Жанр: Любовные романы
Жажда чуда
...ал
выпытывать он. — Что, есть кто-то другой?
— Я же сказала, что сейчас в моей жизни никого нет. И хочется, чтобы так продолжалось и дальше.
— Как долго? Когда вам захочется, чтобы в вашей жизни кто-то появился?
Тогда я вернусь.
От необходимости отвечать Мону спасла влетевшая в кабинет Софи.
— Миссис Хэмилтон, а когда будут готовы снимки? — возбужденно
спросила она.
— Послезавтра.
— Моя визитка у вас имеется, не так ли? — улыбнулся
Гарленд. — Позвоните мне, когда они будут готовы, я заеду и заберу.
Пожимая Моне руку, он на мгновение задержал ее. Она поймала себя на том, что
ее взволновало прикосновение теплых мужских пальцев.
За дверью кабинета Эван и Софи были поглощены разговором.
— Идем, дочка, — сказал отец. — Пора домой.
Мона проводила их до выхода из студии. Она опасалась, что Гарленд пригласит
ее куда-нибудь, но вплотную за ними следовала Софи, а при ней отцу, видимо,
было не до личных разговоров. Она с облегчением вздохнула, расставшись с
новыми знакомыми и видя, как, выходя, Арни обнял дочь за плечи. Она не
собиралась снова встречаться с этим человеком.
На другой день Мэрилин была охвачена волнением.
Ах, какой милый человек этот Арни Гарленд, — затараторила она. —
Правда, он лучше смотрится во плоти, чем на экране телешпора?
— Понятия не имею, — холодно ответила Мона. — Я редко включаю
телевизор. Когда будут готовы снимки?
— Во второй половине дня. Рассматривая после ленча фотографии Софи, обе
не могли скрыть изумления.
— Вы должны послать их в модельное агентство, — сказала Мэрилин.
— Не могу. Ее отец полезет на стену. — Но что интересует саму
Софи?
— Она вроде говорила, что хочет быть моделью, но, возможно, это
увлечение пройдет. Отец убежден в этом.
— Да ничего не пройдет! Когда у девочки такие данные...
— Но кроме того, у нее и мозги неплохие, и он искренне хочет, чтобы
Софи пустила в дело их, а не внешность.
— Но она не должна делать лишь то, что хочет отец. У нее есть право самой выбирать себе дорогу.
— Смешно, — пожала плечами Мона, — но думаю, что такой
вариант даже не приходил ему в голову. Во всяком случае, чтобы она выбрала Ч
го-то не по его вкусу.
Оставшись одна, Мона всмотрелась в фотографии Гарленда и пришла к выводу,
что приняла совершенно правильное решение избегать встречи с ним. У него все
было на месте: и волнующее сочетание серьезности и ироничности, и
властность, и раскованность. Его живое лицо было полно радости жизни, темные
глаза блестели, а губы словно сами собой готовы были сложиться в улыбку.
Вглядевшись в рисунок губ, Мона позволила себе представить, каково было бы
целовать их. Да, прими она его приглашение, вечер закончится объятиями и бог
знает чем еще. Годы, прожитые с Найджелом, приучили ее опасаться своих
инстинктов и оберегать себя от двусмысленных ситуаций. Она была бы полной
идиоткой, если бы влюбилась в Арни Гарленда.
Утром следующего дня Мона пришла в студию пораньше и, сложив в конверт
снимки Гарленда, набросала ему короткую вежливую записку, выразив надежду,
что выполненная работа его устроит.
Когда она надписывала адрес на конверте, вошел Эван.
— Проходил мимо, — небрежно объяснил он, — решил заглянуть.
— Очень любезно с твоей стороны, братик. — Мона остановила на нем
взгляд, пытаясь понять, что на самом деле Эвану нужно.
— Ну как, получились снимки великого человека?
— Они в этом конверте.
Пока Эван изучал фотографии, она позвонила в службу доставки и попросила
прислать курьера; положив трубку, заметила, как брат разочарованно вздохнул.
— Я-то думал, что они сами явятся за снимками.
Наконец-то до нее дошло, в чем дело.
— Вдвоем они никогда не явятся, мой милый.
Разве что мистер Гарленд может зайти. Но я не припомню, что он обещал взять
с собой Софи.
— Да, но она могла бы... — Побагровев, он осекся.
— ...заявить, что тоже хочет зайти, — закончила за него
Мона. — В то время, когда ты в студии.
— Ох, заткнись же! — пробормотал уже совсем смущенный парень.
Сестра состроила сочувственную мину, что далось ей с немалым трудом. Она не
могла осуждать Эвана, на которого ослепительная внешность Софи произвела,
судя по всему, потрясающее впечатление. Бедняга... Когда усталое царственное
высокомерие брата уступало место юношеской растерянности, она любила его
больше всего.
Начали собираться на съемку модели, и Мона заторопилась приступить к делам.
Она начисто забыла о брате, и когда повернулась в ту сторону, где он стоял,
Эвана уже не было.
Мона рано вернулась домой, никого еще не было, и она обрадовалась, что можно
расслабиться и заняться собой. В шесть часов, когда она с книгой в руках
устроилась на диване, подал голос дверной звонок. На пороге стоял курьер с
письмом. Оно было написано твердой и уверенной мужской рукой.
Вы поступили достаточно хитроумно, прислав брата, который доставил снимки.
Тем не менее намек понят, и я буду держаться на дистанции. Но только до поры
до времени. Сдаваться я не собираюсь.
Фотографии великолепны. Софи от них просто в восторге. Они с Эваном сразу же
нашли общий язык и на весь день куда-то пропали.
До следующей встречи, которая, не сомневаюсь, состоится.
Арни
.
— Вот чертов братец, удружил! — ругнулась вслух Мона.
— В чем дело, мам? — спросила Лорна, которая только что вернулась
домой.
— Думаю, что серьезно недооценивала Эвана, — пробормотала Мона и
рассказала, что случилось, изложив тщательно отредактированный текст
полученного письма.
— Значит, ты только сейчас все поняла? — удивилась дочь.
— Господи, а куда же делся курьер? Должно быть, когда я отвлеклась,
Эван забрал конверт и отменил заказ. А позже я решила, что Мэрилин встретила
курьера и отдала ему послание. Но братец оказался проворнее.
— Любовь делает человека удивительно изворотливым, — с недетской
проницательностью заметила Лорна.
— Сомневаюсь, что он в самом деле влюблен.
— Ох да брось ты, мама! На другой день после знакомства с Софи у него
все на лице было написано. Он молчал как рыба и все время о чем-то думал.
— Не заметила.
— Ну ты и сама была тихая и задумчивая.
— Этого я тоже не припомню, — рассеянно ответила Мона, избегая
встретиться с заинтересованным взглядом дочери. С разочарованием приходилось
признать, что теперь порван, все контакты с Арни Гарлендом ей вряд ли
удастся.
Вскоре стало ясно, что Эван испытывает к Софи отнюдь не преходящий интерес.
Они встречались чуть ли не каждый день, кроме уик-эндов, в которые отец
увозил дочь куда-нибудь на отдых. Мона знала это от Лорны, которая
пользовалась доверием Софи.
— Ты забываешь, что твоей пассии через несколько недель будет всего
шестнадцать лет, — как-то напомнила она Эвану.
— Ой, выбрось из головы эти мысли, — пылко возразил брат. —
Ни я, ни Софи не торопимся ускорить события. Кроме того, — добавил
он, — ее старик сварит меня в масле, если в чем-то заподозрит.
Мона открыла было рот, намереваясь возразить, что Гарленд далеко не старик,
но, вспомнив себя в возрасте брата, решила, что поучения бесполезны...
Она уже получила из сервиса свою машину, но гут же вышла из строя коробка
передач. Пришлось снова отгонять автомобиль в мастерскую, отчего Эван рвал
на себе волосы.
— Ты можешь катать свою фемину и на такси, как-то вечером бессердечно
подколола его злая на язычок племянница.
Эван вспыхнул и вылетел из дому. Тщательно избегая укоризненного взгляда
матери, Лорна заметила:
— Думаю, что отныне мне придется питаться консервами, а то, не ровен
час, дядюшка...
— Если он не соберется отправить тебя, я возьмусь за это сама, —
пригрозила Мона. — Теперь из-за твоих шуточек снова начнутся стенания о
машине. И думаю, мне придется сдаться. Семь тысяч долларов он не получит, но
на три может рассчитывать.
Однако на следующий день, когда она вернулась домой, дочь встретила ее уже у
дверей.
— Ты только посмотри! — драматически воскликнула она.
В нескольких ярдах от дома стояла машина. Массивная и уродливая, не менее
чем десяти лет от роду, она была выкрашена в грязно-коричневый цвет.
— О боже, что это за чудовище? — Мона удивленно раскрыла
глаза. — Не может быть! Неужели Эван?..
— Его, его. Он явился на ней полчаса тому назад.
— Но откуда он раздобыл деньги?
— Какие деньги? Эта таратайка стоит не дороже четырех центов.
— Позор на всю улицу, — простонала Мона. Когда появился Эван, она
выяснила, что брат приобрел машину в том гараже, где ремонтировали ее
автомобиль. Допотопный
фордик
обошелся ему в восемьсот долларов, он взял
кредит и будет расплачиваться из своей стипендии.
— Лучше бы ты не торопился, — буркнула Мона. — Я собиралась
дать тебе три тысячи долларов.
— Послушай, ты ничего не понимаешь. Мне не нужна машина за три тысячи.
Я хочу иметь автомобиль за семь тысяч. А если на него денег нет, то пусть
будет такой, за который я могу сам расплатиться.
Мона поняла, что брата обуяла мужская гордость и любые ее предложения будут
отвергнуты. Но на следующее утро она позвонила владельцу гаража, который
пользовался доверием клиентов, и тот заверил ее, что с технической точки
зрения машина в полном порядке.
Вечером Эван отправился с Софи покататься, а вернувшись, доставил букет
белых роз с запиской для Моны. Она тут же развернула листок.
Я бы предпочел послать красные, но испугался, что вы вернете их. В порядке
ли куча ржавого металла вашего братца? Когда мне найдется место в вашей
жизни? Арни
.
Мона написала ответ.
Благодарю за прекрасные розы и спасибо, что вы не выбрали красные. Механик
заверил меня, что с машиной все в порядке. А место не найдется. Никогда. М.
Хэмилтон
.
Ответа не поступило, и Мона начала успокаиваться...
Настало время экзаменов. Лорна нервничала, несправедливо обвиняла во всем
мать.
— Честное слово, мама, в эти дни ты ведешь себя как злая медведица!
Мона переносила упреки со стоическим терпением, как и полагается матери, у
которой дочка сдает экзамены.
— Софи еще хуже, чем мне, — как-то за завтраком сообщила
Лорна. — Хотя она такая юная, но уже собирается поступать в Гарвардский
университет и боится, что пройдет.
— Боится, что поступит? — удивленно откликнулась Мона.
— Ну да. Она не хочет ехать куда-то под Бостон, но ее отец только и
мечтает об этом. О, ты глянь, мама! Вот и он!
— Где? — дернулась Мона.
— Можешь не подскакивать. В газете.
Мона уставилась на газетную полосу, которую дочь протянула через стол, и
увидела фотографию своей работы, иллюстрирующую рекламное объявление о книге
Женщины, опасайтесь мужчин
— та через неделю должна была выйти в свет.
Ниже шла информация о предстоящем телеинтервью с автором.
— Мы должны посмотреть эту передачу, — оживленно заявила Лорна.
— Смотри, если хочешь, — небрежно бросила Мона. — Мне есть
чем заниматься.
В конечном счете она случайно наткнулась на дающего интервью Гарленда —
переключая каналы, увидела его улыбающееся лицо.
— Ученым издавна известно, что на самом деле сильный пол — это
женщины, — проникновенно говорил он. — Они куда лучше мужчин
переносят экстремальные условия, жару и холод, терпеливы к боли. Короче, они
выносливее.
Интервьюерша, молодая женщина, продолжала наседать на собеседника.
— Тогда почему же ведущие роли в обществе принадлежат мужчинам?
— Потому что нам свойственна физическая мощь. Вы, женщины, способны на
длительные испытания, но мы сильнее на коротких дистанциях, в течение
которых, как правило, и приходится принимать решения. Я представляю себе
пещерную женщину, которая тысячи лет назад в погоне за пищей загнала оленя.
Как только она освежевала его, на нее навалился какой-то мускулистый
бездельник, ударил по голове и воспользовался плодами женского труда. С тех
пор мы вас и обворовываем.
— Но вы уверены, что сейчас положение дел не изменилось?
— Отнюдь. Просто сместилось в другую плоскость. Новые свободы,
обретенные женщинами, мужчины используют для того, чтобы облегчить свою
жизнь. Так что всегда опасайтесь мужчин, которые говорят, что они на вашей
стороне.
— Относится ли это и к вам, мистер Гарленд?
— О, еще бы! Меня вы должны опасаться больше, чем кого-либо другого.
Он рассмеялся заразительным смехом, и интервью завершилось на доброй
юмористической ноте. Мона, жалея, что все же увидела передачу, выключила
телевизор. Экранное изображение властно напомнило ей о реальном человеке, от
которого — ох, чуяло ее сердце! — не будет спасения.
Близилось лето. Сокурсники Эвана по случаю окончания семестра устраивали
бал, на который он собирался пригласить Софи. Как-то вечером, когда Мона уже
собиралась спать, брат вернулся со свидания.
— У меня письмо для тебя, — сообщил он радостно. — От отца
Софи. Он взял с меня обещание, что ты обязательно прочтешь его.
Даже не читая письма, Мона представляла себе его содержание, но Гарленду все
же удалось удивить ее. Вежливое, отпечатанное на машинке послание носило прямо-
таки деловой характер.
Уважаемая мисс Хэмилтон! Я уверен, что пришло время познакомиться поближе.
Ваш брат соизволил играть недвусмысленную роль в жизни моей дочери, и, хотя
они еще молоды для свершения каких-либо серьезных шагов, встреча наших двух
семей будет в данное время как нельзя более кстати.
Исходя из вышесказанного, предлагаю вчетвером посетить мероприятие по случаю
завершения семестра Эваном. Надеюсь, что ответ не заставит себя ждать и
заранее благодарю.
Искренне ваш — Арни Гарленд.
После подписи на нескольких строчках перечислялись должности и ученые
степени автора. Они дополняли впечатление о письме как о сугубо официальном
документе.
— Он сказал, что я могу пригласить Софи лишь в том случае, если ты
примешь его предложение и мы отправимся все вместе, — сказал Эван, из-
за плеча сестры читая письмо. — О боже! Ну разве можно писать такие
канцелярские послания?
— Понимаю, — усмехнулась Мона. — Интересно, сколько ему
потребовалось усилий, чтобы составить столь вычурный текст?
— Почему ему захотелось выражаться, как старой перечнице?
— Конечно же, чтобы я не могла отказать ему.
— Ну а чего ради тебе-то отказываться? Ведь ты поедешь, да?
— Да, милый, поеду. Меня ловко обложили со всех сторон, и придется
воспринимать ситуацию с достоинством. И не спрашивай, что я имею в виду,
потому что ты и половины не поймешь.
3
Поскольку мероприятие носило торжественный характер, все собравшиеся были в
вечерних нарядах. Смокинг и бабочка Эвана явно не соответствовали его
детскому лицу; он напоминал безгрешного херувима. Софи, которая с отцом
приехала в дом Хэмилтонов, чтобы забрать своего ухажера и его сестру, была в
длинном платье из белого шифона.
Мона предпочла цвет синего сапфира, зная, что он очень идет ей. Ее стройная
фигурка казалась выточенной из хрупкого материала, а глаза блестели и
искрились. Причиной тому была возможность после долгих недель
самоограничений снова увидеть Гарленда.
Едва только он предстал перед ее взглядом, Мона поняла, что каждая секунда
последних недель была безвозвратно потеряна. Она так много думала о нем,
будто этот человек постоянно находился рядом. Наконец она увидела Арни во
плоти, и его неповторимое обаяние снова поразило ее.
Все эти недели Мона избегала его, но он расчетливо и терпеливо преследовал
ее, и вот она оказалась загнанной в угол. Мона уже столько пережила, что
даже вежливость и предупредительность Гарленда вселяла в ее душу подозрения.
Влюбленные взгляды, которыми обменивались Эван и Софи, заставили ее на
мгновение испытать зависть и саднящую боль. Они были так юны и беззащитны в
своей слепой уверенности, что счастье продлится вечно.
— Вы готовы? — раздался у нее над ухом голос Гарленда. — Вот
уже минуту я тщетно пытаюсь привлечь ваше внимание.
— Я смотрела на них, — показала Мона на юную пару, которая
старалась держаться от взрослых в отдалении.
— И в то же время думали о чем-то своем, что заставило вас опечалиться.
— Я думала, что всегда немного грустно смотреть на детей, которые
считают, что влюблены друг в друга. Они так уверены, что это чувство никогда
не покинет их, но мы-то знаем, что это не так.
— Согласен. Но на вашем лице читается что-то большее... какая-то
грустная история.
— Не пора ли ехать? — торопливо перебила она Гарленда. Он подошел
слишком близко к тайнам, о которых ей совсем не хотелось говорить...
Огромный зал, арендованный для вечеринки, был ярко освещен и украшен
цветочными гирляндами. Танцы уже начались, и Эван с Софи, взявшись за руки и
забыв обо всем на свете, влились в толпу танцующих.
— Почему бы и нам не последовать их примеру? — спросил Гарленд.
— А я думала, нас ждет серьезный разговор. Вы, кажется, этого хотели?
Позже. Сначала я хочу выяснить: так ли приятно держать вас в объятиях наяву,
как в моих мечтах. — Рука Гарленда легла ей на талию, он привлек Мону к
себе, и у нее перехватило дыхание, когда она почувствовала жар его тела.
Наступил момент острой и сладостной муки, которой Мона так опасалась. Подняв
голову, чтобы посмотреть Арни в лицо, Мона поняла, что и он испытывает нечто
подобное. Глаза, встретившие ее взгляд, сияли, и она чувствовала, как
подрагивают обнимающие ее руки.
— Давайте зайдем в бар, — неожиданно предложил он, — а то я
не смогу удержаться от желания поцеловать вас.
Она последовала за ним в бар. Когда, взяв по бокалу пива, они уселись за
маленький столик в углу, Мона сказала:
— Я думаю, что вы, без всякого сомнения, самый хитрый, самый
бесчестный, самый...
— Испорченный? — с легкой улыбкой продолжил он.
— Да, испорченный. Сущий дьявол...
— И самонадеянный?
— Хммм...
— А ведь я с первых минут знакомства не сомневался, что вы дадите мне
отпор, — признался Гарленд. — Если хотите, можете считать меня
тщеславным идиотом, но не думаю, что вы могли бы произвести на меня сильное
впечатление, если бы не ваша уверенность в себе и какая-то
предрасположенность ко мне. Обманываю ли я сам себя?
Она покачала головой.
— Нет, я так не считаю. Что-то действительно произошло, но... —
Она вздохнула, не закончив фразу и не в силах подобрать точные слова для
выражения чувств.
— Во всяком случае, спасибо. Вы не сказали, что я обманываюсь, —
тихо произнес он. — Все произошло столь стремительно... Я старался
убедить себя, что все это я выдумал, вообразил бог знает что. Наверное,
спорить с самим собой и со своими чувствами не имеет смысла.
Мона ощутила беспомощность, словно ее, как щепку, несло и крутило по
течению. Гарленд, решившись откровенно высказать ей, что с ними происходит,
лишал ее возможности спастись от одолевавших ее чувств. Но она сделала еще
одну последнюю попытку.
— Мы не дети, чтобы верить в такие романтические вещи, как любовь с
первого взгляда.
— Как раз дети-то и не верят в любовь взрослых людей с первого
взгляда, — возразил Арни. — Да если бы моя дочь узнала, что я
влюбился в вас в первые же пять минут нашего знакомства, она бы умерла со
смеху. Знаете, кто верит в любовь с первого взгляда? Ученые. С их точки
зрения, в этот момент происходит какая-то химическая реакция.
— Но я не хочу думать, что мои чувства сродни тому, что можно
искусственно вырастить в пробирке, — усмехнулась Мона.
— Как и я. Просто мне показалось, что вы серьезно относитесь ко мне. Я
предпочитаю думать, что все случившееся с нами на шоссе и в вашей студии
таинственно и необъяснимо... Хотя, может быть, тут сказалась рука судьбы.
— Вы верите в судьбу?
— Почему бы и нет? Порой она бывает единственным объяснением. Как
только я нормально поговорил с вами в студии, то сразу же понял, что вы
вошли в мою жизнь. Ради бога, признайтесь, что вы испытали то же самое,
потому что я...
Подняв глаза, он увидел, что рядом с их столиком, подталкивая друг друга,
мнутся несколько парней и девушек, узнавших кумира телевизионных ток-Шоу.
Девушки несмело попросили автограф. Гарленд расписался на протянутых
листочках и перекинулся несколькими словами с парнями. Он был само обаяние и
сама скромность. Мона обратила внимание на то, что популярность не приводила
Арни в восторг и даже смущала.
— Здесь слишком много народу, — рассеянно сказал он, избавившись
от поклонников. — Неподалеку есть небольшой ресторанчик, где мы могли
бы спокойно поговорить.
— А как же ваша дочь?
— Я предупрежу ее, что мы уходим.
Он вышел из бара и вернулся через пять минут.
— Все в порядке. Пошли.
На улице уже сгущались сумерки. Чтобы добраться до ресторана, нужно было
миновать короткую аллею. В середине ее Гарленд неожиданно остановился и
обнял Мону.
— Нас могут увидеть, — слабо запротестовала она.
— Ну и пусть. Все эти недели я страдал от любви к вам, ни разу не
поцеловав. Наконец-то настало время.
Она жаждала поцелуя и, секунду поколебавшись, сдалась и тоже обняла Арни.
Нежное прикосновение его губ было точно таким, как в мечтах, и Мона могла
только удивляться, что так долго обходилась без мужской ласки. Как приятно
оказаться во власти человека, держащего тебя в объятиях. Но вот Гарленд
медленно и неохотно разнял руки и увлек ее за собой.
Они миновали две улицы и вышли к ресторану. Мона была рада, что прохладный
вечерний воздух освежал ее разгоряченное лицо, и она постепенно приходила в
себя. А не сон ли все, что происходит с ней? Может, в любую секунду она
проснется и ее спокойная безмятежная жизнь потечет по старому руслу.
Но, бросив взгляд на Гарленда, нежно поддерживавшего ее под руку, она
поняла, что к прежней жизни возврата не будет.
Метрдотель нашел для них столик в укромном уголке, почти полностью
погруженном в темноту, и зажег свечи в канделябрах.
Мона была очарована. Ее окружала обстановка романтического вечера, подобных
которому она и припомнить не могла. Правда, они иногда встречались с
Найджелом в кафе, что тогда казалось ей верхом романтики. А чуть позже,
когда другие девочки упивались вниманием поклонников, Мона развешивала
пеленки в маленькой квартирке, ожидая возвращения подвыпившего мужа из бара.
Когда Найджел оставил ее, встречались мужчины, которые хотели бы поухаживать
за ней. Но Моне надо было растить дочь и заниматься бизнесом. В общем, она
всегда находила причины для отказа ухажерам.
Голос Гарленда вывел Мону из задумчивости:
— Вы выглядите как девочка, заблудившаяся в пещере Аладдина. Сколько
вам лет? Пять? Шесть?
Засмеявшись, она замотала головой, не догадываясь, что от вида взметнувшихся
прядей ее волос у Гарленда зачастило сердце.
— Я задал нескромный вопрос, но все же ответьте, — настойчиво
потребовал он. — Трудно поверить, что Лорна — ваша дочь. И вообще мне
кажется, что вам не больше двадцати.
— Мне двадцать девять.
— Но... как же Лорна...
— Когда она родилась, мне было шестнадцать, — объяснила
Мона. — Я вышла замуж через три недели после шестнадцатилетия. Мы
удрали в Ривертвид и там совершили обряд бракосочетания в кузнице у
наковальни. Удивительно романтичное место, где влюбленные могут найти
спасение от тиранов-родителей.
— Хм, интересно. А замечаете ли вы, какая горькая ирония звучит в вашем
голосе? — спросил Гарленд.
Мона вздохнула.
— Это потому, что вскоре наступило прозрение.
— Вы, наверно, и сами можете себе представить, каково обмануться в
лучших ожиданиях. Мои родители от
...Закладка в соц.сетях
