Жанр: Мемуары
Проигранные сражения
.... Это могло бы случиться, если бы русские войска, действовавшие западнее
Капошвара, продвинулись дальше в направлении южной оконечности озера Балатон. 2-я
танковая армия под командованием генерала де Анжелиса 2 декабря была переподчинена
группе армий, и, таким образом, отныне вся венгерская территория была включена в
сферу ответственности группы армий. Проведению этого организационного мероприятия
предшествовали многократные переговоры с главным командованием сухопутных войск.
Что же касается участка обороны по Дунаю, то его предполагалось передать группе армий
"Ф". Но это вряд ли было целесообразно, поскольку группа армий "Ф" обладала крайне
неудобными тыловыми коммуникациями, и, кроме того, это вызвало бы новые
осложнения во взаимоотношениях с венгерским правительством, которому тогда
пришлось бы уже иметь дело с двумя группами армий. К сожалению, 2-я танковая армия
подчинялась группе армий только в оперативном отношении, что повлекло за собой
многочисленные неувязки и трения по вопросам снабжения войск.
Расширение сферы ответственности группы армий означало дополнительную нагрузку на
ее командование, причем и здесь неправильная организация театров военных действий
ОКВ и ОКХ сыграла свою отрицательную роль. [183]
2-й танковой армии была поставлена задача воспрепятствовать прорыву противником
позиции "Маргарита" на участке от Дравы до южной оконечности озера Балатон и ни при
каких обстоятельствах не дать оттеснить себя к Драве. Одновременно армейская группа
Фреттер-Пико должна была воспрепятствовать прорыву противника в дефиле у
Секешфехервара. Бои западнее Дуная, проходившие в период с 27 ноября по 4 декабря,
явились прологом к последнему этапу сражения за Будапешт.
Перегруппировка и стягивание сил противника на дунайский участок фронта не
помешала ему продолжать активные боевые действия на других участках фронта в
Венгрии. Правда, в районе Хатвана, у южных и западных отрогов гор Матра, русские
ограничились наступательными действиями местного значения, но зато к востоку от
Мишкольца 29 ноября после мощной артиллерийской подготовки они перешли большими
силами в новое крупное наступление, нанося главный удар в междуречье Шайо и Гернада.
К этому мы были уже готовы благодаря показаниям румынских перебежчиков. Кроме
того, разведка установила, что противник завершил подвоз боеприпасов своим войскам.
Радиомолчание в радиосетях противника от корпуса и ниже также явилось признаком
того, что русские в самое ближайшее время перейдут в новое мощное наступление.
Вследствие этого противник не сумел добиться прорыва наших оборонительных рубежей.
Он был остановлен западнее реки Гернад и не сумел развить тактический прорыв в
оперативный, а восточнее реки все его попытки добиться успеха были сорваны еще перед
передним краем нашей обороны. В последующие дни противник, наращивая силы, упорно
стремился продолжить свое наступление в районе Мишкольца. Были потеряны
населенные пункты Медьясо и Сиксо, а северо-западнее Сиксо русские, воспользовавшись
разрывом в нашем фронте, сумели продвинуться на северо-запад на глубину до 6 км. [184]
Главный удар противника обозначился в северо-западном направлении, в то время как его
атаки, предпринимаемые по обе стороны реки Гернад, по-видимому, имели целью
обеспечить фланги на участке прорыва. Отвлекающие удары противника в районе Эгера,
рассчитанные на то, чтобы сковать здесь часть наших сил, были успешно отражены.
3 декабря Мишкольц был оставлен упорно сражавшейся здесь 3-й горнопехотной
дивизией. Это было сделано для того, чтобы не допустить охвата противником с севера и
запада наших слишком слабых позиций боевого охранения. Однако сражение в районе
Мишкольца продолжалось.
В ноябре Гитлер отдал группе армий через главное командование сухопутных войск
приказ об организации обороны Будапешта. Согласно приказу мы должны были вести
борьбу "за каждый дом" Эвакуация без боя, даже в условиях неблагоприятного развития
обстановки, категорически запрещалась. Поэтому часть города, расположенную на
восточном берегу Дуная, следовало немедленно подготовить к обороне. Кроме того,
приказ обязывал нас, не считаясь ни с чем, принять все меры, исключающие возможность
каких бы то ни было вооруженных выступлений со стороны городского пролетариата,
который надлежало своевременно эвакуировать или подавить силой оружия.
Само собой разумеется, командование группы армий уже давно имело свои соображения
относительно проблемы обороны Будапешта и в этой связи вело переговоры с венгерским
правительством и венгерским генеральным штабом, поскольку эта проблема носила как
политический, так и военный характер. Главное командование сухопутных войск знало,
что выделенными для обороны Будапешта войсками мы города не удержим и что не
только венгерское правительство, но и все население отвергает саму мысль о ведении
оборонительных боев в черте города. Из числа 1862 человек, призванных на военную
службу в эти дни, к месту сбора явились лишь 29, а из 262 человек, мобилизованных на
трудовой фронт (строительство оборонительных сооружений), - только 9! [185] Этим
было сказано все. Я лично обратил внимание главного командования на то, что с потерей
венгерской столицы воля венгерской армии и венгерского народа к сопротивлению будет
окончательно сломлена. Со своей стороны я полагал, что правильнее было бы не
рассматривать Будапешт как "крепость", а объявить его открытым городом.
Даже в считавшихся до сих пор надежными 10-й и 12-й венгерских дивизиях,
действовавших восточнее Будапешта, появились первые признаки разложения.
Венгерские солдаты поодиночке и большими группами, до 100 человек, с белыми
флагами переходили на сторону противника. Всего лишь за 2-3 дня к русским перебежало
5 офицеров и 1200 солдат. Доверие к венгерской армии было полностью потеряно, и на
нее уже можно было не делать ставки. Это заставляло нас все больше задумываться о
дунайском участке фронте, где пока еще оборонялись венгерские войска. Вести войну в
столь сложной обстановке и с такими союзниками было далеко не легкой задачей. Я
чувствовал себя брошенным на произвол судьбы: обе стороны - и венгры и мое
собственное верховное командование, - не видя возможности помочь мне, отвергали все
мои предложения и требования.
На будапештский плацдарм помимо венгерских частей были введены войска 3-го
танкового корпуса в составе 8-й и 22-й кавалерийских дивизий СС, 13-й танковой
дивизии и моторизованной дивизии "Фельдхернхалле", а на остров Сентендре,
расположенный севернее города, - 357-я пехотная дивизия, усиленная отдельным
пулеметным батальоном "Саксония". Приказом Гитлера от 1 декабря комендантом
Будапешта был назначен обергруппенфюрер СС Винкельман. Он подчинялся
непосредственно верховному командованию, а в оперативном отношении -
командующему армейской группой генералу Фреттер-Пико. В качестве усиления ему
были приданы части 9-го горнопехотного корпуса СС. Винкельман пробыл на Своем
посту недолго: уже 5 декабря его заменили обергруппенфюрером СС ПфефферВильденбрухом.
[186]
После того как в первых числах декабря 57-й советской армии удалось прорваться на
запад с занимаемого ею плацдарма севернее устья Дравы, а 4-й советской гвардейской
армии выйти в районе между озером Балатон и Дунаем на север к Будапешту, советское
командование развернуло три стрелковых и два механизированных корпуса западнее
Дуная, на рубеже Дунафельдвар, канал Шио. Одновременно на острове Чепель
сосредоточились два стрелковых и два механизированных корпуса, а восточнее острова
два-три стрелковых корпуса и 4-й гвардейский механизированный корпус. Им была
поставлена задача форсировать Дунай. В дефиле у Хатвана в готовности для наступления
на северо-запад противник расположил подвижную группу генерала Плиева и 6-ю
танковую армию.
Этим сосредоточившимся для наступления силам противника противостояла серьезно
ослабленная предыдущими боями армейская группа Фреттер-Пико, имевшая в своем
составе 13 измотанных дивизий и остатки венгерской армии. Из числа свежих
соединений группа армий располагала лишь 3-й кавалерийской бригадой и 8-й танковой
дивизией, которые к тому же находились еще на подходе.
5 декабря противник силами 2-го и 3-го Украинских фронтов перешел в наступление из
треугольника Драва, Дунай в направлении дефиле по обе стороны озера Балатон, с
острова Чепель через Дунай, а также из дефиле у Хатвана на северо-запад. К моему
прежнему противнику маршалу Малиновскому, командовавшему 2-м Украинским
фронтом, присоединился, как это уже было однажды в Венгрии во время сражения под
Дебреценом, командующий 3-м Украинским фронтом маршал Толбухин.
Первая попытка прорыва на фронте нашей 2-й танковой армии существенного успеха
противнику не принесла. Однако слабый фронт армейской группы Фреттер-Пико был
прорван на участке между озером Балатон и Дунаем. Глубокие бреши образовались также
севернее канала Шио и северо-западнее Дунафельдвара. Противнику удалось захватить
плацдармы на обоих берегах реки у Эрчи. В ходе мощного наступления из района Хатвана
противник прорвал во многих местах наш фронт обороны между населенными пунктами
Карталь и Дьёндьешпата и продвинулся на северо-запад. [187] Этой широко задуманной
операцией противник в третий раз начал наступление с целью охвата Будапешта. Правда,
теперь он стремился еше и к тому, чтобы оттеснить войска армейской группы Велера на
территорию Словакии, выйти в Верхневенгерскую низменность, а затем через Братиславу
продвинуться к Вене.
Главная наша задача на дунайском участке фронта состояла теперь в том, чтобы
максимально усилить прочность позиции "Маргарита", проходившей по. северозападному
берегу озера Балатон к Секешфехервару, охватывавшей с юга озеро Веленце и
далее опоясывавшей Будапешт. Эта позиция являлась костяком всего фронта обороны
западнее Дуная. Однако к началу сражения за Будапешт она представляла еще
слабоукрепленный, не завершенный строительством и местами затопленный водой рубеж,
состоящий в основном из укреплений полевого типа.
Южнее Секешфехервара на зту позицию в качестве постоянного гарнизона была введена
153-я учебно-полевая дивизия под командованием генерал-лейтенанта Винклера. Это
было сделано по прямому указанию Гитлера вопреки моим соображениям, о которых я
докладывал ставке. Не говоря уже о том, что боевая подготовка этой дивизии еще отнюдь
не была завершена, я всегда придерживался той точки зрения, что учебные части и
военные школы не должны использоваться непосредственно на фронте, и
квалифицировал это как преступление. Гитлер цинично ответил мне на это: "Тогда меня
давно пора считать преступником". Это замечание глубоко потрясло меня тогда. Тем
более что в тот момент использование на фронте 153-й учебно-полевой дивизии отнюдь
не было абсолютно необходимым. Я знал, что Гиммлер использовал в тылу для охраны и
обслуживания складов обученных солдат-эсэсовцев. Командование группы армий
неоднократно обращало внимание главного командования сухопутных войск на это
обстоятельство и ходатайствовало о предоставлении ему этих формирований. Но даже
теперь на мою личную просьбу Гитлер ответил отказом. [188]
Между озером Веленце и Дунаем, а также на западном его берегу располагались позиции,
занимаемые 271-й "народно-гренадерской дивизией"{25} и несколькими разрозненными
частями, находившимися в подчинении 72-го армейского корпуса особого назначения.
Главному командованию сухопутных войск казались слишком быстрыми темпы,
которыми войска группы армий отступали с боями на позицию "Маргарита". Но нам
ничего больше не оставалось делать, ибо, ведя бои в предполье, мы позволили бы
противнику быстрее разгромить нас. Поэтому я решил всеми средствами укрепить
позицию "Маргарита", оттянув на нее все войска. Каждый солдат из 153-й учебнополевой
дивизии и из сводных частей ВВС взялся за лопату. Даже католический епископ
Секешфехервара со своими монахами принял участие в строительстве оборонительных
позиций. Плохая погода, дождь и снег серьезно затрудняли ведение строительных работ.
Погода ограничивала и действия наших танков, тогда как русские танки Т-34, более
приспособленные к плохим условиям местности и погоды, продолжали действовать
весьма эффективно.
Войска 6-й армии располагались на позиции "Маргарита" между озером Балатон и
Будапештом в следующем порядке: на правом фланге от озера Балатон до озера Веленце
оборонялся 57-й танковый корпус в составе 1-й и 23-й танковых дивизий, усиленных
личным составом 153-й учебно-полевой дивизии; на левом фланге от озера Веленце через
Мартонвашар до района Будафок действовал 72-й армейский корпус в составе 271-й
"народно-гренадерской дивизии" и нескольких разрозненных частей. В районе Вертешача
в качестве резерва 6-й армии находилась 8-я танковая дивизия. 6-я армия получила задачу
воспрепятствовать прорыву противника между озером Балатон и Дунаем, а
следовательно, и окружению Будапешта с запада. [189]
После артиллерийской подготовки и непрерывных ударов советской штурмовой авиации
фронт обороны на участке 4-го танкового корпуса был прорван в нескольких местах.
Противник захватил населенные пункты Карталь, Херед, Рожасентмартон и Сючи.
Единственным узлом сопротивления теперь оставался Дьёндьешпата. Северо-западнее
Хатвана 6-я гвардейская танковая армия прорвала нашу оборону, проходящую по
отсечному рубежу, и продвинулась до района в 10 км северо-восточнее Ваца. Для
локализации этого крупномасштабного прорыва в распоряжении группы армий не было
никаких сил. Не менее тяжелая обстановка сложилась и на фронте армейской группы
Велера, в особенности на ее западном крыле. Здесь советскими войсками был захвачен
населенный пункт Эгербакта. Сильный туман мешал ведению авиационной разведки и
облегчал противнику просачивание через наши боевые порядки.
Это мощное наступление советских войск между озером Балатон и горами Матра должно
было привести их к решающим успехам. Они предприняли попытку прорвать наш фронт
также и южнее озера Балатон, где оборонялась 2-я танковая армия, но им это не удалось.
Благодаря постепенному отводу войск южного фланга на рубеж Бабоча, Надьбайом,
Марцали, озеро Балатон нам удалось высвободить кое-какие силы, однако этот отвод
линии фронта сразу же создал угрозу охвата противником северного крыла соседней
группы армий "Ф". Между озером Балатон и Дунаем противник мощными силами пехоты
на ряде участков восточного фланга также прорвал наш фронт обороны. На плацдармы по
обе стороны Эрчи противник ввел свежие силы, добился соединения этих плацдармов и
значительно их расширил.
7 декабря, на третий день битвы за Будапешт, русские оттеснили войска правого фланга
армейской группы Фреттер-Пико на позицию "Маргарита" между озерами Балатон и
Веленце. У Польгарди противнику удалось вклиниться в нашу оборону, и за обладание
этим населенным пунктом развернулись упорные бои, ведшиеся с переменным успехом.
Уже не раз отличавшиеся 1-я и 23-я танковые дивизии вновь приняли на себя основную
тяжесть ударов. В упорных боях они сумели вернуть населенный пункт Польгарди. [190]
Между будапештским плацдармом и горами Матра противник прорвался далее на северозапад
и вышел в районы юго-восточнее Ипольсега и севернее Ваца. Для усиления
армейской группы Фреттер-Пико в дефиле у Ипольсега была спешно переброшена 2-я
венгерская танковая дивизия. Кроме того, командование группы армий обратилось с
просьбой к главному командованию сухопутных войск о хотя бы временной переброске
сил из Словакии через Зволен для обеспечения обороны этого дефиле. Помощь была
оказана; через несколько дней сюда была направлена бригада СС под командованием
Дирлевангера, представлявшая собой дикое сборище штрафников и авантюристов.
Впоследствии я имел возможность познакомиться с этой бригадой поближе. Севернее
Будапешта противник силами 6-й гвардейской танковой армии и крупными силами
пехоты повернул на юго-запад, начав непосредственный штурм венгерской столицы. Он
вышел к Дунаю по обе стороны от Ваца на участке протяженностью около 10 км. Вокруг
Ваца разгорелись тяжелые бои, в которых с нашей стороны основное участие приняла
моторизованная дивизия "Фельдхернхалле". Севернее и северо-западнее этого пункта в
наступление перешли подвижные соединения конно-механизированной группы Плиева и
крупные силы советской пехоты, которые сумели расширить участок прорыва в
направлении на Балашшадьярмат. Наши войска, занимавшие отсечные позиции в районе
севернее Хатвана, были в результате этого удара оттеснены назад на несколько
километров. Обстановка приняла угрожающий характер. Прорыв противника между
озером Балатон и Будапештом грозил развалом всего фронта. Я понимал, что если
противнику удастся захватить высоты у Секешфехервара, то Будапешт, как зрелый фрукт,
упадет ему в корзину.
Все говорило о том, что противник вынашивает именно такой замысел. На
расширившемся плацдарме у Эрчи и Эрда он сосредоточивал для наступления новые
силы: 7-й гвардейский механизированный корпус и один стрелковый корпус. На подходе
находились и другие части. Не ожидая прибытия этих сил, русские с ходу атаковали
позицию "Маргарита" по обе стороны от Секешфехервара и благодаря своему численному
превосходству сумели глубоко вклиниться в нашу оборону. Выдохшиеся 1-я и 23-я
танковые дивизии могли лишь с трудом вести бой. [191] Восточнее озера Веленце, на
рубеже канала Вали, противник прорвал оборону на участке еще не обстрелянной в боях
271-й "народно-гренадерской дивизии". 8-я танковая дивизия, перешедшая в контратаку
между озером Веленце и Будапештом против глубоко вклинившегося здесь противника,
не смогла выполнить свою задачу из-за того, что русские ввели здесь в бой большое
количество противотанковых средств. Контрудару помешали и многочисленные каналы,
служившие хорошими естественными преградами.
Первые удары противника по позиции "Маргарита", нанесенные в большинстве случаев с
ходу, явились лишь прелюдией к начавшемуся вслед за этим крупному наступлению.
Положение севернее Будапешта, где скопилась основная часть механизированных и
танковых соединений противника, оценивалось Гудерианом как более серьезное, чем под
Секешфехерваром. Конечно, опасность крупного прорыва здесь была весьма велика,
однако советским войскам предстояло еще форсировать Дунай. Учитывая эту
исключительно критическую обстановку, главное командование сухопутных войск отдало
приказ о переброске сюда 3-й и 6-й танковых дивизий. Они должны были при поддержке
трех батальонов танков типа "Пантера" перейти в контрнаступление севернее или южнее
Будапешта.
Противник наращивал усилия с тем, чтобы захватить дефиле у Ипольсега и тем самым
обеспечить себе выход из гор в Верхневенгерскую низменность. В ходе этих боев нами
были оставлены города Балашшадьярмат и Худьяг.
В районе Сечени, на фронте армейской группы Велера, наши войска отбили
ожесточенные атаки войск группы Плиева. Здесь возник новый очаг упорных боев.
Армейской группе Велера пришлось переподчинить 4-й танковый корпус, полоса
которого была включена в полосу группы. Это делалось для того, чтобы сделать менее
громоздкой армейскую группу Фреттер-Пико, в подчинении которой до сих пор
находился 4-й танковый корпус. [192]
Одновременно с перегруппировкой своих сил западнее Дуная перед дефиле у
Секешфехервара и между озером Веленце и Будапештом противник предпринимал
попытки взломать нашу оборону на северном и северозападном участках фронта
будапештского плацдарма крупными силами пехоты. Он сумел оттеснить здесь наши
войска на ряде участков. Используя этот местный успех, противник продолжил
наступление и на следующий день, 11 декабря, ввел в сражение свой 5-й гвардейский
танковый корпус. При этом ему удалось образовать прорыв в нашем фронте обороны
шириной в 2-4 км. 10-я и 12-я венгерские пехотные дивизии, действовавшие на северовосточном
участке будапештского плацдарма, немедленно начали отступать и распались
на небольшие группы. Вследствие этого оборона на северном участке фронта (13-я
танковая дивизия и дивизия "Фельдхернхалле"), где наши позиции были атакованы 60
русскими танками, была сломлена. Несмотря на невиданное упорство обеих указанных
дивизий, нашими войсками были потеряны пригороды Будапешта - Алаг и Кишалаг.
Все более острой становилась нехватка у нас пехоты, все более нестойкими оказывались
венгерские войска. А между тем противник начал артиллерийский обстрел южной части
Будапешта, и особенно предместья Ракошпалота, из крупнокалиберных орудий. В ночь на
13 декабря руководство войсками на плацдарме принял штаб 9-го горнопехотного
корпуса.
Ожесточенные бои развернулись в это время на трех других основных направлениях: в
дефиле у Ипольсега, где главным образом с помощью авиации были ликвидированы
попытки 9-го гвардейского мехкорпуса прорвать нашу оборону, далее в районе Сечени,
где противнику удалось выйти во фланг армейской группе Ве-лера, и в районе
Мишкольца, где восемь советских дивизий наступали вдоль обоих берегов реки Шайо в
северо-западном направлении. Наши стянутые в кулак войска, несмотря на большие
потери, оказывали противнику ожесточенное сопротивление. Однако они не смогли
воспрепятствовать вводу противником крупных сил в образовавшуюся в линии нашего
фронта широкую брешь.
Похоже было на то, что советским войскам удастся окружить армейскую . группу Велера в
ее "каменной твердыне" - в горах Матра, ведь левый ее сосед - 1-я танковая армия -
находился еще у Кошице. [193] Однако, на наше счастье, русские вновь совершили
ошибку, распылив свои силы. Конно-механизированная группа Плиева позволила
армейской группе Велера атаковать себя с востока, вместо того чтобы совместно с
другими механизированными и танковыми соединениями продолжать наступление через
Ипольсег далее на запад. Кроме того, столь крупные наступательные действия
противника на многих участках 600-километрового фронта, обороняемого войсками
группы армий, потребовали от него несравненно большего расхода в людях и технике.
Если бы противник сосредоточил основные силы своих войск на одном направлении, ему,
вне всякого сомнения, удалось бы прорвать наш фронт. Но, как и в Большой Венгерской
низменности, противник не сумел использовать предоставившиеся ему возможности. Это
был косвенный успех группы армий.
На фронте 2-й танковой армии, между Дравой и озером Балатон, в эти дни также
разгорелись ожесточенные бои. В ходе стабилизации нашего фронта 1-я горнопехотная
дивизия и 3-я кавалерийская бригада вновь захватили утерянные ранее населенные
пункты Гадань, Балатонуйлак и Керештур. Дальнейшие попытки прорыва, предпринятые
здесь превосходящими силами пехоты (57-я советская армия), завершились лишь
местными вклинениями. Впрочем, они не имели существенного значения и были в
дальнейшем ликвидированы. Советским войскам так и не удалось оттеснить 2-ю
танковую армию на Драву. Единственной беспокоившей нас здесь проблемой оставалось
закрытие бреши шириной 150 км, образовавшейся между группой армий "Ф" и южным
крылом группы армий "Юг". Закрыть эту брешь наступлением в направлении на Барч
группа армий не смогла. Для этого просто не хватило сил.
Между тем группа армий получила так называемые "директивные указания фюрера" о
порядке использоания в наступательных действиях вновь прибывших к нам танковых
соединений - 3, 6 и 8-й танковых дивизий и трех батальонов танков T-V "Пантера".
Гитлер ограничил их использование только двумя участками фронта: между озерами
Балатон и Веленце или на северо-восточном участке будапештского плацдарма. Гитлер
отдавал предпочтение наступлению между озерами Балатон и Веленце в юго-восточном
направлении и настаивал на скорейшем его проведении. [194] Однако плохие дорожные
условия и заболоченная местность в этом районе не позволяли танковым войскам
осуществить широкий оперативный маневр. 14 декабря командование группы армий
обратило внимание ОКХ на это обстоятельство, заявив,
"что оно не может взять на себя ответственность за немедленное
наступление предоставленными ему танковыми силами в условиях
распутицы. Оно считает необходимым дождаться наступления морозов,
когда можно будет вести операции, не придерживаясь твердых грунтовых
дорог".
Новая операция группы армий под кодовым наименованием "Поздняя жатва" готовилась
с таким расчетом, чтобы начать ее незамедлительно, как только позволят условия погоды
и будут созданы все предпосылки для успешных действий войск.
Между тем бои на фронте продолжались с неослабевающим упорством. На участке от
Дравы до Балатона наши войска сумели отбить все атаки противника. Не менее успешно
были отражены и сковывающие атаки противника между Балатоном и Будапештом. На
северном участке будапештского плацдарма советские войска также не продвинулись ни
на шаг. В дефиле у Ипольсега удалось сорвать концентрический удар противника с севера
и юга. В районе Эгера наши войска блокировали три стрелковые дивизии противника,
пытавшиеся вырваться из гор. Однако северо-западнее и севернее Мишкольца русские
упорно продолжали продвигаться вперед по обе стороны реки Шайо. Это заставило нас
занять отсечную позицию восточнее реки Гернад, с тем чтобы высвободить некоторые
силы.
14 декабря русские захватили Ипольсег и оттеснили назад переброшенную сюда с острова
Сентендере 371-ю пехотную дивизию и подчиненные ей части бригады Дирлевангера и 2й
венгерской танковой дивизии. Русские вступили в горы Бержень, которые оборонялись
инженерно-строительными и другими малобоеспособными частями. Этим прорывом
русские открыли себе ворота в Верхневенгерскую равнину и тем самым создали условия
для ожидавшегося массированного удара 6-й гвардейской танковой армии в западном
направлении. [195] Русские развили этот местный успех и прорвались крупными силами
танков на север и северо-запад. Обстановка здесь стала критической. 12 сентября
кружными дорогами, поездка по которым отнимала много времени, я направился в
Паласт, в штаб бригады Дирлевангера, а затем в 24-ю танковую див
...Закладка в соц.сетях
