Жанр: Любовные романы
Запрет на любовь Книга 2
... пойдешь. Я
хочу знать, где тебя искать сегодня.
Вполне возможно, что на самом деле ему это вовсе неинтересно. Просто он
старается быть вежливым.
— Я пару часов поваляюсь на пляже, а потом сяду на автобус и поеду в
аэропорт. — Самое главное — казаться абсолютно спокойной. Даже когда он
надевает пиджак, засовывает в карман галстук и идет к двери. — На
случай, если мы не увидимся до отъезда... Спасибо, Макс.
Он оглянулся, по-прежнему стараясь смотреть только на ее лицо:
— Мы увидимся.
— Это было бы очень мило.
Ну, давай, Макс! Сейчас самое время пригласить ее на ланч. Или можно
встретиться в его номере и провести время гораздо приятнее.
Но он уже открывал дверь и набирал чей-то номер на своем мобильном.
— Но если мы все-таки не увидимся, — крикнула Джина ему
вслед, — я хочу, чтобы ты знал, как много для меня значила эта ночь. Я
думаю, что ты удивительный и...
— Замолчи. — Макс обернулся и на секунду из его глаз на нее глянул
неистовый мистер Хайд. — Я не удивительный. Я полный мудак!
Что?
— Нет!
— Да, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Так и есть.
Прости, Джина, мне надо идти. Поговорим позже, ладно?
Он вышел из комнаты.
— Алисса! Это Макс, — успела услышать она, пока за ним еще не
захлопнулась дверь. — Позвони мне, черт возьми. Мне надо срочно
поговорить с тобой.
Джина откинулась на спину. Лучше бы ей этого не слышать. Лучше бы он
потратил пять лишних секунд на то, чтобы поцеловать ее на прощанье. И не
убегал как ошпаренный из-за одной только глупой шутки о замужестве...
Обвязавшись полотенцем, Сэм проскочил по коридору в свой номер. Алисса
пыталась дозвониться до своего врача, и он решил, что не стоит мешать ей.
А кроме того, он не хотел слышать этот разговор. Пока у него не было ни сил,
ни времени, для того чтобы раздумывать о роли, которую сыграют эти таблетки
в общем устройстве мира и в их новых отношениях с Алиссой.
Ясно одно: Сэму еще придется попотеть, чтобы убедить ее дать ему шанс.
В номере он влез все в тот же костюм, который носил уже двое суток. Еще
никогда в жизни Сэму не приходилось ходить в костюме так долго. Он с тоской
вспомнил о своих джинсах и сапогах. Выйдя из торгового центра в Гейнсвилле,
он зашел на почту, упаковал их в большую коробку и отправил на свой адрес в
Сан-Диего.
О твидовом пиджаке он нисколько не жалел, но джинсы — другое дело. Он к ним
притерся. И к сапогам... Однажды он также отправил себе пару сапог из
Пакистана. Они добирались до Сан-Диего четыре месяца, потому что сначала их
пришлось послать другу в Индонезию. Отправлять посылки из той части
Пакистана в Соединенные Штаты было тогда опасно для здоровья.
Сэм повязал перед зеркалом галстук, а потом замер, разглядывая себя. Когда
он в последний раз носил штатский деловой костюм? Даже и не вспомнить.
С тех пор как после школы он поступил на службу в ВМС, во всех торжественных
случаях он надевал парадную форму.
Вероятно, больше у него такой возможности не будет, большое спасибо Мэри-Л
у.
Нет, незачем врать себе. Во всем виновата исключительно его собственная
глупость.
Сэм закрыл глаза. Черт с ними — с работой и с карьерой. И пусть даже его с
позором уволят из отряда. Только бы Мэри-Лу и Хейли были живы.
Звонок!
Сэм сунул руку в карман и сначала вместо телефона вытащил пистолет Алиссы.
Надо же, а он и забыл про него.
Из трубки раздался знакомый голос:
— Если ты, сукин сын, опять обидишь Алиссу, я заставлю тебя пожалеть,
что родился.
— Доброе утро, Джулз.
— Я не шучу, Старретт.
— Я так и понял. У меня и в мыслях нет...
— Это у тебя сейчас нет. А через пару часов мы найдем Мэри-Лу, она
сообщит тебе, что у нее опухоль мозга и, если ты с ней разведешься, она не
сможет оплатить серию операций, без которых умрет и которые займут
пятнадцать лет...
— Джулз, — попросил Сэм, — заткнись, пожалуйста.
Джулз заткнулся.
— Все документы на развод уже подписаны. Осталось только отправить их в
суд. Ничего подобного просто не может случиться.
— Знаю, — вздохнул Джулз. — Я тебя ненавижу. Из-за тебя я
теряю своего лучшего напарника.
— Алисса не собирается уходить из Бюро.
— Пока не собирается. Но тебе-то точно придется уйти из шестнадцатого
отряда, что, кстати говоря, вопиющая несправедливость. Но наши сплетники уже
болтают, будто Том Паолетти — если, конечно, он сможет доказать свою
невиновность, что будет совсем непросто, — собирается сколотить какой-
то спецотряд из штатских супергероев, и тебе, миленький, в него прямая
дорога.
— Не гони! — От такой работы Сэм точно не отказался бы.
— Не гоню. А Алисса всегда восхищалась Паолетти, и если он предложит ей
место заместителя, она вряд ли откажется.
Ах, Джулз, Джулз... Чудак так боится потерять Алиссу, и все-таки
подсказывает Сэму самый надежный способ отбить ее у ФБР.
— Если бы я был геем, — начал Сэм, — я бы...
— Молчи, — прервал его Джулз. — Ни слова больше, а то я за
себя не ручаюсь. К тому же это все еще неточно. Я тоже люблю тебя, мой
красавчик. — От таких слов Сэм засмеялся. — Кажется, сегодня утром
у тебя отличное настроение? Хочешь, сделаю его еще лучше? Потому что ко мне
только что залетел прекрасный Джордж и принес в клюве радостную весть — во
всяком случае, для тебя радостную. Тела, найденные в машине, принадлежат
иммигрантке из Мексики и ее дочери, которые пропали еще в апреле.
У Сэма вдруг подогнулись колени, и он тяжело опустился на кровать. Джулз еще
что-то говорил, но он его уже не слышал.
Это не Хейли прострелили голову и не ее поджарили в багажнике.
От невероятного облегчения мышцы мгновенно превратились в желе, а мозги — в
кашу. Ему стало трудно дышать, и комната закружилась перед глазами.
— Спасибо, — прошептал Сэм. На большее он был пока не
способен. — Мне... надо идти. Спасибо. О, господи...
— Эй, с тобой все в порядке? — встревожился Джулз.
Сэм захлопнул телефон.
Он не помнил, сколько времени просидел на кровати, дожидаясь, пока
остановится комната и смолкнет шум в ушах. Он помнил только, что надо срочно
рассказать обо всем Алиссе.
С трудом поднявшись, Сэм сделал несколько шагов к двери, но та сама
распахнулась, и в комнату влетела Алисса. По ее лицу текли слезы.
— Мне только что позвонил Джулз. Ты его напугал. — Она дотронулась
до его щеки, и Сэм понял, что тоже плачет. — О, Сэм...
Он потянулся к ней, и они обнялись и долго стояли, прижавшись друг к другу.
— А я была уверена, — прошептала она. — Я рада, что
ошибалась. Слава Богу!
Сэм даже не пытался скрыть слезы.
— Я так боялся, — выговорил он наконец.
Этой ночью Сэм спал, наверное, не больше часа, да и этот час был наполнен
кошмарами и предутренними страхами. Сейчас вместе с облегчением на него
вдруг навалилась страшная усталость.
Каким-то образом Алисса почувствовала это.
— Хочешь поспать часок или кофе? — спросила она.
— Кофе.
Она засмеялась и поцеловала его.
— Интересно, откуда я знала, что ты выберешь кофе?
— Давай найдем Хейли сегодня, — попросил Сэм. Она еще раз
поцеловала его:
— Я не возражаю.
Келли лежала на больничной кровати, обмотанная проводами и трубками, а Том
Паолетти сидел рядом, держал ее за руку и слушал писк кардиомонитора.
Писк был размеренным и ровным, и это действовало успокаивающе.
Из холла послышались громкие голоса, и он повернул голову. Проклятье!
Явление адмирала Таккера и Берегового патруля.
Том полночи гадал, когда же наконец они пожалуют.
Вновь прибывших почти сразу же заслонили от него внушительные, широкие спины
Джаза и Стэна.
Сэм услышал голос своего заместителя:
— Простите, сэр, но в палату интенсивной терапии допускаются только
близкие родственники.
Молодец Джаз! Том слегка пожал руку Келли.
— По-моему, оттого что я сижу здесь, мне гораздо больше пользы, чем
тебе, — обратился он к Келли, хотя ее глаза по-прежнему были
закрыты. — Поэтому, наверное, я пойду. Я очень люблю тебя, Кел.
Пожалуйста, борись, хотя бы ради меня. Даже когда меня нет здесь, я все
равно с тобой. Ты просто прислушивайся к этому монитору. Потому что это
бьется и мое сердце тоже. — Его голос дрогнул. — Каждый раз, когда
он пищит, он говорит, что я люблю тебя. Черт! Мне не хочется уходить, но
сюда уже приперся Таккер и...
Ее пальцы пошевелились.
Ее пальцы пошевелились, а веки дрогнули.
— Сестра! — заорал Том. — Сюда! Быстрее!
К нему немедленно подскочил Джей Лопес, штатный санитар шестнадцатого
отряда. Откуда он здесь взялся?
Сестра отделения интенсивной терапии, молоденькая афроамериканка, примчалась
следом за ним.
— Она приходит в себя, — сообщил Лопес. — Черт, ну вы и
напугали меня, сэр. Я уж собрался бежать за дефибриллятором.
Боже милостивый, почти весь шестнадцатый отряд, включая жен и подружек,
толпился в холле и заглядывал в дверь.
— С ней все в порядке, — успокоил их Лопес.
— Все в порядке, — повторила сестра и задернула занавеску,
отгораживая кровать от зрителей. — Доброе утро, миссис Паолетти. —
Она осторожно поправила кислородную трубку, уходящую Келли в нос, и
проверила капельницу.
— Том, — прошептала Келли, — не уходи.
— Не уйду, — пообещал он. — Никуда не уйду.
— Он не уйдет, — подтвердила сестра. — Эту дверь охраняет
целый отряд
морских котиков
. А я, конечно, не
морской котик
, но тоже не
постесняюсь вызвать охрану, чтобы она вывела адмирала, которому совершенно
нечего здесь делать. — Она взглянула на Тома и наклонилась к самому уху
Келли: — Ох, милая, я вам так завидую: ваш муж не стесняется плакать.
Уитни все утро не сиделось на месте. По сравнению с ней, обе девочки,
увлеченно рисующие цветными карандашами, являли собой образец спокойствия и
рассудительности.
Она садилась. Потом вставала. Потом опять садилась. Она исполнила отрывки из
сорока лучших песен месяца. Она пересказала содержание всех фильмов, которые
видела за последний год.
— Может, позвонишь своей подруге — как ее? — Эшли и сходишь с ней
на пляж? — предложила вконец измученная Мэри-Лу.
— Нет, мне с вами веселей. А к тому же Эшли такая сука!
Зазвонил телефон, и Уитни подлетела к нему первой.
— Я возьму! Алло? — Она помолчала, а потом радостно взвизгнула: —
Наконец-то! Да, пропустите его! Да, в переднюю дверь. Спасибо, Джим, я тебя
обожаааю! — Она повесила трубку.
— Какой Джим? Охранник у ворот? — заинтересовалась Мэри-Лу.
— Да, он. — Уитни метнулась к дверям. — Я сейчас вернусь.
Там... принесли посылку, которую я давно жду. Никуда не уходите, хорошо?
Она выскочила из комнаты.
Посылка?
Некоторое время они рисовали молча. Господи, какое счастье! Даже Аманда и
Хейли притихли.
Только бы в этой посылке оказался не фейерверк. И не ящик виски. И не
скоростной катер. И не...
— А что такое
сука
? — с любопытством спросила Аманда.
— Это не очень хорошее слово, детка, — как можно мягче объяснила
Мэри-Лу и улыбнулась Хейли, которая прислушивалась к разговору с большим
интересом, — и мы не будем его говорить, ладно?
— Миссис Даунс — сука, — уверенно заявила Аманда.
— Разумеется, нет, — возмутилась Мэри-Лу, хотя в душе была
совершенно согласна с девочкой. — Просто миссис Даунс любит поворчать.
А если мы будем ей улыбаться, она не станет сердиться.
— Ага, а небо упадет на землю, — подхватила вернувшаяся
Уитни. — Смотри, кого я тебе привела, Мэри-Лу.
Как она ее назвала?
Мэри-Лу подняла голову, и... — Господи помилуй! — в дверях детской
стоял и улыбался Ибрагим Рахман.
11
В телефоне что-то щелкнуло:
— Локке слушает.
— Сюрприз, — пропел Макс. — Это я.
— А как же?..
— Такая новая приставка к телефону. Она посылает особый сигнал, у тебя
в телефоне что-то заклинивает, и вместо моего номера на экране высвечивается
тот номер, который ты набирала последним. Хитро придумано?
— Очень.
— И за кого ты меня приняла?
— Не твое дело, — чересчур ласково отозвалась Алисса. Похоже, она все еще на него злилась.
— Я долго ждал, что ты мне перезвонишь. Мне, правда, очень надо
поговорить с тобой. — Макс не садился за стол, зная, что как только
сядет, тут же автоматически начнет просматривать бумаги. А предстоящий
разговор потребует его полного внимания. Он выглянул в окно.
Небо во Флориде какого-то совершенно особенного голубого цвета. А еще из
окна видно полоску моря, сверкающую на солнце.
— У меня сейчас нет времени, чтобы перезванивать всяким засранцам.
Может, поговорим позже?
— Нет. Но я буду короток. Я не могу жениться на тебе, потому что я еще
больший засранец, чем ты думаешь. Извини. Я... совершил большую ошибку этой
ночью и...
— Макс, — перебила его Алисса, — я все знаю. Неужели ты
думаешь, что можешь целую ночь не отвечать на звонки и никто ничего не
заметит?
— Да, — глухо сказал он, — я понимал, что без сплетен не
обойдется. Я просто хотел, чтобы ты узнала все из первых рук. И только
правду. — Он замолчал, собираясь с силами. — Алисса, я с ней
переспал.
Она негромко рассмеялась:
— Давно пора. И как ты — в порядке?
— Нет, черт возьми, — признался Макс. Наверное, он уже никогда не
будет в порядке. — Я должен сказать тебе еще кое-что.
— Ой, что-то мне это не нравится.
— Я подал заявление об отставке.
— Макс!
Он прижался лбом к нагретому стеклу.
— Оно вступит в силу, как только мы разгребем все это дерьмо, или в
конце месяца — что наступит раньше.
— Господи боже мой...
— Я рекомендовал на свое место Пегги Райан, а тебя — на ее должность.
— Макс, это невозможно!
— Я сам во всем виноват, Алисса. Нельзя было спать с ней. Она еще не
оправилась после той истории, и у нее слишком уязвимая психика... Не говоря
уже о том, что за двое суток до этого я сделал предложение тебе, что,
кстати, тоже было полным безумием.
— Я же тебе отказала, — напомнила Алисса.
— Ты сказала, что подумаешь.
— Да, но я бы все равно отказала, и ты это знал. Макс, мы ведь оба
понимали, что это несерьезно.
— Это было серьезно.
— Пожалуйста, не увольняйся, — взмолилась Алисса. — Как ты
можешь уволиться? Ты нам нужен.
— Как я могу не уволиться? Послушай, мне надо идти. Я только хотел,
чтобы ты обо всем узнала от меня.
— Макс, ты просто убегаешь от проблемы, вместо того чтобы решать ее,
ты, черт возьми...
— Джулз сообщил тебе последние новости?
— Да. Макс...
— Будь осторожна. Все это очень опасно. Очевидно, мы имеем дело не с
террористом-самоучкой, а с настоящим профессионалом, скорее всего наемником,
который твердо решил замести следы.
— Макс, пожалуйста, послушай...
— Алисса, мне очень жаль, если я обидел тебя...
— Ты не обижал меня.
— Мне все равно очень жаль. И мне надо идти. — Макс повесил
трубку.
Небо по-прежнему было очень голубым. И вода по-прежнему сверкала на солнце.
И пеликаны легко скользили над ней. Из своего окна он видел даже песчаную
дамбу, соединяющую материк с островом Сиеста-Ки.
На котором Джина сейчас, наверное, собирала вещи и готовилась к отъезду.
— Ларонда! — крикнул он, не поворачиваясь. — Мне нужна
машина.
Когда Макс вышел из кабинета, его помощница уже повесила трубку.
— Машина ждет у входа, сэр, — доложила она и даже не отругала его
за то, что он кричал.
Он еще не рассказал ей о содержании своего письма, но Ларонда чувствовала,
что происходит что-то очень необычное и важное, и волновалась.
— Не знаю, сколько меня не будет, — сказал Макс. — Я перевожу
все свои звонки на тебя. Меня соединяй, только если позвонит президент или
человек, которому известно, где находится Мэри-Лу Старретт.
— Да, сэр.
Макс пошел к лифту.
Мэри-Лу вскочила на ноги так быстро, что повалила стул.
— Привет, Мэри-Лу, — сказал Ибрагим Рахман. Живой и невредимый. Он
даже улыбался, хотя в его чудесных карих глазах и стояли слезы. Потом он
улыбнулся и Хейли: — Как дела, детка?
— Как ты нашел меня? — ахнула Мэри-Лу, и сама все поняла, поглядев
на Уитни.
Вчера та назвала ее бывшего мужа
Сэмом
, хотя Мэри-Лу была уверена, что ни
разу не упоминала его настоящего имени. Тогда она не обратила на это
внимание, но с тех пор что-то беспокоило ее. Теперь все ясно.
— Мне позвонила Уитни, — объяснил Рахман своим музыкальным голосом
с таким знакомым британским акцентом. — Я сначала никак не мог понять,
о ком она говорит, а потом догадался, что о тебе. Она сказала, что Сэм хочет
тебя убить? Я ничего не понимаю. Ты же говорила, он никогда пальцем тебя не
трогал. Ну, неважно. Я узнал, что ты здесь и что я тебе нужен, сел в машину
и... приехал.
Господи! Что же делать, Господи?
— Я его нашла через справочную, — похвасталась Уитни. —
Оказывается, в Сан-Диего всего один Ибрагим Рахман. А ты не хочешь
поцеловать его?
Мэри-Лу захотелось ударить глупую девчонку.
— Что ты наделала? Ты понимаешь, что ты наделала? Мы все теперь
погибнем! — Она прикусила язык, вспомнив, что ее слышат Аманда и Хейли,
схватила Ибрагима за руку и потащила в соседнюю комнату. — Мне было
нужно только одно — чтобы ты даже не приближался ко мне! Мне совсем не
нужно, чтобы тебя убили, как Джанин.
— Твоя сестра умерла?
— Да, они убили ее. Господи, Ибрагим! Господи! Нам надо уходить отсюда.
Немедленно! — Уитни остановилась в дверях и смотрела на нее совершенно
круглыми глазами. — Бери Аманду и Хейли, — приказала ей Мэри-
Лу, — отведи их в спальню и уложите в сумку Пуха и Динозавра и какую-
нибудь одежду для нас всех. Я кое-что заберу из своей комнаты, а потом мы
все вместе пойдем в гараж. Мы уезжаем. Прямо сейчас.
— Кто убил Джанин? — Ибрагим схватил ее за руку. — Сэм? Мэри-
Лу, объясни, что происходит!
И тут она не выдержала. Во всем были виноваты его смуглые, теплые пальцы,
сжимающие ее локоть. Мэри-Лу обхватила его руками за шею, изо всех сил
прижалась к нему и разрыдалась.
— Мэри-Лу... — выдохнул он и поцеловал ее так, как мог целовать
только Ибрагим: с любовью и нежностью, от которой захватывало дух. — Я
так ждал твоего звонка. Я думал, ты разлюбила меня.
— Я не звонила, потому что люблю тебя, — сквозь слезы проговорила
она. — Я боялась, что они и тебя убьют.
— Кто они! — Ибрагим чуть отодвинулся, чтобы заглянуть ей в лицо.
Уитни и девочки, разумеется, стояли тут же и смотрели на них во все глаза.
Мэри-Лу вытерла слезы. Она ведь пообещала себе, что никогда не будет плакать
на глазах у Хейли.
— Ну-ка быстренько бегите к себе в комнату и несите сюда Пуха и
Динозавра, — весело скомандовала она девочкам.
А потом рассказала Ибрагиму и Уитни все.
Об оружии, которое нашла в багажнике своей машины. О том, что оно исчезло,
еще до того как Мэри-Лу успела показать его Сэму. О том, как видела
страхового агента Боба Швегеля у дома Джанин. И о том, как сама Джанин
лежала на кухонном полу. И о том, как она пыталась спасти себя и Хейли.
И еще о том, что Боб знал об ее отношениях с Ибрагимом и, несомненно, следил
за ним до порога этого дома.
— Собери одежду, — еще раз попросила она Уитни, а сама пошла в
свою спальню, открыла шкаф и начала перекладывать оружие в большую пляжную
сумку.
Мэри-Лу слышала, как за ее спиной выругался Ибрагим. Вернее, она догадалась,
что он выругался, потому что на самом деле он сказал что-то по-арабски.
— Постой. — Он опустился рядом с ней на колени. — Мэри-Лу,
подожди. Это... это не выход. Если ты так уверена, что нам грозит опасность,
надо обратиться за помощью. Звони в полицию.
— Они арестуют меня, — возразила она.
Ибрагим поймал ее руку:
— Если и арестуют, то скоро выяснят, что ты ни в чем не виновата, и
отпустят. Это не выход, Мэри-Лу. Ты не сможешь прятаться и бояться всю
оставшуюся жизнь. — Он осторожно отвел волосы от ее лица. —
Пожалуйста, поверь мне. Пора звонить в полицию.
— Я вообще-то не особенно надеюсь, что от этого будет толк, —
признался Сэм, останавливаясь на парковке у универсама
Пабликс
.
Они с Алиссой вернулись сюда, решив все-таки проверить то объявление о
поиске няни, которое Сэм заметил вчера. Возможно, правильнее было бы пойти в
библиотеку и поискать среди объявлений трехнедельной давности.
— Есть еще один способ: мы можем поехать в Сан-Диего, — предложила
Алисса, — и зайти с другой стороны. Разыщем Ибрагима Рахмана, а он
приведет нас к Мэри-Лу.
— Нам понадобятся сутки, только для того чтобы доехать до Сан-
Диего, — возразил Сэм. — Самолет исключается, раз меня ищет все
ФБР.
— Я знаю, — кивнула Алисса. Она остановилась под жалкого вида
пальмой, дающей крошечный островок тени, и повернулась к Сэму. — Я
думаю, нам лучше не дергаться из-за того, что отведенное время кончается.
Это только мешае.
— Но ты ведь говорила, что должна доставить в контору либо меня, либо
заявление об увольнении, — напомнил он ей. — Или Макс передумал?
Сэм изо всех сил старался не слушать, когда Алисса разговаривала по телефону
с Максом. Он даже ушел в ванную и открыл все краны.
А когда он вернулся, Алисса ничего не рассказала, и ему было обидно.
Понятно, что он старается проявлять деликатность, но это ведь не значит, что
ему неинтересно.
Сэм глубоко вздохнул и несколько раз, как заклинание, повторил про себя:
Не
будь идиотом
.
— Нет, — ответила Алисса. — Уверена, что не передумал.
Твою мать! Выходит, она готова пожертвовать ради него своей драгоценной
карьерой? Сэм откашлялся:
— Ходят слухи, что Тому Паолетти скоро потребуется заместитель в
отряде, который он хочет создать из гражданских лиц.
— В самом деле? — удивилась Алисса. — Сэм, это же здорово!
Это место тебе идеально подходит.
— Тебе оно подходит гораздо больше, — возразил он. — Ты же
понимаешь, что основная масса заданий будет поступать в подобный отряд через
ФБР или ЦРУ. Поэтому очень полезно иметь заместителя командира, у которого
обширные связи в одном из этих учреждений. — Он улыбнулся. —
Будешь моим начальником. Сможешь командовать мной сколько угодно. Это ведь
твоя заветная мечта?
Алисса засмеялась, чтобы скрыть, как она растрогана подобной
самоотверженностью:
— Ты же всегда был против того, чтобы женщин принимали в отряд.
— Так и есть, я и сейчас против. Но это же будет уже не отряд
морских
котиков
. А потом я всегда хотел поработать с тобой. Я, кажется, уже
упоминал, что доверил бы тебе прикрывать мою задницу.
Алисса схватила его за галстук, притянула к себе и проникновенно поцеловала.
— Перепиши номер телефона с того объявления, — попросила
она, — а я пока забегу в аптеку.
Сэм больше не мог молчать:
— Алисса, а что если ты не станешь принимать эту таблетку? — Она
выпустила его галстук и нахмурилась. — Должен признаться, меня это
очень беспокоит. Ну, в смы
...Закладка в соц.сетях
