Жанр: Любовные романы
Его сильные руки
...во и немного
торжественно ждала, когда он обратит на нее
внимание.
- Микаэла, я никогда не расскажу тебе ничего, что может поставить под угрозу
твою жизнь. Кто я и что я - вопрос
сложный и запутанный. Я не стану утверждать, что мисс Уэстон мне безразлична, но
я вовсе не уверен, что она может стать
частью моей жизни. - Он тяжело вздохнул.
- Я хочу всего лишь, чтобы ты был счастлив и в полном порядке, Люсьен.
- Я хочу для тебя того же, cher, - нежно улыбнулся он. - А теперь я должен
встать и пойти домой, пока не уснул.
- Иногда, Люсьен, мне хочется, чтобы ты был не таким уж благородным. -
Микаэла с лукавой улыбкой поднялась с
кровати.
- Обычно я вовсе не так уж благороден, как мне бы хотелось, - ответил он с
сожалением, гладя ее по щеке тыльной
стороной ладони.
- Мы скоро увидимся? - спросила она, провожая его до двери.
Их глаза встретились. Они оба знали, что его следующий приход скорее всего
будет последним.
- Да, Микаэла. Мы увидимся скоро.
Тем же вечером после обеда Энни и Кэтрин оставили Реджи одного и направились
в гостиную подождать Джеффри
Уиклиффа. Энни была особенно рада не мешать чисто английской привычке дяди пить
после обеда портвейн, потому что
хотела поговорить с тетей до прихода Джеффри.
- Тетя Кэтрин, не могла бы ты оказать мне услугу? - начала Энни, как только
они опустились на мягкую софу у камина.
Кэтрин прислонила трость к подлокотнику и неторопливо расправляла складки на
юбке.
- Конечно, дорогая, все, что в моих силах, - ответила она, взглянув на Энни.
- Надеюсь, что это в твоих силах. - Энни взволнованно разглаживала юбку на
коленях. - Я хочу, чтобы ты как-нибудь
уговорила дядю Реджи оставить нас с Джеффри наедине на несколько минут.
- Вот как? - Расторопные руки Кэтрин замерли, и она пристально взглянула в
глаза племяннице: - Могу я узнать,
почему ты хочешь остаться с Джеффри наедине? Или ответ на этот вопрос слишком
очевиден?
- Нет. - Энни прикусила нижнюю губу и неловко заерзала на своем месте. -
Ответ не очевиден, если ты думаешь, что
я хочу дать Джеффри возможность пофлиртовать со мной. Это не так.
- Тогда зачем тебе оставаться с ним наедине? Тем самым ты только ободришь
его.
Энни придвинулась к ней ближе и заговорщицки прошептала почти в самое ухо:
- Он знает кое-что о Ренаре... И я до смерти хочу это выведать.
- Да что ты! И что же он может знать о нем? - Кэтрин явно заинтересовалась
этой новостью, взяла трость и стала
нервно вертеть набалдашник.
- У Джеффри есть сведения, что Ренар подготовил еще один побег рабов и
собирается переправить их в Канаду. Разве
не восхитительно?
- Откуда Джеффри может знать о таких вещах? - нахмурилась Кэтрин.
- У него есть связи.
- Какие связи?
- Понятия не имею. - Энни решила не рассказывать тете о том, что у него есть
свой человек среди людей Ренара.
Джеффри наверняка этого бы не одобрил. - Какие-то люди, которые роют землю и
раскапывают интересные факты для его
статей. Но сейчас случай особый, потому что Джеффри знает, где у Ренара
назначена тайная встреча, и собирается лично
быть там.
- И он хочет рассказать об этом тебе?
- Нет, я думаю, не хочет. Он собирается подразнить меня - держать перед носом
морковку и не дать укусить ни разу.
Но у меня будет возможность выведать его тайну, если Реджи выйдет из комнаты.
- А зачем тебе знать ее, Энни? Я понимаю, что тебя захватывают эти
романтические истории о Ренаре, но не станешь же
ты охотиться за ним? Этот человек - разбойник.
- Я не дура, тетя, - устало выдохнула Энни.
Наконец Кэтрин неохотно согласилась увести Реджи из комнаты. Когда Джеффри
приехал, Энни так и не знала, каков тетин
план, но не сомневалась, что она обязательно что-нибудь придумает. Реджи сразу
же присоединился к ним. Он с
высокомерной учтивостью кивнул Джеффри, небрежно пробормотал приветствие и
уселся читать газету. Обычно он
держался с Джеффри с притворной любезностью, но сегодня вел себя попросту грубо,
потому что не мог простить молодого
человека за то, что тот заронил в голову племянницы идею отправиться на площадь
Конго.
В течение мучительных пятнадцати минут Энни терпеливо ждала действий со
стороны тети. Наконец Кэтрин привела свой
план в исполнение. Она упала в обморок. Энни сначала пришла в замешательство,
после чего решила подыграть тете:
- О Боже! Тетя Кэтрин! Что с тобой?
Кэтрин лишилась чувств настолько правдоподобно, что Энни в первый момент
испугалась не на шутку. Она готова была
подумать, что обморок настоящий, если бы Кэтрин не улучила момент и не
подмигнула ей, когда Реджи бросился за бокалом
разведенного водой вина, чтобы привести ее в чувство.
Кэтрин понемногу приходила в себя, пока Реджи суетился вокруг нее, хлопал ее
по руке и вообще держался так, как будто
собирался с ней под венец. Он несколько раз предлагал послать за доктором, но
Кэтрин категорически возражала. Наконец ей
удалось убедить его, что глоток свежего воздуха спасет ее. Энни удивилась, что
дядя всерьез обеспокоен легким
недомоганием Кэтрин, а та, судя по всему, получает удовольствие от того
повышенного внимания, которое он ей уделяет.
Реджи помог Кэтрин подняться и с величайшей осторожностью и трогательной
заботой повел ее из гостиной в холл, даже
не оглянувшись на Энни и Джеффри. То ли из-за того, что она оставила трость в
гостиной, то ли потому, что решила сыграть
свою роль до конца, известная своей выносливостью Кэтрин Гриммс всю дорогу
опиралась о плечо Реджи.
- Великолепное шоу! - тихонько хохотнула Энни.
- Энни, иди сюда.
Она обернулась, удивленная развязностью тона Джеффри. Оказалось, что он сидит
на диване и похлопывает ладонью по
подушкам рядом с собой.
- К чему ты хочешь склонить меня, Джеффри?
- Я не такой болван, - усмехнулся он. - Я видел, как Кэтрин подмигнула тебе,
когда Реджи разливал вино, и знаю, что
она разыграла обморок. Есть только одна причина, по которой ты захотела бы
избавиться от бдительного ока твоего
дядюшки. Интересно, что твоя тетя согласилась принять участие в этом розыгрыше.
- И что же это за причина? - Энни приподняла бровь и скрестила на груди руки.
- Чтобы мы могли остаться наедине, - пожал плечами Джеффри. - И если это не
приглашение для очередного
поцелуя, то тогда что же?
Энни покачала головой, подошла к дивану и села, но так, чтобы Джеффри не мог
дотянуться до нее рукой.
- Ты самонадеянный тип, Джеффри. Мне не нужно было оставаться с тобой
наедине, чтобы ты меня поцеловал. Разве ты
забыл? Ты обещал рассказать мне то, что знаешь, о сегодняшнем побеге рабов,
который организовал Ренар.
- Снова Ренар! - с удивившей Энни горечью в голосе и изменившимся лицом
воскликнул он. - Неужели ты всегда
думаешь только о нем? Или только тогда, когда бываешь со мной?
У Энни мгновенно испортилось настроение. Пренебрежительная манера, в которой
Джеффри отзывался о Ренаре, смутила
ее. Ей казалось смешным, что он ревнует ее к человеку, с которым у Энни не было
никаких отношений, но... неужели он
действительно ревнует ее?
- Мне казалось, что мы оба восхищаемся Лисом, - увещевательно отозвалась
Энни. - Я думала, тебе интересно
разговаривать о нем.
- Да, - ответил Джеффри, проводя ладонью по волосам. - Я действительно
восхищаюсь им и люблю говорить о нем с
тобой. Но как ты уже знаешь, я не люблю говорить все время, особенно когда хочу,
чтобы меня вместо этого целовали.
- Мне жаль разочаровывать тебя, - сказала Энни, несколько уязвленная и
испуганная, что ее отказ помешает ей узнать
то, что Джеффри знает о Ренаре. - Однако я избавилась от дяди вовсе не для того,
чтобы ты меня целовал. Я уже говорила,
что еще не готова к этому. - Мысленно она добавила: "Не думаю, что я когданибудь
буду готова - по крайней мере с
тобой". - Ты обещал рассказать о Ренаре, и я подумала, что ты не сможешь это
сделать в присутствии Реджи. Только по
этой причине я попросила тетю Кэтрин помочь мне.
- Хорошо. - Джеффри вздохнул и печально покачал головой. - Мне давно
следовало привыкнуть к твоим женским
штучкам. - Несколько секунд прошли в гнетущем молчании, после чего он выдавил из
себя жалкую улыбку. Энни была рада
даже этому крохотному знаку того, что к нему снова возвращается дружеское
расположение к ней.
- Давай не будем терять время. Расскажи мне, что ты знаешь о Ренаре, Джеффри.
Он сидел опустив голову и глядя на свои сплетенные пальцы, затем печально
поднял на нее глаза.
- Ну? - настаивала она, сходя с ума от нетерпения.
- Я ничего не могу рассказать тебе, - вздохнул он.
- Ты разозлился на меня и хочешь таким образом добиться своего! - воскликнула
она.
- Нет, это неправда. Я действительно не могу этого сделать. Это слишком
рискованно для тебя и вообще для всех
вовлеченных в это дело.
- Тогда почему ты сказал...
- Я не подумал. Я был не прав, когда пообещал тебе это. Я забыл о своем
обещании и вспомнил только теперь, когда
оказалось, что ты избавилась от дяди для того, чтобы что-нибудь разузнать о
Ренаре, чем разрушила мои самые радужные
надежды.
Энни нахмурилась и впала в глубокую задумчивость, после чего сказала:
- Ты не можешь сказать мне, на который час намечен побег? Когда придет время,
я буду думать о тебе и постараюсь
представить себя там.
- К тому времени, когда мы, мужчины, будем смотреть в лицо опасности, ты
будешь крепко спать и видеть сны.
Энни решила пропустить мимо ушей это высокомерное замечание и предпринять еще
одну попытку выудить из Джеффри
информацию.
- Ты ведь будешь осторожен, правда? Будет ужасно, если ты упадешь с лошади и
сломаешь шею.
- У меня нет лошади, Энни. И... слава Богу!.. мне она не понадобится,
чтобы... - Он вдруг замолчал и подозрительно
посмотрел на Энни.
- Значит, место встречи где-то поблизости? Возможно, в черте города?
- Больше никаких вопросов, Энни. - Он поднялся. - Я знаю, что тебе очень
хочется выведать у меня что-нибудь, но
больше ни одного слова ты от меня не добьешься.
Она умоляюще взглянула на него. Джеффри тяжело вздохнул:
- И не думай, что я снова поддамся на твои маленькие женские хитрости. Мне
пора.
Умоляющий взгляд сменился на хмурый.
- Ты злишься на меня. Это еще одна причина сделать мой сегодняшний визит
кратким. - Энни не ответила, и он
потянулся за шляпой. - Спокойной ночи, Энни.
Когда он сделал шаг к двери, она вдруг почувствовала себя виноватой и
протянула руку, чтобы удержать его:
- Подожди, Джеффри.
Он обернулся и вопросительно посмотрел на нее.
- Мы ведь останемся друзьями? - улыбнулась она.
Джеффри долго и пристально смотрел на нее. Потом вернулся к ней, взял ее за
подбородок и поцеловал в губы, жадно и
властно, прежде чем она успела возразить.
- Энни, мы больше чем друзья, - рассмеялся он, глядя в ее недоуменные глаза.
После чего нацепил фривольно шляпу и
направился к двери.
Через несколько секунд Энни, растирая подбородок, на котором остались следы
от пальцев Джеффри, услышала, как за
ним захлопнулась входная дверь.
Ей следовало рассердиться на него за то, что он поцеловал ее, но в тот момент
ее интересовало совсем другое. Она
просто ощущала прикосновение его губ к своим. А думала о другом. Энни строила
планы, рассчитывала возможности. Она
собиралась отправиться на сегодняшнюю встречу вместе с Джеффри. Существовали
способы самостоятельно добраться
туда. Далее он поможет ей, сам того не подозревая, и никогда не узнает, что она
была там. Даже если ее и заметят, то никто
ее не узнает. Она устроит маскарад.
Тем вечером Энни рано ушла к себе, предвкушая предстоящую встречу с Ренаром.
Она сказала тете и дяде, что
попросила экономку Терезу приготовить ей снотворное. Она знала, что каждый из
них посчитает своим долгом заглянуть к
ней в спальню прежде, чем отправиться к себе, поэтому решила громко храпеть, как
будто действительно приняла снотворное
и крепко спит. Реджи похвалил ее за благоразумное желание как следует отдохнуть
ночью.
Поднимаясь по лестнице к себе, Энни жалела лишь о том, что у нее не будет
возможности понаблюдать за тем, как Кэтрин
и Реджи станут общаться после ее "обморока". У нее было чувство, что в их
отношениях достигнут поворотный пункт. И
теперь между ними будет крепнуть взаимное притяжение.
Реджи всерьез встревожило предположительное недомогание Кэтрин, а она
искренне радовалась его заботливости. Но
могут ли два таких в корне несопоставимых человека быть счастливы вместе? Энни
считала, что они так же различаются во
взглядах и отношении к жизни, как она и Делакруа.
В тот момент, однако, Энни занимали куда более насущные проблемы. Прежде чем
подняться к себе, Энни заглянула в
пустовавшие в то время помещения слуг и тайком проскользнула в маленькую
комнатку слуги Реджи, Джеймса. Она взяла то,
что ей было нужно, и удалилась, никем не замеченная. Затем она совершила набег
на комнату дяди. Вернувшись к себе, она
спрятала вещи в шкаф и вызвала камеристку Сару, чтобы та помогла ей переодеться
ко сну, причесать и уложить волосы.
После чего Энни отправила ее вниз за снотворным.
Когда Сара вышла, Энни не удержалась и, открыв шкаф, нащупала позади висящих
платьев мужской костюм, который
выкрала из комнаты слуги Реджи. Он был ниже ростом, чем дядя, и обладал более
хрупким телосложением, поэтому его
костюм был Энни почти впору. К тому же скромный покрой и недорогая ткань, из
которой он был сшит, больше подходили
для задуманного маскарада.
Энни собиралась потихоньку выбраться из дома, когда Реджи и Кэтрин заснут,
пешком дойти до пансиона Джеффри и
дождаться, когда он выйдет. К счастью, несколько дней назад он показал ей, где
живет, когда они проезжали по Кэмп-стрит
- ответвлению Кэнэл-стрит в Американском квартале.
Из разговора с Джеффри ей не удалось выяснить точно, где будет устроен побег
рабов, но она знала, что это произойдет
поздно ночью, когда она предположительно должна крепко спать. Энни надеялась не
опоздать. Джеффри также обронил
ненароком, что отправится на тайную встречу пешком. Энни умела быстро ходить и
не сомневалась, что с легкостью поспеет
за ним.
Энни услышала шаги Сары, возвращавшейся со снотворным, и быстро спрятала
костюм обратно в шкаф. Сара внесла в
комнату чашку горячего чая, от которого шел пар.
- Вот, мисс, - сказала она. - Тереза говорит, что порошок, чтобы спать, в
чае. Она говорит, что его следует выпить
весь.
- Хорошо, Сара. Я это сделаю, как только лягу.
Сара кивнула, приподняла москитную сетку, откинула покрывало и взбила
подушки. Пока она стояла спиной к Энни, та
успела выплеснуть содержимое чашки в умывальник.
- Ну вот, мисс, пожалуйте, - обернулась Сара к госпоже. - Вам тут будет
удобно.
- Не сомневаюсь, - с улыбкой ответила Энни. Сара знала о ее неприятном
столкновении с уличным пьяницей. Энни
подозревала, что все слуги в курсе дела, но каждый знает свою версию этой
истории. Она протянула Саре пустую чашку: - Я
уже выпила и теперь буду спать крепко, как. младенец в колыбели.
- Бог мой, мисс! Вы уже выпили? Но ведь чай был такой горячий!
- Не настолько, чтобы нельзя было вытерпеть. - Энни легла на кровать и
натянула простыню до подбородка. Ночь была
слишком жаркой, чтобы укрываться одеялом. - Если дядя спросит, скажи, что я
выпила снотворное.
- Хорошо, мисс, скажу. - Сара расправила москитную сетку так, чтобы не
оставалось отверстий, сделала книксен и
улыбнулась.
Как только дверь за ней закрылась, Энни повернулась на бок и стала смотреть в
окно. Стояла страшная жара. В ноябре.
Здешний климат совсем не похож на британский. К тому же в Англии ей никогда не
пришлось бы лежать в постели в
нетерпеливом предвкушении такого заманчивого приключения.
Энни нахмурилась. Реджи не одобрил бы ее, называя это глупостью. Да мало кто
не отнесся бы к этой затее, как к опасной
авантюре. Наверное, так оно и есть. Однако ее желание снова увидеть Ренара -
хотя бы издали - было настолько сильным,
что у нее не было выбора, кроме как подчиниться движущей силе инстинкта.
Прошлой ночью он был в этой самой комнате, обнимал ее, целовал. Энни закрыла
глаза и вспомнила вкус его губ, тепло
его рук, ласкающих ее обнаженное тело. Никто прежде не пробуждал в ней такую
чувственность, желание жить.
Никто, это правда, кроме Делакруа! Энни неохотно призналась себе в том, что
оба мужчины оказывали на нее одинаково
разрушительное воздействие. За последние двадцать четыре часа она с обоими
вступала в интимное соприкосновение, и,
честно говоря, ощущения и воспоминания о них прочно переплелись и перепутались у
нее в сознании.
Шторы колыхнулись от порыва ветра, легкий бриз пронесся по комнате и достиг
кровати. Энни с наслаждением подставила
ему разгоряченное лицо. Луна в эту ночь была почти полной, и по комнате
разливался тусклый, потусторонний свет. Ничто не
казалось реальным во мраке. Мебель, диванные подушки, безделушки на полках - все
словно замерло в неподвижности, за
исключением трепещущих штор.
Энни могла заснуть, если бы ее не переполняли нетерпеливое ожидание, мысли о
Ренаре и... о Делакруа. Она тряхнула
головой. Как бы ей хотелось помешать этому негодяю проникать в ее мысли!
Она услышала какое-то движение и приглушенные голоса за дверью, затем ручка
медленно повернулась. Она быстро
перевернулась на бок, закрыла глаза и постаралась полностью расслабиться. Ей
нужно было убедительно выглядеть спящей,
давно и мирно.
Энни почувствовала отсвет лампы на лице, темнота немного отступила.
- Она спит, бедная девочка, - прошептал Реджи.
- Да, - ответила Кэтрин. - Снотворное сделало свое дело.
- Мы должны что-нибудь сделать для Делакруа, - сказал Реджи. - Он
действительно спас ей жизнь, этой маленькой
дурочке.
- Да, - согласилась Кэтрин. - Надо как-то продемонстрировать нашу
признательность.
Наступила пауза, в течение которой, как сочла Энни, ее пристально
разглядывали. Она чувствовала себя глупо, но при этом
очень любимой. Где это видано, чтобы двадцатитрехлетнюю женщину так
беззастенчиво баловали!
В следующий миг пятно света стало отступать, и дверь закрылась. Энни открыла
глаза и прислушалась - ее любящие
родственники расходились по своим комнатам. Интересно, с какими чувствами они
расставались в этот вечер?
Из предосторожности Энни подождала еще около десяти минут после того, как
внизу, в холле, в последний раз скрипнула
половица, затем отбросила простыни и выбралась из-под москитной сетки. Она
зажгла лампу, сделала пламя совсем
маленьким, после чего натянула брюки и сюртук поверх сорочки. Надев жесткие
полуботинки, она завершила маскарад
шляпой, которую позаимствовала в комнате Реджи. Под ней она и спрятала косу,
предварительно уложив ее кольцом на
макушке, и заколола шпильками. Оставалось лишь надеяться, что шпильки не
выскочат и выбившийся из-под шляпы локон не
выдаст, что она женщина.
Энни изучила свое отражение в зеркале и вынуждена была признать, что ее
распознали бы в два счета, если бы она решила
пойти по городу в таком виде днем. Но в темноте, она надеялась, ее
импровизированный маскарадный костюм сойдет.
Теперь оставалось лишь подождать несколько минут, прежде чем можно будет
выбраться из дома и отправиться к
пансиону Джеффри. Она посмотрела на каминные часы. Без двадцати одиннадцать. Она
села к туалетному столику и стала
ждать, снова разглядывая себя в зеркале... Размеренное тиканье часов наполняло
комнату, медленный ход времени не
совпадал с ритмом лихорадочного биения ее сердца.
Скоро она снова увидит Ренара. Теперь уже совсем скоро.
Глава 10
Энни быстро шла через спящий квартал Фобург-Сент-Мэри, по возможности держась
в густой тени деревьев и переходя с
одного тротуара на другой, чтобы случайно с кем-нибудь не столкнуться. Ее костюм
был вполне надежным, но все же лучше
не рисковать.
Джеффри жил в респектабельном пансионе на Кэмп-стрит, в квартале от новой
церкви Святого Патрика и недалеко от
Кэнэл-стрит и Французского квартала. Чем ближе Энни подходила к Кэнэл-стрит, тем
больше людей попадалось ей на улице и
тем большее беспокойство она чувствовала. Одно дело - строить авантюрные планы в
тиши и покое своей спальни, другое
- осуществить их в жизни.
Но несмотря на это, она не жалела о том, что ввязалась в эту авантюру. Ей
необходимо было снова увидеть Ренара, и она
нашла единственный способ удовлетворить всепоглощающее желание.
Давешняя их встреча в ее спальне снова и снова возникала у нее перед глазами,
не давала ей покоя. Она не знала, да и не
могла знать, придет ли он к ней еще раз. Он был неуловимой мечтой, за которой
надо следовать неотступно. Разумеется, он
никогда не постучит в дверь дома ее тети и - как Делакруа - не станет
подворачиваться ей под руку везде, где бы она ни
оказалась.
Ночь была наполнена запахами, в воздухе перемешались ароматы и зловоние.
Звезды висели низко, их сияние смягчалось
и размывалось по краям, словно они светили сквозь тонкую, полупрозрачную ткань
китайского фонаря.
Фронтон и ставни пансиона миссис Кавано, скромных размеров двухэтажного
здания, окруженного маленьким садиком,
были разукрашены лунным светом. Джеффри как-то заметил, что у него достаточно
средств, чтобы иметь собственный дом,
но, будучи холостяком, он предпочитает беззаботно жить у миссис Кавано.
Когда речь зашла о преимуществах собственной кухни и решении проблем со
стиркой, Джеффри дал Энни понять, что с
легкостью откажется от пансиона, когда встретит настолько неотразимую женщину,
что захочет на ней жениться. Он сказал
это в своей обычной застенчивой манере, так что у Энни не осталось сомнений, что
под "неотразимой" женщиной он
подразумевает ее.
Она решительно выкинула из головы раздражающую страстность Джеффри. В эту
ночь ее мысли и чувства были
поглощены одним образом, образом ее героя Ренара.
Энни посмотрела на единственное освещенное окно с опущенными шторами на
верхнем этаже дома. Должно быть, это
комната Джеффри. Когда в окне появился темный силуэт, она вдруг поняла, как
хорошо видна улица в лунном свете. Если бы
Джеффри выглянул, он непременно увидел бы ее. Она перешла на другую сторону и
стала искать место, чтобы спрятаться. На
глаза ей попался огромный куст рододендрона, который рос в углу чьего-то
маленького дворика. Укрывшись за ним, она
сможет беспрепятственно продолжить наблюдение за пансионом.
Энни уже собиралась занять удобную для слежки позицию, как вдруг услышала
торопливые шаги. Она бросила взгляд в
конец улицы и увидела двух мужчин, направляющихся в ее сторону. Ей придется
подождать, пока они пройдут мимо, и только
потом спрятаться. А пока надо постараться выглядеть как можно более естественно
и непринужденно, чтобы не возбудить их
подозрений. Им может показаться странным, если она будет просто стоять посреди
улицы как столб.
Но ничего разумного в голову ей не пришло, и Энни осталась на месте. Она
приняла независимый вид, сунула руки в
карманы брюк, вызывающе приподняла подбородок и уставилась на пансион через
улицу. Она надеялась, что ее спокойная и
самоуверенная поза не вызовет у прохожих интереса. Но ошиблась.
- Месье. - Один из них учтиво кивнул и коснулся поля шляпы. Энни искоса
взглянула на него, не опуская подбородка и
не поворачивая к нему лица. - Мы можем вам помочь? Вы разыскиваете чей-нибудь
дом в этот поздний час?
Она отозвалась тихо и, как ей казалось, грубым голосом, надеясь, что ее ответ
прозвучит по-мужски, - в ее планы не
входило вступать в разговоры с кем-либо.
- Нет... э... спасибо. Я жду одного человека.
Прохожий не ответил. Возникла напряженная пауза, после чего Энни осмелилась
взглянуть на мужчину. Каково же было
ее удивление, когда она узнала в нем того темнокожего красавца, с которым
несколько дней назад столкнулась на кладбище!
Он внимательно смотрел на нее, как если бы узнал ее или разгадал ее маскарад.
Она напустила на себя еще более
вызывающий вид, но боялась в душе, что беспокойство выдаст ее.
- Арман, - спутник потянул его за руку, - пойдем, дружище, этому парню не
нужна наша помощь.
Энни взглянула на второго человека. Он тоже оказался смуглым и таким же
красивым, но выглядел моложе. На его лбу
выступила испарина, он нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Оба были хорошо
одеты и явно куда-то спешили. У
старшего, которого звали Арман, в руке был небольшой саквояж.
- Пойдем, Армян, - снова сказал молодой. - У нас есть дела.
Наконец ему удалось сдвинуть Армана с места. Напоследок с любопытством
взглянув на Энни, он поспешил вниз по улице
под руку со своим другом.
Энни не знала, насколько сильны были подозрения Армана, но он ушел, а это
главное. Она с облегчением вздохнула,
дождалась, пока они скроются за углом, и спряталась за кустом рододендрона. Тень
в окне Джеффри исчезла, затем
появилась снова - очевидно, он в волнении мечется по комнате. Энни подумала, что
он испытывает такое же беспокойство,
как и она сама, и улыбнулась. По поводу Ренара они с Джеффри всегда найдут общий
язык. Их обоих влечет к Ренару, к его
героическому образу жизни, в которой активно реализуются их собственные идеалы.
Потянулись томительные минуты ожидания. Она не хотела садиться на землю,
опасаясь, что мокрая трава испортит чужие
брюки. Хотя прождала она не больше часа, ей казалось, что прошла целая вечность,
и к тому времени когда свет в окне
Джеффри погас, у нее затекли ноги и разламывалась от боли спина. Однако эти
маленькие неудобства были щедро
вознаграждены, когда Джеффри вышел из боковой двери пансиона и двинулся по
улице. Даже в темноте Энни узнала его
развязную, размашистую походку. Ошибки быть не могло, это Джеффри.
Она двинулась за ним на приличном расстоянии. Хотя было далеко за полночь, на
улице еще попадались редкие прохожие.
Энни ныряла в тень, когда кто-нибудь шел ей навстречу, но сердце ее замирало
каждый раз, когда мимо проходил мужчина.
Ее пугала возможность повторения вчерашней встречи в проулке, особенно в
отсутствие поблизости Люсьена Делакруа,
который мог бы прийти ей на выручку.
Разумеется, впереди шел Джеффри, и она могла позвать его на помощь в случае
необходимости, но ей не хотелось,
чтобы что-то - пусть даже ее собственное спасение - помешало Джеффри прийти к
назначенному месту во
...Закладка в соц.сетях
