, и это всегда кончалось
дурно. - Вы вытягивали у людей
заработанные честным трудом денежки, продавая им ни на что не годные средства! И
это вы называете лечением?
- Я был очень неплохим лекарем, - заявил Клод с обидой.
Том сжал кулаки и спрятал руки за спину, поскольку они сами собой тянулись к
горлу Клода. Он видел результаты такого
"лечения" своими глазами. Клод Монтегю и ему подобные обманщики продавали
легковерным, иногда серьезно больным
поселенцам спиртовые настойки, куда кроме спирта добавляли мяту или яд гремучей
змеи. Он собственноручно помогал
хоронить не одну жертву такого "лечения" и глубоко презирал Клода Монтегю и ему
подобных шарлатанов.
Постепенно у него в голове стала складываться ужасная картина.
- Я полагаю, и детей вы использовали в своих деяниях?
- Каких еще деяниях?
- Вы, очевидно, одевали их в лохмотья, заставляли притворяться больными и
делать вид, что они с вами незнакомы.
Потом, когда вы потчевали их своими так называемыми "панацеями от всех
болезней", им становилось лучше на глазах у
изумленных зрителей, которые тут же начинали покупать у вас лекарства. Именно
такую жизнь вы обеспечили своим детям,
мистер Монтегю?
Похоже, Клод не доверял спокойному, сдержанному тону Тома. Он опять вжался в
диванные подушки, отодвинувшись от
хозяина дома, словно намеревался оказаться как можно ближе к двери на случай,
если Том вдруг набросится на него.
- От Клэр в таком представлении всегда было мало проку. Вот когда она
подросла, из нее можно стало извлекать пользу,
хотя все равно назвать ее послушной дочерью было нельзя.
- Что значит "можно стало извлекать из нее пользу"? - рявкнул Том.
- Ну, она стала помогать мне продавать лекарства. Впрочем, даже и тогда толку
от нее было немного. - Клод хмуро
смотрел в пол и не заметил, как напрягся Том. - Она была эдакой маленькой
скромницей. Ей, видите ли, не нравились
платья, которые я для нее покупал! А между тем эти платья стоили мне целого
состояния, - раздраженно добавил он. -
Если бы она питала хоть какие-нибудь чувства к своим родным, она бы поняла, что
немного флирта не повредит нашему
делу!
Том хотел было переспросить насчет флирта, но голос его подвел. Он уставился
на Клода Монтегю и старался
представить свою любимую Клэр в когтях этого чудовища.
Постепенно в голове у него все стало на свои места: преувеличенная чопорность
Клэр, боязнь, что ее сочтут падшей
женщиной, ее косы, похожие на свернувшихся клубком гремучих змей, ее скучные
коричневые платья... Ему стало понятно,
почему Клэр нашла своего героя в мужчине, о котором рассказывал ей его дядя, - в
мужчине, который был прямой
противоположностью ее отцу. Том представил себе, что должна была чувствовать его
замечательная, такая правильная,
восхитительная Клэр, когда ее заставляли кокетничать со всяким сбродом, и даже
на секунду закрыл глаза, болезненно
переживая за нее. Одна мысль о том, что ей приходилось участвовать в
представлении, устраиваемом этим презренным
шарлатаном, была для него непереносимой.
Ну, хорошо, а как поступил он сам? Он сделал эту женщину своей любовницей! И
презирал ее за то, что она написала эти
книги... Ее - единственную женщину на земле, которую любит!
Он любит ее? Ну конечно! Том признавал это теперь без всяких колебаний. Клэр
- олицетворение всего того, что он
ценит в людях. И он во что бы то ни стало вернет ее! Он поедет за ней, отыщет ее
и привезет домой. Он женится на ней и
никогда не отпустит от себя.
А с ее отцом он разберется позже.
Том шагнул к двери, пинком распахнул ее и рявкнул:
- Джед! Аддисон! Идите сюда!
Потом он повернулся к Клоду Монтегю и пронзил его таким взглядом, что
презренный обманщик снова вжался в
диванные подушки.
- С вами останутся мои друзья, мистер Монтегю. И вам придется побыть в их
компании, пока я не отыщу Клэр и не
привезу ее назад. А тогда мы с вами все обсудим. Учтите: если вы надумаете
удрать, не дождавшись моего возвращения, я
вас из-под земли достану! И убью!
И Том улыбнулся Клоду такой устрашающей улыбкой, от которой сникали люди и
посмелее отца Клэр.
Том ожидал, что Сильвестр начнет всячески увиливать от подобного поручения, и
был приятно удивлен, когда тот
воскликнул:
- Замечательно! Великолепно! Какой счастливый случай! Я давно поджидал этого
момента!
- Неужели?
- Господи, конечно! С тех самых пор, когда Клэр рассказала Дайане и мне о
своем отце, мне так хотелось побеседовать с
ним!
- Вы знали, что этот человек ее отец?!
- Ну, не совсем так... Я же его никогда не видел. Просто Клэр сказала, что ее
отец мошенник.
- Прошу прощения! - Клод поднялся и бросил на Сильвестра негодующий взгляд.
Том покачал головой:
- Проклятье! Похоже, она всем все рассказала, кроме меня.
- Мне она тоже ничего не рассказывала, - услужливо заметил Джедидайя.
Том обернул вокруг шеи шерстяной шарф и принялся натягивать перчатки для
верховой езды.
- Надеюсь, я услышу всю эту историю из ее собственных уст. И поступлю с этим
самодовольным типом так, как скажет
Клэр. А пока пусть он побудет тут!
Клод принял вид оскорбленной добродетели, однако возражать не стал. Когда
дверь за Томом захлопнулась, он
внимательно осмотрел своих тюремщиков и пришел к выводу, что Сильвестр скорее
посочувствует его несчастиям, нежели
неодобрительно нахмурившийся Джедидайя Сильвер.
20.
Час назад стало совершенно темно, и только неясный свет от фонаря,
прикрепленного снаружи экипажа дорожной
компании "Уэллс Фарго", проникал сквозь окошки в пассажирский салон. Однако
Клэр, сколько ни вглядывалась в темноту
ночи, видела в окошке лишь собственное неясное отражение.
Слава богу, ей удалось купить билет на последний дилижанс в Мэрисвилль! Она
представления не имела, что будет
делать, когда доберется туда, но надеялась, что ей удастся снять номер в
гостинице. Если же нет, то она будет не первым в
мире пассажиром, который вынужден просидеть всю ночь с багажом на мэрисвилльской
станции дилижансов.
Конечной целью ее путешествия был Сан-Франциско. К счастью, там тоже имелось
отделение банка, в котором у нее был
открыт счет, значит, она без всяких затруднений сможет снять некоторую сумму,
чтобы начать новую жизнь.
При этой мысли у нее в горле встал болезненный ком, и она с трудом проглотила
его. Удивительно, что эмоции могут
причинять не только душевную, но и физическую боль! Сейчас, например, у нее
болело все: грудь, горло, голова, желудок...
Ноги и спина болели тоже, но это наверняка из-за жуткой тряски: Клэр не подумала
прихватить с собой подушку, что
предусмотрительно сделали остальные пассажиры.
"Интересно, сколько лет должно пройти, чтобы исчезла эта боль? - размышляла
она. - Трудно представить, что можно
привыкнуть жить без усадьбы Партинг-тонов и без Тома..."
Усадьба Партингтонов стала ей единственным домом. А Том - единственным
мужчиной, которого она сумела
полюбить...
- Все будет хорошо, милочка.
Вздрогнув, Клэр подняла глаза и увидела, что добрая с виду женщина, сидящая
напротив нее, сочувственно ей улыбается.
Женщина была ей совершенно незнакома, и ее дружелюбная добросердечность
растрогала Клэр. Она быстро выхватила
носовой платок, поскольку только сейчас заметила, что по щекам ее текут слезы.
- Спасибо, - прошептала она.
- Жизнь иногда бывает жестокой, - вздохнула ее собеседница, слегка наклонив
голову, - но мы, женщины, все
вынесем. Мы же такие сильные! Да вы и сами это знаете, милочка, - убежденно
сказала она, бросив косой взгляд на
пассажиров дилижанса - в основном мирно посапывающих во сне мужчин.
Заявление незнакомки удивило Клэр. Она всегда полагала, что мужчины сильнее
женщин, но слова этой дамы нашли
отклик в ее душе. Ей даже показалось, что она давно уже хотела услышать от когонибудь
именно эти слова.
Клэр распрямила плечи и проглотила остатки слез, скопившихся в горле.
- Я... Думаю, что вы правы, мэм.
Женщина кивнула:
- Разумеется, милочка. Просто мы всегда остаемся на вторых ролях, когда наши
мужчины сражаются с ветряными
мельницами и играют в свои глупые игры.
"Глупые игры мужчин... Прекрасно сказано!" - подумала Клэр. Ей казалось, что
она понимает свою собеседницу.
Женщины всегда были хранительницами домашнего очага, они воспитывали детей и
готовили пищу. Именно они - цемент,
скрепляющий общество!
Клэр вдруг почувствовала гордость за то, что принадлежит к этому братству.
И, несмотря на то что сердце у нее болело по Тому и потерянному домашнему
очагу, несмотря на то что ее бросало в
дрожь при мысли о полной неизвестности в будущем, она не сомневалась, что
выдержит все, а возможно, и достигнет успеха.
Дама, сидящая напротив, протянула ей руку в перчатке:
- Меня зовут Миртл Финчли, милочка. Миссис Эдвин Финчли, хотя мой драгоценный
Эдди ушел в мир иной восемь лет
назад.
Клэр с радостью подала руку женщине.
- Клэр Монтегю, миссис Финчли. Спасибо на добром слове.
Миссис Финчли подвинулась на своем сиденье, и Клэр случайно заметила, что на
коленях у женщины лежит книга. Она
не поверила своим глазам, когда прочитала название: "Таскалусец Том Парди и
грабители с излучины высохшей реки".
Миссис Финчли проследила за взглядом Клэр и смущенно улыбнулась:
- Вас удивляют мои вкусы, милочка! Я знаю, некоторые неодобрительно относятся
к подобным романам, но скажу вам,
если время от времени не отвлекаться от действительности, зачем тогда жить?
Лично я получаю большое удовольствие от
захватывающего приключенческого романа. Для меня такой роман - все равно, что
чашечка чаю.
Клэр сглотнула слюну и облизала губы.
- И... и вы находите, что романы мистера Мактега соответствуют жанру?
- Матерь Божья! Книги мистера Мактега - самые лучшие, милочка! Если вы их еще
не читали, очень вам советую.
Конечно, если вам нравится такое чтение...
У миссис Финчли был слегка виноватый вид, но Клэр этого не замечала. Она,
никогда не знавшая матери, неожиданно
почувствовала непреодолимое желание поговорить с миссис Финчли - поговорить понастоящему,
как дочь может поведать
матери свои беды. Глубоко вздохнув, Клэр выпалила:
- Это я их написала!
Миссис Финчли недоверчиво уставилась на нее.
- Прошу прощения?
- Кларенс Мактег - это я. Я написала эти книги.
- Вы?!
Глаза женщины широко раскрылись от удивления, и Клэр с болью в сердце прочла
в них недоверие. И тогда она
заговорила - ей так хотелось, чтобы миссис Финчли ей поверила!
Это был неостановимый поток слов. Клэр не помнила, чтобы когда-нибудь так
доверяла совершенно незнакомой
женщине. Да если уж на то пошло - вообще кому бы то ни было. Подбадриваемая
сочувственными восклицаниями "О
Матерь Божья!", Клэр, к собственному удивлению, поведала ей то, о чем не
осмелилась бы рассказать ни единой живой
душе. Правда, она благоразумно опустила то, что они с Томом стали любовниками,
но созналась в своем чувстве к нему. А
еще рассказала, как страшно он расстроился, когда узнал, что это она автор книг
о Таскалусце Томе Парди.
- Но я же написала их, потому что так его любила! Вы понимаете? Он... был...
мужчиной моей мечты!
- Конечно, милочка, я понимаю.
Вытерев глаза, Клэр глубоко вздохнула.
- Я сознаю, мне не следовало держать все это в тайне. Но я боялась потерять
свою работу и его уважение. Потому что он
и в самом деле уважал меня, миссис Финчли! Правда!
Попутчица Клэр ласково кивнула и утешающе похлопала ее по колену.
- Не сомневаюсь.
- Я знала, конечно, что он рассердится, но чтобы так... Он наговорил мне
столько всего!
- Дорогая моя, боюсь, что любой мужчина на его месте повел бы себя точно так
же. Мужчины - такие абсурдные
создания! Чем больше я обожала своего любимого Эдди, тем больше странных номеров
он откалывал. Я за это так на него
сердилась!
- Неужели?
- Ну, конечно! Они все из одного теста, эти мужчины. Я лично считаю, что
подобное поведение просто недопустимо.
Знаю-знаю, - добавила она, когда Клэр вознамерилась было запротестовать. - Вы не
открыли ему свою страшную тайну,
обманули его доверие и так далее. Но мне также известно, что вы любите этого
молодого человека, милочка. И если бы в его
сердце была хоть капля жалости, он бы понял, что вы написали эти замечательные
книги только потому, что восхищались
им. Кстати, могу гарантировать, в глубине души он доволен, что вы сделали его
героем своих произведений. Мужчины! Они
все такие, - повторила миссис Финчли в заключение.
Немного поразмыслив, Клэр решила, что с этим выводом, пожалуй, стоит
согласиться.
Снять с себя груз вины - что может быть лучше? И она была так благодарна
доброй миссис Финчли, что обе дамы
проговорили почти всю ночь, пока дилижанс катился по дороге в Мэрисвилль.
В самый разгар их разговора Клэр вдруг поймала себя на том, что обдумывает
конец своего последнего романа о
Таскалусце Томе. А ведь она хотела написать мистеру Олифанту и умолять его
избавить ее от последней книги по контракту!
Но теперь Клэр твердо решила, что не станет этого делать.
- В конце концов, контракт есть контракт, - заявила она. - Я уже знаю, как
закончу этот роман. Я женю Тома Парди
на мисс Абигайль Фейтгуд! А потом напишу роман еще интереснее. И моя новая книга
положит камень на могилу этой
постоянно вскрикивающей идиотке!
- Браво, милочка! - воскликнула миссис Финчли. - Вы еще покажете Тому
Партингтону, что он потерял!
Клэр никто прежде не подбадривал так. Она была счастлива, что нашла друга,
который полностью разделяет ее взгляды и
готов оказать ей поддержку в трудную минуту.
- Представьте себе, у этого человека хватает наглости презирать меня! И за
что? За то, что я сделала его национальным
героем!
- Чудовище!
К тому времени, как Клэр начала понимать, что на дороге что-то происходит,
слезы у нее на глазах уже высохли. Она
была настроена очень воинственно, и миссис Финчли, похоже, не уступала ей. Во
всяком случае, глаза ее сверкали, а руки
сжимались в кулаки, когда Клэр вдруг воскликнула:
- О господи! Вы слышите этот шум снаружи?
- Боже упаси! Похоже, какой-то грабитель пытается остановить дилижанс!
- Жаль, что у меня нет ружья!
Когда дверца дилижанса распахнулась, обе дамы были готовы ко всему. Клэр
намеревалась проткнуть преступника
зонтиком, а миссис Финчли замахнулась своей книгой "Таскалусец Том и грабители с
излучины высохшей реки".
Однако в мутном свете фонаря появился Том Партингтон собственной персоной.
Клэр удивленно ахнула и опустила свой
зонтик, а миссис Финчли бросила на нее изумленный взгляд.
- Клэр! - закричал Том. - Слава богу, Клэр! Я уж думал, что никогда больше
тебя не увижу!
Клэр была так потрясена, что не могла произнести ни слова. Том смотрел на нее
обезумевшим взглядом, его
замечательные волосы выбивались из-под шляпы, глаза сверкали. Но когда он
протянул к ней руку, Клэр неожиданно
охватила безмерная обида на весь род мужской вообще и на Тома в частности. Она
отстранилась от протянутой руки, словно
от ядовитой змеи.
- Не смей до меня дотрагиваться! - закричала она.
- Это тот самый негодник, который так обидел вас, Клэр, милочка? - изумленно
воскликнула миссис Финчли.
Не в силах что-нибудь сказать, Клэр молча кивнула, и тогда миссис Финчли
обрушила "Таскалусца Тома и грабителей с
излучины высохшей реки" прямо на голову Тома Партингтона. К счастью для него, он
был в шляпе.
В порыве праведного гнева Клэр схватила свой зонтик И принялась им фехтовать.
Том, потрясенный до глубины души,
отступил.
Во время этой потасовки остальные пассажиры дилижанса начали постепенно
просыпаться.
- Эй! Эй! В чем дело? - слышались возгласы.
- Не проткните молодого человека, мадам, - сказал бородатый джентльмен и
попытался выхватить у Клэр зонтик.
Внутри дилижанса было очень тесно. Заехав этому господину локтем в живот,
Клэр спрыгнула на землю прямо перед
Томом Партингтоном. Миссис Финчли тоже не оставила бородатого джентльмена без
внимания и, огрев его как следует
книгой, выбралась из дилижанса на помощь Клэр.
- Что вам от меня надо, мистер Партингтон? - поинтересовалась Клэр ледяным
тоном, не уступающим погоде.
Том смотрел на нее в полной растерянности, и она почувствовала приступ самого
примитивного порочного злорадства.
- Мистер Партингтон?! - наконец выдохнул он, не веря собственным ушам.
В его глазах боль смешалась с беспомощностью. Если бы гнев Клэр к тому
времени несколько поубавился, ей бы,
наверное, стало его жалко. Но сейчас ей было все равно. Расправив плечи и
сощурив глаза, она смотрела на него, готовая
возобновить атаку зонтиком - пусть только Том попробует ее коснуться!
- Клэр, ты не должна так сердиться на меня...
- Не должна? Отчего же?
- Нет, я не то хотел сказать... Я хотел попросить у тебя прощения!
- Попросить прощения? Вы оскорбили мое достоинство, вы с пренебрежением
отнеслись к моей работе, которой я
отдала всю свою душу! И все, что вы можете теперь сказать, - это "прости"? -
Клэр почувствовала, что почти кричит, и
сделала попытку справиться со своими эмоциями.
- Вы что же думали, мистер Томас Партингтон, я буду в ногах у вас валяться и
умолять, чтобы вы отвезли меня назад и
позволили служить вам любое... - Клэр сделала глубокий вдох, - любимой
экономкой? Так вот, этого не будет!
- Пожалуйста, Клэр, выслушай меня!
Том протянул к ней руку, и в тот же момент миссис Финчли, пышная грудь
которой вздымалась от волнения, сунула в его
протянутую руку свою книгу.
- Не смейте прикасаться к этой милой девушке, презренный негодяй!
Том отдернул руку и недоуменно посмотрел на защитницу Клэр.
- Вот видите, мистер Партингтон? - Клэр вызывающе приподняла подбородок. - Вы
отказались от меня, но у меня
еще есть друзья!
- Но, Клэр, - умоляюще воскликнул Том. - Я ведь не отказывался от тебя! Я
нашел тебя, чтобы попросить вернуться...
и стать моей женой. Я не могу жить без тебя! Прости, что задел твои чувства,
Клэр. Я... я... Черт побери! Я люблю тебя!
Клэр раскрыла было рот, но не смогла произнести ни звука. Она стояла как
громом пораженная, не в силах поверить
услышанному, но не решалась попросить Тома повторить. А вдруг окажется, что ей
все это почудилось! В отчаянии Клэр
посмотрела на миссис Финчли в надежде обрести поддержку у своего нового
союзника, но обнаружила, что та тоже смотрит
на Тома разинув рот.
Поскольку ни одна из женщин не произнесла ни слова, Том разнервничался.
- Клэр, пожалуйста, вернись ко мне! Я знаю, мое поведение было недопустимым.
Если ты пока не в состоянии простить
меня, по крайней мере дай мне шанс. - Он замолчал, не зная, что еще сказать, и в
отчаянии выпалил: - Сегодня приехал
твой отец, Клэр.
Миссис Финчли, которой Клэр успела поведать о своем несчастном цыганском
детстве, выдохнула:
- Боже сохрани!
Клэр наконец обрела дар речи, но с губ ее сорвалось только одно восклицание:
- Мой отец?! О нет!
- Да! Видишь ли, мне теперь все стало ясно, Клэр. Правда. Я больше не виню
тебя за то, что ты сделала из меня героя
Таскалусца Тома, и за то, что скрывала от меня правду. У тебя было ужасное
детство. Ты должна ненавидеть всех мужчин и
не доверять им! Вполне естественно, что ты старалась забыть свое прошлое. Я
теперь понимаю, почему ты написала эти
книги, я понимаю, почему тебе был нужен герой. Я был не прав, когда наорал на
тебя. Пожалуйста, Клэр, вернись ко мне!
Клэр все еще колебалась. Она снова посмотрела на миссис Финчли и увидела, что
та задумчиво глядит на Тома. Пожилая
дама, по-видимому, больше не собиралась набрасываться на молодого человека, если
тот сделает движение, чтобы
прикоснуться к Клэр. Оглянувшись на дилижанс, Клэр заметила, что все пассажиры
высунулись в окошки и с любопытством
наблюдают за ними. Один даже подмигнул ей.
- Давайте, барышня, скажите этому бедолаге, что выйдете за него замуж.
Сколько можно лошадям стоять на таком
морозе?! Да и мы тоже замерзли!
Клэр бросила негодующий взгляд на господина, сделавшего это предложение, но
тот только снова подмигнул ей в ответ.
- Может быть, вы с молодым человеком продолжите свой разговор в Мэрисвилле? -
осторожно предложила миссис
Финчли. - Обсудите его предложение за чашечкой чаю...
- Хорошая мысль, - проворчал другой джентльмен из дилижанса.
Он прибавил еще пару слов насчет того, что в его планы не входило выслушивать
объяснения влюбленных посреди
дороги в морозную зимнюю ночь, но уничтожающий взгляд Клэр положил конец его
роптаниям.
- Дети мои! - сказал какой-то человечек в сутане с круглым лицом розового
херувима. - Позвольте мне предложить
с
...Закладка в соц.сетях
