Жанр: Любовные романы
Грешные желания
....
- Дэвид, мне необходимо разобраться в том, что произошло. Наверняка кто-то
может удовлетворить мое любопытство.
Сантерия никогда не применялась против англоязычного населения. Так мне сказали
в полиции.
- Боюсь, что ничем не могу вам помочь. - В его глазах сквозила тревога. -
Американцам, поклоняющимся
христианскому Богу, это очень трудно понять. Африканские божества капризны, их
нельзя запихнуть в привычную
этическую систему белых. То, что делают боги сантерии, таинственно и временами,
можно сказать, даже жестоко.
Габи не отрывала от него изумленного взгляда. Акцент Дэвида был по-прежнему
заметен, но его интонации, его речь,
особенно фразы типа "этическая система" явились для нее полной неожиданностью.
Габи внезапно поняла, что Дэвид
Фотергил гораздо более образованный человек, чем желает показаться окружающим.
Он заметил ее выражение и улыбнулся с легкой иронией.
- Прошу прощения, мисс Габриэль, думаю, я слишком спешу, чтобы убедить вас не
впутываться в эту историю. Забудьте
о моих социологических экскурсах. Суть вот в чем: некоторые стороны веры
последователей сантерии способны... э-э-э...
сильно встревожить вас.
- Боже мой, я уже достаточно встревожена! Убили моего пса, на веранде моего
дома устроили кровавое
жертвоприношение, явно нацеленное против меня, а не Эскудеро. Я в этом не
сомневаюсь. - Они стояли под палящим
солнцем, но Габи чувствовала дрожь во всем теле. - Ты же сам просил связаться с
тобой, если еще что-нибудь произойдет!
- А что еще случилось? - Он нахмурился.
- Кто-то по-прежнему преследует меня. Все тот же черный лимузин. Только
теперь автомобиль больше не паркуется на
противоположной стороне улицы, когда я выхожу с работы. Теперь он следует за
мной по дороге домой. Кто бы это ни был,
они знают, что их слежка не укрылась от меня. Когда я сворачиваю на Палм-Айленд,
лимузин проезжает мимо. Они ни разу
не следовали за мной до дома.
- Та же машина? Вы уверены?
- Да, уверена. - Новая дрожь прошла по ее телу. Разве спутаешь длинный
"Кадиллак" с тонированными стеклами! -
Они действуют осторожно, держатся на некотором расстоянии. У меня ни разу не
было возможности рассмотреть
регистрационные номера. Кроме того, - проговорила она с некоторой
нерешительностью, - все те же проблемы дома. -
Габи чувствовала себя глупо, болтая о таких вещах средь бела дня. Оставалось
надеяться, что Дэвид ей верит. -
Позапрошлой ночью меня вновь разбудил шум, похожий на барабанную дробь. Я еле
удержалась, чтобы не выскочить на
улицу.
Дэвид задумчиво разглядывал девушку. Потом он сжал ее руку в огромной ладони
и быстро повлек за собой по тротуару.
- Мисс Габриэль, не думаю, что визит к жрице многое прояснит для вас. Не
забывайте, что вы посторонняя. Вы не
верите в такие вещи.
- Но, Дэвид, ты же говорил, что нашел кого-то!
- О да, я кое-кого нашел. Не так уж трудно отыскать жрицу в Майами. Однако я
думаю, - произнес он растянуто, -
вряд ли вам поможет жрица. Подобные странности не случаются с хорошенькими юными
леди, которые... - Он окинул
многозначительным взглядом дорогой костюм Габи и ее новую стильную стрижку, -
...которые проживают на Палм-Айленд,
имеют богатых, влиятельных друзей и работают в крупной газете.
Габи едва поспевала за Дэвидом.
- Но кто-то явился в мой дом, убил мою собаку и до такой степени напугал
мать, что ее пришлось поместить в больницу.
Не знаю, почему это произошло, но собираюсь непременно выяснить. На полицию,
похоже, не стоит рассчитывать. - Габи
на секунду задумалась. - Дэвид, эта жрица, она... нам, надеюсь, никого не
придется убивать? Если кому-нибудь вздумается
принести в жертву животное, я не уверена, что смогу выдержать это!
- Нет, ничего такого не будет. Мы идем лишь для того, чтобы задать несколько
вопросов.
Однако Габи заставила его остановиться.
- Тебе никогда не приходила в голову мысль, что кто-то просто пытается
запугать меня? А что, если кто-нибудь записал
на магнитофон барабанную дробь и спрятал аппаратуру в стене моего дома, чтобы
добиться такого эффекта?
Дэвид секунду помолчал.
- Нет, - пробормотал он, покачивая головой, - это не магнитофонная запись.
- Откуда ты знаешь? Предположим, это сделали те же люди, что следят за мной
из черного лимузина.
- Возможно, кто-то и преследует тебя. Но в доме мы слышали нечто совсем
другое.
В голосе Дэвида звучала уверенность, и Габи тяжело вздохнула.
- Ну ладно, - сказала она, - давай навестим эту жрицу. Моя машина стоит на...
- Но мы уже пришли.
Они остановились перед входом в небольшое помещение, лепившееся между
страховой конторой с вывеской,
начертанной по-испански, и крошечной ювелирной лавкой. Дэвид провел ее через
узкий коридор, они поднялись по лестнице
и уперлись в дверь. Дэвид вошел без стука, Габи проследовала за ним и оказалась
в маленькой комнатке с несколькими
пластиковыми стульями и низким столиком, на котором были разбросаны старые
номера журналов. Обстановка напоминала
запущенную приемную дантиста.
- Нам следует позвонить или что-то еще? - шепотом спросила Габи. От ее
обоняния не ускользнул легкий знакомый
аромат специй и курений, запах тяжелой тропической пищи.
Дэвид подтолкнул ее вперед себя.
- Думаю, ялоха нас ждет.
После залитой солнечным светом улицы во внутренней комнате было непривычно
темно. Габи потребовалось несколько
минут, чтобы привыкнуть к скудному освещению. Наконец, приспособившись, она
разглядела, что одна из стен комнаты от
пола до потолка завешана шелковыми цветами, кусочками фольги, мерцавшими, точно
осколки зеркал, рыболовными
сетями, морскими раковинами и отрезами бархата и атласа красного, зеленого и
фиолетового цветов, кое-где украшенного
блестящей золотой бахромой. Все это напоминало языческий алтарь.
Перед стеной на красных и синих драпированных бархатом пьедесталах стояли
ярко раскрашенные гипсовые статуи
католических святых, большие керамические вазы, глиняные горшки и дешевые
пластиковые куклы, одетые в золото и атлас.
Там же лежало несколько разновидностей ножей, включая мачете, и точные копии
ритуальных топоров с двумя лезвиями. На
полу была расставлена керамическая посуда, наполненная всевозможными
кондитерскими изделиями, и корзины с
тропическими фруктами - ананасами, плодами манго, гуавы, папайи, красными,
зелеными и желтыми бананами и изрядным
количеством кокосов. Рядом с корзинами помещались три огромных примитивных
барабана, украшенные черными
символами. Сквозь драпировку из атласа и бархата, фольгу, искусственные цветы и
ряд статуй мерцали огоньки сотен свечей.
Габи стояла, будто прикованная к месту. Их преследовали все те же навязчивые
запахи: к густому сладковатому аромату
тропических цветов примешивались запахи пряностей, чеснока, сигарного дыма и
крепкого рома.
В комнате было не только темно, но и удушающе жарко. Здесь отсутствовали
окна, как, очевидно, и кондиционеры.
Звенящая темнота, загроможденное помещение, мириады крошечных свечных огоньков и
удушливая жара - все это вызвало
у Га-би головокружение и зловещий трепет внизу ее живота.
- Ялоха, - шепнул ей на ухо Дэвид.
Маленькая фигурка, тихая и неподвижная, так что Габи приняла ее сначала за
одну из статуй, внезапно покачала головой.
Удивительно малорослая чернокожая женщина в алом платье из великолепного шелка,
украшенном тяжелыми гирляндами
кружев, и зеленом атласном платке на голове, по-африкански завязанном спереди
узлом, оказалась жрицей этого храма. Габи
никогда прежде не видела таких черных глазок, как те, что блестели на личике с
чуть крючковатым носом.
- Мисс Габриэль, это сеньора Иби Гобуо. - В тишине голос Дэвида прозвучал
неестественно громко. - Не называйте
ее сантерой. Это африканская жрица. Зовите ее ялоха, как я сказал.
Маленькая фигурка продолжала оставаться неподвижной.
- Теперь, - объяснил Дэвид, - мы должны убедиться, что она желает говорить с
нами.
Черные глазки из-под зеленого атласного платка неспешно оглядели Габи с
головы до кончиков туфель. Вот это был
взгляд! Он буквально вывернул ее наизнанку, проникая в самые потаенные глубины
ее существа.
- Подойди. - Странный старческий голос прозвучал так резко, что Габи
вздрогнула. Она подалась вперед с мыслью, что
для беседы с этой крошечной жрицей ей, вероятно, придется опуститься на колени.
- Ялоха, - начал Дэвид, - это...
Нетерпеливое шипение прервало его реплику. Темная костлявая рука жрицы с
указующим перстом протянулась им
навстречу.
Глядя на происходящее, Габи ощущала, как капли пота стекают по ее спине.
Курения, тяжелый запах пищи, темные
благоухающие цветы возымели свое действие: веки Габи налились свинцом, она
смотрела на руку с вытянутым указательным
пальцем и могла поклясться, что видит поток, струящийся из него прямо внутрь ее
тела.
- Я знаю, зачем ты пришла, - произнесла ялоха странным высоким голоском.
Указующий палец ткнулся в Габи. - Ты
меняешься, и будешь меняться дальше. Ошун любит красивую одежду. Она
прихорашивается для Чанго.
Габи набрала воздух глубоко в легкие. Настал ли ее черед заговорить?
- Прости меня, ялоха, - прошептала она, - но я пришла к тебе, чтобы
спросить...
- Он является, окруженный молниями, - продолжала старуха, не обращая внимания
на ее слова. - Вместе с громом и
молнией. Таковы приметы Чанго.
Габи увидела, как сучковатая черная рука поднялась и начертала в воздухе
круг.
- Среди сильной бури и молний, - монотонно пропела жрица, - Чанго к тебе
приходит. Он так красив и силен. Он
несет огненное кольцо.
Габи с изумлением уставилась на старуху. Точь-в-точь, как в ее сне. Маленькая
жрица не могла знать об огненном кольце
из ночного кошмара, повторения которого так боялась Габи. Девушка повернулась к
Дэвиду, но тот лишь покачал головой.
Не получив ответа, они натолкнулись на новые вопросы. Кто такой Чанго? И
какое это имело отношение к
случившемуся?
Плотная шелковая ткань платья зашуршала, стоило лишь жрице пошевелиться.
- Я говорю на йоруба, - произнесла маленькая женщина, - истинном языке
сантерии. Но с вами я стану беседовать на
родном вам языке, быть может, иногда по-испански.
Габи чувствовала возрастающее неудобство и захотела поскорее покинуть это
место.
- Сеньора... ялоха, мне хотелось бы узнать, почему убили мою собаку. Полиция
говорит, что кто-то практиковал
сантерию в моем доме. Но они считают, что заклинания были направлены против
семьи кубинцев, которая живет в нашем
гаражном помещении. То есть они раньше там жили, - поправилась Габи. - Эскудеро
исчезли.
Старуха не слушала.
- Твоя мать любит тебя, девочка, - сказала она высоким, сладким, точно в
экстазе, голосом, - хотя ты и не веришь в
это. Она приняла дурные заклятия, предназначавшиеся для тебя. - Жрица помолчала,
глядя в пространство невидящим
взором. - Но она поправится. Да будет так.
У Габи пересохло во рту. На мгновение голос говорившей чудесным образом
напомнил ей голос Жаннет. Много лет
назад, когда мать была молода и полна жизни.
Неожиданно ялоха властно скомандовала:
- Пойдем со мной! Я хочу объяснить.
Жрица остановилась перед большим шкафом из красного дерева и распахнула
дверцы.
- Это шкаф, где хранятся атрибуты богов. Вот великие африканские божества
сантерии. Я буду объяснять, а ты слушать,
потому что заново я это делать не стану.
Черная рука старухи слегка прикоснулась к верхней полке.
- Здесь место Обатала, очень важного бога мира и непорочности. Он небесный
ориша. Обатала, как Иисус Христос.
Цвет белый и символ - белый голубь.
Скрюченные пальцы переместились ко второй полке.
- Здесь Ошун, ориша речных вод. Ошун прекрасная молодая богиня, желтая, как
золото, красная, как любовь.
На полке, как заметила Габи, было множество вееров и скляночек с духами.
Здесь же стояла банка с пчелиным медом
Сиу, лежало коралловое ожерелье и несколько маленьких игрушечных каноэ,
сделанных из пластмассы.
Она увидела, что черные старческие руки взяли баночку и открыли крышку.
Затем, так быстро, что Габи не успела
отпрянуть, жрица мазнула сладкой липкой массой по ее губам.
Лизнув, испуганная Габи почувствовала вкус меда. Жрица пристально посмотрела
на нее.
- Нравится тебе? - спросила старуха.
Габи с трудом сглотнула, отчаянно желая чем-нибудь утереться от меда. Но он,
казалось, еще больше налипал к ее губам
и деснам.
- Приятно, - солгала она.
Ялоха опять повернулась к шкафу.
- Третья приходится сестрой Ошун. Это Йемайа океанских вод. Ошун ориша любви,
радуги, речных потоков. Ее сестра,
богиня Йемайа - женщина, мать. Йемайе принадлежит все домашнее хозяйство,
женщины, ухаживающие за детьми, и
роженицы. Все они молятся ей.
Рука переместилась к последней полке.
- Здесь Ойа, ориша кладбищ и смерти. - Ялоха резко захлопнула дверцу шкафа. -
Мы теперь не говорим об Ойе,
богине ныне мертвых людей. Быть может, позднее.
Крошечная фигурка двинулась к другому шкафу, поменьше.
- Тут живут остальные ориши, очень могущественные. Огун, кующий железо,
Елеггуа, в чьем ведении будущее и
прошлое, Бабалу-ай-ей, врачующий болезни, и многие другие. Но сейчас я покажу
тебе... Чанго!
Она отворила дверцы шкафа, покрытые искусной резьбой, и перед взором Габи
предстало несколько полок, заставленных
свечами и чашами. Между ними лежали два яблока, миниатюрный топорик с двумя
лезвиями, горсть сушеного зерна, темный
перезрелый банан и золотые монеты. В глубине стояла маленькая женская статуэтка
в средневековом бело-красном одеянии.
В одной руке она держала меч, а в другой - миниатюрный замок с башенкой.
- У католиков это Санта-Барбара, - сказала ялоха, прикасаясь к статуэтке
святой. - Но Чанго мужской оршиа, очень
красивый, бог огня и молнии, очень могущественный и таинственный. - Она
помолчала. - И сексуальный. Чанго очень
хорош в любви.
Габи держала ладонь у рта. Она никак не могла отделаться от ужасного привкуса
меда. Жрица стала бормотать какие-то
непонятные слова.
- Дэвид, о чем она говорит? - прошептала девушка.
Он наклонился к ней.
- Мунделе - это белый человек на языке йору-ба, мисс Габриэль, - зашептал он
в ответ. - Ялоха говорит, что ориша
призывает вас. Хотя вы и мунделе.
Ялоха, будто не замечая гостей, стала копаться в одной из корзин с фруктами.
Габи почувствовала легкую тошноту.
- Нам лучше уйти, - обратилась она к Дэвиду, все еще прикрывая рот ладонью.
Жрица выбрала в корзине кокос и обнюхала его.
- Мы должны разрезать священный кокос. - Она протянула плод. - После этого
ориша ответит на ваши вопросы.
Габи вновь сглотнула.
- Мы же не собирались оставаться ни на какие действа!
Однако маленькая жрица в ярком платье уже принялась монотонно напевать свои
заклинания.
- Дэвид, - пробормотала Габи. Ее желудок взбунтовался. Из-за невыносимой жары
комната вертелась перед глазами.
Дэвид, видимо, не слышал ее, так как жрица продолжала завывать на языке йоруба.
Она сняла с настенного алтаря мачете и,
положив кокос на пьедестал, быстро разрубила плод на несколько кусков.
Габи сконцентрировала внимание на букете искусственных маков, чтобы сдержать
возрастающее волнение в животе. Ей
никогда не нравился запах кокоса. Почему не удается растормошить Дэвида?
Ялоха набрала в обе руки кусочки кокоса и закрыла глаза, затем принялась
энергично разбрасывать их по полу вокруг
себя. Все куски приземлились темной стороной вверх. Чернокожая старуха издала
еле слышное шипение.
- Оекун! - взвизгнула жрица.
Всего лишь кусочки свежего кокоса. Но Габи старалась не смотреть на них. Она
чуяла аромат кокосового молока.
Почему-то без всяких слов ей стало ясно, что полученный результат не предвещает
ничего хорошего. Старуха нараспев
повторяла заклинания, затем поднялась на цыпочки, будто маленькая птичка,
изготовившаяся к полету, и замерла...
- Мне это не по силам, - вдруг объявила старуха, опускаясь на пятки. - Мы
немедленно должны пойти к бабалао.
- Мисс Габриэль. - Голос Дэвида, казалось, доносился откуда-то издалека. -
Она хочет отвести вас к верховному
жрецу.
Габи обливалась холодным потом. С ней творилось что-то неладное. Она
чувствовала слабость, и ничего не могла с собой
поделать.
- Мисс Габи, вы меня слышите? - снова раздался голос Дэвида. - Кокосы легли в
сочетании оекун, а это плохо. Хуже
некуда.
Маленькая ялоха ступила между ними, ткнув скрюченным пальцем в грудь Дэвиду.
- Я не нуждаюсь в поэтах! - резко сказала она. - Твой друг не тот, за кого
себя выдает!
Перед глазами Габи стоял лишь плотный серый туман.
- Дэвид... - Каждое слово давалось ей с огромным трудом. - Ты это понимаешь?
- Как в ночном кошмаре, Габи не
оставляло ощущение, что она вот-вот окончательно отключится. - С ума можно
сойти. Ялоха считает, что ты поэт!
В следующую секунду Габи поняла, что ей придется попросить Дэвида вывести ее
оттуда. Немедленно. В противном
случае, либо ее стошнит, либо она упадет в обморок.
- О, мисс Габриэль! - Она почувствовала, как Дэвид обхватил ее за талию.
Нет, ее не стошнит, смутно осознала Габи. Она просто лишится чувств.
10
Жаркие солнечные лучи просачивались сквозь вертикальные жалюзи и длинными
узкими полосами падали на ковровое
покрытие в кабинете бабалао. В комнате стояла прохлада. Кондиционер воздуха
работал на полную мощность, что, как уже
объяснил верховный жрец, не в последнюю очередь обусловливалось наличием в
помещении компьютера, великолепной
системы AT&T, занимавшей весь стол и две боковые тумбочки.
- Черт, ну вот опять, - пробормотал он, рассматривая на экране изменяющийся
рисунок предсказания. - Иби Гобуо
права, у вас действительно неприятности. - Он откинулся на спинку стула и
задумчиво потер подбородок. - Как мне
представляется, кто-то действительно задумал недоброе.
Офис бабалао находился в небольшом доме с оштукатуренными стенами неподалеку
от обиталища жрицы. Даже через
двойные зеркальные окна Габи слышала шум уличного транспорта.
Девушка и представить себе не могла, что встретится с этаким яппи,
профессиональным специалистом в области
кубинского вуду, одетым в строгий деловой костюм из черного шелка, белую рубашку
и галстук от Графини Мара с
бриллиантовой булавкой, вполне отвечающей самым изысканным вкусам. Однако затем
она поняла, что Джордж Кастанеда
не был обыкновенным верховным жрецом сантерии. Он закончил университет в
Таллахасси, штат Флорида (диплом висел на
стене за столом), имел обширную клиентуру и преуспевал в своем деле. Он не
преминул заверить, что единственный в
Майами, а быть может, и во всем мире, использует персональный компьютер для
интерпретации посланий богов сантерии.
Без малого сорока лет от роду, загорелый красавец с тщательно подстриженными и
причесанными черными волосами и
смуглой кожей, он был немного озабочен тем, что испытала Габи во время визита к
ялохе.
- Все дело в духоте, - объяснила она, допивая холодный "7-Up", который
бабалао налил из автомата с
прохладительными напитками, установленного в холле. Габи чувствовала неловкость
после своей внезапной слабости в
квартире у жрицы. Она отнесла это на счет неспособности своего организма
приспособиться к местному климату.
- Ялоха считает вас очень чувствительной... - сказал бабалао, набирая
следующую строку. - Ей кажется, что вы
восприняли много сильных вибраций. А предобморочное состояние можно объяснить
тем, что вы вступили в... м-м-м...
контакт с духами. - Он скосил глаза на экран. - Не хотел бы спорить с ней, но,
честно говоря, не думаю, чтобы у вас было
нечто общее с оришами. По всей видимости, на самом деле это был характерный для
мунделе приступ беспокойства. Белые
леди частенько падают в обморок, - продолжал он с едва скрываемой иронией. - Это
проявление крайней зажатости. Мои
соотечественники при испуге заблевывают все помещение.
- Беспокойство здесь ни при чем, - смущенно откликнулась Габи. - Во всем
виновата духота. - Ей не хотелось
признаваться, как близка она была в комнате жрицы к тому, о чем только что
говорил бабалао.
- Нет? - Бабалао набрал следующий код, и на экране компьютера, точно в
игровом автомате, высветилась очередная
комбинация. - Мне думается, волнение здесь вполне уместно. Вы производите
впечатление женщины, - сказал он, не
отрывая глаз от экрана, - которая напугана гораздо больше, чем желает показать.
Тут невольно станешь бояться всего на
свете. Большинство ялох не любит отсылать своих клиентов в вышестоящие
инстанции, - добавил он, прежде чем Габи
успела возразить. - Например, ко мне. Но Иби, знаете ли, выбилась из сил. Кокосы
ложились в сочетании оекун. Она никак
не могла поверить в такое.
Габи плотно сжала губы, чтобы не ответить колкостью. Все, что произошло с ней
в комнате у жрицы, было результатом
пережитого недавно волнения, досадной минутной слабостью, и она всячески
пыталась втолковать им это. Однако Дэвид так
хлопотал над ней, точно клуша над своим выводком, что пришлось отослать его
вниз, чтобы он подождал у дома на Восьмой
улице. Вообще-то беседы с бабалао, как правило, проходили в строжайшей
секретности. Даже ялоха не была допущена в его
кабинет.
Еще одной ошибкой, как поняла Габи, было выложить всю историю Джорджу
Катанеде. Недолго думая, она рассказала
так называемому верховному жрецу о наркодельцах, встреченных ею во время шоу
мод, о гибели Юпитера, о таинственных
звуках в доме и даже сообщила, сколько раз подвергалась преследованию черного
лимузина. Наконец, что досаднее всего,
она сболтнула о самом сокровенном - то есть о Джеймсе Санта-Марине, явившемся к
ней домой во время разыгравшейся
бури.
Бабалао выслушал рассказ с сосредоточенным вниманием, будто заранее знал, что
Габи раскроет перед ним все свои
секреты.
- Мы с Джеймсом Санта-Марином вместе ходили в среднюю школу Коралловых
атоллов, - сообщил он, когда Габи
выдохлась, и ухмыльнулся при виде ее изумления. - О, да, Джимми продолжил
образование в заведении для мальчиков из
состоятельных семей, университете Майами. Я же получил диплом во Флорида-Стейт.
Но уже в те времена он участвовал в
первенстве по теннису. Он классно плавал и однажды сломал ногу, играя за
квотербека на первой линии. В общем, славой он
не был обделен. Разумеется, если вы знакомы с женской половиной семейства... -
Кастанеда не договорил и, помолчав,
продолжил: - Джимми представляет собой классический пример - первый и
единственный сын в семье, глава дома,
преуспевающий в делах, в восторге от себя самого и предмет всеобщего поклонения.
Наш Джимми всегда был этаким
тигром.
У Габи в голове все перемешалось. Этот яппи, специалист в области вуду,
оказывается, знаком или, по крайней мере, был
знаком с Джеймсом Санта-Марином? Теперь настало время порадоваться, что в ее
повествовании были опущены наиболее
интимные подробности о том, что произошло на кушетке в гостиной. Это никого не
касается, решила она. Даже верховного
жреца сантерии.
- Не понимаю, к чему вы все это говорите, - произнесла она с раздражением в
голосе. - Мне требуется объяснение
того, что произошло в моем доме!
- Хорошо. - Бабалао наклонился вперед на своем стуле и продекламировал что-то
по-испански с идеальным
академическим произношением.
Габи с удивлением посмотрела на него.
- Прошу прощения. Я не настолько хорошо знаю испанский язык!
- Это написал очень хороший поэт, Хосе Марта, который к тому же был великим
освободителем Кубы. Иными словами,
речь идет о неком человеке, ведущем жизнь, полную опасностей. Так, значит, вы
приглянулись Джимми? - довольно
бесцеремонно осведомился он. - Что ж, он парень с замечательными внешними
данными, но, честно говоря, не думаю,
чтобы он легко вступал в связь с женщиной. Большей частью, это обыкновенные
слухи.
- Я... - смешалась Габи, вновь начиная прерывисто дышать, как это случалось с
ней каждый раз, когда она начинала
говорить или даже просто думать о Джеймсе Санта-Марине, -...у меня не было
никакой связи...
- Что именно теперь нужно сделать, - перебил ее бабалао, - это
проконсультироваться с компьютером на предмет
использования в вашем случае Доски Ифа. Вы когда-нибудь слышали о китайском И
Чинг? - Он бросил на нее
вопросительный взгляд. - Нет? Хорошо, тогда смотрите на это, как на предсказания
гороскопа. В сущности, Доска Ифа в
йоруба основывается на системе гадания, столь же древней и сложной, как система
зодиака. Разница в том, что одна
произошла в Африке, а другая - в древнем Вавилоне. Между прочим, вавилоняне тоже
верили, что мы происходим от
богов. Так что мы здесь не глупостями занимаемся.
- О, - сказала Габи, - мне это и в голову не приходило.
- Милая, вы так любезны. - Он оторвался от экрана, чтобы посмотреть на нее. -
В таком случае, ваш визит доставляет
мне необыкновенное удовольствие. В конце концов, так ли уж часто я имею дело с
обворожительными молодыми
американками из приличного общества, которые обращаются ко мне по вопросам
сантерии?
Габи поджала губы.
- Если не возражаете, давайте перейдем к моей проблеме! Мне хотелось бы
знать, зачем кому-то потребовалось
заниматься сантерией в моем доме.
Бабалао уперся локтями в компьютерный стол и положил подбородок на кончики
пальцев.
- Пса умертвили из каких-то последующих соображений, - произнес он, глядя на
экран. - Это не по правилам. Честнее
было бы ограничиться курицей. Однако я согласен, что никто бы не пошел на такое
ради семьи кубинцев, живших в гараже.
Вам хотели передать какое-то послание.
- Какое послание?! - выкрикнула Габи. - До сих пор никто не сказал мне ничего
вразумительного!
Он не отрывался от экрана, где в длинных колонках появлялись все новые
комбинации.
- Как у вас с желудком? Содовая вода помогла? Уверены, что ко всему готовы?
- Вы не ответили на мой вопрос.
Он вздохнул.
- Мисс Кольер, так как вы милая американка и не практикуете сантерию, я
сокращу долгое вступление и выброшу
утомительные подробности. Понимаете ли, в моей культуре бабалао является
знахарем, предсказателем, исповедником,
психологом - и все в одном лице. Это наделяет меня широкими полномочиями. - Он
склонил голову над клавиатурой. -
Кто-нибудь уже успел объяснить вам, что на островах человек может отправиться на
мессу в церковь, а потом спокойно
заняться африканским
...Закладка в соц.сетях
