Жанр: Любовные романы
Ритуал испытания
...астыла. Хотя и небольшие по размерам, ткачерты были смертельно опасны.
— Сколько голов? — прошептала она.
Джорлан развязал потайной узел внутри пояса. Скупыми движениями он начал
разматывать клинок-метеор, который прятал под рубашкой.
—
Три. Грин закрыла глаза.
— Ты никогда не сможешь уничтожить три головы за раз. Возможно, если я
останусь так...?
— Он нападет в любом случае, тебе об этом известно.
Слезинка упала у нее с глаз.
— Тогда используй клинок на мне. Не дай ему ударить меня,
Джорлан. — Смерть от ткачерта была ужасающе страшной.
— Нет. — Он даже не задумался, расправляя веревки клинка.
— Джорлан, пожалуйста, умоляю тебя! — Она пыталась продолжить
говорить, несмотря на растущий страх. — Однажды я видела нападение
ткачерта... Я не смогла бы вынести...
— Ты и не должна. — Быстрее, чем она смогла отметить, он с треском
расправил кольца в разрезающие воздух дуги.
Грин не могла поверить в то, что она видит! Джорлан управлялся двумя клинками-
метеорами одновременно.
Клинки-метеоры сошлись в воздухе. Запущенные верной рукой они, вращаясь,
разошлись в разных направлениях.
Именно тогда, когда ткачерот откинулся назад, чтобы нанести удар, клинки-
метеоры достигли его с двух сторон, тут же срезав две из его голов. Третья
все еще опускалась для удара. Джорлан резко дернул левым запястьем вверх,
заставляя клинок-метеор метнуться обратно. В то же самое время он бросил
правый клинок-метеор в дугу вокруг и вверх, посылая правую сторону веревки
пролететь мимо своей шеи. Почти неосуществимый маневр, несмотря на то, что
он сделал его. Левый клинок резанул обратно на пути твари. Как только он
коснулся ткачерта, острые как бритва иголочки разлетелись со свистом,
поражая последнюю голову.
Но опасность для Джорлана не закончилась. Он должен был суметь остановить
совместный импульс клинков таким образом, чтобы быть уверенным, что они не
заденут его во время своего движения, иначе его ждет та же участь, что и
ткачерта.
Именно это делало клинки-метеоры такими трудными для овладения. С ними у вас
не будет второго шанса. Требовались годы практики с фальшивыми клинками-
метеорами до того, как суметь даже начать использовать истинные формы. И
годы после этого, чтобы достичь полной концентрации и мастерства, чтобы
управляться с настоящим оружием. Если это когда-либо происходило. Как же
Джорлан достиг этого?
Он разворачивал веревки с великолепной точностью. Уменьшая скорость, раз за
разом он быстро провел их сквозь ряд запутанных форм Гле Киан-тен для клинков-
метеоров. До этого Грин никогда не была свидетелем того, чтобы эти позиции
использовались в такой специфической последовательности. Она внимательно
смотрела на него, завороженная.
В конце концов, он сумел урегулировать их скорость до такого уровня, что
смог безопасно дернуть запястьями, чтобы спрятать клинки.
У Грин вырвался вздох облегчения.
Джорлан полностью их остановил и невозмутимо вернул за пазуху, как если бы
не произошло ничего предосудительного.
— Как ты научился делать такое? — Говорили, что такой способностью
обладал лишь давным-давно живший Золотой Мастер.
Джорлан начал легкомысленно стягивать одежду, как будто бы не совершил
только что подвиг, достойный легенды.
Он уклончиво пожал плечами.
— По большей части я учился самостоятельно.
Грин вытаращила глаза.
— Ты говоришь, что самостоятельно научился владению клинком-метеором?
Но ты должен был знать отработанные позы Гле Киан-тен!
Он шагнул в воду. Тотчас же сильными руками обхватив ее за талию, крепко
прижимал к себе.
— Я рад, что с тобой ничего не случилось, имя-дающая. — Он
запечатлел поцелуй над ее бровью.
— Но сноровка...?
— Нам повезло, что мои знания спасли тебя. — Его рот накрыл ее.
Его губы слегка дрожали.
Грин отдалась искреннему поцелую. Джорлан был взволнован не битвой с
ткачертом, поняла она. Его потрясла перспектива потерять
ее. Она поцеловала его в ответ, глубоко.
Именно сейчас между ними произошло что-то, чему требовалось случиться. Его
выдох коснулся ее губ. Это напомнило ей вздох, который испускает Кли, когда
обнаруживает, что может бежать совершенно свободно. Звук болезненного
счастья.
Позднее будет достаточно времени, чтобы поговорить с ним о клинке-метеоре.
Так или иначе, она подозревала, что может не получить ожидаемых ответов от
своего загадочного имя-носящего.
Его руки с безупречной чувствительностью ласково прошлись вниз по ее спине.
И когда он застонал, она могла поклясться, что видела лазурные океанские
воды Форуса, накатывающие на побережье.
Грин дернула за поводья своей Клу, когда они приблизились к краю неспешно
текущей реки.
С тех пор, как они оставили позади низины и опасность ткачертов, лицо Грин
засияло от вида, лежащего впереди. Берега реки были покрыты деревьями джинто
и Банта псилосайб; они часами пробирались сквозь участок с густой
растительностью. Некоторые красивые, крупные листья джинто держались на
воде, которая пропиталась галлюциногенами. Река была безопасна, чтобы за
краткий промежуток времени помыться, но не для питья.
Аватар хихикнула, когда внимательно присмотрелась к Маркель. Она полностью
понимала, о чем размышляет женщина с темно-рыжими волосами.
— Ну, действуй, — поддразнила она ее. — Ты знала, чего
хотела.
Грин прикусила губу. В конце концов, здесь она командир.
— И как бы это выглядело?
— Как будто бы ты наслаждаешься собой? — Аватар ласково улыбнулась
ей. — Как будто бы мы никогда не видели, как вы занимаетесь этими
вещами раньше, моя Лордин.
— И, правда. Но что подумает Джорлан? — она тоскливо вздохнула, разглядывая листья джинто.
— Что я подумаю о чем? — Джорлан подъехал к ним, его взгляд
блуждал по необыкновенному пейзажу перед ним. Он втянул воздух.
— Я никогда не видел джинто раньше, по крайней мере, не своими
глазами... — смущенно пробормотал он, ошеломленный их пышной красотой.
Грин бросила на него пристальный взгляд. Что он имел в виду под
своими глазами
?..
— Маркель всегда одолевают странные идеи, когда она смотрит на эти
листья. — Аватар, не обращая внимания на бессознательные слова,
произнесенные Джорланом, кивнула на поток листьев, спокойно скользящих вниз
по реке.
Джорлан повернулся к Грин и поддразнивающе ухмыльнулся.
— Какого сорта идеи,
лекса?
Лицо Грин слегка порозовело. Она не хотела, чтобы он называл ее так перед
остальными. И не была уверена, что желает рассказать ему о своих замыслах.
Маркели не подобает потворствовать такой фривольности, особенно от имя-
носящего, имеющего склонность к безудержности.
— Ну, давай, Грин, — упрашивал он. — Если ты не скажешь мне, я просто выужу у Аватар.
Аватар хмыкнула, скрестив руки на пышной груди.
— И как ты собираешься сделать это, ты, нахаленок? Ты думаешь, я не
прожила достаточно долго, чтобы суметь видеть сквозь уловки привлекательных
мужчин?
Джорлан засмеялся.
— Аватар, — прошептал он соблазняюще, специально превращая свой
голос в мурлыканье, — скажи мне, пожалуйста? — Он прикрыл и
распахнул глаза. Медленно. Эффект получился выдающимся.
Аватар покраснела.
Грин захихикал, тряся головой. Он заставил их всех есть у него с руки! Даже
женщины Миары были полностью захвачены им. Грин посмотрела на своего имя-
носящего и прищелкнула языком.
— Оставь бедную Аватар в покое, яркопламенный дракон. Она не знает, как
реагировать на твои выходки.
— Какие
выходки? — достаточно невинно
поинтересовался он, но загадочный, обжигающий взгляд, которым он одарил
Грин, заставил ее затрепетать до кончиков пальцев.
Аватар оправилась от своего моментального возбуждения.
— Я все знаю о приманках, которыми пользуются юноши. Я еще не позабыла
такое. — Она помолчала, припоминая особенно привлекательный соблазн из
своего прошлого. Озорно захихикала от теплых воспоминаний.
Грин задохнулась в притворном шоке:
— Аватар!
Ты? — А почему бы и не я? — Старуха фыркнула. — Молодежь всегда
думает, что она изобрела веселье!
Джорлан кивнул, делая вид, что согласен с ней.
— Так что она обдумывает, Аватар?
Даже не поняв, что Джорлан просто переключил ее внимание, чтобы получить
ответ, Аватар отозвалась:
— Она хочет снять свою одежду и лечь обнаженной на один из этих
листьев, которые поплывут вниз по реке до Тамрин Лейн.
Джорлан приподнял бровь.
— Грин! Ты?
— Перестань, — проворчала она, смущаясь.
Он засмеялся.
— Давай так и сделаем! — Он схватил поводья ее Клу.
— Мы? Я никогда не говорила...
Он одарил ее взглядом, наполненным такой чувственностью и невысказанным
обещанием, что Грин тут же потеряла дар речи.
Даже Аватар начала кашлять.
Грин мельком взглянула на нее, размышляя, что, возможно, могла бы сказать
бывшая наставница.
— Все в порядке, Маркель. Ты будешь глупой, если не отправишься сейчас,
не так ли?
У Грин дрогнули губы.
— Дай нам время проплыть мимо дальних деревьев и скрыться из виду,
после этого возвращайся и забери Клу. Оставь нашу одежду на излучине в
Тамрин Лейн. Мы увидимся с тобой позднее вечером в большом доме. Убедись,
что Миара и ее женщины удобно устроены и скажи Свини, мажордоме, что я
пребуду вскоре после тебя. — Она кивнула Джорлану, чтобы тот спешился.
Джорлан краем глаза следил за Грин, когда они медленно проплывали вниз по
реке. Лежа бок о бок, они пристально разглядывали небо сквозь
переплетающиеся ветки гигантских джинто на другой стороне берега.
Джинто, также известное как
вуалевое дерево
, почиталось на Форусе за свои
удивительные свойства. Самое старое из существующих деревьев на Форусе, оно,
предположительно, существовало пятьсот миллионов лет. Из-за его
неослабевающей силы многие южные племена считали его символом мужской
плодовитости.
Широкий сдвоенный лист был покрыт бархатистой мягкой кожицей, в то время как
основная опорная конструкция была чрезвычайно жесткой.
— Есть в этом что-то символичное, правда? — пошутил Джорлан.
Грин закрыла глаза и улыбнулась. Благодать.
— Кажется, на меня это не оказывает тот же самый эффект, что на тебя.
— Тебе не нравится?
— Нравится, просто я подумал, что есть что-то такое в прикосновении к
этому листу и ощущении покачивающееся воды, что исподволь взывает к женщине.
Она ухмыльнулась.
— Откуда ты взял?
— Из-за абсолютнейшего экстаза, написанного на твоем лице. Знаешь, я
уже видел этот взгляд раньше, Грин, — протянул он.
— Ты?
Он повернулся на бок, лицом к ней, слегка качнув лист.
— Я подумал, а что я смог бы сделать, чтобы добавить такой опыт к уже
имеющемуся у тебя? — Пальцы мужчины легко скользнули вниз по руке Грин.
Она чуть-чуть приоткрыла глаза, смотря на него сквозь узенькие щелочки.
Краешек его рта приподнялся в чувственной полуулыбке. Без предупреждения он
перекатился на нее сверху. Глаза Грин тут же полностью распахнулись:
— Джорлан!
Он тихонько рассмеялся при виде выражения ее лица, собрав морщинки в уголках
рта.
Грин уставилась на его чувственное лицо и приподняла бровь.
— И что ты задумал сделать?
Он и в самом деле попытался сделать вид, будто обдумывает этот вопрос. Грин
засмеялась. Кончики его темных волос покалывали ей плечи, когда он склонил
голову. Джорлан улыбнулся, после чего прикоснулся своими губами к ее.
— Это очень мило, дичок, но ты все еще не ответил мне.
Он раздвинул ее бедра ногой и плотно устроился между ними, пульсируя в ответ
напротив ее холмика, не входя в нее.
— Скажи ты мне, лекса.
Грин выгнула бровь.
— У этой позиции нет преимуществ, Джорлан.
— Кажется, для меня есть, — прошептал он. Он вошел в нее — всего
лишь кончиком.
Он был слишком самоуверен. Фактически, именно он инициировал их физическую
близость, что не одобрялось, как неподобающее для мужчин. Вдобавок, он был
сверху. Весьма любопытная позиция, должна была признать она. Многим женщинам
нравилось, когда сверху мужчина, хотя они только лишь намекали на это в
клубах. И они вовлекали в такое действо только своих содержанцев, если
вообще вовлекали. Какая-то иллюзия передачи контроля... Хотя, даже
содержанцы исполняли здесь роли. Все понимали, кому на самом деле
принадлежит контроль.
Только с Джорланом Грин забеспокоилась, что это могло выйти далеко за рамки
иллюзии. Он не будет притворяться, что управляет ситуацией. Он просто будет
управлять. Грин задумалась, а должна ли она позволить такому яркопламенному
дракону... взлететь.
Она могла принимать решения за исключением того, которое должно быть
выполнено немедленно.
Руками он обхватил ее лицо. Когда он смотрел вниз на нее, его пальцы
перебирали волосы у нее на затылке. Он продолжал ласкать ее локоны, в то
время как водный поток нес лист вниз по течению мягкими манящими движениями.
Джорлан спокойно, слегка потираясь, скользнул по ней всем телом. К тому же
он не двигался в ней, оставаясь неподвижным внутри. Покачивающиеся движения
джинто сдвигали его положение крайне медленно, слабые вынужденные
перемещения были невероятно эротичны.
Грин обратила внимание на переплетенные ветви деревьев над его темной
головой. Они напомнили ей о ложе из шинсуй дома. В ближайшем будущем их
скрепляющее ложе срастется вместе, символически изображая, как женщина и
мужчина становятся единым после скрепления.
Грин подумала, а если бы они всегда были такими: сплавленные и соединенные,
растущие пока не смешаются вместе...
— О чем ты думаешь? — мягко спросил Джорлан. Он склонил голову,
позволив губам дразнить контур ее верхней губы. Даже в этом он был уже
излишне напорист. Он не колебался, чтобы поинтересоваться у нее об ее
мыслях.
— Почему я должна о чем-то думать? Разве не может Маркель просто лежать
на спине и наслаждаться прикосновением природы и ее имя-носящего? — Она
целенаправленно подколола его странностью того, что он делает. Он не клюнул
на приманку.
— В такой последовательности? — с намеком протянул он, проводя по
ее телу рукой.
— Ммм. —
Умный шкодник. Она потянулась вверх
и медленно пропустила пальцы сквозь его волосы точно так же, как делал он.
Она сплела пальцы позади его шеи, позволяя шелковистому водопаду волос
скользнуть по рукам.
Джорлан спокойно разглядывал ее.
— У тебя есть возражения, имя-носящий?
— Нет, — своим ответом он ее удивил.
— И почему? — Она потянулась к нему, позволяя его телу ощутить свое движение вверх и вниз.
Его зрачки слегка затуманились и расширились. Прикосновение затронуло его
больше, чем она предвидела. На минуту он почти растворился в этом видении.
Насколько он был Сензитивом?
— подумала она. —
Как он мог быть так глубоко задет такой простой
лаской? Грин продолжала следить, как удовольствие заливает его сознание. Его
дыхание, жаркое и свежее, махнуло по ее губам.
Как зарождающийся
ветер перед разрядным штормом. Когда же, в конце концов, он заговорил, его голос был так тих, что она почти
не слышала его за плеском воды.
— У меня нет возражений, Грин, потому что я понял, что единственный, у
кого есть такие отношения.
Ее рот приоткрылся от смеси удивления от красоты его слов и испуга от их
значения. Они так близко отражали то, о чем она думала. Он имеет в виду их
двоих или его связь с чем-то
иным?
Грин начала было выяснять, но Джорлан воспользовался возможностью
основательно поцеловать ее, полностью погружая язык в ее рот. Вновь поступок
был не по-светски бесстыден. И, несмотря на это, чрезвычайно волнителен!
Грин по опыту знала, что недолго до того момента, когда он начнет
безумствовать.
Порой он полностью отдавался каждому прикосновению и движению. Когда такое
случалось, он всегда продлевал каждое ощущение — для них обоих. Любопытно,
но Грин заметила, что почти всегда, она становилась необузданной
одновременно с ним.
— Это не просто чувственность, — прошептал он, согрев своим
дыханием ее душу. — Это нечто большее.
— Откуда ты узнал, о чем я думаю? — Она игриво касалась его рта,
наслаждаясь вкусом.
— Просто знаю.
Она замерла. Взглянув вверх, она с сомнением встретила серьезный взгляд.
— Что значит, Джорлан, что ты
просто знаешь
?
Он одарил ее недоверчивым взглядом.
— Я не умею читать мысли, как
ты думаешь,
Грин. — Джорлан слегка улыбнулся.
— Именно это ты неоднократно делал и с более высокой частотой, чем
следовало ожидать. По сути, почти сверхъестественно.
— А. — Он потянул за ее верхнюю губу, нежно посасывая.
Грин резко потянула за его нижнюю.
Он снисходительно посмотрел на нее.
— Что, моя имя-дающая?
— Дай определение
а
.
Он пожал плечами.
— Мы стали... настроенными. Вот и
все. Почти
похоже на времена года и джинто.
— При чем тут джинто и мы? — Она внимательно посмотрела на
мужчину.
— Не при чем... и при всем. Лист джинто, на котором мы лежим, упал с
дерева, которому бессчетные тысячи лет. Оно было здесь до того, как любой из
нас, людей, появился на Форусе. Я думаю, что тайны памяти его вида за
пятьсот миллионов лет кроются внутри твердых стволов и жилок листьев.
Это была фантастическая идея. Грин недоверчиво посмотрела на него.
— Если бы кто-то мог
слышать
его уникальный голос, Грин, как ты
думаешь, какие истории он поведал бы?
— Слышать... как будто на самом деле слышать голос? — Она
сглотнула.
Его лазурные глаза впились в нее.
— Нет. Слышать, как будто
наблюдать
.
— Я не уверена, что верно понимаю то, что ты подразумеваешь под
наблюдением.
— Не важно. — Он уставился вниз, снова уходя в себя.
Ее рука охватила его щеку, что нежно поднять его лицо к своему.
— Я думаю, это может, весьма вероятно, оказаться предметом
исключительной важности.
Он пожал плечами.
— Возможно, видение — просто сущность жизни, видимой как
последовательная смена, движение вперед сквозь время, которое неизменно
меняется, несмотря ни на что, точно также. Возможно, это говорит о том, что
вечность — это всего лишь мгновение времени.
— Чрезвычайно провокационная мысль, Джорлан. Глубоко внутри у тебя
скрывается душа поэта? — Грин погладила его по щеке. — Скажи мне,
ты видишь
так?
Он почти ответил, но в последний момент его ресницы заслонили глаза.
— Кто может объяснить то, что почерпнул из своего воображения?
Это было больше, чем воображение. Она знала. Он просто недостаточно доверял
ей, чтобы полагаться. Это задевало, но она понимала его мотивы. Он открылся
ей сексуально, со страстью. Со временем, откроется и здесь тоже. У нее
хватит мудрости подождать.
Грин выгнулась и крепко поцеловала его.
— Да, мой яркопламенный дракон, кто может объяснить?
Он нежно улыбнулся ей.
— Ты очень мудра для такой молоденькой имя-дающей, Грин.
— Вот те раз! И ты считаешь меня молодой? — Она искоса взглянула
на него.
Джорлан тихонько рассмеялся.
— Да. По существу. Порой ты напоминаешь мне ребенка, так что...
— Ребенка! — Она начала хохотать. — Я — Лорда! Я осуществляю
контроль над законами этой страны, благополучие бесчисленного числа людей
зависит от меня, я управляю огромными поместьями, я...
Он прижал кончик пальца к ее губам.
— Я не закончил. Твое постоянное удивление и удовольствие даже от
мелочей заставляет меня так говорить. Место, в котором мы сейчас находимся,
подтверждает это. Кто другой из Дома Лорд стал бы обнаженной скользить вниз
по реке на листе джинто, с или без своего имя-носящего?
Она прикусила губу.
— Думаешь, это глупо?
— Нет, думаю, это
вдохновляюще. — Джорлан
провел костяшками пальцев по ее щеке. — Ты пленяешь меня, Грин. Ты
всегда так делала.
Она ошеломленно заморгала.
— Видимо, таким ты изображаешь свой протест в нашу скрепляющую ночь?
Чрезвычайно пленительным? Ты подбил глаз каждому слуге-мужчине Тамринов!
Он хрипло рассмеялся.
— Ты — самый неуживчивый имя-носящий, который женщина когда-либо
могла...
Джорлан заставил замолчать ее, прижавшись губами к ее рту. От горячих,
напористых, сладострастных поцелуев она задохнулась. А он продолжал
одаривать ее ими.
— Ты ищешь в мужчине вызов, — прошептал он между лихорадочными прикосновениями своего рта.
— Как ты пришел к такому выводу? — Простонала Грин, отвечая на его
шелковистые прикосновения.
— Посмотри, кто сверху, — протянул Джорлан.
В ответ на шокированное выражение ее лица, он широко ухмыльнулся.
— Но знаешь что, Грин? Думаю, я предпочитаю твою возможность выбора.
Мне нравится, как ты реагируешь. — Его рот снова накрыл ее губы.
Сильно. Завоевывающее. Требовательно.
Над ними в ветвях бланоки начали журчание своего предсумеречного хора.
Колеблющиеся трели, издаваемые ими, были непохожи ни на какие крики любых
существ на Форусе. Они регулировали свои странные песни, то попадая в
резонанс, то выходя из него с меняющимся ритмом. Ни один из музыкальных
инструментов не смог повторить такого, хотя многие пытались. Звонкоголосица
в сумерках всегда задевала глубокие струны в людях, пробуждая в них
спокойствие, ощущение довольства и единства.
По этой причине многие члены Слоя специально пытались приманивать бланоков к
своим садам. Хотя, как и многие исконные уроженцы Форуса, они направлялись
куда хотели, бланоки появлялись в некоторых садах, не имеет значения, что бы
им ни предлагали до этого в других.
Грин всегда наслаждалась, наблюдая за бланоками в поместье Рейнардов. По какой-
то причине они любили там собираться.
Грин нахмурилась. Припоминается, только пару дней назад во владениях
Тамринов были вновь замечены двое.
— Я люблю песни бланоков. — Она счастливо вздохнула, услышав
чистые ноты.
Джорлан мягко улыбнулся.
— Я знаю.
— Аватар сказала, что видела парочку возле дома. Надеюсь, они
останутся.
— Я их видел. Они уже свили гнездо на Сондреве рядом с балконом в нашей
спальне.
— Правда?
— Да. — Он опустил голову, припадая губами к ее ключице, мягко
посасывая кожу. Влажное, жаркое потягивающее действие послало покалывание до
голых пальчиков на ногах.
—
Ммм, как восхитительно...
— Бланоки или то, что я делаю? — Он потерся щекой об изгиб ее
плечика.
— И то и другое. —
Могло ли что-то быть таким же
восхитительным? — задумалась она. Покачивание листа, журчание
воды, бланоки, легкий прохладный ветерок и прикосновение Джорлана — внутри и
снаружи. Несомненно, великолепный момент.
— Я неравнодушен к цепочке на твоей талии... — Рука Джорлана
огладила ее тело, скользнув по толстой тальетте, которую она надела утром.
Крошечный золотой диск, называемый Т9-диском, свисал с замочка.
— На Т9-диске хранится комбинация кодов к охраняемым, находящимся под
защитой документам Тамрин Лейн. Он надевается не для модного заявления,
Джорлан.
— Он, без сомнений, делает заявление мне. — Кончики его пальцев
скользнули под цепочку и без помех начали покручивать ее.
По какой-то причине, кожа Грин под цепью стала чрезвычайной чувствительной.
Она внезапно подумала, что чувствовали бы губы Джорлана, если бы так же
стали играть украшением.
Он встретился с ней глазами, всецело осознавая ее вызывающую идею. Губы
растянулись в медленной, безнравственной улыбке. После чего, запустив
свободную руку ей в волосы, он обмотал их вокруг запястья так, что когда он
опустил предплечье рядом с головой Грин, она оказалась практически
пригвождена к месту. Тут же его рот начал играть с ее ушком.
— Что т
...Закладка в соц.сетях
