Жанр: Любовные романы
Черный маркиз
... а Диана неотрывно смотрела ему в глаза, чувствуя легкое головокружение.
- Следует ли продолжать игру? - спросил Родгар.
Ее волнение немного улеглось. Она поняла, что его слова были похожи на побуждение к соблазну, как это было в прошлом
году на балу. Не столько просьба, сколько вызов. Даже, может быть, в какой-то степени наказание за ее вмешательство в его
любовные дела с француженкой.
С большой неохотой она высвободила свою ногу из его ласковых рук и выпрямилась на диване.
- Не думаю.
- Я тоже так считаю.
Диана допила свой коньяк и встала.
- Зачем вы это сделали? - не удержалась она от вопроса.
Маркиз, нарушая этикет, продолжал сидеть.
- Чтобы удовлетворить ваше такое очевидное любопытство.
- Да, я действительно испытываю любопытство, - сказала она зардевшись.
- Любопытство является одним из пороков, а излишняя осведомленность может погубить.
- Разве мы должны чего-то бояться? Маркиз тоже встал.
- Некоторые вещи представляют слишком серьезную опасность, чтобы играть с ними. А вы, моя дорогая, рискуете. - Он взял
ее руку и поцеловал. - Спокойной ночи, леди Аррадейл. Завтра мы уезжаем рано утром.
Глава 12
На следующее утро Диана спустилась к завтраку с некоторым волнением, однако маркиз вел себя исключительно корректно.
На завтрак подали яйца и превосходную ветчину, и лорд Родгар почтительно ухаживал за Дианой, как за аристократкой,
которую он чинно сопровождал в Лондон. Легкая, ничего не значащая беседа снова выглядела как тщательно выстроенная
преграда между ними.
Вскоре появился слуга маркиза Фетлер.
- В чем дело? - спросил маркиз.
- Я по поводу французской четы, милорд. Они уехали ночью.
Лорд Родгар удивленно приподнял брови:
- Не заплатив по счету? Как неприлично.
- Что касается платы, милорд, - сказал Фетлер, - то они оставили соответствующую сумму. А также кровавые следы на полу
своей комнаты. И еще, - добавил он, - слуга, находившийся поблизости, слышал из их комнаты пронзительный визг, а потом
крик.
- Женский визг, а затем мужской крик? - спросила Диана. "По-видимому, сначала была убита француженка, а затем ее муж",
- подумала она, потрясенная.
Слуга повернулся к ней.
- Именно так, миледи.
- Кто-нибудь видел, что они действительно уехали? - спросила Диана.
- О да, миледи. Они разбудили грума, чтобы тот оседлал лошадей. С ним они и передали деньги за проживание, иначе он не
отпустил бы их.
- У них были ранения? - продолжала допытываться Диана, чувствуя облегчение. Она бросила беглый взгляд на маркиза и
увидела усмешку на его лице.
- Конюх не уверен, миледи, но ему показалось, что месье де Кориак придерживал свою руку, а у леди была отметина на лице.
- У вас есть ко мне что-нибудь еще, Фетлер? - спросил маркиз и отпустил его, а затем повернулся к графине:
- Хотите еще ветчины, леди Аррадейл?
- Не надо опекать меня, милорд, - сказала она с досадой.
- Прошу прощения. Я не хотел обидеть вас. Что вы думаете об этой французской паре?
- Наверное, он ударил ее за то, что она не смогла соблазнить вас, а женщина в ответ пырнула его ножом. Уж я-то
определенно сделала бы так.
- Надо запомнить это. - Маркиз налил себе еще кофе. - Но почему они так поспешно уехали, если он ранен?
Диана жевала, размышляя.
- Может быть, от страха перед вами? Или, - добавила она, - перед своим хозяином. А может быть, с целью приготовить
очередную ловушку?
Разумеется, маркиз не побледнел от страха, однако сказал:
- Хорошо, что нас сопровождают вооруженные всадники.
Диана опустила вилку.
- Лорд Родгар, почему французы так упорно охотятся за вами? Поскольку это меня тоже касается, я имею право знать.
- Что, по-вашему, может побудить одного человека убить другого?
- Склонность задавать слишком много вопросов, - раздраженно сказала она. - Вы не Сократ, милорд, а я не ваша ученица.
Его губы тронула улыбка.
- Тогда я буду играть роль Сократа для самого себя. Итак, что может побудить одного человека убить другого? - Он начал
загибать свои длинные пальцы. - Первое - месть. Ну, это слишком. Я не думаю, что обидел Францию до такой степени. Второе -
корысть. Единственным человеком, наследующим мое имущество, является Брайт, но он не сотрудничает с французами.
- Третье, - предположила Диана, - страх, что вы можете выдать какую-нибудь тайну.
- У меня нет никаких секретов. - Она недоверчиво фыркнула, а он продолжил:
- Четвертое - страх, что жертва может начать действовать.
- Если у вас нет секретов, милорд, значит, вам доставляет удовольствие казаться таинственным. - Она взглянула ему в глаза.
- По-вашему, французы боятся, что вы можете что-то сделать? Вы один представляете для них "Непобедимую армаду"?
- Хотелось бы думать так.
- По-моему, нет необходимости напоминать вам, что "Непобедимая армада" потерпела поражение и была потоплена?
- Увы, - сказал маркиз, и в глазах его промелькнули веселые искорки. - Остается надеяться, что моему вооруженному флоту
удастся избежать столь трагической участи.
- Кстати, - сказала Диана, стараясь сохранять серьезное выражение лица, - "Непобедимая армада" была нашим противником,
а у меня есть копия корабля "Великая королева Бесс", который противостоял испанскому флоту.
- И вы, безусловно, дадите отпор любому европейскому принцу, если он осмелится вторгнуться в ваше королевство? - сказал
он, имея в виду известную речь королевы в Тилбери, когда она посылала флот навстречу могущественному врагу.
- Совершенно верно, милорд. Как я уже продемонстрировала это в прошлом году.
Он снова улыбнулся и сказал:
- Однако, дорогая, напомню вам, что при дворе вы должны играть роль заурядной дамы.
- Проклятие. - Ее щеки слегка порозовели. - Я сделаю это, когда будет необходимо.
- Пьяница тоже зарекался бросить пить.
- Не беспокойтесь, милорд, я справлюсь.
- И все же я вынужден опекать вас.
- Без моего согласия!
- Да, поскольку судьба связала нас.
Она пристально посмотрела на него.
- Пока не кончится мое испытание.
Маркиз сделал еще глоток кофе.
- А когда оно, по-вашему, кончится?
- Когда я вернусь на север. - Теперь Диана не была уверена, что понимает, о чем идет речь.
- Да, ваше пребывание при дворе, вероятно, продлится недолго, но проблема, как и в случае с французами, останется. Нужно
быть настороже. Наша связь будет продолжаться до самой смерти. Или до вашего замужества.
- Или до вашей женитьбы, - тихо произнесла она.
- Я никогда не женюсь. Но даже если это случится, вы по-прежнему будете нуждаться в моей защите. Вне брака ваше
положение весьма уязвимо. Я не хочу навязываться, но если в будущем возникнут затруднения, я к вашим услугам.
- Кажется, мы начали говорить о ваших проблемах, милорд, а не о моих. Что вы предпримете, если французы действительно
хотят избавиться от вас?
- От коварного убийцы трудно защититься, но в данном случае, мне кажется, они хотят, чтобы все выглядело как месть
обманутого мужа или любовника, а не как хладнокровное убийство.
- Вам остается лишь сдерживать свои страсти, милорд, и мы будем в безопасности.
Он спокойно посмотрел на нее.
- Всецело с вами согласен, дорогая леди. Несомненно, он имел в виду не только французов.
Диана вздохнула и сказала то же, что и прошлым вечером:
- А если я не хочу, чтобы меня оберегали?
- Я взял на себя обязательство заботиться о вас в любом случае. - Он поднялся. - Нам пора, леди Аррадейл, если к вечеру мы
хотим добраться до Стамфорда.
Итак, маркиз дал понять Диане, что не намерен отступать от своего слова, и это выглядело вполне разумным с его стороны.
Она же, словно пьяница, не способный оторваться от бутылки, не хотела прислушаться к голосу разума, чувствуя, что ей
доставляет удовольствие проявлять свою независимость.
К вечеру, когда карета загрохотала по стамфордскому мосту, Диана была совершенно обессилена и мечтала лишь о том,
чтобы избавиться от опеки маркиза. Она не могла даже представить, что восемь часов, проведенные с этим мужчиной, могут
так угнетающе подействовать на нее!
Маркиз явно держал ее на расстоянии, отгородившись холодной вежливостью, и это было невыносимо.
Всю дорогу он занимался своими бумагами и лишь иногда, вероятно, желая отдохнуть, читал какую-то толстую книгу.
Диана искоса поглядывала в его сторону, пытаясь украдкой прочитать заголовок, но так и не сумела.
Она старалась отвлечься чтением книг, но даже мудрый Александр Поп не мог завладеть ее вниманием.
Тогда Диана стала смотреть в окно на придорожные пейзажи и на сопровождающих всадников, с тревогой думая, с какой
стороны ждать опасности. Однако к полудню она решила, что ее страхи явно преувеличены. Французская чета, несомненно,
поняла, что имеет дело с могущественным противником, и поспешила ретироваться.
Весь день ей не давало покоя ощущение его присутствия в закрытой карете. Их разделяли всего несколько дюймов, и время
от времени он даже касался случайно ее одежды, когда шевелился. В любом другом случае она не обратила бы на это внимания,
но каждое движение маркиза вызывало у нее дрожь.
Занятая своими мыслями, Диана даже не заметила, как карета остановилась во дворе гостиницы "Георг" и она оказалась в
своей спальне, такой же превосходной, как и в предыдущей гостинице, уже полностью приготовленной для нее, включая ее
собственную пуховую подушку. Только тогда, наедине с собой, Диана осознала, насколько близко подошла в своих мечтаниях к
краю пропасти.
После мучительных колебаний она взяла себя в руки и послала слугу сказать, что у нее разболелась голова и она будет
обедать в своей комнате. В ней еще теплилось желание оказаться в обществе маркиза, но она нашла в себе силы избежать
ненужных треволнений.
Через час, после отдыха и легкого обеда, к Диане вернулись душевное равновесие и способность здраво рассуждать. Она
осознала нелепость своих фантазий и пожалела, что рядом нет Розы, чтобы вместе посмеяться над собственной глупостью. Она
даже послала лакея узнать, нет ли в гостинице французов.
Вернулся лакей и сообщил, что среди гостей нет французов.
- А что маркиз? - спросила Диана. - Где он сейчас?
- В столовой, миледи. С гостем.
Перед мысленным взором Дианы тотчас возникли де Кориаки.
- Что за гость?
- Дама, миледи, едет в Ноттингемшир.
Опять? Он с ума сошел?
- Кто такая?
- Очень необычная дама, миледи, и записалась в гостинице под довольно странным именем. - Прежде чем он успел назвать
его, Диана уже догадалась, о ком идет речь. - Сафо, миледи.
У Дианы перехватило дыхание.
Черт бы его побрал. И эту женщину вместе с ним.
Диана пригласила Клару поиграть в карты и проиграла. Затем выпила пару бокальчиков гостиничного портвейна и рано
легла спать.
Родгар налил портвейна Сафо.
- К сожалению, леди Аррадейл не может прийти к обеду. Думаю, она понравилась бы тебе.
- А тебе она нравится? - спросила Сафо.
- Очень.
Как жаль, что Сафо едет на север. Родгар чувствовал потребность в друге, с которым можно было бы поговорить, и только
теперь осознал, как устал за этот длинный день.
- Чем же?
О, со старыми друзьями тоже бывает нелегко. Они замечают слишком многое.
- Чем нравится? Смелостью, живостью, благородством и умом.
- Большинство мужчин обращают внимание главным образом на грудь, бедра, губы и прочие внешние достоинства.
Маркиз улыбнулся.
- Я не принадлежу к большинству. У Дианы тоже все, как говорится, на месте, но это не главное.
Сафо откинулась назад в своем кресле, потягивая вино. На ее необычайно привлекательном лице играли блики от пламени
свечи, освещая смуглые, высокие скулы, большие темные миндалевидные глаза. У нее также была великолепная фигура, но не
ради этого маркиз поддерживал с ней отношения долгие годы.
- Значит, тебя привлекают только ее духовные качества? - спросила она.
- Я этого не говорил.
Сафо пристально посмотрела на Родгара.
- Неужели ты наконец решил нарушить свой обет, Бей?
- Отнюдь нет.
- Жаль.
Они и раньше говорили на эту тему, и при этом он никогда не проявлял нетерпимости.
- Разве теперь потворство своим желаниям является добродетелью?
- Нет, но надо уметь проявлять гибкость. Иногда даже отступление на поле боя бывает оправданным, - заметила Сафо.
- Только для того, чтобы снова пойти в наступление.
- Или заключить перемирие.
- После отступления? Перемирие с большими уступками и потерями?
Сафо допила портвейн.
- А кто твой враг?
- В данном случае сумасшествие.
- Ты сражаешься с призраком.
- Нет.
Она внимательно посмотрела на Родгара. Хотя они и бывали близки, когда хотели этого, их связывало нечто большее. Ее
тянуло к нему, потому что не многим мужчинам нравились в равной степени ее чувственность и ум. А он поддерживал с ней
отношения, потому что терпеть не мог женщин, которые не имели независимых суждений и притворялись, чтобы только
понравиться ему.
Сафо задумчиво сплела пальцы.
- Много лет назад ты решил, что твой враг слишком силен и бороться с ним не имеет смысла. Сейчас, мне кажется,
соотношение сил изменилось.
Родгар невольно вздрогнул.
- Почему ты думаешь, что что-то изменилось?
- Причина тому не только леди Аррадейл, Бей. За последние несколько лет многое вокруг изменилось.
- Ты имеешь в виду браки и рождения детей в моей семье? Графиня тоже заметила это.
Сафо прищурилась:
- О, в таком случае мне очень хотелось бы познакомиться с ней. Что послужило причиной ее головной боли?
- Наверное, длительное путешествие, - сказал Родгар и опустил глаза. Он взял бокал и сделал глоток, стараясь выглядеть
невозмутимым, хотя знал, что собеседницу трудно обмануть.
- Ты был груб с ней? - спросила она.
- Наоборот, очень любезен.
Сафо недоверчиво усмехнулась.
- Да, есть кое-что, - отрывисто сказал Родгар. - Но мое решение непоколебимо, и потому лучше покончить с этим как можно
скорее.
- С самого начала, как это было с твоей едва родившейся сестрой.
- Это слишком грубое сравнение, - чуть слышно сказал он.
- Порой грубость бывает необходима.
- Чем же я должен поступиться?
- Своей непроницаемой броней.
- Никогда.
- В таком случае, Бей, боюсь, ты погубишь себя.
- Мы все когда-нибудь умрем в конце концов.
- И все же жизнь не должна быть трагедией.
Родгар встал и сделал несколько шагов.
- Моя жизнь не является трагедией.
- Пока.
Он повернулся к ней:
- Довольно, Сафо. - Он хотел предупредить ее, но его слова прозвучали скорее как мольба.
Она оставила без внимания и угрозу, и мольбу.
- Ты достойный человек, Бей, но тем не менее живешь неполноценной жизнью. Если ты так и умрешь, это и будет
трагедией.
- Существуют вещи похуже: слабость, глупость, беспринципность и... - сказал он, чувствуя, как в нем начинает закипать
гнев, - друзья, которые слишком много себе позволяют.
Сафо встала в ответ на вызов.
- Я не хочу, чтобы ты умирал.
- Ты уже говорила мне это, но ты не Бог, да и я тоже.
- Бей, боюсь, однажды в недалеком будущем ты убьешь себя.
Родгар удивленно посмотрел на нее, не чувствуя больше гнева.
- Вздор. Почему ты считаешь меня самоубийцей?
- Ты дрался с Карри.
- На это были свои причины. Я вовсе не искал смерти. - Она продолжала пристально смотреть на него, и он добавил:
- Даю тебе слово, Сафо, я никогда не приставлю пистолет к виску.
- Ну разумеется, - иронически сказала она. - Ты предоставишь сделать это кому-нибудь другому.
- Я никому не позволю оборвать свою жизнь. Обещаю.
Сафо приблизилась к нему, двигаясь с особой грацией, которая не имела ничего общего ни с нарочитой манерностью, ни с
зазывным покачиванием бедер. Родгару нравилась ее походка. В первый момент их встречи он задался вопросом, не хочет ли
она заняться с ним любовью, и был удивлен, когда понял, что она вовсе не склонна к этому.
Она погладила его по щеке.
- Меня беспокоит, Бей, что однажды ты можешь сломаться, как одна из твоих механических игрушек.
- Я не игрушка.
Он обнял ее за талию и привлек к себе. Возможно, близость с ней положила бы конец его навязчивым мыслям о леди
Аррадейл.
- Конечно, ты не игрушка, но некоторое сходство все-таки есть. - Сафо не поощряла и не противилась его объятию. - Тебя
нужно завести, прежде чем ты начнешь действовать.
Маркиз не удержался от улыбки.
- Слава Богу, у тебя это хорошо получается.
- В настоящее время все твои братья и сестры имеют свои семьи. Кто же теперь станет закручивать пружину, чтобы
механическая игрушка могла двигаться день за днем?
Он отстранил ее.
- Семейным тревогам никогда не будет конца.
- Но у твоих близких теперь есть жены или мужья, способные позаботиться о них.
- Я не собираюсь вмешиваться в их жизнь.
Она снова приблизилась к нему и он вдруг обнаружил, что позволил загнать себя в угол, из которого можно было выбраться
разве только с помощью крыльев.
- Тебе необходимо кого-то любить и о ком-то заботиться, Бей, - сказала Сафо. - Неужели ты не понимаешь, что не можешь
жить без этого?.. Нет-нет, - сказала она, когда он снова привлек ее к себе, надеясь заставить замолчать. - Я не имею в виду
любовную связь. Речь о другом. С девятнадцати лет все твои поступки были так или иначе подчинены заботе о твоих родных.
- Но ведь была еще и ты? - возразил Родгар.
- Я другое дело. Я жила полной жизнью и имела любовников помимо тебя. Наша связь восхитительна, но главным все-таки
является духовное общение. Я была необходима тебе, потому что ты все равно не женился бы до сих пор. Ты не мог отказаться
от своей опеки над братьями и сестрами.
Родгар отошел к окну.
- Из каких книг ты вычитала весь этот вздор? - Она только улыбнулась. - Кстати, если ты считаешь, что мне обязательно
надо о ком-то заботиться, то можешь не волноваться, - сказал он. - По крайней мере несколько недель объектом моего
внимания будет леди Аррадейл.
- Надеюсь, ты отнесешься к этому с не меньшей любовью? - невозмутимо отозвалась Сафо.
- Постараюсь обойтись без любви, если смогу.
Родгар сам почувствовал сомнение в своем голосе, а улыбка Сафо вызвала у него досаду.
Она протянула ему руку:
- Иди поцелуй меня, Бей.
Впервые он отказался:
- У меня нет настроения.
- Только один поцелуй. - Она подошла к нему и взяла за руки. - Думаю, это в последний раз.
Покачав головой, он поднес ее руки к своим губам.
- Я по-прежнему не намерен жениться на ком-либо, Сафо. Ничто не изменилось. И леди Аррадейл тоже имеет не менее
серьезные причины оставаться одинокой.
- Не сомневаюсь, - сказала она, не переставая улыбаться.
- В таком случае наша встреча не будет последней, если ты сама не решишь порвать со мной.
Сафо подошла к нему вплотную и обняла за шею.
- Я никогда не откажу тебе, если ты придешь ко мне, чтобы насладиться любовью, Бей. - Затем она приблизила свои губы к
его губам, ожидая привычного поцелуя. Сафо была искусной любовницей, и Родгар не уступал ей. Это был долгий поцелуй,
доставляющий удовольствие, как любимая еда.
Но когда он закончился, Сафо отступила.
- И все же, - сказала она, - если ты снова придешь ко мне ради любовных утех, я буду очень разочарована. Спокойной ночи,
дорогой.
Родгар посмотрел на закрывшуюся за ней дверь, испытывая огромное искушение схватить бокал и разбить его о стену.
На следующее утро Диана осторожно вошла в столовую и, к своему удивлению, увидела там высокую красивую женщину.
Несмотря на простое дорожное платье и спрятанные под шляпкой волосы, незнакомка не казалась обычной женщиной.
Ее гладкая кожа имела смуглый оттенок, а высокие скулы и темные глаза наводили на мысль о восточном происхождении.
- Леди Аррадейл, - сказал маркиз, по-видимому, слегка смущенный тем, что его застали с любовницей, - могу я представить
вам поэтессу Сафо?
Диана имела все основания отказаться от знакомства с этой женщиной, но ее отказ могли не правильно истолковать. Она
заколебалась, не зная, как обратиться к незнакомке.
- Доброе утро, мадам. Вы едете в Лондон?
- Из Лондона, леди Аррадейл. - Женщина смотрела на нее с приветливой улыбкой. Довольная? Удовлетворенная? Черт бы их
побрал обоих! - Я собралась на литературный вечер в Ноттингемшире, так что пора отправляться в дорогу. Если по моем
возвращении вы все еще останетесь в Лондоне, буду рада видеть вас у себя в салоне.
Диана невнятно произнесла в ответ нечто вежливое и неопределенное, а про себя подумала: "Скорее луна упадет с небес на
землю, мадам".
Сафо попрощалась с лордом Родгаром, ничем не подчеркивая свою близость с ним, но тем не менее чувствовалось, что
между ними существовала давняя тесная связь.
Сдерживая досаду, Диана принялась за ветчину.
- Мы доберемся сегодня до Лондона? - спросила она.
- Если день пройдет без каких-либо осложнений, вы сможете отдохнуть ночью уже в Лондоне, а завтра предстать перед
королевой.
Она закончила трапезу и поднялась:
- Тогда нам лучше отправиться в путь поскорее.
Собираясь садиться в карету, Диана подумала, что наконец-то это нелегкое путешествие близится к концу. Она
остановилась, с удивлением глядя на Клару, которая размещалась в другой повозке.
- В чем дело, Клара?
- Мне и мистеру Фетлеру маркиз велел занять эту повозку, миледи.
В роскошной карете Диана с удивлением заметила, что сиденья на противоположной стороне исчезли. Они оказались
сложенными и закрепленными на передней стенке кареты.
- Так будет гораздо удобнее, миледи. Согласны?
- Мне и раньше не было тесно, милорд.
- Это мое собственное изобретение. Более того, эти сиденья раздвигаются на всю карету и преобразуются в кровать.
- Значит, - сказала Диана, когда карета покинула гостиничный двор. - единственной причиной таких изменений является
ваше желание вытянуть ноги, милорд?
- Не совсем так. Мы должны отрепетировать вашу роль при дворе.
- Мне кажется, я знаю без всяких репетиций, как должна вести себя леди, милорд.
- Но сможете ли вы оставаться сдержанной, если станете мишенью для нападок? Например, как вы поступите, если король
скажет, что предназначение женщины заключается только в том, чтобы угождать мужчине и производить на свет детей?
Подавив желание стиснуть зубы, Диана покорно склонила голову:
- Сир, я думаю, женщины, которым удалось достичь такого положения, должны быть счастливы.
- Значит, - сказал маркиз немного более высоким и строгим тоном, вероятно, изображая короля Георга, - вы хотите выйти
замуж, леди Аррадейл?
Диана захлопала ресницами.
- Какая женщина не желает выйти замуж, сир, если ей удастся найти достойную партию?
- И к какому же типу мужчин вы больше склонны, миледи? Что? Что?
Она посмотрела на него:
- Что значит - что?
Маркиз слегка улыбнулся:
- Это у короля такая манера переспрашивать. И что вы ответите ему?
Диана задумалась.
- Сир, - сказала она, снова опустив голову, - я думаю, это должен быть храбрый, благородный и сильный мужчина.
- Стало быть, солдат?
- Храбрыми бывают не только солдаты, сир. Я предпочитаю мужчину, обладающего умом и опытом. Который мог бы дать
добрый совет и в то же время был бы нежным и внимательным. Который любил бы только меня и никого другого. Особенно, -
сказала Диана, глядя на маркиза, - я хочу, чтобы он был предан мне так же, как я ему.
Маркиз спросил уже собственным голосом:
- Вам кажется, что это несуществующий образец мужчины? Брэнд является именно таким мужем для Розы.
- Я еще не закончила, милорд.
- Хорошо, продолжайте.
- Я хочу такого мужа, сир, который не считал бы меня лишь послушной принадлежностью дома, не возражал бы против
моих решений и не ограничивал свободу действий.
Маркиз удивленно поднял брови:
- И это лишний раз подтверждает, что мы должны посвятить весь сегодняшний день репетиции. Итак, - продолжал лорд
Родгар, - что вы ответите, если король спросит вас о состоянии вашего хозяйства и о ваших делах?
- Уверяю вас, я смогу обо всем подробно рассказать ему.
Маркиз покачал головой:
- Нет, леди Аррадейл, вы должны притвориться несведущей в вопросах управления графством.
- Но тогда он поймет, что мне обязательно нужен управляющий делами!
- Король так или иначе придет к такому выводу, но любое проявление вами мужских качеств может не на шутку
встревожить его.
Диана отвернулась.
- Вы правы. Я не стану делать этого.
Он коснулся пальцами ее щеки и снова повернул к себе.
- Надеюсь. А теперь попробуем еще раз...
К концу дня, когда они миновали Уэр и оставалось преодолеть последний этап до Лондона, Диана чувствовала себя
окончательно измученной. Она готова была возненавидеть своего наставника, хотя видела, что он старался скрасить свои уроки
ненавязчивой шуткой. Путешествие затянулось, так как пришлось остановиться в одной из деревень: ослабло крепление колеса
кареты.
К раздражению и усталости Дианы примешивалась тревога. Если маркиз намеревался убедить ее, что ей предстоит пережить
тяжелое испытание, возможный провал и последующие неприятности, то он преуспел в достижении поставленной цели.
Освещенная лучами заходящего солнца, она прикрыла рукой глаза.
- Милорд, мне кажется, вы отчаянно стремитесь жениться на мне, как обещали.
Он откинулся назад, и Диана подумала, что он, наверное, устал не меньше ее.
- Почему вы так думаете, леди Аррадейл?
- Вам удалось внушить мне, что я не справлюсь со своей ролью. А если так, то незачем понапрасну тратить силы, и мне
остается только полагаться на ваше милосердие.
- У вас еще достаточно боевого духа.
Она повернулась и посмотрела в окно на ярко-розовое небо.
- Тем не менее вы убедили меня, что сражаться бесполезно.
- Существует много видов сражений и различные стратегии. Есть и такие виды оружия, которые обычному человеку трудно
даже представить.
Диана взглянула на него.
- Вы считаете меня необычной?
- Не напрашивайтесь на комплименты. - Однако в его глазах мелькнула едва заметная улыбка.
- Иногда они необходимы мне.
- Вы, безусловно, необычная женщина, - сказал маркиз. - И именно это осложняет дело.
Диана засмеялась.
- Не могли бы вы позволить мне хоть ненадолго побыть такой, какая я есть, и не сдерживать своих желаний?
- Разумеется. Это совпадает и с моим желанием.
Она посмотрела на него и судорожно сглотнула.
Он протянул руку и провел
...Закладка в соц.сетях
