Жанр: Любовные романы
Вечность
...:
- Как думаешь, она сможет меня простить?
Как только дети поняли, что сказал отец, они, переглянувшись, улыбнулись,
спрыгнули с крыльца и пустились в пляс по
двору. Такого бурного проявления эмоций Джошу не приходилось видеть в течение
вот уже шести недель.
- Я так понимаю, вы думаете, что она меня простит. - Джош саркастически
улыбнулся.
- Она же тебя любит, - пояснила Даллас.
Джош расхохотался. В устах его дочери это прозвучало так, словно она не
понимала, за что его можно любить.
- Может, написать ей письмо и объяснить...
Дети прекратили танцевать и взглянули на отца. Через секунду они уже тащили
его в дом, где Даллас достала перо,
чернила и бумагу, пока Тем, заложив руки за спину, прямо-таки по-отцовски
наставлял Джоша:
- Прежде всего, ты должен написать, что любишь ее, затем напиши, что она
лучше всех в мире.
Скажи, что тебе нравится ее... ее имя. Нравятся ее платья и ее волосы.
Напиши, что она ловит рыбу лучше, чем ты, и что
ты уверен, что фермер из нее получится гораздо лучший, чем из тебя.
- Что-нибудь еще? - вскинул бровь Джош.
Дети, казалось, не поняли иронии, заключенной в его словах, а если и поняли,
то не обратили на это внимания.
- Еще скажи ей, что нам приходится есть всякую гадость, - попросила Даллас,
как будто именно этот факт мог
заставить Кэрри пожалеть их и вернуться.
Тем, все еще держащий руки за спиной, выглядел миниатюрной копией своего
отца. Он посмотрел на пол, нахмурился и
принялся расхаживать взад-вперед.
- Скажи, что с ней весело. Напиши, что, если она вернется, она сможет спать
по утрам сколько захочет. Кэрри любит
спать допоздна. Скажи, что я больше не буду убегать из дома. - Он выглядел повзрослому
серьезным, когда поднял глаза
на отца. - И напиши, что ты сожалеешь о том, что наговорил ей кучу разных
обидных вещей, и что, если она вернется, ты
будешь обращаться с ней как с королевой, не будешь с ней спорить и отдашь ей
одной всю большую кровать.
Услышав последнее изречение Тема, Джош улыбнулся:
- Она... м-м-м... ей нравится спать там со мной.
Даллас фыркнула:
- Ты толкаешься, и ты слишком большой. Кроме того, ты иногда храпишь.
- Не пиши ей, что ты храпишь, - потребовал Тем.
Дети смолкли и посмотрели на Джоша, словно ожидая чего-то. Поняв намек, он
взялся за перо.
- Что-нибудь еще ей написать?
- Напиши, что ей не придется видеться с дядей Хайремом. Я и сама его не
люблю, - заявила Даллас.
Тем набрал в легкие побольше воздуха:
- Расскажи ей про маму. И про себя.
Положив перо на место, Джош посмотрел на детей. Потом заключил их в объятия,
прижал к себе и поцеловал каждого в
лоб.
- Я напишу ей обо всем, о чем вы просили, и даже больше. Я расскажу, как мы
скучали по ней и... любили ее, и хотим,
чтобы она вернулась. И я расскажу ей все о себе.
Тем вопросительно посмотрел на отца.
- Все-все, - пообещал Джош. - И может быть, когда она узнает это, она не
захочет жить со мной. Может, она захочет
остаться в Мэне со своей семьей.
У Даллас глаза опять были на мокром месте.
- Скажи ей, что она сможет целовать тебя, сколько захочет.
Джош рассмеялся:
- Я буду очень рад сообщить ей это. Ну а сейчас я хочу, чтобы вы отправлялись
спать. И не нужно так на меня смотреть.
Клянусь, я напишу это письмо.
- А нам можно будет прочесть? - спросил Тем.
- Ну уж нет. Это мое личное письмо.
- Не забудь написать Кэрри, - начала Даллас, - что...
- Мне больше не нужны ваши советы, малышня. Марш немедленно спать, чтобы я
мог спокойно заняться письмом. И не
стоит обижать меня недоверием, я вполне в состоянии написать его сам.
Дети направились к лестница. Джошу показалось, что Тем шепнул:
- Без нас ему еще ничего не удавалось сделать как следует.
Джош хотел было начать оправдываться, но его остановила мысль о том, что Тем
прав. Улыбнувшись, он склонился над
листом бумаги.
Прошлой ночью он написал письмо Кэрри и теперь вместе с детьми собирался
отправить его. Утром Тем нашел своего
отца спящим. Голова его лежала на столе рядом с длиннющим письмом, написанным на
нескольких страницах. Когда Тем
попытался вытащить письмо, Джош проснулся.
- Который час? - спросил он, потирая небритую щеку.
- Поздно уже. Ты собираешься отправить письмо сегодня?
Джош усмехнулся, взглянув на умоляющее лицо сына.
- Мы отправим его сегодня. Все втроем поедем в город. Кукуруза за один день
не станет хуже, чем она уже есть. Иди
оденься и помоги Даллас, пока я побреюсь.
Когда они въехали в город, его было не узнать.
Последний раз Джош был в Вечности вместе с Кэрри, тогда его узкие грязные
улочки были заполнены людьми,
покидающими городишко. Теперь здесь и там стояли богатые экипажи. Мужчины были
облачены в такие костюмы, каких
Джош не видел с тех пор, как поселился на Западе.
- Мы в раю? - выдохнула Даллас.
Джош было подумал, что он не туда свернул и приехал в другой город (может, в
Денвер), но он узнал
достопримечательности, которые могли принадлежать только Вечности.
Доехав до галантерейного магазинчика, где так же помещалась и почта, Джош
остановил лошадь.
Первым на землю спрыгнул Тем, затем спустился Джош и помог слезть Даллас.
Они, затаив дыхание, наблюдали за
веселой суматохой на улицах этого обычно полупустого городка.
- Что происходит в городе? Когда я был здесь в последний раз, он будто вымер,
а теперь тут такое творится! -
обратился Джош к продавцу, как только они вошли внутрь.
Прежде чем кто-либо из присутствующих успел ответить Джошу - а им было что
сказать мужу такой героической
личности, который даже не удосужился ни разу навестить жену, - Даллас
взвизгнула.
Обернувшись, Джош увидел стоящую в дверях Кэрри. Он не верил собственным
глазам. Она стала еще красивее. Ему
захотелось подбежать к Кэрри и обнять ее. В первую минуту ему показалось, что ее
взгляд излучает любовь, но ее лицо тут
же приняло равнодушное выражение.
Дети кинулись к Кэрри так, словно расстались с ней только вчера. Казалось, у
них не было ни малейшего сомнения в том,
что она их все еще любит. Джош видел, как его сын, не стесняясь, поцеловал Кэрри
в свежую розовую щечку и крепко обнял;
как Даллас, обхватив Кэрри ногами, буквально повисла на ней и явно не собиралась
сдавать завоеванных позиций.
Дети и Кэрри принялись оживленно болтать, Чу-Чу носился вокруг них и
восторженно лаял, и Джош почувствовал боль,
ребятишки взахлеб рассказывали Кэрри то, о чем отказывались разговаривать с ним.
Они докладывали ей обо всем, что они
делали и о чем думали с тех пор, как она. уехала. Тем рассказывал, как он
несколько раз ходил искать дикарку, - Джош об
этом даже не знал.
- А папа скучал по тебе, - сообщила Даллас, - и написал тебе письмо.
- О? Неужели? - Поверх головы Тема Кэрри взглянула на Джоша. - Я ничего не
получала, - Мы приехали сегодня,
чтобы его отправить, - пояснил Тем Кэрри посмотрела на мальчика и улыбнулась.
Ей казалось, что невозможно тосковать так, как она тосковала по этим детям.
Ежедневно, ежечасно она старалась
представить себе, чем они сейчас занимаются, и, думая о них, она начинала
мечтать о том, чтобы пристрелить Джошуа
Грина. Или зарезать. Утопить. Или провести три недели в его постели.
Когда она вновь взглянула на Джоша, ее губы были плотно сжаты.
Он подошел к ней.
- Я хотел бы поговорить с тобой, - тихо произнес Джош.
- Да? Ты хочешь повторить мне то, что сказал на прощание, оставляя меня на
станции?
- Пожалуйста, Кэрри.
Но Кэрри не собиралась сдаваться. Все еще держа на руках Даллас, она обошла
его и обратилась к клерку, ведавшему
приемом корреспонденции:
- Есть что-нибудь для меня?
Клерк перевел взгляд с Кэрри на Джоша. Затем он подал ей письмо, а другое
письмо протянул Джошу. Взяв адресованное
ей послание, Кэрри направилась к выходу.
Джош взял у нее Даллас и опустил ее на пол.
- Выйдите, - коротко приказал он, и дети повиновались. Кэрри последовала было
за ними, но Джош преградил ей путь:
- Я сказал, что хочу с тобой поговорить.
- В нашей жизни мы никогда не получаем того, чего хотим. Я хотела жить с
тобой и детьми. Одному Богу известно,
зачем мне был нужен упрямый осел вроде тебя, не желавший меня даже выслушать, но
я действительно хотела этого, о чем
теперь горько сожалею. Ну а теперь, будь так добр, уйди с моей дороги.
- Нет, Кэрри. Мне есть что сказать тебе, и ты меня выслушаешь.
Он не двигался с места. Кэрри решила вести себя так, словно его не
существует, словно он для нее - пустое место. Она
распечатала полученное только что письмо и принялась читать.
- Тебе нечего сказать, - произнесла она. - Однажды ты уже отказался от меня,
и я не буду... - Тут она остановилась,
осознав, что написано на листке бумаги, который она читала. Она в ужасе
взглянула на Джоша, и мир для нее померк. Джош
едва успел подхватить на руки потерявшую сознание Кэрри.
Глава 13
Когда Кэрри очнулась, она обнаружила, что лежит на диване в маленькой уютной
комнатке. Обстановка была ей
незнакома. Кэрри попыталась сесть.
- Тш-ш, не двигайся, - услышала она голос Джоша. - Выпей это. - Поддерживая
голову Кэрри, он поднес к ее губам
стакан бренди и, сидя рядом на стуле, смотрел, как она пьет.
Сделав глоток, Кэрри, повинуясь Джошу, легла снова.
- Что произошло? - шепотом спросила она. - Где я нахожусь? - Глядя на него,
Кэрри прищурилась. - И что здесь
делаешь ты?
Джош улыбнулся:
- Я рад, что тебе уже лучше.
- Было лучше, пока я не увидела тебя. - Но в ее голосе не было злости. Больше
всего на свете Кэрри хотела бы
оказаться в его объятиях. Она создала свое собственное предприятие - магазинчик
дамской одежды - и преуспевала, но, по
правде говоря, ненавидела все это. Единственное, чего ей действительно хотелось
- это оказаться дома, рядом с Джошем и
ребятишками.
Джош понял это по ее глазам.
- Из тебя не выйдет актрисы, - заметил он ласково и тихо. Ей еще не
доводилось слышать подобной нежности в его
голосе. - У тебя такое лицо, что по нему можно читать, как по книге.
- Не приближайся ко мне, - потребовала она, но Джош наклонился и поцеловал ее
в уголок рта.
- Я собираюсь стать тебе еще ближе, Кэрри, любовь моя, я приехал сказать, что
люблю тебя, люблю всем сердцем и
прошу тебя выйти за меня замуж, если я еще не удостоен этой чести.
Ей хотелось наказать его, устроить сцену, заставить его чувствовать себя
таким же несчастным, какой она себя
чувствовала по его милости. Но вместо этого она закрыла лицо руками и
разрыдалась.
Джош, испуганно глядя на нее, подал ей платок:
-,Ля-то думал, тебе понравится эта идея.
Кэрри продолжала плакать. Он взял ее влажные руки в свои:
- Но здесь не замешан другой, правда, Кэрри?
Я думал, нет, я надеялся, увидев тебя здесь, что ты осталась потому, что...
ну, потому, что ты...
Шмыгнув носом, Кэрри взглянула на него:
- Я осталась, потому что у меня не было денег, чтобы добраться домой.
Услышав это, Джош расхохотался. Кэрри тоже засмеялась. Смеясь, он принялся
целовать ее.
- Скажи мне, что у тебя нет другого, скажи. О господи, Кэрри, я так скучал по
тебе. Я чувствовал себя так, будто, уезжая,
ты забрала с собой мою душу, Как можно было так полюбить за несколько дней, не
представляю.
Он склонился над ней, целуя ее везде, где только мог.
- Я полюбила тебя с той самой минуты, как увидела на фотографии, - тихо
призналась она.
Джош поцеловал ее в губы.
В этот момент отворилась дверь в комнату.
- Я хочу посмотреть, как... О, извините, пожалуйста. - Клерк закрыл дверь.
Джош посмотрел на Кэрри и улыбнулся:
- Лучше забрать тебя домой. Закончим ночью.
Кэрри, лучась счастьем, села, но вдруг приложила руку ко лбу. Джош немедленно
уложил ее снова и поднес стакан к ее
губам.
- Тебе нездоровится, - сказал он.
Это прозвучало так, словно она могла умереть в любую секунду, и Кэрри
улыбнулась.
- Я... - Тут Кэрри увидела свое письмо, лежащее на столе, и вспомнила, что
заставило ее лишиться чувств. Она
замолчала, глядя куда-то мимо Джоша расширившимися от ужаса глазами.
Нахмурившись, Джош взял письмо. После того как он отнес потерявшую сознание
Кэрри в дом почтальона и жена
хозяина принялась хлопотать вокруг нее, Джош прочел письмо. Он никак не мог
понять, что же там было такого, что могло
довести человека до обморока - просто один из ее драгоценных, безукоризненных,
неподражаемых братьев собирался ее
навестить.
Кэрри допила бренди, глотнула еще воды и вновь откинулась на подушки.
- Когда он обещает приехать? - тихо спросила она.
Джош бегло просмотрел текст письма.
- Двенадцатого октября. - Он поднял глаза на Кэрри. - Это завтра.
Кэрри выглядела так, словно могла в любую минуту снова упасть в обморок. Джош
налил в стакан еще бренди и протянул
ей.
- Относись ко всему спокойней, - посоветовал он, смеясь. - Дилижанс еще ни
разу не прибыл по расписанию, так что
лично я не вижу причин бояться, что твой брат появится здесь в ближайшие две
недели.
Голос Кэрри задрожал:
- Если мой брат пишет, что приедет сюда двенадцатого октября, то он будет
здесь именно двенадцатого, хотя бы ему
пришлось тащить дилижанс на себе.
- Не будешь ли ты столь добра объяснить мне, почему перспектива визита одного
из твоих безупречных братьев
заставляет тебя белеть, как рисовая пудра?
- Интересно, что ты знаешь о рисовой пудре? И кроме того, где ты научился так
хорошо разбираться в корсетах и
другой женской одежде? Далее, я ненавижу тебя за то, что ты оставил меня одну на
шесть недель и еще два дня, пытаясь
решить, наконец, любишь ты меня или нет. Если бы я села в дилижанс тогда, сейчас
меня могло бы уже не быть на свете.
Меня, например, могли бы убить индейцы или, если тебе угодно знать...
Он поцеловал ее, чтобы заставить замолчать.
- Ты не увильнешь от ответа на мой вопрос, затеяв этот спор. Так что в твоем
брате тебя так пугает?
- Я ничего тебе не скажу в отместку за то, что ты никогда не рассказывал мне
о себе. - Кэрри скрестила руки на груди и
поджала губы.
- И после этого ты заявишь, что совсем не скрытна, не так ли?
Кэрри взглянула на Джоша:
- Разве это не то же самое, что и таинственность?
- Кэрри, ты опять стараешься уйти от ответа.
Руки Кэрри безвольно упали.
- Ну ладно, - произнесла она. - Это не просто один из моих безупречных
братьев, это 'Ринг. Самый старший. И самый
безупречный.
Джошу это, похоже, ничего не объясняло. Он непонимающе посмотрел на нее:
- Насколько я успел понять, любой из твоих братьев может служить образцом
настоящего мужчины.
Кэрри вздохнула. Как можно описать, что из себя представляет 'Ринг, человеку,
который его в глаза не видел.
- 'Ринг действительно безупречен. Другие мои братья... ну, скажем так, они не
без недостатков.
Услыхав это признание, Джош удивленно вскинул брови, словно отказывался
верить, и Кэрри скорчила ему рожицу.
Трижды поцеловав ее, Джош уселся на свое место и приготовился слушать дальше.
- 'Ринг никогда не лжет, не мошенничает и, как говорят, вообще не подвержен
никаким человеческим слабостям.
Поручи ему что угодно - и он выполнит все лучше, чем кто-либо другой.
Единственное, что можно сказать о нем плохого:
это то, что 'Ринг - самая большая вредина из всех моих братьев. - Тут Кэрри
улыбнулась. - 'Ринг - не такой, как все
люди.
Джош возвел глаза к небу:
- Так почему же предстоящее появление здесь этого ангела во плоти делает тебя
столь несчастной?
Кэрри закрыла лицо руками:
- Я сама не знаю почему. Ему никогда не нравилось то, что я делаю. Я уверена,
если мама рассказала 'Рингу о моей
проделке с теми бумагами, которые я заставила отца подписать, то он сейчас мной
очень недоволен. - Сморкаясь в носовой
платок Джоша, она рассказала мужу, как подсунула доверенность в кипу деловых
бумаг, предназначенных отцу на подпись.
Джош был ошеломлен:
- И после того как ты призналась родителям, что натворила, они не уничтожили
эти бумаги и не посадили тебя под
замок в твоей комнате?
Кэрри снова высморкалась.
- О нет, конечно же нет. Мои родители и братья всегда, мне во всем потакали и
давали все, чего я хотела. Вот только
'Ринг... - Она снова заплакала.
Несколько минут Джош старался переварить полученную информацию. Избалованное
дитя, всегда получавшее то, чего
ей хотелось. Если ей угодно попутешествовать одной через всю страну, отправиться
в дикие дебри Колорадо - а для этого
обманом проставить подпись отца на бумагах, позволяющих ей выйти замуж за
человека, которого она даже никогда не
видела, - пожалуйста! Все, чего только ни пожелает их дорогая крошка! "И что же
получается, - думал Джош. - Все
выходит именно так, как хочет Кэрри. Она получила мужа и двоих детей, любящих ее
так, как любят, например, солнце и
ветер".
- Почему ты так смотришь на меня?
- Думаю, что твой братец 'Ринг, возможно, прав в отношении тебя. - Что за
чушь ты несешь! Ну прямо как 'Ринг.
Он постоянно советовал отцу отдать меня в монастырь, а ведь мы даже не
католики.
Джош закашлялся, чтобы скрыть смех, но Кэрри было трудно провести. Она
вскочила с кушетки и поклялась, что больше
вообще никогда не будет с ним разговаривать.
Притянув Кэрри к себе и усадив на колени, Джош принялся целовать ее. Она
сначала сопротивлялась, затем расслабленно
приникла к нему.
- Ну хорошо, радость моя, скажи мне, наконец, чего ты боишься? - Кэрри не
ответила, тогда Джош начал осторожно
поглаживать ее по голове.
- Все дело во мне, не так ли? Ты не хочешь, чтобы брат узнал, что твой муж -
бедный фермер, который не может даже
дать тебе...
- Замолчи! - закричала она, вырываясь из его объятий. - Мне до смерти надоело
слушать все время о деньгах! Это
никак с ними не связано. У меня денег предостаточно.
- Но это деньги твоей семьи, - мрачно сказал Джош.
- К твоему сведению, теперь я сама зарабатываю себе на жизнь, и неплохо
зарабатываю. - Кэрри прекратила кричать,
заметив, что он ей не верит. - Ты, случайно, не обратил внимания на то, что с
того времени, как ты последний раз был в
этом городе, здесь кое-что изменилось? Ты можешь даже не говорить мне, что не
был здесь уже очень давно. Это мне и без
тебя известно. Каждый человек в этом городе считал своим долгом сообщить мне,
что ты и эти бедные милые детишки
добавлю, ты не заслуживаешь таких детей - превратились в отшельников. Скажи мне,
это ведь правда?
- На какой вопрос я должен ответить? О городе или о детях?
Она закусила губу. Джош явно ее поддразнивал. Отвернувшись от него, Кэрри
вдруг оглянулась:
- Ты, помнится, называл меня совершенно бесполезным человеком. Ты сказал это
потому, что я не умею готовить и не
хочу учиться убирать и мыть. А знаешь, что я могу делать?
- Да. - Он сказал это таким тоном, что Кэрри покраснела и запнулась.
- Я могу... ну, конечно, я могу делать деньги.
- Из пустых жестянок из-под консервов? Или ты используешь магическое варево
из жабьих языков и тому подобной
ерунды?
- Нет, все гораздо проще. Я зарабатываю деньги. И если ты, Джошуа Грин, еще
раз вздумаешь надо мной смеяться, я
клянусь своим именем, что больше никогда не лягу с тобой в постель.
Джош не засмеялся. Перед угрозой подобного наказания у него совершенно отпала
охота веселиться.
Снова усевшись, Кэрри рассказала ему, как она открыла магазин. Она поведала,
как, оказавшись в грязной маленькой
гостинице, провела два дня за сочинением посланий. Она написала женам всех
влиятельных людей Денвера. Жители
Вечности снабдили ее необходимыми адресами и именами всех более-менее
состоятельных особ.
- И чем же ты прельстила этих женщин? - Джош был не на шутку заинтересован.
Кэрри ответила, что написала о том, что ее братья, недавно вернувшиеся из
Парижа, привезли ей слишком много платьев.
Кроме того, они были столь глупы, что привезли ей наряды всех воображаемых
размеров и расцветок, какие только можно
было отыскать в Париже.
- Крик о помощи, вот как я это понимаю, - заметил Джош без тени улыбки.
Она быстро досказала остальное. О своих первых покупательницах, о том, как
она наняла швей и как не позволяла
глупым дамам носить то, что им не шло.
- Ты бы видел это! Женщины, весящие по двести фунтов, в белых шифоновых
платьях с оборочками, и худенькие,
безгрудые дамы в черном.
Для последних я начала подкладывать в корсажи вату. Ну, ты знаешь: "Господь
наш вату предложил..."
- Не думаю, чтобы я это знал.
- Господь наш вату предложил для дам, кому дать бюст забыл, -
продекламировала Кэрри.
Джош не рассмеялся, хотя, чтобы удержаться, ему пришлось как следует хлебнуть
бренди.
- И как называется твой магазин?
- "Париж в пустыне".
Джош поперхнулся бренди, на Кэрри полетели брызги.
Отряхнув платье, Кэрри сурово прищурилась:
- Уж не надо мной ли ты смеешься?
- Нет, любовь моя, вовсе нет. "Париж в пустыне" - превосходное название. Оно
чудесно гармонирует с именем Чу-Чу.
Кэрри была не в силах определить, шутит он или говорит серьезно. Закончила
она свой рассказ сообщением о том, как
процветание ее магазина помогло улучшить состояние дел во всем городе.
Закончив, Кэрри победоносно взглянула на Джоша. Она ожидала от него похвал,
но он, напротив, выглядел очень
удрученным.
- Что-то не так? - поинтересовалась она. - Разве я не доказала тебе, что не
столь уж бесполезна?
- Даже ты можешь зарабатывать деньги. - Джош выглядел несчастным и
подавленным. - Что скажет твой брат, когда
узнает, что ты замужем за человеком, который не в состоянии обеспечить семью
самым необходимым? Кому нужен такой
муж?
- Мой брат вовсе не ждал от меня брака по расчету. У его жены не было такого
уж большого состояния, когда они
встретились, так почему мой муж должен быть богачом? - Иногда Кэрри казалось,
что легче объяснить что-то куску дерева,
нежели Джошу.
- Ты не понимаешь. Думаю, твой брат это поймет. Разве не поэтому тебя так
беспокоит его визит?
- Нет. 'Ринг скажет... ну, он знает, что я обманом заставила отца подписать
эти бумаги. Наш брак не может считаться
вполне законным, поскольку отец не знал, что за документ подписывает, а мне еще
нет двадцати одного года. И еще 'Рингу
не понравится то, что несколько дней мы с тобой прожили вместе, а затем я
осталась в городе, совсем одна. Меня некому
было защитить, некому позаботиться обо мне, а мой муж тем временем преспокойно
оставался на своей ферме. 'Ринг -
человек с несколько старомодными представлениями о жизни, он считает, что муж и
жена всегда должны быть вместе.
Джош улыбнулся. Он не мог объяснить ей, что значит, для мужчины быть
неспособным содержать жену. В то же время
он знал, что испытывает ее любовь к нему. Через три года он сможет покинуть
ферму и вновь зарабатывать на жизнь.
Он снова посадил Кэрри к себе на колени.
- Если твоего брата беспокоит то, что мы не женаты по-настоящему, мы можем
снова пожениться. Мне очень жаль, что
в первый раз этого не было. Мы устроим брачную ночь. - Держа Кэрри в объятиях,
Джош поцеловал ее. - Я начинаю
думать, что ты действительно любишь меня таким, какой я есть, и, возможно, не
разлюбишь и потом.
- Что это значит? - Она взглянула ему в глаза и с отвращением отвернулась. -
Ну да, конечно, опять секреты! Когда,
наконец, ты полюбишь меня настолько, что расскажешь все о себе?
- Уже. - Джош достал из кармана куртки письмо, которое написал ночью. Когда
он вынимал его, другое письмо,
полученное им сегодня на почте, упало на пол, и Кэрри подобрала его.
- Всю прошлую ночь я трудился над сочинением послания тебе, - объяснил он. -
Я собирался отправить его в Мэн.
Кэрри потянулась за письмом, но Джош отдернул руку:
- Теперь я все скажу тебе сам.
- Нет, я хочу прочесть. А ты клялся мне в этом письме в вечной любви?
- Да, - признался он. - А это что?
Посмотрев на конверт, который она держала в руках, Кэрри заметила, что на нем
нет обратного адреса.
- Адресовано тебе.
Поддразнивая Кэрри, Джош положил предназначенное ей письмо на стол так,
чтобы-она не могла его достать.
- Возможно, стоит сперва прочесть, что пишут мне. А вдруг это пылкое послание
от влюбленной дамы? - И, смеясь,
Джош понюхал письмо.
Он сделал это, чтобы поддразнить Кэрри, но как только почувствовал аромат,
исходивший от конверта, краска сбежала с
его лица.
- Джош, с тобой все в порядке?
Он побледнел еще больше. Вскочив с его колен, Кэрри налила бренди в его
стакан. К этому моменту они оба уже были
слегка навеселе.
Опустошив стакан одним глотком, Джош вновь протянул его Кэрри. Со следующей
порцией он управился так же быстро
и только потом дрожащими руками начал распечатывать письмо.
Чтобы пробежать его глазами, Джошу понадобилось всего несколько секунд.
Раньше Кэрри не приходилось видеть, как
мужчины падают в обморок, но, по-видимому, именно это она наблюдала теперь.
Закинув его руку себе на плечи, она
доволокла его до кушетки и уложила на нее.
- Джош! - закричала она и принялась трясти его. Схватив со стола нюхательную
соль, Кэрри поднесла флакон к носу
Джоша.
Очнувшись, он отвернулся и с отсутствующим видом уставился на спинку
диванчика.
- Джош, что случилось? - Он не ответил. Он выглядел как человек, считающий,
что его жизнь уже кончена.
Подняв упавшее на пол письмо, Кэрри прочла:
Дорогой Джошуа!
Подпиши еще одну бумагу, и после этого ты будешь свободен. Я привезу ее тебе
тринадцатого октября. Как там наши
милые, милые дети?
С любовью Нора.
Р. §. Ты не собираешься настаивать на пересмотре дела? Или жизнь фермера тебя
устраивает?
Когда Кэрри трижды перечитала эти строки, ее начало колотить, как в ознобе.
- Кто... - Голос не повиновался ей. - Кто такая эта Нора?
Джош очень медленно повернулся, затем сел.
- По-видимому, она все еще моя жена, - тихо сказал он.
Кэрри так и застыла на месте. Ей не хватало воздуха. Ее родные часто говорили
ей что жизнь - штука сложная, но она не
слишком им верила. Когда кто-нибудь пытался убедить ее в том, что жить на этом
свете иногда бывает не сладко, она обычно
возражала, что человек - сам кузнец своего счастья, что он сам способен
управлять своей судьбой. Она говорила, что человек
сам выбирает, быть ли ему веселым и довольным или же предаваться печали. Она
приводила в пример бедняков, которые,
несмотря ни на что, по-настоящему счастливы, хотя на протяжении
...Закладка в соц.сетях
