Жанр: Любовные романы
Огонек в ночи
...,
высокую грудь, соблазнительно колышущуюся под шелковой блузкой.
— Знаете, я бы с удовольствием выпил кофе.
— И я тоже.
— Но прежде, хочу предложить вам небольшую прогулку. Не против?
— Вовсе даже нет. — Грейс слегка покачнулась, поднимаясь, но это
уже ничего не значило.
Ей хотелось продлить удовольствие, хотелось смеяться и быть рядом с Майклом,
ощущать на себе его взгляд, опираться на его твердую руку, смотреть в его
бездонные глаза. Ей хотелось жить!
Они шли по узкой, петляющей между деревьями тропинке, держась за руки,
болтая ни о чем, смеясь, а их сердца бились все быстрее и быстрее, и
разгоряченная кровь разносила по телу проснувшееся и с каждой секундой
нарастающее желание.
Грейс вдруг шагнула с тропинки, наклонилась и сорвала какой-то цветок.
— Знаете, как он называется?
— Нет. А вы?
— Конечно. Говорят, он помогает читать мысли другого человека.
— Никогда об этом не слышал. Проверим?
— Попробуем. — Грейс протянула цветок Майклу. — Возьмите,
вдохните его аромат и попытайтесь угадать, о чем я думаю.
— Только не загадывайте что-то уж очень сложное.
— Ладно.
Он поднес цветок к носу, вдохнул. Закрыл глаза. Открыл. Посмотрел на Грейс.
— Ну что? — прошептала она. Майкл кивнул.
— Не судите строго, если ошибусь. Грейс не успела ответить — он вдруг
положил руки ей на плечи, и она зажмурилась.
Его рот накрыл ее губы, язык проник внутрь, и Грейс вдруг почувствовала, как
ее охватила невероятная слабость.
Она не помнила, как они вернулись домой, как поднялись по лестнице, как
вошли в спальню.
Майкл долго-долго, словно гипнотизируя, смотрел на нее, потом, не произнеся
ни слова, начал медленно расстегивать пуговички на ее блузке. Грейс
перестала дышать. Майкл развел полы и притянул ее к себе.
Закрыв глаза, она ждала продолжения. Он прижался к ее дрожащим губам, и все
в Грейс затрепетало, наполняясь желанием. Порыв ветра распахнул окно, обдав
обнаженные плечи прохладным дыханием засыпающего леса, но Грейс его не
почувствовала, полностью сосредоточившись на собственных ощущениях и
реакциях тела на ласки Майкла. Поцелуй становился все более глубоким, и ее
грудь напряглась в ожидании продолжения.
Майкл уже понял, что творится с Грейс. Властно раздвинув языком ее губы, он
жадно погрузился в глубину рта, как шмель, проникающий вглубь бутона в
поисках сладчайшего нектара. Его ласки становились все настойчивее, все
требовательнее. Прижав к себе ее бедра, он дал почувствовать Грейс силу
собственного возбуждения.
У нее перехватило дыхание, но не от страха, а от новизны ощущений, рожденных
прикосновением мужского тела. Ее руки скользнули под расстегнутую рубашку,
замерли, как попавшие на чужую территорию разведчики, и, осмелев, двинулись
дальше. Огонь разгорался в Грейс все сильнее, и погасить его мог только
Майкл. Отдаваясь воле инстинктов, она еще теснее прижалась к нему и
нетерпеливо потерлась полными, набухшими грудями о его грудь.
— Боже, Грейс, не делай так... — простонал Майкл.
Смутившись и не понимая в чем дело, она замерла.
— Ты еще не готова, милая. Будешь так соблазнять меня, и я не выдержу.
Легким движением он спустил тонкие бретельки бюстгальтера и расстегнул
крючок. Лифчик соскользнул вниз и мягко упал на ковер. Избавиться от джинсов
оказалось труднее, но Майкл справился с ними. Странное дело — впервые
представ обнаженной перед мужчиной, с которым познакомилась несколько часов
назад, Грейс, однако, не испытывала ни малейшего смущения.
Более того, она смело шагнула к Майклу. Он подхватил ее на руки и уложил на
кровать. Откинул одеяло. Нетерпеливо сорвал с себя одежду и лег рядом.
Позабыв о недавних страхах, Грейс вытянулась на прохладных шелковых
простынях, из-под полуопущенных ресниц наблюдая за его дальнейшими
действиями.
Его глаза потемнели от страсти.
— Ты просто чудо. — Глубокие, низкие нотки в его голосе убеждали
ее в искренности комплимента.
Майкл намотал на палец прядь ее волос. Несколько секунд он просто любовался
Грейс, потом наклонился и поймал губами налитый желанием темно-розовый
сосок. Из груди Грейс вырвался стон, в котором смешались наслаждение и
мольба.
Руки Майкла продолжали гладить ее тело. У нее была восхитительно гладкая,
нежная молочно-белая кожа. Идеальной формы упругие груди напоминали
увенчанные соблазнительными пиками песчаные дюны. Он провел ладонью по
напрягшемуся животу, и Грейс с готовностью приподняла бедра.
— Майкл, пожалуйста... я больше не могу... я... Он прервал поток
бессвязных слов долгим поцелуем.
— Можешь. Конечно, ты можешь.
Не прекращая ласк, Майкл опустился и вошел в Грейс одним сильным толчком.
Боль, пронзившая ее, была так сильна, что Грейс вскрикнула. Майкл удивленно
посмотрел на нее и остановился. Потом отстранился, сел на кровати и покачал
головой.
— Черт, почему ты мне ничего не сказала?
7
Годдард впервые видел Слая, так сказать, вживую. Сходство со Сталлоне
определенно присутствовало. Точнее, с тем Сталлоне, который громил врагов на
ринге в четырех частях
Рокки
и пяти частях
Рэмбо
. Высокий, черноволосый,
нос слегка крючковатый, губы тонкие. И только глаза другие — серые,
холодные, неживые. Дорогой, явно пошитый на заказ костюм из тонкой шерсти.
Неброский галстук. Черные туфли от Гуччи. Маникюр.
— Джейк, можешь идти. — Годдард поднялся, вышел из-за стола и
сделал шаг навстречу гостю. — Мистер?..
— Называйте меня Слаем. Я знаю вас, Стэнли. Надеюсь, документы
проверять не станете?
Ловкач рассмеялся и протянул руку.
— В этом нет необходимости. Мы же деловые люди.
— Тогда давайте перейдем к делу. Не люблю тратить время на пустую
болтовню. Думаю, вы так же не любите тратить впустую деньги.
— Итак, — подвел итог продолжавшегося полчаса разговора
Слай, — моя задача состоит из двух пунктов: первый — достать кассету,
второй — устранить девчонку. Так?
Не поднимаясь из-за стола, Годдард достал из бара бутылку виски
Шивас
ригал
и два низких, с квадратным дном стакана, плеснул в каждый янтарной
жидкости на два пальца и подтолкнул один стакан гостю.
— За успех.
— За успех.
Выпили. Годдард предложил киллеру сигару, а когда тот отказался, с явным
наслаждением закурил сам.
— Я понимаю, что вам нужна кассета, но зачем убирать женщину? Она же
ничего не знает. — Слай комфортно развалился в кресле, закинув ногу за
ногу.
— Может быть, не знает, — согласился Ловкач. — Может быть,
знает. Не люблю оставлять концы. К тому же она видела Джейка и Зака.
— Понимаю. Здесь вся информация? — Гость постучал пальцем по
лежащей на столе тонкой папке.
— Вся. Уверены, что успеете за два дня?
— Не был бы уверен, не взялся бы.
— Отлично. Буду ждать звонка.
Слай поднялся и, не попрощавшись, направился к двери. У порога он
остановился, повернулся вполоборота и, сверкнув зубами, бросил:
— Кстати, вы сказали, что девчонка видела Джейка. А Джейк ведь видел
меня.
Грейс осторожно выскользнула из-под простыни, спустила ноги на пол и
медленно встала с кровати. Она собрала разбросанные вещи и на цыпочках вышла
из спальни.
Майкл открыл глаза и посмотрел на часы. Скоро надо вставать, ведь он обещал
отвезти Грейс в Сиэтл. А если она захочет остаться?
О черт. Еще двенадцать часов назад, откупоривая бутылку вина, он допускал
мысль о небольшом, ни к чему не обязывающем, на одну ночь романе. Сейчас
ситуация выглядела совсем иначе. Почему?
Во-первых, потому что Грейс оказалась девственницей. Вот уж сюрприз так
сюрприз. Что ни говори, это налагало определенные обязательства.
Во-вторых, его тянуло к ней. И не только в сексуальном смысле. Накануне
вечером, во время ужина и после него, он вдруг почувствовал... Что? Как
назвать то, что шевельнулось, проснулось в нем?
Да, Грейс вдохнула в него жизнь. Впервые за месяцы, прошедшие после смерти
Анны, он ощутил себя живым. Но означало ли это, что он готов впустить в эту
новую, едва обретенную жизнь совершенно незнакомую молодую женщину?
Ответа не было.
Солнце уже встало. Оно еще не поднялось из-за горной гряды, но небо
поголубело, за окном привычно защебетали птицы, а воздух нес запах свежести
и распускающихся цветов.
Пора.
Грейс стояла у окна с чашкой в руке. Услышав шаги, она не обернулась, но как
будто сжалась, напряглась.
Майкл обнял ее за плечи. Прижался губами к еще влажным, пахнущим шампунем
волосам.
— Прости...
Грейс вздохнула.
— Я не знал... все получилось так неожиданно...
— Ты ни в чем не виноват. Я сама этого хотела. — Она поставила
чашку на подоконник и повернулась к Майклу лицом. — Ничего, что я
надела твой халат?
— Мне нужно кое-что сказать тебе.
Его взгляд скользнул по ее высокой шее, опустился ниже, туда, где под
разошедшимися полами белел холмик груди, и все слова вылетели у Майкла из
головы. О чем он собирался говорить? В чем каяться? Что объяснять?
Грейс призывно раскрыла губы, и он тут же откликнулся на приглашение.
Желание кипело в них обоих, огонь охватывал все новые территории, сомнения
таяли и растворялись в сокрушающей, сметающей все на своем пути страсти.
Их языки переплелись, словно два борца, ведущих схватку за сладчайший приз.
Голод многолетнего воздержания требовал насыщения. Здесь и сейчас.
Грейс запрокинула голову, почувствовала, как соскальзывает с плеч халат. А
потом все исчезло, утонуло в захватившем ее стремительном водовороте
страсти.
Грейс попросила высадить ее в паре кварталов от редакции. Она так и не
рассказала Майклу о том, где работает и к кому отправляется сегодня.
Впрочем, он и не спрашивал. Может быть потому, что и сам не горел желанием
рассказывать о себе. Наверное, именно так и должны строиться отношения
мужчины и женщины в начале двадцать первого века: у каждого своя жизнь, своя
работа, свой дом и счет в банке, а общее — обед в ресторане пару раз в
неделю, театр или кино, уикенд или небольшой отпуск где-нибудь на
экзотических островах. Никаких обязательств, никаких претензий. Жизнь у
каждого отдельная, и в этой жизни хватает трудностей, проблем и забот, так
что взваливать на себя лишний груз совсем ни к чему.
Она открыла дверцу, поцеловала Майкла в щеку, подхватила сумку и уже
поставила ногу на тротуар, когда Майкл наконец спросил:
— Позвонишь?
— Да. Но не обещаю, что сегодня. Пока.
— Пока.
Проводив ее взглядом, Майкл посмотрел на часы. Надо поспешить — у него тоже
есть дела.
Они уже ждали ее в редакции. Все трое.
— Грейс! — Лиз бросилась к подруге, обняла, потом отстранилась и
заглянула в глаза. — Ты как? Все в порядке?
— Конечно.
Грейс улыбнулась Грегу и лишь затем решилась посмотреть на Уилбура Макински.
Тот вел себя так, как будто ничего не случилось.
— Я так беспокоился. — Он шагнул к ней, и Грейс невольно подалась
назад. — Обошлось? Как вам удалось...
— Поговорим об этом потом! — резко бросила она. — Надеюсь,
планы не изменились. Когда выезжаем?
— Даррелл согласился принять нас в одиннадцать. Твой ноутбук у
меня. — Грег указал на лежащий на столе чемоданчик. — Если ты
готова...
— Я еще успею переодеться? — Грейс повернулась к зеркалу.
— Пройдем в фотолабораторию. — Лиз взяла ее за руку. — Я
захватила кое-что из твоей одежды.
— Спасибо, ты такая внимательная. Не хотелось бы показываться перед
знаменитостью в несвежей блузке и мятой юбке.
— Дорога до Такомы заняла около сорока пяти минут. Проехав по центру
города, Грег остановил машину напротив Лютеранского университета. Макински
посмотрел на часы.
— Почему мы остановились? — спросила Грейс.
— Даррелл изменил правила игры, — ответила Лиз. — Заявил, что
примет нас на нейтральной территории.
— Где же?
— Мы не знаем. Он позвонит Уилу на сотовый ровно в половине
одиннадцатого и даст дальнейшие инструкции.
— Странно, — пробормотала Грейс. — С чего бы это такие
перемены?
Лиз пожала плечами.
— У знаменитостей свои причуды. Может быть, у него есть основания
опасаться за свою жизнь.
— Парень просто набивает себе цену, — не согласился с ней
Грег. — Вот увидите, он явится на интервью в резиновой маске и с кучей
телохранителей. Боюсь, эта штука, — он похлопал по фотоаппарату, —
мне не понадобится.
У Макински зазвонил телефон.
— Да? — Пауза. — Да, мистер Даррелл. Мы у Лютеранского
университета. Синий
бьюик
, регистрационный номер... — Уил продиктовал
номер. — Да... Понял. Нас четверо, двое мужчин и две женщины. —
Снова пауза. — Да... Карту, — прошептал он, поворачиваясь к Грегу.
Тот ловко развернул уже приготовленную карту. — Мотель
Пасифик
?
Нашел. Будем через четверть часа.
— Ну что? — обеспокоено спросила Лиз.
— Едем к мотелю
Пасифик
. — Макински ткнул пальцем в
карту. — Двигай, Грег. Нам нужно быть там через пятнадцать минут.
— Не уверен, что это конечный пункт, — недовольно проворчал Грег,
выжимая педаль сцепления. — Шпионские игры. Нет, мне это все
определенно не нравится.
Мотель обнаружился на выезде из города, в самом конце унылой улицы,
застроенной однотипными двухэтажными коттеджами.
— Что дальше? — полюбопытствовала Грейс. Макински пожал плечами.
— Ждем второго звонка.
Две минуты прошли в напряженном ожидании. Наконец телефон снова зазвонил.
— Да?
На этот раз говорил только Даррелл. Выслушав инструкцию, Уил раздраженно
хлопнул себя по колену.
— Похоже, ты был прав, Грег. Этот чертов писака разыгрывает из себя бог
знает кого.
— Куда дальше?
— Никуда. Он пришлет за нами машину. Грег, тебе придется остаться здесь
— Даррелл примет только троих. Никаких фотографий не будет. Сотовые
оставляем здесь. Это приказ. Нас обыщут, и, если найдут телефон или камеру,
интервью отменяется. Понятно?
— Черт бы его побрал! — от души выругался Грег. — Ладно. Мне
оставаться здесь?
— Да. И не выходи из машины.
— А вот и они! — воскликнула Лиз, приникая к окну. — Выходим?
Рядом с
бьюиком
остановился серый пикап. Сидевший за рулем мужчина в
бейсбольной кепочке и солнцезащитных очках махнул рукой и открыл заднюю
дверцу.
— Пока, Грег, не скучай, — бросила, выходя из машины Лиз. — Я
потом все тебе расскажу.
Они пересели в пикап, который тут же сорвался с места. Грейс молчала,
остальные тоже. К счастью, пропетляв минут пять по улицам,
форд
свернул к
скромному особнячку и замер у входа.
— На второй этаж, — коротко приказал водитель. — Быстро.
Дверь уже была открыта. Подгоняемые мрачным мужчиной в бейсболке, репортеры
поднялись по хлипкой деревянной лестнице, прошли по полутемному коридорчику
и остановились у единственной двери.
— Входите. Они вошли.
Комната была довольно просторной и выглядела совершенно необжитой:
занавешенное плотными шторами окно, простой письменный стол, диван
неопределенного цвета, два стула. И все. Если не считать стоящего у окна,
спиной к гостям, высокого человека в кожаной куртке.
— Садитесь. — Вошедший вслед за ними мужчина в бейсболке
бесцеремонно подтолкнул Лизу и Грейс к дивану. Уил, пожав плечами, опустился
на стул.
Человек у окна повернулся.
— Я Кеннет Даррелл. Начнем.
Грейс ахнула.
Слай отложил папку и задумчиво уставился в потолок. Информации, которую
предоставил ему Годдард, было вполне достаточно, чтобы построить на ее
основании план действий, который в случае успешной реализации принес бы ему
сумму, достаточную для безбедного существования в течение ближайших месяцев.
Странно, что такой человек, как Ловкач, умеющий создавать хитроумные
многоходовые комбинации, оказался неспособен решить довольно-таки несложную
проблему. Впрочем, если бы все решали свои проблемы сами, надобность в его
услугах просто-напросто отпала бы.
Слай никогда не задумывался над тем, чем бы он занимался, если бы в силу
обстоятельств оказался не у дел. Пока существует мир, в котором правят
деньга, его профессия всегда останется востребованной. В этом он не
сомневался. Деньги — высшая сила и высшая ценность, по сравнению с которой
жизнь человека — пустяк.
План в общих чертах уже сложился. Он знал имя объекта, знал, где
остановилась Грейс Маршалл, знал, с кем она контактирует здесь, в Сиэтле.
Сделав звонок в редакцию
Кроникл
и представившись другом Грега Хилла, Слай
выяснил, что фотограф выехал на интервью и должен вернуться во второй
половине дня. Поразмышляв, он пришел к выводу, что Грейс рано или поздно
появится в
Хилтоне
, чтобы выписаться из отеля и забрать вещи. Переданная
портье сотня долларов позволяла рассчитывать на своевременное уведомление о
ее прибытии. На всякий случай Слай решил установить наблюдение и за
квартирой Лиз. Этим займется Джейк.
Оставалось только ждать. Слай включил телевизор, положил на столик телефон и
растянулся на диване.
— Майкл?!
Его взгляд задержался на ней всего лишь на мгновение и тут же перешел на
Лиз.
— Пожалуйста, предъявите редакционные удостоверения.
Разумеется, он узнал ее. Но не подал виду. В этом не было ничего странного.
Проблема заключалась в другом: как теперь выполнить поручение Джереми
Тайрона?
Просмотрев удостоверения, Майкл — нет, не Майкл, а Кеннет Даррелл, напомнила
себе Грейс — уселся за стол, спиной к окну, так, что лицо его снова
оказалось в тени.
— Я получил ваши вопросы и, как мы и договаривались, приготовил
ответы. — Он положил руку на обычную канцелярскую папку. — В вашем
распоряжении два часа. Я оставляю за собой право не отвечать на те вопросы,
которые мне по каким-то причинам не понравятся. Никаких фотографий. Никаких
диктофонов. Согласны?
— Вы ставите нас в довольно-таки затруднительное положение, мистер
Даррелл. — Уилбур Макински покачал головой. — Нам ведь, как вы
понимаете, нужно надежное подтверждение самого факта интервью. Читатели
могут счесть его мистификацией или прямым обманом.
Даррелл согласно кивнул.
— Я дам вам подтверждение. Подтверждение того, что вы действительно
беседовали с автором романов. Вас это устроит?
Все трое кивнули.
— Хорошо. Перейдем к вопросам. Вы будете задавать их по очереди?
— Да, — ответил за всех Уил.
— Вы первая, мисс Фэрроу.
Лиз с улыбкой развернула блокнот.
— Скажите, мистер Даррелл, что побудило вас взяться за перо?
Самое обычное интервью. Ничего особенного. Они задавали вопросы — он
отвечал. Отвечал подробно, охотно, почти без раздумий. Было видно, что
Даррелл хорошо подготовился к разговору. Поначалу Грейс немного смущалась,
отводила глаза, но потом успокоилась и даже позволила себе задать
знаменитости шутливый вопрос о гастрономических пристрастиях.
Два часа пролетели незаметно.
— К сожалению, наше время истекло. — Даррелл постучал по
циферблату часов. — Пожалуйста, последний вопрос.
Грейс так и не поняла, что побудило ее поднять руку, а потом произнести
первые пришедшие в голову слова:
— Скажите, где вы были одиннадцатого сентября две тысячи первого года?
В первый раз за время интервью он ответил не сразу, а когда заговорил, Грейс
поняла, что допустила ошибку. Нет, не так. Она просто сделала что-то не так.
Может быть, ударила по больному месту. Может быть, открыла еще кровоточащую
рану. Уил и Лиз, похоже, ничего не заметили, но она — почувствовала.
— Я был в Нью-Йорке, мисс Маршалл.
Он поднялся. Они тоже. Обменялись любезностями. Попрощались. Пожали друг
другу руки. Даррелл остался в комнате. Уил, Лиз и Грейс вышли в коридор,
спустились по лестнице, подошли к машине. Мужчина в бейсболке открыл заднюю
дверцу.
— Садитесь.
Теперь
форд
уже не петлял по улицам, а несся прямиком к... Лютеранскому
университету.
— Разве вы не доставите нас к нашей машине? — удивилась Лиз.
— Нет. Выйдете на площади. За вами приедут через пять минут.
Так и получилось. Дождавшись Грега, они расселись по местам и перевели дух.
— Отличная работа! — весело заметил Уил. — Такое дело надо
отметить. Кто за?
Все согласились.
— Только не здесь, а в Сиэтле, — сказала Лиз. — Сдадим
материал, примем душ, а потом можно и оторваться.
Неожиданно для самой себя Грейс тронула Грега за плечо.
— Останови, пожалуйста. Мне надо выйти.
— Что случилось? — забеспокоилась Лиз.
— Ничего. — Грейс взяла сумочку и открыла дверцу. — У меня
здесь одно дело. Совсем забыла. Поезжайте, не ждите. Лиз, я тебе позвоню.
— Нет-нет. — Лиз выскочила вслед за ней. — Я никуда тебя не
отпущу. В чем дело?
— Мне нужно кое-кого увидеть. — Грейс отвела глаза — лгать друзьям
она так и не научилась. — Не беспокойся. Все будет хорошо. Я вернусь
часам к шести или семи. И сразу приеду к тебе.
— Это как-то связано с Дарреллом? — шепотом спросила Лиз.
Грейс потупилась.
— Да.
Подруга погладила ее по руке.
— Ладно. Делай, как считаешь нужным, но обязательно позвони. Я буду
волноваться.
— Обещаю. — Грейс улыбнулась, поцеловала Лиз в щеку и зашагала
прочь.
Грейс остановилась у первого же таксофона и, заглянув в блокнот, набрала
номер. Он снял трубку после второго гудка.
— Слушаю.
— Майкл, это я, Грейс.
— Ты не уехала?
— Нет, я осталась в Такоме. Мне нужно с тобой поговорить.
Она задержала дыхание в ожидании ответа. Пауза затягивалась.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Где ты сейчас?
— Не знаю, где-то в центре.
— Хорошо. Жди меня у кинотеатра
Глобус
. Найти его нетрудно. Я буду
там через четверть часа.
Кинотеатр оказался рядом. Грейс устало присела на скамейку. Зачем она это
сделала? Зачем позвонила? Зачем задала тот дурацкий вопрос об одиннадцатом
сентября? И как теперь быть с заданием Тайрона?
Ответ на последний вопрос она уже знала: Тайрон не получит того, чего ждет.
— Ты хотела о чем-то поговорить? — холодно спросил Майкл, когда
Грейс закрыла за собой дверцу и накинула на грудь ремень безопасности.
— Да. — Она вдруг обнаружила, что совершенно не представляет, с
чего начать и зачем ей вообще понадобилось просить о встрече, — Все
вышло так...
— Все вышло так, как ты и рассчитывала, да? Ловко придумано, ничего не
скажешь. План сработал, ты заслужила хорошие премиальные.
Грейс изумленно посмотрела на него.
— О чем ты? Какой план? Какие премиальные?
Майкл повернул налево и, проскочив перекресток, добавил газу.
— О чем? Признайся, ты ведь не случайно оказалась вчера в моей машине?
Наверное, твое начальство потратило немало денег, чтобы меня найти.
Грейс ожидала чего угодно, но только не такого обвинения.
— Ты ошибаешься. Никакого плана не было. Меня действительно хотели
похитить, я убегала и в твой джип попала совершенно случайно.
— Тебе не кажется, что эта версия звучит уж слишком неубедительно?
— Это не версия. Это правда. — Какого черта я перед ним
оправдываюсь? Пусть думает, что хочет, — Ладно, я зря тебе позвонила.
Ты выдумал для себя какую-то дурацкую теорию и уверовал в нее, как в
откровение. Очень по-мужски. Трусливо и подло. Когда не хватает мужества
сказать что-то в лицо, вы, мужчины, всегда ищете себе то или иное
оправдание. Но только имей в виду: еще сегодня утром я даже не подозревала,
что ты — Кеннет Даррелл.
— Неужели? Тогда объ
...Закладка в соц.сетях
