Жанр: Любовные романы
Секс в большом городе
...рихотливое сочетание. Заглядываешь им в
глаза - и видишь в них стремление к обладанию любой ценой, смешанное со здоровым
почтением к капиталу. И уже заранее
знаешь, что не успеешь ты выйти из комнаты, как они тут же начнут перемывать
тебе косточки. Но самое печальное
заключается в том, что большинство этих женщин и в самом деле необычайно
интересны - в первую очередь именно
потому, что не пошли по проторенной дорожке и не выскочили замуж при первой
возможности. Но разве может такое
выражение в глазах пробудить в мужчине страсть?!
Питер, увлекшись темой, почему-то взъелся на ни в чем не повинного Алека
Болдуина:
- Во всем виноваты чрезмерные запросы! Женщины среднего возраста не умеют
довольствоваться тем, что есть.
Они не замечают вокруг себя вполне достойных, полноценных мужчин, вот и говорят:
"Ну и черт с вами - мне вообще
никто не нужен!". С какой стати мне жалеть этих заносчивых дур с их неумеренными
аппетитами? Я скорее пожалею тех
несчастных, на которых эти особы даже не соблаговолят взглянуть. Им, видишь ли,
Алека Болдуина подавай! Да во всем
Нью-Йорке не найдется ни одной женщины, которая не отвергла бы с добрый десяток
милых, любящих мужчин только
потому, что они ей не по вкусу - этот слишком толстый, тот недостаточно богат,
третий уж слишком трепетный... Только
ведь те красавцы, на которых они заглядываются, интересуются двадцатилетками, а
не дамами под сорок!..
Питер почти перешел на крик:
- Нет бы этим дурам выйти за толстяка! Ну почему бы им не выйти за
жирного, заплывшего салом кабана?!
Хорошие друзья, паршивые мужья
Я задала тот же вопрос Шарлотте, английской журналистке.
- Сказать почему? - ответила она. - Были у меня такие, коротышки,
толстые, страшные, - разница ноль. Такие же
бесчувственные эгоисты, как и красавцы. - И добавила: - Когда тебе за тридцать
пять и ты все еще не замужем, волейневолей
думаешь: да зачем мне вообще это надо?
Она рассказала, как совсем недавно отвергла красивого разведенного
банкира за сорок только потому, что у него
был слишком маленький член.
- С мизинец, - горестно вздохнула она.
К нам заглянула Сара. Она только что раздобыла денег на свой первый
полнометражный фильм и пребывала в
состоянии эйфории.
- Да чтобы женщина не могла выйти замуж?! Это такая чушь, у меня слов
нет! Если хочешь кого-то окрутить,
достаточно просто закрыть рот. Заткнуться раз и навсегда и соглашаться с каждым
их словом.
К счастью, позвонила моя подруга Амалита и все мне объяснила. Объяснила,
почему совершенно потрясающие
женщины прозябают в одиночестве, и не то чтобы, конечно, радуются этому факту,
но, по крайней мере, особенно не
переживают.
- Радость моя, - проворковала она в трубку. Сегодня она была в отличном
настроении, поскольку всю ночь
занималась сексом с двадцатичетырехлетним студентом юрфака. - Да каждый дурак
знает, что из нью-йоркских мужчин
выходят отличные друзья и паршивые мужья. Как говорят у нас в Латинской Америке:
"Лучше быть одному, чем в плохой
компании".
5
В постели с моделью
Вечер пятницы. Неожиданное появление некоего Грегори Рока, режиссерадокументалиста,
вызывает в баре
"Бауэри" легкое оживление. Мистер Рок, автор таких скандально известных фильмов,
как "Д. Р. Ф." ("Джеральд Рудольф
Форд") и "Манкиз", шествует в довольно задрипанном твидовом пиджаке, опустив
глаза долу. За ним следует стайка юных
созданий - шестеро новых моделей известного модельного агентства. Среди них нет
ни одной старше двадцати одного года
(двоим вообще по шестнадцать), и половина из них в жизни не видела ни одного
фильма мистера Рока и, положа руку на
сердце, плевать на это хотела.
Роль буксиров, обеспечивавших непрерывность движения и сохранность
состава, выполняли Джек и Бен,
"моделепоклонники" - два инвестора-предпринимателя лет по тридцать - молодые
люди с незапоминающимися чертами
лица, если не считать кроличьи зубы одного и модный нагеленный "ежик" другого.
На первый взгляд компания производила впечатление веселой беззаботной
тусовки. Девушки сияли улыбками.
Мистер Рок занял место у стены в окружении своих чирикавших красоток, а молодые
люди расселись по краям, будто
оберегая мистера Рока от посягательств на его уединение или, упаси Господь, на
его дам.
Мистер Рок то и дело склонял голову то к одной, то к другой девушке, на
лету подхватывая нить обрывочных
разговоров. Молодые люди были полны жизни и энергии. На самом же деле все было
вовсе не так картинно, как могло бы
показаться со стороны. Если хорошенько приглядеться, удалось бы различить налет
усталости и скуки, тенями старости
залегший на лицах юных див. Им нечего было сказать мистеру Року и уж тем более
друг другу. Но у всех присутствующих
была своя работа, и все ее усердно выполняли.
Так они и сидели, сияя великолепием, пока наконец не набились в лимузин
мистера Рока и не отправились в клуб
"Туннель", где мистер Рок, вяло потоптав танцпол с одной из красоток, наконец
осознал, что умирает со скуки, и уехал
домой в полном одиночестве. Девочки же остались и принялись за наркоту, а потом
Джек, тот самый, с "ежиком", схватил
одну из них за руку со словами: "Ну ты, сучка!" - после чего она послушно пошла
к нему домой. Там он предложил ей еще
дури, а она сделала ему минет.
Такого рода сценарии буквально каждый вечер разыгрываются в клубах и
ресторанах, где неизменно собираются
очаровательные юные фотомодели, слетающиеся в Нью-Йорк, как пчелы на мед, и их
спутники, мужчины вроде Джека и
Бена, превратившие обхаживание и, по возможности, соблазнение юных манекенщиц в
дело всей своей жизни. Позвольте
представить - моделепоклонники.
Моделепоклонники - порода особая. Они на ступеньку выше обычных бабников,
которые готовы трахать все, что
движется. Моделепоклон-ников интересуют не столько женщины, сколько манекенщицы.
Они обожают их за красоту и
ненавидят за все остальное. "За глупость, мишуру, беспринципность,
искушенность", - объясняет Джек. Моделепоклонники
обретаются в не-ком подобии параллельной вселенной, с собственными планетами
("Нобу", бар "Бауэри", "Табак",
"Флауэрз", "Туннель", "Экспо", "Метрополис"), спутниками (многочисленными
квартирами, в большинстве своем в районе
Юнион-сквер, которые крупные модельные агентства снимают для своих манекенщиц) и
богинями (Линда, Наоми, Кристи,
Эль, Бриджит).
Добро пожаловать в их мир. Довольно гнилой мирок.
Моделепоклонники
Не каждый мужчина может стать моделепоклонником.
- Чтобы спать с моделями, нужно быть богатым, красивым и/или принадлежать
к артистической богеме, - объяснил
Баркли.
Сам он - многообещающий художник с лицом ангела Боттичелли, обрамленным
светлыми волосами,
стриженными в кружок. Живет он в небольшой мансарде в Сохо, которую оплачивают
его родители, как, впрочем, и
остальные его расходы, что неудивительно, когда твой отец - крупнейший
производитель пластиковых вешалок в
Миннеаполисе. Это значительно облегчает Баркли жизнь, поскольку жизнь
моделепоклонника обходится недешево - чего
стоят одни расходы на коктейли, ужины, такси из одного клуба в другой, наркотики
- в основном марихуана, но изредка и
героин с кокаином. Кроме того, на все это уходит уйма времени. Родители Баркли
полагают, что все свое время он проводит
в мастерской за работой, в то время как на самом деле он дни напролет планирует
свои бессонные ночи с манекенщицами.
- Честно говоря, не понимаю всех этих охов и ахов вокруг моделей, -
говорит Баркли. Он вышагивает по своей
мансарде в кожаных джинсах и с обнаженным торсом. Волосы его еще не успели
высохнуть после душа, а на груди
виднеются три хилых волоска. Модели его обожают. Считают его модным и милым. -
Главное - обращаться с ними как с
простыми смертными, - продолжает он, прикуривая сигарету. - Нужно уметь себя
держать - входишь и сразу
направляешься к самой шикарной из них - иначе пиши пропало. Это как с собаками:
главное - не дать слабины.
Звонит телефон. Ханна. У нее съемки в Амстердаме. Баркли ставит телефон
на громкую связь. Ей одиноко, и она
обкурилась.
- Я так по тебе соскучилась, - стонет она. Ее голос как змий, свивающийся
в кольца в тщетных попытках скинуть
собственную кожу. - Был бы ты здесь, я бы тебе так отсосала... О-о-о-о... Это
такой кайф, милый.
- Вот так-то, - подмигивает Баркли. Он прикуривает косяк и заводит
разговор с Ханной, запустив пятерню в
шевелюру: - Покурим вместе, моя сладкая?
- Есть два вида моделепоклонников - те, кто с ними спит, и те, кто не
спит, - заявляет Корте фельске, автор книги
под названием "Пустозвон", романа о человеке, который проводит жизнь в погоне за
моделями. - Возглавляют всю эту
братию супермоделепоклонники, то есть те, кого чаще всего можно встретить в
обществе Эль Макферсон, Бриджит Халл,
Наоми Кэмпбелл. Такие водятся везде, где есть модели, - в Париже, Милане, Риме,
- продолжает мистер Фельске. - У них
уже есть определенный вес в мире моды. Им ничего не стоит снять пару моделей.
Они из них веревки вьют.
Но далеко не все моделепоклонники - птицы высокого полета. В Манхэттене,
главном перевалочном пункте для
всех начинающих моделей, достаточно одного состояния. Взять, к примеру, Джорджа
и его партнера Чарли. Каждый вечер
Джордж и Чарли вьюодят в свет толпы манекенщиц - иногда по двенадцать человек
кряду.
Джордж и Чарли сошли бы как за среднестатистических европейцев, так и за
ближневосточных бизнесменов, но на
самом деле они из Нью-Джерси. Занимаются они импортом-экспортом, и хотя им еще
нет и тридцати, каждый из них стоит
по нескольку миллионов.
- Бедняге Чарли никогда не обламывается, - смеется Джордж, докручиваясь в
кожаном кресле за массивным
столом красного дерева в собственном офисе. Пол устелен восточными коврами, на
стенах - оригиналы картин мастеров.
Джордж объясняет, что на секс ему наплевать. - Это такой вид спорта, - говорит
он.
- Для этих ребят девочки - всего лишь очередной трофей, - соглашается
мистер Фельс-ке. - Для кого-то это способ
избавиться от собственных комплексов, для кого-то - возможность пофанфаронить.
Джордж рассказал, что в прошлом году от него залетела девятнадцатилетняя
модель. Они были знакомы чуть
больше месяца. Сейчас у них девятимесячный ребенок. Он с ней больше не
встречается. Она предъявила ему свои
требования: 4500 долларов в месяц в качестве алиментов, страховой полис на
500000 долларов и 50000 долларов в фонд
образования ребенка.
- По-моему, это слегка чересчур, вы не находите? - ухмыляется Джордж.
Улыбка обнажает зубы с сизым налетом...
Девочки Вильгемины
Так как же попасть в число избранных?
- Модели - существа стадные, - объяснил Баркли. - Перемещаются они
исключительно толпой - тусуются своими
компаниями, живут по нескольку человек в одной квартире. В одиночку они сразу
теряются, а вместе они - сила. Любой
перед ними пасует. С другой стороны, это может оказаться тебе на руку, -
продолжает он свою лекцию, - поскольку, если в
одном месте собралось двадцать фотомоделей, твоя избранница наверняка окажется
не самой красивой - следовательно,
твои шансы возрастают. Если она одна и выбирать не приходится, она оказывается
хозяйкой положения. Если же ты
подходишь к компании из четырех-пяти манекенщиц и обращаешься к одной из них, ей
это льстит, поскольку она
мгновенно чувствует свое превосходство.
Главное - познакомиться с первой. Лучше всего это делать через знакомых.
- Стоит заполучить одобрение одной, - говорит мистер Фельске, - и тебя
тут же принимают за своего.
Три года назад Джордж случайно встретил в клубе свою бывшую
одноклассницу, чей кавалер оказался букером
одного модельного агентства. Через него Джордж познакомился с кучкой моделей. У
него была наркота. Кончилось все тем,
что они всей толпой отправились к ним домой. Наркоты хватило аж до семи утра. По
ходу дела он с одной переспал. На
следующий день она согласилась с ним встретиться, но только при условии, что
остальные тоже придут. Он пригласил их
всех на ужин. И понеслось.
- Так все и закрутилось, - заключил он.
Сейчас Джордж знает наперечет все модельные квартиры - приют
новоиспеченных моделей, где за каких-то
пятьсот долларов в месяц пятеро девочек жмутся по своим койкам в двух-трех
тесных спальнях. Но нельзя терять
бдительность - девочки приходят и уходят и нужно постоянно поддерживать
отношения как минимум с одной из
квартиранток. Источник же неиссякаем.
- Нет ничего проще, - говорит Джордж. Он поднимает трубку и набирает
номер.
- Алле, можно Сюзан? - спрашивает он.
- Она в Париже.
- Ох, черт, - огорченно произносит он. - Это ее старый знакомый (на самом
деле он с ней знаком всего каких-то
пару месяцев), сам только что сюда вернулся. Вот не повезло. А это кто?
- Сабрина.
- Очень приятно, я Джордж. - Минут десять они мило беседуют. - Мы тут
сегодня в "Бауэри" собираемся. Не
хочешь присоединиться?
- Ну-у... ладно, - отвечает она, а сама только что в ладони не хлопает от
радости.
- Кто там еще с тобой сегодня? Может, прихватишь их с собой?
Джордж вешает трубку.
- Вообще-то лучше, когда мужчин больше, чем женщин, - говорит он. - Чем
больше соперниц, тем больше
конкуренция. Они настораживаются, затихают. Если одна рассказала другой, что с
кем-то встречается, это может сыграть
роковую роль. Она-то думает, что они подруги, а на самом деле каждый сам за
себя. Ей то и дело рассказывают подобные
истории. Твои собственные подруги так и норовят отбить у тебя парня.
- Среди них полно пустышек, - фыркает мистер Фельске.
У Джорджа своя система.
- Среди модельных квартир существует определенная иерархия доступности, -
говорит он, - девочки Вильгельмины
самые доступные - они из тех, кто все детство провел на колесах или в злачных
кварталах Лондона. У "элиты" две квартиры
- одна в центре, на Восемьдесят шестой, другая на отшибе, на Шестнадцатой.
Девочки получше живут в центре. Те, что на
отшибе, поприветливей. Про девочек из квартиры Эйлин Форд можно сразу забыть -
хотя бы потому, что горничная Эйлин
просто-напросто вешает трубку.
- Большинство из них живут между Двадцать восьмой стрит и Юнион-сквер.
Есть еще высотки Зеккендорфа на
Пятнадцатой. И еще пара мест на Двадцать второй и на Южной Парк-авеню. Модели
постарше, у кого работы навалом,
селятся в Ист-Сайде.
Словарь моделепоклонника
Штучка = модель
Гражданские = не модели
- Мы все время обсуждаем, как сложно после моделей вернуться "на
гражданку", - рассказывал Джордж. - С
гражданскими как-то даже особенно не пересекаешься - по крайней мере, не
стараешься пересечься.
- Модели гораздо покладистей, чем гражданские с их карьерами, - добавил
Сэнди. - Гражданские вечно от тебя
чего-то хотят...
Вопрос в разрезе
Четверг, вечер. Ресторан "Бароло". Марк Бей-кер, реставратор и промоутер,
дает очередную вечеринку. Схема такая:
у промоутеров связи в агентствах. Агентства знают, что промоутеры - "надежные
люди", т. е. и о девочках позаботятся, и
скучать не дадут. Те, в свою очередь, нуждаются в моделепоклонниках, чтобы они
вывели их моделей в свет - сами
промоутеры не всегда изыскивают такие деньги. А моделепоклонники - всегда. Ктото
же должен их кормить. И вот
моделепоклонники встречают кого-нибудь вроде мистера Рока. Мистер Рок хочет
девочек. Моделепоклонники тоже хотят
девочек, к тому же не прочь провести время в обществе мистера Рока. Все
счастливы.
Итак, четверг, вечер. У входа в ресторан чистое столпотворение. Люди
давятся, изо всех сил стараясь привлечь
внимание рослого детины довольно угрожающего вида - судя по всему, наполовину
азиата, наполовину итальянца. Внутри
дикая толчея. Все танцуют, все стройны и красивы.
Сначала общаешься с какой-то девицей с деланным европейским акцентом.
Потом еще с одной, из Теннесси, - она
только что вернулась из дома и делится впечатлениями.
- Я была в клешах и на платформах, так видели бы вы, как мой бывший на
меня вылупился: "Что это - говорит - ты
так вырядилась?" А я ему и говорю: "Привыкай, милый. Нью-Йорк есть Нью-Йорк".
Появляется Джек и дает кое-какие разъяснения.
- Как бы глупы они ни были, в моделях преобладает стремление
манипулировать другими. Их можно разделить на
три категории. Первая категория - новенькие. Эти, как правило, совсем девчонки -
лет по шестнадцать, семнадцать. Они все
время тусуются. У них не так уж много работы, зато амбиций хоть отбавляй, им
нужны знакомства, связи - фотографы
например. Категория номер два - те, у кого полно работы. Они уже постарше, от
двадцати одного и выше, и уже лет пять как
в модельном бизнесе. Они нигде не появляются, все время в разъездах, их почти
никогда не видно. И наконец, третья
категория - супермодели. Они ищут покровителя, который может что-то для них
сделать. Они просто одержимы идеей
денег, возможно, потому, что их положение столь шатко и недолговечно. Если у
тебя меньше двадцати - тридцати
миллионов, они на тебя и не взглянут. К тому же они страдают звездной болезнью -
общаются исключительно с
супермоделями, а всех остальных манекенщиц или просто не замечают, или поливают
грязью.
Ты идешь вслед за Джеком, и разговор продолжается чуть ли не в мужском
туалете.
- К двадцати одному у них уже такой багаж накопился! - рассказывает Джек.
- Полный комплект. Дети. Бывшие
любовники. Неприятные знакомства. Большинство из них - дети из семей
неблагополучных или с сомнительным прошлым.
Они красивы, но в конечном итоге тебе от этого ни тепло ни холодно. Они молоды.
Необразованны. У них нет ничего
святого. Лично я предпочитаю тех, кто постарше. Нужно только найти такую, чтобы
как чистый лист. Вот я и ищу.
Добьешься одной - добьешься всех
Главное - заполучить хотя бы одну знаменитость вроде Хантер Рино или
Жанны Родз, - продолжает Джордж. - Ну
тех, с обложек европейских журналов. Добиться одной - значит добиться всех. В
ночном клубе нужно приглядывать за
девочками постарше. Они вечно норовят пораньше ускользнуть домой, потому что им
на следующий день вставать и идти
на работу. Сажаешь их в такси, все честь по чести, а потом возвращаешься и
берешься за тех, кто помоложе.
- Все, что им нужно, - это комфорт, - добавляет мистер Фельске. - Они так
молоды. Они только-только начинают
играть во взрослые игры. Они еще ничего толком и не понимают в жизни, а тут все
эти искушенные мужчины... Конечно,
им нелегко.
В своей мансарде Баркли открывает бутылку кока-колы и усаживается посреди
комнаты, оседлав табурет.
- Смотришь на них и думаешь: кто может сравниться с фотомоделью? А с
другой стороны, они глупы и
напыщенны до невозможности, и в голове творится черт знает что. Трахнуть модель
в сто раз проще, чем первую
попавшуюся девчонку. Они же только этим и занимаются. Это как эффект курортника
- стоит оказаться вдали от дома, как
начинаешь вытворять все, что душе угодно. А эти все время вдали от дома, то и
дело в разъездах. Так и живут.
Баркли отхлебывает кока-колу из бутылки и почесывает живот. Время - три
часа утра, он всего час назад проснулся.
- Эти девочки - кочевницы, - говорит он. - У них по любовнику в каждом
городе. Когда они в Нью-Йорке, то
звонят мне, а окажись они в Париже, Риме или Милане - позвонят кому-нибудь
другому. Когда они здесь, мы делаем вид,
что мы вместе. Держимся за руки, встречаемся каждый день. Многим женщинам это
нужно. А потом они уезжают. -
Баркли зевает. - Не знаю, вокруг столько красивых женщин, что со временем
начинаешь искать кого-то, кто может тебя
рассмешить.
- Иногда сам поражаешься, чего только не сделаешь ради этих пташек, -
говорит Джордж. - Однажды я даже в
церковь пошел с одной моделью и с ее дочкой. Теперь я стараюсь встречаться с
теми, кто постарше. Чувствую, пора
завязывать. Отвлекают они меня. Так всю жизнь из-за них профукаю. - Джордж пожал
плечами и отрешенно уставился в
окно своего кабинета на тридцать четвертом этаже с видом на Манхэттен. - Ты
только посмотри на меня!
Двадцатидевятилетний старик!
Очередной Мистер соблазн Нью-Йорка: неотразимый Мужчина Ее Мечты
В бар "Бауэри" входит небезызвестная нам особа, кинопродюсер лет сорока -
назовем ее Саманта Джоунс, - и, как
водится, мы с любопытством окидываем взглядом ее эскорт. Саманта, как правило,
появляется в сопровождении не менее
четырех мужчин, и суть игры заключается в том, чтобы угадать, кто из них ее
любовник. Положа руку на сердце, угадывать
тут особенно нечего, поскольку двух мнений здесь быть не может - достаточно
ткнуть пальцем в самого молодого, поголливудски
смазливого мужика, и уж будьте уверены, вы не промахнулись.
Кроме того, его всегда можно узнать либо по идиотско-счастливому
выражению лица - если они недавно знакомы,
либо по идиотско-скучающему - если они уже какое-то время встречались. В
последнем случае он уже успел усвоить, что
никто из присутствующих не собирается с ним общаться. Да и какой смысл, если
через какую-нибудь пару недель он
навсегда исчезнет с горизонта?
Сэм всегда внушала нам искреннее восхищение. Во-первых, далеко не каждая
сорокалетняя баба умудрится
снимать двадцатипятилетних парней. Во-вторых, Сэм была истинным провозвестником
новой нью-йоркской философии. В
современном Нью-Йорке перед одинокой преуспевающей женщиной постоянно маячит
альтернатива: продолжать биться
головой о стенку в тщетных попытках обрести Настоящую Любовь или послать все к
черту и пуститься во все тяжкие не
хуже любого мужика. Сэм выбрала последнее.
Это настоящая дилемма современного Нью-Йорка. Впервые в истории
Манхэттена огромное количество женщин к
тридцати-сорока годам располагает таким же количеством денег и влияния, что и
мужчины, или, по крайней мере,
достаточным для того, чтобы прекрасным образом обходиться без мужчин - во всем,
кроме секса.
И пока этот вопрос занимает лучшие умы нашего времени, моя подруга Кэрри,
журналистка лет тридцати пяти,
мирно беседуя с нами за чашкой чая в отеле "Мейфлауэр", решает пойти опытным
путем - то есть плюнуть на любовь и
сантименты и направить все силы на удовлетворение плотских потребностей.
И как мы скоро убедимся, ей это удалось. Ну, почти удалось.
Тестостерон и прочая дребедень
- По-моему, я превращаюсь в мужика, - заявила Кэрри. Она прикурила
двенадцатую сигарету за день и, когда
метрдотель метнулся к ней с очередной просьбой не курить, прищурилась к со
словами: "Подумаешь, какие мы нервные!" -
затушила сигарету о ковер.
- Помните, я недавно переспала с тем парнем, Дрю? - спросила она. Забыть
это было сложно - мы все тогда
вздохнули с облегчением, поскольку к тому времени она совсем озверела от долгого
воздержания.
- Так вот, с чувствами это и рядом не лежало. Сделала ему ручкой - ладно,
мол, побежала, созвонимся - и думать
забыла.
- Интересно, а с какой стати ты должна что-то чувствовать? - спросила
Магда. - Мужики-то не утруждаются. Секс
сексом, а чувства чувствами. Жаль, конечно, но что поделаешь.
Мы многосмысленно умолкли, прихлебывая чай и ощущая себя членами некоего
привилегированного клуба. Мы
были циничны и гордились этим: не так уж легко нам далась эта тотальная
независимость, благодаря которой мы могли
позволить себе роскошь относиться к мужчинам как к объектам секса, и только. Не
один год труда и одиночества ушел на
осознание того простого факта, что раз уж на поддержку со стороны рассчитывать
не приходится, придется самой о себе
позаботиться - во всех смыслах этого слова.
- Да-а, через сколько же мытарств нужно пройти... - задумчиво сказала я.
- Сколько разочарований... Со временем
начинаешь жалеть, что вообще способна на чувства - хочется просто пожить
спокойной жизнью.
- А по-моему, все дело в гормонах, - заявила Кэрри. - Я тут недавно
сидела в парикмахерской, делала маску для
волос - их послушать, так я вообще, того и гляди, облысею, - и наткнулась на
статью в "Космо" о содержании мужского
тестостерона в женском организме. Так вот, оказывается, исследования доказали,
что женщины с повышенным Встреча с Мужчиной Ее Мечты
В интересах дела Кэрри отправилась на трехчасовой сеанс смотреть
"Очередной соблазн" - фильм о коварной особе,
которая в погоне за деньгами, сексом и неограниченной властью самым циничным
образом использует всех мужчин,
встречающихся на ее пути, - и все это без малейшего зазрения совести и
традиционной кульминации с заламыванием рук и
надрывным "ах, что же я наделала!".
Кэрри относилась к разряду людей, которые никогда не ходят в кино: ее
мать, аристократка протестантского толка,
с детства внушала ей, что кино - развлечение для чахлых детей бедноты, поэтому
для нее это было событием мирового
масштаба. Она опоздала, и, когда кассир предупредил ее, что фильм уже начался,
оскорбилась до глубины души:
"Да пошел ты! Я что, похожа на тех, кто смотрит кино? Я сюда не
развлекаться пришла!"
Выйдя из кинотеатра, она все прокручивала в голове ту сцену, в которой
Линда Фиорентино снимает в баре какогото
парня и занимается с ним сексом на автостоянке, вцепившись в цепь
ограждения... Так вот, значит, как надо?..
Кэрри купила себе две пары босоножек и постриглась.
В воскресенье вечером Кэрри отправилась на коктейль прославленного
дизайнера Джупа. Это был один из тех
светских раутов, что так и просятся на экран кинематографа - толпы гостей,
голубые мальчики за оживленной беседой, - и,
хотя завтра ей предстоял очередной рабочий день, Кэрри уже знала, что сегодня ей
грозит перебор с выпивкой и позднее
возвращение домой. А она терпеть не могла ночных возвращений в свою пустую
квартиру и одинокую постель.
В разгаре вечеринки запасы шампанского мистера Джупа иссякли - не без
тонкого расчета хозяина, надо заметить,
- и гости толпой ринулись в кухню, выклянчивать у официантов белого вина. Мимо
прошел какой-то мужчина с сигарой в
зубах, и собеседник Кэрри проводил его взглядом:
- О-о! Это еще что за фрукт?.. Прямо Рон Перельман в молодости, только
лучше.
- Я его знаю, - ответила Кэрри.
- Ну и кто же это такой?
- Мужчина Моей Мечты.
- Я так и знал. Все время их с Перельманом путаю.
- Спорим... - выпалила вдруг Кэрри, - что я к нему сейчас подойду и
заговорю? - И она лихо взбила свои
свежестриженые кудри на гл
...Закладка в соц.сетях
