Жанр: Любовные романы
В ожидании чуда
...мился он.
— Нет. Ни одного. — Ее черные глаза неотрывно смотрели на него.
Она ни мгновения не колебалась. Ее быстрые ответы должны были его
умиротворить, но этого не произошло.
— Кто ты, Джесси?
Он уже подумал было, что она ему не ответит. Наконец Джессика произнесла:
— Почему бы тебе не спросить у Айрис?
— Прекрасная мысль.
Через несколько секунд Салли привел Айрис и остановился сзади, держа руки на
плечах девочки. На Айрис были фиолетовые шорты, отделанные ажурным кружевом,
и невероятно яркая раскрашенная кругами теннисная майка. Ребячья одежка и
душа старухи.
Выжидательно взглянув на Салли, а затем на Джессику, она спросила:
— У нас опять неприятности?
— Только у меня. Скажи ему.
— Что сказать?
— Правду.
— Но мы уже сказали ему правду. Джессика покачала головой и невольно
улыбнулась. Айрис — стойкий солдат, верный до конца.
— Нет, пришла пора "истинной правды". Представление началось. Если я не
ошибаюсь, детектив Кинкейд считает, что я что-то сделала с твоим отцом.
Возмущенная Айрис повернулась к Салли.
— Она ничего не знала об исчезновении папы. Пока я ей не позвонила.
— Ты вчера не разговаривала с Филом Мунро? — Салли холодными
голубыми глазами уставился на Джессику.
— Нет. Я уже очень давно не разговаривала с Филом.
— Почему ты солгала?
— Разве это не очевидно? Не хотела создавать панику без необходимости.
Собиралась сначала разобраться в обстановке самостоятельно. Айрис могла
преувеличивать.
— Что преувеличивать? — Он снова перевел взгляд на Айрис, которая
ответила, теребя свой шарик-кулон:
— Папа звонит каждое воскресенье, если его нет в городе. А на этой
неделе не позвонил. Он всегда звонит. — Тут Айрис подняла глаза. И
прикусила губу.
— Всегда? — спросил Салли. — И никогда не пропускает?
Никогда?
Девочка отрицательно покачала головой.
— Нет, сэр. О точном времени звонка мы не договаривались, но он звонит
в воскресенье. Всегда.
Нахмурившись, Салли несколько секунд обдумывал услышанное. Потом пристально
взглянул на Джессику.
— Его звонок опаздывает почти на сорок восемь часов.
— Знаю.
— Мне это не нравится.
— Нам с Айрис это тоже не очень нравится. Я собиралась дать ему время
до завтра. — Так как Салли прищурился, она тихо прибавила: — Я бы сама
позвонила тебе завтра и все рассказала.
— А пока решила провести небольшое расследование самостоятельно.
— Я полагала, что смогу.
— Кто ты, Джессика? И откуда?
Айрис пересекла комнату, чтобы стать рядом с Джессикой.
— Она — одна из особых папиных агентов. Таких всего несколько.
— Я ушла от дел, — ответила Джессика, — еще пару лет назад.
— Она все еще в списке лучших у папы. И приехала, потому что я ей позвонила и попросила помочь.
— До того или после того, как звонила в полицию? — спросил Салли.
— После, — кивнула девочка.
— Айрис много звонила по телефону. Кажется, я была третьей в списке
Златовласки. Сперва она позвонила в ЦРУ, — с готовностью прибавила
Джессика, сохраняя бесстрастное выражение лица.
Салли внезапно почувствовал, как на его плечи обрушился груз неприятностей.
— Не уверен, что хочу слушать об этом.
— Но это твоя обязанность, — повторила Джессика его же собственные
слова. — Ты хочешь создать из этого дело на федеральном уровне. Так
давай делать это по всем правилам. Выложим на стол все карты.
— Я пыталась найти своего папу, — объяснила Айрис.
— Поэтому, — бесстрастно продолжала Джессика, будто то, что
последовало, было вполне естественно, — она нажала кнопку повторного
набора номера на телефонном аппарате в его спальне.
— И ей ответило ЦРУ?
— Мы так считаем.
Она притянула к себе девочку. Все следы неуверенности и волнения исчезли.
Она снова стала жесткой, снова вошла в роль защитницы Айрис.
— Код района совпадает. Люди на том конце провода произнесли какую-то
чепуху на сверхсекретном шпионском жаргоне, и когда она не ответила, как
положено, паролем, отключились.
— Они мне все равно не понравились, — Айрис скрестила на груди
руки тем странным жестом, который характерен для многих ребят, —
ухватившись за локти. — Они холодные. Не думаю, что их волнует судьба
моего папы.
Салли прошелся взад и вперед, потирая затылок.
— Что общего у службы безопасности Мунро и у самого Фила Мунро с ЦРУ?
Айрис пожала плечами. Джессика просто молча смотрела на него, намекая, что
им всем будет лучше не знать ответа на этот вопрос.
— Ладно, пока это отложим. Что вам еще известно? — Он выжидательно
посмотрел на одну, потом перевел взгляд на другую.
— Это все факты, которыми мы располагаем.
И снова Салли поразился собственным мыслям, так как подумал: жаль, что
Джессика так увертлива. Невзирая на явное доказательство того, что эта
женщина вовсе не так невинна, как ее поцелуй, он все равно хотел ее. Это его
удивляло до крайности. Он любил женщин прямодушных и бесхитростных, каковой
Джессика отнюдь не была.
Может быть, она прекратила лгать, но полуправда ничем не лучше. И она очень
умело ею пользовалась. К счастью, он делал это еще лучше.
— Хорошо, — наконец произнес Салли. — Теперь давайте начнем с
того, что фактами не является. Начнем с того, что тревожит тебя, Джессика.
"Черная записная книжка и это досье". Только она не может сказать этого
вслух. Ни Салли, и никому другому.
— Мы не можем этого доказать, но думаем, что кто-то проник в дом на
берегу. Дверь в кабинет Фила была открыта, а ключ имеется только у него.
Похоже, что комнату тщательно обработали. Недостает нескольких страничек из
его календаря.
Салли сунул руку в задний карман и вытащил листок, который забрал у
Джессики.
— Поэтому вы приехали сюда, чтобы проверить этот календарь.
Он взглянул на листок календаря, на слова, которые она уже запомнила.
"Джемини Электронике, 3274 Петри".
— Почему именно эта страница?
— Это листок за пятницу, и только на нем есть адрес. — Это было
правдой, но она взяла бы эту страницу независимо от того, сколько адресов
запланированных встреч было записано в календаре Фила.
Джессика улыбнулась, когда Салли прошагал к столу, чтобы проверить ее слова.
Он ей не доверяет. Умный человек. Пока он листал странички, она внимательно
смотрела на Айрис, удивляясь, как хорошо держится девочка. Одно дело думать,
что твой папа пропал, а другое — получить подтверждение этому подозрению в
действиях полицейского детектива.
После того как Салли вырвал еще две странички из календаря Фила, он взял
телефонную трубку и позвонил в Джерико. После короткого разговора, он
сказал:
— Поехали. — Куда?
— В "Джемини Электронике". Вы хотели провести расследование? Вам
предоставляется такой шанс.
— А у нас есть выбор?
— Да. — Он остановился рядом с ними. — Вместо этого мы можем
заехать в мой бывший участок и попросить когонибудь поискать твое имя и этот
пистолет в компьютере.
— Мы поедем с тобой.
— Так я и думал, — ответил Салли, положил ладонь ей на поясницу и
подтолкнул к двери.
Этот ничего не значащий жест был неожиданностью для обоих. Из-за короткой
блузки его рука легла на обнаженную спину. Прикосновение сфокусировало весь
жар в одной точке, и это мгновенно напомнило им о том, что между ними
произошло.
Джессике удалось сдержать готовое вырваться восклицание и изогнуть спину,
отстраняясь от его руки, но недостаточно быстро. Кожа пылала, будто его
ладонь "заклеймила ее.
Джессика, сама удивленная тем, что голос слушается ее, сказала:
— Пойдем, Айрис.
Айрис обогнала их по пути к стоянке. Они шли молча, но что-то не давало
Джессике покоя, пока она не смогла сформулировать свой вопрос:
— Твой бывший участок?
— Полиция Хьюстона. Двенадцать лет оперативной работы.
— Это все объясняет.
— Что? — не понял Салли.
— Почему ты действуешь не так, как полицейский из заштатного городка.
— Я не знал, что это так заметно.
— Только когда ты ходишь, говоришь и дышишь. Сейчас угадаю. Ты был
секретным агентом, внедренным в сеть торговцев наркотиками? У тебя в глазах
как раз достаточно безумный блеск и достаточно угрожающий вид — "не тронь, а
то будет хуже", чтобы выжить в этом мире.
— Нет. Я служил в подразделении по особо важным делам. — Говоря
это, он нахмурился, словно при этом воспоминании на него упала тень. Салли
смотрел прямо на нее, просто впился взглядом, будто предостерегая. — Я
был одним из лучших. Не всякий там справится. Приходится думать так же, как
маньякубийца, как похититель, как насильник. Как зло.
— К-как?.. — Джессика не знала, как спросить о том, о чем ей
хотелось знать, но он ей ответил.
— Это легко. Надо только отдаться тьме.
Заползти в их шкуру.
Джессику пронзил холод, и даже полуденное солнце не могло ее согреть. Оно не
могло пробиться к ледяному уголку в ее душе. Она неплохо разбиралась во
всем, что связано с темнотой.
— Почему ты ушел?
Он не ответил, и она больше не спрашивала. Ее неожиданно охватил ужас при
мысли о том, каким мог быть ответ.
Все трое устроились на переднем сиденье машины Салли. Айрис не возражала
против того, чтобы сидеть посередине. Особенно сейчас, когда спазмы под
ложечкой становились все сильнее. Ей не хотелось сидеть одной сзади. Но
туда, именно туда она направлялась, когда Джессика схватила ее за подол
майки и усадила рядом с собой.
Кажется, Салли не возражал, но он вообще мало говорил с тех пор, как
приказал ей пристегнуться. Когда они подъезжали к повороту на Петри, Айрис
подалась вперед. Вцепившись в приборную доску, она всматривалась в даль.
— Какой адрес?
Салли подтолкнул к ней страничку календаря, лежащую перед ним.
— Три тысячи семьдесят четыре. "Джемини Электронике".
Айрис медленно взяла листок и уставилась на него. Слово "джемини" (Gemini
(англ.) — Близнецы (астр.).) бросилось ей в глаза. Этого не может быть;
она не хочет, чтобы это было. Но все так и есть. Она протянула листок
Джессике, вглядываясь в ее лицо в поисках утешения.
"Джемини" было кодовым обозначением агента Джессики Дэннемора.
Джессика понадеялась, что Айрис не знает или не обратит внимания на слово,
которое так сильно поразило ее, когда она листала календарь Фила. Не зная,
как убедить Айрис в том, что это название — всего лишь совпадение, и при
этом не ввести в курс дела Салли, Джессика, наконец, еле заметно покачала
головой. Тогда девочка молча протянула правую руку. Айрис верила во всю эту
дребедень насчет вибраций и аур. Она хотела проверить Джессику.
Медленно Джессика потянулась к маленькой, раскрытой в ожидании, ладошке.
Айрис обхватила ее кисть пальцами и закрыла глаза. Джессике казалось, что
прошла целая вечность, пока Айрис кивнула и открыла их снова. Но руку не
отпустила.
Переведя дыхание, Джессика поняла, что жаждала пройти это испытание больше,
чем ей хотелось в том признаться. Ей хотелось, чтобы кто-то верил ей без
всяких условий. Ей хотелось отношений, не зависящих от слов или поступков.
Ее пронзила боль, когда она поняла, чего ей хочется на самом деле и что она
отказывалась произносить вслух столько лет. Ей хотелось вернуть Дженни.
Хотелось снова стать одним целым.
Непривычные слезы затуманили ее глаза, когда она смотрела на маленькую
ручку, ухватившуюся за нее. Поморгав, она прогнала их и прокляла Салли. Все
эти чертовы эмоции — его вина. Он все это начал своим искушающим поведением.
Взбунтовавшиеся гормоны нарушили хрупкое равновесие, сохраняющее ей
рассудок.
Ничего не чувствовать намного легче.
Когда она подняла повлажневшие глаза, Салли уже тормозил. Улица выглядела
уныло и казалась необитаемой. На каждые два магазина или заселенных дома
третий сдавался. Пачки из-под сигарет, бумажные пакеты и разбитые пивные
бутылки валялись у обочины, даже перед жизнеспособными заведениями. Никого,
повидимому, не волновал облик этого района.
Наконец Салли остановил машину у незастроенного участка и объявил:
— Насколько я могу определить, это и есть цель нашей поездки.
— Мы же ищем электронную компанию. Здесь ее быть не может.
Указав сначала на участок позади них, а потом на другой, впереди, он
ответил:
— Три тысячи семьдесят два и три тысячи семьдесят шесть.
Джессика постепенно осознала, что ее руку сжали, и посмотрела на Айрис.
Внимание девочки было приковано к чемуто на противоположной стороне улицы.
Она подвинулась, чтобы лучше видеть.
И в этот момент Айрис еще сильнее вцепилась в ее руку и дрожащим шепотом
произнесла:
— Кажется, это папина машина. Сердце Джессики на миг остановилось,
потом снова гулко забилось. Блестящий черный "Мерседес" уже лишился многих
деталей, пав жертвой уличной войны. Инстинктивно она обхватила плечи Айрис и
повернулась к Салли. На этот раз она сама искала поддержки.
Его лицо было лишено какого-либо выражения, и в руке он уже держал
портативный передатчик. Соединившись с диспетчером и назвав себя и место
своего нахождения, Салли сказал:
— Пришлите оперативную бригаду на место преступления.
6
— Черт побери, Кинкейд! Иди сюда!
Многие детективы хьюстонского полицейского участка испуганно подпрыгнули на
своих стульях, только Салливан Кинкейд не был удивлен вспышкой гнева своего
бывшего капитана. Джессика тоже не дрогнула. Она сидела рядом с Айрис и
держала девочку за руку, положив ногу на ногу, бесстрастная и такая же
далекая от него, какой была до поцелуя. Единственная трещина в ее броне со
времени того поцелуя появилась в ту долю секунды, когда она повернулась к
нему после того, как они обнаружили "Мерседес".
Внезапно на Салли вновь обрушилось желание вывести из равновесия, встряхнуть
и растормошить Джессику Дэниелз, причем такое же сильное, как в ту первую
ночь. И это было плохо. Желание одним рывком уничтожить ее внутреннюю
отстраненность увело бы его туда, куда он не мог позволить себе уйти,
например, к таким же эпизодам, как в офисе Мунро. Это была игра в подчинение
себе другого человека, установление над ним контроля, которая не привела бы
ни к чему хорошему. Желание покорить ее пробудило бы в нем худшие черты
характера.
Что отец, что сын. Яблоко от яблони... Поэтому Салли приобрел привычку
избегать женщин, которые действовали на него на более высоком уровне, чем
плотские отношения. Он с досадой покачал головой. Некоторые привычки не
стоит ломать.
— Кинкейд! — снова завопил его бывший босс.
Салли усилием воли оторвал свои мысли от Джессики и вздохнул, словно
приговоренный к смертной казни. Пора было отправляться на расправу. Этот
нагоняй был неизбежен, начиная с того момента, как он позвонил в участок,
где прежде работал, и вызвал оперативную бригаду. Древние металлические
ролики протестующе взвизгнули, когда он оттолкнулся вместе с креслом от
свободного стола, за который сел, когда давал показания.
Питер Килин, последний из длинною списка напарников Салли за все годы
работы, сочувственно взглянул на него и выразил соболезнования.
— Если не переживешь этого, хочу, чтобы ты знал... Я как следует
позабочусь о твоей леди и о той красивой хромированной сорок пятой модели.
Несомненно, всплеск ярости был вызван чувством собственника, которое Салли
испытывал к Джессике. Он не улыбнулся, проходя мимо Питера, а ответил:
— С чего бы это я стал оставлять тебе наследство, Питер? Ты мне даже не
нравишься.
— Эй, старик, ты же не можешь забрать все с собой.
— Могу, будь уверен, — бросил Салли через плечо. — Я заключил
сделку с дьяволом.
— Черт побери, Салли, ты сам и есть дьявол.
— Мой папа всегда это говорил.
Не утруждая себя попыткой поправить галстук, он вошел в кабинет капитана
Харлана Робертсона. Аккуратно повязанный галстук не способен был заметно
повлиять на дурное настроение этого человека. Могла бы помочь поза
виноватого ручного пса, но Салли никогда не мог изобразить его с достаточной
степенью искренности. А Харлан слишком хорошо его знал, чтобы купиться на
подобное представление.
— Закрой дверь.
— Есть, сэр. — Салли повиновался и толкнул дверь каблуком своего
ковбойского сапога, захлопнув за собой. Старомодные металлические
венецианские жалюзи, закрывающие окно в общее помещение участка,
задребезжали, когда дверь с размаху стукнулась о косяк.
Салли не отрывал взгляда от человека, который не только некогда был его
капитаном, но также одним из немногих, кому он доверял настолько, чтобы
называть своим другом. Не то чтобы они позволяли столь тривиальному понятию,
как дружба, мешать их делу. Его бывший босс был единственным, кто знал
истинную причину ухода Салли из отдела по расследованию особо тяжких
преступлений.
Харлан выглядел примерно таким же здоровяком, как исхудавший марафонец.
Несмотря на туго накрахмаленную ткань, сорочка свободно болталась вокруг его
худого тела. Как и все остальное, губы Харлана были тонкими, а в плохом
настроении сжимались в едва заметную полоску.
"В данный момент, — решил Салли, — бывший босс просто в отчаянии.
Губы его совершенно исчезли".
Прежде чем заговорить, Харлан метнул взгляд на один из двух стульев в
кабинете, отдавая молчаливый приказ. Салли сел, откинулся на спинку и
забросил одну ногу на другую. Явно отказавшись от соблюдения формальностей,
Харлан выругался и перешел прямо к делу.
— Салли, предполагается, что ты сейчас должен выписывать квитанции на
штраф в Джерико, а не ввязываться в дела о пропавших людях. Зачем ты
вернулся в мой город?
— Может, осматриваю достопримечательности? — Салли откинулся назад
и сплел пальцы на животе. Так как Харлан не улыбнулся, он продолжил: — Кто-
то же должен ловить плохих парней.
— Это не обязательно должен всегда быть ты.
— Почему бы тебе не сказать это плохим парням? Я не выбирал это дело.
Оно само меня выбрало. Должен признаться тебе, Харлан, оно заставляет меня
нервничать. По правде сказать, очень даже сильно нервничать. У меня
нехорошее предчувствие.
— О Господи! — прошептал Харлан и потянулся за бутылочкой аспирина
на этажерке за своей спиной. К сожалению, интуиция Салли стала среди
полицейских легендой. Поэтому Харлан проглотил три таблетки и откинулся на
спинку кресла, закрыв глаза, словно пытался представить себе сотню ужасных
вариантов преступления и миллион осложнений. Затем он открыл глаза и грубо
выругался. — Мне это не нужно. Только не сейчас.
— Я на это тоже не напрашивался.
Его друг послал ему страдальческий взгляд, говорящий об обратном.
— Черта с два. И что мы имеем?
— Мы имеем распотрошенный автомобиль, принадлежащий миллионеру Филу
Мунро, который, будучи в отъезде, пропустил обычный звонок своей дочери в
воскресенье, и женщину-телохранителя, которая лжет мне всякий раз, как
открывает рот. Во всяком случае, мне так кажется.
— Почему тебя удивляет, что женщины тебе лгут? Если какая-то аморальная
женщина появляется в пределах слышимости, она тут же устремляется прямо к
тебе, словно бабочка на огонь. Объясни мне это явление. Почему так
происходит?
— Количество обеспечивает безопасность? — У Салли было каменное
лицо.
Капитан Харлан не оценил юмора. Он никогда его не ценил. Потер глаза и
вздохнул — длинно и тяжело.
— Выкладывай свою лучшую версию по Мунро.
— Он поехал туда на встречу. Подтверждено записью в календаре. Или по
собственной воле пошел с кем-то в другое место, или они ждали, пока он
выйдет из "Мерседеса", чтобы схватить его. В машине нет никаких следов
борьбы. Нет крови. И возле машины тоже. Учитывая род занятий Мунро, мы
должны считать, что он вполне способен защитить себя. Не представить себе,
чтобы он легко сдался. Поэтому, что бы ни случилось, это случилось не на
Петри.
— Требование выкупа?
— Пока нет. Но я уже сказал тебе. Я не доверяю этой женщине. Мы с ней
не больно ладим.
— Ты всегда так.
— Да, ну, мне обычно не приходится их обезоруживать. Эта носит в
лифчике крупнокалиберный пистолет.
— В лифчике? Откуда тебе это может быть известно? — На мгновение
Харлан застыл, уставившись на Салли, словно обдумывал версию
убийства. — Скажи мне, что не находишься с ней в интимных отношениях.
Черт побери, тебе лучше меня в этом убедить.
Пожав плечами, Салли ответил:
— Ладно. Будь по-твоему. Нет. Ну, фактически нет.
— Объясни причину.
— Того, что я ее обезоружил? — Салли нарочно сделал вид, что
неверно понял вопрос. — У меня есть одно небольшое правило: в комнате,
кроме меня, ни у кого не должно быть оружия.
— Нет! Скажи мне, почему именно ты должен быть в этом замешан? Не мог
просто позвонить нам и поделиться своей информацией?
— Такой уж я чудак. — Салли нагнулся вперед, начиная терять
терпение. — Когда срабатывает пожарная тревога, я не вынимаю батарейки
из датчиков, не вызываю пожарных и не вытаскиваю на газон вещи. Я ищу
источник возгорания. И на этот раз я... обнаружил настоящий пожар.
— Ты его всегда находишь. Твоя проблема в том, что ты сам ищешь пожар,
правда, Салли? Ты всегда ищешь когонибудь, кого будешь ненавидеть больше,
чем самого себя, и мы оба это знаем.
Салли поднялся и уперся ладонями в крышку стола Харлана. Все путы
профессиональной вежливости лопнули. Всякие формальности были отброшены,
когда двое старых друзей ступили на знакомую почву.
— Тебе не следует начинать все сначала.
— Нет, это тебе не следует делать этого. — Харлан тоже встал. Даже
стоя он был на несколько дюймов ниже Салли и не мог смотреть ему в глаза
прямо. Но это, казалось, его не смущало. Харлан был одним из двух людей,
которых Салли не мог заставить опустить глаза. Второй была Джесси.
Бывший начальник Салли продолжал, не делая паузы:
— Ты хотел уехать из Хьюстона, вырваться из города "плохих парней"?
Хотел отойти от края пропасти прежде, чем потеряешь способность ощущать
только ненависть? Отличать хороших людей от плохих? Я тебе дам один совет.
Нет, черт побери! Я отдам тебе приказ. Живи в соответствии с этим решением,
Салли! Это было хорошее решение, видит Бог. Заклинай своих собственных
демонов и оставь нам наших плохих парней. Это не твое дело.
— Эти плохие парни забрались на мою территорию, — напомнил Салли,
и голос его звучал тихо от сдерживаемого гнева. — У Мунро летний дом на
острове Джерико. Там живет его девочка. Я нашел брошенную машину. —
Салли отодвинулся от стола. — Я веду это дело.
— Дай мне пару минут, чтобы позвонить твоему начальнику, и ты не будешь
его вести. Основное место жительства Мунро здесь. Служба безопасности Мунро
находится здесь. Машина — единственная зацепка — тоже здесь. Это наше дело.
Им займется Питер.
Долгое мгновение они в упор смотрели друг на друга в молчании. Салли
потянулся к ручке двери, стараясь сдержать кипевший в нем гнев. Неужели все
сказанное Харла-ном — правда?
Наконец он рывком распахнул дверь.
— Пусть Питер очень старается. Скажи ему об этом.
— Сам скажи, — парировал Харлан. — А потом отвезешь эту
девочку домой, убедишься, что она в безопасности, произнесешь стандартную
речь и предоставишь нам заниматься своим делом. Мы дадим тебе знать, если
понадобится твоя помощь.
— Это произойдет, когда рак свистнет? — с издевкой спросил Салли.
— Довольно точная оценка. — Харлан снова сел. — У нас есть
твои показания. А теперь убирайся. Я свяжусь с твоим шефом.
Джессика сжала руку Айрис, как только увидела Салли, выскочившего из
кабинета начальника обратно в общую комнату. По-другому это не назовешь. Что
бы ни произошло в офисе капитана, это отразилось на нем. Салли всегда
казался опасным, даже когда улыбался. Но это было нечто иное.
Словно кто-то обна
...Закладка в соц.сетях
