Жанр: Любовные романы
Живая мишень
...еред ним?
— Вероятно, в какой-то степени — да. А сам-то ты как считаешь?
— Я считаю, что мои истинные причины и побуждения были насквозь
эгоистичны. Как я уже говорил, я видел в нем себя. И если бы я его убрал,
это было бы что-то вроде самоубийства.
— Но ты совсем на него не похож!
— Откуда ты знаешь? Ты же сама сказала, что я никого не подпускаю к
себе, держу дистанцию.
— Я этого не отрицаю, только со мной у тебя плохо получается. И я все
равно узнаю, что у тебя внутри, хотя, конечно, на это уйдет больше времени.
Скажи лучше вот что: как-то ты упомянул, что Рунну нравилось убивать. Это
верно?
— Да. Пару раз я ездил с ним на охоту — разумеется, не на ту, о которой
я рассказывал, — и видел, как он идет по следу.
Алекс глотнула кофе из своей чашки. Кофе совершенно остыл, но она этого не
замечала.
— А как Рунн узнал, что это ты убил его отца?
— Я предполагаю, что это дело рук Бетуорта. После того как я избежал
приготовленной мне в Корее ловушки, ЦРУ решило завербовать Рунна. Зацепить
его могли только на этом — все стандартные основания для вербовки в его
случае не сработали бы. Как бы там ни было, он согласился работать, и Эл
Лири привез его в США, снабдив документами и всем необходимым. Рунн был
очень удобен: блестящая подготовка, которую он получил еще в Корее,
дополнялась ненавистью и навязчивым, фанатическим желанием во что бы то ни
стало настичь жертву.
— Значит, теперь Рунн работает на Бетуорта?
— Сам он, я думаю, так не считает. Рунн не любит подчиняться — для
этого он слишком самолюбив. — Морган улыбнулся. — Надо сказать,
пару раз он меня едва не поймал. Меня спасло только шестое чувство —
инстинкт. Я чувствую Рунна, если ты понимаешь, что я хочу сказать.
Алекс невольно вздрогнула.
— Инстинкт — это как-то слишком... ненадежно. Я бы не стала полагаться
только на него.
— Порой это единственное, на что в нашей работе можно
полагаться. — Морган постучал согнутым пальцем по рисунку. —
Запомни его, Алекс. Он не остановится. Не будет колебаться. Рунн готов
сровнять с землей всякого, кто окажется на его пути.
— Как и ты?
— Да, как и я, — тихо сказал он. — Ну вот, Алекс, теперь перед тобой полная картина.
— Нет, Морган, ты не такой, — уверенно возразила она. — Я не
знаю, что за связь существовала между вами и, быть может, до сих пор
существует. Но я не сомневаюсь — на самом деле ее природа совсем не такая,
как ты мне только что рассказал. Я думаю, подсознательно ты просто хотел
спасти этого сукина сына.
— Я не миссионер и не добрый самаритянин, Алекс.
— Но ты и не Рунн! И ты больше не мальчишка, каким был, когда пришел в
армию, мечтая посмотреть мир на денежки Дядюшки Сэма. Ты даже не тот
человек, который застрелил Кай Хон Шина два года назад. С тех пор ты
изменился, многое в своей жизни пересмотрел...
Морган насмешливо улыбнулся.
— Ты, кажется, абсолютно в этом уверена!
— Да, я уверена! — Порывисто шагнув к нему, Алекс прижалась
головой к его груди. — Я должна быть уверена, иначе я просто не могу...
Она почувствовала, как Морган напрягся.
— Не надо, Алекс...
Она потерлась щекой о его колючий свитер.
— Ты первый начал. Ты сам сказал — каждый день надо проживать так, словно он твой последний...
— Я передумал.
— Поздно.
Его руки тяжело опустились на плечи Алекс.
— Послушай, Алекс, я не могу...
— Я постараюсь это исправить.
— Черт побери, Алекс, я хочу, чтобы ты осталась в живых! А со мной тебе
будет грозить опасность — всегда, постоянно. Я не принесу тебе ничего, кроме
неприятностей, и это в лучшем случае!
— Каждый должен сам заботиться о своей безопасности. — Она
коснулась губами его подбородка. — Я не так уж много прошу, Морган.
Все, что мне от тебя нужно, — это немного дружелюбия и... постель. Об
остальном я позабочусь сама.
— Неправда, ты хочешь от меня большего — такого, чего я не смогу тебе
дать. Тебе нужен герой. Именно героя ты искала с того самого дня, как умер
твой отец. Вот почему я старался... О черт! — Он крепко обнял
ее. — Не надо, Алекс. Я могу причинить тебе боль...
Она обхватила его руками за шею.
— Только если погибнешь, Джадд...
— Почему ты это сделала? — спросил Морган в темноте. — Мне
кажется, это большая ошибка, и...
— Ты так не считал, когда в первый раз уговаривал меня переспать с
тобой. Тогда тебе казалось, что с моей стороны это, напротив, самый разумный
шаг.
— Ради бога, Алекс, ведь я — мужчина! Ты не должна была меня слушать!
— Если бы я тебя не послушала, то лишилась бы большого
удовольствия. — Она пошевелилась, поудобнее устраиваясь у него на
плече. — Наконец, я бы не стала тебя слушать, если бы не хотела этого
сама. И перестань, пожалуйста, изрекать мрачные пророчества! Даже если все
это только временно, я... мне этого достаточно. — Приподнявшись на
локте, она посмотрела на него сверху вниз. — А мы, между прочим,
неплохо справляемся. По-моему, мы друг другу здорово подходим. Почему бы
тебе тоже не расслабиться и не получить удовольствие?
— Потому что в конце концов тебе будет очень больно! За эти несколько
дней я немного узнал тебя, и я видел, какой ранимой ты можешь быть. А мне
будет трудно вынести, если ты...
— Твоя болтовня мне уже наскучила. К тому же ты повторяешься, —
заявила Алекс и уселась на него верхом. — Я устала постоянно с тобой
бороться, нападать, обороняться, снова нападать. Это не в моем характере.
Морган еще некоторое время продолжал хмуриться, потом его лицо разгладилось.
— Еще как в твоем! — Он обхватил ее руками за талию. — Так,
значит, я тебе уже наскучил? А что ты скажешь на это?..
Гэлен позвонил на следующее утро.
— Нам удалось установить местопребывание Лонтаны, — деловито
сообщил он. — Где-то в Атлантическом океане.
— Он мертв? — вырвалось у Моргана.
— Нет, отчего же? Он ушел в плавание на своей исследовательской шхуне
Последний приют
. Мой агент Колман утверждает, что несколько месяцев назад
Лонтана прилетел в Нассау прямо из Фэрфакса и в тот же день поднял якорь. По
свидетельству очевидцев, он страшно спешил. С тех пор его никто не видел.
— Разве на шхуне нет радио?
— Есть, конечно, но Лонтана не выходит на связь. Я думаю — он
скрывается. На его месте я бы тоже постарался затеряться где-нибудь в
Атлантике.
— А экипаж? Или он управляет шхуной один?
— У него есть три матроса — они же лаборанты, помощники, — называй
как хочешь. Все они исключительно ему преданы, так что доносить на своего
обожаемого босса эти парни вряд ли будут.
— А друзья, коллеги, родственники? Неужели никто не поддерживает с ним
никакой связи? Хотя бы по спутниковому телефону?
Гэлен немного помолчал.
— Вообще-то Колман узнал, что мы не первые, кто пытался разыскать
Лонтану на островах. У профессора была здесь пара близких друзей, но с ними
обошлись не лучшим образом, так что теперь они никому не доверяют. К
счастью, Колману удалось нащупать одну ниточку. Оказывается, у Лонтаны есть
приемная дочь, некая Мелис Немид. Обычно они с Лонтаной работали вместе, но
Колман слышал, что в настоящее время она вернулась на свой остров в Вест-
Индии.
— Что значит — свой? — удивился Морган.
— Они с профессором поселились на безлюдном острове, купленном на
вознаграждение за находку испанского галеона, и оборудовали его по своему
вкусу.
— Ты считаешь, Лонтана может быть с ней?
— Трудно сказать. В любом случае, если кто-то и знает, где сейчас
находится профессор, то только она.
— Если бы она что-то знала, Бетуорт заставил бы ее выложить все, а
потом разделался бы с ней. Или ты считаешь, что, в отличие от твоего
Колмана, его люди поленились потянуть за эту ниточку?
— Что-то подобное пришло в голову и мне, но Колман утверждает, что
расправиться с мисс Немид не так-то легко. Островок у них, прямо скажем,
небольшой, но причалить к нему на лодке или катере очень непросто. Со всех
сторон его окружают опасные подводные камни, в которых несведущему человеку
трудно найти проход. Высадиться на сушу можно только в небольшой бухточке,
но вход в нее загорожен стальными решетками и сетями.
— Вот как? И зачем ей понадобились эти заграждения? Ведь мисс Немид не
могла знать о визите людей Бетуорта заранее.
— Мелис Немид разводит и дрессирует дельфинов; сети и решетки нужны ей,
чтобы в бухту не проникали акулы и касатки. Ну а чтобы помешать пробраться
за барьер двуногим хищникам, достаточно только установить на готовые
заграждения сигнализацию. Поговаривают, что они могут быть и заминированы.
— Мистеру Лонтане не следовало связываться с плохими парнями — тогда бы
не пришлось минировать бухту, где резвятся его любимые дельфины, —
строго сказал Морган. — Эта мисс Немид... есть у нее телефон?
— Да, у нее на острове есть спутниковый телефон. Я несколько раз туда
звонил, но натыкался на автоответчик, который предлагал мне оставить
голосовое сообщение.
— Все равно, дай мне номер... — Морган быстро нацарапал на листке
бумаги несколько цифр. — Попробую оставить мисс Немид сообщение,
которое заставит ее перезвонить мне.
— Желаю удачи. Колмана я пока отзывать не буду, пусть еще покрутится в
тех местах.
— Кого ты хочешь заставить перезвонить? — спросила Алекс, когда
Морган выключил телефон.
— Приемную дочь нашего неуловимого профессора. Ее зовут Мелис
Немид, — объяснил Морган. — Она живет на каком-то занюханном
островке посреди Атлантического океана и изучает дельфинов.
— Ты думаешь, Лонтана сейчас у нее? Морган пожал плечами:
— Понятия не имею. Может быть, да, а может быть, и нет. Говорят, после
возвращения из Фэрфакса он сразу ушел в море. Но мне кажется, эта Мелис в
любом случае должна что-то знать — ведь даже если профессор твердо решил
провести в океане остаток жизни, ему нужно топливо, продовольствие и прочие
мелочи.
— Хочешь, я ей позвоню?
— Это еще зачем?
— Ну, мне кажется, что с женщиной Мелис будет разговаривать свободнее.
В конце концов, я не такая страшная, как ты.
— Только для тех, кто тебя не знает. — Морган улыбнулся.
— И все же позволь мне попробовать.
— Проклятие, если так и дальше пойдет, мне совершенно нечего будет
делать! — Он протянул Алекс мобильник и бумагу с номером
телефона. — Звони. Ты уже решила, что собираешься сказать?
— Правду. О том, что случилось в Арапахо-Джанкшн, и о том, что может
случиться в другом месте, если она нам не поможет. Что еще, по-твоему, я
могу сказать? Если ей не все равно, она перезвонит. Если же ей наплевать, мы
мало что можем сделать.
— Да, тогда нам останется только штурмовать остров и попытаться похитить ее любимых дельфинов.
— Ты, похоже, просто обожаешь похищения! — Алекс стала быстро
набирать номер. — Но я думаю, на этот раз мы обойдемся без крайних мер.
Мелис Немид перезвонила четыре часа спустя.
— Похоже, ей не все равно, — прокомментировал Морган, протягивая
Алекс аппарат. — Надеюсь на это.
— Алекс Грэм слушает, — сказала Алекс в трубку. — ...Да, это
я вам звонила.
— Фил ни в чем не виноват! — горячо заговорила Мелис Немид, едва
успев поздороваться. — Он не знал, что затевают эти люди. Он ничего не
знал про Арапахо-Джанкшн!
— Фил? — удивилась Алекс.
— Филипп Лонтана, мой приемный отец. Он ничего не знал, и никто не
смеет обвинять его в... Впрочем, они-то как раз могут. Самое страшное, что
отцу никто не поверит. Если эта история выплывет на поверхность, его просто
линчуют!
— Он с вами, на острове?
— Даже если бы он был здесь, разве б я вам сказала? Откуда мне знать,
что вы не работаете на Бетуорта?
— Если вы смотрите новости, то должны знать, что меня и вашего отца
разыскивают одни и те же люди.
— Я никогда не смотрю новости. Кроме того, даже если вы настоящая Алекс
Грэм, вы могли сговориться с Бетуортом — пообещать ему найти Фила в обмен на
свою жизнь, свободу, деньги наконец...
— Вы правы, такую возможность нельзя исключать. Но я даю вам честное
слово, что я этого не делала. А если вы не поможете мне сейчас, на вас тоже
ляжет ответственность за все, что может произойти в самом ближайшем будущем.
— Не пытайтесь воздействовать на мою совесть, мисс Грэм. Я хочу только
одного — чтобы меня оставили в покое!
— Того же хотели и те, кто жил в Арапахо-Джанкшн.
— Говорю вам: Филипп не виноват!..
Алекс поняла, что подобный разговор ничего не даст. Нужно было попытаться
найти слабое место в броне, которой окружила себя Мелис Немид.
— Ваше желание жить в мире и спокойствии мне вполне понятно, —
начала она. — Ведь вы, как я знаю, разводите и изучаете дельфинов...
— Да. Ну и что?
— У меня есть подруга, Сара, она — проводник спасательно-розыскной
собаки. Ее Монти — настоящее чудо. Иногда мне даже кажется, что он намного
лучше большинства людей. Я уверена, что вы тоже порой испытываете нечто
подобное.
— В этом месте мне, вероятно, полагается умилиться, растаять и все вам
выложить? — Мелис Немид хмыкнула. — Вот что, мисс Грэм, если у вас
не пропало желание и дальше говорить со мной об этом, приезжайте на остров.
По телефону я обсуждать эту проблему не буду.
Алекс заколебалась.
— Но вы же понимаете, что любые передвижения связаны для нас с
риском, — сказал она. — Боюсь, мы просто не сможем...
— В таком случае — до свидания. И не звоните мне больше: у меня хватает
своих трудностей. Единственное, что меня волнует — это Филипп. Но говорить о
нем я буду, только когда увижу ваше лицо. Приезжайте на остров, или никакого
разговора не будет. — И Мелис Немид дала отбой.
— Она хочет, чтобы мы приехали к ней. — Алекс растерянно взглянула
на Моргана. — Как ты думаешь, сумеем мы добраться туда и не попасться?
— Это будет непросто.
— Я знаю, что непросто. Ты что, за идиотку меня считаешь? Но я уверена,
что дело того стоит. Так сможем мы или нет?
Морган задумался.
— Если привлечь к этому Гэлена и Логана, они, скорее всего, сумеют
незаметно доставить нас на остров. Но, повторяю, это очень опасно.
— Зачем мне безопасность, если я знаю, что уже завтра Бетуорт может
взорвать еще одну плотину и убить сотни ни в чем не повинных людей?!
Придумай что-нибудь, Морган! Если Мелис знает хоть что-то, что может нам
помочь, значит, наш риск будет оправдан. — Алекс облизнула губы. —
Помнишь, ты говорил, что чувствуешь Рунна, чувствуешь, когда он рядом? Так
вот, у меня тоже появилось подобное чувство. Я знаю, чувствую: вот-вот
должно случиться что-то очень страшное! Это будет скоро, Морган, и если мы
не успеем...
— Не стоит тратить силы, уверяя меня в том, в чем я давно уверен. Я
только хотел убедиться, что ты представляешь себе возможные
последствия. — Он улыбнулся. — Знаешь, что мне пришло в голову? Я
мог бы съездить на остров один, а тебя отправить к Гэлену и Элейн. Что
скажешь?
— Нет. Морган вздохнул:
— Почему-то я так и думал. Ладно, я звоню Гэлену.
Белый дом — Ты опять ничего не ешь, — сказал Андреас, улыбнувшись
Челси. — Фредди снова расстроится и будет меня ругать. Он считает — это
я виноват в том, что у тебя нет аппетита.
— А ты действительно уверен, что ты здесь ни при чем?
Андреас медленно отложил вилку и нахмурился.
— Не хочешь объяснить, что ты имеешь в виду?
— Не особенно. — Челси сделала глоток вина из бокала. — Ведь
могут у меня быть свои секреты, правда? Мы женаты не так давно, чтобы
делиться всем, что есть на душе. Всего каких-нибудь двенадцать лет.
Челси явно была в боевом настроении, и Андреас понял, что должен быть очень
осторожен.
— Если хочешь, я могу сказать тебе, сколько времени мы женаты, с
точностью до минуты. — Он посмотрел жене прямо в глаза. — Потому
что каждой минутой я дорожу, словно бесценным сокровищем.
Челси некоторое время смотрела на него, потом не выдержала и отвернулась.
— Черт тебя побери, — сказала она устало. — Твоя искренность
всегда меня обезоруживала. Это нечестно, Джордж!
— Ты сердишься. Могу я узнать — почему?
— Когда ты выставил свою кандидатуру на выборах, я знала, что будет
трудно, и была готова терпеть. Но мне казалось — все будет по-другому. Чего
я не знала, так это того, что большинство граждан Соединенных Штатов будут
считать тебя чуть ли не богом. — Она экспансивно взмахнула
рукой. — Можно подумать, достаточно тебе пальцем шевельнуть, и среди
ночи взойдет солнце, с безоблачного неба низвергнется ливень и пять тысяч
насытятся пятью хлебами!
— О чем ты, дорогая?..
— А ты как думаешь? — В глазах Челси неожиданно блеснули
слезы. — Я боюсь, Джордж! После одиннадцатого сентября ты значишь для
этой страны слишком много. Именно поэтому за тобой охотятся боевики
Матансы
,
Аль-Каиды
,
Хезбе ислами
и прочих... Они знают, что, убив
тебя, нанесут страшный удар всей стране.
— Мне угрожали и раньше, — мягко сказал Андреас. — Но, как видишь, я до сих пор жив.
— Да, ты пока жив, но они подбираются все ближе! Особенно этот ужасный
Кордоба со своей
Матансой
... И не спорь со мной: я знаю, что это так,
иначе бы ты не натравил на меня Нэнси Шепард.
— Что-что?
— Пожалуйста, не прикидывайся, будто ничего не знаешь! Разве ты не
попросил ее послать меня в Питсбург — собирать средства для Национальной
ассоциации помощи детям, подвергшимся насилию? Неужели ты думал, что я не
догадаюсь?
— Нет, конечно. Но я надеялся — ты притворишься, что не догадалась.
— Почему?
— Потому что так было бы проще.
— Я никуда не поеду. Нэнси я сказала, чтобы она подыскала кого-нибудь
другого.
Андреас покачал головой:
— Нет, Челси, тебе придется поехать в Питсбург.
— Я тебя не оставлю!
— Ты поедешь. — Он улыбнулся. — Потому что, если ты этого не
сделаешь, мне придется сказать Нэнси, что вместо тебя поеду я. И не только в
Питсбург. Я объеду все крупные города на северо-востоке, чтобы собрать
средства для подвергшихся насилию детишек, и да поможет мне бог!
— Нет!
— Выбирай: ты или я.
— Господи, почему я не могу остаться с тобой? В Белом доме нам ничто не
грозит!
— К сожалению, на земле не осталось мест, которые были бы совершенно
безопасны.
— О'кей, я знаю. — Челси вздохнула. — Почему, как ты думаешь,
я не стала возражать, когда ты отослал детей?.. И все равно, здесь намного
безопаснее, чем где бы то ни было. Покуда ты остаешься в Белом доме, Келлер
может обеспечить твою охрану.
— Так кто поедет в Питсбург, ты или я?
— Черт бы тебя побрал! — Челси тяжело вздохнула. — Я поеду.
— Это будет просто замечательно, любимая. От этого выиграют не только
подвергшиеся насилию дети, но и я.
— Хорошо, я поеду, — повторила Челси дрожащим голосом. —
Только не позволяй им убить тебя, ладно? Иначе мне придется ходить в трауре,
а ты знаешь — черное мне не идет.
12
Толстая стальная сеть протянулась от берега до берега, загораживая вход в
бухту. Верхний край ее поднимался над водой фута на четыре. В середине
возвышалось некое подобие ворот из сети с более мелкой ячейкой. Ворота были
закрыты.
— Ну, что будем делать? — спросила Алекс. — Резать?
Морган покачал головой.
— Нет. Будем ждать. — Он выключил мотор катера. — Мы
позвонили и предупредили, что едем. Теперь мисс Немид должна сделать свой
ход.
— Что ж, подождем. — Алекс встала с сиденья, всматриваясь в
аккуратный кирпичный коттеджик, стоявший на самом берегу бухты.
Остров был очень живописен. Зеленые холмы, сапфирово-синяя вода лагуны,
пальмы и цветы, покачивающиеся под теплым бризом, — все это навевало
чувство умиротворения и покоя. Алекс пожалела, что не взяла с собой
фотоаппарат — открывшаяся картина так и просилась на пленку.
— Я что-то не вижу никакого движения, — сказала она. — Может
быть, стоит покричать или... Ага, это, наверное, она — Мелис Немид.
Из-за домика на берегу действительно появилась женщина и направилась к
причалу. Невысокая, она была одета в шорты и белую майку, хрупкая и издалека
выглядела, как девочка. Впечатление усиливалось благодаря светлым, почти
белым волосам, какие обычно бывают у детей. Однако в том, как она спрыгнула
в лодку и рывком запустила подвесной мотор, ничего детского не было.
Наоборот, каждое ее движение выдавало уверенность, опыт и сноровку,
приобретенные за годы жизни на безлюдном островке посреди Атлантики.
Распустив по сторонам усы белой пены и высоко задрав нос, моторка быстро
приближалась. Ярдов за пятнадцать до сети Мелис Немид заглушила мотор и
развернулась, внимательно разглядывая пришельцев.
Она была очень хороша собой, но Алекс сразу увидела, что перед ней совсем не
девочка. Мелис Немид было лет двадцать восемь — тридцать; большие темные
глаза и правильные, словно точеные черты, выражавшие уверенность и
упрямство, делали ее лицо очень необычным, запоминающимся.
Смерив их изучающим взглядом, Мелис Немид холодно спросила:
— Это вы Алекс Грэм? Алекс кивнула.
— Вы совсем не похожи на фотографию, которую показывали в новостях Си-эн-
эн.
— И слава богу, что не похожа, — это один из самых неудачных моих
снимков. А вы, вероятно, мисс Немид?
Женщина кивнула.
— Вы, кажется, сказали, что не смотрите телевизор. Как же вы узнали,
как я выгляжу?
— Пришлось посмотреть. Должна же я была убедиться, что вы — это вы.
— Ну и как, теперь вы убедились?
— Что вы Алекс Грэм и что вы по уши в дерьме? Пожалуй, да. — Мелис
Немид повернулась к Моргану: — А это что за тип? Мне он не нравится.
Алекс покачала головой:
— Это мистер Морган, Джадд Морган. Он мой друг. Если бы не он, я бы,
наверное, сейчас с вами не разговаривала.
— Ага, наконец-то обо мне сказали правду! — вполголоса пробормотал
Морган.
— Все равно я вам не доверяю. — Мелис Немид немного помолчала,
потом пожала плечами. — Впрочем, особого выбора у меня нет.
Она запустила мотор и на малом ходу поплыла вдоль сети. У ворот она
остановилась и, перегнувшись через борт, опустила руки в воду. В следующую
минуту десятифутовый участок сети опустился вниз.
— Запускайте мотор. Как только войдете в бухту — заглушите, —
приказала она.
Морган подчинился. Едва их катер перевалил через сеть, Мелис Немид потянула
за веревку, и ворота снова закрылись. Затем она включила передачу, тихо
урчавший на холостом ходу мотор взвыл, и лодка резво помчалась к берегу.
— Судя по всему, нам нужно следовать за ней. — Морган снова
запустил двигатель и направил катер к причалу. — Любезна, ничего не
скажешь! Можно подумать, мы явились сюда без приглашения.
Когда они пристали к причалу, Мелис уже привязала лодку и широким шагом шла
к дому. Обернувшись через плечо, она раздраженно сказала:
— Пош
...Закладка в соц.сетях
