История порнографии

страница №11

...о
законодательству о непристойностях, "Церковь
пережила при Реформации такой травматический
шок, возникла такая потребность в защите против

Издатели, цензура, закон 161

распада, что "Индекс" не был бессмысленной затеей.
Полезен ли он сегодня - другой вопрос".

Последний выпуск "Индекса" появился в 1948
году. Он не содержит "тяжелой" порнографии, попадающей
под общий законодательный запрет, но
включает отдельные эротические сочинения или
книги с эротическими сценами, такие, как "Памела"
Ричардсона, все романы Бальзака, отца и сына
Дюма, Стендаля и Золя. В 1952 году список дополнили
романами Альберте Моравиа.

Идея "Индекса" о том, что запрету подлежит
порнография не сама по себе, но в союзе с критикой
установлений власти, проводилась в жизнь в
Англии после Реформации. Все, заподозренное в
непристойности, подлежало рассмотрению церковными
судами, потом осуществлять контроль пришлось
монарху, который давал разрешение на всю
печатную продукцию. Разрешительный "Акт" был
отменен в 1695 году, и попыток реанимировать его
не делали. Историки настойчиво вторят друг другу,
что гражданские суды Англии начали наказывать за
непристойность в 1727 году, когда был осужден
издатель и книгопродавец Эдмунд Керл, чей адвокат
утверждал, что непристойность не является
преступлением в рамках общего права. Делу придавали
большое значение, и Керла выставили государственным
преступником. В действительности же
еще до случая с Керлом имели место подобные
судебные преследования. После исчезновения "Разрешительного
Акта" из кодекса, обвинения в непристойности
попали под юрисдикцию обычных
судов, а печатание неприличной книги стало преступлением.


Разрешительный акт 1662 года был направлен
против "еретических, подстрекательных, раскольнических
или преступных книг и памфлетов", в
том числе и против непристойностей, но за них не
наказывали чересчур серьезно. Акт возлагал ответ162
ИСТОРИЯ ПОРНОГРАФИИ

ственность за выявление нежелательных изданий на
правительственных агентов, которые должны были
предъявлять их государственному секретарю. Самым
известным и ненавидимым агентом был Роберт
Стефенс. В 1677 году молодой книготорговец по
имени Уэллс, имевший магазин у Собора Св. Павла,
продал несколько эротических книг, которые
ввез из Амстердама, в том числе "Школу для девочек".
Впрочем, ему повезло: правительственным
указом его магазин был закрыт всего на несколько
часов. В 1683 году по докладу Стефенса был оштрафован
некий Джон Уикинс за печатание "Красноречия
шлюх", английского перевода "La
Retoricadelle Puttane" итальянца Ферранте Паллавичино,
который описывал жизнь проституток и
искусство обольщения. (Автор пострадал больше
своего английского издателя: его осудили во Франции
в 1644 году, два года спустя после выхода
первого издания книги, но не за порнографию, а
за антиклерикальный уклон). Затем в 1689-м и в
последующие годы, состоялось несколько судебных
преследований в связи с книгами Рочестера, особенно
со сборником "Стихи на разные случаи" и
пьесой "Содом". Уничтожение книг по приговору
суда, которое обычно связывают с Актом лорда
Кэмпбелла от 1857 года, вошло в обиход во второй
половине семнадцатого века. 12 октября 1696 года
газеты сообщали, что "целый воз непристойных
книг, возвещающих разврат, был сожжен возле
Гейтхауза в Вестминстере мистером Стефенсом,
правительственным агентом, в присутствии судьи
и констебля. По нашим сведениям, книги принадлежали
одному итальянцу-бернардинцу".

В начале правления королевы Анны правительство
внезапно решило передать ведение подобных
дел в Суд Королевской Скамьи Вестминстер-холла,
возможно, из-за мягкости приговоров суда
низшей инстанции.

Издатели, цензура, закон 163

Первое дело в Королевском Суде, на прецедент
которого впоследствии возлагал большие надежды
Керл, было направлено против Джеймса Рида и
Анджело Картера за публикацию порнографической
поэмы "Пятнадцать неприятностей от девственности".
Прокурор заявлял, что ответчик виновен в
той же степени, что сэр Чарльз Седлей в эпоху
Карла II. Но суд с ним не согласился.

"Эти грязные вирши никого не задевают. -
заявил судья Поуэлл, оправдывая подсудимых, -
клевета же всегда направлена против кого-то лично.
Суд должен заниматься этой проблемой, но у
нас нет закона, позволяющего наказывать развратников,
и мы не имеем права сами написать его. Что
касается дела сэра Чарльза Седлея, то дело было
гораздо серьезнее". Как объяснил судья, Седлей
издевался над стоявшими внизу людьми, швыряя в
них бутылки.

ГЛАВА2

Эдмунда Керла, родившегося в 1675-м и умершего
в 1747 году, можно считать отцом английских порнографических
изданий. Дело сорок лет приносило
ему значительный доход, хотя несколько раз он
имел столкновения с законом. Порнография не
мешала Керлу издавать прекрасные респектабельные
книги. Торговал он и патентованными лекарствами.
Одним из его ранних изданий была шарлатанская
книга некоего Джона Мартена "Милосердный
хирург. Новый метод лечения (без ртути)
венерических недомоганий различных степеней для
обоих полов... С прибавлением относительно истинных
признаков триппера у мужчин и женщин...
Равно как и наиболее легкий способ избежать инфекции..."
Книга впервые вышла в 1708 году и стала
первым бестселлером издателя. За короткое время

164 ИСТОРИЯ ПОРНОГРАФИИ

было выпущено семь переизданий. Одно из переизданий
содержало в качестве приложения похабные
тексты, из-за которых автор (удивительно, что не
издатель) подвергся судебному преследованию,
хотя, с точки зрения виновности перед законом,
приложения не очень отличались от основного содержания
книги. Однако Мартену удалось оправдаться,
заявив, что его работа - это научное исследование.


Керл, первый издатель "Сатирикона" Петрония
в Англии, начинал свою карьеру, перепечатывая
материалы процессов об адюльтерах, разводах,
содомии и тому подобных вещах. Потом он начал
печатать переводы французских сочинений эротического
характера. Крупный успех выпал на долю
издания 1718 года "О евнухах. Описание различных
типов евнухов, как их оценивают по всему миру и
как ими становятся. С результатом исследования,
могут ли они жениться и страдают ли они, попав
в такое состояние... С наблюдениями о нескольких
современных евнухах. Случай с молодой леди, влюбившейся
в Николини, певшего в опере Хей-маркет,
за которого ей хотелось выйти замуж. Написано
благородным человеком".
Современник Керла оставил нам его описание:
"Он был очень высок и худ, неловкий, с бледным
лицом. У него были светло-серые выпученные
подслеповатые глаза. Он страдал плоскостопием и
был кривоног. От природы он был весьма смышлен
и читал не только заголовки книг. Он свободно
рассуждал о разных предметах и не был наивен...

Он был развратником... Его платные переводчики
трудились денно и нощно ради введения во грех
читающей публики, отдыхали они по трое в одной
кровати в трактире в Хольбурне".

В 1719 году он опубликовал первую из работ,
создавших ему проблемы с властями. Это был перевод
с латыни ученого трактата (Tractatus De

Издатели, цензура, закон 165

Medica Et Venerea) немецкого профессора Генриха
Мейбома, или Мейболиуса, который в предыдущем
веке возглавлял кафедру медицины в университете
Хелмштедта. На титульном листе английского
издания значилось: "Трактат об употреблении
порки в сладострастных занятиях, а также об обязанностях
поясницы и вожжей, на английском языке
с латинского оригинала, с приложением трактата
о гермафродитах. (Письмо от Т. Бартолини об
использовании розги)". Перевод выполнил Джордж
Сьювел, выходец из хорошей семьи, обучавшийся
в Итоне и Кембридже и получивший степень доктора
медицины в Эдинбурге. Когда Сьювел лишился
практики, он превратился в литературного поденщика
Керла и умер в крайней бедности. Похоронили
его как нищего.

Керл высказывал предположение, что поводом
к написанию книги стала "преждевременная смерть
Питера Мотто, расставшегося с жизнью в борделе
во время удовлетворения похоти противоестественным
образом", хотя он упорно отрицал, что публикация
была "хоть в малейшей степени связана с
аморальными намерениями". Это может быть до
некоторой степени правдой, ибо в то время о случае
с Мотто много говорили. Тот был талантливым
издателем и переводчиком Рабле, удачливым драматургом.
Смерть настигла его в публичном доме
недалеко от конторы Керла на Флит-стрит. Содержательница
борделя, ее дочь и другие обитатели
заведения были арестованы и обвинены в убийстве,
но потом, "к удивлению многих", оправданы.
Распространилось мнение, что он умер в результате
мазохистского эксперимента с поркой, в котором
принял участие по собственной воле.

Издатель привлек к себе общественное внимание
ссорой с Александром Попом, которого обвинил
в плагиате. Тот отплатил ему сторицей, подмешав,
по словам Керна, отраву в питье и атакуя его

166 ИСТОРИЯ ПОРНОГРАФИИ

в печати. Анонимный автор, которого позже идентифицировали
как Дакиэля Дефо, в "Уикли Джорнал"
обвинят Керла в печатании порнографии.

"Есть среди нас один книгопродавец, превосходящий
всех в этой мерзости, - пишет Дефо. -
Его имя дало название преступлению - "керлицизм".
Множеством способов этот человек выказывает
свое ничтожество: он отвратителен как личность,
его преследует скандальная слава. Его пометила
сама природа: блудливое выражение лица,
развратный вид, грязная, подобная языку продаваемой
им в лавке продукции, речь. Каждый звук ?го
голоса лжив... Почему же сей злодей до сих пор не
наказан? Государство за гербовый сбор в двенадцать
пенсов рекламирует его постыдные книги,
умножая поток похотливых гнусностей". В заключение
Дефо говорит, что за предыдущие четыре года
"этот преступник один напечатал больше нестерпимого
скотства, чем за предыдущие 30 лет все
остальные издатели, но никто - ни церковники,
ни миряне - не додумались потребовать от правительства
преследования этого преступления по закону
или хотя бы предостеречь относительно данного
зла".

Керл, человек умный, ответил памфлетом "Открытый
керлицизм". По форме это было оправдание,
в действительности же памфлет подстегивал
любопытство к самым неприличным публикациям,
например, к деталям одного из самых громких
бракоразводных процессов - делу лорда Эссекса,
- которые сообщил ему не кто иной, как архиепископ
Кентерберийский. Книжечка о евнухах?
Но они ведь существуют, не так ли? Их пением
можно наслаждаться каждый вечер в опере. Они не
стоят нашего внимания? Но, если тайные порки
существуют, не лучше ли открыто и честно говорить
о них и тем самым предупреждать молодежь о
грозящей им опасности? По этой-то причине, доИздатели,
цензура, закон 167

бавляет Керл с подкупающей прямотой, "я не буду
воздерживаться от издания подобных книг, если
предоставится случай, я не стыжусь термина "керлицизм".
В заключение издатель заявил, что никогда
бы не стал отвечать на выпад, если бы не видел
в публичном ответе "возможность открыть миру
подлинное содержание нескольких книг..."

Дефо .отступился, а "керлицизм" продолжал
процветать. Так продолжалось около ста лет.

Какое-то время дела шли хорошо, Керл преуспевал.
Особенно хорошо продавались переводы с
французского, например два сочинения Жана Боннифона
"Королева любви, или Искусство поцелуя
во всех его разновидностях" и "Улей Купидона,
или Укус любви". В последнем было несколько "типичных"
стихотворений. Другой роман, появившийся
в 1724 году, назывался "Венера в монастыре,
или Монашка в сорочке", действия в нем происходят
в некой обители. То было сочинение французского
клирика, аббата Дюпра (псевдоним аббата
Баррена). В предисловии к английскому изданию
говорилось, что "описанные любовные приключения
не имеют аналогов ни в романах, ни в поэзии".


"Венера в монастыре" немедленно добилась успеха
в Англии, вскоре появилось второе издание.
Керл никогда не считал себя серьезным издателем,
его интересовала только работа книгопродавца.
Однако именно издание "Венеры" столкнуло
Керла с законом. Кто-то, по-видимому, один из
покупателей, написал государственному секретарю
лорду Таунсенду жалобу, процитировав "Трактат о
порке" и выдержки из трех других публикаций
Керла - "Похвалы пьянства", "Трех новых стихотворений"
и "Раскрытия тайн человечества". В результате
Керл и некоторые другие "типографы и
издатели непристойных книг и памфлетов, способствовавшие
насаждению порока и аморальности",

168 ИСТОРИЯ ПОРНОГРАФИИ

были "взяты под стражу по распоряжению лорда
Таунсенда".

На процессе в Суде Королевской Скамьи в Вестминстер-холле
Керл признал, что был издателем
книги, но категорически отрицал свою вину, ссылаясь
на прецеденты. "Трактат о порке" был медицинским
трудом, закон не запрещал перевод подобных
книг. Что касается "Венеры в монастыре",
он только продавал тираж, книгу издал в Англии
еще в 1683 году Генри Роде, которого никто не
преследовал.

Прокурор сэр Филипп Йорк утверждал, что действия
Керла подпадают под общее уголовное право:
"Я настаиваю на утверждении, что это преступление
должно быть рассмотрено по законам общего
права, ибо оно ведет к развращению нравов
подданных короля, а значит, направлено против
короля. Благоденствие предполагает порядок, и этот
порядок считается нарушенным даже в тех случаях,
когда не было совершено явное насилие:

1) выступление против гражданского правительства;


2) выступление против Церкви;

3) развращение морали.
Я не стану утверждать, что каждый аморальный
поступок, например обман, должен быть рассмотрен
в суде, но, если он оказывает разрушительное
действие на нравственность в целом, если
влияет или может повлиять на королевских подданных,
- это преступление общественного уровня.
Внебрачные связи находятся вне судебной
юрисдикции, а содержание домов разврата -
подпадает под нее".

Суд продолжал заслушивать стороны, а Керл
был освобожден под залог и вернулся к своему
бизнесу. Он опубликовал "Дело о соблазнении...
слушано в Париже против аббата де Рю по поводу
изнасилования 133 девственниц, записанное им

Издатели, цензура, закон 169

самим". На свою беду, Керл выпустил том "скандальных
и соблазнительных" политических мемуаров
"Воспоминания Джона Кера", и его арестовали
вторично*.

В ноябре 1727 года состоялся суд. Судья Фортескью
склонялся к оправдательному приговору, но
Верховный судья лорд Реймонд заявил:

"Если оскорблены Церковь, мораль или нравственность,
если нарушен общественный порядок,
я называю это гражданским преступлением".

За непристойные публикации Керл был оштрафован
на 50 марок (около 33 фунтов) и приговорен
к одному году надзора. Приписали ему и политические
нарушения - разглашение государственной
тайны - и осудили на стояние у позорного
столба в течение часа. Выстоять час под градом
гнилых яиц и навоза было не так легко, и хитрый
Керл придумал выход - распространять в толпе
листовки, в которых утверждалось, что он наказан
за поддержку королевы Анны. Это спасло его от
враждебности черни.

Совершенно очевиден факт, что власти хотели
создать из дела Керла прецедент и наказали его
скорее за политику и религию, чем за непристойность.
Все оставшиеся двадцать лет жизни он был
очень осторожен и не имел проблем с законом.
Впрочем, в 1745 году, за два года до смерти, он
издал книги "Удовольствие от совокуплений" и
"Тайная естественная история обоих полов".

Как заметил в своих "Литературных анекдотах"
английский антиквар Джон Николс, что бы ни
говорили о дурных чертах характера Керла, "он
безусловно заслуживает благодарности за труды по
сохранению наших национальных достопримечательностей".
Издание порнографических книг не

* Кер был известным шпионом времен королевы Анны,
и правительство возражало против раскрытия им в мемуарах
государственных секретов.

170 ИСТОРИЯ ПОРНОГРАФИИ

испортило репутацию Керла. Много лет спустя
после его смерти одну из улиц в районе Стренда
назвали в его честь - Керлз-Корт.

ГЛАВА 3

Хотя закон уже в начале восемнадцатого века объявил
издание порнографических книг преступлением,
приговоры носили случайный характер. Только в начале
следующего века парламент счел необходимым
ужесточить закон, и его начали применять систематически,
впрочем, издатели успели выпустить множество
книг, которые сегодня мы бы отнесли к числу
порнографических, а тогда ими открыто торговали,
особенно во второй половине восемнадцатого
века. Как это ни странно, не было возбуждено никакого
дела против издателя классики английской порнографии
- "Фанни Хилл" - Клеланда. Автор предстал
перед Тайным Советом, но его не подвергли
наказанию. Зато в 1745 году подвергся преследованию
издатель английского перевода "Школы для девочек"
Милле, книга вышла под названием "Школа Венеры,
или Услада для дам".

Как правило, издателям и книготорговцам удавалось
избежать карающего меча закона, если только
книга не содержала богохульных идей и не подстрекала
к мятежу.

В 1763 году, когда "Фанни Хилл" пожинала в
Англии первые плоды успеха, увидело свет не менее
замечательное сочинение - "Очерк о женщине".
Оно было написано как пародия на "Очерк о человеке"
Попа и посвящено другой Фанни, реальной
представительнице полусвета по имени Фанни
Мюррей. Общественный интерес к "Очерку о женщине"
основывался на том, что авторство приписывалось
популярному политику, депутату парламента
Джону Уилксу.

Издатели, цензура, закон 171

Поэма состоит из девяносто четырех строк с приложением
непристойной переделки гимна "Создатель,
приди". Мы полагаем, что автором был непутевый
коллега Уилкса по парламенту Томас Поттер, однако
из бумаг Уилкса следует, что книга отпечатана с его
ведома и на его личном печатном станке. Тираж
составлял двенадцать экземпляров и был предназначен
для узкого круга друзей Уилкса, однако лорд
Сэндвич декламировал поэму в палате лордов, и,
хотя один из его соседей протестовал, большинство
пэров кричали оратору: "Продолжай!" Сэндвич так и
поступил, а когда он закончил, палата постановила:
"Это самая скандальная, непристойная и нечестивая
клевета!" В результате Уилкс был оштрафован на 500
фунтов. Когда он отказался платить, его изгнали из
страны. Скорее всего, на решение суда повлиял кощунственный
характер поэмы, а не фривольные намеки.


Можно констатировать, что порнографические
издания тогда свободно продавались в стране. Порнографические
периодические издания типа "Журнала
бродяги" и "Журнала хорошего тона" сопровождались
"Списком для Ковент-Гардена" Харриса
- каталогом самых известных лондонских шлюх,
для которых он был рекламой их прелестей. Позднее,
в 1795 году, издание переименовали в "Журнал
бродяги, или Человек в модном окружении -
причуда месяца. Общее собрание Любви, Галантности,
Ума, Удовольствия, Гармонии, Радости,
Ликования и Забав. С помесячным списком ковентгарденских
киприд, или Путеводитель для любителя
удовольствий". Интересно, что ни одно из подобных
изданий не подвергалось преследованию,
зато вплоть до 1960 года за выпуск буклета с телефонами
и фотографиями под названием "Указатель
дам" можно было попасть под суд.

Впервые серьезное изменение отношения общества
к порнографии произошло в конце восемнад172
ИСТОРИЯ ПОРНОГРАФИИ

цатого века. В 1787 году Георг II выпустил эдикт
против порока, призывая народ "осуждать все гнусные
картинки и книги, распространяющие яд в
умах неосмотрительных читателей и молодежи, и
наказывать издателей и продавцов". Уильям Уилберфорс,
депутат парламента, основал "Общество
воззвания" для исполнения воли короля. Через несколько
лет, в 1802 году, было образовано "Общество
для борьбы с пороком" (оно поглотило "Общество
воззвания"). Поначалу оно действовало лишь
в Лондоне, но затем его деятельность распространилась
на другие города, в том числе Бат, Халл и
Йорк. Среди основателей Общества был Джон Боудлер,
его брат Роберт, подобно Энтони Комстоку
по другую сторону Атлантики, внес новую струю в
английский язык.

В первых строках Программы Общества предусматривалась
инициация уголовного преследования
издателей непристойных книг и картин. Свидетельствуя
в 1817 году перед Полицейским комитетом
палаты общин, секретарь Общества говорил:

"Общество впервые принялось исследовать состояние
книжной торговли в 1802 году: в то время
за подобные преступления не преследовали, продавцы
не прибегали к сокрытию и маскировке,
поэтому сведения о сути и масштабах распространения
явления были получены довольно легко".

За первые пятнадцать лет своего существования
Общество возбудило около сорока уголовных дел,
во всех случаях были вынесены обвинительные
приговоры. По словам секретаря, большую часть
порнопродукции продавали иностранцы, итальянские
уличные торговцы. Их торговая сеть покрывала
местность от Йорка до Мевдстоуна. Особенно выделялись
Норфолк и Суффолк, там порнографию
продавали в киосках, книжных лавках и даже "крупных
магазинах". О размахе торговли можно судить
по докладу Общества, где упоминается изъятие 1200

Издатели, цензура, закон 173

непристойных картинок у одного лица. Среди активных
покупателей порнографии назывались студенты
Оксфорда и Кембриджа, особой популярностью
у них пользовались табакерки с непристойными
картинками на крышках. Утверждалось, что
оживленная торговля ведется в пансионах для девушек.


Рост нового образованного среднего класса -
продукта промышленного переворота - взбудоражил
общественное сознание и вынудил власти
предпринять шаги к ограничению торговли порнографией.
Многие судьи были снисходительны, но
некоторые преувеличивали опасность. Вот что говорил
один из них, давая свидетельские показания в
палате общин:

"Вред, причиняемый обществу подобными преступлениями,
превосходит вред от убийства, ибо в
последнем случае есть границы действия, но их не
может быть в том случае, когда следствием преступления
является разложение нравственности в
целом".

Деятельность общества увенчалась видимым успехом,
ибо "Крисчен Обсервер", поздравляя его
активных членов, отмечал: "Многие из тех грязных
изданий, которые ныне [1811 г.] продаются тайком
и с риском для торговца, еще несколько лет назад
стояли в витринах уважаемых книгопродавцев". С
другой стороны, Общество встретилось с активным
сопротивлением со стороны тех, кто упрекал
его в "подавлении пороков тех слоев, чьи доходы
не превышают 500 фунтов в год".

Конец наполеоновских войн был ознаменован
приливом свежей непристойной литературы с континента,
и Общество удвоило активность. В период
между 1817и 1825 годами возбудили двадцать дел. В
1824 году Общество настояло на принятии парламентом
закона, по которому любое выставление в
общественных местах неприличных материалов под174
ИСТОРИЯ ПОРНОГРАФИИ

t

лежало суду и каралось штрафом и каторгой с
тяжелыми работами сроком до двух лет. Поправки
1838 года коснулись витрин магазинов. Но до 1857
года не было законных оснований для уничтожения
непристойных материалов.

Общество жаловалось, что эффект от развернутой
им кампании, особенно после принятия закона
1824 года, переводил торговлю в нелегальное
русло. ("... по природе своей это дело укромное, и
поэтому требуется немалое усердие, чтобы обнаружить
вредных паразитов - переносчиков этой дряни
- и подавить их гнусную деятельность".) И
все-таки Общество имело все основания быть удовлетворенным
своей деятельностью в целом. За пять..есят
пять лет, между 1802 и 1857 годами, в результате
его усилий было возбуждено 159 преследований,
около трех в год, средний срок тюремного
заключения (помимо штрафов) по приговорам составил
восемь месяцев, варьируясь от 14 дней до 2
лет. За это время было вынесено всего пять оправдательных
приговоров. Чтобы быть точным, заметим,
что активность Общества была сосредоточена
на том, что мы сегодня называем "жесткой" порнографией.
Единственная попытка подвергнуть цензуре
серьезную литературу окончилась неудачно. Это
случилось в 1822 году, когда было возбуждено дело
против книгопродавца Бенбоу по поводу иллюстрированных
любовных историй и французского
романа в шестипенсовых выпусках. Защитник обратил
внимание суда на то, что роман переведен на
английский язык тридцатью годами раньше и был
доступен публике в библиотеках. Присяжные вынесли
вердикт "Невиновен!"

Несмотря на усилия Общества, торговля порнографией
процветала. Она была сосредоточена
вблизи Стренда, в основном на Ноуливел-стрит,
между соборами Святой Марии и Святого Клемента
(улица просуществовала до начала нашего века

Издатели, цензура, закон 175

и исчезла после расширения Стренда). У одного
тамошнего торговца в 1845 году были изъяты 12346
картинок, 393 книги, 351 медная доска, 188 литографических
камней - все непристойного содержания.
В то время главным лондонским издателем
порнографии был Джордж Кэннон, который в 1815
году сменил профессию помощника адвоката на
более выгодное дело. Он издал почти все сочинения,
приписываемые Мэри Уилсон. За публикацию
книги "Праздник страстей, или Сладострастная
смесь" (1828 г.) он был приговорен уголовным
судом на Boy-стрит к штрафу в 20 фунтов. Он умер
в 1854 году, и бизнес продолжала его вдова (она
погибла десятью годами позже).

Место Кэннона в снабжении торговцев с Хоуливел-стрит
заняли Уильям Дагдейл и - до некоторой
степени - Джон Хоутен. Дагдейл - несомненно
самый плодовитый издатель эротики средневикторианского
периода - ответственен за
публикацию сочинений Эдварда Селлона и псевдобайроновской
поэмы "Дон Леон". Выходец из Стокпорта
в Ланкашире, он юношей прибыл в Лондон,
где включился в тайные политические игры. Этот
человек многие годы руководил издательством,
находившимся в доме 37 по Хоуливел-стрит. Однажды
в 1852 году его осудили на два года тюрьмы,
но он успешно опротестовал в Суде Королевской
Скамьи три пункта обвинительного заключения,
которые делали его ответственным за "обладание
не...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10
• 11
• 12
• 13
• 14
• 15

Закладка в соц.сетях