Жанр: История
Кризис средневековой Руси
...на.
См. подробнее: Янин В.Л. Новгородские посадники, с. 150-151: его же.
Актовые печати, т. 1, с. 88: т. 2. с. 141-153 и др.
"без перевода" по земельным конфликтам самого князя и его слуг
в пределах Новгородской земли " Такой же суд обещал Изяслав
Полоцкий рижанам и магистру около 1265 г.
Есть еще один аспект политической жизни, который может
быть изучен на основе договоров. Хотя большая часть их посвящена
сношениям с северо-западными соседями Руси ^, в них
отчетливо прослеживается воздействие иноземной монгольской
власти на развитие этих отношений. Ярослав Ярославич Новгородский
"по Менгу-ТимУреву слову" дает жалованную проезжую рижанам,
Глеб Ростиславич Смоленский защищает от всевластья
захватчиков те подворья, где "стоять немци или гость немьцьскии"
^
Итак, несмотря на скудость актовых материалов, они - в особенности
в сочетании со сфрагистическими данными - дают разнообразную
картину политической жизни страны и роли в ней
княжеской власти.
4. Новгородские берестяные грамоты
Этот сравнительно новый вид источника открыт в 1951 г. На
XIII в. приходится около 160 грамот из числа тех, что опубликованы
к 1988 г. Приходится писать "около", т. к. датировка грамот
на бересте - дело сложное. Помимо палеографических данных,
важны и топографические-сведения о том, в каких археологических
слоях, архитектурных комплексах они найдены. В пределах
топографо-хронологических комплексов конца XII в.-
1238 г. обнаружено 89 грамот, 1238-1281 гг.- 44, 1281-1313 гг.-
27. Несмотря на перепись населения, произведенную монголами,
и обложение новгородцев новыми повинностями, что, казалось
бы, должно было сопровождаться увеличением документации,
этого не произошло: к середине и второй половине XIII в. относится
лишь 44% общего числа грамот.
Грамоты убедительно показали, что каждый шаг новгородца
документировался: от брачного предложения, при свидетеле направленного
будущей невесте (337) ', до завещания (108) и получения
наследства (198). В письменной форме фиксировалось распределение
и разделение земельных владений, повинности и обязанности
государственных и частных крестьян, заем денег, торговые
отношения.
Большая часть грамот -58 штук - это послания, по определению
В. Л. Янина, "берестяная почта". Круг тем в них необычайно
широк: здесь и подготовка выхода в поход (возможно,
вместе с князем), и просьба прислать вооружение для лиц, подведомственных
автору письма (332). и обращение к княжескому
детскому (слуге с административно-исполнительскими функциями)
некоего Матвея, обвиненного в "татьбе" (222), и просьба к посаднику
в связи с тяжбой из-за права бить бобров на реке Хотынке.
притоке Мшаги, тяжбой, в разрешении которой активное
участие уже принимали и князь, и посадник (600), и обещание
подвойского некоему Филиппу хорошего "почестья" (147), и требование
явиться на суд к князю человека, который "поял" (женился)
на исполовнице, вероятно, какого-то феодала, не возместив
ему убытки от потери работницы (112), и сообщение о приглашении
четырех дворян, само собой разумеется, княжеских, в село
для разрешения семейно-имущественного конфликта (531).
Делопроизводственные документы представлены многочисленными
списками долгов: крестьян феодалам - натуральными продуктами
и деньгами (52. 228?, 348, 409), долгов государственных
крестьян и других лиц феодалу-ростовщику, возникших в том
числе и в результате уплаты причитавшейся с "черных людей"
Новгорода "туски"-корма монгольским послам (214-218, 410),
торговых долгов (8) князя и княгини, по мнению В. Л. Янина,
посаднику и некоему Станиславу, участвовавшим в погребении
детей князя Ярослава Всеволодовича в 1198 г. (601). Среди берестяных
грамот много и различных расписок - в получении долга
(197) и "поклажи", данной на сохранение (141), поборов с погоста
св. Петра на озере Черменце в Шелонской пятине, полагавшихся,
вероятно, владычному десятиннику (220). Ряд грамот касаются
судопроизводства. Это исковые заявления (510, 598) и судебные
памяти исполнителю решения суда - княжескому дворянину или
детскому (213) "'.
" ГВ111Т № 45.
^ Полоцкие грамоты XIII начала XVI в. М., 1977. вып. 1. № 2. с. ^
^ Кроме вышеупомянутых, нужно назвать новгородско-рижско-любекскии
договор 1262 г.. утвержденный в 1264 г. (ГВНП. № 29). Об особенностях его
оформления см.: Янин В.Л. Новгородские посадники, с. 150151, К л синенберг
И. Э. Договор Новгорода с Готским берегом и немецкими городам"
1262-1263 гг. (по данным отчета послов немецкого купечества 1292 г.).- ВИЛ'
т. VII. с. 118-126.
^ ГВНП. "\о 30. с. 57: Смоленские грамоты, с. 39. 45.
' Здесь и далее в скобках указаны номера грамот, опубликованных в с.чедующих
изданиях: Арниховский А. В.. Тихомиров М.Н. Новгородские
грамоты на бересте (из раскопок 1951 г.). М.. 1953: Арциховский А В
Новгородские грамоты на бересте (из раскопок 1952 г1. М., 1954: Арциховс
кий A.B.. Борковский В. И. Новгородские грамоты на бересте (из
раскопок 19531954 гг., из раскопок 1955 г.). М., 1958, (из раскопок 1956
1957 гг.), У\.. 1963: A p и и х о n с к и и А.В. Новгородские грамоты на бересте (из
раскопок 1958 1961 гг.). \\.. 1963: A p и и х о в с к и и A.B., Янин В.Л.
Новгородские грамоты на бересте (из раскопок 19621976 гг.). М.. 1978: Янин
В. Л.. Зализняк A.A. Новгородские грамоты на бересте (из раскопок
1977-1983 гг). Комментарий и словоуказатель к берестяным грамотам (из раскопок
1951- 1983 гг.). \\.. 1986: Алексеев Л.В. Берестяная грамота из древнего
Мстиславля.-СА. 1983. .\" 1. с. 204-208: Авд\син Д.А. Смоленские
берестяные грамоты из раскопок 1966-1967 гг. СА. 1969. "\о 3. с 186193:
Жилина Н. В. Тверская берестяная грамота .V? 1.- СА. 1987. .\" 1. с. 203_216
^ Подробнее см.: Ч ерепн и н Л. В. Новгородские берестяные грамоты как
исторический источник. \\.. 1969. Датировка грамот и их понимание несколько
отличаются от предложенных Л. В. Черепниным в связи с уточнением стратиграфии
новгородских мостовых и поправками в чтении текста, сделанными В, Л. Яниным
и А. А. Зализняком
Берестяные грамоты, как никакой другой источник, помогают
понять основные направления практической деятельности князя
в Новгороде, участие его двора и детских в решении многочисленных
конфликтов, освещают роль князя как главного регулятора
государственно- и частноправовых, в том числе и семейноимущественных,
отношений. Одновременно они заставляют задуматься
над положением владыки, деятельность которого в XIII в.
почти не отражена берестяными грамотами. Как бы то ни было.
грамоты являются одним из важнейших на сегодняшний день
источников по истории Новгорода, в том числе и политической,
и можно лишь сожалеть, что они не заинтересовали автора издаваемого
исследования.
5. Сфрагистические материалы
К XIII в. относится около 140 печатей, как привешенных к документам,
ими скрепляемым (17), так и найденных отдельно. Благодаря
усилиям Н. П. Лихачева и В. Л. Янина почти все они нашли
своих "хозяев" '. Князьям, по преимуществу новгородским и великим
киевским и владимирским, принадлежит более 100 печатей,
новгородским посадникам - 3, княжеским тиунам -8, новгородским
архиепископам-больше II, владычному наместнику в Ладоге-2,
"всему Новгороду"-1, тысяцкому-1. В.Л.Яниным
истолкованы и принципы выбора изображения на печатях, и символика
их. Однако весьма значительное количество печатеобразных
пломб с изображением "тамг" до сих пор не нашло удовлетворительного
объяснения ^
Наибольший интерес в связи с темой книги вызывают княжеские
печати. На них по обычаю, утвердившемуся в Киевской
Руси. помещались изображения святых патронов самого князя
и его отца. освящавших тем самым власть князя как власть,
унаследованную от отца. Отход от традиции наметился лишь при
князе Ярославе Всеволодовиче, который первым ввел изображение
Вседержителя вместо святого, соименитого отцу. Оно призвано
было, вероятно, освящать весь род князя и саму его власть. Печати
его сына - Александра Невского - принадлежат к двум
сериям. К первой (представлена 8 печатями двух разновидностей)
относятся печати с традиционными для княжеской сфрагистики
домонгольского времени изображениями двух патрональных свя'
Лихачев Н. П. Материалы для истории византийской и русской сфрагистики.
М.. 1928. 1930, вып. 1--2: Янин В.Л. Актовые печати Древней Руси
XXV вв. М.. 1970, т. 1-2, Молчанов А. А. Печать древнерусской княгини
из Житомира. -СА. 1984, .\° 1, с. 260-263.
^ По нумерации в каталоге В.Л. Янина это № 283-311. О состоянии и^
изучения и ДИСКУССИИ Б.Д. Ершевского и A.A. Молчанова в связи с определением
их принадлежности и датировки см: Молчанов А. А. Об атрибуции
лично-родовых знаков князей Рюриковичей \-.\111 вв.- ВИД. т. \\'1. "l1985,
с. 66-83
тых - собственного и отцовского. Это стоящие воины с оружием
(мечами, щитами и т.д.), фронтально развернутые к зрителю
("NO 372, 373. Здесь и далее указываются номера по каталогу
печатей В.Л. Янина). Вторая серия печатей (35 экземпляров пяти
разновидностей) имеет совершенно иные изображения. На обороте
печати - Федор Тирон, представленный в сцене "чуда о змие"
в динамичной позе: правой рукой он убивает змея, левой ведет под
уздцы лошадь. Тот же сюжет имеется и на печатях Ярослава
Всеволодовича, однако там святой не имеет лошади. На лицевой
стороне печати Александра Невского - изображение коронованного
всадника с мечом, поднятым в правой руке. Две печати
из этой серии (№ 374, 376) резко отличаются по стилю от современных
им печатей, даже той же серии (№ 375, 377, 378). В изображениях
на печатях № 374, 376 Н. П. Лихачев усмотрел факт
несомненного западноевропейского влияния. По мнению В. Л. Янина,
изображение всадника носит светский характер, он полагает,
что это первое портретное изображение князя в русской сфрагистике.
Возможно, разные серии печатей Александра Невского относятся
к его княжениям в Новгороде 1236-зимы 1240/41 г. и
1241-1263 гг., а смена типов изображений на печатях связана
со знаменитыми победами князя над шведами и орденскими рыцарями
в 1240 и 1242 гг. Факт западноевропейского влияния можно
связывать и с активными отношениями Александра Ярославича
с Норвегией ^
Сын Александра Невского-Дмитрий (новгородский князь в
1276-1281, 1283-1294 гг.) вернулся к изображению на своей
печати святого патрона, однако представленного в виде всадника
с копьем (№ 383-389). Другой сын Невского-Андрей, занимавший
новгородский престол в 1281-1283, 1294-1304 гг., на
лицевой стороне сменил изображение святого или коронованного
всадника на сокольника в одной серии (на оборотной стороне
он сохранил Вседержителя, № 380, 393), а в другой представлен
сокольник и св. Андрей в полный рост (№ 394-395). Сокольника
В. Л. Янин трактует как "один из ранних случаев изображения
"ездеца", т. е. условное, символическое изображение самого князя"
\ Каким было распределение этих серий - хронологическим,
между отдельными периодами княжения Андрея в Новгороде, или
функциональным, т. е. между князем и его сыном Василием, почти
^постоянно представлявшим отца в Новгороде в качестве его наместника,
трудно сказать. В. А. Буров причисляет вторую серию печатей
Андрея к печатям Василия '\ с чем, однако, трудно согласиться,
т. к. ни до этого времени, ни позднее наместничьи печати
не отличались от княжеских.
. ' Имеется в виду попытка Александра Невского женить своего сына Василия
1а дочери норвежского короля Хакона. которую обычно датируют 1252 г.- См.
Юдробнее: Древнерусские города в древнескандинавской письменности. М.. 1987.
1.96-100.
* Янин В.Л. Актовые печати, т. 2. с. 23
^ Буров В. А. О печатях новгородского князя Андрея Александровича.-
"ИД. Л.. 1978. т. IX. с. 56-62.
Эволюция княжеской печати на протяжении XIII в., представленная
буллами новгородских и великих князей, весьма примечательна.
Смена отцовского патрона Вседержителем, отказ от изображения
собственного святого патрона, которого заменило светское
изображение князя, продемонстрировали огромные претензии
Александра Невского. Однако его дети вынуждены были отказаться
от начинаний отца, что, возможно, было признаком ослабления
позиций новгородского князя во второй половине XIII в.
Смена эмблематики на княжеских печатях - новгородских и
великокняжеских - в течение всего XIII в. свидетельствует о неустанных
попытках идеологического оформления княжеской власти,
с одной стороны, в период, когда страна лишилась огромного
числа князей на юге и юго-востоке, а с другой - в обстановке
напряженной борьбы ее с республиканскими тенденциями в Новгороде.
В условиях этой борьбы появились и печати княжеских тиунов.
При князе Дмитрии Александровиче новгородцы проявляли
повышенный интерес к памятникам, конституировавшим торговый
суд. Естественно выглядело в это время оформление княжеской
тиунской печати, что должно было придать тиуну, ведавшему
вопросами торговли и взимания пошлин и в этом качестве противостоявшего
тысяцкому, особый вес ^ К концу XIII в. относятся
печати княжеских тиунов с изображением святого патрона князя
на одной стороне и со строчной надписью о принадлежности печати
- на другой: "Фомина печать", "Фомина печате тиюна",
" [Кон) стантинова печать" (№ 437-439).
О некоторых результатах развития политического строя Новгорода
свидетельствует оформление "печати всего Новгорода",
на обратной стороне которой помещено изображение Вседержителя
(№ 705). Печать скрепляла договор Новгорода с Ригой и
Готским берегом 1262 г. К аналогичному договору 1301 г. были
приложены печати посадника и тысяцкого ("Сменова печать Климовича"
и тысяцкого Машко. № 672 и 594), последнего, по имени
Машко, В. Л. Янин идентифицирует с Андреяном Елферьевичем,
тысяцким 1286-1305 гг.^
Особый тип представляют печати с изображением руки и надписями
о принадлежности печати определенному лицу: "Кондратова
печать" (тысяцкого 1264-1268 гг.). "Степанова печать"
(Степана Твердиславича, посла 1215, посадника 1230-1243 гг.)-
Возможно, они изготовлялись специально для выполнения какихлибо
ответственных дипломатических поручений.
Новгородские архиепископские печати известны лишь с середины
XIII в. Булл Антония (до 1229) и Спиридона (1229-1249)
не сохранилось. Тип владычной печати на протяжении XIII вне
изменился: на одной стороне помещалась надпись (например'
его же. Новгородских
2. с. 42.45.
с. 98 99.
^ Янин В. Л. Актовые печати, т.
садники, с. 93, 171-175.
' Я нин В. Л. Актовые печати, т. 2.
"Далмать архиеп[иско]пъ новъгородеск[ыи]"), на другой-Богородица
типа Знамение. Такие печати были у Далмата (125121.
X. 1273), Климента (1276-1299), Феоктиста (1300-1307).
У Феоктиста, правда, изображена Богородица в рост.
Ко времени владычества Климента относится и печать владычного
наместника в Ладоге с надписью: "Наместника ладозского
печать" и изображением св. Климента, папы римского, с надписью
"Клименте" (№ 521).
В целом печати дают довольно полную картину структуры и
амбиций различных новгородских властей. Несколько хуже обстоит
дело с другими районами Руси. Известна серия печатей при договоре
Смоленска с Ригой, которые В. Л. Янин относит к первой
половине и середине XIII в. и приписывает князьям Мстиславу
Давидовичу и Ростиславу Мстиславичу.
В заключение следует подчеркнуть, что печати являются незаменимым
и необходимым источником по политической истории
Руси XIII в., т. к. знакомят с методами идеологического оформления
притязаний их владельцев на власть и указывают на реальное
положение их в системе судебно-административных органов.
6. Эпиграфика
Надписи на камне, стенах, дереве позволяют увидеть среднеотношениях
человека с Богом, и в его общественных связях. В
зависимости от назначения предмета, на который наносилась или
процарапывалась надпись, менялось и ее содержание. Обиходные
вещи, как правило, имели лишь владельческие надписи, удостоверявшие
принадлежность поплавка, сапожной колодки, бочки и
т. д. ' Мастер метил своим именем ("Макосимов") формочку для
литья трехбусинных височных колец ^ Священнослужитель, не расстававшийся
в своих поездках по приходу с так называемой "мйрницей",
серебряным сосудом для мирра и масла, употреблявшимися
при различных церковных обрядах, руководствовался соответствующими
надписями на разных частях этого двуобъемного
сосуда ^
Кресты-энколпионы (двустворчатые кресты, носившиеся поверх
одежды), змеевики (амулеты) снабжались просительными надписями
о помощи, о которой взывали к Богу и Богородице их владельцы
^ Одна из наиболее выразительных ("Святая Богородице,
помагай. Крестъ намъ похвала, крестъ намъ у(тешение]"".-
Рыбаков, №41. с. 39) относится, возможно, к 1239-1240 гг.
Арциховский А. В. Новгородская экспедиция. -КСИИМК. М.. 1949,
вып. 27. с. 122.
^ Рыбаков Б. А. Русские датированные надписи XI- XIV веков. М..
1964. с. 39-40. .\о 42 (далее ссылки даются в тексте: Рыбаков).
^ Седова М. В. Серебряный СОСУД XIII в. из Новгорода-CA. 1984
^ 1 с 334.
и сделана в Киеве, уже слышавшем о бедствии, постигшем Северо-Восточную
Русь. Сериями бесконечных просьб ("Господи, помози
рабу своему...") испещрялись стены русских храмов, при этом
большинство их принадлежало мужчинам ^ вероятно, потому, что
степень их грамотности была выше, и потому, что жизнь их в условиях
бесконечных усобиц, монгольского нашествия и послемонгольского
неустроения подвергалась большей опасности, чем
жизнь женщин. В Софийском соборе в Новгороде сохранился автограф
"мужа добра" Федора Сбыславича, погибшего в походе на
Раковор в 1268 г. ("Господи, помози рабо своему Тудору Сбыславичу.
Амино") ^ Авторы просьб или надписей часто называли и
свои имена - Твердята и его сын Радко, Иван Репьев, швец Домашко
и многие другие. Иногда эти просьбы звучали как вопль:
"Хотец писал в беде это. О святая Софья, избавь мя от беды" \
На стенах храмов остались не только слезные моления прихожан
и следы их церковной учености (одна надпись содержала
фрагмент кондака Романа Сладкопевца.- Мед ы нцева, № 206,
с. 150), но и сообщения о положении духовенства ("Охъ, тошно,
владыко. Нету поряда дьяком. А деи исплачю. Охъ женатымъ
диакомъ".- Медынцева, № 247, с. 173-174), распрях внутри
него. Так, граффити, обнаруженное в развалинах одного из смоленских
храмов ("Господи, помъзи дому великъму нь даж[дь1
врагомъ игумьнмъ истратит (и его до] кънца, ни Климяте".-
Рыбаков, № 34, с. 35-36), толкуется обычно как свидетельство
недовольства горожан, среди которых была очень популярна
проповедь монаха-подвижника Авраамия Смоленского, политикой
церковных иерархов в 20-е годы XIII в. ^
Своеобразную полемику духовного лица со светским, очевидно,
принадлежавшим к окружению князя, сохранили два граффити
Софийского собора. За поговоркой "Как сидят пироги в печи,
так и гридьба в корабли" и заклинанием "Перепелка парит в дубраве,
поставила кашу, поставила пироги, туда иди" стоит пожелание
богобоязненного человека: "Усохните ти руки" (Медынцева,
№ 203, 204, с. 148-149).
Однако ни драгоценные остатки фольклора XIII в. (имеется
еще загадка о колоколе.-Медынцев а, №199, с. 142-145).
ни полемика между духовными лицами и княжескими слугами
не представляют такого интереса в контексте переводимой книги,
как надписи, рассчитанные на всеобщее обозрение и внимание.
Практика высечения подобных надписей, по преимуществу князьями,
существовала и в предшествующее время (широко известны благо*
Орлов А. С. Амулеты-змеевики Исторического музея.-Отчет Гос. и^т
музея за 1921-1925 гг. M.. 1926. прил. V.
^ Высоцкий С. А. Киевские граффити XIXVII вв. Киев. 1985. с 125. 33-35.
^Медынцева A.A. Древнерусские надписи новгородского Софийского
собора XI-XIV веков. М.. 1978. № 2O7. с. 150-151
1964. .\о 2:
- Там же.
' Тамже. №200. с. 145. Ср.: № 211-212. 208-210, 242 и др.
^ Воронин Н.Н.Смоленские граффити о "врагах-игуменах" в развалинах
храма XII в. в Смоленске.- СА.
надпись XIII в. о "врагах-игуменах".
Рыбаков Б. А. Смоленс^^
пожелательные надписи полоцкого князя Бориса на камнях вдоль
реки Западная Двина). С целью обозначения препятствия на этой
же реке, изобиловавшей мелями и каменистыми перекатами, в
XIII в. был высечен крест на камне: "Сулиборъ хръстъ". О дне
завершения строительства князем Святославом Всеволодовичем
Георгиевского собора в Юрьеве Польском извещает надпись на
камне, долженствовавшая увековечить храмосозидательную деятельность
князя: "Месяца июня въ 30 д[ень в лето 6742 на] памя(ть]
святого Ио[ана1 воин [ни] ка поставленъ крестъ[си С]вятославъм
Всево[ло]дичемь. А^и [нь]" (Рыбаков, № 38, с. 38).
К тому же 1234 г. относится ^рест, вмурованный в крепостную
стену Новгорода. Он был сооружен Симеоном, чернецом Аркажа
монастыря под Новогородом (Рыбаков, №39, с. 38-39). Воздвигальный
крест новгородского архиепископа Антония первой
трети XIII в. несет надпись о вкладе владыки в Софийский собор
(Ры б а ко в, № 35, с. 37).
Таким образом, уже в первой трети XIII в. с помощью памятных
крестов пытались увековечить память о себе не только князья,
но и духовные лица. В последней трети XIII в. это было под
силу только последним, да и то лишь с помощью надгробий (см..
например, надгробие Зеновия в смоленском Смядынском монастыре
6 июля 1271 г.- P ы б а ко в, № 44, с. 41 ). И эпиграфические
памятники оказываются важными свидетельствами изменения положения
княжеской власти на протяжении XIII в.: они четко обозначают
грань - конец 30-х годов, после которых падает роль князей
в строительстве.
7. Археологические материалы
Могут ли археологические материалы быть использованы для
изучения политической истории? Стандартный ответ на это: могут,
притом в нескольких планах - для изучения внутренней политической
истории, исследования результатов войн и завоеваний, для
понимания положения покоренных стран в системе той государственности,
в которой оказываются завоеванные народы и земли '.
Несомненны и другие аспекты использования археологических материалов
в частности, для изучения социально-политической истории. Благодаря совершенствованию
методики археологического исследования возможности в этом отношении
выросли многократно. Приведем один небольшой, но очень показательный пример.
По письменным источникам (см. Приложения. 3. Актовые материалы) известно
о роли князя в оборонительном зодчестве Руси. О том же говорят и данные
археологии. Знаки на кирпичах в XI начале XIV в. полностью соответствуют
княжеским родовым знакам. Таким образом, по всем видам источников отчетливо
прослеживается ведущая роль князя в городском строительстве этого времени
(Раппопорт П. А. Строительные артели Древней РУСИ и их заказчики.-
СА, 1985. .\° 4, с. 80-85). П.А. Раппопорт. установивший факт тесной связи
строительных артелей с княжескими дворами во всех древнерусских городах (только
в Новгороде эта связь разрывается в 40-е годы XII в.), выдвинул предположение.
что такие артели находились в феодальной зависимости, как он пишет, от
князя. Чрезвычайно важно наблюдение о потере князем ведущей роли в строительстве
Новгорода еще в XII в. Это ставит под сомнение наблюдение Дж. Феннела
о тяжких строительных обязанностях князя в середине XIII в
Ответ на эти вопросы сформулирован - на основе именно археологических
данных - в "Очерках русской культуры", изданных \-же
20 лет назад, а также в общеизвестном труде Б. А. Рыбакова "Ремесло
Древней РУСИ" и др. ^
В кратком очерке можно назвать лишь некоторые достижения
советской археологии, да и то применительно к одному из кардинальных
вопросов книги - об истории и значении монгольского
нашествия на Русь. К классическим трудам М. К. Каргера, А. Л. Монгайта
и др. относительно разорения Киева. Рязани, Волыни, трудам,
обнародовавшим результаты катастрофы, которую принесло
с собой монгольское нашествие русским городам и горожанам \
добавились и новые. Ныне подробно документирована гибель города
Серенска, расположенного в бассейне Оки в пределах нынешней
Калужской области \ вводятся в научный оборот материалы
М. К. Каргера относительно полного уничтожения Изяславля на
киевско-волынском пограничье \ раскрыто грандиозное пожарище
в Торжке, от которого остался слой угля высотой 60 см *'. О результатах
нашествия свидетельствует исчезновение целой группы городов
в Верхнем Посулье '. В целом, на наш взгляд, археологические
данные наглядно рисуют картины катастрофы, поразившей
Русь в конце 30-х - начале 40-х годов XIII в.
^ Очерки русской культуры XIII XIV вв. М., 1969. ч. 1-2; Рыбаков
Б. А. Ремесло Древней Руси. М., 1949.
^ К аргер М. К. Киев и монгольское завоевание.- СА, 1949, т. XI,
с. 55102; его же. Древний Киев. М.Л., 1958, т. 1--2; Монгайт А.Л.
Старая Рязань. М., 1955: Мовчашвськии. Райковецьке городище XI XIII ст.
HavKOBi зап. 1нст. 1ст. матер, культ. KHIB, 1935, кн. 2, его же. Матер1али
досл1дно1' робити Райковецко'! археолопчноТ експедиц в 1934 г.--Там же, KUIB,
1937. кн. 5-6. Те же материалы изданы позднее: Гончаров В. К. Райковепкое
городище. Киев, 1950, Ю p а Р. О. Древтй Колодяжин. Археолёгичт пам'ятки УРСР.
KHIB, 1962. т. XII, с. 65-81: Д овженок В. И., Гончаров В. К.. Юра Р. О.
Древньоруське м1сто ВоТнь. Кит, 1966. Ср. Раппопорт П.А. Древнерусское
жилище. Л., 1975, М а левска я М. В., Раппопорт П. А. Церковь Михаила
в Переяславле. Зограф, 1980. т. X. с. 31.
^Никольская Т. И. К истории древнерусского города Серенска.
КСИА. М.. 1968. с. 108116, ее же. Древнерусский Серенск город вятичски\
ремесленников. Там же. 1971. т 125. с 73 81: сеже. Земля вятичей. М.
1981: ее же. Новые данные к истории Серенска. КСИА, 1986. т. 187. с. 41 51:
Р авд и н а Т. Б. Стеклянные браслеты Серенска. T амж е. 1978. т. 155. с. 76 79.
^ К аргер М. К. Древнерусский город Изяславль в свете археологических
исследований 1957 1961 гг. Тезисы докладов на заседаниях, посвященных итогам
полевых исследований 1961 г. М., 1961: его же. Древнерусский горс^
Изяславль в свете археологических исследований 1957 1964 гг. Тезисы докладов
советской делегации на Международном конгрессе славянской археологии ^^
1965. с. 3941: Пескова А. А. Древний Изяславль.--КСИА. 1980. т. 1^
с. 66 73: Овсянников O.B..
...Закладка в соц.сетях
