Жанр: Любовные романы
Счастливый случай
...енди и ушла к себе.
Дара незаметно наблюдала за ним из-под ресниц, гадая, зачем он подошел к
ней.
— Представляю, как она потрясена. Григ нахмурился.
— Еще бы. — Он пожал плечами. — Каждый думает, что подобные
случаи могут произойти с кем угодно, кроме него.
— Но ведь она знала, что за человек ее дружок, — возразила Дара и,
не удержавшись, добавила: — Причем весьма неплохо знала.
Григ скривил губы.
— Да, несчастная девушка. Она заслуживает сочувствия.
— Мне кажется, ты к ней слишком пристрастен, — язвительно
улыбнулась Дара.
— Мы все бываем пристрастны. И ты лучше всех это знаешь, —
усмехнулся Григ.
Возразить было нечего. Дара перехватила посылки поудобнее и собралась
уходить. Григ тоже повернулся к двери, но в этот момент в помещение вошла
Милли Уильяме.
— А, вот вы где, мисс Мидлер. А я вас не могу найти. У нас возникла
замечательная идея, как отвлечь детей от этого ужасного происшествия. Мы
решили поставить пантомиму.
— Да что вы? — Дара попыталась изобразить оживление. — Просто
замечательно. А что именно?
— "Белоснежку и семь гномов", чтобы было побольше ролей для детишек.
Надо приготовить кучу костюмов, нам очень нужна ваша помощь.
— Конечно, с радостью. А разве мы успеем до Рождества?
— Нет, вряд ли, но наша пантомима станет прекрасным развлечением и
после праздника, как вы считаете? Репетиции и подготовку надо начинать уже
сейчас. — Она повернулась к Григу. — Надеюсь, вы тоже поможете
нам. Готовить декорации, устраивать освещение.
— Я? — кисло улыбнулся Григ. — Даже не знаю... Я вообще не
очень-то понимаю в этом деле.
— Мистер Спайрс замечательно рисует, — с лукавой улыбкой заметила
Дара, — никто не нарисует декорации лучше него.
— О! Это просто замечательно! — радостно вскричала миссис
Уильяме. — А то я начала уже беспокоиться — все мужчины такие
бессердечные, никто не хочет помочь. Вы можете подойти к тем, кого я уже
собрала, прочитайте сценарий и выскажите свои соображения.
— У вас готов сценарий? — удивился Григ.
— Он дорабатывается, — величественно произнесла миссис Уильяме, а
затем рассмеялась и сказала уже обычным тоном: — Разумеется, история
Белоснежки известна всем. Нам только надо ее вспомнить и записать.
— А в чем будет заключаться моя помощь? — спросила Дара.
— А вы будете исполнять главную роль. Утром я разглядела, как следует
вашу фигурку, и сразу поняла, что лучшую кандидатуру не найти. — Она
повернулась к Григу. — Скажите, как мужчина, что у мисс Мидлер
прекрасные ноги, не правда ли?
К негодованию Дары оба уставились на нее.
— По-моему, для главной роли она подойдет идеально, — кивнул Григ.
— Вот и я того же мнения, — удовлетворенно заметила миссис
Уильяме.
— Но я не смогу, — робко возразила Дара, понимая, что попалась в
ловушку.
— Ерунда, сможете. Пусть вас не волнует отсутствие актерского опыта —
мы все здесь любители.
— Нет, вы не так поняли...
— Наверное, она боится, что придется петь, — мстительно
предположил Григ. — Видите ли, у нее проблемы с голосом.
— Откуда вы знаете?
— Да уж приходилось слышать, и не раз. Покраснев, Дара метнула на Грига
уничтожающий взгляд, но подтвердила:
— Это правда, миссис Уильяме. Боюсь, вам придется поискать кого-нибудь
другого.
Почтенная дама посмотрела на нее в некотором замешательстве, но тут же вновь
просияла:
— Все в порядке. Я попрошу свою знакомую, у которой чудный голос, петь
за вас за кулисами. Так что все решено, милая. Ладно, теперь я пойду искать
кого-нибудь на роль злой королевы.
Она повернулась, чтобы отправиться на поиски новой жертвы, но Дара, вскочив,
остановила ее.
— Нет! Простите, миссис Уильяме, но вы все же не поняли меня. Я не
стану исполнять главную роль в пантомиме.
— Если вы стесняетесь...
— Не в этом дело. Я с удовольствием помогу вам в подготовке спектакля,
но только до Рождества. А сразу после праздника я уезжаю.
— Уезжаете? Но это невозможно! А если Харри не поймают к этому времени?
— И все же я уеду. Если я могу вам помочь сейчас, то, пожалуйста, но
после праздника... Простите.
Миссис Уильяме нахмурилась, все еще не понимая.
— Да как же вы можете уехать? А полиция? Ведь вас просто не отпустят.
Объяснять что-либо в присутствии Грига не представлялось возможным, и Дара
коротко сказала:
— Все уже согласовано. Еще раз извините. — Она подхватила свертки
и поспешно вышла.
Григ пытался, было выскользнуть за ней, но миссис Уильяме ухватила его за
рукав и заставила остаться.
Войдя к себе в номер и присев на кровать, девушка начала разворачивать
посылки. В пришедшей от мамы была открытка и куча фотографий ее нынешней
семьи — отчим и сводные брат и сестра, оба намного моложе Дары. Она
погрузилась в чтение открытки, но ее прервал сильный стук в дверь.
Стук становился все настойчивее и нетерпеливее, но она не открывала. Затем
раздался взволнованный голос Грига:
— Дара, я знаю, что ты здесь. Открывай дверь!
Она сидела тихо, слушая, как он барабанит по дубовой панели. Затем он,
должно быть, ушел, потому что шум прекратился. Через две минуты пронзительно
зазвонил телефон. Он продолжал трезвонить, пока она не смогла больше этого
выносить и не подняла трубку, собираясь сразу же положить ее на рычаг, но
раздумала, услышав четкий голос Грига:
— Слушай, если ты не ответишь, я поднимусь к тебе опять и выломаю
дверь.
— Боже, какие угрозы!..
— Почему ты не открывала?
— Наверное, потому, что нам не о чем разговаривать.
— Но ты не можешь вечно избегать встреч. Ты что, действительно
собралась уезжать?
— Ты слышал.
— Что, новая конференция? — В его голосе сквозило явное презрение.
— Думай, что хочешь! Кто ты такой, чтобы я перед тобой отчитывалась?
— Нет, Дара! Ты никуда не уедешь до тех пор, пока не поймают Харри,
слышишь меня?
— Слышу. А если бы кто-нибудь слышал тебя, то подумал бы, что ты за
меня переживаешь.
На другом конце провода наступило молчание, затем раздались короткие гудки
отбоя, и телефон больше не звонил.
В одном Григ прав — невозможно прятаться друг от друга вечно.
Когда она спустилась к обеду, Григ сидел в холле, делая вид, что
просматривает газету.
Завидев Дару, он решительно направился к ней.
— Нам надо поговорить, — резко сказал он, беря ее за локоть, и
увлекая в пустую соседнюю комнату.
— Итак, — начал он, плотно прикрывая дверь, — мне хотелось бы
узнать о причине твоего отъезда.
— Какая тебе разница?
— Это не ответ. Скажи почему, Дара?
— Да что с тобой? Из-за чего такое волнение?
— Это касается не только меня, но и нас всех. Разве ты не понимаешь,
что Харри, если ты попадешь в его руки, сумеет заставить тебя открыть
местонахождение нас всех? И не надейся, что он не сможет отыскать тебя. Соня
говорила, что переезжала несколько раз, и все равно этот маньяк узнал ее
последний адрес.
— Он, наверное, нашел ее по телефонной книге.
Григ подошел к ней и крепко встряхнул, схватив за плечо.
— Будь серьезнее, ведь это не игра.
Григ не в первый раз прикасался к ней за время их пребывания в отеле, но
никогда еще он не находился так близко. Дара ощущала мускулистое тело Грига,
чувствовала тепло его дыхания. Эта близость странным образом действовала на
нее, отнимала силы к сопротивлению. Она подняла, было, руки, чтобы
оттолкнуть Грига, но они бессильно замерли на его груди. Она застыла и
подняла глаза, чтобы взглянуть в некогда дорогое лицо.
Невозможно было ошибиться в ее чувствах — затуманенный взгляд и зовущие губы
говорили сами за себя. Слова застряли у Грига в горле; на мгновение его
пальцы сжали плечи еще сильнее. Даре показалось, что еще секунда — и Григ
поцелует ее, но неожиданно он отвернулся.
— Прости, — коротко извинился он, — но, кажется, ты имеешь
надо мной власть, как никто другой. — На мгновение он замолчал, затем
его голос вновь принял обычный холодный тон: — Наверное, ты не воспринимаешь
ситуацию так серьезно, как остальные, потому что тебя какое-то время не было
в Англии, и ты не читала газет. Как только стало известно, что Харри сбежал,
большинство людей, принимавших участие в деле, немедленно обратились в
полицию с просьбой о защите. Каждый боялся, что он сможет стать следующим.
Полиция оказалась не в состоянии обеспечить каждому отдельную охрану,
поэтому нас и решили всех перевезти сюда. Они проделали это с массой
предосторожностей, опасаясь, что Харри может выследить убежище. — Он
остановился, подбирая слова. — Нас привозили небольшими группами по
несколько человек, и люди испытывали огромное облегчение, оказавшись здесь,
в безопасности. Наконец мы все оказались в сборе — все, кроме тебя. Полиция
говорила, что ты уехала из страны, но мы не были уверены в этом, полагая,
что нас просто успокаивают, а на самом деле Харри добрался и до тебя.
— Ты тоже интересовался мной?
— Все спрашивали, — уклончиво ответил
Дара с некоторым интересом посмотрела ему в глаза.
— Ты и в самом деле за меня волновался?
— Мы все здесь тесно связаны друг с другом, у нас общая судьба. Поэтому
я и хочу знать причину твоего отъезда.
Итак, он незаметно вернул ее в начало разговора, избежав неприятной для себя темы. Дара усмехнулась.
— Значит, ты пришел узнать о моих планах только как представитель
общественности?
Он проигнорировал ее вопрос.
— Итак, почему.
— Уверяю тебя, Григ, что Харри меня не найдет и я не подвергну никого
из вас опасности.
— Звучит неубедительно.
— Это все, что я могу тебе сказать.
— Я могу спросить о причине твоего отъезда капитана Джонсона.
— А ты разве еще не спрашивал?
— Нет еще, потому что... — Он пристально поглядел на нее. —
Это из-за твоего жениха? Ты обещала уехать к нему или что-то в этом роде?
Она уже давно забыла о своем придуманном возлюбленном, но Григ, похоже,
хорошо помнил об этом.
— Кто тебе рассказал о моем женихе? Он неопределенно пожал плечами.
— Слухом земля полнится. Ну, так как?
— А если да, то что? — поддразнила она.
— Ты подвергаешь себя и других опасности. — В глазах Грига
появилось презрение. — Видимо, твоего жениха не слишком заботит твоя
жизнь, если он позволяет тебе так поступать, — убежденно произнес
он. — Если бы он любил тебя, то не смог допустить далее мысли об этом.
Дара вглядывалась в его лицо, понимая, что Григ сказал больше, чем хотел.
— Ты ошибаешься, причина в другом.
— Так ты едешь не к жениху?
— Нет.
— К родителям?
— Нет. Я им не нужна.
— Тогда ты уезжаешь из-за работы, другой причины я не вижу.
Дара встала с кресла, в котором сидела, подошла к двери и взялась за ручку.
Внезапно Григ, разозлившись, загородил ей дверь.
— Черт возьми, дорогая, мне надоело играть в угадайку!
— Тогда оставь меня в покое. Я ничего не собираюсь рассказывать тебе,
вот мой окончательный ответ.
Он и не думал отходить от двери.
— Слушай, я догадался, почему ты решила уехать отсюда. Из-за меня, ведь
так? — Она отвела глаза, но недостаточно быстро, и в ее взгляде он
неожиданно для себя прочитал, что был прав. — Но... — замялся, было,
Григ, начиная что-то понимать, — но...
Дара толкнула его изо всех сил, так что он был вынужден отступить,
распахнула дверь и выбежала из комнаты.
6
Оказавшись в столовой, девушка перевела дух, затерявшись среди людей,
толпившихся у буфета. Никто не обратил на нее внимания, и она, сделав заказ,
села за столик к Джонатану, который приветливо улыбнулся ей.
— Ты уже просмотрела свою почту?
— Да. Родители прислали подарки.
— Готов поспорить, что мать прислала тебе что-то из одежды, а отец —
книгу.
Дара рассмеялась:
— Похоже, у тебя богатый личный опыт в этом плане.
— Точно. Так я прав?
— Почти. Но я думаю, что они сговорились, поскольку мать прислала
фартук, а отец сборник кулинарных рецептов.
— Разве ты не умеешь готовить?
— Не думай обо мне так плохо. Просто родители считают, что мне давно
пора выходить замуж.
— Понятно. Раз уж общеизвестно, что самый верный путь к сердцу мужчины
— через желудок, то они хотят, чтобы ты была во всеоружии, — усмехнулся
Джонатан. — Твои родители молодцы — заботятся о самом главном.
Дара надула губки.
— Пожалуй, их заботы чрезмерны.
— А ты сама как думаешь — не пора ли тебе и в самом деле устраивать
личную жизнь?
Она деловито налила в свой стакан минеральной воды.
— Как прошла твоя репетиция? — Ох!
Дара недоуменно подняла брови.
— Что-то не так?
— Мне показалось, что я врезался в шлагбаум с надписью "Проезд
воспрещен".
Улыбнувшись, Дара поднесла стакан ко рту-
— Скажи, время обустройства личной жизни зависит от возраста или
обстоятельств?
— Наверное, трудновато вести семейную жизнь с человеком, которого не
любишь всей душой. Но большинство мужчин, когда достигают определенного
возраста, чувствуют, что достаточно пожили для себя и стараются найти кого-
нибудь, чтобы создать семью и домашний очаг. — Джонатан покосился на
нее. Кажется, это очень скучно?
Разговор принимал странный оборот, поэтому Дара поспешно отодвинула тарелку
и попыталась переменить тему:
— Не скучно, а самонадеянно.
— Как это?
— Конечно, в определенный момент жизни мужчина может просто взять и
найти кого-нибудь на роль своей жены, но душа-то его будет пуста. Вот скажи,
в твоей жизни встречались женщины, которым ты по-настоящему нравился? Или,
может, они просто хотели "устроить личную жизнь"? Наверное, ты говорил:
"Простите, но я еще не готов"?
— Примерно так, — согласился Джонатан. Но это было давно, когда я
еще учился. Мне казалось, что женщине надо уделять слишком много времени.
Пришлось бы разрываться между работой и семьей, и в результате я потерпел бы
неудачу и в том, и в другом. Так что я решил сначала сделать карьеру. Что ты
на это скажешь?
Дара, все это время воинственно смотревшая на него, внезапно остыла. Да, она
могла понять Джонатана. И даже слишком хорошо. Вздрогнув, она постаралась
отогнать подальше мысль об этом, страшась заглянуть внутрь себя. Оказалось,
что слова Джонатана так же применимы к ее собственной жизни, а это было уже
слишком.
Ее приятель обиженно нахмурился.
— Я так понимаю, что тебе не хочется отвечать на мои вопросы? Сплошные
тайны, а, Дара?
— Увы, да, — с деланной веселостью согласилась она. — А ты
так и не рассказал мне про репетицию.
В этот раз он согласился переменить тему, и разговор принял значительно
менее напряженный характер. После обеда они пошли играть в бридж. Игра
потребовала такой сосредоточенности, что Дара устала. Играли совсем неплохо,
и Джонатан остался очень доволен.
Проведя несколько часов за игорным столом, Дара не встретила ни Грига, ни
Соню. Однако оба они оказались в баре, когда она спустилась вниз,
переодевшись к ужину.
Дара надела черный с золотом костюм — строгий, элегантный. На Соне было какое-
то серебристое платье, настолько узкое, что под ним наверняка не было
нижнего белья.
Девушка была в центре внимания. Каждый человек, входивший в бар, считал
своим долгом подойти к ней и выразить соболезнования по поводу взрыва.
Однако Григ сидел в противоположном конце бара, обсуждая футбольный матч с
каким-то мужчиной. Когда он заметил вошедшую Дару, то прервал разговор и
направился к ней.
— Хочешь что-нибудь выпить?
Она испытующе посмотрела на него, но ничего не смогла прочесть в его глазах.
Кивнув, она согласилась:
— Спасибо. Джин с тоником, если можно. Он жестом предложил ей сесть на
табурет, который занимал раньше. Поколебавшись, она решилась принять
приглашение. Сосед Грига подвинулся, погрузившись в чтение спортивной
газеты.
— Вот уж не знала, что ты футбольный болельщик, — заметила она, когда он принес ей бокал.
Григ пожал плечами.
— Что в этом плохого? — Он облокотился о стойку и отпил из своего
бокала. — А ты, кажется, пристрастилась к картам?
— Заметил? Прекрасное времяпрепровождение.
Глаза Дары на мгновение встретились с глазами Сони. Дара сочувственно
улыбнулась ей, но та в ответ лишь злобно сверкнула глазами. Что ж,
неудивительно. На ее месте и она бы разозлилась, увидев своего поклонника,
угощающего бывшую любовницу коктейлем у нее на глазах.
— Мне бы хотелось поговорить с тобой попозже, — предложил Григ,
но, увидев тревогу в глазах Дары, поспешно добавил: — Ничего особенного, я
отвлеку тебя на полчаса — не больше. Ты согласна?
— Поговорить с тобой? — Она поставила бокал на стойку. —
Может быть. Но позже.
— Ведь нам есть о чем поговорить, не так ли? — Дара вздохнула.
— А почему ты не с крошкой Соней?
— А почему я должен быть с ней?
— Вы разве не вместе?
— Нет, — ответил он так решительно, что удивил ее.
В этот момент она увидела Джонатана, входившего в бар с несколькими
приятелями.
— Попробуй повторить эти слова своей подружке, — с иронией
посоветовала Дара, встала с табурета и направилась к своему другу.
Ощущение несвободы исподволь действовало на нервы, поэтому праздник ожидался
с громадным нетерпением. Все принялись заказывать себе море вина, пива и
более крепких напитков, каждый старался погрузиться в безудержное веселье.
Люди танцевали, с восторгом играли в "ручеек" и другие детские игры и пили
слишком много, изо всех сил стараясь забыть о причине своего пребывания в
замке.
Концерт, к которому так долго готовились, начался уже после полуночи.
Джонатан играл на гитаре.
Дара прислонилась к стене, обводя взглядом веселившуюся толпу. В этот вечер
она так и не поговорила с Григом, хотя он часто попадался ей на глаза. А
однажды они случайно оказались соседями в хороводе. Но их руки соприкасались
так же мимолетно, как и взгляды, и почти тут же кто-то их разъединял.
Дара танцевала с капитаном Джонсоном, а Григ с миссис Уильяме. Среди его
партнерш Сони ни разу не было. Так что слова Грига вполне могли оказаться
правдой. Но ведь она собственными глазами видела, как он заходил в комнату
Сони, и вряд ли их довольно тесные отношения могли бы так быстро
прекратиться. И потом ведь именно Григ подхватил ее, когда та упала в
обморок сегодня утром. Боже мой, неужели это было только сегодня?..
Дара была уверена, что Григ не может так быстро бросить девушку, с которой
еще вчера... Так, может, инициатива принадлежит Соне? Вдруг ее привлек какой-
то другой мужчина? Да нет, она же сама видела ее яростный ревнивый взгляд.
Значит, между ними что-то произошло. Дара задумчиво перебирала в голове
возможные варианты, но ни один не был достаточно убедительным. А собственно,
какая разница? — одернула она себя. Разве это может повлиять на
отношение Грига ко мне? Правда, он дал понять, что я ему небезразлична, но
только и всего. Григ никогда не простит ее и не усомнится в том, что она
якобы совершила. Если ему рассказать правду, он просто ей не поверит,
наоборот, станет думать о ней еще хуже, считая обманщицей. А потом, что ни
говори, именно она, так или иначе, виновата в потере ребенка. И никуда от
этого не деться.
Люди все еще увлеченно распевали песню кто во что горазд, но Даре все это
надоело, и она решила уйти. Вдруг чья-то рука опустилась на ее плечо.
Обернувшись, она увидела Грига.
— Побеседуем?
— Сейчас? — недоброжелательно возразила она. — А не будет ли
удобнее завтра?
— Нет, уж лучше прямо теперь. Поколебавшись, она сдалась.
— Ну ладно...
Чувствуя потребность занять чем-нибудь руки, Дара машинально прихватила свой
бокал и направилась за Григом. Они вышли из зала и направились по ковровой
дорожке в кинозал, который был в это время совершенно пуст.
Дара села в кресло и вопросительно посмотрела на своего спутника.
— Итак, что ты хотел мне сказать?
— Сегодня утром я был прав, не так ли? Ты жаждешь вырваться отсюда
только ради того, чтобы отделаться от меня. — Это был не вопрос, а
утверждение, поэтому Даре ничего не оставалось, как неохотно кивнуть. —
Я знаю, что сделал твое пребывание здесь не особенно легким, но не мог и
предположить, что...
— Все было предопределено еще до моего приезда сюда, — перебила
Дара, отворачиваясь. — Когда за мной приехала полиция, я сперва
отказывалась ехать. Я пыталась уговорить их отвезти меня в какое-нибудь
другое место. Но надвигались праздники, и они уже не могли ничего изменить.
Григ помолчал, потом сел рядом с Дарой и тихо спросил:
— Неужели я вызываю в тебе такое отвращение?
Дара резко повернулась к нему.
— А чего ты, собственно, ожидал? Если помнишь, мы расстались не самыми
лучшими друзьями. Ты вышвырнул меня на улицу! Говорил, что так презираешь
меня, что не можешь терпеть рядом с собой! Смотрел на меня как на мерзкое
насекомое! И ты еще смеешь удивляться, что сейчас я не горю желанием
находиться в твоем обществе? — Ее голос задрожал, и она поспешно
поднесла свой бокал ко рту.
— Мне и самому не больно-то хотелось отправляться сюда, — уныло
протянул Григ. — Меня тоже мучило сознание того, что здесь я должен
встретить тебя... — Она дернулась, как ужаленная, и на короткое
мгновение их глаза встретились. Дара побелела как полотно, почувствовав, что
сейчас ей станет дурно. Словно издалека до нее доносились слова Грига: — Я
не мог поверить, что ты решилась на аборт, не обсудив этот вопрос со мной.
Пойми, я был в бешенстве! Мне показалось, что ты плюнула мне в душу. Но
только после нашей разлуки я понял, что такое настоящая боль.
— Выскажись яснее, — через силу попросила Дара. — Ты хочешь
сказать, что страдал, когда мы расстались?
— Да, страдал, я мучился из-за того, что понял, насколько глубоко
заблуждался на твой счет. Мои надежды, помыслы, чувства — все было напрасно.
Ты оказалась не такой, как я себе представлял. — Он отвернулся. Его
пальцы судорожно сжали спинку стула. Дара машинально вертела в руках свой
бокал, не говоря ни слова. Каким-то шестым чувством она угадывала, что Григ
произнесет сейчас очень важные для нее слова. Он горько усмехнулся. —
Сначала я полагал, что значу для тебя хоть немного больше, чем твоя
замечательная работа. — Дара хотела, было ответить, но удержалась, и
через мгновение поняла, что правильно сделала, так как он запальчиво
произнес: — Только не говори мне, что это неправда! Поверь, теперь я понимаю
все достаточно хорошо. Если бы ты любила меня, то не с какой-то там Лорен
советовалась по поводу своей беременности, а со мной. Если бы ты любила
меня, то наш ребенок был бы для тебя желанным. Мы не поженились, и это
оказалось ошибкой, но ведь ребенок не был виноват в этом. Разве для тебя он
ничего не значил? — Он замолчал, словно ему трудно было говорить. Через
секунду, показавшуюся вечностью, Григ сам ответил на свой же вопрос: —
Конечно, ничего не значил. Бессчетное количество раз я спрашивал себя, и
каждый раз выходило одно и то же. Ты решила уничтожить зародившуюся жизнь,
потому что ребенок помешал бы тебе сделать карьеру.
— Неправда! — вырвалось у Дары, хотя понимала, что не сможет его
переубедить.
Григ посмотрел на нее с таким видом, словно собирался разразиться
ругательствами, но он сдержался.
— А что тогда, правда?
Луч надежды
...Закладка в соц.сетях
