Жанр: Любовные романы
Тени
...желанием успокоить
тетю и необходимостью самой увидеть, что же было в ее комнате. Но было
очевидно, чтобы иметь возможность помочь Мэгги, я должна выяснить, с чем же
мне предстоит иметь дело!
— Подождите меня здесь.
Плотно закрыв за собой дверь, я быстро пошла по коридору.
Комната оказалась в полном порядке. Не было ни призрачных теней, затаившихся
по углам, ни прозрачных фантомов, витающих в воздухе. Неожиданно мой взгляд
упал на зеркало над туалетным столиком.
Мари должна уехать, иначе всем будет плохо
, — детским почерком было
выведено на нем чем-то красным. Должна признаться, меня прошиб холодный пот.
Все дурные предчувствия материализовались в кровавую надпись.
Я с трудом, заставила себя сделать несколько шагов и подойти к зеркалу.
Затем попыталась пальцем стереть буквы. Надпись была сделана губной помадой.
— Не очень-то солидно для привидения, — сказала я себе. Было
понятно, рука какого призрака писала эти строки.
Элиза приходила в спальню Мэгги за таблетками. Ей потребовалось не более
минуты, чтобы взять их и оставить на зеркале надпись, которую и увидела
тетя, вернувшись в свою комнату. Бедняжка Мэгги, с ее расстроенной нервной
системой, к этому времени уже настолько уверовала в контакты с потусторонним
миром, что легко поддалась даже на такую простейшую уловку. Но меня, однако,
так просто не проведешь. Я внимательно изучила лежавшие на столике
косметические наборы и нашла именно ту помаду, которой была сделана надпись.
Затем вышла в коридор и направилась в свою комнату.
Мэгги смотрела на меня с нетерпением.
— Теперь ты видела, что меня напугало. Неизвестно, что он может сделать
тебе или всем нам. Ведь Бадди навсегда остался лишь ребенком, понимаешь?
— Мне кажется, вам лучше вернуться в свою комнату, — спокойно
сказала я.
Мэгги с любопытством посмотрела на меня.
— Вам надо увидеть там кое-что своими глазами, — пришлось добавить
мне.
Мы вместе вышли в коридор. Там я вспомнила:
— Думаю, Элизу тоже нужно пригласить с собой.
Теряясь в догадках, Мэгги постучала в комнату дочери и, когда та появилась,
попросила ее пройти вместе с нами в спальню.
— Еще что-то случилось? — поинтересовалась Элиза.
— Да. И для меня, например, это очень важно, — ответила я. Открыв
дверь в комнату Мэгги, я отступила в сторону, пропуская их вперед.
Войдя, они разом вскрикнули и уставились на зеркало. Я тоже посмотрела туда.
На зеркале была кровавая надпись:
Мама я не писал этого. Кто-то хочет тебя
обмануть
.
Глава двенадцатая
— Элиза, посмотри! — воскликнула Мэгги, подбегая к зеркалу, чтобы
поближе рассмотреть послание. — Я знала это! Я была уверена, что Бадди
не может так ненавидеть!
Я поймала злобный взгляд, брошенный на меня Элизой. Не было сомнений, что
она поняла, кто автор второго послания. Так же, как и я знала, кто написал
первое. Я объявила войну и перешла в наступление. У меня был жестокий враг,
и схватка была неравной, поскольку мне были неизвестны цели кузины.
— Элиза, разве это не чудо! — воскликнула Мэгги, возвращаясь к
нам. — О, Мари, теперь тебе не нужно уезжать! Бадди хочет, чтобы ты
осталась! И подумать только! — Она повернулась к Элизе — Подумать
только, что все это время мы позволяли морочить себе голову какому-то
негодяю, выдающему себя за Бадди!
— Не знаю, не знаю, — холодно сказала Элиза. Она подошла к зеркалу
и уставилась на него так, будто хотела взглядом уничтожить надпись.
— Это лишь доказывает существование кого-то постороннего. Но мы не
можем знать, что писал он, а что — Бадди.
Радостная улыбка Мэгги пропала так же быстро, как и появилась.
— Ты думаешь, что от настоящего Бадди было первое послание? —
спросила она Элизу.
— Не понимаю, как это может быть, — перебила я кузину. —
Зачем было постороннему оставлять второе послание? В нем есть смысл, только
если оно исходит от Бадди. Кому еще это нужно?
— Интересный вопрос, — спокойно сказала Элиза. Но ее глаза
говорили, что она готова разорвать меня. Однако, когда кузина повернулась к
Мэгги, взгляд снова стал мягким и сочувствующим.
— Есть только один способ разгадать эту тайну, — сказала она.
— Какой же? — спросила я, встревожившись: мне показалось, что
Элиза держится чересчур уверенно.
— Мадам Дивайна? — осторожно предположила Мэгги.
Элиза кивнула.
— Кто это? — поинтересовалась я, уже зная, какой будет ответ.
— Медиум, — сказала Элиза.
В отчаянии я почувствовала, что победа уходит от меня, как песок сквозь
пальцы, и воскликнула:
— Мэгги, неужели вам надо обязательно прибегать к помощи какой-то
фокусницы. Вы получили ясное послание от Бадди. Разве этого недостаточно?
— Если только оно было от Бадди, — улыбнулась Элиза, понимая, что
берет верх в этой партии. А мадам Дивайна вовсе не фокусница. Она прекрасный
медиум и может творить чудеса.
— Да, это правда, — согласилась Мэгги. — Мы уже не раз
обращались к ней, если нам нужно было вызвать Бадди, не ожидая, когда ему
вздумается явиться. Мадам Дивайна почти мгновенно устанавливает контакт с
тем миром, особенно с Бадди. Фактически обратиться к ней посоветовал именно
он в одном из своих посланий.
— Написанном на зеркале? — не удержавшись, спросила я.
— Нет, он явился ко мне во сне, — ответила Мэгги. — Элиза, я
думаю, мадам Дивайна поможет нам разобраться во всем.
Договорись о сеансе на завтра. Но при условии, что он должен проходить
здесь.
— Мадам обычно очень занята, — сказала Элиза, прищелкнув
языком. — Возможно, она не сможет завтра выкроить время для нас.
— Ерунда, — махнула рукой Мэгги. — Мы оплатим все расходы.
Скажи ей, что это дело чрезвычайной важности. И расскажи об этом. — Она
указала на зеркало.
— Да, ее заинтересует такой поворот событий, — согласилась Элиза.
— Безусловно, — только и оставалось с ехидной улыбкой промурлыкать
мне. На этот раз победа была за кузиной, и мы обе это понимали.
Но я сделала последнюю попытку.
— Тетя, мне это не нравится. Вы считаете, что это будет разумным?
— Да конечно, — ответила Мэгги. Это единственный выход. Теперь
возвращайся в свою комнату и спокойно отдыхай. Завтра многое выяснится. И
если все это было делом рук какого-то баламута, тебе можно не уезжать. Бадди
подскажет нам, что делать.
Мне оставалось лишь послушаться Мэгги и вернуться в свою комнату.
Утром, когда я проснулась, меня охватило тягостное предчувствие. Я была
уверена не только в том, что мадам Дивайна чистейшей воды шарлатанка, но и в
том, что она в точности выполнит все, что прикажет ей Элиза.
Завтракать я не стала, лишь выпила чашку кофе и поспешила в город, чтобы
позвонить Кену вдали от глаз кузины. Я не могла избавиться от гнетущего
чувства, что нахожусь под неусыпным наблюдением Элизы. От меня не
ускользнуло удовлетворение, с которым она объявила, входя в столовую, где мы
с Мэгги пили кофе:
— Я договорилась. Мадам Дивайна будет здесь в девять вечера. Мы должны
все приготовить, как обычно.
— Тебе это покажется чрезвычайно захватывающим, — сказала мне
Мэгги.
— Если только решишься присутствовать на сеансе, — добавила Элиза
с легкой улыбкой. — Некоторых людей пугают такие вещи.
— Ни за что на свете не упущу такую возможность! — заверила я ее.
Кена не было в оффисе, когда я позвонила ему из кафе.
— Куда он сможет перезвонить, когда вернется? — поинтересовалась
секретарша.
— Нет, я сама еще позвоню ему, — только и оставалось ответить
мне.
Застать Кена в оффисе удалось только с третьего раза.
— У меня сегодня назначено столько встреч, что нет никакого
просвета, — ответил он на мою просьбу о встрече.
— Это очень важно! — настаивала я. — Это касается
событий в доме.
Секунду Кен колебался, затем сказал:
— Приходи ко мне в оффис. Я найду время.
В своем тихом, аккуратном кабинете он терпеливо выслушал мой сбивчивый
рассказ о событиях предыдущей ночи. Кен не прерывал меня, но брови его
взметнулись, когда я дошла до надписи на зеркале. Узнав о моем ответе на эту
выходку, он по-мальчишески рассмеялся.
— Итак, сегодня вечером у вас охота за привидениями, — подытожил
он мой отчет. Затем нахмурился и покачал головой:
— Мне это очень не нравится. Похоже, они затевают какую-то гнусность,
ведь теперь им известно, что ты готова сражаться. Все эти предупреждения,
конечно, не имеют никакого отношения к потустороннему миру, но от этого они
не становятся менее зловещими.
— Что же можно сделать? Есть ли возможность как-нибудь избежать сеанса? — спросила я.
— Вряд ли. По крайней мере, я не знаю, как это сделать, — ответил
Кен.
— Но если мне не пойти на этот сеанс, у Элизы будут развязаны
руки, — сказала я.
— Может, мне прийти? — предложил Кен.
— Я сама думала об этом, но пришла к выводу, что не стоит и мечтать.
Они сразу же поймут, почему ты пришел, — вздохнула я,
вставая. — Нет, единственное, что мне остается, — самой
присутствовать на сеансе и попытаться раскрыть их трюки.
— Если эта мадам Дивайна действительно имеет опыт в таких делах ты вряд
ли сможешь ее уличить. Такие люди очень хитры и осторожны, — заметил
Кен.
— У меня есть только одно преимущество. Они привыкли дурачить Мэгги,
которая сама хотела быть одураченной. Возможно, это притупило их
осторожность.
Однако эта мысль не очень поддерживала меня. День тянулся удивительно
медленно. Я не спустилась к обеду, сославшись на головную боль. И весь вечер
провел, не выходя из своей комнаты.
Снова у Элизы было преимущество: она знала, что нас ожидает вечером. Я же
могла только гадать, и с каждой догадкой все больше и больше волноваться.
Наконец час настал. Мэгги постучала в мою дверь.
— Мадам Дивайна здесь. Мы начнем, как только ты присоединишься к
нам, — сказала она.
— Уже иду, — ответила я, посмотрев на себя в зеркало.
Я выглядела испуганной. Мне это не понравилось. И я вышла из комнаты, лишь
основательно отрепетировав улыбку.
Мадам Дивайна казалась карикатурой на всех медиумов, о которых я когда-либо
читала или видела на экране. Она была высокой и очень худой, с туго
оттянутыми назад блестящими волосами, открывающими истощенное лицо. Когда я
вошла в гостиную, мадам Дивайна подняла на меня внимательные, тревожные
глаза:
— Добрый вечер, — сказала я, когда Мэгги представила нас друг
другу.
— Ты веришь? — холодно спросила мадам, не замечая моей протянутой
руки.
Я пожала плечами.
— Не знаю. Никогда не попадала на подобные сеансы. Но у меня нет
никаких оснований не верить, если вас это интересует.
Я разгадала попытку выпроводить меня и ни в коем случае не собиралась никуда
уходить. Мадам Дивайна с явной неохотой уступила.
— Духи сами разберутся, — пробормотала она, поворачиваясь ко мне
спиной.
Вся мебель была отодвинута к стенам, чтобы освободить центр комнаты. Туда
поставили большой круглый стол и четыре стула. Посередине стола стоял
канделябр с четырьмя свечами. Свечи горели и в канделябрах на стенах.
Наверное, ничто так не отпугивает духов, как электрический свет.
— Мисс Райт не захотела присоединиться к нам. Поэтому нас будет четверо, — сказала Мэгги.
Я улыбнулась, представив дряхлую мисс Райт, сражающуюся с привидениями,
настоящими или фальшивыми. Но затем опомнилась: сегодняшний вечер не сулил
ничего смешного.
Мы расселись за столом, следуя указаниям мадам Дивайны.
— Вы должны взять друг друга за руки, — сказала она, беря одной
рукой руку Мэгги, другой — Элизы. Я сидела напротив нее, тоже между Элизой и
Мэгги.
— Что бы ни произошло, не разрывайте круг. Это важно для нашей
безопасности. Повторяю, не разрывайте круг. И не произносите ни слова, пока
не разрешу.
Мерцающие свечи наполнили огромную комнату слабым, призрачным светом.
Казалось, дрожащие тени вот-вот оживут. Мне почудилось, что призраки уже
выжидающе затаились в углах.
Остановись
, — мысленно приказала я себе. Если дать волю своей
фантазии, то можно легко попасться на уловки, приготовленные мадам Дивайной.
— Тишина! — резко сказала мадам, хотя и так все молчали.
— Освободите свой разум. Избавьте его от мыслей и тревог. Обретите
душевный покой. Мы сливаемся с Великим Космосом. Мы освобождаемся от мирской
суеты и обретаем единение с тем, что было, есть и будет. Осознайте это!
Пусть вечность войдет в ваши души. Впустите ее в свое сердце. Растворитесь в
Вечности!
Голос мадам Дивайны завораживал. Слова звучали отрывисто и твердо. Несмотря
на то, что собиралась оставаться настороже, я почувствовала, что
расслабляюсь и впадаю в приятную истому. Сознание мое замутилось. Меня
охватило чувство покоя и наслаждения. Внезапно я подняла голову. Размеренный
голос снова и снова повторял указания расслабиться, обрести покой, впустить
его в душу. Я чуть было не впала в гипнотический транс.
Восстановив контроль над собой, я украдкой посмотрела по сторонам. Мэгги,
казалось, была уже в глубоком трансе. Об остальных ничего нельзя было
сказать. Пальцы Элизы крепко сжимали мою руку. Рука Мэгги была более мягкой.
— ... от всего, что вас тревожит, — продолжала мадам
Дивайна, — полностью расслабьтесь. Вы один на один с Вечностью.
Погружаетесь в царство духов. Глубже, глубже, глубже...
Опять я почувствовала, что засыпаю, и, чтобы встряхнуться, широко раскрыла
глаза. Поначалу я не уловила никаких изменений в комнате. Затем поняла, что
все свечи, кроме одной, погасли. Ее отблески едва пробивались к нам из
дальнего угла. Мы сидели почти в полной темноте. Кто погасил свечи? Ветер,
чьё-то дыхание, чья-то рука? Я не знала. Темнота делала обстановку еще более
пугающей.
— ... мы взываем к вам, о Духи! Придите! — повелительно звучал
низкий, твердый голос, и было трудно не подчиниться ему.
— Мы взываем к вам, Духи из Мира Теней! Мы просим вас показаться, если
вы здесь! Явитесь перед нами! Мы требуем этого! Явитесь перед нами! Говорите
с нами! Подайте знак!
Казалось, стены и потолок сейчас сомкнутся, чтобы меня раздавить. В густом
воздухе стоял запах ладана, хотя, кажется, никто его не зажигал. Очень
хотелось, чтобы происходящее оказалось всего лишь дурным сном. Хотелось
вскочить и разорвать круг, но я сдерживала себя. Надо было пройти через это
ради Мэгги. Мне надо было узнать, как ее одурманивают. К тому же, у меня был
собственный план, и я собиралась воспользоваться им при первой возможности.
— Да, да, мы чувствуем Твое присутствие! — воскликнула мадам
Дивайна. — Ты здесь, ты рядом, мы чувствуем это! Почему же ты не хочешь
отвечать нам?! Мы ждем твоего ответа. Подай нам знак: один стук — да, два
стука — нет. Ты понял: один стук — да, два — нет. — Она замолчала,
затем спросила: — Ответь нам, если ты здесь.
Наступила долгая, напряженная тишина. Затем раздался резкий стук. Один раз —
да! Створки окна задрожали от поднявшегося на улице ветра. Портьера
развевалась. Интересно, зачем оставили открытым окно?
Мое внимание было полностью приковано к диалогу, завязавшемуся за столом.
Возникало чувство, будто в комнате действительно присутствует кто-то еще,
посторонний. Теперь я видела, как искусно они завлекали Мэгги в свои сети.
Мадам Дивайна оказалась профессионалом высокого класса. Интересно, кто
стучит? Может, они с Элизой разорвали круг? В темноте я не могла это
определить.
— Мы вызвали тебя по неотложному делу, — продолжала мадам
Дивайна. — На вопрос, который нас волнует, только ты можешь дать ответ.
В этом доме есть гостья. Ты знаешь, о ком я говорю?
Опять раздался один стук.
— Она Получила предупреждение, что должна покинуть дом. Что ей грозит
опасность. Это действительно так?
Еще один стук.
— Она должна уехать?
Еще один стук. Но я уже знала, что делать, и была наготове. Носки моих
туфель были подбиты металлическими пластинами. Я сидела, заложив нога за
ногу, и могла ударить носком туфли снизу по крышке стола. Я ударила дважды,
что означало
нет!
, и с облегчением услышала, что раздавшийся стук ничем не
отличается от предыдущих.
Наступила долгая пауза. Элиза шумно вздохнула, сжав мою руку еще крепче, и
бросила быстрый взгляд; чтобы убедиться, что Мэгги не отпустила мою вторую
руку.
Мадам Дивайна пришла в замешательство.
— Было два разных ответа, — сдавленным шепотом произнесла Мэгги.
— Тихо, — оборвала ее мадам Дивайна. — О Дух! Скажи нам,
присутствует ли здесь еще чей-то призрак?
Два быстрых стука — отрицательный ответ. Я выждала мгновение и стукнула один
раз.
И снова наступила тишина. Мы оказались в тупике. Я собиралась продолжать
противоречить каждому ответу до конца сеанса. Очевидно, они не подготовили
визуальных трюков, иначе уже прибегли бы к ним. По взволнованному взгляду
Мэгги было видно, что удалось убедить ее в присутствии нескольких духов. Что
касается Элизы и мадам Дивайны, я не собиралась их ни в чем убеждать.
Однако Элиза оказалась находчивей, чем можно было ожидать. Тишину нарушил ее
стон. Сначала я подумала, что она хочет выдать его за голос призрака. Но это
была бы слишком откровенная фальшивка даже для Мэгги. Мне было неизвестно,
что иногда сеансы предполагали временное вселение духа в одного из
присутствующих.
— Она входит в транс! — объявила мадам Дивайна с нескрываемым
восторгом в голосе. — Тише, пожалуйста, мы не должны ей мешать!
— О-о-о! — стонала Элиза, качая головой из стороны в сторону.
— Говори! — приказала мадам Дивайна.
— Мама, — голос был низкий, гораздо грубее обычного голоса кузины.
Должна признать, что у нее это отлично получалось — вещать глухим загробным
тоном. — Мама...
— Да, да. Я здесь, — воскликнула Мэгги, подаваясь вперед. —
Это ты, Бадди? Это действительно ты, а не кто-то другой?
— Да, это я, мама, — простонала Элиза. — Я пришел, чтобы...
пришел, чтобы...
— Да! — торопила Мэгги. — Говори, я слушаю! Что ты хочешь
сказать нам?
Я знала ответ еще до того, как Элиза произнесла его.
— ... предупредить тебя... предупредить тебя... чтобы Мари уехала. Она
в опасности... Она в опасности... Пусть уезжает...
— Но, Бадди, — пыталась возразить Мэгги. — Позволь мне все
объяснить тебе!
Снова меня охватило гнетущее чувство. Голова кружилась, и я не могла понять,
как им удалось воздействовать на меня. Со мной что-то происходило. Стало
очень трудно дышать.
— ...должна покинуть дом... немедленно... оставаться опасно... —
продолжала Элиза слабеющим голосом.
Внезапно ураганный порыв ветра ворвался в комнату, задул оставшуюся свечу и
разбил окно. Кто-то закричал.
Мэгги
, — подумала я. Мои руки
освободились. Элиза вскочила на ноги. Я тоже поднялась, но в темноте ничего
не могла разглядеть. Что-то ударило меня по лицу. Наверное, портьера,
развевавшаяся от сильного ветра. Мэгги снова закричала, кто-то выругался.
Сердце бешено колотилось в моей груди, и я сама чуть не закричала.
Всего несколько секунд понадобилось Элизе, чтобы найти выключатель и вернуть
нас в реальный мир электрического света. Я вдруг подумала, что для человека,
только что находившегося в глубоком трансе, она действовала чересчур
уверенно и решительно. Но было видно, что Элиза тоже встревожена, так же как
и мадам Дивайна. Я подошла к тете и обняла ее: она сильно дрожала.
Ветка, отломившись от дерева, упала на террасу и разбила окно. Теперь она
лежала наполовину в комнате, наполовину на террасе. По лицам Элизы и мадам
Дивайны я поняла, что это не было предусмотрено сценарием. Казалось,
вмешалось само Провидение, подарив мне проблеск надежды на удачу.
Мэгги первая пришла в себя и, оценив ситуацию, позвала мисс Райт.
— У нас тут произошла неприятность, — сказала она, когда в дверях
появилось бледное, испуганное существо. — Уберите и скажите Дэйвису,
чтобы сделал что-нибудь с окном.
Мы перешли в библиотеку. Элиза и мадам Дивайна все ещё были в растерянности.
Однако кузина была не из тех, кто быстро опускает руки.
— Во всяком случае, — спокойно сказала она, — есть ответ на
наши вопросы. Тебе грозит опасность, — обратилась Элиза ко мне. —
И вполне понятно, что тебе надо уезжать, чем скорее, тем лучше.
— Странно, что ты так хорошо все помнишь. Ведь ты была в трансе, —
ответила я, одновременно пытаясь придумать, что можно противопоставить ее
словам.
Но, к моему удивлению, это сделала Мэгги.
— Я не совсем уверена, что именно Бадди хотел, чтобы Мари
уехала, — задумчиво сказала она, разливая коньяк в наши рюмки.
— Дух говорил через Элизу! Мы все это слышали! Мы знаем, что она была в
трансе! Духи не могут лгать! Голос сказал, что гостья должна уехать, —
поддержала Элизу мадам Дивайна.
— Да, — согласилась Мэгги, вручая нам рюмки. — Но чей дух это
был? Вот главный вопрос, не так ли?
— Конечно же, Бадди. Дух сам сказал это, — сказала Элиза,
недовольная поворотом событий. Мне показалось, что она не привыкла, чтобы
Мэгги ставила под сомнение результаты сеансов.
— Правильно, дух это сказал, — сказала Мэгги. — Но
действительно ли это Бадди? Может, это все-таки был кто-то другой? Тот, кто
все последнее время здесь присутствует. Должна заметить, мы так и не знаем
наверняка, кто же из них говорил.
— Мэгги права! — вмешалась я. — На зеркале тоже было два
послания. И разные ответы на вопросы, которые задавала мадам Дивайна. Мы все
еще не смогли разобраться, где же дух Бадди, а где посторонний.
— Это так, — недовольно сказала мадам Дивайна. На этот раз победа
была моей, и она это поняла.
— Может быть, — тоже согласилась Элиза. Однако через мгновение
добавила — Но если должно произойти что-то ужасное, мы узнаем об этом.
Только может быть слишком поздно. Слишком поздно для тебя.
Она обращалась ко мне, и не требовалось особой проницательности, чтобы
уловить в ее словах скрытую угрозу. Мне удалось выиграть этот раунд и нажить
себе смертельных врагов.
Позже, оставшись одна в своей комнате, я обдумала ситуацию, в которой
оказалась. Не оставалось сомнений, что по непонятной причине Элиза была моим
врагом. И врагом Мэгги. Я также понимала, что Дэйвис будет союзником кузины.
В навязанной войне мне приходилось противостоять им двоим. Мэгги, конечно,
не желала мне зла, но она не подозревала о развернувшейся вокруг нее
схватке. Даже если бы мне удалось доказать ей, что она в опасности и
опасность исходит от Элизы, на нее вряд ли можно было положиться как на
союзника. Тетя нуждалась в защите, и защитить ее могла только я. В доме жила
еще мисс Райт, но нельзя было рассчитывать на какую-либо помощь с ее
стороны.
Нет, я должна смотреть правде в глаза. В этом доме можно надеяться только на
собственные силы. Конечно, был еще Кен, на него можно положиться. Но он не
мог находиться здесь постоянно. Было бы хорошо, чтобы в трудную минуту Кен
оказался рядом, но кто мог знать, когда Элиза предпримет следующий шаг. И
какой?
Это выяснилось прежде, чем наступило утро.
Я крепко спала, когда раздался стук в дверь. Он повторился несколько раз
прежде, чем я смогла полностью проснуться. Моя первая мысль была о стуке,
который раздавался во время сеанса. На какое-то время мне показалось, что
это стучит настоящий призрак.
— К
...Закладка в соц.сетях
