Жанр: Любовные романы
Запрет на любовь Книга 1
...... — начал он.
Она наклонилась и не дала ему договорить, закрыв рот поцелуем.
Не потому что ей этого хотелось, а потому что Алисса вдруг поняла, как
заставить его слушаться. Для этого ей потребовалась еще шире развести ноги,
сесть на него верхом и почувствовать... О господи! Сэм Старретт — Железный
человек. И это ощущение тоже было очень знакомым.
Не прерывая поцелуя, Алисса опустила руку и начала расстегивать его джинсы,
будто они и правда собирались... прямо здесь, на открытой парковке рядом с
заправкой. Потом она все-таки оторвалась от его губ, смеясь и хватая ртом
воздух. Задыхалась она, во всяком случае, не притворно.
— Сэм, — прошептала она. —
Сэм. Не можем
же мы... прямо здесь! И мне срочно надо в туалет. Не мешай мне, я пристегну
тебя к двери и вернусь через минуту. Мы найдем место поспокойнее и тогда...
Он покачал головой:
— Не надо меня пристегивать.
Я и так никуда не
уйду.
Она игриво улыбнулась и достала из кармана ключ:
— А я хочу пристегнуть тебя, малыш. А потом я хочу... У тебя есть
презервативы?
— Нет, мэм. — Он вытянул левую руку. Подумать только, сама
покорность! Правая рука находилась внутри ее лифчика и делала там вещи,
делать которые не имела никакого права.
— Ты не будешь возражать, если я сама куплю? — ее голос сорвался и
ей самой показался чересчур высоким, но — слава богу! — она сняла со
своего запястья наручник и пристегнула его к ручке двери, и Сэм не оказывал
при этом никакого сопротивления.
— Не буду.
— Тогда я сейчас вернусь.
Алисса вытащила его руку из своего лифчика и начала медленно выбираться из
машины, но Сэм схватил ее, притянул к себе и еще раз поцеловал.
Этот поцелуй был совсем не похож на первые два.
На этот раз Сэм целовал ее мягко. Медленно. Он даже не сразу поцеловал ее, а
сначала, опустив глаза, долго разглядывал ее рот.
А потом их губы встретились, и в этом была такая нежность, что на глазах у
Алиссы выступили слезы.
Нет, страсть, конечно, тоже присутствовала. И она росла по мере того, как
поцелуй становился все горячее и настойчивее, но все-таки оставался нежным.
Она чувствовала, что Сэм хочет ее, даже по тому, как гулко колотилось его
сердце. Просто сейчас он... выражал это иначе.
Господи, какая же она стерва! Что будет с ним, когда она вернется и, вместо
того, чтобы отстегнуть его, опять сядет за руль и поедет дальше? А когда Сэм
начнет возмущаться и говорить, что ему тоже надо в туалет, она вручит ему
кофейную чашку?
Тогда он поймет, что в ее словах не было и доли правды. И все ее поцелуи
тоже были фальшивыми.
И после этого, для того чтобы у них что-нибудь получилось, надо будет
переступать не через один ее труп, а через два остывших трупа.
Что Алиссу вполне устраивало.
Разве нет?
Значит, сейчас они целовались последний раз в жизни. Такие, как Сэм
Старретт, не попадаются дважды на одну удочку.
Хотя, возможно, это все глупости, и она сейчас приписывает Сэму собственные
рефлексии. Ведь все, что ему от нее нужно, — это секс. А раз так,
достаточно будет просто пригласить его к себе. Или заглянуть в бар
Ледибаг
и покрутить перед ним задом.
Алисса прервала поцелуй.
— Я скоро вернусь.
— Прости меня, — откликнулся Сэм.
Он откинулся на сиденье и закрыл глаза, а Алисса, поспешно приведя в порядок
одежду, выбралась из машины, схватила косметичку и засунула пистолет в
кобуру.
— Лис...
Она остановилась, не успев захлопнуть дверь, и повернулась к нему.
Сэм с растрепанными волосами и расстегнутыми джинсами казался каким-то
фантастическим аксессуаром, пристегнутым к ручке двери автомобиля. Если бы
машины предлагались в подобной комплектации, продажи подскочили бы до небес.
Он протягивал ей двадцатидолларовую купюру:
— Купи
Дюрекс
, два икса. И еще купи мне упаковку
М&М
с
арахисом, пожалуйста. И бритву, ладно? Если ты действительно собираешься
сдать меня властям, желательно, чтобы я не был похож на деятеля Аль-Каиды.
Алисса отмахнулась от денег, заперла дверь на ключ и бросилась в туалет.
Три минуты. Ей хватило трех минут, потому что, разумеется, она не стала
ничего покупать.
Только увидев машину на прежнем месте, она с облегчением перевела дух.
Ей даже стало смешно. Ну чего, в самом деле, она боялась? Что за три минуты
Сэм сумеет расстегнуть наручники, завести без ключа машину и удрать?
Она замедлила шаг, задумавшись о том, что скажет ему. Наверное, надо начать
с
прости меня
.
Прости меня
.
Так ведь это
он сказал ей это после того нежного
поцелуя.
Оставшееся до машины расстояние Алисса одолела в три прыжка, но... Черт,
черт, тысяча чертей!
На заднем сиденье никого не было, а наручники, покачиваясь, висели на двери
и сверкали в лучах утреннего солнца.
Сэм Старретт, будь он проклят, исчез.
Макс молча выслушал сообщение о том, что Сэм Старретт сбежал. Он только
сильнее обычного сжимал трубку мобильника и рассматривал улицу за окном.
— Это целиком моя вина, — глухо сказала Алисса, — и я готова
нести ответственность.
У нее был очень расстроенный голос. Злой. Уставший. Напряженный.
Ответственность должен нести он. На что он рассчитывал, поручая ей
Старретта? Макс сокрушенно покачал головой, радуясь, что никто не может
видеть его сейчас. Или слышать, как он скрипит зубами.
— Я его недооценила, — добавила Алисса.
Рассчитывал он на то, что Алисса еще раз хорошенько посмотрит на Старретта и
увидит в нем то, что видел сам Макс: самовлюбленного, эгоистичного и
безответственного ублюдка.
— Пожалуйста, скажи что-нибудь, — попросила Алисса виноватым и
несчастным голосом.
Виноватая Алисса? Жаль, что они разговаривают по телефону. На это стоило
посмотреть.
— Ты специально его отпустила? — спросил Макс столь ледяным тоном,
что ему самому стало холодно. Еще вопрос, кто из них со Старреттом больший
ублюдок.
— Нет, сэр, — голос Алиссы дрожал. — Я не отпускала его.
Хотя, наверное, в этом мне легче было бы признаться.
А ты спала с ним?
Вот что ему хотелось спросить на самом деле. Один из
десяти вопросов, которые начальники-мужчины
никогда не
должны задавать подчиненным-женщинам. Особенно тем, с которыми они сами не
прочь переспать.
Но Алиссу не потребовалось спрашивать. Она умела читать его мысли.
— Я с ним не спала.
— Это я и так знаю, — соврал Макс. Несколько часов с поздней ночи
до раннего утра с ней невозможно было связаться, и за это время он успел
нарисовать себе множество пикантных картин. — К тому же, это меня не
касается.
— Мне пришлось сделать остановку в санитарных целях, и я... нарушила
инструкцию. Надо было вызвать кого-нибудь на подстраховку. Я виновата. Я
считала, что контролирую его. Я считала, что... Как выяснилось, я ошибалась.
Ошибался сам Макс. Надо было приказать ей задержать Старретта в Гейнсвилле.
Но нет, ему понадобился предлог, чтобы приехать в Тампу.
Ну вот, приехал. Он в Тампе.
А еще он рассчитывал, что у него будет время переговорить со Старреттом до
того, как из Вашингтона прибудет следственная группа.
— Я ведь знала, что безопасность дочери волнует его гораздо больше, чем
то, какое впечатление он произведет на...
— Он производит впечатление виновного.
— Он не виноват.
— Ты не можешь этого знать.
— Я знаю, — твердо сказала Алисса.
— Хорошо, раз уж ты так хорошо его знаешь, скажи — куда он мог
отправиться?
Алисса помолчала совсем недолго.
— Я почти уверена, что он вернется в Гейнсвилл. На автобусный вокзал.
Человек, которому Мэри-Лу продала машину, сказал нам, что подвез ее туда
примерно в полдень, в тот самый день. Не думаю, что Старретту удастся там
что-нибудь узнать, но, скорее всего, он отправится туда.
— Ты поделилась с ним информацией? — все так же холодно спросил
Макс.
— Это было до того, как стало известно об отпечатках, — попыталась
защититься Алисса. — Лейтенант Старретт очень беспокоился за Мэри-Лу и
Хейли.
— И ты любезно помогала своему любовнику отыскать пропавшую жену и
дочь?
— Бывшую жену, — сердито поправила Алисса, — и бывшему
любовнику. И вы, кажется, недавно упомянули, что такие подробности вас не
касаются. Сэр.
Мда, откровенный непрофессиональный интерес. Если раньше у Макса еще
оставались сомнения, то сейчас они пропали. И Алисса, видимо, тоже поняла
это, поскольку сказала:
— Я знаю, что ты собираешься отстранить меня от этого дела, поэтому...
— Я не собираюсь тебя отстранять.
Алисса замолчала, и он решил подождать. В конце концов, Макс был
профессиональным переговорщиком, способным перемолчать покойника.
Разумеется, Алисса заговорила первой:
— Если ты хочешь, чтобы я сама уволилась...
— А ты хочешь уволиться? — Макс — глава контртеррористического
подразделения ФБР совсем не хотел терять Алиссу. Она, несомненно, являлась
одним из лучших сотрудников, несмотря на сегодняшнюю ошибку. Но Макс-мужчина
уже три месяца мечтал увидеть на своем столе ее заявление.
— Я первая спросила.
Если она уволится из отдела, он в тот же день заявится к ней домой с цветами
и бутылкой вина. Он, черт возьми, даже купит кольцо с бриллиантом и, став на
колени, сделает ей предложение, не успеет она и дверь открыть.
И потом, с помощью этой невероятно привлекательной, умной и очень
уравновешенной женщины, которую он искренне любит, он не только положит
конец своему чересчур затянувшемуся и уже нездоровому сексуальному
воздержанию, но еще и попробует отчасти упорядочить хаос, в который
превратилась за последнее время его жизнь.
И уже не станет, обманывая себя, искать предлоги заехать в Тампу.
— Нет, я не хочу, чтобы ты увольнялась, — сказал Макс, удивив
самого себя. Либо руководитель отдела оказался в нем сильнее, чем мужчина,
либо этот мужчина — слабоумный неврастеник, не желающий, чтобы хаосу пришел
конец.
— Я хочу, чтобы ты вернулась в Гейнсвилл, — сказал Алиссе
руководитель отдела, — и на помощь к тебе пошлю Джулза. И я хочу, чтобы
вы поехали на автовокзал и потолкались там у всех на виду.
Если кто-нибудь и способен найти Старретта, так это Алисса Локке.
Вернее, этот сукин сын сам найдет ее. Просто не сможет удержаться.
Как сам Макс не смог удержаться от приезда в Тампу.
11
Телефон Алиссы начал вибрировать в тот самый момент, когда они с Джулзом
выходили из здания автобусного вокзала.
— По субботам единственный автобус в Джексонвилл отправляется рано
утром, — сказал Сэм.
Который, конечно, не может знать того, о чем Алиссе только что сообщил
Джулз: Мэри-Лу
не уехала из Гейнсвилла в тот день,
когда продала машину, хотя лысеющий умник Джон Хоппер и отвез ее на
автобусный вокзал.
Очевидно, Сэм, как и ожидала Алисса, раньше них успел побывать на вокзале и
узнать расписание.
Она знала, что он позвонит ей, хотя и сама не смогла бы объяснить, почему
так уверена в этом.
И все-таки оказалась не готова услышать его голос.
Джулз смотрел на нее вопросительно.
— Где ты? — поинтересовалась Алисса, прекрасно понимая, что зря
задает этот вопрос.
Разумеется, Сэм не удостоил ее ответом.
— А следующий автобус уходит только в воскресенье утром. И никто не
помнит, чтобы женщина с ребенком всю ночь проторчала на вокзале. Хотя это,
конечно, ничего не значит. С другой стороны, вокзал не особенно большой и
оживленный, и на них должны бы были обратить внимание. Но, опять же, не
обязательно. Я все-таки считаю, что она заплатила за две ночи в отеле
Джексонвилла только для того, чтобы сбить врагов со следа.
Скорее всего, Сэм прав. Во всем, кроме предположения, что Мэри-Лу с Хейли
провели ночь на вокзале. Джулз уже сообщил Алиссе, что они переночевали в
мотеле
Сансет
, здесь в Гейнсвилле, всего в семи кварталах от вокзала.
Сэм не мог этого знать. Мэри-Лу расплатилась наличными, и, чтобы докопаться
до этого, потребовались усилия следственного отдела ФБР.
Но сам факт оплаты наличными, а также то, что на ту же самую ночь она сняла
номер в Джексонвилле и там расплатилась карточкой, говорил о многом.
Очевидно, Мэри-Лу знала, что ее ищут, и изо всех сил пыталась замести следы.
— Старретт, тебя объявили в розыск, — сообщила Алисса.
Джулз подошел к ней и, нахмурившись, протянул руку:
— Дай я поговорю с ним.
Отмахнувшись, Алисса повернулась к напарнику спиной.
— Думаю, что, если она хотела ввести Абдула Дюк Факера в заблуждение и
заставить его думать, что отправилась в Джексонвилл, то, наверное, на самом
деле поехала... куда? — спокойно предположил Сэм. — В Таллахасси в
два пятнадцать? Или в Колумбию, Южная Каролина, в четыре десять?
Ни то, ни другое. Скорее всего, Мэри-Лу и Хейли сели на автобус в
воскресенье, а, значит, могли поехать в Майами, Тампу, Форт-Мейерс, Новый
Орлеан, Атланту, Джексонвилл, Саванну...
Вот только Сэму она этого не скажет.
— Тебе, наверное, кажется, что
Абдул Дюк Факер
— это очень смешно, но
ты ошибаешься. Это грубо и оскорбительно для миллионов честных,
законопослушных мусульман. И если ты почему-то решил, что я стану тебе
помогать...
— Да ты уже помогла, — парировал Сэм, и в его голосе Алиссе
послышался смех. Похоже, сукин сын получает от всего этого
удовольствие. — Спасибо, что предупредила о розыске.
Больше всего ей хотелось отключиться и подальше забросить свой мобильник, но
Макс рассчитывал, что Алиссе удастся вернуть Старретта под сень закона, а
для этого нужно было держать его на связи.
А, кроме того, Сэм не дурак. И ничего нового она ему, разумеется, не
сказала. Он и так знал, что его объявят в розыск ровно через пять секунд
после исчезновения.
И еще он конечно знал, что она не станет пытаться отследить его по звонку.
Хотя он, несомненно, был где-то близко. Но какую бы сеть не раскинули они с
местной полицией,
морской котик
, обученный всем тонкостям тактики, с
легкостью переиграет их, и она в очередной раз сядет в лужу.
А одной посадки в лужу за день Алиссе было вполне достаточно.
— Послушай, — она глубоко вздохнула, — давай встретимся где-
нибудь и поговорим. Здесь неподалеку есть Макдоналдс...
— Нам совсем не надо встречаться, чтобы поговорить, — возразил
Сэм. — Мы прекрасно можем говорить и по телефону. И тебе это известно
не хуже, чем мне. — Он немного помолчал. — Нет, разумеется, если
ты хочешь продолжить наше интимное общение, например, в туалете Макдоналдса,
то я не стану возражать против личной встречи.
— Ты хочешь разозлить меня, Старретт? — огрызнулась Алисса. —
Для этого и позвонил?
Джулз выразительно закатил глаза и повернулся к ней спиной, не желая мешать.
— Да, — согласился Сэм, — может, и для этого. Может, я
немного обиделся, когда понял, что ты думаешь, будто ради секса с тобой я
способен забыть о безопасности дочери.
— Полагаешь, что сейчас ты способен позаботиться о ее
безопасности? — зло усмехнулась Алисса. — Учитывая, что тебя
разыскивают все силовые структуры Америки?
— Никто не найдет меня, если я сам этого не захочу. А я захочу этого
только после того, как сам найду Хейли.
— А хочешь, я расскажу тебе,
как ты найдешь Хейли,
Сэм? — Алисса уже не пыталась скрыть злости. — Если ты ее и
найдешь, то только потому, что будешь по пятам ходить за
мной. Потому что найду ее на самом деле
я. С помощью ФБР и местной полиции. И сделать это можно
в два раза быстрее, если ты согласишься сотрудничать. И предоставить нам
информацию, которой располагаешь только ты, эгоистичный, самоуверенный сукин
сын!
Секунду помолчав, Сэм признался:
— Знаешь, когда ты на меня кричишь, у меня почему-то всегда встает.
— Ты можешь хоть иногда говорить серьезно?
— Не понимаю, почему ты так злишься, — лениво протянул он. —
Я ведь предупреждал тебя, что не собираюсь возвращаться в Сарасоту. С какой
стати ты решила, что я буду спокойно сидеть в машине и дожидаться тебя?
— Да хотя бы с той стати, что ты был к этой машине пристегнут! Откуда у
тебя ключ, Сэм? Или ты теперь всегда носишь его с собой? Научился на прежних
ошибках?
Сначала Алисса решила, что ему удалось стащить ее ключ, но потом обнаружила
его у себя в кармане.
— Ладно, — тяжело вздохнул Сэм. — Дай мне лучше поговорить с
Джулзом.
Он точно был где-то поблизости, раз знал, что Джулз с ней.
— Зачем? — поинтересовалась Алисса, чувствуя, что он наблюдает за
ней в эту самую секунду. Она внимательно оглядела муниципальную автостоянку,
забитую машинами. Где ты, Сэм Старретт, чертов невидимка?
Если он прячется в машине, то она должна стоять где-то недалеко от выхода,
носом к улице, чтобы в случае чего быстро уехать. И наверняка он уже изменил
внешность: сбрил бороду, подстригся покороче или даже наголо, сменил
футболку и джинсы на что-то совсем другое.
Впрочем, это неважно. Как бы Сэм ни выглядел, она все равно узнает его, как
только увидит.
— Зачем мне говорить с Джулзом? Затем, что он мой друг, —
терпеливо объяснил Сэм. — А у меня как раз неприятности, и дружеская
поддержка мне не повредит.
Алисса закрыла глаза, глубоко вздохнула и постаралась успокоиться. Насколько
это возможно.
— Сэм. Послушай. Я твой друг.
— Нет, — возразил он. — Я тут об этом поразмыслил, и, хотя к
окончательному выводу еще не пришел, но мне все-таки кажется, что друг не
пытался бы манипулировать мной так, как это делала ты на заднем сиденье.
Господи, только бы не сорваться!
— Можно подумать,
ты не манипулировал мной с
самого начала.
— Знаешь, сначала ты была довольно убедительна, — словно не слыша
ее, продолжал Сэм. — Хотя, конечно, такая внезапная смена настроения
должна была вызвать некоторые подозрения. Вот если бы перед этим мы прилично
выпили, мне проще было бы поверить в то, что такая замороженная сука из ФБР
вдруг превратилась...
— Какое же ты дерьмо, Старретт.
Его голос стал жестче:
— Ну, сегодня тебе, пожалуй, удалось меня перещеголять, детка. Знаешь,
на чем ты прокололась,
малышка? — О, черт!
— Вот-вот, — откликнулся Сэм. — Ты назвала меня
малышом
.
Как ты там говорила:
Уменьшительные имена являются обезличенной пошлостью,
поэтому, если хочешь со мной спать, изволь называть меня Алиссой
? Может, я
и попался бы, если бы не знал тебя так хорошо... Представляешь, я ведь
сначала чуть не поверил... — Он засмеялся. — Вот был бы облом! Так
люди и становятся импотентами. Хорошо хоть теперь я знаю, где можно найти
утешение за бутылку скотча. И не начинай издавать звуки, которые меня
заводят: это просто шутка.
— Не смешно.
— Ну, что поделаешь? Жизнь коротка, детка. Надо находить крупицы
радости везде, где сумеешь.
— Ладно, завязывай с этими
детками
и
малышками
. — Вся злость
Алиссы куда-то испарилась, оставив после себя только усталость и дурной вкус
во рту. — Я уже должным образом осознала свои ошибки. Просто хочу тебе
напомнить, что, если
ты предупреждал, что не
собираешься возвращаться в Сарасоту, так и я предупреждала, что не собираюсь
с тобой трахаться. Мы оба виноваты в том, что невнимательно слушали.
Джулз, до этого момента притворявшийся, что разговор его ничуть не
интересует, демонстративно вздохнул.
Алисса пошла по направлению к машине, и он последовал за ней, качая головой.
— Наверное, ты права, — неожиданно согласился Сэм. — Но
нельзя обвинять меня за то, что я решил сделать еще одну попытку. За эти
годы не было ни одного дня, Лис, когда бы я не думал о тебе.
О господи!
— Пожалуйста, Сэм, сдайся добровольно.
— Не могу.
— Ты недавно говорил, что уважаешь меня и доверил бы мне свою задницу,
ну так докажи это, — горячо сказала она. — Если это была правда,
ты должен верить, что я сумею найти твою дочь. Если она жива — а у нас есть
некоторые основания полагать, что это так... —
Некоторые основания
.
Наверное, и этого нельзя было ему говорить. — ...то я найду ее, Сэм.
Кажется, он не заметил ее промашки.
— Матерь божья, если бы только речь шла не о Хейли...
— Мне бы хотелось, чтобы ты мне доверял.
— Да, мне бы тоже многого хотелось. Например, чтобы ты дала мне еще
один шанс.
— Договорились, — быстро согласилась Алисса, открывая машину.
— Договорились, — засмеялся Сэм.
— Нет, я серьезно. Ты сдаешься мне и Джулзу. Прямо сейчас. Мы отвозим
тебя в местное отделение полиции, и они доставляют тебя в Сарасоту, а мы тем
временем занимаемся поисками Хейли. А когда мы ее найдем, мы с тобой вместе
отправимся в Вашингтон и начнем все сначала. Ты ведь этого хотел? Ты опять
явишься ко мне домой и пригласишь меня в ресторан.
Джулз уже даже не пытался притворяться, что не слушает. Он устремил на нее
пронзительный взгляд поверх машины:
— Алисса!
Сэм в трубке немного помолчал, а потом засмеялся:
— Ты здорово блефуешь.
— А вот Джулз не считает, что я блефую, — сказала она, вглядываясь
во встревоженное лицо напарника.
— Ну, мне известно, что Джулз уже все решил про тебя и Макса, —
хмыкнул Сэм. Алисса уселась за руль и закрыла дверь. — Куда теперь?
Да, значит, он их действительно видит.
— Арендуем еще одну машину. Джулз поедет в Таллахасси, а я — в
Бирмингем, — солгала она. Хотя, насчет второй машины все-таки сказала
правду. Но сейчас они с Джулзом никуда не уедут из Гейнсвилла, а отправятся
в мотель
Сансет
, в котором Мэри-Лу с Хейли переночевали, расплатившись
наличными. — И за кем из нас ты собираешься следить, умник? — Она
отключилась и захлопнула крышку мобильного телефона.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — обронил Джулз, пристегиваясь
ремнем безопасности.
Алисса тоже на это надеялась.
Она опять открыла телефон и набрала номер помощницы Макса, Ларонды. Надо
было срочно вызвать двух агентов из местного отделения и Джорджа Фолкнера из
отдела Макса.
Все вместе они, может, и перехитрят Сэма Старретта.
14 января 1944 года Дорогой Уолтер, мне очень тяжело писать это письмо. Я начинала уже десять раз и
каждый раз — по-новому. Хотя и понимаю, что, как ни начинай, смягчить
ужасную новость я не смогу. Сегодня рано утром твоя жена Мей перестала бороться и скончалась.
Она так долго болела, бедняжка. Не осуждай ее за то, что у нее кончились
силы. Этот последний грипп оказался слишком тяжелым испытанием для ее
измученного тела. Поверь, Уолт, я разделяю твое горе и боль. И понимаю, как
невыносимо тяжело тебе пережить это известие вдали от дома и от тех, кто
тебя любит. Но знай, что ты был здесь, с Мей, до самого конца. Как же она тебя
любила! И последние ее слова были о тебе. Да, когда она умирала, я сидела с
ней рядом. И она заставила меня пообещать, что я не брошу Джолли, а потом
она сказала: Позаботься об Уолте
. Я пока не знаю, как позаботиться о тебе, когда ты так далеко, но я
пообещала Мей и намерена сдержать свое обещание. Для начала расскажу тебе, что в Тускеджи приехала мать Мей, и
Джолли пока побудет с ней, а я стану навещать их так часто, как
смогу. И о похоронах Мей я позабочусь. Не беспокойся, я сделаю все, как
надо, и за все заплачу, а если захочешь, мы с тобой все уладим, когда ты
вернешься. Я прошу тебя, мой дорогой друг, позволь себе поплакать. Не
старайся сдержать слезы. Я пролила уже столько, что хватило бы и на двоих, а
теперь молюсь, чтобы и ты, узнав о потере, почувствовал горе, а не гнев. В
кабине пилота нет места гневу. Ты должен быть спокоен в воздухе. Ты должен
быть разумен и осторожен, а не то мне придется хоронить и тебя. Сейчас ты просто не имеешь права погибнуть. Ты должен жить ради
Джолли и ради М...
Закладка в соц.сетях
