Жанр: Юмор
Рассказы и пьесы
...е тоже дочь... тоже такая! Без отца!
НАТАХА. Лапшу он нам на уши вешает, понимаешь? Все они,
мошенники, блин, такие! На жалость давят! Мозги нам своими
баснями компостируют! А ты как будто первый раз родилась!
Сколько на Луже с тобой мы видели таких: уши развешают сначала,
а потом, блин, в обмороки грохаются прилюдно... Че ты, хочешь,
чтоб с тобой такое же было?
МУСЬКА. Не знаю, но я ему поверила...
НАТАХА. Сейчас время какое? Нельзя никому верить! Да в
каждой газете об этом написано! А они все равно находят! И уж
от кого-кого, а от тебя, Муська, я такого не ожидала... Ты уже
вроде такая, наученная жизнью, а поступки такие делаешь, хоть
стой, хоть падай! А посмотришь, вроде нормальная баба... Что-то
я так распереживалась, что валерьянки попить надо... Совсем
нервная стала... Из-за тебя! ( Нагибается и лезет в авоську.
Поезд резко дергается, как при экстренном торможении, и
останавливается.) Никак - Анна Каренина!
МУСЬКА. Че там? Случилось, что ли, чего?
КОПЧЕНЫЙ. Да вроде станция...
Он хватается обеими руками за ручку, и всем своим телом
повисает на ней. НАТАХА напрягается. Окно приоткрывается.
ГОЛОС ТОРГОВКИ. Парни, берите минералку сорокоградусную!
Есть хлебный напиток! Свежий!..
МУСЬКА. Ой, я аж испугалася! Откуда она взялась, бабка
эта? Ночь ведь уже!?
КОПЧЕНЫЙ. Летучий голландец будто...
ГОЛОС ТОРГОВКИ. Пенсию не плотят, внучка, вот ночами и
торгую... Днем стыдно... Берите напитки!..
НАТАХА. Летальный напиток, да, чудо века! Спасибо, у нас
еще осталося. ( МУСЬКЕ ) Вот кому дать можно... немного... Ну
да ладно, давайте допьем, что ли... Ой! Сколько не ездила,
такого еще не было... Первый раз привелось ехать с квартирным
вором... Читала про них много, но одно дело читать, а чтоб на
самом деле... ( Разливает остатки водки по кружкам и убирает со
стола пустую бутылку.) Это - лучшее лекарство!.. ( Дает кружку
МУСЬКЕ.) Держи бокал! Ну ты даешь, Муська! ( Протягивает
КОПЧЕНОМУ.) На... и тебе! Так и быть! Нечего раскисать как
сухарь в воде... Не падай духом, а падай брюхом. И знай: если
щетка не помещается во рту, значит, она не зубная, а
сапожная... Понял? Ну че, давайте!.. За жизнь! Все-таки не
такая она плохая штука, как ее ругают! ( Выпивает. Морщится,
отламывает корочку хлеба и занюхивает.)
МУСЬКА. И как ты думаешь дальше жить?
КОПЧЕНЫЙ. Не знаю даже, не знаю, состояние такое, что хоть
в петлю лезть...
МУСЬКА. Зачем же в петлю-то сразу? Нужно что-нибудь
придумать.
КОПЧЕНЫЙ. А чего придумаешь в моей ситуации? Безысходная
она...
( Все молчат. Поезд трогается. Стучат колеса.)
НАТАХА. Чего вы не пьете-то? Муська? И ты, как тебя?
Копченый!
МУСЬКА. Да не лезет уже! Тошнит от всего этого! Ну сколько
можно? Ну не могу я уже больше так жить!
НАТАХА. Чего ты, Муська, чего? Щас я валерьянки достану!
Только тише! Тише! ( Роется в авоське.) Думала - себе, нет -
тебе...
МУСЬКА. Надоело мне это все до смерти! Сумки! Тележки!
Тачанки! "Мерседесы"! Ну сколько можно? Сколько? Я хочу жить
просто, скромно, хочу дочь свою воспитывать сама, хочу мужика
нормального - ну что, я много хочу? Мне много и не надо! Но
почему за это нужно умирать каждый раз, почему? Что, нельзя
жить как-то иначе? Почему это все гавно - видео, аудио, шмотки,
тряпки - все, все дается с боем? Почему?
КОПЧЕНЫЙ. Ну не надо так! Зачем вы?
НАТАХА. Тише ты! Тише! Я знаю, как тебе тяжело... Знаю...
Но нельзя же так, при чужом-то человеке.... Он ведь обворовать
нас хотел...
МУСЬКА. Мне, может, жить-то осталось неделю-другую, а я
здесь в поезде этом еду с сумками этими спекулянтскими, набью
их послезавтра китайским тряпьем на рынке, и назад, в свой
Староухватинск - чтобы он под землю провалился, городок этот
паршивый! Чтоб на него бомба упала термоядерная и все до
единого жителя превратились бы в пепел!
НАТАХА. Ты чего говоришь-то, чего? Сосем спятила, что ли,
дура?
КОПЧЕНЫЙ. Ну зачем вы?
МУСЬКА. Или, может, приеду, привезу тряпье это, отведу
Ниночку к чужим людям и, как обычно, пойду на рынок - банчить,
и, может, обратно даже уже и не приду... Прямо там и
распластаюсь на асфальте расплавленном, под лучами солнца
палящими...И не увижу я уже, может, своей Ниночки в свои-то
несчастные тридцать пять! И куда ее? В детдом, что ли? В
детдом, да? На казенные харчи! Похлебку "хряпу", да, кушать?
КОПЧЕНЫЙ. Ну не надо так! Не надо!
НАТАХА. Чего разошлась-то, блин, чего?
МУСЬКА. Тебе-то хорошо, ты здоровая! Со своим! Еще
нарожаешь! И воспитывать будешь! А мне каково?!..
НАТАХА. Не нарожаю я! Не нарожаю... Бездетная ведь я...
МУСЬКА. У тебя... У тебя... И ты мне никогда этого не
говорила? Да... Все: потом, потом, рано еще детей заводить,
говорила...
НАТАХА. Я думала в детдоме взять сначала, да не решилася,
вдруг ребенок убийцы какого попадется или бандита...
МУСЬКА. Бедные! Какие мы бедные! Вроде и деньги есть, а
ничего-то, кроме них, и нет: ни здоровья, ни счастья... Все
здоровье свое сумками этими надорвали... спекулянтскими...
НАТАХА. Может, она еще и доброкачественная, выяснится.
Тебе же не сказали, какая. Операцию сделают, и все! А ты панику
подняла! Врачи же тоже ошибаются часто - они такие же люди, как
и все... На вот, выпей, на! ( Протягивает кружку ) Сразу
успокоишься! Ну, давай!
МУСЬКА. Да не поможет мне уже ничего, не поможет! Твердая
она, и величиной с кулак... Не сегодня-завтра коньки отброшу! А
как хочется жить! Натаха, как хочется жить! Да тебе-то этого не
понять с твоими-то железными нервами! У тебя же канаты, а не
нервы!.. Без детей, а ничего, все пучком, улыбаешься все...
НАТАХА. Ну что ты такое говоришь? Что говоришь-то? Вот
она, пожалуйста, наша сучность...Я тоже ведь своего-то ругаю,
ругаю, а думаю, что он ведь меня счастливее! У него свой мир
есть. Внутренний! Он может спрятаться в него и сидеть там, как
мышка! А мне, блин, куда спрятаться, если что, куда?.. Если
кто, скажем, как ты, решит бомбу на нас сбросить
термоядерную!.. Ему-то хорошо! Он в свой компутер тоже какие-то
там стишки загоняет, не про белок, конечно, нет, но тоже
хорошие... А я? Что у меня есть, кроме шмоток этих поганых? Все
шкафы ими забиты: сотни маечек, сотни трусиков... Куда мне их?
Куда? Я бы все это отдала бы, например, в дом для престарелых,
но я-то тогда на что буду жить? На что? Или ты думаешь, что мне
нравится со шмотками этими носится? Отнюдь! Вот и тебе я помочь
захотела, с собой начала брать, и вот она, за все - черная
неблагодарность! Деньги свои ты стала разбрасывать направо и
налево, точно принцесса какая вертихвостка! А ведь как они
дались-то тебе, как! Ведь ты такую цену заплатила, что над
каждой копеечкой трястися должна, как старик Черномор! А ты?
Знайте наших! Вот вам пачку денег! Забирайте! А то, что это мне
потом тебя придется назад везти за свои кровные, ты не
подумала! Тебе наплевать на это! Ты считаешь, что это дело
само-собою разумеющееся! А как ты жить-то потом дальше будешь
ты подумала?
МУСЬКА. Ох! Умру я, умру сейчас! У меня опухоль, опухоль
на сердце!.. ( Валится на бок, схватившись за грудь.)
НАТАХА. Ой! Извини! Извини меня, Мусенька! Любя я это...
Не со зла! ( Обнимает ее и гладит, как ребенка.) Ну-ну,
успокойся! Все будет хорошо! ( КОПЧЕНОМУ ) Врача! Быстрее! (
КОПЧЕНЫЙ торопливо выходит ) Ну вот, понервничала немного...
Ничего... Все пройдет... На нервной почве все это... Все
болезни, говорят, от нервов... При постороннем прямо... Не
сдержались... Разоткровенничались... Ну ничего! Послезавтра
рано утром мы приедем и отправимся на рынок, походим, найдем
что нужно и купим. Покушаем прямо там... Что хочешь, хошь -
шашлыки, хошь - окорочка эти куриные, там же, знаешь, ничего
готовят эти чурки, выпьем, может, немного, водочки... А что?
Заработали! Там все пьют! И на вокзал - на автобусе, ну или
тачку поймаем... Сядем в поезд, и обратно... Поговорим по
душам... Надеюсь, не попадется нам больше этот вор
квартирный... А что рассказывал-то нам... Что? Про белку
какую-то, которая в супе сварилась, в бульоне курином... Да
разве ж бывает такое! Все это сказки, сказки, сказки... Но мы
ведь с тобою уже не маленькие... Мы в эти сказки не верим.
Придумал он это все, чтобы разжалобить нас, понимаешь? Но мы не
должны поддаваться, не должны! На жалость он бил, на жалость,
да просчитался! Нас на таком не купишь! Песню какую-то пел...
Ну и голосок у него! И слуха нету! Как будто бы слон на ухо
наступил! Как будто по ушам медведь проехался на велосипеде, да
ведь? Песня-то не его, старая! ( Тихо поет.) "Летят перелетные
птицы..." Песня-то старая, но она ведь про нас...
МУСЬКА. Да как же, тогда ведь не было таких, как мы,
челноков...
НАТАХА. Раз сочинили, так, наверно, были... Просто не
помногу возили, и все... Это сейчас все целыми сумками хапают,
а тогда... Все было чинно, культурно! Три банки кофе: одна -
для себя, две - на перепродажу. Пять пар колготок: две - для
себя, три - на перепродажу. Почему сейчас-то так нельзя?
Скромно, по-товарищески: ты - мне, я - тебе... Так нет же,
блин, все хапают, хапают... Но ничего... Приедем в
Староухватинск, по-прежнему заживем... Как обычно, встречаться
будем по понедельникам, когда на рынке выходной, и видик
смотреть... Можно у тебя, а, хочешь, у меня... Моего будем
отправлять куда-нибудь, в сад там, я не знаю, или еще куда...
Пусть поработает! Нечего за своим компутером сидеть! Бутылочку
возьмем! Посидим, поговорим, всем знакомым косточки опять
перемоем - до блеска, до белизны, мужиков опять ругать будем на
чем свет стоит! Костерить их, несчастных! Так им! Поделом! А
потом переночуем и утром снова на рынок - торговать... А чем
плохо? Это пусть другие на огородах вкалывают... Да что они
имеют, кроме больной спины?.. И все-то у нас будет хорошо...
Окажется, что врачи перепутали снимки-то свои - такое бывает,-
и все у тебя нормально, и нечего переживать...
МУСЬКА. Я знаю, так и будет, наверно...
НАТАХА. А, может, что и изменим... Пора подумать о
жизни... Пора!.. Может, место еще одно возьмем, реализатора
поставим, у меня есть баба одна на примете, бойкая и язык
хорошо подвешен, у нее должно продаваться... Навар сразу больше
будет, может, следующим летом на острова поедем, Багамские или
там Курильские... И вообще, дай нам, бог, жить много лет
здорово и счастливо... Дай нам, бог...
Входит ЕГОРКА и с победным видом садится напротив подруг.
Его уверенный вид говорит о том, что он доволен собой.
ЕГОРКА. Что, испугались?
НАТАХА. Ты че так долго? Муське тут чуть плохо не стало...
ЕГОРКА. Ничего, теперь все нормально...
НАТАХА. Что, блин, нормально-то? У девки истерика была, а
ты - нормально... За врачом даже отправила, этого, ну вор
который... До сих пор где-то бегает... Смотался, блин, уже,
наверно...
ЕГОРКА. ( гордо ) Я его сдал... Милиции!.. ( НАТАХА
смотрит на него. МУСЬКА поднимает голову с плеча подруги и
смотрит тоже. ) Ведь он же вор, вор... Он хотел стащить наши
деньги, ну то есть ваши... ( Жене.) Ты же сама мне знаки
делала, когда я курить выходил...
НАТАХА. Да ладно, сиди! Все равно он был странный
какой-то! Про белок рассказывал! Песню пел старую! Про нас
она... Обворовать утром хотел, и с деньгами нашими смыться...
В купе заглядывает КОПЧЕНЫЙ, которого ведет МИЛИЦИОНЕР.
КОПЧЕНЫЙ. Что же ты, душегуб? За что ты меня сдал-то?..
МИЛИЦИОНЕР. Иди, падла! Не разговаривай! ( Толкает
КОПЧЕНОГО.)
ЕГОРКА. ( забившись в угол ) Стащить он собирался деньги
наши... То есть ихнии...То есть ваши...
НАТАХА. Ладно! Заткнись уже! ( Молчит.) Жаль парня,
конечно. Ну да ладно, сам виноват... Нужно было язык держать за
зубами... А этого ( кивает на ЕГОРКУ ) не буду больше с собой
брать... Будет у меня дома сидеть, полы мыть, супы готовить...
МУСЬКА. ( поглаживая широкие бедра подруги в китайских
спортивных штанах ) Натаха, хорошего человека должно быть
много!..
НАТАХА. Да уж, хорошего!..
Они молчат и напряженно вслушиваются в стук колес. Вдруг
НАТАХА своим низким голосом затягивает услышанную песню:
Летят перелетные птицы
Ушедшее лето искать,
Летят они в жаркие страны,
А я не хочу улетать...
Ее подхватывает МУСЬКА. Не обращая внимания на
вытаращившего глаза ЕГОРКУ, они поют вместе. В купе заглядывает
ПРОВОДНИЦА и стоит на месте как вкопанная, слушает.
А я остаюся с тобою
Родная навеки страна,
Не нужен мне берег турецкий,
И Африка мне не нужна...
И снова слышен стук колес. Поезд едет дальше и увозит
наших героев.
Занавес.
КОНЕЦ.
Сергей Кузнецов.
Шкура неубитого медвежатника
c Copyright Сергей Викторович Кузнецов,
620067, Екатеринбург, ул. Уральская, 60 - 68. Тел.41-18-47.
E-mail: sergsmith@dialup.mplik.ru
Комедия в одном действии.
Екатеринбург, декабрь 1996 г.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
ПЕТР - маленький, щупленький, хиленький человечек 35 лет
со скошенным лбом в клетчатой рубашке с короткими длинными
рукавами, или с длинными короткими ( как вам больше нравится ),
в протертых джинсиках и в шлепанцах.
ВАСИЛИСА - могутная бабища 38 лет с усиками над верхней
губой, одетая в цветастую блузку и черную мини-юбищу, с
огромным бюстом наперевес.
СТАС - подросток 17 лет с ежиком на голове и с прыщиком на
лбу в спортивном костюме "Nike" производства Китая.
ЗИНА - девочка 15 лет с хвостом редких волос на затылке ,
в розовом турецком пиджачке и в трикотажных штанишках.
СТЕПАНИДА - пожилая женщина 65 лет с бородавкой на
подбородке, в очках и в коричневом жакете ручной вязки.
МЕСТО ДЕЙСТВИЯ:
Просторная комната с высоким потолком. Круглый стол в
самом центре. Скудная обстановка вокруг не может заполнить
пространство гостиной, и сидящие за столом члены семьи словно
находятся в вакууме, что не мешает им, однако, активно
поглощать выставленные блюда.
ЗИНА. ( качая головой и дрыгая ногами ) Что-то, что-то,
что-то, что-то,
Что-то есть у бегемота...
СТЕПАНИДА. Тсс! Вишь, взрослые ядят?!
СТАС. Что у тебя, а?
ЗИНА. А вот и не скажу!
СТАС. Значит, нет ничего!
ЗИНА. А тебе-то что?
СТАС. Да ничего тогда воображать...
ПЕТР. Чего пристал? Она не может ничего, что ли, сама?
ВАСИЛИСА. А что ты ему наставления-то читаешь? Он сам не
маленький!
СТАС.( угрожающе ) А ну-ка покажи, что у тебя!
ЗИНА. Фигушку тебе!
СТАС наклоняется к ней и пытается
разжать руки.
СТЕПАНИДА. Не лезь к ней! Ты же большой!
СТАС. А че она там прячет?
ПЕТР. А тебе-то что? Это ее дело!
ВАСИЛИСА. Не ори на него!
СТАС. Нет уж, пусть покажет!
ПЕТР. ( бьет кулаком по столу ) Хватит! Сколько можно?
ЗИНА. ( разжимает руки и машет ими перед носом брата ) Нет
ничего! Что, съел?
СТАС. Коза, блин!
СТЕПАНИДА. Как ты разговариваешь, Стасик?
ВАСИЛИСА. Ложки он разбросал! Кто поднимать будет? Щас
самого заставлю... ( Собирает ложки.)
ПЕТР.( бабушке ) А ты не лезь тоже во все дырки! Зачем
тебе это?
СТЕПАНИДА. Да не могу я, когда непорядок... Сердце у меня
кровью обливается смотреть на все это... Мы ведь люди...
Любить, значит, должны, а мы... Тьфу!
ВАСИЛИСА. Чего тут расплевалась, чего расплевалась? Не на
базаре семечки торгуешь!
ПЕТР. А что ты на нее бочку-то катишь?
ВАСИЛИСА. Прекрати! Не у себя там, командовать чтобы...
ПЕТР. А что ты имеешь против, а?
СТЕПАНИДА. Охолонитесь! Праздник ведь седня, он именинник,
а вы...Уж можно же хоть как-то уважить...
ПЕТР. Как-то!.. Я их, можно сказать, содержу, а они... Да
чего там!
ВАСИЛИСА. Содержишь... Как же! У самого еле-еле душа в
теплом теле... Именинничек!
ПЕТР. Ладно, не будем! ( Молчит...) Все ж таки тридцать
пять - почти юбилей...
СТАС. ( со смешком ) А если будем, то давай!..
СТЕПАНИДА. Выпить бы надо! Все ж таки праздник!
ПЕТР. ( разливая ) Второй тост - за родителей?
СТАС. Батя, может, и мне плеснешь?
ПЕТР. ( наливая ) Сегодня все можно!
ВАСИЛИСА. Зачем ты его спаиваешь?
ПЕТР. Сама же говоришь - не маленький!
ВАСИЛИСА. Не маленький, но все-таки...
СТАС. Мама, я уже и джин пробовал! ( с гордостью ) С
томатным соком!
ЗИНА. Он вчера травку курил с Кощеем на балконе...
ВАСИЛИСА. Что, правда, что ли?
СТАС. Не ври, дура!
ЗИНА. Сам дурак!
СТАС. За дурака ответишь!
ПЕТР. Ничего, я тоже рано все перепробовал, пока не понял,
что лучше... Лучше лимонада ситро, ничего на свете нет...
ЗИНА. Ага, и воды из-под крана!
СТАС. ( сестре ) Вот и сама ее пей!
ПЕТР. Ладно... ( Встает и поправляет ворот рубашки.)
Дорогая мамочка! Живи долго и сча¢ стливо... Или
счастли¢ во? Когда-то я мечтал, чтоб ты мною гордилась,
мечта эта, наверно, так и не осуществилась, но ведь еще не
поздно, еще ведь не все потеряно... Мы ведь умирать еще не
собираемся, правда? Еще ведь будет много светлого и прекрасного
в нашей жизни, да ведь? Я предлагаю тост за сбычу мечт!
Все выпивают.
Отец садится.
СТЕПАНИДА. Я до сих пор помню, как ты мне сказал: "Когда я
вырасту, я тебя завалю деньгами." Тебе всего-то было лет
восемь, не боле...
ПЕТР. Я ведь тогда мечтал стать известным артистом цирка,
акробатом. Мне безумно нравилась громкая красивая музыка - с
фанфарами там, со всякими свистоплясками. Тоже это ощущение
вечного праздника... Я обожал этих человечков, которые
барахтались под самым куполом, с могучими торсами, загорелые
такие, сильные, боги, а не люди...
СТЕПАНИДА. Помню, помню...Ты еще тады выпросил у меня
деньги на эти - как его? Ну которые потом заржавели...Гантели,
во!.. Но ведь ты не был в цирке, ты не видел этих... клоунов...
ПЕТР. Я видел... по телевизору...
ВАСИЛИСА. То-то, значит, а то иногда ты такое учудишь -
хоть стой, хоть падай!
ЗИНА. Папа, ты правда клоуном мечтал стать?
СТАС. Не клоуном, а гимнастом, дура!
ПЕТР. ( вздыхая ) Что из этого вышло...Я, конечно, сильный
человек, я очень сильный человек... ( Встает в стойку атлета и
сжимает кулачки.) Я еще многое могу... Я еще очень многое
могу... Меня еще уважают, ой-ой-ой как уважают... На работе...
Со мной считаются все, кому не лень... Поэтому тоже вот и
завтра я иду... Авторитетом я, конечно, не стал, но меня часто
берут с собой... Причем, даже и на серьезные дела, не только на
всякую ерунду... Эх, давайте еще выпьем!
СТЕПАНИДА. ( строго ) Петр, а может, уже хватит?
ПЕТР. А по-моему, мы еще только начали...
ВАСИЛИСА. Вот так вот всегда... Мы еще только начали...
ПЕТР. А чего это ты повторяешь-то за мной? Я и сам
слышу... Не глухой ведь поди...
ВАСИЛИСА.( всхлипывая ) Да какой ценой, какой ценой все
это?..
ПЕТР. Ничего, ничего... Завтра все изменится.
ВАСИЛИСА. Да не верю я уже, Петюша...
ПЕТР. Нет, завтра все получится...
ВАСИЛИСА. Безвольный ты! Нет у тебя характера!
СТЕПАНИДА. Ну не порть ты яму праздник, не порть! Опосля
скажешь, не щас...
ВАСИЛИСА. Да что с него взять? ( Пауза.)
ПЕТР. ( накладывая в тарелку салат ) Обожаю кальмарчиков!
Жирненькие такие тушки, с майонезиком, ну немножко лучка там,
чтоб не перебить вкус, и самый цимус!..
ВАСИЛИСА. Тушки, немного лучка? А щупальца не хочешь?
Кинжал тебе!.. Сам будешь готовить, раз такой умный!
ПЕТР. А что я сказал-то? Что сказал? Я, конечно, небольшой
спец во всяких там кулинарных искусствах, но кальмаров могу...
ВАСИЛИСА. А в чем ты спец? В чем? Придешь с задроченным
видом, набычишься и гундосишь: "Да не срослось..." Вечно у тебя
не срастается! А у других все срастается как надо... Шкаликов,
вон тот на лимузине ездиит и пиццу шоркает...
ПЕТР. Чего это ты завелась-то, чего? Меня это не втыкает!
Сама-то - ни пол подмести, ни... кое-чем потрясти!..
ВАСИЛИСА. Петюша, кругом дети, а ты...
ПЕТР. А чего ты пантомиму-то исполняешь? Нога на ногу,
сопля на щеку, пальцы веером, на ногах фигушки!..
ВАСИЛИСА. Это ты, ты такой - весь на шарнирах! А я
нормальная! На меня еще, между прочим, мужики смотрят...
ПЕТР. Есть такие: могут все, что движется... Что ты из
себя возомнила? Да имел я тебя в виду!? Такие, как ты, на
деревьях растут!
ВАСИЛИСА. Твои шутки окаменели лет сто назад. Тоже мне,
юморишь тут!
ПЕТР. Да какие тут шутки, когда полено в желудке?
ВАСИЛИСА. Может, я не уловила на слух... Я слабо улавливаю
на слух...
( отодвигает тарелку ) Ты опупел, что ли?
ПЕТР. ( плюет в салат ) Базару хочешь? Базару не будет!
ЗИНА. Ну кончайте разборки! Я думала, хоть седня...
СТЕПАНИДА. ( прикладывая палец к губам ) Тсс! Взрослые
толкуют...
ПЕТР и ВАСИЛИСА исподлобья смотрят друг на друга.
ВАСИЛИСА. Что ты на меня - как на новые ворота?
ПЕТР. Ты чего - офигела?
ВАСИЛИСА. Нет, не ела!..
ПЕТР. Запомни, ты, самка орангутанга, если мне нужно будет
твое мнение, я его выскажу...
СТЕПАНИДА. Да остыньте вы, остыньте!
ВАСИЛИСА. А что ты за него впрягаешься?
ПЕТР. Ты с кем это так разговариваешь?
ВАСИЛИСА. ( встает ) Да пошел ты в баню!
ПЕТР. Я не одуплился, что за понт? Если не заглохнешь, я
же тебя...
ВАСИЛИСА. Да, конечно, один свистал, ему вдули, он
перестал...
ПЕТР встает и идет на жену.
Прекрати! Прическу сломаешь!..
ПЕТР. ( рычит как зверь ) Уткнись - я тебя порву!
ВАСИЛИСА. ( кричит ) Люди! Люди!
ПЕТР. ( возвращается и садится на свое место ) Что ты
варежку-то открыла? На панику работаешь? Вот, что был праздник,
что его и не было... ( наливает себе и залпом пьет ) Ради чего
все это? Зачем? Думал, посидим как люди, отметим... Может, в
последний раз... Так нет же!
ВАСИЛИСА. А кто начал-то, кто?..
ПЕТР. Я устал, как я устал... Иногда даже хочу, чтобы все
это поскорее закончилось... Иду на дело, а сам жду... Хочется
жить, но не так, не так... А ведь по сути все уже прожито...
Осталось всего-то ничего... А что было? Да разве ж это жизнь?
Настоящая жизнь, может, там, на арене цирка, под ярким светом
прожекторов, а здесь... А что здесь? Темные подворотни, тупые
лица, полные решимости - что, что может быть хуже? А ведь
некоторые видят в этом романтику...Да и я сам - когда-то... Я
труп, я уже давно труп... Это только раньше мне казалось, что я
крутой мэн... Я - никто, понимаете, я никто? Недавно я увидел
свое лицо в зеркале, увидел... и ужаснулся... Да знаете ли вы,
что меня нет, меня давно уже нет...Я продал свои силы, продал
свои возможности за чужие деньги...
ВАСИЛИСА. А может, тебе того... найти другую работу... Ну
попроще чтобы, без риска...
ПЕТР. Я ведь жизнью своей рискую, можно сказать, за вас...
У меня же никого больше нету...Я ведь, можно сказать, один как
перс во всей Вселенной. Дружки, те голову отгрызут как волки за
бутылку водяры...
ЗИНА. Папа, вот у нас в школе требуется учитель по труду -
я сама объявление видела...
ПЕТР. А что - по труду - это мое!.. В своем деле я, между
прочим, ас, каких поискать надо... Про меня говорят уже даже и
в Бутырках - мне Фуфел рассказывал. Это же тоже настоящее
искусство. Без души здесь ничего не сделаешь - даже на почтовом
ящике замочек не открыть! Это ты верно говоришь - нужны навыки.
Без навыков - не только медведя, даже и медвежонка не
вспорешь... Да ведь не возьмут - у меня три ходки... И вообще,
из близких и дорогих существ только вы у меня и есть в целом
мире...
СТЕПАНИДА. Покушай вот еще салатику - твоего любимого, с
этими - как его? - камарами...
ПЕТР. Как жить, господи, как жить? Что-то у меня все
перепуталось в голове...
ВАСИЛИСА. Петюша, все будет хорошо...
ПЕТР. Ага, завтра на дело... ( Трет виски.)
ВАСИЛИСА. Вот ты говоришь, романтика подворотен... А ведь
ты для меня тоже был героем... Я была простой девчонкой из
детдома, у меня были свои идеалы - мне нравились люди, сильные
духом. Не "Тимур и его команда", а Квакин, который гордо
сплевывал через выбитый зуб... Как я хотела научиться так же!
Мне безумно нравился Мальчиш-Плохиш... Он был единственный, кто
не боялся быть самим собой... Он был один против всех... Я
всегда обожала таких ...Пусть, может, они и некрасивые, не
алендилонистые, как некоторые, пусть, но они... они...живут как
хотят, понимаешь, они сами делают свою судьбу, понимаешь,
своими собственными руками...
ПЕТР. Но ведь я только казался таким... Да, я сильный, я
очень сильный, но жизнь взяла меня в оборот. Ты, конечно,
можешь противиться, дрыгать своими лапками, как та жаба в
молоке, но выбраться тебе не удастся...
ВАСИЛИСА. ( встревожено ) Почему?
ПЕТР. Молоко здесь слишком жидкое - пастеризованное...
ВАСИЛИСА. Главное, что ты не сдаешься, поэтому и не идешь
ко дну...
ПЕТР. А все потому, что оно не тонет...
ЗИНА. Папа, это ты про "Milky Way", да?
ПЕТР. А впрочем, что это мы? ( Берет бутылку и разливает.)
СТАС. Может, видяшку включим, а то тоска смертная?..
ПЕТР. Да у тебя все одни боевики, ничего больше...
ЗИНА. Они вчера с Кощеем смотрели порнуху, "Похотливая
плоть" называется...
СТАС. Да, а кто смотрел вместе с нами, потом еще полез
целоваться?
ЗИНА. Не ври, дурак! Не было такого!
СТЕПАНИДА. Стасик, неужели, когда я ухожу, вы такими
делами занимаетесь?
ВАСИЛИСА. Плохого друга ты завел - Кощея. Он тебя до добра
не доведет...
ПЕТР. Ладно, хватит! И так уже голова беременная!
ВАСИЛИСА. Ну что, кто тост?..
ПЕТР. ( лениво раскинувшись ) Жизнь под солнцем течет не
вполне
Так, как хотелось бы этого мне...
Ладно, мудрец говорит, все равно.
Вот он, стакан. Наливайте
...Поділитися у соцмережах
