Жанр: Любовные романы
Брак по расчету
...го за три
миллиона.
Но самый большой сюрприз поджидал его, когда Мейсон ужинал в одиночестве в
ресторане своей гостиницы. Он вдруг
отчетливо понял, что фирма его отца и брата уже не тот колосс, каким он ее
помнил все эти годы. По сравнению с "Уинтер
Констракшн" "Саусвест" - самая обыкновенная, скорее даже мелкая строительная
компания. Удивительно, как он раньше
этого не видел!
Но в таком случае упорные попытки завладеть прибрежной полосой в Сакраменто
выглядели еще более странно.
"А может, мои милые родственнички - это всего лишь прикрытие? - неожиданно
подумал Мейсон. - Может, за ними
скрывается кто-то другой? Но кто?"
Все это напоминало головоломку, и, покидая Санта-Барбару, Мейсон чувствовал
себя ребенком, которому никак не
удается сложить из разрозненных частей нужную картинку. Вроде бы все части на
месте, и даже рамка, в которую
предстояло вписать картинку, уже определена, а картинка не складывается, хоть
тресни!
Самолет пошел на посадку, и Мейсон прильнул к иллюминатору. А приятно, черт
побери, вернуться домой! Он разглядел
вдали высотное здание своей компании, и на душе у него стало теплее. Мейсон
любил город, ставший для него родным,
восторгался его стремительным ростом и гордился тем, что "Уинтер Констракшн" так
много сделала для изменения облика
Сакраменто.
Но теперь у Мейсона появилась еще одна причина рваться домой: там его ждал
Кевин! Мейсона это и радовало и пугало,
ведь он боялся сильно привязываться к кому бы то ни было. Тем более сейчас,
когда отец и брат протянули свои жадные
щупальца к Сакраменто. Любовь к Кевину делает его уязвимым для врагов, и если
они это поймут, то ему несдобровать.
После ухода Дианы Мейсон запер свое сердце на замок и поклялся, что так будет
всегда. И вот пожалуйста...
Разумеется, вечно так продолжаться не будет. Рано или поздно птенец выпорхнет
из гнезда и улетит. Ну что ж, это
естественно. Но это случится не скоро, у него есть время подготовиться, чтобы
потом не страдать от одиночества.
Мейсон не надеялся, что подросший сын останется с ним навсегда. В наши дни
такое редко случается. Его друзья и
сотрудники частенько сетовали, что, только поступив в колледжи, дети
окончательно покидают родителей и обратно домой
уже не возвращаются.
Самолет приземлился. Мейсон отстегнул ремень, взял чемодан, перекинул через
руку плащ и пристроился к веренице
оживленно переговаривавшихся пассажиров. На выходе его поджидал Тревис.
Мейсон обрадовался, хотя накануне, разговаривая с Ребеккой по телефону, он
попросил не встречать его в аэропорту, а
прислать машину с шофером.
- Судя по твоему озабоченному виду, ты там не бездельничал, - заметил Тревис.
- Ты совсем не загорел. Как дела?
Еще хуже, чем мы думали?
- Как тебе сказать... Улетал я злой, а вернулся растерянный. - Мейсон взял
чемодан в другую руку и направился к
эскалатору. - Что-то тут не так... "Саусвест"-то, оказывается, совсем не тот
гигант, что был прежде. Им самим не осилить
этот проект. Судя по всему, они действуют здесь как подставные лица.
- Но в чьих интересах? - недоуменно нахмурился Тревис. - И главное, зачем?
Твой отец никогда не будет стараться
ради кого-то другого. Тебе ли этого не знать?
- Ты прав, но чем больше я в это вникаю, тем яснее понимаю, что выгода тут ни
при чем. Нет, мотивы здесь скорее
личные... - Мейсон посторонился, пропуская женщину в инвалидном кресле. - Не
хотелось говорить, но у меня такое
чувство, что отец и брат поставили своей целью испортить мне жизнь, хотят мне
досадить. - Мейсон растерянно улыбнулся.
- Только не считай меня параноиком.
- Что ж, может быть, ты прав, - задумчиво произнес Тревис. - Наверное, твой
успех встал им поперек горла. Покоя им
не дает.
- Но почему именно сейчас?
- Кто их знает? У них все не как у людей.
Они пошли к выходу, и только тут Мейсон заметил, что снаружи припустил дождь.
- Черт побери! - проворчал он, надевая плащ. - У меня дел невпроворот, а
приходится тратить время черт-те на что
только потому, что у моих родственничков слишком большие амбиции.
Тревис рассмеялся.
- Я и не думал, что ты когда-нибудь будешь так отзываться о своих
родственниках! Осмелел ты, парень!
Мейсон распахнул перед другом дверь и вышел вслед за ним на улицу. Ветер дул
прямо в лицо, и, согнувшись под его
порывами, они пересекли площадку перед зданием аэропорта.
- Проклятие! У вас тут что, все время такая погода?
- Почти всю неделю.
- Черт побери! Значит, строительство на проспекте Уатта опять застопорилось!
Тревис съежился и, втянув голову в плечи, стал похож на гигантскую черепаху.
- Если ты думаешь, что я буду обсуждать с тобой производственные проблемы,
стоя здесь на ветру, когда на стоянке
меня поджидает теплая машина, то ты здорово заблуждаешься, - клацая зубами,
сказал он.
- Что-то ты начал сдавать, мой друг, - поддразнил его Мейсон. - Стареешь,
наверное. Раньше тебе все было нипочем.
- Может быть, я и старею, но и ты не помолодел, так что я тебя и сейчас за
пояс заткну, - бодро ответил Тревис.
Мейсон довольно улыбнулся. Как же все-таки здорово вернуться домой!
Крис подбросила в огонь пару поленцев. Сухие дубовые дрова весело
потрескивали, пламя было ровным и ярким.
Господи, разве могла она себе когда-нибудь представить, что будет сидеть
ненастным вечером у камина рядом с Кевином
в доме своей мечты? Что может быть прекрасней?
Крис до сих пор иногда казалось, что это сон...
Но как бы там ни было, во сне или наяву, сегодня вечером она будет отдыхать!
После пяти дней беспрерывных хлопот
она заслужила несколько часов покоя. Завтра надо будет снова садиться за
компьютер и наверстывать упущенное - она же
целую неделю не бралась за рекламные тексты - а сегодня... сегодня можно
насладиться плодами своих трудов!
Что и говорить, она потрудилась на славу! Дом был обставлен отлично, хотя
поначалу Крис боялась, что ее мебель совсем
не будет сочетаться с мебелью, привезенной из квартиры Мейсона. Но после того
как они с Мэри два дня попыхтели,
переставляя шкафы и диваны, Крис была удивлена достигнутым эффектом. Как ни
странно, ее вещи смотрелись более
стильно, зато мебель Мейсона создавала уют.
Ребекка заезжала два раза: сначала привезла для Мейсона почту, а потом, через
пару дней, просто решила навестить Крис
и Кевина. И была изумлена тем, что Крис уже разобрала все чемоданы, ящики и
коробки и приняла ее в уютно Устроенной
гостиной. Даже угостила еще теплым печеньем, которое испекла и принесла Мэри. У
Крис в разговоре с Ребеккой несколько
раз чуть было не сорвалось с языка неожиданное признание: она решила сходить с
Мейсоном на бал. Ей хотя бы таким
образом хотелось отблагодарить его за заботу, ее действительно тронула
предусмотрительность Мейсона. Он и без ее совета
устроил все наилучшим образом.
Да и сама идея такого благотворительного бала ей нравилась. Когда Кевин лежал
в больнице, рядом с ним поместили
крохотную девочку. Она весила всего полтора фунта. Ее мать перед родами
накачалась героином, и ребенка пришлось
тащить щипцами. Через две недели малышка умерла. Никто из родственников за это
время к ней даже не прикоснулся.
Трагизм этой короткой жизни потряс Кристину, и хотя она несколько скептически
относилась к благотворительным акциям,
она отдавала дань усилиям тех людей, которые с полной отдачей готовили эти
мероприятия.
Стоило Крис вспомнить больницу, и ее взор сразу же обращался к Кевину, словно
ища поддержки. Вот и сейчас она
обернулась и посмотрела в его сторону. Мальчик уже битый час лежал на ковре и,
высунув от усердия язык, рисовал для отца
картину.
Крис довольно улыбнулась и пошла на кухню готовить ужин.
Когда Тревис высадил Мейсона у офиса, было около шести вечера, но служащие
уже разошлись. Ночной сторож сказал
Мейсону, что из-за пробок на дорогах Ребекка отпустила всех немного пораньше и
сама отправилась домой.
Раздосадованный тем, что они разминулись, Мейсон прошел в свой кабинет, решив
позвонить Ребекке и пригласить ее на
ужин. Он не раз звонил Ребекке из Санта-Барбары, так что она была в курсе всех
последних новостей. Мейсону хотелось
немедленно обсудить с Ребеккой свои соображения и выслушать ее мнение. Очень
часто в сложных ситуациях она давала
дельные советы.
Но едва он зажег лампу на своем письменном столе, как все его планы рухнули:
на столе лежала записка, в которой
говорилось: "У меня свидание. Мне не звони, вернусь очень поздно. Ребекка".
Мейсон в сердцах отодвинул от себя записку и стал просматривать накопившуюся
почту. Ничего интересного. Резким
движением он придвинул к себе ежедневник. На четверговой странице рукой его
секретарши Джанет было нарисовано
сердечко и написано "Бал". Мейсон чертыхнулся. Меньше всего на свете ему
хотелось сейчас танцевать и веселиться в
обществе хорошеньких женщин. Сердечки и купидончики - это не для него! Романтика
в его душе умерла вместе с
Сюзанной. Правда, потом Диане удалось ненадолго разжечь угасший огонь, однако
пламя вспыхнуло и погасло. Погасло
навсегда.
Но в еще большее уныние Мейсона привело то обстоятельство, что бал был
назначен на Валентинов день. Ну почему в
свое время Сюзанна выбрала для их свадьбы именно эту дату?! Хотя разве она могла
знать, чем все это закончится?! После
смерти жены Мейсон долго не мог привыкнуть к тому, что когда-то самый радостный
день в его жизни будет окрашен
трагическими воспоминаниями. Но постепенно боль притупилась, и теперь каждый раз
четырнадцатого февраля Мейсон
испытывал глухую обиду оттого, что в день, когда все веселятся, ему не до
праздника. И ничего он с собой не может
поделать - слишком уж печальны его воспоминания.
Потеряв одну за другой двух любимых женщин, Мейсон утратил вкус к жизни и
только со временем сумел уйти с головой
в работу, не желая больше так дорого платить за свое мимолетное счастье.
"Что-то я разнюнился, - подумал Мейсон и тряхнул головой, отгоняя печальные
мысли. - Все! Никаких дел, пойду к
себе".
Он поднялся на верхний этаж, где располагалась его квартира, открыл ключом
дверь и - остолбенел! Первой мыслью
было, что его квартиру посетили воры.
Но потом он вспомнил.
Крис...
Значит, она решила, что теперь ему не нужна отдельная квартира. Господи, как
же быть? Не будет же он спать на полу!
Но уже в следующую минуту до Мейсона дошел комизм ситуации, и он рассмеялся.
По правде сказать, Крис, сама того не
ведая, угадала его заветное желание: ему давно хотелось избавиться от этой
дурацкой мебели. Нужно будет поблагодарить
Крис.
К счастью, телефон оказался на месте. То ли про него совсем забыли, то ли
впопыхах забыли отключить. И за это Мейсон
тоже был ей благодарен.
Он опустился на пол, пододвинул к себе аппарат и набрал номер Келли Уайтфилд.
- Привет, дорогая! Это Мейсон.
- Что-то не припоминаю, - игриво ответила она, делая вид, что не узнала его
по голосу.
- Я и вправду давно не звонил, ты уж извини... Но я готов исправиться! В
четверг будет бал...
- В Валентинов день?
Мейсон немного помолчал, как будто сверяясь с календарем, и деловито
подтвердил:
- Верно. А я и забыл, что это четырнадцатое...
- А если у меня уже назначено на этот день свидание? - продолжала кокетничать
Келли. - Неужели ты думал, что я
буду сидеть одна дома в день влюбленных?
- Нет, - усмехнулся Мейсон, - но я надеялся предложить тебе что-то такое, от
чего ты не сможешь отказаться.
- Вот как? А что именно?
- Проси что хочешь.
Последовала долгая пауза.
- Ладно, - наконец согласилась Келли, - только давай поскорее уйдем с этого
бала и вернемся ко мне.
Раньше он затрепетал бы от вожделения, услышав столь откровенный призыв, но
сейчас слова Келли не вызвали у него
никакого отклика. Мейсон решил, что это от усталости.
- У меня четырнадцатого много дел, - сказал он, - так что давай встретимся
прямо там, у музея.
- Договорились, - промурлыкала она. - Значит, решено - потом поедем ко мне.
Нас будет ждать свежая клубника и
шампанское. Как тебе такое меню?
Он понимал, что она хочет услышать от него в ответ тоже нечто игривое, но ему
приходили в голову только унылые
банальности.
- Я сгораю от нетерпения, - пробормотал он, на самом деле сгорая от стыда за
свою тупость. И добавил, надеясь, что
она не почувствует в его голосе фальши: - Раз уж ты не хочешь, чтобы я сводил
тебя в ресторан, хотя бы выспись накануне
как следует, а то я не дам тебе спать, дорогая...
Она тяжело задышала, и он с облегчением понял, что стрела попала в цель.
После чего торопливо попрощался и повесил
трубку.
Больше делать ему в пустой квартире было нечего, но почему-то Мейсон не мог
найти в себе сил, чтобы подняться и уйти.
Странно... Ему ведь не терпелось повидаться с Кевином... Почему же он медлит?
Мейсон прислонился спиной к холодной стене и обвел взглядом комнату.
Он столько месяцев боролся с непробиваемым упрямством Крис, и вот теперь,
когда ему удалось прошибить лбом стену,
его охватило непонятное оцепенение. Охватило в самый решительный момент, когда
нужно либо действовать без
промедления, либо пойти на попятную. Ведь прикрываться тем, что приходящий папа
не может быть настоящим отцом,
больше нельзя.
И именно поэтому ему так страшно!
Что должен делать настоящий отец после того, как он поздоровается с сыном
после недельной разлуки? А главное, как
общаться с ребенком дома, когда живешь с ним под одной крышей?
Господи, почему для Крис все это пара пустяков? Почему она смогла отказаться
от карьеры и посвятить себя
материнству? Да еще с такой легкостью, словно это все равно, что сменить один
костюм на другой!
Или он чего-то не понимает? Какие незримые нити связывают Крис и Кевина
воедино? Вот бы это постичь! Ему вообще
очень важно знать, испытывала ли она когда-нибудь муки и сомнения, которые
сейчас обуревают его.
Жаль, что он не может ее спросить об этом прямо. Да, действительно жаль!
Глава 26
Когда в дверь позвонили, Крис выкладывала вареную картошку из кастрюли в
глубокую тарелку.
- Я открою? - спросил Кевин, дорисовывая картинку: он перенес бумагу и краски
в кухню, чтобы быть поближе к
Кристине, которая накрывала на стол к ужину.
- Не надо, я сама. - Она вытерла руки полотенцем и, посмотрев в глазок, с
удивлением обнаружила, что на пороге
стоит Мейсон.
- Почему вы не открыли ключом? - спросила Крис. - У вас же есть ключ!
- Я боялся нагрянуть неожиданно.
Почему-то этот невинный ответ разозлил Крис.
- По-вашему, я тут наркотиками балуюсь, что ли?
Только ее мамаша могла бы "завести" Крис быстрее. Впрочем, у матери была
многолетняя практика.
Мейсон не обратил внимания на ее тон и молча прошел в гостиную.
- А где Кевин?
Он растерянно огляделся.
Крис сделала глубокий вдох, приказывая себе успокоиться. Им еще столько лет
жить вместе! И сегодняшний вечер,
может быть, самый важный, определяющий. Если они сегодня не поцапаются, то
хорошее начало будет положено.
- Кевин в кухне, - с готовностью ответила Крис. - Мы как раз собирались
ужинать.
Она повесила плащ Мейсона в гардеробную.
- Присоединяйтесь к нам. Я зажарила большой кусок мяса, его на всех хватит.
- Нет-нет, спасибо, я ел в самолете, - поспешно отказался Мейсон.
- Да какая в самолете еда? Орешки и кофе?
- Послушайте, давайте сразу договоримся: мы живем под одной крышей, но не
играем в семью, - резко заявил Мейсон.
Крис торопливо напомнила себе, что она ненавидит агрессоров и что конфликты
лучше разрешать мирным путем. Но
Господи, как же ей хотелось отбрить его как следует!
- Прошу вас, хоть раз в жизни подумайте головой, а не каким-нибудь другим
местом! Я предлагаю вам ужин, а не ключ
от моей спальни!
Мейсон провел рукой по все еще влажным волосам и пробормотал:
- Извините. Я сморозил глупость. В следующий раз послежу за своими репликами.
- В следующий раз! - вздохнула она. - Боюсь, ничего у вас не выйдет. Скорее
солнце взойдет на западе, чем вы
откажетесь от своих привычек.
Мейсон неожиданно улыбнулся.
- О, это старо, как мир. Я, признаться, ждал от вас большей оригинальности. -
В его голосе появились вкрадчивые
бархатные интонации.
Крис тоже невольно заулыбалась.
- Дайте мне пару минут, и я придумаю что-нибудь пооригинальней.
В разговоре наступила неловкая пауза.
Потом Мейсон сказал:
- Честно говоря, я принимаю ваше предложение - я проголодался и готов
разделить с вами ужин.
Что ж, если он пытается вести себя прилично, то почему бы и ей не последовать
его примеру?
- Деликатесов, правда, не ждите. Еда самая обыкновенная: мясо с овощами и
вареная картошка.
- Вот и отлично. Не вечно же мне есть омаров и черную икру!
Крис склонила голову набок.
- Это шутка?
- Ну что вы! Я просто стараюсь соответствовать своему образу. Вы же меня
таким представляете, да?
Надеясь продлить это кратковременное перемирие, Крис предложила:
- Пойдемте на кухню. Кевин так вас ждал!
- Я тоже скучал по нему.
- Он вам приготовил сюрприз.
- Вот как? А я, по вашему совету, ничего ему не привез, - растерянно протянул
Мейсон.
Кевин оторвался от рисунка и посмотрел на появившуюся в дверях Крис.
- Посмотри, кто приехал, - улыбаясь, сказала она.
Кевин завизжал от восторга и кинулся к отцу.
Мейсон подхватил его на руки и прижал к себе.
Странно, но на этот раз Крис почему-то не почувствовала уколов ревности. А
раньше у нее всегда больно сжималось
сердце, когда она видела, как Кевин кидается к отцу.
Мейсон закрыл глаза, словно отгораживаясь от нее. Наверное, он не хотел
показать, как он растроган. Но еще больше
Крис удивило то, что в его глазах, устремленных на нее, промелькнул страх. Чего
он может теперь бояться? Он ведь выиграл!
- А что в духовке? - спросил, поводя носом, Мейсон. - Печенье? Когда я был
маленьким, моя мама тоже часто пекла
нам что-нибудь вкусное.
Крис выложила печенье в плетеную корзинку, дно которой было выстлано белой
салфеткой, и спросила:
- У вас была большая семья?
Он немного помолчал, словно раздумывая, что ей ответить.
- Нет.
И взглядом предостерег Крис от дальнейших расспросов.
Они надолго умолкли. Крис хлопотала у плиты, тщетно пытаясь придумать еще
какой-нибудь вопрос.
- Как вы съездили?
Уж этот невинный вопрос, она надеялась, не вызовет у него отрицательной
реакции.
- Нормально, - буркнул он, недвусмысленно давая понять, что и эта тема
запретна.
Или дело было не в темах, а в том, что он не желал беседовать с ней?
- А зачем ты поехал в Санта-Барбару? - внезапно вступил в разговор Кевин, и
Крис обрадовалась, что она может хоть
немного помолчать.
- Мне нужно было кое с кем повидаться, - по-прежнему уклончиво, но все же
мягче ответил Мейсон.
- Зачем? - не отставал от него сын.
- По делам.
Кевин потянулся за рисунком.
- По каким делам?
Мейсон явно не хотел отвечать, но отмахнуться от Кевина тоже было нельзя.
- Я... я должен был выяснить, почему... как бы тебе это объяснить... почему
одна строительная компания пытается меня
обскакать... купить то, что хочу купить я.
- И вам это удалось? - нарочито небрежно спросила Крис, которую на самом деле
начало разбирать любопытство.
- Боюсь, что нет.
- Посмотри, что я для тебя сделал! - снова вмешался Кевин и протянул отцу
рисунок. - Это для твоего офиса. Похоже
на картину, что висит у тебя над столом?
- Очень похоже, - одобрил Мейсон. - Сам Джон Балдесари лучше не нарисовал бы.
Крис нарезала мясо и пригласила их за стол.
Когда все расселись, Мейсон посмотрел на нее и сказал:
- Я так мало рассказываю о своей поездке, потому что никогда раньше мне не
приходилось объяснять, чем и где я
занимался. Но теперь я постараюсь быть более откровенным.
Крис замерла, не донеся вилку до рта. Этот человек обладал удивительной
способностью притворяться, будто он идет на
уступки, тогда как в действительности он делал прямо противоположное!
- Иными словами, - нарочито небрежно, чтобы не настораживать Кевина,
произнесла Крис, - вы хотите сказать,
чтобы я не совалась куда не следует?
- Ну... если вы мне объясните, зачем вам это нужно, - в тон ей ответил
Мейсон, - то я, может быть, изменю свое
отношение.
Меткий удар. Прямо в "десятку"! Что можно на это ответить? Что ей трудно
оставаться в тех рамках, в которые он
пытается ее поместить? Что ее разбирает праздное любопытство? Но ведь это не
так... А тогда в чем же дело?
- Хотите еще картошки? - спросила Крис, давая понять, что разговор окончен.
После ужина Мейсон помог ей убрать со стола, а Крис загрузила грязные тарелки
в посудомоечную машину. Однако
вскоре Мейсону стало противно притворяться образцовым мужем, и он поспешил уйти,
сославшись на то, что ему еще нужно
сделать несколько деловых звонков. Крис кивнула, но при этом так выразительно на
него посмотрела, что Мейсон понял: ее
не проведешь.
Он направился в комнату, которую заранее мысленно отвел под свою спальню,
однако на полпути ему вдруг пришло в
голову, что Крис вполне могла тоже остановить на ней свой выбор. Он ведь не
обсуждал с ней, кто в какой комнате будет
жить. Откуда же ей знать, какую комнату облюбовал он? Она ведь не умеет читать
чужие мысли?!
Но, открыв дверь, Мейсон в этом усомнился. Судя по тому, как Крис расставила
мебель, она интуитивно угадала, что эта
комната пришлась ему по душе.
Мейсон озадаченно покачал головой.
Нет, вряд ли они с Крис способны настроиться на одну волну.
Он зажег свет. В комнате стояла его старая мебель. Даже занавески висели
прежние. Похоже, он от них до конца своих
дней не избавится.
Но в отличие от остальных комнат в этой не было уютно. Мейсон сперва не понял
почему, а потом сообразил: Крис не
поставила сюда ни одной своей вещи.
Мейсон усмехнулся. Его дизайнер схватился бы за сердце, если б увидел, что
натворила Крис. Мистер Роберте неустанно
твердил про "единство стиля" и требовал, чтобы все вещи оставались именно так,
как было определено по плану, поскольку
иначе единство разрушится. Не приведи Господь, бедняга когда-нибудь заглянет в
гостиную - его тут же увезут на "скорой
помощи" в больницу. Да, мистера Робертса приглашать сюда нельзя ни в коем
случае.
Боже, да что это с ним? Что за странные мысли? Какие вечеринки в новом доме?
Он что, с ума сошел? Не хватало только
приглашать сюда своих друзей...
Мейсон снял пиджак и принялся развязывать галстук, но тут в комнату влетел
Кевин. С разбегу прыгнув на кровать,
малыш смял аккуратно расправленное покрывало, и Мейсон инстинктивно съежился,
ведь мистер Роберте прожужжал ему
все уши про то, какая это дорогая вещь и как трудно было найти искусную
мастерицу, которая умеет вышивать вручную
сложные геометрические узоры. Дизайнер так его запугал, что Мейсон даже лишний
раз дотронуться до покрывала боялся.
А ребенок залез на него с ногами и хоть бы хны!
- Мама сказала, чтобы ты мне почитал. Если, конечно, хочешь. - Кевин вынул
из-под футболки потрепанную книжку.
Маленькое личико, обращенное к отцу, сияло, в глазах плясали счастливые
огоньки.
И Мейсон вдруг понял, что ощущает приговоренный к смерти человек, когда его
неожиданно выпускают на волю!
- Конечно, я тебе почитаю, сынок! - сказал он и с удовольствием опустился на
покрывало рядом с мальчиком.
В комнате сразу стало тепло и уютно; сомнения, целую неделю обуревавшие
Мейсона, исчезли, он подложил под голову
подушку, обнял сына и начал читать ему про то, как Винни-Пух отправился в гости,
объелся медом и застрял в кроличьей
норе.
Весь следующий день Крис провела в магазинах, подыскивая платье для
предстоящего выхода в свет. Она начала с
"Нордстромса", где необычайно услужливая продавщица помогала ей примерять
наряды, один лучше другого.
Однако, увлекшись примеркой, Крис забыла поинтересоваться ценой, и в
результате создалась довольно неловкая
ситуация.
Ей хотелось надеть на бал что-нибудь особенное, и Крис решила не скупиться. В
конце концов, можно снять деньги со
счета! Крис мысленно приготовилась заплатить за платье до пятисот долларов - для
нее это была неслыханная роскошь, но
выглядеть элегантно рядом с Мейсоном. Тем более что больше появляться в среде, в
которой вращался Мейсон, она не
собиралась.
Однако платье, на котором Крис в конце концов остановила свой выбор,
оказалось гораздо дороже. И, смущенная, Крис
ушла из "Нордстрстса" с пустыми руками.
После этого она побывала еще в нескольких магазинах, но ничего подходящего не
нашла и позвонила Мэри.
Крис предпочла не объяснять, для чего ей понадобилось новое платье: Мэри
непременно спросила бы, зачем она пойдет с
Мейсоном на бал, а Крис не хотелось говорить, что она делает это из
благодарности. Да и к ее уверениям, что больше такого
не повторится, Мэри отнеслась бы скептически.
Сама Мэри, как ни странно, терпеть не могла светских развлечений, и Крис
хорошо ее понимала. В юности, будучи
дочерью губернатора, Мэри постоянно принимала участие во всех светских
мероприятиях и была сыта ими по горло. Семья
губернатора всегда оказывалась в центре внимания журналистов, и теперь Мэри
трясло при одном лишь упоминании о
газетах и телевидении. Однако Крис это не грозило - она же не была женой
политического деятеля. Так что тут важно
удовлетворить сиюминутное любопыство знакомых Мейсона - и можно будет жить
спокойно, она сама по себе, а он сам по
себе.
В тот вечер по совету Мэри Крис заглянула в "Леманн", где по доступным ценам
продавалась эксклюзивная одежда,
выполненная по эскизам известных модельеров. И нашла там прекрасное платье:
длинное, до пола, усыпанное крошечными
красными блестками, оно сидело на ней как влитое. У Крис давно ничего подобного
не было. И, честно говоря, ей это
понравилось! По крайней мере, было приятно хоть ненадолго сменить вечные джинсы
и свитер на что-то более женственное
и изящное. А больше всего ее обрадовало то, что элегантный наряд обошелся ей
всего в двести пятьдесят долларов, вдвое
дешевле запланированного!
Теперь оставалось лишь сообщить Мейсону, что она готова составить ему
компанию, но при этом не обнадеживать его.
Пусть знает, что это в виде исключения! А то еще привыкнет!
Вечером Крис и Кевин легли спать, не дождавшись Мейсона. Крис оставила е
...Закладка в соц.сетях
