Жанр: Любовные романы
Секс в большом городе
... ладно тебе, - протянул Мужчина Ее Мечты.
Кэрри взглянула на модель.
- Простите, но вы уселись на колени моего мужчины.
- Присела, всего лишь присела, - ответила та. - Это большая разница.
- Тебе надо научиться спокойнее относиться к таким вещам, - сказал
Мужчина Ее Мечты.
Журавли и синицы
Ребекка, тридцати девяти лет, журналистка, вышедшая год назад замуж,
вспоминает, как однажды обнаружила
среди визиток своего молодого человека - банкира - телефон какой-то девицы.
- Я позвонила и спросила эту дрянь прямо в лоб, что там у них за дела, -
рассказывает Ребекка.
Естественно, выяснилось, что ее молодой человек пригласил девицу на ужин.
- Я как с цепи сорвалась. Орать я не орала, но наш разговор сильно
смахивал на мыльную оперу с непременными
"руки прочь от моего мужчины" и "никогда ему больше не звони". Она мне тогда
сказала: "Ты себе не представляешь, как
тебе с ним повезло. Таких надо беречь". А я ответила: "Если мне так повезло, что
же он тогда тебе названивает?"
После этого я позвонила ему. У него хватило наглости устроить мне разнос
за то, что я "вмешиваюсь в его личные
дела". Я ему тогда сказала: "Запомни, радость моя, пока ты со мной, никаких
личных дел у тебя нет и быть не может". Дня
два мы с ним не общались - я уже было подумала, что это конец. А спустя месяца
три все устаканилось, и он сделал мне
предложение.
Есть и другие способы. Лиза уже два месяца встречалась со своим будущим
мужем, Робертом, когда он вдруг стал
выкаблучиваться.
- Что бы ты сказала, если бы я начал встречаться с другими женщинами? -
спросил он.
- Думаю, тебе это не повредит, - со спартанским хладнокровием ответила
Лиза. - Может, ты хоть тогда оценишь,
какое счастье тебе шло в руки. Что я, тюремщик, что ли?
У него просто челюсть отвисла.
- Главное - сохранять чувство собственного достоинства, - продолжала
Лиза. - Мужчины должны понимать, что
всему есть предел и существует черта, которую не стоит переступать.
Другая известная проблема - когда ты живешь с человеком, а он себе насчет
брака и в ус не дует. Этот вопрос
можно решить посредством выяснения жилищных отношений.
- Мне тут недавно рассказали одну историю, - начала Труди. - Девушка.
Живет с человеком год. Однажды
просыпается и спрашивает: "Ты вообще собираешься на мне жениться?" Он говорит:
"Нет". Она говорит: "Тогда бери свои
вещички и выметайся". В ближайшие выходные он делает ей предложение.
- Главная ошибка женщин в том, что они откладывают этот разговор до
последнего, - добавила Лиза.
Нам лучше расстаться
He могу больше, думает Кэрри, просыпаясь утром. Она лежит и молча
наблюдает за спящим Мужчиной Ее Мечты,
пока тот наконец не открывает глаза. Вместо того чтобы ее поцеловать, он встает
и идет в туалет. Все, думает она.
Когда он возвращается, она говорит:
- Слушай, я тут подумала...
- Да? - бросает Мужчина Ее Мечты.
- Если ты не уверен, что безумно в меня влюблен, жить без меня не можешь
и не считаешь меня самой красивой
женщиной на свете, тогда, наверное, нам лучше расстаться.
- Так значит? - спрашивает Мужчина Ее Мечты.
- Нет, я серьезно.
- Ладно, - осторожно отвечает он.
- Ну и... Ты этого хочешь?
- А ты сама-то этого хочешь? - спрашивает Мужчина Ее Мечты.
- Вообще-то не очень. Но быть с человеком, который меня не любит, я тоже
не хочу, - отвечает Кэрри.
- Ну, гарантий я тебе, конечно, дать не могу... Но я бы на твоем месте
подзадержался. Посмотрел бы, как дальше
сложится.
Кэрри откидывается на подушки. Сегодня воскресенье. Жутко не хочется
вставать и куда-то тащиться. Да и что ей
потом делать весь день?
- Ладно, - соглашается она, - но только на время. У меня жизнь не
резиновая. Я, может, вообще скоро умру. Лет
эдак через пятнадцать. - Она прикуривает сигарету.
- Ладно, - отвечает Мужчина Ее Мечты. - А пока можешь сделать кофе? Ну
пожа-алуйста!..
Наоми, сыгравшая свадьбу в тридцать семь лет, является президентом
рекламного агентства, а также
собирательным образом всех женщин Нью-Йорка.
- Кого у меня только не было - казалось бы, все в жизни повидала. И вот в
один прекрасный день появляется Он - и
оказывается прямой противоположностью всего, что меня прежде притягивало.
Иными словами, он не был похож на enfant terrible.
Однажды, лет в тридцать пять, Наоми ждала такси на Мэдисон-авеню. На ней
были костюм и туфли на высоких
каблуках. Мимо проехал длинноволосый парень на мотоцикле и даже не посмотрел в
ее сторону.
- В эту минуту образ голодного непонятого художника раз и навсегда
потерял для меня свое очарование, - сказала
она. - Мне вечно приходилось платить за их жратву.
Кэрри идет в музей на презентацию какой-то книги и берет собой Саманту.
Она ее уже сто лет не видела. В
последнее время она вообще, кроме Мужчины Своей Мечты, ни с кем не видится.
На обеих - черные штаны и черные кожаные сапоги. Когда они подходят ко
входу, некто 3. М., медиамагнат,
спускается по ступенькам и идет к своей машине. Он смеется.
- А я-то думаю, кто это там марширует?
- Мы не маршируем, - ответила Сэм. - Мы общаемся.
Водитель терпеливо продолжает придерживать дверь лимузина.
- Позвони как-нибудь, - говорит 3. М.
- Сам позвони, - отвечает Сэм, и уже ясно, что никто никому звонить не
будет.
Сэм вздыхает.
- Ну так как там у вас с Мужчиной Твоей Мечты?
Кэрри начинает что-то мямлить про то, что она и сама толком не знает,
вроде бы они собираются в Аспен и вроде
как подумывают купить дом следующим летом, но она еще сама не решила, и
вообще...
- Я тебя умоляю, - перебивает ее Сэм. - Мне бы сейчас хоть какого-нибудь
завалящего завести. Чтоб хоть выходные
было с кем провести.
В Нью-Йорке есть две категории женщин - те, кто выходит замуж, и те, кто
не выходит.
- Просто нужно через себя переступить, - говорит Ребекка. - Смириться с
тем, что никогда не выйдешь за Морта
Цуккермана.
- Я свела свои требования к трем качествам, - говорит Труди. - Умный,
преуспевающий, добрый.
Такие не допускают даже мысли о том, что они могут не выйти замуж.
- Я всегда знала, что, сколько бы времени на это ни ушло, рано или поздно
это произойдет, - говорит Труди. - Иначе
и быть не могло. Да и что бы мне помешало?
Но Макхэттен остается Манхэттеном.
- Нью-Йорк не создан для браков, и вряд ли он может настроить мужчину на
брачный лад, - объяснила Лиза. -
Холостые мужчины предпочитают избегать общения с женатыми парами. Им чуждо
понятие семейного уюта. Ваша задача
- их подготовить.
Излучение уюта
Кэрри и Мужчина Ее Мечты идут на благотворительную вечеринку в здании
старого театра и чудно проводят
время. У Кэрри потрясающая прическа. Вообще в последнее время она практически не
вылезает из парикмахерской и когда
в очередной раз говорит своему стилисту: "Я не могу себе это позволить" - он ей
отвечает: "Ты не можешь себе этого не
позволить".
Перед ужином Мужчина Ее Мечты со своей неизменной сигарой подошел к столу
и поменял местами карточки с
именами гостей, и теперь они сидят рядом. "Плевать я на них хотел!" - говорит
он. Они весь вечер держатся за руки, так что
один журналист, подходя к ним, замечает:
- Как всегда неразлучны.
За чудным вечером следует такая же неделя, и тут Кэрри снова
переклинивает. Может, все из-за того ужина с
друзьями, где были их знакомые с детьми. Кэрри пошла с ними на улицу кататься на
игрушечных автомобилях, и один из
карапузов все время выпадал из ее машины. А потом вышли родители, наорали на них
и велели вернуться в дом, что было
не совсем справедливо, поскольку никто в общем-то не пострадал.
Она опять начинает терзать Мужчину Своей Мечты.
- Как думаешь, мы с тобой очень близки? - спрашивает она перед сном.
- Иногда, - отвечает Мужчина Ее Мечты.
- Иногда - это не ответ, - говорит она. И продолжает к нему вязаться,
пока он не просит ее дать ему поспать. Но на
следующее утро все повторяется.
- Слушай, ну вот зачем ты это делаешь? - спрашивает Мужчина Ее Мечты. -
Ну почему ты не можешь
переключиться на что-то хорошее, как на прошлой неделе?
Он подходит к кровати.
- Ну-у, опять эти грустные глазки!.. - воркует он, и она готова его
убить. - Мы с тобой потом об этом поговорим,
ладно? Даю слово, - заверяет Мужчина Ее Мечты.
- Если только у нас будет это "потом", - отвечает Кэрри.
Многолюдный фуршет в честь знаменитой пиарщицы (назовем ее Сэнди) в
особняке на Пятидесятой Ист-стрит.
Лиза в числе приглашенных. Ее муж, привлекательный бизнесмен, нехотя тащится
вслед за ней.
Потягивая розовую "Маргариту", Лиза неторопливо рассказывает:
- Когда я решила вплотную заняться поиском мужа, то первым делом
постаралась припомнить, где я чаще всего
знакомилась с мужчинами. Выяснилось, что не столько в "Бауэри", сколько на
частных вечеринках. Ну я и прошлась
частым бреднем по всем вечеринкам у всех своих знакомых.
- Когда знакомишься с мужчиной, первое время - никаких больших тусовок.
Это самоубийство. Никаких вечерних
платьев. Никаких светских раутов. Никакого напряга. Мужчина должен с вами
отдыхать. Вы должны излучать уют.
Поговорите о них самих - большинство мужчин в глубине души так и остались
четырнадцатилетними подростками.
Офис Труди. На столе - фотография кудрявого мужчины на фоне дюн. Она
кивает на фотографию:
- Мой муж - просто чудо. Понимает меня с полуслова. Главное - найти
своего человека, а остальное приложится.
Если люди все время ругаются или устраивают сцены - что-то тут не так. Мой муж
со мной вообще никогда не спорит. Мы
никогда ни о чем не ругаемся. Он уделяет мне столько времени, что в тех редких
случаях, когда ему хочется что-то сделать
по-своему, я иду ему на уступки.
И вдруг ни с того ни с сего все налаживается. Звонит Мужчина Ее Мечты.
- Чем занимаешься?
- Да в общем как всегда, - отвечает Кэрри, - пишу.
- О чем?
- Помнишь, мы с тобой когда-то мечтали, как переедем в Колорадо, станем
разводить лошадей и всякое такое? Вот
об этом и пишу.
- Да, - говорит Мужчина Ее Мечты. - Красивая история.
19
Маниакальные мамаши со "съехавшей крышей"
Мужчина Ее Мечты звонит из Китая в расстроенных чувствах - он отправил
багаж экспресс-почтой, и его потеряли,
и теперь он сидит в своей гостинице в джинсах, рубашке и в грязном белье.
- Если бы такое случилось пять лет назад, кому-нибудь это точно стоило бы
работы, - рассуждает он. - Но это тогда.
Теперь я стал другим человеком. Если кому-то не нравятся мои грязные джинсы,
пусть катятся к черту.
- Хочешь прикол? - говорит Кэрри. - Тебе тут на днях Деррик звонил.
Говорит, Лора хочет ребенка, а он не хочет,
так теперь он каждый вечер притворяется, что кончает, а потом едет в туалет и
там спускает. А она набрала кассет и каждый
вечер смотрит фильмы для будущих мам.
- Ужас, - говорит Мужчина Ее Мечты.
- А он говорит, что у него карьера и он не может сейчас позволить себе
ребенка.
- Ну а ты как? - лениво спрашивает Мужчина Ее Мечты.
- Я-то? Замечательно, - мрачно отвечает Кэрри. - По-моему, я беременна.
- Ребенок... У нас будет ребенок, - меланхолично произносит Мужчина Ее
Мечты.
Кэрри не знает, что и думать. Далеко не все нью-йоркцы могут пережить
рождение ребенка. Некоторые остаются
нормальными, а некоторые и нет. У них слегка "едет крыша". Представьте себе всю
энергию и агрессию, всю
неудовлетворенность и раздражение - то есть все составляющие успешной карьеры, -
обращенные на одного маленького
ребенка! Когда дело доходит до детей, тихие нью-йоркские сумасшедшие
превращаются... ну, прямо скажем, в громких.
Кэрри лишний раз в этом убедилась на бранче у своих друзей Паккарда и
Аманды Дил в их студии в Сохо. Честер,
сын Паккарда и Аманды (людей вменяемых), слонялся по квартире, колотя зонтиком
об пол. Одна из присутствующих мам
(менее вменяемая) тут же заметила, что "мальчик не идет на контакт с другими
детьми и не склонен делиться, что, в общем,
простительно, поскольку он единственный ребенок в семье и ему пока просто не
приходилось делиться своими игрушками,
но это скоро пройдет".
Как и большинство пар, недавно обзаведшихся детьми, Дилы самым
непостижимым образом мгновенно обросли
новыми друзьями с орущими младенцами на руках. И откуда они только берутся? В
яслях знакомятся, что ли? Или они
всегда дружили, но, нарожав детей, на время задвинули своих бездетных друзей,
дожидаясь, пока те их догонят?
Итак, новые подруги Аманды:
Джоди - настаивает, чтобы ее ребенку дарили только белые вещи, поскольку
уверена, что текстильные красители
непременно вызовут у ее чада аллергию; Сюзанна - запрещает своим няням
пользоваться парфюмом, поскольку не хочет,
чтобы ее дитя пахло чужим (дешевым) одеколоном; Мэриэн - не без задней мысли
увольняет одну няньку за другой в
тайной надежде, что в конечном итоге ей придется бросить работу и самой
воспитывать ребенка.
И такие заскоки свойственны не только матерям. Вас никогда не
настораживал вид отцов и сыновей з одинаковых
куртках и роликовых шлемах? Или отец, осыпающий свое чадо поцелуями, объясняющий
вам в промежутках между
умиленными вздохами над крошечными пальчиками и пританцовыванием вокруг коляски
(если двухлетний младенец
способен заливаться краской стыда, то его цвет лица имеет свое объяснение):
"Ребенок - это главное. Работа за три-четыре
года никуда не убежит".
Безусловно, сходить с ума по собственному ребенку и просто сходить с ума
- это немного разные вещи. В своем
крайнем проявлении таких родителей можно охарактеризовать одним словом -
психопаты. С кем приключится такая
напасть и какую форму она примет - предсказать невозможно, но, как верно заметил
Паккард: "Это не любовь и не забота -
это одержимость".
"Александра!"
Кэрри сидела на диване в просторной студии и беседовала с какой-то
мамашей, производившей впечатление более
или менее нормального человека. Звали ее Бекка, у нее были прямые светлые волосы
и длинный тонкий нос, глядя на
который вам невольно приходило в голову, что с таким носом она может запросто
обходиться без соломинки для мартини.
Она недавно переехала в новую квартиру на Семидесятой Ист-стрит и теперь
разъясняла мне преимущества и недостатки
работы профессиональных декораторов: "У одной моей знакомой декоратор совсем
разошелся - еле его остановили. Все
покупал и покупал. Как вспомню, так вздрогну..." - когда в разговор вдруг
вклинилась девочка лет пяти в платье с рюшами
и черной ленточкой в волосах.
- Мама, хочу сиську! - потребовало дитя.
- Александра! (Ну почему каждого второго ребенка теперь непременно зовут
Александром или Александрой?!) -
театральным шепотом произнесла Бекка. - Не сейчас. Иди посмотри видео.
- А почему его кормят сиськой? - капризно возразила девочка, кивая на
мать, кормящую в уголке.
- Он еще маленький. Смотри, какой малюсенький, - ответила Бекка. - Иди
попей сока.
- Не хочу сока! - ответила Александра, картинно подбочениваясь.
Бекка закатила глаза, затем привстала и усадила девочку к себе на колени.
Та начала проворно копошиться в
складках материнской блузки.
- Ты что... до сих пор кормишь ее грудью? - как можно вежливее
постаралась спросить Кэрри.
- Иногда, - ответила Бекка и добавила: - Муж сразу хотел второго, но я не
захотела. В Нью-Йорке с детьми хлопот
не оберешься. Правда, чудовище мое? - обратилась она к своей дочурке, которая
теперь посасывала большой палец руки и с
нетерпением поглядывала на мать в ожидании груди. Девочка повернулась и недобро
взглянула на Кэрри. - Хочу сиську.
Хочу сиську, - упрямо повторила она.
- Ладно, пойдем в ванную, - сказала Бекка. - Но нам пора от этого
отучаться, правда, золотце мое?
Девочка кивнула.
Бекка оказалась не единственной матерью, которая была не в силах
совладать со своим чадом.
Джули, миниатюрная брюнетка, заправляющая собственным рестораном, вот уже
битый час нянчилась в спальне
со своим шестилетним сыном Барри. Барри был очаровательным ребенком, как две
капли воды похожим на свою мать -
вплоть до прелестных темных локонов, спадающих на лоб. Но он был явно не в духе.
Он не отлипал от матери ни на минуту,
а когда кто-нибудь пытался с ней заговорить, начинал цепляться за нее руками и
ногами.
- Слушай, ну прекрати. Не ребенок, а сплошное мучение! - повторяла она,
но делать ничего не делала.
Барри отказывался играть с другими детьми и не давал ей пообщаться со
взрослыми. Позже Кэрри узнала, что так у
них всегда: они приходят в гости - преимущественно ко взрослым людям - и
общаются исключительно друг с другом. Ей
также рассказали, что Джули постелила в комнате Барри запасной матрас и проводит
там почти каждую ночь. Муж Джули
спит в соседней комнате. Они собираются разводиться.
- Ничего удивительного, - замечает Джелис, юрист, относящаяся к той
редкой породе маниакальных мамаш,
которые не стыдятся это признать. - Я обожаю своего сына, - продолжает она. -
Энди одиннадцать месяцев. Я его боготворю
и готова твердить ему об этом каждый день. Недавно я застала его в своей
кроватке повторяющим "я, я, я!".
Я с тридцати лет мечтала о ребенке, - продолжает она, - так что, когда он
наконец появился (ей сейчас тридцать
шесть), я себе сказала: все, мое призвание - быть матерью. Решила, что больше
никогда не вернусь на работу, хотя, честно
говоря, три месяца спустя поняла, что, видимо, придется. Я его совсем затискала.
В парке я перед ним прыгаю, как
заводная, меня там уже за сумасшедшую держат. Целую его по сто раз на день.
Мчусь домой, чтобы его искупать. Его тело
сводит меня с ума. Такого я ни к одному мужчине не испытывала.
Дженис рассказала, что стоит ее Энди взглянуть на какую-нибудь чужую
игрушку, как ей непременно нужно
купить такую же. Однажды ей показалось, что он загляделся на прыгунки. Она
разыскала точно такие на Четырнадцатой
улице и, не сумев поймать такси и не в силах больше ждать, сломя голову
понеслась домой.
- На меня в буквальном смысле показывали пальцем, - вспоминает она. -
Думали, я сумасшедшая. А когда я
примчалась домой и посадила в них Энди, он начал плакать.
Откуда в ней это?
- Думаю, во всем виноват Нью-Йорк. - говорит она, пожимая плечами. - Дух
конкуренции. Я хочу, чтобы у моего
сына было все, что есть у других, и даже больше. Кроме того, я всю жизнь мечтала
о мальчике. Мальчики всегда заботятся о
своих матерях.
Скрытой камерой
Иными словами, после стольких лет, потраченных на бесплодные поиски
настоящего мужчины, сын становится для
них воплощением мужского идеала.
- Это точно, - соглашается Дженис. - Мужчинам нельзя доверять. То ли дело
своя кровинка.
- Муж для меня - человек второго сорта, - продолжает она. - Правда,
когда-то я была о нем другого мнения, но
потом появился ребенок. Теперь, если он просит меня принести ему кока-колу я его
просто посылаю.
Тем временем посередине комнаты собралась небольшая толпа. Не очень
уверенно держась на ногах, в центре
стояла кроха в розовой пачке и балетных тапочках.
- Брук сегодня решила надеть свой балетный костюм. Ну не прелесть? -
произнесла высокая, лучащаяся счастьем
женщина. - Я стала надевать на нее брючки, а она заплакала. Как чувствовала.
Чувствовала, что ей сегодня придется
выступать. Правда, сладкая моя? Правда, сладенькая?
Женщина сложилась вдвое, прижала руки к груди, вытянула шею, и ее лицо
застыло в широчайшей сахарной
улыбке в миллиметре от лица ребенка. Затем она начала как-то странно подергивать
руками.
- Ну давай, пошли воздушный поцелуй! Пошли воздушный поцелуй! -
закудахтала она.
Девочка с застывшей улыбкой поднесла свою маленькую ладошку к губам, а
затем помахала ею в воздухе. Мать
издала победный вопль.
- Она у нее и реверанс делать умеет, - с легкой издевкой сказала Аманда,
обращаясь к Кэрри. - Мать
выдрессировала. Девчушка тут как-то попала на обложку детского журнала, так
мамаша совсем спятила. Как ни позвонишь,
она ее по "показам" таскает. Записала ее в модельное агентство. Нет, девочка,
конечно, милая, но не до такой же степени...
В этот момент мимо прошла еще одна мамаша, ведя за руку своего
двухлетнего сына.
- Смотри, Гаррик, стол. Стол, Гаррик. Скажи - "стол"! Что мы делаем за
столом? Едим, Гаррик. За столом мы едим.
Ну давай по буквам: с-т-о-л. Гаррик, ковер. Гаррик. Ко-вер. Ковер, Гаррик...
Аманда принялась готовить луковый соус к чипсам.
- Луковый соус? - мгновенно насторожилась Джорджия, дама в клетчатом
костюме. - Ты только детям его не давай,
а то они от соли совсем шалеют.
Впрочем, это не помешало ей тут же окунуть палец в адскую смесь и с
аппетитом его облизать.
- Слушай, знаешь спортзал в Саттоне? - спросила Джорджия. - Это какое-то
чудо. Настоящий спортзал, только для
детей. Он у тебя уже говорит? Тогда можем их познакомить. Рози уже скоро год -
нечего ей с кем попало играть.
Она снова обмакнула палец в соус.
- А еще я бы тебе посоветовала курсы детского массажа на Девяносто
второй. Очень сближает. Ты ведь уже не
кормишь грудью? Я так и думала. Слушай, а как твоя нянька?
- Да вроде ничего, - ответила Аманда, поглядывая на Паккарда.
- Она с Ямайки. Нам с ней ужасно повезло, - добавил Паккард.
- А вы уверены, что она уделяет Честеру достаточно времени? - спросила
Джорджия.
- Да вроде бы да, - ответил Паккард.
- Я имею в виду - достаточно... - подчеркнула Джорджия, бросая на Аманду
многозначительный взгляд.
Паккард поспешил воспользоваться моментом и незаметно выскользнул из
комнаты.
- За этими няньками нужен глаз да глаз, - произнесла Джорджия,
доверительно склоняясь к Аманде. - Я уже
одиннадцать штук сменила. В итоге пришлось установить скрытую камеру.
- Скрытую камеру? - переспросила Кэрри. Джорджия взглянула на нее так,
как будто впервые заметила.
- У тебя ведь нет детей, правда?.. Так вот, я сначала думала, это безумно
дорого, а оказалось - всего ничего. Подруга
у Опры высмотрела. Приходит мастер, устанавливает - и можешь пять часов подряд
следить за нянькой.
Я как-то позвонила своей, спрашиваю: чем сегодня занимались? Она говорит:
да так, погуляли в парке, потом
немного поиграли... И главное, врет и не краснеет! За весь день носа из дому не
высунула - торчала перед телевизором да по
телефону трепалась. На Джонса - ноль внимания. У меня теперь все подруги себе
такие установили. А одна даже
рассказывала, как ее нянька прямо у нее на глазах пыталась выключить камеру.
- Да-а... - поразилась Аманда.
"Меня сейчас стошнит", - подумала Кэрри.
Супружеский секс
Чтобы попасть в ванную, Кэрри пришлось пройти через спальню. Джули до сих
пор нянчилась со своим Барри. Он
лежал на кровати, положив голову ей на колени. Бекка и Дженис тоже были здесь,
обсуждая своих мужей.
- Взять хотя бы супружеский секс, - рассуждала Бекка. - Да кому вообще
это нужно?
- И кому вообще нужен муж? - подхватила Джули. - Еще и с ним нянчиться!
- Это точно, - согласилась Дженис. - Правда, я теперь подумываю второго
ребенка завести... Собиралась было
развестись, но, думаю, пока подожду.
Джули склонилась над своим сыном:
- И когда ты только вырастешь, солнышко мое?
Кэрри вернулась в гостиную и подошла к окну глотнуть свежего воздуха.
Каким-то чудом маленькому Гаррику
удалось ускользнуть из-под неусыпного ока матери, и теперь он потерянно стоял в
углу.
Кэрри пошарила в своей сумочке и наклонилась.
- Эй! - окликнула она малыша. - Поди-ка сюда!
Разбираемый любопытством, Гаррик приблизился. Кэрри раскрыла ладонь,
демонстрируя маленький пластиковый
пакетик.
- Презерватив, Гаррик, - прошептала она. - Скажи: кондом, кондом. Если бы
твои родители такими пользовались,
тебя бы сейчас здесь не было.
Гаррик протянул руку и потрогал пакетик.
- Кондом, - произнес он.
Два дня спустя Кэрри позвонила Аманда.
- Боже, что за день! Это какой-то кошмар! - простонала она. - У моей
няньки есть сын, на три месяца старше
Честера. Так вот, он заболел и мне сегодня пришлось остаться дома.
Я решила сводить его в парк. Сначала полчаса не могла попасть на детскую
площадку, чуть со стыда не сгорела -
внутри куча народа, а я наматываю круги вокруг ограды, вход ищу. Можешь себе
представить, как на меня смотрели. Потом
Честеру захотелось прокатиться с горки. Раз эдак двадцать. Смотрю на часы. Пять
минут. Качаю Честера на качелях. Еще
пять минут. Он играет в песочнице. Потом опять горка. Всего пятнадцать минут.
"Не наигрался?" - спрашиваю. Со
скандалом усаживаю его в коляску. "У нас куча дел", - говорю.
Бедный Честер. Я так неслась, что он только на кочках подпрыгивал.
Попробовала было пройтись по магазинам, но
не смогла втащить коляску в примерочную. Потом пошла в банк и застряла с
коляской во вращающихся дверях. Ну откуда
мне было знать, что с колясками туда нельзя? Так и сидели там - еле нас оттуда
вытащили.
Короче, к половине одиннадцатого мы с горем пополам добрались домой, и я
приготовила ему обед. Вареное яйцо.
Вечером Кэрри звонит Мужчине Своей Мечты, напрочь забыв про разницу во
времени. Он еще спит.
- Я только хотела тебе сообщить... - торопливо говорит она, - у меня
месячные начались.
- А... Ребенка, значит, не будет, - резонно заключает он.
Они кладут трубки, но через пару минут Мужчина Ее Мечты перезванивает.
- Вспомнил свой сон, - говорит он. - Мне приснилось, что у нас ребенок.
- Ребенок? - переспрашивает Кэрри. - Какой ребенок?
- Совсем крохотный, - отвечает Мужчина Ее Мечты. - Грудной. Лежит с нами
в одной постели.
Мужчина Ее Мечты за порог - Девочка на порог
Кэрри познакомилась с Девочкой в туалете клуба. Это вышло случайно.
Кто-то постучал в дверь туалета. Кэрри была в хорошем настроении, к тому
же с ней была Сиси, так что, вместо
того чтобы нахамить, она приоткрыла дверь. За дверью стояла Девочка. Темные
волосы - в общем, ничего себе.
- Можно к вам?
- Заходи, - ответила Кэрри.
- Прости, - встряла Сиси, - мы что, знакомы?
- Нет, - ответила Кэрри.
- У вас что-нибудь есть? - спросила Девочка.
- А что тебе надо? - вопросом на вопрос ответила Кзрри.
- Есть убойная травка, - предложила Девочка.
- Давай, - ответила Кэрри.
Девочка прикурила косяк и протянула им:
- Вы такой в жизни не пробовали!
- Сомневаюсь, • - ответила Кэрри и затянулась.
В клубе было полно народу, так что в туалете
...Закладка в соц.сетях
