Жанр: Любовные романы
Клеопатра из графства Дербишир
... побери, молить о пощаде ему хотелось уже сейчас!
Удивляло только требование включить магнитофон. Эрни не мог взять в толк,
что и зачем он должен слушать. Тем более что музыка уже звучит... Он нажал
на кнопку воспроизведения записи, начал стягивать с себя рубашку и...
застыл, изумленный тем, что услышал.
Тяжелое дыхание, какое-то хлюпание. Что это?! Но в этот миг из магнитофона
полился умоляющий голос Пэтти:
Пожалуйста, Эрни!
Мама родная, она все
записывала на пленку! Стоны Пэтти сплелись с его собственными, и Эрни
задрожал.
Раздеваться стало гораздо труднее — хотя, бог свидетель, давненько он так не
спешил избавиться от одежды, как сейчас! Она запомнила его рассказ о Кэти и
дворецком. И не просто запомнила — словно опытная шпионка, использовала
добытую информацию, чтобы свести его с ума!
Эрни бросил рубашку на стул и присел на корточки, чтобы расшнуровать
ботинки. Господи, что сегодня стряслось со шнурками — какие-то гордиевы
узлы! Надо было надеть туфли, как вчера. Чертыхаясь сквозь зубы, Эрни снял
не расшнуровывая сперва один ботинок, затем другой. На пленке события
развивались своим чередом. Интересно, слушала ли она эту пленку до его
прихода? Наверняка. И, может быть, не один раз.
Избавившись от носков, Эрни наконец-то перешел к джинсам. К этому времени
тело его превратилось в пульсирующий комок желания. Какой восторг! Даже
лучше чем тогда, с Кэти! Нет, гораздо лучше — ведь все это он пережил сам, а
теперь, слушая пленку, словно проделывал заново.
Выбираясь из джинсов, Эрни едва не упал и инстинктивно схватился за край
стола. Рука его оперлась на магнитофон. Эрни тут же выпрямился — но звуки,
доносящиеся из магнитофона, изменились. Страстные стоны сменились каким-то
визгом и бормотанием на высоких нотах — точь-в-точь спаривание обезьян!
Не сразу Эрни сообразил, что нечаянно нажал на кнопку ускоренного
воспроизведения.
Из-за полога послышался стон.
— Черт побери! — пробормотала Пэтти. — Это еще что такое?
И тут Эрни не выдержал — расхохотался.
Жаль, что Пэтти не сняла их постельные забавы на видео. Впрочем, и так
неплохо. Он живо представил, как они с невероятной скоростью скачут вокруг
друг друга, машут руками и визгливо трещат что-то непонятное. Так же
торопливо, как он пытался сейчас раздеться. И как мечтает нырнуть к Пэтти в
постель...
Из-за полога высунулась кудрявая головка Пэтти.
— Извини, — пробормотал Эрни, с трудом подавляя веселье. — Я
не хотел. Пошатнулся, схватился за магнитофон и нечаянно нажал на кнопку.
Но, согласись, забавно получилось!
Пленка закончилась, раздался щелчок, и наступила тишина. Пэтти вздохнула.
— Теперь, когда настроение безнадежно погублено, что будем делать
дальше?
— Я бы не сказал, что оно безнадежно погублено.
Эрни опустил глаза — и увидел, что по-прежнему готов к бою. Поднял взгляд на
Пэтти — и почувствовал, что более чем готов.
— Хочешь, я прокручу пленку заново?
Эрни вздохнул и закрыл глаза, чувствуя, как пробегает по телу горячая дрожь.
Ему хотелось продлить наслаждение: он протянул руки, чтобы привлечь Пэтти к
себе, но она уже выскользнула и соскочила с кровати. Наслаждение похитило
силу Эрни: он не смог ее удержать.
— Отдыхай, — промурлыкала она.
Кажется, он задремал под экзотическую музыку. Едва разгоряченное тело Эрни
ощутило прохладу, губка, смоченная теплой водой, легла ему на грудь.
— Мм, как хорошо, — пробормотал он.
Эта девушка — само совершенство. От начала и до конца.
Пэтти вымыла его и вытерла мягким полотенцем. Эрни полностью расслабился:
Пэтти вновь исчезла, но у него не было сил ни останавливать ее, ни даже
задавать вопросы.
Немного позже она появилась вновь и аккуратно положила что-то ему на грудь.
Запах показался Эрни смутно знакомым. Его одеколон!
— Это твоя одежда, — мягко объяснила Пэтти. — Когда
оденешься, можешь идти.
Он распахнул глаза. Идти?! Какого черта? Кто тут говорит об уходе? Только не
он! Он повернул голову — но Пэтти уже скрылась за пологом.
— Пэтти! — Как ни противно было подниматься и разрушать
очарование, он сел, сбросив с себя одежду. — Пэтти, только не прячься
опять за ширмой, ладно? Давай полежим вместе!
Нет ответа.
Он отдернул полог, собрал в охапку одежду и встал.
— Пэтти, выходи! Это глупо.
Прижимая к груди скомканную рубашку и джинсы, он обошел кровать, чтобы
заглянуть за ширму и уговорить Пэтти оттуда выйти. До сих пор Эрни не
понимал, как это важно — просто лежать рядом, обнявшись. В журналах для
мужчин объясняется, что женщинам это необходимо, — почему же никто ни
словом не обмолвится о том, что иногда без этого не обойтись и мужчинам?
Эрни заглянул за ширму, полагая, что Пэтти там избавляется от своего
гаремного наряда. Но ее не было.
Вот черт!
Что-то странное творилось с Эрни. Физически он был удовлетворен как никогда,
а вот в душе царил сумбур. Он хотел обнять Пэтти — просто обнять и прижать к
себе. Не такое уж большое дело, если не учитывать, что Эрни не привык к
такому проявлению чувств. Обойдя квартиру, он наконец наткнулся на запертую
дверь ванной. Оттуда слышался плеск воды. Он снова позвал Пэтти.
— Я в ванне! — откликнулась она.
В ванне. Интересная мысль... При мысли о нагой Пэтти в ванне уснувшее тело
Эрни вновь начало подавать признаки жизни. Может быть, он не так вымотан,
как думал? Эрни взялся за ручку — и с неудовольствием обнаружил, что дверь
заперта.
Может быть, Пэтти обиделась?
— Ты на меня сердишься? — спросил он.
— Боже, конечно нет! — удивленно ответила она. — Ты чудо!
— Тогда зачем ты заперла дверь?
— Чтобы сохранить тайну. Придет время, ты меня за это поблагодаришь.
Эрни прижался лбом к двери. Больше всего ему сейчас хотелось как следует
долбануть по этой чертовой двери кулаком. Хорошо-хорошо, не будет. Фэй
просила его поддержать самооценку Пэтти — значит, он должен играть по ее
правилам и не рыпаться.
С самооценкой у нее и вправду что-то неладно — иначе откуда эта
зацикленность на
тайнах
? Но об этом он с ней поговорит позже. Прежде чем
заводить такие разговоры, надо разобраться в себе и понять, почему манера
Пэтти прятаться после секса раздражает его. Может быть, она права и со
временем он ее за это поблагодарит?
Однако он не уйдет, пока она в ванной.
— Хорошо, уйду, но ты должна запереть за мной дверь.
— Ты прав. Дай мне пять минут.
Это время Эрни использовал, чтобы одеться. И подумать, стоит ли назначать
свидание на завтра. Не вообразит ли Пэтти, что ему не терпится ее увидеть?
Да, пожалуй. Лучше пусть сама назначит дату. К тому времени, как Эрни
распутал и снова завязал шнурок на правом ботинке, шум воды смолк и Пэтти
объявила через дверь, что готова.
Эрни подхватил куртку и направился к дверям.
— Спокойной ночи! — громко пожелал он.
— И тебе спокойной ночи.
Какой у нее сексуальный голос! Но о следующем свидании она так ничего и не
сказала.
Эрни подождал пару секунд — Пэтти молчала. Наконец он не выдержал:
— Ты свободна завтра вечером?
— К сожалению, нет.
За несколько секунд он пережил адские муки, вообразив, что завтра она
встречается с кем-то еще. Затем Пэтти заговорила снова:
— У нас одна из служащих уходит на пенсию и устраивает прощальный ужин.
Мы все приглашены. Фэй говорит, что это затянется допоздна. — Пэтти
помолчала. — А вот послезавтра вечером я свободна.
Эрни не колебался ни секунды.
— В какое время?
— Тебя устроит в семь?
— Приду.
— Хорошо, — откликнулась она хрипловатым грудным голосом, полным
страсти и обещания.
Звук ее голоса Эрни унес с собой, словно драгоценность. Спускаясь в лифте,
он убеждал себя: голос Пэтти доказывает, что ей было так же хорошо, как и
ему.
И только выходя из подъезда, Эрни сообразил задать себе вопрос: а почему,
собственно, его это так волнует?
Пэтти подождала, пока за Эрни закроется дверь, накинула халат и вышла из
ванной. Он едва успел уйти, а она уже скучала по нему, и вся сила воли
понадобилась ей, чтобы не распахнуть дверь и не позвать его назад. Но этого
лучше было не делать — по многим причинам.
Не стоит привязываться к этому мужчине. Он — ее первый лондонский любовник,
что-то вроде тренировочного снаряда. Не более того. Впереди у нее — целая
жизнь и множество приключений.
Пока что все идет как по маслу. Она дарит мужчине неземное блаженство, а
затем исчезает, оставляя его в растерянности и в нетерпеливом ожидании
продолжения. Не стоит портить сценарий и приносить тайну в жертву какой-то
сентиментальной чепухе. Когда исчезает тайна, освободившееся место занимает
скука. У Эрни богатый опыт, а это значит, что скуке он подвержен больше
прочих мужчин. Пока что ему интересно — и Пэтти надеется поддерживать в нем
интерес как можно дольше.
И все же как не хочется отсылать его домой!
Конечно, любопытно, как себя чувствуешь, когда спишь с мужчиной в одной
постели. Пэтти инстинктивно чувствовала, что это должно быть очень
приятно... даже слишком. Потому что на следующую ночевку Эрни принесет с
собой зубную щетку, затем в доме появится его смена белья, а там и до
рубашек с брюками недалеко... Ну нет, свою территорию она ни с кем делить не
станет!
И все же глупо как-то. Им было так хорошо вместе — и могло бы стать еще
лучше, предложи она ему остаться...
Направление собственных мыслей испугало Пэтти. Нет, она приняла самое лучшее
решение. И вовсе ей не одиноко. Совсем нет! В конце концов, разве не о такой
жизни она мечтала?
10
Эрни решил не противиться причудам Пэтти. Если она хочет, чтобы после
фантастического секса он встал и уходил, — хорошо, пусть так и будет.
Правда, с каждым разом уходить становилось все труднее. Это Эрни воспринял
как предупреждение: осторожно, друг, ты рискуешь попасть в ловушку! Хорошо,
что хотя бы Пэтти сохраняет здравость рассудка.
Общий характер их свиданий был вполне предсказуем; зато фантазии Пэтти
предсказуемыми не назовешь! Каждый раз, отправляясь на свидание, Эрни
спрашивал себя, что выкинет она на этот раз — и какое происшествие нарушит
ее тщательно продуманные планы. У Пэтти вечно что-нибудь шло наперекосяк:
это одновременно смешило его и трогало.
Однажды она решила изобразить стриптиз с венчиком из перьев — но перья
попали ей в нос, и Пэтти расчихалась. В другой раз хотела устроить
драматическое представление из-за ширмы — споткнулась и полетела на пол с
ширмой вместе. Однажды принесла с распродажи ароматизированное масло — а оно
оказалось прогорклым. Масло заменили шоколадным сиропом, и Эрни не на шутку
гордился тем, что именно ему пришла в голову эта идея. Даже пресловутая
импульсивность Пэтти, прежде раздражавшая и даже пугавшая Эрни, теперь ему
нравилась.
Как ни одна другая женщина, Пэтти возбуждала его, но этого мало: с ней было
весело, а это редкое качество у женщин, особенно в Лондоне. До сих пор Эрни
с улыбкой вспоминал, как однажды, решив поиграть в
секс втроем
, она
уложила в кровать надувную куклу в человеческий рост. В самый ответственный
момент в кукле обнаружилась пробоина: со страшным свистом
резиновая Долли
сделала несколько кругов по комнате и уснула вечным сном в дальнем углу.
Пэтти чуть не плакала от досады: два часа Эрни утешал ее, приговаривая, что
не нужны ему никакие куклы, а нужна только она. И вдруг понял: это так и
есть. Ему никто не нужен, кроме Пэтти.
Надувная кукла не только насмешила Эрни, но и кое-что рассказала о характере
и принципах его подруги. Как ни хотелось ей попробовать
секс втроем
, Пэтти
не стала укладывать к себе в постель женщину из плоти и крови. Она любила
рискованные забавы — но опасные и грязные игры ее не привлекали. Она
стремилась к наслаждению, но никому не причиняла боли. Постепенно Эрни начал
доверять Пэтти так, как не доверял еще ни одной женщине.
Нет, заниматься с ней сексом не опасно. Опасно то, что в его сознании слово
секс
все чаще заменяется словом
любовь
. Умница Пэтти, каждый вечер
выпихивает его домой! Просто молодчина. Хоть кто-то из них помнит правила
игры.
А вот и еще один предупреждающий сигнал — Эрни не хотел обсуждать Пэтти с
лучшим другом, хотя прежде с удовольствием рассказывал ему о своих девушках.
А вот Хью, наоборот, не терпелось поговорить.
Придя как-то в кабинет Эрни, он начал разговор с какого-то невинного вопроса
о курсе акций, но быстро перешел к делу:
— Слушай, дружище, ты меня тревожишь.
Эрни сделал вид, что не понимает, о чем речь.
— В самом деле, последнее капиталовложение я произвел неудачно, но...
— Я не о бизнесе. Ты знаешь, о чем я. — Хью смущенно почесал в
затылке, видимо не зная, с чего начать. — Фэй клялась, что не хочет
тебя сватать, но, кажется, именно это и сделала. И если что-то пойдет не
так, я буду в ответе, потому что это мы с ней свели тебя с Пэтти.
Эрни с самого начала подозревал, что Фэй сводничала. Как ни странно, его это
не беспокоило. По крайней мере, не так беспокоило, как должно бы.
— Ты ни в чем не виноват, — успокоил он Хью. — И тревожиться
не о чем. Не знаю, что там на уме у Фэй, но Пэтти не хочет серьезных
отношений. И я тоже.
Пэтти не хочет — в этом Эрни не сомневался. Что же до него самого... Черт
побери, если ему в голову и закрадываются дикие мысли о свадьбе, это его
проблема. Как только их роман закончится, мозги встанут на место.
Хью посмотрел на Эрни так, словно хотел что-то сказать, но не решался. Эрни
почти слышал, как скрипят шестеренки у друга в мозгах. Говорить или не
говорить? — думает Хью. И если сказать, то в каких выражениях? Уж лучше
молчи, дружище! — мысленно взмолился Эрни.
— Я только хотел тебе кое-что сказать.
Эрни мысленно застонал.
— А может, не стоит?
— Ты ведешь себя не так, как обычно. Мне неприятно это говорить, но...
— Вот и не говори. У меня все в порядке. Пэтти — классная девчонка, нам
с ней хорошо вместе. —
Хорошо
! Это пресное словцо ни в малой мере не
отражало того, что Эрни чувствовал с ней рядом. — Рано или поздно мы
расстанемся, каждый пойдет своим путем.
Хью озабоченно нахмурился.
— Дело в том, что твое поведение мне кажется очень знакомым. Если Пэтти
будет действовать так, как собирается, тебе грозят большие неприятности.
Потому что, дружище, ты ведешь себя точь-в-точь как я, когда встретил Фэй.
У Эрни засосало под ложечкой, но он выдавил недоверчивый смешок.
— Ну нет! Я неуязвим.
— Я тоже раньше так думал, но в последние дни у тебя такой взгляд...
— Это тебе кажется.
— Может быть. Так ты уверен, что у тебя все в порядке?
— Абсолютно. Все под контролем.
— Ну ладно. — Хью помахал ему рукой и исчез за дверью.
Оставшись один, Эрни твердо сказал себе, что Хью поднимает шум из-за
пустяков. Сам он, когда ухаживал за Фэй, вел себя совсем по-другому. Хью
тогда совершенно свихнулся: вечерами где-то пропадал, днем витал в
облаках... И все же, рассудил Эрни, я в совсем ином положении. Хью всегда
знал, что рано или поздно женится, а я еще в десятом классе решил, что
семейная жизнь — не для меня.
Однако сейчас Эрни чувствовал, что в гранитном основании его убеждений
образовалась трещина. Пока маленькая... но она расширяется.
Стук в дверь прервал его смятенные мысли. На пороге показалась секретарша
Меган, хорошенькая кудрявая блондинка.
— На проводе миссис Стенфорд, — объявила она. — Я вызвала вас
по интеркому, но вы не отвечали, и я попросила ее оставить сообщение. Однако
она настаивает на том, чтобы переговорить с вами лично и немедленно. Вы
возьмете трубку?
Эрни поправил галстук, словно это могло вернуть ему самообладание. Ничего
себе! Так погрузился в размышления, что не слышал сигнала интеркома!
— Конечно. Спасибо, Меган. Извините, что вынудил вас ходить туда-сюда.
Она улыбнулась и скрылась за дверью.
Что ж, может быть, разговор с матерью поможет ему прийти в чувство и
вернуться к реальности. Эрни снял трубку телефона.
— Здравствуй, мама.
— Я уж начала думать, может, ты стал такой важной персоной, что с
матерью и разговаривать не хочешь?
— Извини. Сама знаешь, как бывает.
Эрни удивился хорошей слышимости — словно мать не из Парижа звонит, а из
соседнего дома.
— Конечно, знаю. Когда твой отец на работе, его тоже не выловишь.
Ладно, перейду к делу. Я прилетела на несколько дней и хочу пригласить вас с
отцом поужинать. Сегодня вечером. Знаешь, ежегодная встреча семьи.
Эрни поморщился. Мать вечно назначала свои
ежегодные встречи
в последнюю
минуту, но куда сильнее его раздражало то, что она по-прежнему именует их
троих
семьей
. Он не отказывался от приглашений, полагая, что один вечер в
году может притвориться любящим сыном, как отец и мать притворяются любящими
супругами. Может быть, где-то в глубине души он цеплялся за надежду, что
между ними каким-то чудом все наладится. Если так, глупую надежду пора
придушить. Мать живет в Париже уже лет десять и возвращаться явно не
собирается.
— Давай встретимся около восьми. — Мать заговорила, не дожидаясь,
пока Эрни скажет
да
, поскольку он никогда не отказывался от этих
встреч. — Я совсем забыла, что сегодня понедельник и все закрыто, но в
конце концов нашла новый французский ресторан в Челси. Ты, наверное, знаешь
это место.
Да, это место Эрни знал. Где еще ужинать его родителям, как не в ресторане,
битком набитом знаменитостями? Но сегодня у него свидание с Пэтти. Эрни не
хотел его отменять и не хотел ехать к Пэтти после ужина, ибо знал по опыту,
что встреча
семьи
может затянуться надолго.
— Что, если я приду не один? — услышал он вдруг собственный голос.
Господи, неужели я действительно это сказал?! Что за безумный порыв?!
Несколько секунд изумленного молчания, а затем мать пришла в себя.
— О, конечно! Будет очень мило. А кто она?
— Ее зовут Пэтти Скимпол.
— Скимпол, Скимпол... Это не те Скимполы, что с Мэйфейр? Кажется, твой
отец учился в школе вместе с...
— Нет, это те Скимполы, что из Сонной Заводи, графство Дербишир.
— Дербишир? — Голос Агнессы Стенфорд звучал так, словно она
впервые в жизни слышала это название. — И... и что там?
Эрни невольно расхохотался.
— Кабачки, — ответил он. — В Дербишире выращивают кабачки.
— И ее семья... этим занимается?
— Точно сказать не могу. Спроси у нее самой.
Пожалуй, безумный порыв сослужил ему добрую службу. Эрни не знал, согласится
ли Пэтти, но, если согласится, на семейном ужине, по крайней мере, не будет
скучно.
— Непременно спрошу, — заверила мать. — Всегда полезно знать,
из какой семьи человек. Увидимся в восемь.
— Пока.
Повесив трубку, Эрни набрал номер, по которому никогда еще не звонил, хоть и
подумывал об этом раз или два. А может, раз сорок. На прошлой неделе он то и
дело всерьез задумывался о том, чтобы позвонить Пэтти и пригласить ее на
обед, но тут же отбрасывал эту мысль. У них не такие отношения. И запоминать
ее служебный номер Эрни вовсе не собирался — как-то само получилось.
— Здравствуйте, с кем вас соединить?
Эрни пришлось прокашляться, прежде чем ответить. Нет, вовсе он не волнуется.
С чего бы? Он занимался с этой женщиной такими вещами, какие только в
порнофильмах показывают, а теперь вдруг станет нервничать из-за того, что
приглашает ее на ужин? Однако сердце его стучало как молот. Эрни боялся, что
Пэтти отвергнет его предложение.
— Пэтти Скимпол, пожалуйста, — ответил он.
В первый раз ее попросили к телефону!
За прошедшую рабочую неделю Пэтти звонила во множество разных мест;
а вот обратной связи как-то не наблюдалось. Может быть, какое-то из ее
смелых предложений наконец-то сработало? Сейчас у нее появится первый личный
клиент... она начнет делать карьеру... заработает кучу денег... может быть,
найдет другую квартиру, побольше... Хотя нет, переезжать ей не хочется. Она
полюбила свою скромную квартирку, и, если честно, любовь эта, возможно, была
как-то связана с Эрни.
— Пэтти Скимпол на проводе, — откликнулась она самым энергичным и
деловым тоном, на какой только была способна. — Чем могу помочь?
— Не хочешь ли поужинать сегодня со мной и моими родителями?
Она едва не уронила трубку.
— Эрни?!
— Привет, Пэтти. Держу пари, ты удивлена моим звонком.
— Э-э-э... ну да.
— Только что позвонила мама и пригласила меня на семейный ужин. Такие
ужины у нас бывают раз в год, мать вечно планирует их в последнюю минуту.
Пэтти с трудом вникала в смысл слов. Все ее внимание сосредоточилось на
звуках знакомого голоса — чувственного, неотразимо мужественного, обещающего
наслаждение без края и без конца. Не сразу она поняла неприятную истину:
Эрни звонит, чтобы отменить свидание.
— Эрни, не беспокойся о нашей встрече, — заговорила она. —
Разумеется, тебе нужно поужинать с родителями. Если вы не слишком поздно
закончите, то, может быть...
— Я не об этом говорю. Пожалуйста, Пэтти, сделай мне одолжение и сходи
со мной. Мне достаточно тяжело общаться с родителями, и ты будешь как глоток
свежего воздуха. Но, если ты не хочешь, я пойму. Должен предупредить, там
будет очень скучно.
С Эрни — и вдруг скучно? Ну нет! К тому же Пэтти умирала от желания увидеть
его родителей, аристократов до мозга костей.
— Не говори глупостей, конечно, я согласна. Что мне надеть?
— Надень то же, что и в прошлую субботу, — ответил он, и в голосе
его прозвучали какие-то новые нотки. — Ужин в восемь, так что я заеду
за тобой без четверти восемь.
— А не раньше?
Они одновременно рассмеялись — так смеются люди, которые хорошо знают друг
друга.
— Если я появлюсь раньше, мы никуда не поедем. И спасибо тебе, Пэтти.
Пока.
Пэтти не знала, поедет ли Эрни после ужина к ней, но на всякий случай
приготовила ему сюрприз. От Фэй она услышала о распродаже дешевых зеркал —
легких, с пластиковой рамой и чуть-чуть волнистым стеклом. По описанию
зеркала идеально подходили для того, что давно уже было у Пэтти на уме.
Купив три зеркала, она укрепила их на балдахине с внутренней стороны. Эрни
не должен был их заметить, даже если бы вошел в гостиную, но на всякий
случай Пэтти решила не давать ему шанса. Едва раздался звонок, она
подхватила рюкзак, сунула руки в рукава пальто, которое, похоже, перешло к
ней в постоянное пользование, и отворила дверь.
— Ты что, не дашь мне войти? — с некоторым удивлением
поинтересовался Эрни.
— Ты ведь говорил, что пускать тебя в гостиную опасно, так что я решила
принять меры предосторожности.
Улыбнувшись, Пэтти проскользнула мимо него и направилась к лифту. Сегодня
Эрни выглядел просто сказочно. Под распахнутым кашемировым пальто виднелся
дорогой костюм. Пожалуй, похвалила себя Пэтти, я правильно сделала, что не
впустила его в квартиру. Там мне непременно захотелось бы его поцеловать...
и нетрудно догадаться, чем бы это закончилось.
Эрни догнал ее на площадке.
— Да, но я...
— Входи, а то лифт закроется. — Пэтти шагнула в кабину.
— Да, конечно. Все время сражаюсь с этим лифтом. — Говоря о лифте,
Эрни не отрывал глаз от Пэтти. — Почти каждый вечер.
Он пожирал ее глазами, словно ребенок — мороженое; от этого взгляда внутри у
Пэтти что-то сладко затрепетало.
— Ты прав, почти каждый вечер. Кажется, мы пропустили только вторник и
пятницу.
Он придвинулся ближе, и синие глаза его потемнели. Аромат его одеколона
коснулся ноздрей Пэтти.
— Напрасно я не отменил ту встречу в пятницу.
Она покачала головой.
— Ну нет. Когда важный клиент приглашает тебя на ужин, лучше не
отказываться.
Как он хорош! — думала Пэтти. Никогда еще я не видела Эрни в костюме и
при галстуке. Как, должно быть, восхитительно будет снимать с него эти
вещички одну за одной! Она от души надеялась, что проделает это сегодня
вечером.
Жадный взгляд Эрни не отрывался от ее лица.
— Я хочу тебя поцеловать.
...Закладка в соц.сетях
