Жанр: Любовные романы
Сейчас или никогда
...и от дома и
протянул ей.
— А как же Сквиз? — удивилась Мэл.
— Ничего страшного, — успокоил ее Гарри. — Он нападает только
на незнакомых людей или на тех, кто по тем или иным причинам ему не
приглянулся. — Он направился к двери, а потом вернулся и в последний
раз поцеловал ее. — У-у-у-у, — мечтательно протянул он, —
букет сирени!
— На этот раз ты угадал, детектив, — смеясь, ответила она.
На прощание Гарри махнул рукой и быстро вышел из квартиры.
— Позвони и сообщи мне номер рейса и время прибытия! — крикнул он
из коридора. — Я постараюсь встретить тебя.
Глава 36
В кабинете Мэл прослушала все поступившие на автоответчик сообщения. В
основном это были ее друзья и коллеги, поздравлявшие ее с совершенно
бесподобной программой, а в двух случаях люди просто повесили трубку, что
очень удивило ее. Обычно все стараются оставить хотя бы пару слов. Впрочем,
было раннее утро и звонившие могли надеяться на то, что еще застанут ее дома
или на работе.
Она торопливо собрала самые необходимые вещи, уложила их в дорожную сумку,
швырнула туда пару интересных книг, которые давно собиралась прочитать,
быстро оделась и подошла к двери, но, не успев выйти, услышала звонок. Она
подумала, что это звонит Гарри. Судя по всему, он уже добрался до аэропорта
и что-то забыл сказать.
Мэл сняла трубку и тут же опустилась на стул.
— Алло? — произнесла она веселым голосом, надеясь, что сейчас
услышит, как он соскучился по ней и как не хочет уезжать в Бостон.
Но в трубке молчали.
— Алло? — снова повторила она громче, но на другом конце по-
прежнему молчали. Мэллори с недоумением посмотрела на трубку, а потом на
телефонный аппарат. Было ясно, что кто-то набрал ее номер, но почему-то не
отвечает. Впрочем, вполне возможно, что это просто-напросто неполадки на
линии. Она положила трубку, подхватила сумку и быстро спустилась на лифте,
где нос к нос столкнулась со швейцаром.
— Миссис Мэлоун, — остановил он ее у двери, — хочу сказать
вам, что никогда еще не был так растроган, как после вашей изумительной
передачи. — Ей показалось, что он вот-вот расплачется. — Эти
несчастные родители были так трагичны, что мне захотелось хоть чем-то помочь
им. Очень надеюсь, что благодаря вашей передаче этого мерзавца в конце
концов поймают и посадят до конца жизни в тюрьму, хотя я сам посадил бы его
на электрический стул. Знаете, у меня тоже есть дочери и внучки, и я
прекрасно понимаю чувства этих несчастных людей. Большое вам спасибо, миссис
Мэлоун!
Мэл добродушно улыбнулась и охотно пожала протянутую ей руку.
— Спасибо, Владимир. Я просто пыталась донести до общественного мнения
всю трагичность сложившейся ситуации. А теперь остается ждать и надеяться на
лучшее.
Мэллори вышла во двор, села в поджидавшую ее машину и отправилась на работу.
Весь день ее донимали звонками, поздравляли с успешной передачей и желали
дальнейших успехов. Причем поздравляли даже люди, которые не имели ни
малейшего отношения к телевидению, включая ее водителя, сотрудников
прачечной, дворников и продавцов в магазине.
— Наш офис превратился в какую-то штаб-квартиру по подготовке к приему
королевы, — радостно сообщила ей Бет Харди, когда Мэл появилась на
пороге офиса. — Надеюсь, ты в порядке? — с неподдельной заботой
спросила она. — Вчера после эфира ты выглядела так, словно трагедия
случилась не у родителей, а у тебя. Все было прекрасно, Мэл. Все просто
рыдали от нашей передачи.
— Да, все нормально, — вяло ответила она, направляясь в свой
кабинет.
— Мэл, мы принимаем сотни звонков и уже не справляемся с такой
нагрузкой! — продолжала тараторить Бет. — Список всех звонивших у
тебя на столе. — В этот момент снова зазвонил телефон, и Бет бросилась
к нему.
Мэл вошла в свой кабинет, бросила сумку на кресло, а потом пробежала глазами
длинный список звонивших, с удовлетворением подумав, что, к счастью, ей не
придется лично отвечать на каждый звонок. В списке она заметила немало
известных имен — голливудские звезды, политические деятели, знаменитые рок-
певцы, известные промышленники и финансисты.
Она подошла к окну и посмотрела вниз, где суетливо мчались машины и сновали
взад и вперед пешеходы. А в Бостоне среди вот таких же пешеходов до сих пор
разгуливает на свободе маньяк, замышляющий новое преступление. Она даже
вздрогнула от такой мысли. Желая как можно скорее избавиться от дурных
предчувствий, она позвонила в аэропорт и заказала билет до Бостона на два
часа дня, после чего набрала рабочий телефон Гарри, чтобы сообщить ему о
своем решении. Она думала, что придется оставить сообщение на автоответчике,
и была очень удивлена, когда он сам снял трубку.
— Ну ты как там? — поинтересовалась она с ухмылкой на
губах. — Изнываешь от тоски?
— Да уж, изнываю, — захихикал Гарри. — Тут такое творится,
что впору из окна выпрыгивать.
— Может быть, я зря занимаю твой телефон?
— Благодаря твоей передаче все наши сотрудники только тем и занимаются,
что отвечают на звонки и собирают данные о предполагаемом преступнике.
Никогда не думал, что у нас так много психов.
— Интересно, а есть что-нибудь стоящее? — сгорая от любопытства,
спросила Мэл. — Я имею в виду те сообщения, которые действительно могут
вывести вас на преступника.
— Нет, пока ничего интересного нет, но еще не вечер, как говорится.
Посмотрим, что покажет время. Могу сказать одно — мы анализируем все
сообщения. Мэл, только не говори, что ты передумала и не сможешь приехать ко
мне, — быстро сменил он тему разговора, хотя в душе был уверен, что это
не так.
— Нет, Гарри Джордан, даже и не мечтай. — шутливо ответила
Мэл. — Теперь ты от меня так легко не отделаешься. Ровно в два часа дня
я вылетаю к тебе.
— Прекрасно, но, к сожалению, я не смогу тебя встретить в это время.
Очень сожалею, Мэл, но наш шеф решил созвать пресс-конференцию и пригласил
мэра Бостона. А я там выступаю в роли главного ответчика и как раз буду
сидеть в зале, когда твой самолет приземлится в аэропорту. — Он грустно
вздохнул и крепко сжал трубку. — Я же предупреждал, что эта неделя
будет ужасно трудной.
— Ничего страшного, Гарри, — успокоила его Мэл. — Я все
прекрасно понимаю и без особого труда доберусь до твоего дома на такси.
— Знаешь что? — неожиданно вспомнил Гарри. — Я вызову в
аэропорт лимузин, а ты скажешь, что я оплачу счет.
Мэл весело рассмеялась:
— Ты снова предлагаешь мне сыграть роль голливудской кинозвезды?
— Нет, на этот раз все обстоит по-другому, но я очень не хочу доверять
тебя какому-то незнакомому таксисту. Я вообще сейчас не доверяю людям,
которых не знаю лично.
Мэл внезапно насторожилась:
— Гарри, что ты хочешь этим сказать?
Тот долго молчал, не зная, как объяснить ей сложившуюся ситуацию.
— Понимаешь, Мэл, этот преступник живет в Бостоне, это его город, и
черт знает, что может взбрести ему в голову. Ты должна соблюдать
осторожность, я хочу быть уверенным, что с тобой все нормально. Паниковать,
конечно, не стоит, но и проявлять беспечность было бы верхом глупости.
Короче говоря, проблему твоей безопасности можешь всецело возложить на меня.
— В таком случае мне будет намного спокойнее, — тихо ответила
потрясенная Мэл. Ей и в голову не приходило, что ее передача может навести
на нее маньяка-убийцу.
— Боже мой, — нарочито бодро ответил Гарри, — неужели это та
самая мужественная и смелая Мэллори Мэлоун, которую я знаю и безмерно люблю?
Та самая Мэлоун, которую часто называют бойцовой собакой, которая вцепляется
в жертву мощными зубами и никогда не отпускает ее? Независимая и неподкупная
журналистка, которая всегда оставляет за собой последнее слово?
— Да, но не потому, что у меня такой характер, а просто из-за того, что
мне не оставляют другого выбора. А разве тебя так не называют?
— Нет, никто, кроме, разумеется, тебя.
— А я думала, что это ты сторожевая собака, охраняющая покой
законопослушных граждан.
Гарри грустно вздохнул:
— Вот видишь, даже сейчас ты стараешься оставить за собой последнее
слово. Это ли не подтверждение правоты моих слов?
— Ну ладно, — засмеялась Мэл, — увидимся позже. Не люблю
спорить с глупыми детьми.
— С нетерпением жду тебя. Будь осторожной, Мэл.
В аэропорту Ла-Гуардиа все газетные киоски были увешаны газетами и журналами
с фотороботом преступника и подробными репортажами о ее телевизионной
передаче. Еще больше сообщений было в бостонском аэропорту Логан. В здании
терминала она низко наклонила голову и быстро прошла мимо огромной толпы
журналистов, которые, как ей поначалу показалось, ожидали какого-то
политика, а потом вдруг узнали известную телезвезду и бросились за ней.
— Что вас привело в Бостон, миссис Мэлоун? — кричали они
вдогонку. — Есть ли какие-либо подробности о расследовании последних
убийств? Вы приехали сюда, чтобы помочь полиции поймать преступника? О чем
будет ваша следующая передача? Что вы можете сказать напуганным жителям
Бостона?
— Это частный визит, — повторяла Мэл, быстро направляясь к выходу
из терминала и теряясь в догадках относительно такого скопления журналистов.
Только потом она поняла, что это хитроумный план Гарри Джордана по
обеспечению ее безопасности. Даже самый безумный маньяк-убийца не посмеет
посягнуть на ее жизнь в присутствии стольких журналистов.
У выхода ее уже ждал лимузин с охраной. Мэл быстро уселась в машину, и та
помчалась по оживленным улицам Бостона, пока наконец не остановилась на Луисбург-
сквер. Какое-то время она стояла перед домом, восхищаясь живописной улочкой
и прекрасным старинным особняком, а потом поднялась на веранду, отперла
входную дверь и вошла в дом.
Сквиз лежал на коврике в прихожей и поначалу угрожающе заурчал и злобно
сверкнул глазами, но потом узнал ее и добродушно завилял хвостом. Мэл встала
на колени и потрепала его по голове.
— Привет, Сквиз. Хороший мальчик, замечательный пес.
Она прошла на кухню в сопровождении собаки и, оставив там огромную корзину с
продуктами, внимательно осмотрела жилище Гарри. На кухне был полный порядок,
но она сразу догадалась, что причина не в аккуратности хозяина, а в том, что
он редко заходил сюда и практически никогда ничего не готовил.
Осмотрев прихожую, она вернулась на кухню, вынула из корзины все собачьи
подарки и положила их на коврик перед Сквизом. Тот мгновенно вцепился в
искусственную кость зубами и на какое-то время оставил Мэл в покое.
Раскладывая в шкафу свои вещи, она неожиданно наткнулась на нижнее белье
Гарри. Женское любопытство взяло верх, и она внимательно осмотрела его. Оно
было чистым и достаточно дорогим, о чем свидетельствовали фирменные наклейки
известных производителей
Армани
и
Гэп
.
В ванной комнате она тоже навела порядок — прежде всего отодвинула какие-то
бутылочки и тюбики и аккуратно разложила весь парфюмерный набор, который
прихватила с собой. Пусть помнит, что отныне здесь будет все парное — его
вещи и ее.
Неожиданно зазвонил телефон. Сквиз громко тявкнул и бросился из-под ее ног к
телефону. Мэл сняла труб-274 ку и услышала веселый голос Гарри.
— Он всегда лает, когда звонит телефон, — пояснил он. —
Иногда мне кажется, что он тем самым пытается ответить на звонок. Вообще
говоря, это было бы неплохо.
Мэл засмеялась и присела на диван.
— Привет, детектив. Надеюсь, тебя не очень терзали на пресс-
конференции? Должна сразу признаться, что долгое время исследовала жилище
детектива, и результаты оказались весьма неутешительными. Ты бы видел, что я
обнаружила в твоем холодильнике! Уму непостижимо, как можно хранить такие
жалкие огрызки! А в твоей ванной что делается? Единственное, что меня
приятно порадовало, так это твое чистое белье. Не понимаю, когда ты
успеваешь сдавать все это в стирку.
— Значит, у меня не осталось от тебя абсолютно никаких секретов? —
быстро прервал Гарри ее пространный монолог.
— Совершенно верно, никаких.
— В таком случае я могу считать, что выдержал один из самых серьезных экзаменов в своей жизни.
— И не один, а сразу несколько, — уточнила Мэл. — И к тому же
по полной программе. — Она прижала трубку к щеке, словно обнимала
человека на другом конце провода. — Где ты сейчас?
— В пресс-центре городского совета, хотя с огромным удовольствием ушел
бы отсюда. Надеюсь, ты не уснешь до моего возвращения домой?
— Нет, все будет нормально, не волнуйся, — успокоила его
Мэл. — Только не задерживайся без надобности. Кроме того, со мной рядом
всегда находится Сквиз, а уж он-то не даст меня в обиду. Хочу еще раз
сказать, что у тебя потрясающий пес.
— Да, Мэл, он чем-то похож на тебя. То есть не чем-то, конечно, а
именно тем, что потрясающий. Кстати, я недавно звонил матери, и она
приглашает тебя на чай.
— Твоя мать приглашает меня на чай? — недоверчиво переспросила
Мэл. — Послушай, Гарри, может быть, я ошибаюсь, но мне кажется, что это
уже серьезно.
Гарри весело захихикал:
— Не спеши с выводами. Если хочешь знать, моя мать редко когда бывает
серьезной. Мэл, я тебе еще позвоню. Пока.
Как только она положила трубку, снова раздался звонок.
— Ах, это вы, моя дорогая! — послышался вкрадчивый голос Миффи,
причем так отчетливо, словно она находилась в соседнем доме. — Гарри
сказал, что вы должны приехать на выходные, вот я и решила, почему бы не
позвонить, Тем более что вы там одна, а мой непутевый сын еще долго будет
болтаться по своим делам. Так вот, милочка, почему бы нам не встретиться за
чашкой чая? Конечно, сейчас это уже кажется старомодным, но мне так хочется
поболтать с вами. — Она подробно объяснила Мэл, как добраться до ее
дома, а потом добавила, что очень соскучилась по ней и будет с нетерпением
ждать встречи.
— Я тоже, — смеясь, ответила Мэл. После этого она поправила
прическу, подкрасила губы, позвала Сквиза и вышла из дома, тщательно заперев
входную дверь.
Погода была хорошей, и Мэл с удовольствием прогулялась с собакой по
небольшому скверу, затем пересекла Чарлз-стрит и вышла на известную всем
историкам Маунт-Вернон-стрит, где когда-то — проживали выдающиеся
государственные и политические деятели страны. По обеим сторонам улицы
возвышались старинные особняки, украшенные затейливой лепниной и
псевдоантичными колоннами. Ей так понравилось это место, что она решила
обязательно прийти сюда еще раз и побродить по этим старым улочкам и
переулкам.
Дом Миффи Джордан был выстроен из красного кирпича и поражал своей
величественностью. Парадный вход украшал небольшой портик с белыми
колоннами, над которым возвышался длинный ряд высоких окон с черными
ставнями и резным балконом. Перед домом была разбита уютная лужайка и
небольшой сад, что еще больше усиливало впечатление о древности как самого
дома, так и проживавшего в нем рода Джорданов.
Сквиз быстро и без напоминаний завернул в ворота, как будто подсказывая ей,
что они уже пришли.
— Из одного дома в другой, не так ли, Сквиз? — сказала Мэл, следуя
за ним по широкой дорожке.
Миффи открыла им дверь так быстро, словно все это время находилась за ней в
ожидании гостей.
— Моя дорогая Мэллори, — радостно всплеснула она руками, —
как я рада снова видеть вас в своем доме! — С этими словами она
поцеловала гостью в обе щеки и тут же вручила салфетку.
Сквиз тоже не остался без внимания: два симпатичных щенка бежевого цвета
вырвались из гостиной и бросились к нему, радостно повизгивая и виляя
хвостами. Однако тот сидел с гордо поднятой головой и лишь изредка делал им
одолжение, поворачивая к ним голову.
— Вы только посмотрите на эти глупые создания! — восторженно
воскликнула Миффи. — Они никак не могут понять, что Сквиз не
связывается с такими малышами. — Она весело рассмеялась и, взяв Мэл под
руку, повела вверх по мраморной лестнице в комнату, которую она в шутку
называла
личной гостиной
. — Здесь намного уютней, чем в той большой
гостиной, что на первом этаже, — пояснила она, приглашая Мэл в
симпатичную комнату с высокими окнами и большим балконом. Она была оформлена
в желтых тонах — любимый цвет хозяйки, — и даже на полу лежал толстый
ковер желтоватого цвета. Вся мебель в комнате была старинной, что еще больше
усиливало впечатление ни с чем не сравнимой основательности дома. А на
стенах висели картины английских мастеров семнадцатого века, каждая из
которых стоила целое состояние.
Миффи усадила Мэл в мягкое кожаное кресло перед столом, на котором уже стоял
поднос с серебряным чайником и изумительными фарфоровыми чашками, какие
можно увидеть только в музее.
— Ну, что будете пить, Мэллори, чай или джин? — любезно
поинтересовалась хозяйка, показывая рукой на столик с самыми разнообразными
напитками.
Мэл остановила свой выбор на чае с лимоном, чем вызвала одобрение Миффи, а
потом потрепала по голове усевшегося у ее ног Сквиза. Хозяйку дома так и
подмывало спросить насчет родителей погибших девушек, но Гарри строго-
настрого запретил ей задавать глупые вопросы. Миффи была в восторге от
телевизионной передачи и окончательно убедилась в правоте Джека Джордана,
который говорил, что Гарри будет полным идиотом, если упустит такую
великолепную женщину.
Мэл внимательно осмотрела гостиную и остановила свой взгляд на картинах.
— Это портреты женщин из рода Пискоттов, — пояснила Миффи. —
Кстати сказать, и дом этот некогда принадлежал Пискоттам, а не Джорданам.
Знаете, милочка, моя прапрапрабабушка родилась в той самой спальне, которую
я сейчас занимаю, хотя с тех пор все женщины старались рожать в более
соответствующих гигиенических условиях. А слева от вас висит портрет
известного художника Тиссота, на котором изображена моя прабабушка Ханна
Летиция Пискотт во время своего медового месяца в Париже. Красивая женщина,
не правда ли? Она прожила сто два года и умерла на ногах, а не в постели,
так что от Пискоттов нам досталась неплохая наследственность.
Миффи сделала паузу, повернула голову, указывая на портрет женщины на стене,
и продолжила:
— А вот здесь изображена одна из моих прабабушек — Фелиция Элис
Пискотт. Автор — Сарджент. Бедняжка, она утонула в Атлантике вместе с
Титаником
. Она очень любила путешествовать и всегда делала это одна, без
сопровождающих. Причем многие ее поездки окутаны такой тайной, что мы до сих
пор не знаем, где и когда она была и что там делала. Правда, потом прошел
слух, что в конце концов она сбежала куда-то с другом семьи, который тоже
обожал дальние странствия. Романтично, не правда ли?
Она посмотрела на Мэл, пытаясь угадать произведенное ею впечатление.
— А рядом с ней портрет работы Джона Варда, где он очень удачно
изобразил мою любимую мамочку, которая чем-то похожа на герцогиню
Виндзорскую, только намного красивее ее. Во всяком случае, истинного шарма в
ней гораздо больше, чем у Виндзоров. Говорили, что Марриетта Пискотт была
самой очаровательной женщиной в наших краях.
Миффи грустно вздохнула и окинула взглядом все портреты.
— Она умерла очень молодой, к сожалению. Я тогда была маленькой
девочкой и очень смутно помню ее. Точнее сказать, она не умерла, а погибла
во время несчастного случая на охоте.
Она на мгновение умолкла, мягко улыбнулась и посмотрела на Мэл.
— Ну вот, я вам вкратце рассказала почти всю историю рода Пискоттов. То
есть не всю, конечно, а только его последних представителей. Кроме себя
самой, разумеется.
— Как же все-таки замечательно знать свою родословную! —
восхищенно заметила Мэл. — А вот я ничего не знаю о своих предках и
даже не помню дедушку и бабушку. Я даже отца почти не помню, а то, что
осталось в памяти, как правило, не доставляет мне особого удовольствия.
Думаю, что моим родителям нечем было гордиться и именно поэтому они не
вспоминали о своем прошлом.
— Да, это очень печально, — поддержала ее Миффи. — В наше
время люди совсем перестали ценить свое прошлое, не знают своих предков и
совершенно не ценят родословную своей семьи. Сейчас ценят только то, чем
человек обладает, то есть материальные ценности, а не духовные. Все только и
говорят, что о предприятиях, фирмах, акциях, ценных бумагах.
Она остановилась и пристально посмотрела на Мэл, словно раздумывая, стоит ли
продолжать разговор на эту тему.
— Знаете, Мэллори, Гарри запретил мне говорить об этом, но я не могу
отказать себе в удовольствии выразить свое восхищение вашей вчерашней
передачей. — Она дружески похлопала Мэл по руке. — Как бы там ни
было, вы сделали огромное дело для этих несчастных людей. Благодаря вам и
вашей передаче их невинно убиенные дети никогда не будут забыты. А когда
преступника все-таки поймают, никто не позволит сделать из него очередную
телезвезду, как это, к сожалению, часто бывает в наше время. А в том, что он
будет пойман, я нисколько не сомневаюсь. И во многом это произойдет
благодаря вашей помощи.
— Не совсем так, — скромно поправила ее Мэл. — Моя передача
была всего лишь средством, а конечная цель будет достигнута другими людьми,
включая, естественно, и самого Гарри. Вот они-то как раз и делают самую
настоящую работу по поиску преступника. А я оказалась всего лишь частью этой
операции, и задача моя заключалась в том, чтобы представить это публике
соответствующим образом.
Миффи восхищенно смотрела на свою гостью и хотела было возразить, но потом
вспомнила предостережение Гарри и решила не настаивать на своем.
— Еще чаю, дорогая? — спросила она. — А теперь скажите мне,
пожалуйста, как вы с Гарри планируете провести предстоящий уик-энд?
Разумеется, вы можете в любое время приехать на ферму Джорданов. Тем более
что дом будет совершенно пуст. Да, я забыла сказать, что завтра утром уезжаю
со своей подругой Джулией Харрод в Прагу. Но только на выходные. Мне
сказали, что это совершенно изумительный город. — Она весело
рассмеялась и продолжила: — Я просто умираю от нетерпения поскорее увидеть
его. Знаете, дорогая, во мне снова проснулась тяга к путешествиям. А вы
можете спокойно отдохнуть в старом доме и насладиться его прелестными
окрестностями. Заодно сделаете одно полезное дело — вырвете сорняки в моем
розарии. Диву даешься, как быстро они вырастают, буквально за одну ночь.
Через час, когда Мэл вышла из дома Миффи, ее голова гудела от длинной череды
имен, знаменитых сражений, успешных коммерческих предприятий, преуспевающих
банков и так далее, где прославили свое имя представители огромного клана
Пискоттов. Миффи даже рассказала о своем дяде, который уехал в Париж, чтобы
стать знаменитым актером, и прожил там несколько лет.
— Разумеется, у него не было искрометного таланта, — пояснила
она, — но зато бездна шарма. Как оказалось, он женился там на какой-то
корсиканке, и они прожили долгую и счастливую жизнь.
В дом Гарри Мэллори вернулась в приподнятом настроении и долго еще
вспоминала словоохотливую и необыкновенно приятную Миффи. Она, можно
сказать, преподала Мэл своеобразный урок истории страны за последние двести
лет.
Мэллори тут же покормила Сквиза, порылась в богатейшей коллекции компакт-
дисков, поставила один из них, а потом, разведя огонь в камине, стала
наводить порядок. Вдруг зазвонил телефон.
— Привет, Гарри! — весело произнесла она в трубку, ни минуты не
сомневаясь, что это именно он.
Однако ответа не последовало.
— Алло? — сказала она, охваченная дурным предчувствием. —
Алло, я слушаю вас. — Тишина. Она чувствовала, что на
...Закладка в соц.сетях
