Жанр: Юмор
Рассказы
...ю, без
ложной помпы, нельзя крутиться по малой оси, на месте тусоваться, ведь круг
ширится, колесо быстрее вращается, умные люди не стоят на одной точке, надо
выходить на всеобщий уровень , на трансконтинентальный масштаб. Я уже знаю,
что все, что мы тут делаем - неспроста, и очень важно для всего мира, надо
учитывать все последствия, все отголоски. Люди на Тибете, где-нибудь, или в
Канаде сидят, фон от них валит, как от реактора, - и все понимают, все
чувствуют тонко. Я сам раньше не доверял всем этим делам, в книгах не было
доходчиво написано, все боялись прямого текста, а когда сам врос в эти
вещи, в эти миры, понял, что все - правда. И мантры, и янтры, и холотропная
практика, и все, что находится в любой точке нашего разума, на любом уровне
восприятия. Антенны свои настроил, - и погнала телепатия, полный вперед!
Мудры сложил, как надо, сосредоточился - и не случилось беды. Сказки все
это, ясное дело, но намеков в них - по шесть штук на каждую букву, это не
шутка. Абсолютно серьезно и сдолжным юмором. А юмор бывает, знаешь, по
утру, рано, часов в пять, сидя на кухне с любимым человеком, без сволочей,
с открытым окном, - юмор просто - бомба. Балансируешь на тонкой-тонкой
грани между хохотом без остановки и сильной болью. Об эту грань порезаться
- проще простого, острее бритвы, без истерики, тихо и красиво держишь
равновесие, и все так спокойно, и любимый человек рядом. Я тебе скажу, что
я почувствовал, брат, знаешь? Тебе - как брату. Слушай, не агитируй меня,
вот что я тебе скажу, не надо вот этого, братуха, я уже завербован. Вот так
вот, завербован, понял? Доброволец я. Я что хочу сказать, как только я
ощутил, что снова стал собой, а для других просто стал Кем-то, когда мое
мнение стало значимо и все такое, тут во мне и проявилась эта чистая Вера,
и Любовь, и Надежда. Именно те, старые-вечные, которые ныне, присно и во
веки веков. Я прошел через всякие терзания, через интеллектуальние подрывы,
через бунт, мерзости, похоть, блядство, прости Господи, всю эту срань,
перечитал горы книг, сам написал пачки писанины, стихов, короче говоря,
отработал шлаковый пласт, понимаешь меня? Думал о таких вещах, просто с ума
сойти, алес, бесконечные тупики всякие, парадоксы безумные, дзен,
каббала... Все это у меня за плечами, никуда не ушло, но это уже опять - НЕ
МОЕ. Это не грехи, не камни, это Путь - к Золотой Середине. Я не шучу. А
теперь я уже дома, с этим багажом и тут на меня снисходит милость.
Понимаешь, я не сумасшедший и не набожный человек, - что значит "набожный",
когда есть такое: все под богом ходим? - просто я чувствую, что теперь
могу, допустим, молиться, обращаться к нему, даже, зная, что я - в нем, а
он - во мне, я - он, он - я, мыодно, единое. Мне простится, если я хватил,
понимаешь? Я могу молиться, просить, отдавать, что угодно, потому что я
ЛЮБЛЮ. Мне плевать, что звучит банально, уже все, нет ничего банального,
все как было, так и есть. М я теперь с этим Словом внутри, не свечусь
конечно на бульварах, нимбом не понтуюсь, но могу своим ближним говорить -
молитесь, чего вы носы задираете, чего морды от себя воротите, вот она
икона - Зеркало ваше. Никто еще на себя не плюнул, природой такое не
предусмотрено - разве что под ноги себе, на путь свой. Вот я, вполне
цивильный, в себе, культурный ип так далее, но на мне уже лежит этот Зайчик
Солнечный. Как бы завербован. Самим собой. Умные, образованные люди не
верят, считают - а, бля, все - Цинизм, Мрак, Пустота, Дао Вечной Пустоты,
Чистилище. Все, колнец, мол. Торчки не хотят глаза открыть, нашли в себе
точку удовольствия и сосут. Люд простой лямку тянет, будто неба для них уже
нет, кругом одна сплошная Земля. Как в гробу, ей богу! Вот, гиперборейцы,
мать их! Смешно, и жаль. Жалею, значит люблю. Не боюсь, не уважаю, а люблю,
прощаю. ОБ мне говорит, - ненависть объединяет, любовь ставит отдельно.
Большое видится на расстоянии, - я ему. А у него песня есть - "Стань
дальше, ты все поймешь сам". Да, именно так. И теперь я, далеко не образец
святости, умник, прагматик, клоун зачастую, всякого во мне, не меньше, чем
в братьях моих, и все же в меня влилось это: и мама - богородица, которая
просто смотрит на тебя вот так - и все, и отче наш, все тебя бросят,
плюнут, а он никогда не оставит. Знаешь почему? Потому что он всегда был с
тобой, в тебе, можешь даже считать, что ты - это и есть он. Будь собой и
используй инструменты. Я присмирил в себе все стороны. Сейчас говорю тебе:
страха нет, боль осталась как эквивалент жизненный. Раз, знакомому
невзначай говорю, а ты, мол, помолись, так - полувшутку, полувсерьез, не
настаиваю, человек и сам все знает. Просто покажу, что я - такой же, как и
ты, и у меня все хорошо, посмотри-ка, ВСЕ ХОРОШО. Не знаю, я Достоевского
мало читал, почти ничего. Но чувствую, что и он въезжал, знал тоже, что все
путем. И Толстого я не брал в руки, но слышал о "непротивлении злу". Многие
морщатся, как это так - слабость, попускательство. А Лев Николаевич, не
дурак, - граф отлученный. Для него и церковь, небось, за зло могла
прокатить. Не в этом дело. Правильно он мысль давал. Верно, только въехать
в это надо с другой стороны. И Достоевский, и Толстой, да и вообще все, -
особенно, кого я не читал (-смеется-) - знали, о чем говорили. Больно им
было, это точно. Боль - такая вещь. Цена за сожженную грязь. Буддисты
говорят - души нет. Молодцы вообще. Только, зачем так? Это неумно. Вот так
говорить - "НЕТ", не умно. Мало в этом света. Я знаю, что говорю. Я не
штукатур, у меня отмазка простая: я люблю. Вот эту женщину я люблю,
въезжаешь? Как она сидит, поворот головы, голос ее, все отрицательное, все
положительное в ней, все ее инсрументы, способы и мотивы. Это суперкрасиво.
Это ни в каком кино не показывают, ни за какие бумаги этого не купить. Это
Вера, потому что это - Любовь. Да можешь хоть вагон кислоты заглотить, хоть
утонуть в калипсоле, если этого не способен в себе найти - будешь просто
торчать, как5 заноза в заднице. И тебя будут выдергивать всю жизнь, а под
тобой все будет гнить. И будут спиртом заливать, или анестезию вводить. Это
же нехорошо. Неумно и невесело. Надо по другому. Вот я даже, когда мне
больно, слезы мужские текут за воротник, все равно знаю - так надо, чтобы
освободилось место для радости. Выделится боль с влагой, испарится она,
соль в землю уйдет, как мудрость, а радость - тут как тут. Это и есть
милость. Жить - это делиться, поэтому, я стараюся дарить радость, я же не
труп какой. Люблюя, честное слово, ей богу, люблю, больше других слов
нет... Увидимся еще не раз, рад был тебя повидать, давай, всего тебе.
---------------------------
Дождь прошел, за окном темно, а внутри тепло и сухо, и лампа
горит, как Солнце, и все верно.
---------------------------
Да, мой друг, простился я со своим корешем-писателем и, слегка
офигевший, выгреб на улицу. Прошел пару кварталов, думая о том, что, етить
его в прорубь! Любовь слепа - любишь все и всех подряд, без разбора, и в то
же самое время, вот у кореша моего - глаза открыты, он видит ясно и
определенно. Шел я так, минут двадцать. Потом вижу - тусовка
пост-панкушеская в парке. А крыша у меня уже, сам понимаешь, набекрень.
Сунулся я к этим парням и девкам в клетчатых рубашках и "мартинах". Взял
одного, лысого, самого удолбанного, самого открытого и синеглазого, но и
умного, взял его за локоть и повел по дороге, приговаривая ему на ухо
чистую правду: - Видишь ли, в Писании сказано - плодитесь и размножайтесь.
Люди плодятся через секс, а размножаются путем бессознательного контроля и
отбора информации. Некоторые же виды, как например я, размножаются
осознанным пиздежом. Вот сейчас, к примеру. Видишь ли, я - вообще не
человек. Не удивляйся. Чего, стреманулся? Ха-га-га-а!!! Не боись, слушай
дальше, лысая душа! Я - из параллельного расклада. Другая сущность. Я живу
тем, что общаюсь и двигаю свою информационную копию по людским сетям
осознаваемой памяти. Так я размножаюсь и борюсь со смертью. Слава нужна
только для этого, бля буду!
Мы проходим милицейский бобик, кого-то отпиздили и запихивают в
заднюю часть машины, пахнет мокрой листвой, тополя очищают грязный
городской воздух, от кого-то несет течкой, я продолжаю: - Некоторые виды
живых существ воплощаются в человеческой форме, чтобы отработать
необходимый материал, а после - двинуться дальше, к следующим, другим
формам. Мы осознанно делаем это, существует неизбежность, необходимость
такой отработки. Работаем с чистым осознанием. Смотри мне в глаза, брат.
Видишь? Человеческое осознание по своей природе совершенно - это факт.
Некоторые люди, осознав это, могут последовать нашим путем и даже
преобразоваться, став одним из нас. У нас есть реальная возможность
бессмертия. Переход в чистую информацию. Есть числа, знаки, символы. Они
вечны и их связи - бесконечны. Это узаконено в виде всеобщих вибраций.
Таков мир материи. Вибрация - есть все. АУМ, Харе Кришна! Я тебе скажу вот
что: ПРАВДА ОДНА - ТА, НА КОТОРОЙ ТЫ ОСТАНОВИЛСЯ. Но существует еще и
Движение! Непрерывно движущаяся правда - это моя природа, мой способ жить
где угодно, вникаешь, о чем я говорю? Ты слушай, слушай, слушай. Я торчу до
сих пор только для того, чтобы свободно распространяться. Каналы речи -
каналы слуха - каналы воображения, понял? Мусора не палят, пока я держу их
на расстоянии своей волей. Я контролирую мир, начиная с себя. Да нет, ты не
думай, я не инопланетный разум, не альдебаранец. Родился в обычной семье,
сестра была, просто однажды я понял - я другой вид человека. Очень сильно
другой. Обычняка у меня уже не бывает. Кайфа тоже. Есть только я. Говорю
тебе, все это - чистая магия. Вот смотри!
Я остановил лысого, и указал рукой на какой-то подъезд. Из
дверного проема вылетело шесть голубей, затем вышло шесть почти одинаково
одетых молодых женщин, а потом медленно выползла собака таких гигантских
размеров, что по телу лысого прошла судорога. Собака глянула на нас
мерцающими унылыми глазами и легла у подъезда. Сверкнула молния и чуть
погодя ебнул гром.
- Есть секретный миф, - сказал я своему сотруднику. - Представь
себе: ничего нет, есть только Лампа, Зеркало и Солнце. И никого нет, кроме
абсолютного существа, оно одно в пространстве. Включается Лампа, отражается
в Зеркале. Это действительность. Лампу можно выключать и снова включать до
бесконечности. А Солнце горит, не выключаясь. И Зеркало может отражать
солнечный свет постоянно. Абсолютное существо знает об этом, но всегда
имеет при себе в одной руке Зеркало, в другой Лампу. Зеркало, чтобы
избежать одиночества и жить вечно. Лампа, чтобы была память о бесконечном в
форме конечного. Это познание, через сравнение и соотношение. Ты имеешь
возможность сравнить меня с уже известным и доступным, и ты меня уже не
забудешь. Я есть теперь и в тебе, с этим ничего не поделаешь.
---------------------------
...Мой монолог длится эхом где-то на солнечной предгрозовой улице,
а я дома у Архимеда, оставив лысого на непонятной автобцсной станции. Во
мне тишина, изредка хлопают черными крыльями мои личные стены. Я не такой,
как все, я зашифрован, я замаскирован, укомплектован в прозу жизни и поэзию
тайны. Пиздец.
Не верь мне, читатель, ведь я использую и тебя, и, если будет
надо, всех твоих родных и близких, я стану подлизываться к твоей мамочке, а
потом проглочу ее, я покрою всех твоих баб и так далее и тому подъебное. Но
я тоже верю, может и не в любовь эту хитрожопую, но верю - и верю сильно.
Скоро я вмажусь ДМТ и приправлю это дело охуительной анашей. А потом ко мне
придет Крупная Идея и я поеду на ней, говоря с попутными пассажирами.
Короче, так: вдруг я заметил, что раскумариваюсь как-то не так, как это
происходит у всех нормальных людей. И сленг мой - не совсем их сленг, хотя
мне это до фени. Я торчу странно, все мои вещества только называются
аналогично вашим, но это не то. Если ты не дурак, присмотрись к моим
малявам, у меня все ПО ДРУГОМУ. И мескалин у меня будет - не мескалин, и
стугать я от него буду по другому, и вообще. Но если ты вдвойне не дурак,
ты поймешь, почему все так. Договорились? И пусть это будет только Личным
Делом.
Напоследок добавлю, что проекция будущего мной уже прощупана,
проявлена и я готов. Я найду свою вторую половину, мы поладим, я буду идти
по улице и случайно познакомлюсь с кинорежиссером, у нас произойдет
интересный разговор, в ходе которого, - ...а ведь мы живем в бандитской
стране, где лидерам привольнее всего... - в ходе которого я скажу, что
скоро собираюсь открыть частное дело, фирму "Психопомп Огма",
консультирующую население по культовым и изотерическим вопросам.
Кинорежиссер спросит меня, что это за рукопись я держу в руках, если не
секрет, - ..." Академик не догреб до квартиры, вмазался в кустах и отъехал
на передозе, пятеро взвыли где-то на пятом этаже, затерянном в верхней
серой бесконечности... - конечно не секрет, это рукопись моего последнего
романа, если есть желание, - ...мир оттаивает, свет вползает... - возьмите
и ознакомтесь.
...Х - Х - Х - Х - Х - Х - Х - Х - Х - ХП!!!
ТГ!...
ТГ!...
Э - Э - Э - Э - ЭТ!!! Ш - Ш - Ш - Ш - Ш......
СТ - УБ!
Ц - КХ!
Ц - КХ!
УБ!
Е в г е н и й И z
Ггородд
Сергею Кришне
На земле круг. В круге сидит черт. У черта во рту сигара. В сигаре
свернут город. В городе сухие бульвары. По бульварам едут мрачные экипажи.
Они спешат на похороны. На похоронах идет дождь. Капли бьют в лицо
покойнику. Покойник смотрит в небо. В небе парит белоснежный дирижабль. С
него на город смотрит стрелок. Стрелок ищет коварного мертвеца. Мертвец
скользит по лабиринтам подвалов. В подвалах поют мелькающие тени. В их
мелькании возникает поток звуков. Поток вырывается на улицы города. Город
медленно тлеет. Пепел рассыпается по серому песку. Из песка выглядывает
лицо меланхолика. В его губах зажата опиумная бумага. На бумаге написано:
Здесь исток и конец бренного мира. В мире идет война. На поле боя
гибнут крылатые солдаты. Их тела падают на крыши домов. Дома образуют
бесконечный город. В городе идет мягкий снег. Снег покрывает демонстрацию
врачей. Врачи застывают в неестественных позах. На их лицах - ужас. В их
ужасе есть веселье. Это веселье вечных мудрецов. Они открывают окна и
вдыхают воздух. В воздухе распылен вальс. Пары кружатся в безумном танце.
Зеркала отражают спины вальсирующих. Танцующие тают и исчезают. В пустом
танцзале бродит Смерть. Она выходит в город. Города нет. Есть только место.
На нем - черта. За чертой - та сторона. На ней ничего нет. Есть только
точка остывшего взгляда умирающего мертвеца. Эта точка - город. В городе
сухие бульвары...
Е в г е н и й И z
ХРАМ
Рассказ впервые опубликован в АКМ #11
Я зашел в большое светлое здание. Внутри стоял жуткий холод. Я
застегнул молнию на куртке до самого подбородка. Вокруг было множество
девушек в кожаных шубах с сумками из волос. Одна из них стала показывать
фотоальбом. На цветных снимках была ее кошка - рыжая и откормленная. Вот
она сидит на японском телевизоре, вот смотрит на домашнего какаду, а вот
дерет когти о турецкий ковер. На последнем снимке кошка ела какие-то
коричневые консервы, положенные в желтую фарфоровую чашку конической формы.
Рядом стояла красная чашка с белым молоком. Я молчал, трогая в кармане
сухой бублик, найденный сегодня на подоконнике.
17.10.95
--------------------------------------
Е в г е н и й И z
ЛЮБВИ БЕСТСЕЛЛЕР
Славентию Бондаренко
Помню четко. Я попал. В раю все было как на небе. Красиво так и по
людски. Вхожу в какую-то баню. Похоже на морг. Только с цветочками и в
горшках. Светло так ну и так далее, райские кушчи. Я тогда и подхожу
дальше. Думаю, е, где ж они? Прошел с километр. Тихо. В камышах возились
камышовые коты. Бога нигде не видно. Я позвал. Потом пошел к поляне. Захожу
вовнутрь. А там Она. Мне сразу понравилась. Такая большая и выразительная.
Я подошел к ней и пригляделся. У нее были формы и они как-то сразу
завыделялись. Ну, думаю, фантастика. А Она стоит во всей красе и на лице у
нее зубы сверкают. Такую прелесть я давно не видел и мечтал. Улыбалась Она
как белая лебедь.
Ты кто, спрашиваю. Она говорит: Россия. Россия, говорит. Я говорю:
классї Дворянство, говорит. Тут я ей говорю: ну значит будем жить. А Она
как лебедь.
Я проводил ее до дома и пошел к себе. А потом припомнил, что я не
дойду дотуда. Побежал обратно к ней. Прибежал, а ее нет. Что, думаю, за
фантастика. Ведь я вроде влюбился. И я сразу бессильно закричал матом.
Пришел бог. Крестится. Дал семечек. Сели и говорим. Чего ты, говорит бог,
орешь? Чего тебе надо-то? Я говорю, так и так. А бог мне: а если вот так? Я
ему: тогда это не то. А он: ну, братец, то-то же. Посидели мы немного. Я
говорю: а знакомых тут где увидеть? Бог говорит: они не тут.
Тогда я загрустил. Это от любви. Бог говорит: а чего ты тужишься?
Любовь, говорю, так-то. А кого тебе надо, спрашивает. А такую, говорю,
Россия. Бог мне говорит: тьфу да то дура чухонская! А я оскорбился. Вам бы,
сказал я богу, только бы издеваться. Ладно, говорю. Я тут еще не привык. И
я, говорит бог. Я засомневался и пошел в лес. А бог остался. Все
приговаривал: наука бессильна, наука бессильнаї
Захожу в лес. Грибы, малина. Я поел грибов. Очнулся в осенней
роще. Пушкин за бабами гоняется. Болдинские крестьяне кого-то бьют по
голове. Птица Сирин ко мне подходит. Чего, говорит, дурак ты грибы жрал?
Кто тебя надоумил? А я спрашиваю: Пушкин настоящий? Больной , говорит она
мне, вы же бредите. Ну, точно фантастика. Повезли меня в лазарет. Откачали
маской через лицо. Я забылся. Вижу сон.
СОН:
В тайге под елкой вижу - опять Она. Стоит и плачет. Я подошел к
ней и приголубил. А когда мы нашли общий язык то сразу полегчало. Любил я
ее долго. До зимы. Снегири чирикали. Мы жрали шишки и топили сосульки. Жили
хорошо. Она подарила варежки. На память. А когда меня забирали, заплакала.
їЯ помню ее. Большая, светится, с глазами большими как тарелки. На
тарелках петушки. Она платком помахала. Теперь я ее не забуду.
Из журнала я вырезал ее фотографию. Прилепил на стенку. Пришел бог
и отодрал. Видно ему понравилась. Я прилипил еще. Бог отодрал со стеной и
его завалило. А там стоит снова Она. Мы встретились. Пушкин весь в малине
кого-то поймал.
Любовь к ней великое дело. Мы ходили по деревне и пугали ангелов.
Дело было в раю. Тут прямо тропики и заливаются и щебечут змеи. Хэппи энд
близок. Медсестра с животом беременная. Повсюду фрукты.
HAPPY AND.
Е в г е н и й И z
КРАТЧАЙШЕЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО СУЩЕСТВОВАНИЯ БОГА
Рассказ впервые опубликован в АКМ #11
КОЗЬМА
ПРУТКОВ -
- вот
кратчайшее доказательство
существования
БОГА.
Кельт, T 1995 г.
Закладка в соц.сетях
