Жанр: Любовные романы
Незнакомка из Пейроля
...арианну в Тунис. Идея этого путешествия исходила от
нее, в то время как он предпочитал все свое свободное время посвящать
полетам.
— Ты меня так подвел! — произнесла она прерывающимся от гнева
голосом.
— Поезжай без меня, Марианна. Ты там загоришь и похорошеешь...
По ее поджатым губам он понял, что она собирается сказать ему что-то
неприятное.
— Мне очень жаль, — вздохнул он, опуская голову. Почему он был не
способен сделать ее счастливой? Его нежность и влечение к ней не могли
скрыть правду: он не любил ее. Ему было скучно от одной только мысли, что в
течение двух недель они будут вместе и в номере отеля, и на пляже.
— Самюэль, успокойся, я поеду одна. Ты не будешь настаивать на том,
чтобы я осталась?
— Тебе нужно отдохнуть, а...
— Тебе побыть немного одному, не так ли?
Он взглянул на нее, удивленный столь холодным тоном.
— В воскресенье я улечу одна, без проблем, но если ты не против, я
пойду с тобой на праздник, который устраивает в субботу твоя бывшая жена.
Паскаль их обоих пригласила на новоселье, и Марианна намеревалась
воспользоваться этим. Она по-прежнему считала Паскаль своей соперницей,
несмотря на все заверения Самюэля.
— А на следующей неделе ты сможешь летать на своем вертолете, сколько
захочешь, и даже найти себе другую женщину, чтобы плакаться ей о своем
разводе. Будешь делать все что заблагорассудится!
Пораженный этими словами, он молча смотрел на нее. Она всегда была с ним
нежна, даже немного слащава, а теперь в ней стал просыпаться характер?
— С меня хватит, Самюэль, — сказала она, подходя к нему. — Я
все для тебя делаю, потому что люблю тебя. Но я ничего не получаю взамен —
ни нежного слова, ни взгляда, никаких совместных планов. Это путешествие
имело большое значение для меня, а ты...
Теперь или никогда он мог поговорить с ней начистоту. Как и большинство
мужчин, он терпеть не мог истерик и сцен. К тому же ему не хотелось
расставаться с ней.
— Я всегда был честен с тобой, — тихо проговорил он. — Я
ничего тебе не обещал, не пытался приукрасить. Если бы я произнес те слова,
которых ты ждешь, то солгал бы тебе.
— Тогда зачем ты зовешь меня к себе? Зачем приглашаешь меня обедать,
спать с тобой?
Он сдержался и не стал говорить, что вообще-то она сама звонит ему,
предлагает встретиться и довольно смело берет инициативу в свои руки.
— Мне нравится встречаться с тобой, но я не хочу, чтобы мы жили вместе.
Ты не виновата в этом, Марианна. Я хочу оставаться независимым, и сейчас я
не способен на совместную жизнь, вот и все. Если такое положение вещей тебя
не устраивает, нам лучше расстаться.
Разве он мог сказать по-другому? Он никогда не сможет дать ей того, на что
она надеется, он был убежден в этом.
Их близкие отношения продолжались уже почти год, и его устраивала эта
эпизодическая связь, приятная и удобная...
— Да, ты права, я еще не пришел в себя после развода. Я больше не хочу
связывать себя ни с кем, и ты это знаешь. В твоем возрасте, с твоей красотой
ты имеешь право на настоящую любовь, которая...
— Но я люблю тебя! — выкрикнула она. — Тебя, и больше никого
другого! Я смогу терпеливо ждать, пока ты однажды не вылечишься от любви к
этой женщине!
— Вылечусь? — озадаченно спросил он.
— Ты продолжаешь думать о ней, и не надо притворяться, что это не так.
— Да, я иногда думаю о ней. Я не могу простить себе свою ошибку, и это
лишает меня сна. Ты все путаешь, Марианна.
Мучаясь ревностью к Паскаль, она сама постоянно напоминала ему о ней.
— Бросай меня, — сказал он тихо.
— Нет, ни за что!
Она подошла к нему, обняла за талию и прижалась к его спине.
— Я способна на все, чтобы удержать тебя, Самюэль. Я могу сделать
такое, чего ты себе даже не представляешь. Ты считаешь меня легкомысленной,
но ты ошибаешься. Давай больше не будем сегодня ссориться. Я поеду одна,
небольшой перерыв пойдет нам обоим на пользу...
Обнимая Самюэля, она торопливо произносила все эти слова, словно пытаясь
погасить в нем саму мысль об окончательном их расставании.
— Через пару недель ты, возможно, поймешь, что тебе меня не хватает.
Тебе нужна ласка, утешение, тебе нужно, чтобы кто-то тебя выслушал. Ты такой
же, как и все, любовь моя, ты только притворяешься равнодушным, но ты ведь
обожаешь, когда я вожусь с тобой.
Может, она была права? Ведь ему нравилось, когда она смеялась или болтала,
когда мелькала у него перед глазами, когда они занимались любовью. Он
считал, что не привязан к ней, но ему было приятно думать о ней. Скорее
всего, тут сказывался его эгоизм.
— Я не могу тебе ничего обещать, — прошептал он.
— По крайней мере, дай мне шанс.
Когда-то он просил о том же самом Паскаль, и когда она ему отказала, он
чувствовал себя таким несчастным! Разве он мог причинить кому-то такие же
страдания? Он повернулся к Марианне и крепко обнял ее.
Всегда полная идей и замыслов, Аврора трудилась изо всех сил, чтобы придать
дому праздничный вид, особенно много усилий она вложила в украшение зимнего
сада. Она разместила там множество красных свечей, а в огромные вазы
Камиллы, которые нашла на чердаке, поставила букеты гладиолусов. Весь день
она готовила салаты и холодные закуски. Паскаль занялась сладкими фруктовыми
пирогами и, пока они выпекались, поехала в Альби, чтобы купить вина.
По дороге назад она вспомнила, что забыла купить свежий хлеб. Время
поджимало, поэтому она не стала возвращаться в Альби и, вопреки желанию,
решила заехать в ту булочную, где ей пришлось пережить несколько неприятных
минут.
Пожилая женщина приняла ее так же неприветливо, как и в прошлый раз. Она
даже не пыталась скрыть свою неприязнь.
— Три батона и нарежьте, пожалуйста, два хлеба! — попросила
Паскаль, не обращая внимания на поведение продавщицы.
Пока та нарезала хлеб, Паскаль, вежливо улыбаясь, рассматривала лавку.
— Приятной вечеринки! — насмешливо бросила ей вслед продавщица.
На улице она чуть не столкнулась с Люсьеном Лестрейдом.
— Я так рад, что встретил вас, нам нужно поговорить по поводу растений.
Время посадки прошло, но я купил луковицы и приду в понедельник, чтобы их
посадить. Одного дня хватит, чтобы с этим управиться.
— Месье Лестрейд...
Она вспомнила, что он просил называть его по имени, и поправилась:
— Люсьен, я вам уже объяснила, что не могу оплачивать ваш труд.
— Я делаю это бесплатно! — ответил он. — Но луковицы нужно
посадить, иначе весной у вас не будет цветов.
— Мне все равно.
Этот ответ возмутил его до глубины души, он выпучил глаза и отошел на шаг.
— Как это — все равно? Да вы понимаете, что вы говорите? Я пообещал,
что сделаю это! И я сдержу слово! В наши дни для людей нет ничего святого,
но я не стану...
— Что вы пообещали? И кому?
Он странно посмотрел на нее и пожал плечами.
— Я приду к девяти утра, — пробурчал он.
— Но я работаю в это время!
— Не беспокойтесь, у меня есть ключ от маленькой калитки.
Сделав неопределенный жест рукой, означавший, видимо, прощание, он
повернулся и прошел в булочную. Паскаль в замешательстве несколько секунд
размышляла, стоит ли пойти за ним и потребовать объяснений, но, взглянув на
часы, отказалась от этого шага. В понедельник она попытается вернуться
пораньше, чтобы с толком поговорить с ним. Она не хотела, чтобы у него
оставался ключ от парка и он мог приходить туда в ее отсутствие. По какому
праву он навязывал ей свои услуги? Кто будет платить за эти луковицы?
С чувством недовольства и тревоги она направилась к Пейролю. В составленный
ею список срочных дел садовые работы не входили. В сарае неподалеку от
оранжереи она видела газонокосилку, маленький трактор, механическую пилу и
другие инструменты. Отец периодически обновлял инвентарь, чтобы поддерживать
парк в хорошем состоянии. Лестрейд и бывшие жильцы использовали его, поэтому
и она сможет научиться.
Подъехав к широко распахнутым воротам, она увидела факелы, установленные
Авророй по углам лужайки. Их пламя словно сражалось с сумерками, придавая
Пейролю некую таинственность. Паскаль заметила незнакомую машину,
припаркованную у входа, однако сам дом казался безлюдным. Паскаль поспешила
отнести покупки на кухню, надеясь, что успеет переодеться к приезду других
гостей.
Она неслась по лестнице, перескакивая через ступеньку, как вдруг услышала:
— Моя доченька!
Она бросилась в объятия отца, счастливая, как ребенок, оттого, что он
оказался здесь, на лестнице, как бывало в ее детстве, когда вся семья
счастливо жила в Пейроле.
— Ты смог приехать, как здорово! А Адриан?
— Он сейчас в своей бывшей комнате вместе с твоей подругой Авророй.
Какую комнату ты отвела для нас?
— Свою. Точнее, ту, что была моей. Теперь это комната для гостей, но
если ты хочешь, я дам вам твою комнату и...
Анри рассмеялся, забавляясь ситуацией.
— Чудесно, дорогая. Ты теперь у себя дома, а мы твои гости.
— Вы побудете у меня?
— До завтрашнего вечера. Мы заказали машину до аэропорта, так быстрее
всего добираться отсюда, потому что у меня много дел, а мне так хотелось
увидеться с тобой!
Он с нежностью смотрел на нее, отчего она обмякла и положила голову ему на
плечо.
— Мне так не хватало тебя, папа. Как твои дела?
Без сомнения, ему нелегко было переступить порог этого дома, полного для
него воспоминаний, и она была признательна ему за то, что он откликнулся на
приглашение.
— Так себе. После того как твоя мать покинула нас, в моей душе осталась
пустота, которую уже никогда не удастся заполнить. Сейчас я с головой ушел в
работу.
Она гнала от себя мысли о том, насколько ему одиноко в пустой квартире в Сен-
Жермен.
— Кого ты пригласила на свой праздник?
— Самюэля с невестой, сотрудников из больницы Пюрпан...
— Самюэля с невестой? — удивленно переспросил он.
— Ну, они еще не помолвлены, но я надеюсь, что он наконец решится!
Он приподнял ее лицо за подбородок, чтобы заглянуть в глаза.
— Ты действительно надеешься на это?
Она смутилась и попыталась найти более приемлемый ответ.
— Так или иначе, но ему придется устроить свою жизнь, а эта девушка мне
нравится. Я надеюсь, что смогу остаться для него другом, понимаешь?
На лице Анри возникла снисходительная улыбка.
— Ты, похоже, сама веришь в то, что говоришь. Ну, давай, иди
переоденься, надеюсь, ты не собираешься принимать гостей в джинсах?
Довольная тем, что его вопросы закончились, она прошла в ванную. За две
минуты она успела пришпилить шиньон, нанести легкий макияж и надушиться.
Потом она направилась к платяному шкафу, достала платье из черного шелка и
туфли на высоких каблуках. Оглядев себя в зеркале, она подумала, что,
пожалуй, слишком разодета, но у нее больше не оставалось времени, чтобы
выбрать другой наряд.
Спустившись на первый этаж, она увидела, что Аврора уже успела встретить
двух врачей из пневмологического отделения и свою подругу-медсестру, с
которой как раз знакомила Адриана. Паскаль обняла и поцеловала брата, а
затем пригласила гостей в зимний сад, где всем разлила по бокалам сангрию и
специально для отца открыла бутылку шабли. Как он заметил, она была у себя
дома, хотя, возможно, в роли хозяйки здесь она выглядела несколько
непривычно.
— Да, наши детские полдники ушли безвозвратно! — сказал Адриан,
поднимая бокал. Больше нет оранжада, рулетов с вареньем...
Он залпом осушил свой стакан и причмокнул языком.
— Впрочем, это тоже неплохо. Ну, как дела? Я вижу, ты здесь расставила
рухлядь, от которой лучше было бы избавиться. Почему ты не купишь себе новую
мебель?
— Нет средств. И эта мебель меня не смущает, я перетащила с чердака
только свои любимые вещи.
— Тебе не стоит привязываться к прошлому, блошка. Здесь нелегко жить,
тем более...
— Нелегко? Вовсе нет. Наоборот, чудесно. Я ни о чем не жалею.
Боковым зрением Паскаль заметила появление Лорана Вийнева. Он подошел к ней,
она протянула ему руку, немного неловко из-за того, что держала две бутылки
шампанского.
— Вы выглядите изумительно! — произнес он. — И ваш дом очень
красив.
Рассылая приглашения, она уточняла, что это будет простой праздник
новоселья. Лоран был одет в джинсы, белую рубашку без галстука и кожаную
куртку. Зачем она надела такое нарядное платье?
— Месье Вийнев? Очень рад снова увидеться с вами, мы встречались два
года назад на конгрессе в Мадриде.
Лоран повернулся к Анри.
— Конечно, доктор Фонтанель. Рад вас видеть. Воспользовавшись
присутствием отца, Паскаль направилась к входу, чтобы встретить Самюэля с
Марианной.
— Ты обворожительна, — произнес Самюэль, обнимая ее. Марианна
держалась немного скованно, тем не менее с любопытством оглядывалась по
сторонам.
— У вас красивый дом, — сказала она.
В подарок она принесла шкатулку, в которой был ладан. Скорее всего, это была
идея Самюэля, он часто видел, как Паскаль зажигала палочки сандалового
дерева, чтобы наполнить ароматом их квартиру.
Аврора остановилась рядом с ними, предлагая гостям сырные палочки.
— Кто хочет попробовать? Это я сама испекла! Позади нее Адриан нес
блюдо с маленькими копчеными колбасками. Паскаль представила ему Марианну,
затем отправилась встречать новых гостей. Благодаря Авроре вечеринка была
оживленной, гости непринужденно общались и весело шутили. Большие двери с
витражами, отделявшие зимний сад от террасы, были распахнуты, предоставляя
гостям больший простор. Паскаль, слегка озябнув в легком платье, решила
пойти посмотреть, включены ли электрообогреватели.
— Вам помочь? — спросил Лоран.
— Думаю, что все в порядке, спасибо. Но если у вас есть спички,
зажгите, пожалуйста, свечи...
Он пошарил в карманах и вынул коробок.
— Насколько я понял, вы обожаете этот дом, и он действительно
прекрасен.
— Отец был против моего решения, брат тоже. К счастью, я из упрямых.
Если честно, я не перенесла бы, если бы Пейроль продали чужим людям.
— Вы купили себе свои детские воспоминания, не так ли?
— В некотором роде. Но я также купила его ради своей будущей жизни!
Через окна террасы она видела горящие факелы на лужайке у ворот и вспомнила,
как Адриан устраивал фейерверки на 14 июля. Они все тайком подготавливали, и
с наступлением ночи Адриан зажигал фитили, а она радостно кричала, хлопая в
ладоши. Она пообещала себе, что будущим летом снова организует такой
праздник.
Обернувшись, она заметила, что Лоран смотрит на нее с улыбкой, и эта улыбка
показалась ей очаровательной.
— Вы не пригласили профессора Клеман?
— Если бы я это сделала, сюда никто бы не захотел прийти. Она по-
настоящему ужасна. Кстати, по поводу того случая, который мы обсуждали при
вас, помните, тот старый курильщик... Так вот, томография выявила
патологические изменения, которые невозможно было констатировать другим
способом. Я назначаю обследования не по своему невежеству, моя интуиция мне
подсказывает, что...
— Не нужно оправдываться, — сказал он нежно. — Забудьте на
время о больнице.
Он больше не улыбался, но взгляд его был все таким же соблазняющим.
Несколько секунд Паскаль молча смотрела на него, приходя к пониманию, что
его отношение к ней может быть неоднозначным.
— Давайте выпьем чего-нибудь, — предложила она. Да, она была не
замужем и имела право флиртовать с мужчинами, которые ей нравились, но
директор больницы Лоран Вийнев был вне игры. Заигрывать с ним было бы
последней глупостью.
— Паскаль...
Она почувствовала его руку на своем плече. До этого он никогда не называл ее
по имени. То, как он произнес ее имя, взволновало ее.
— Если я помешал вам, простите меня.
Она вздрогнула от прикосновения пальцев к ее обнаженному плечу, и он сразу
же убрал руку, смутившись так же, как и она. Боже, неужели она тоже была
неравнодушна к нему? Ведь она видела его всего три раза!
— Вовсе нет, но я должна вернуться к гостям, я...
— Что вы тут воркуете вдвоем? — насмешливо спросил Самюэль. —
Вас обслужить?
Он принес им два бокала сангрии.
— Аврора ждет тебя в кухне. Она попросила меня поставить музыку, но
твои диски наводят тоску. Лоран, может, у тебя найдется парочка классных
саундтреков в машине? Какая-нибудь английская поп-музыка или же...
— Конечно. Пойду поищу.
Самюэль подождал, пока он выйдет, и рассмеялся.
— А он произвел на тебя впечатление!
— Оставь свои комментарии, Самюэль.
Ее беспокоило не то, что ее застали врасплох, а то, что в ней действительно
пробудилось желание.
— Я пошутил, дорогая. Кстати, ты мне всегда говорила, что тебе не
нравятся голубые глаза... Это было просто для того, чтобы порадовать меня?
Он обнял ее за талию жестом собственника и повел в зимний сад.
— Оставь меня, Марианне это не понравится.
— Я ведь не женат на ней! — запротестовал он, убирая руку.
— На мне тоже.
Она заметила, как он напрягся, словно его оскорбили, и что-то пробормотал,
но она расслышала:
— И теперь очень жалею об этом.
Отойдя от нее, он направился к столу.
— Самюэль? Что с тобой?
Почему он так отреагировал? Потому что застал ее наедине с Лораном? Она
снова подошла к нему.
— Хочешь посмотреть мой дом? Я ведь все уши прожужжала тебе о нем!
Только благодаря тебе мы теперь здесь все вместе, и я никогда не смогу
отблагодарить тебя за это.
— Не говори глупостей, ты бы и сама смогла все это провернуть.
— О да, — вмешался Анри. — Она бы все равно добилась своего,
потому что упряма, как осел, но все же в этой истории именно ты оказал мне
плохую услугу, Самюэль. Теперь моя дочь живет одна в огромном сарае, за
семьсот километров от своего старого отца...
Он делал вид, что шутит, однако Паскаль это не обмануло. На самом деле он
упрекал ее и был рад высказать свое недовольство бывшему зятю.
— Пойдем, Анри, покажешь мне дом, у меня возникла одна мысль.
Эти двое всегда умели договариваться друг с другом, даже если между ними
возникали разногласия. Самюэль бросил на Паскаль заговорщический взгляд и,
следуя за Анри, успел прошептать ей на ухо:
— Если мужчина по-настоящему любил женщину, для него эта история не
заканчивается никогда.
Сбитая с толку, Паскаль взяла первый же попавшийся ей под руку бокал и
залпом выпила его. Не закончится никогда? Может, это было объяснение в
любви, и даже присутствие Марианны его не останавливало? Она поискала
Марианну взглядом и увидела, что та оживленно беседует с очаровательным
Жоржем Матеи — молодым доктором, который прекрасно проводил респираторную
кинестезию. Похоже, ей было весело, и она ничего не заметила. Что ж, тем
лучше.
Паскаль пошла на кухню, где возилась Аврора, рядом с которой по-прежнему был
Адриан.
— Да, вечеринка удалась! — объявил Адриан серьезным тоном.
Паскаль окинула его пристальным взглядом, пытаясь понять, то ли брат выпил
лишнего, то ли присутствие Авроры на него подействовало. Сколько она его
помнила, он всегда поддавался чарам красивых девушек.
— Отнеси это туда, — сказала она, протягивая ему две большие
салатницы.
Аврора вынула из печи фруктовые пироги, и Паскаль поставила их остывать на
подоконник.
— Твой брат, словно благородный рыцарь...
— Да, он старается на славу! Переглянувшись, они рассмеялись.
— Согласись, моя мысль насчет праздника была удачной. Твой дом —
идеальное место, чтобы принимать гостей и развлекаться.
До них долетали голоса гостей, приглушенные музыкой.
— Наш славный директор превратился в диск-жокея? — иронично
спросила Аврора. — Минуту назад я видела, как он проходил с кучей
дисков...
— Как он тебе?
Вопрос невольно слетел с губ Паскаль, и она досадовала на внимательный
взгляд Авроры.
— Вийнев? Он ничего, но предупреждаю тебя, он недосягаем. В Пюрпане
много девушек, которые сломали о него зубы.
Они вернулись в зал с подносами, полными разных закусок.
— Угощайтесь и располагайтесь как хотите! — громко сказала
Паскаль.
В течение пятнадцати минут она наполняла тарелки, открывала бутылки,
разговаривала с гостями, пока к ним не присоединились отец и Самюэль.
— Я все осмотрел и могу сказать тебе только одно, дорогая: ты очень удачно вложила свои деньги!
Самюэль искренне улыбался ей, безо всякой иронии.
— А я по-прежнему думаю иначе, — вздохнул Анри. — Я здесь
достаточно долго прожил и знаю этот дом, как никто другой. Один ремонт этого
сарая обходится в...
— Кстати, — прервала его Паскаль, — твой садовник настаивает
на том, чтобы остаться здесь работать. Я сказала, что не смогу ему платить,
но он не соглашается.
— Лестрейд? Выгони его! По какому праву он это оспаривает?
Отец неожиданно разгневался и говорил очень громко, но овладел собой и все
так же сухо продолжил:
— Не слушай россказней этой деревенщины и не пускай его сюда!
— Ты же сам дал ему ключ, — напомнила она ему. — И это ты
держал его здесь более двадцати лет.
— Потому, что квартиранты не стали бы ухаживать за парком! Или же
выкорчевали бы тут неизвестно что...
— Я тоже в этом не разбираюсь.
— Тогда учись! Но только не у Лестрейда!
Что привело его в такое состояние? Адриан подошел к отцу и твердо взял его
за руку.
— Пойдем присядем, папа, и что-нибудь съедим.
Анри неловко отправился за ним, оставив Паскаль в растерянности. Ей тоже не
нравилась назойливость этого садовника и были непонятны его цели, но она не
понимала, что могло так расстроить ее отца.
— Ну и страсти, — прошептал Самюэль позади нее. — Ваш месье
Лестрейд дьявол?
— Нет, просто немного странный.
Самюэль провел рукой по ее затылку, поправляя прядь волос, выбившуюся из-под
шиньона.
— Твой отец почему-то ненавидит Пейроль. Он приехал только ради того,
чтобы доставить тебе радость, и потому, что соскучился по тебе, но ему здесь
плохо.
Самюэль увидел, что Марианна призывно машет ему с террасы.
— Поговорим об этом позже, — сказал он, покидая Паскаль.
Тарелки изрядно опустели, и Паскаль принялась убирать лишнюю посуду.
Завтрашний день, похоже, придется посвятить уборке, но это ее не огорчало.
Сейчас она прекрасно себя чувствовала и была счастлива, что находится у себя
дома. Ее ничто не беспокоило, и у нее не было никаких проблем с Пейролем.
Она отнесла грязную посуду в кухню и вернулась, поставив два блюда с сыром
на стол. Гости приятно развлекались на террасе.
— Может, посидите немного с нами? — спросил Лоран, когда она
проходила мимо него.
Сидевший за столом с Жоржем и Авророй хирург рассказывал какую-то смешную
историю, приключившуюся с ним во время отпуска. Паскаль присела на ручку
кресла Авроры и рассеянно дослушала ее до конца, все время чувствуя на себе
взгляд Лорана. Посмотрев на него, она заметила грустную улыбку и снова
смутилась, чувствуя, что не выдерживает его взгляда. Этот мужчина
определенно волновал ее. Возможно, она слишком долго пребывала в
одиночестве. После развода с Самюэлем она пришла к выводу, что ни одна
встреча больше не подарит ей таких чувств. Самюэль был ее первой настоящей
любовью, а несколько последующих любовных историй не оставили в ней ничего,
кроме разочарования. Может, ее реакция на внимание Лорана Вийнева означала,
что она наконец освободилась от чувства к Самюэлю и перестала сожалеть об их
разводе?
Она не знала, как заговорить с ним, и смогла лишь пробормотать, что принесет
бутылку вина.
— Нет, не беспокойтесь, я сам принесу.
Вставая, он на секунду положил руку ей на запястье, и этот жест показался ей
нежной лаской.
Глава 4
Нервничая, Анри смотрел на стюардессу, которая, рассказывая об аварийной
эвакуации, демонстрировала пассажирам спасательный жилет и кислородную
маску. Он терпеть не мог самолеты и удивился тому, что Паскаль нравилось
летать. Слава богу, что сейчас она не летела с ними.
Сидящий рядом Адриан б
...Закладка в соц.сетях
