Жанр: Любовные романы
Пешка в чужой игре
...ash; Вы же почувствовали облегчение, когда вмазали подонку
кулаком по носу?
— О да! Но почему вы так разгневаны? У меня с Мадденом давние счеты, а
вас это никак не должно затрагивать.
— А вам не пришло в голову, что это вы пробудили во мне зверя?
— Нет.
— Я вам не верю. По-моему, вы уже обо всем догадались.
— Ни черта я не догадалась. Можете считать меня тупицей. И перестаньте
метаться по моей гостиной и топать так, что дом вот-вот развалится. К тому
же вам это вредно, вы и так весь день на ногах.
— Я усядусь, только когда успокоюсь, — буркнул Логан.
— Что же вам не дает покоя?
Он не ответил.
— Я жалею, что вовлекла вас в свою мерзкую свару с Мадденом. Теперь я у
вас в долгу за оказанную помощь.
— Ни черта мне вы мне не должны. Я просто вы платил вам гонорар за
оказанную услугу. Но суть не в этом...
— А в том, что вы, на мой взгляд, ведете себя странно, — прервала
его Сара. — Не понимаю, зачем вам нужно было ввязываться в борьбу с
таким проходимцем, как Мадден. Впрочем, тут и моя вина — глупо было
сваливать все мои проблемы на какого-то сенатского таракана.
Она горько усмехнулась.
— Вы виноваты лишь в том, что не обратились сразу ко мне за помощью, да
и сейчас отвергаете ее. Вы не одна в мире, поверьте, — горячо произнес
Логан. — Есть хотя бы одна родственная вам душа.
Сара невольно моргнула ресницами. Ей почудилось, что у нее на глазах
наворачиваются слезы.
— Я не нуждаюсь в чьей-то опеке, — упорствовала она.
— Вам никто не нужен? Вас никогда не оскорбляли, не ранили, не
оставляли на сердце шрамов? Если скажете
нет
, то это чепуха, чистое
вранье!
— Замолчите! Я сочувствую вам, если ваше мужское эго испытало подобное,
но мое, женское, этого, к счастью, избежало.
— Все-таки разрешите мне помогать вам и впредь, — попросил Логан.
— Вы мне уже помогли.
— Но тогда почему вы так нервно сжимаете кулаки? И почему в вашей душе
нет умиротворения?
— Потому что вы действовали мне на нервы своей настойчивостью. Ваша
цель, которую я не понимаю... Давайте начнем заниматься каждый своим делом.
Она сделала шаг к двери, но Логан преградил ей путь. Его руки крепко сжали
плечи Сары.
— С вами что-то не так? — спросила она.
— Если бы я сказал
да
, то солгал бы. Вы выворачиваете мои мозги
набекрень. А знаете, чем?
— Не знаю, — честно призналась она.
— Тем, что отстаиваете свое одиночество в этом мире, свою независимость
от всемирной грязи, не имея при этом никакой защиты.
— Отпустите меня, — попросила Сара.
— Вы боитесь, что я завалю вас на койку, как ваш прежний дружок Мадден?
— Нет. Я о вас лучшего мнения.
— Правда?
Ее груди под блузкой напряглись, хотя он и не касался их. Для возбуждения ей
было достаточно прикосновения его пальцев к плечам и его взгляда.
— Вы не Мадден. Вы другой.
— Какой же?
— Мой друг. Или вы мне солгали?
— Нет, не солгал.
Он отпустил ее и, чуть ли не оттолкнув плечом, шагнул к окну.
Бьюик
все
еще выбирался на шоссе, окутанный облаком пыли.
— Почему вы не сказали мне, что крутили роман с Мадденом?
— Разве это так важно? — воинственно спросила Сара, но тут же
сникла:
— Вы бы тогда не стали мне помогать.
— Для меня это важно.
— Ну и черт с вами! Если вы уж так любознательны, то пожалуйста. К
сегодняшнему дню это не имеет никакого отношения. Теперь он использует меня
не как подстилку для занятий сексом, а как инструмент для строительства
своей карьеры.
— И вы подставляете ему лесенку?
— А что мне остается? — с горечью спросила Сара.
— А как насчет чувств?
— О господи, какие чувства! Я была совсем девчонкой, одинокой и
несмышленой, когда попросилась на работу в контору. Он водил меня, как рыбу,
пойманную на удочку, почти полгода. То обещал, то отказывал. Потом я
сдалась. Он не получил большого удовлетворения, как мне показалось.
— Но продолжал?
— Вы что, психотерапевт или исповедник?
— Я просто реально мыслящий человек и хочу знать, с кем имею дело...
— Например, с извращенной самкой, как назвал меня Мадден? У вас есть
все основания подозревать, что я сплю с Монти... да плюс еще совращаю
волков. Не жалеете, что вас занесло в мой притон?
Телефонный звонок помешал Логану ответить. Он успел первым схватить трубку.
— Нет, она отсутствует. Это Джон Логан. Можете переговорить со мной.
Несколько секунд он молча слушал, потом прервал собеседника:
— Через час мой представитель доставит вам заверенный чек. В обмен вы
вручите ему официальный документ о купле-продаже. Все, спасибо.
Логан повесил трубку и обратился к Саре:
— Это Сандерс из вашей конторы. Он представился, как начальник К-9. Вы
его знаете?
— Он мой босс. — Ее охватило волнение. — Что, Мадден звонил
ему? Он готов продать мне Монти?
— Завтра у вас на руках будут все нужные бумаги.
Неужели это правда? Ей было трудно в это поверить, после стольких лет,
прожитых в страхе и на грани отчаяния.
— Подтвердите, что я не сплю.
Он улыбнулся.
— Подтверждаю.
Она ощутила слабость в коленях и опустилась на стул.
— Я боялась, что Мадден все-таки откажется. Его нелегко сломить.
— Однако он сломался.
Значит, больше не будет никаких угроз, никакого выкручивания рук.
Логан наблюдал, как меняется выражение ее лица.
— Вы излучаете сияние.
Она сама это почувствовала. Ярким солнечным светом наполнилась ее душа.
— Я так страдала из-за Монти. Собаки беспомощны и бесправны, они не
способны противостоять жестокости.
Сара прикрыла глаза, словно пытаясь удержать и сохранить для себя струящийся
из них свет, но через мгновение ощутила легкое прикосновение платка к своей
щеке.
— Что вы делаете?
— Вытираю вам слезы. — Логан промокнул ей щеки платком. —
Почему женщины всегда плачут от счастья? Мне это непонятно. — Он вручил
ей платок, а сам направился к умывальнику. — Отсутствие логики в
поведении меня, например, раздражает.
— Вот как? — Сара смутилась, но не могла справиться со слезами.
Платок был уже весь мокрый.
— Слезы связываются с горем, несчастьем, и природный инстинкт побуждает
мужчину утешать женщину в ее горе. А когда никакого несчастья нет и в помине
и утешать не в чем, то это сбивает нас с толку, в мозгах происходит
сумятица, что, естественно, неприятно. — Он вернулся с влажным
полотенцем. — Дайте-ка мне вашу правую руку.
— Зачем?
— Остановить кровь. Вы поранились, и я собираюсь вас подлечить. —
Логан осторожно обтер разбитые костяшки пальцев.
— Пустяки. Подумаешь, какая рана! — Его заботливость вызывала в
ней смешанные чувства — и протест, и готовность подчиниться.
— Тихо. Не спорить, — одернул ее Логан. — Кстати, у вас
отменный хук правой. Где вы ему научились?
— У Рея Добсона.
— Кто такой Рей Добсон?
— Пожарник. Инструктор в нашей конторе. Он рассказал, как часто при
катастрофах люди теряют разум — от горя или от жадности. Мародеры или родные
тех, кого вы не смогли спасти. Поэтому надо уметь защищать себя.
— Я убедился, что вы не зря брали у него уроки. — Логан поднес ее
руку к губам и поцеловал пораненные места. — Метод самозащиты
примитивный, но весьма действенный. А теперь я хочу позвонить Маргарет и
проверить, послала ли она гонца в контору с чеком. Говорите, что еще я могу
для вас сделать? Рыцарь готов служить прекрасной даме.
Она отрицательно покачала головой.
— Подумайте. Может, убить дракона? Или раздобыть алмазный венец?
— Нет, спасибо. Вы уже потрудились достаточно.
— Для вас достаточно, но для себя — мало.
— Как это понимать? — удивилась Сара.
— Люблю творить чудеса и совершать подвиги, — с пафосом произнес
Логан. — И чтобы на меня смотрели так, как вы сейчас. Это возвышает
меня в собственных глазах и действует, как наркотик.
— Любой наркотик не безвреден, — предупредила Сара. — Вы уже
накачались им сверх меры.
— Согласен, но вы тому виной. Ваши беды пробудили во мне жажду...
Давайте расстанемся на пару минут, и я успокоюсь. Общение с Маргарет по
телефону всегда охлаждает мой пыл.
Прихватив телефон, он скрылся за дверью, и тут только Сара осознала, что с
ней творится что-то странное. Она дышала прерывисто, будто после бега, а
изнутри ее пробирала дрожь. Последние полчаса были до предела насыщены
различного свойства эмоциями. Она пережила и гнев, и облегчение, и сомнения,
и великую радость.
И влечение.
И незачем разубеждать себя. Ее влекло к Логану неудержимо, словно
подхваченную потоком, прорвавшим плотину.
И такое же влечение испытывал к ней Логан. Однако его не занесло, не
закрутило. Он устоял.
И она была разочарована. Глупо, конечно. Господи, как глупо! Меньше всего ей
хотелось, чтобы в их взаимоотношения вмешался секс. Телесная близость с
таким мужчиной представляла для нее опасность. Логан был слишком силен,
властолюбив, настойчив и грозил перевернуть весь привычный уклад ее жизни.
Но почему он обязательно потребует от нее каких-то перемен? Разве они не
могут просто сойтись и разойтись, как два корабля в ночи? Что он может
хотеть от нее, что искать в ней, кроме коротких часов близости и приятного
забвения?
Нет, Сара, остановись! Прекрати об этом думать. Прекрати думать о
нем
, — приказала она себе. Сара встала и направилась туда, где Монти
по-прежнему возлежал возле волчицы. На нее он лишь покосился одним глазом и
в знак приветствия едва шевельнул хвостом.
— Хорош! Друг называется. — Она присела рядом на корточки. —
Мы с Логаном сворачиваем горы, чтобы освободить тебя от Маддена, а тебе
наплевать на все, лишь бы строить глазки Мэгги.
Красивая, любимая
, — дошли до нее собачьи мысли.
— Откуда ты взял, что это любовь? Может, просто секс.
Любовь
, — утверждал Монти.
— Возможно, ты прав. — Она потрепала его по голове. — Но тебе
придется внушить это Мэгги. А она такого понятия не знает.
Когда-то Сара была убеждена, что любовь означает неразрывные узы,
связывающие мужчину и женщину навеки. Еще в детстве она дала себе зарок, в
противовес бесчисленным материнским увлечениям и бракам, выйти замуж один
раз и навсегда. Детские мечты так и остались мечтами. Ей пришлось смириться
с горьким фактом, что отношения между мужчинами и женщинами чаще всего
длятся недолго. Они зыбки и возникают случайно.
Как у нее с Логаном.
— Я все сделала, как ты велел, — сказала Маргарет. — Думаю,
ты правильно поступил, Джон. Я-то считала, что пес принадлежит ей.
— Я тоже так считал.
— А как быть с Мадденом? Прекращаем копаться в его подноготной?
— Нет. Я хочу знать о нем все.
— Ты настроен решительно.
— Именно. Я хочу содрать с него кожу и повесить сушиться на солнышке.
— Почему?
Потому что Логан воспылал ревностью. Потому что с момента, как он узнал, что
Мадден был любовником Сары, желание раздавить эту мразь в человеческом
облике возобладало над всеми доводами здравого смысла и обычной
осторожностью.
— А почему бы и нет? Он не человек, а кусок дерьма.
— С подобными людьми ты сталкиваешься постоянно. Раньше ты просто
игнорировал их.
— А этого типа я собираюсь уничтожить, — резко сказал Логан.
— О'кей, о'кей, — успокоила шефа Маргарет. — Через несколько
дней мы разгребем всю помойку и, надеюсь, добудем вагон информации.
Логан прервал разговор, не прощаясь. Следующим его собеседником был Гален.
— Где, черт побери, Рудзак? — потребовал ответа Логан, как только
Гален снял трубку.
— А где положенное
здравствуй
? Что за манеры, мистер Логан?
— Ты отыскал Санчеса? — Логан никак не отреагировал на замечание.
— Еще вчера. Он не знает, где Рудзак, но я убедил его кое-кому
позвонить и навести справки. Ему сообщили, что Рудзак в Штатах.
— Где?
— Точное его местонахождение неизвестно. Но перед отплытием он закупил
у русского дилера груду взрывчатки и детонаторов.
— Дерьмо!
— Ясно, что он готовит не фейерверк на День независимости, а громкий
взрыв нам. Предлагаю погадать на кофейной гуще, где и когда это произойдет.
— Оставь свои шуточки, Гален, — одернул его Логан — у меня на
территории Штатов семь заводов и двадцать два исследовательских центра. Мы
везде удвоили охрану.
— Рудзаку это не помеха.
— Я знаю.
— Но при сдаче тебе выпал джокер, Логан.
— Что ты имеешь в виду?
— А то, что я уже лечу на помощь. Приземлюсь в Сан-Франциско через два
часа. Завтра займусь проверкой Силиконовой долины, затем на очереди
Додсворт. Подключу свои контакты и, если повезет, выйду на след Рудзака.
Если, разумеется, мой план будет одобрен.
— В моем одобрении ты не нуждаешься. Все равно поступишь по-своему.
— Значит, я получаю свободу рук? Благодарю. Кстати, как поживает наша
леди с собачкой?
— Прекрасно.
— А тогда почему у тебя такой кислый тон? Ты так рявкнул на меня,
словно я погладил тебя против шерсти. Я думал, что у вас с миссис Патрик все
давно наладилось, или конкуренция со стороны Монти слишком сильна?
Логан чуть не раздавил в пальцах хрупкий аппарат, вспомнив грязные намеки
Маддена на пристрастие Сары к животным. Даже пот прошиб его. Он уже по-
настоящему рявкнул в телефон:
— Найди Рудзака, и поскорее!
— Найду.
Гален первым повесил трубку. Логан сунул телефон в карман и уставился на
заходящий за гребень холмов солнечный диск. Ему следовало бы вернуться в
дом, отыскать Сару и в общении с ней расчистить завалы, которые оставил
после себя Мадден. После известия о том, что Рудзак перебрался в Штаты,
покинуть Сару и бросить ее на произвол судьбы Логан не мог и не имел права.
Но ему нелегко было сейчас оставаться с Сарой наедине. Будь проклят этот
Мадден! Несколькими фразами он выбил почву у него из-под ног, заставил
Логана терзаться сомнениями, потерять контроль над собой.
Она трахается, как животное, как дикая самка...
Логан плотно зажмурил веки, сжал кулаки, впившись ногтями в ладони. Снова
его тело сотрясали волны гнева и жгучей ревности.
Из всех женщин, с кем я имел дело, она единственная никогда не говорила
нет
...
В какие эротические игры она охотно играла?
Возьми себя в руки, Логан! — приказал он себе. — Такая доводящая
до исступления похоть совсем не в твоем характере. Секс всегда был для тебя
изысканным наслаждением, а не бездной, в которую падаешь бездумно
. То, что
слова Маддена обострили его естественное желание и придали ему извращенную
форму, вполне понятно. Любой мужчина на месте Логана прореагировал бы точно
так же. И когда он сумеет взять свое тело и свой мозг под контроль, он
вернется в дом и постарается, чтобы Сара не догадалась, какие эмоции только
что его обуревали.
10
— Что-то происходит, — сказала Бонни. — Меня это тревожит,
мама.
Ева оторвала взгляд от черепа, который был сейчас предметом ее изучения, и
огляделась. Бонни свернулась калачиком на диване. На ней были джинсики и
маечка. В такой одежде она всегда являлась Еве. Ее рыжие кудряшки
растрепались, а личико излучало избыток жизненной энергии и будто светилось
в полумраке.
Сердце Евы радостно забилось.
— Привет. Я все гадала, увидимся ли мы снова, в смысле, приснишься ли
ты мне опять.
Бонни улыбнулась:
— Опять ты за свое, мама, никак не сдаешься, все-таки когда-нибудь ты
признаешь, что я настоящая. Ты уже на полдороге к этому...
— К чему? К сумасшедшему дому?
— Как мне тебя убедить, что это совсем не безумие? Ладно, не будем
спорить. Скажи лучше, где Джо и Джейн?
— Уехали в город. Джейн захотелось посмотреть новый фильм с Мэттом
Деймоном. А у меня полно работы, и я осталась дома. Но, очевидно, слишком
переутомилась и задремала... Иначе как бы ты оказалась здесь?
Бонни хихикнула:
— Не очень-то много ты потрудилась над черепом, до того как тебя
склонило ко сну. Не вижу результатов работы. Ты к черепу почти не
прикасалась.
— Не дерзи мне, детка. Яне желаю выслушивать чепуху, которую ты
болтаешь. Никакое ты не привидение, а лишь плод моего воображения. Я тебя
создала, и, как только ты станешь мне не нужна, ты тут же исчезнешь. Я уже
почти отвыкла от дурной привычки общаться с тобой. Сколько месяцев ты уже
сюда не заявлялась? Когда Сара нашла твое тело и мы похоронили тебя честь по
чести, я подумала, что ты ушла навсегда.
— И ты теперь довольна?
— Да, конечно, — сказала Ева, опустив глаза, и тотчас
встрепенулась. — Нет, нет. Я лгу. Я тосковала по тебе, малышка.
— А я по тебе, мама.
У Евы сдавило горло от подступивших рыданий, но она сдержалась.
— Тогда почему ты не приходила повидаться со мной?
— Я вас всех смущала, вносила в вашу жизнь путаницу. Ты умная женщина,
мама, но не всегда ясно видишь, к каким последствиям приводят наши встречи.
Я решила подождать, пока у тебя с Джейн все наладится.
— Как ты добра, девочка моя!
— Я хотела как лучше, прежде всего как лучше для тебя, мама. Мне
следовало оставаться там, вдалеке и подольше, но я встревожилась. Что-то
должно случиться.
— Ты уже говорила об этом и снова повторяешь.
— Потому что это правда. Что-то плохое.
— Предположим, я тебе поверила. — Ева заметила, что у нее дрожат
руки. — С кем должно случиться плохое? С Джо? С Джейн?
— Не уверена, но все возможно. Это был не голос, даже не мысль, просто
я почувствовала беспокойство и... страх. Я не знаю, из-за чего.
— Очень мило с твоей стороны! Хорошие привидения так не поступают.
Разволновала меня, наговорила не весть что, а потом заявляешь, что точно
ничего не знаешь.
— Сара...
— Что?
— Темнота вокруг Сары. И смерть. Так много смертей...
— Сара недавно возвратилась из Баррата. Она там навидалась смертей.
Бонни упрямо покачала головой:
— Что-то обязательно случится.
— Тогда наведайся к ней во сне, предупреди, — посоветовала Ева.
— Мама...
— А я что могу сделать? Сообщить Саре, что моя дочь, которую мы только
что похоронили, беспокоится о ней?
Бонни от огорчения закусила губу:
— Это касается не только ее. Какая-то часть темноты ползет и на тебя.
Иначе я бы не разглядела ее так ясно. — Бонни склонила головку набок,
прислушиваясь. — Я должна уходить. Я слышу, как Джо подъезжает.
— А я не слышу никакой машины.
Ева отерла платком вспотевшие ладони и подошла к окну. Машина Джо как раз
появилась из-за дальнего поворота дороги.
— Как у тебя это получается?
— Призракам положено иметь некоторые преимущества. Я люблю тебя,
мама...
— И я люблю тебя, дочка.
Ева обернулась, но прощаться было не с кем.
Диван опустел. Исчезла маленькая фигурка в джинсах и маечке. Пропало светлое
улыбчивое личико. Бонни в комнате не было.
Горькое разочарование охватило ее. Большей частью видения Бонни вносили в ее
душу мир и покой, и расставание не было таким внезапным и печальным. Но не
на этот раз. Почему?
Что-то должно произойти...
Темнота. Тьма.
Ей думалось, что все темное осталось позади. Последние месяцы, проведенные с
Джо, были наполнены радостью и светом. Единственным облачком на ясном
небосклоне было лишь мрачное настроение Джейн, но Ева верила, что оно скоро
развеется. Если какая-то угроза и назревала, то, по убеждению Евы, судьба
вмешается и отведет ее в сторону. Но сегодня надежда на справедливость
судьбы была поколеблена. Если тьма вновь наползает...
Джо припарковался у коттеджа.
Он и Джейн со смехом одновременно выскочили из машины и так же одновременно
захлопнули дверцы. Наверное, это было нечто вроде игры. Ева сразу
почувствовала себя лучше и вышла их встречать. Она не собиралась поддаваться
панике или впадать в уныние. И позволять своему воображению чересчур
разгуляться. Бонни никакое не привидение и существует лишь в снах Евы. И
нет, конечно, у нее дара пророчества, способности предвидеть грозящую кому-
то опасность. Да и с Сарой все должно быть в порядке.
Сумерки сгущались, но Рудзак смог разглядеть счастливое выражение лица Евы,
когда она спускалась с веранды навстречу мужчине и девочке-подростку. Оно
рассказало ему все, что он хотел знать. Как выяснилось, сведения о любовном
романе Логана с Евой Дункан устарели, как вчерашние газеты. Дункан завела
другого мужчину, а Логан не из тех, кто согласен быть в оркестре второй
скрипкой. Плохо.
Он опустил бинокль и обратился к Дуггану:
— Запускай мотор. Здесь нам делать нечего.
Рудзак откинулся на сиденье, а Дугган на максимальной скорости повел катер к
противоположному берегу озера.
Досье на Логана содержало информацию о том, что в его отношения с Дункан
проник холодок и страсти поувяли, но Рудзак решил убедиться в этом сам. Было
бы приятно уничтожить женщину, которую Логан когда-то любил, однако стоило
отложить расправу с ней и только иметь ее в виду на тот случай, если ничего
более интересного не возникнет на горизонте.
Его пальцы коснулись гребня из слоновой кости и нефрита, который он опустил
в карман, покидая утром свой номер в отеле. Его одолевал соблазн.
Нет, не сейчас, Чен Ли!
Он был бы рад избавиться от гребня. Это был один из последних подарков,
преподнесенных им ей, и он больше, чем другие предметы, навевал горькие
воспоминания.
— Тебе не следовало дарить мне такую прекрасную вещь, — но, говоря
это, Чен Ли уже была во власти очарования от подарка. Ее пальчики скользили
по зубьям гребня, и аромат древности кружил ей голову. — Она слишком
дорогая. Джон, конечно, вслух этого никогда не скажет, но я думаю, ему будет
неприятно при мысли, что он не может дарить мне подобные вещи.
— Логан вряд ли такой эгоист. Тебе ведь нравится гребень?
— Он чудесный. — Она с неохотой вернула ему гребень. — Но
главное для меня — не обидеть Джона, не задеть его чувства. Это важнее
всего. Пойми меня правильно, Мартин.
Ярость пронзила его, как раскаленный железный стержень. Он резко отвернулся,
чтобы она не увидела, как исказилось его лицо.
— Конечно, я понимаю. — Рудзак потянулся к лакированному ящичку,
где она держала свои драгоценности. — Но гребень принадлежит тебе.
Положи его на самое дно и ничего не говори о нем Логану. Он, возможно, его
даже и не заметит.
— Я... я думаю, так будет лучше.
— Я в этом уверен. — Он открыл шкатулку и улыбнулся ей. — В
конце концов он тоже хочет, чтобы у тебя были вещи, которые делают тебя
счастливой.
— Не вещи делают меня счастливой. Джон — мое счастье.
— Вот и замечательно, — не моргнув глазом, соврал Рудзак. —
Мне только того и надо, чтобы ты была счастлива.
...А Логан стал трупом.
На следующей неделе она была у врача, и тот определил у нее лейкемию.
Впервые в жизни Рудзак посчитал, что его подло обманули. И сделал это Логан.
— Мы сюда вернемся? — поинтересовался Дугган.
— Возможно, — пожал плечами Рудзак, с трудом выбираясь из плена
воспоминаний.
— А куда мы направимся? В Сакраменто? В Додсворт?
— Потерпи, скоро узнаешь.
Но Дугган терпением не отличался. Во многом он был похож на ребенка.
— Значит, Додсворт? — настаивал он.
— В конце концов да, но начнем мы с другого. Я дам Логану еще одну
отсрочку. Мне всегда представлялось, что ожидание доставляет большее
удовлетворение, чем сам акт.
— Вам, может, и доставляет
...Закладка в соц.сетях
