Жанр: Фантастика
Избранник
...знал он, - мэр вцепился в свое кресло, Неля
- в свою мифическую Силу, а Лосю нужны бабки любым путем: хоть через Нелю, хоть через
кресло. Карантин откладывается на потом, инфекция бесконтрольно умножается, психоз
набирает силу, и естественно, что я никого не сумею остановить и меня посадят и забудут...
если я не загнусь раньше".
Сашка подскочил и забегал по комнате. Пока он чувствовал себя вполне здоровым, а
исходящая от этих козлов опасность оставалась куда как более реальной, чем риск заболеть
религиозным фанатизмом. Именно от этих людей, куда ни кинь, везде выходил клин: не от
мэра, так от Лося. И везде крайним будет он, поскольку чужими руками здесь ничего не
сделать.
"Чужими руками?"
Он резко приостановился посреди огромного пустого зала, и его вдруг осенило. Сашка
включил свет, притащил в зал рюкзак и вытряхнул его прямо на ковер. "Вот она!"
Это была его коллекция визиток, и одна из них принадлежала той самой зрелой даме, что
прибыла когда-то в их город из Москвы по заданию радиостанции и с которой у него был столь
короткий и бурный роман.
Сашка бросился к телефону и начал набирать московский код и длинный семизначный
номер.
- Служба новостей, - отозвался на том конце до боли знакомый, чарующе сексуальный
голос.
Утром Сашку разбудил уже знакомый рев автобусов, и он, с минуту поколебавшись,
позавтракал оделся, вышел и поехал на аэродром. У него оставался еще один шанс помочь
врачам и уговорить больных людей хотя бы снизить контакты: выйти на прямой контакт с
общиной. А нигде, кроме как на субботнике, все три с половиной сотни одновременно не
собирались.
Сашка не слишком верил в эффективность этого хода. Но он понимал: даже если это не
сработает, а это однозначно не сработает, он, по крайней мере, будет знать, что сделал всё, что
мог.
Автобус остановился неподалеку от диспетчерской будки, и Сашка выскочил из машины,
пошел вдоль полосы, но ни Нели, ни остальных сектантов не видел. Он развернулся, вернулся к
будке и только тут увидел первое знакомое лицо - Рейнхарда.
- О! Саша! - обрадовался тот.
- Как дела, Владимир Карлович? - сразу поинтересовался Сашка.
- Ну что, Саша, просмотрели мы нашу больничку, - подпрыгивая и потирая замерзшие
руки, сообщил Рейнхард. - Из полусотни человек нашли аж четырнадцать с симптомами
болезни Никитина. Всё инфекционное на ушах!
Сашка поежился. Он им, конечно, сочувствовал, но "болезнь Никитина" - это уже
перебор!
- Может, лучше болезнь Рейнхарда?
- Отказываетесь войти в историю? - сочувственно усмехнулся врач.
- Не тем голова забита, - пояснил Сашка. - Поважнее дела есть.
- Правильно, - подышал в ладони Рейнхард. - Вот и мы с Мишей с областью вчера
созвонились еще раз, разругались вдрызг! Но хоть дело стронулось. С минуты на минуту
самолет прибудет: системы, реактивы, микробиолог хороший... - Он показал рукой на
стоящий рядом металлический чемоданчик. - Ну, и обратным рейсом - образцы. Пусть
думают...
Сашка хотел было сказать что-то умное, по делу, как вдруг... увидел Нелю. Она и еще с
десяток сопровождающих выгружались из остановившегося на площадке пазика.
- Подождите, я сейчас.
- Куда вы? Вон уже самолет на посадку зашел! - Сашка не слушал. Он подбежал к
автобусу, и с ним тут же поздоровались, вежливо называя по имени-отчеству, но слушать,
похоже, не собирались.
- Вы извините, Саша, наш груз должен прибыть, - сразу поставила его в известность
Неля.
- Ваш? - изумился Сашка: на секунду ему даже показалось, что сектанты одумались и
решили едиными рядами сдаться в руки прилетающего этим рейсом областного микробиолога.
- Да, Александр Иванович, - поклонился ему вынырнувший из автобуса Олег. - Вы уж
простите...
Сашка проводил их растерянными взглядами, но самолет уже действительно заходил на
посадку, и он поспешил к Рейнхарду: от этого приезжего специалиста слишком многое
зависело.
"Кукурузник" сделал последний круг, резко снизился и буквально плюхнулся на слишком
еще короткую полосу, принялся тормозить и, было видно, лишь с невероятным трудом сумел
остановиться метрах в десяти от накиданного лопатами сугроба в конце полосы. Люди
помчались прямо к нему, начали выглядывать, кто там выходит из двери, но это был всего лишь
летчик.
- Чей груз? - свирепо оглядел он подбежавшую толпу.
- Наш! - подпрыгнула Неля.
- Забирайте к такой матери! - взревел покоритель небес. - Провоняли мне всё
насквозь! Фу!
Мощно потянуло сандалом и, кажется, розовым маслом, и Сашка сразу всё понял: из
области прибыли те самые религиозные благовония, которые заказал для секты Лосев.
Мужики сразу же начали разгружать салон, Рейнхард и Сашка ждали, но ни микробиолог
не выходил, ни заказанные медпрепараты не были видны - только ящики благовоний, десятки
упаковок тяжеленных книг и свернутые в тугие, плотные трубки плакаты.
Они ждали десять минут, пятнадцать, полчаса, а когда самолет был полностью опустошен,
Рейнхард, не веря своим глазам, забрался в салон - проверять.
- Там ничего нет! - растерянно развел он руками.
- Конечно, нет, - хмыкнул в ответ летчик. - Мишка Лось под завязку загрузил.
- А медикаменты?!
- Завтра, сказали, отправят...
- Как завтра?! Почему завтра?!
- Потому что перегруз! - рявкнул пилот. - Вот почему!
Рейнхард позеленел:
- А ты метеосводку на завтра слышал?! Ты понимаешь, что мы можем еще недели две
груза не дождаться?!
- Пошли, Владимир Карлович, - ухватил врача за рукав и потащил его прочь Сашка. -
Здесь ничего не решить... в область звонить надо.
- Знаю! - вырвался врач и сунул пилоту заветный металлический чемоданчик. -
Держи! Передашь представителям областной инфекционной больницы. И не дай бог, если у
тебя и на обратном пути перегруз выйдет! В порошок сотру!
Пилот растерянно моргнул, принял бесценный груз, и Рейнхард пошел прочь, размахивая
руками и бормоча проклятия.
- Саша! - позвала его Неля. - Поехали с нами! Будет чаепитие с тортом!
Сашка бросил взгляд на сектантов, потом - на уходящего врача - и выбрал Рейнхарда.
Разбитая "скорая помощь", громыхая на каждом углу, добралась до городской больницы,
и Рейнхард, всё так же матерясь и размахивая руками, ворвался в здание, а затем и в кабинет
главврача. Сашка следовал за ним неотступно.
- Господи! Что еще? - аж привстал из кресла Михаил Львович.
- Ты представить себе не можешь, Миша, чего они отчудили! - рухнул на стул
Рейнхард.
- Микробиолога не прислали, - сразу догадался крепыш. - А я тебе говорил: у них там
дела быстро не делаются, - родить можно, пока допросишься!
- Если бы... - горько усмехнулся патологоанатом. - Они вообще ничего не прислали!
- Как это ничего? - охнул главврач. - А системы?! А шприцы?!
- Я тебе говорю: ни-че-го!
- А хоть образцы в область ты передал?
- Это передал...
Михаил Львович тяжело задумался.
- Придется снова губернатору звонить, - спустя полминуты принял он решение.
Он быстро набрал номер, а когда ему отозвались из приемной, представился и
переключил телефон на громкую связь, так чтобы Рейнхард тоже слышал.
- Да, - отозвался густой мужской баритон.
- Иван Тимофеевич, это Скрыпник из райбольницы, я вчера с вами говорил...
- Да, я помню, Михаил... э-э-э... Львович...
- Иван Тимофеевич, нам ничего не прислали.
- Да-да, я знаю, - с неудовольствием отозвался Губернатор. - Там кандидату нужно
было агитационные материалы перевезти.
- Тогда завтра? - с надеждой в голосе пойнтере, совался главврач.
- Боюсь, что и завтра не получится, - пророкотал баритон. - Завтра Хомякову
материалы отправляют. Для равновесия... так сказать.
- Иван Тимофеевич! Мы не можем ждать! У нас здесь уже черт-те что творится! Секта
растет как на дрожжах...
- Ну, это вы бросьте! - вальяжно пророкотал губернатор. - Мы с верующими дружим,
а то, что они Лосева поддерживают, так это их право, у нас, знаете ли, - голос губернатора на
секунду стал язвительным, - демократия...
Сашка привстал и показал пальцем на себя: "Мне, мол, дайте сказать!" Главврач
отрицательно замотал головой.
- Это не просто секта, Иван Тимофеевич. Они больные люди!
- Ну, не сто же процентов!
- Да все сто, я вам говорю!
- Это вы бросьте!
Сашка снова замолотил себя кулаком в грудь. Рядом встал просекший ситуацию
Рейнхард, и он тоже молча указывал на Сашку.
- Вот у нас тут, - нерешительно начал главврач, - представитель секты имеется рядом.
Не хотите поговорить, Иван...
Сашка подскочил и вырвал трубку.
- Это Никитин! - возбужденно представился он. - Я формальный глава церкви
"Идущие вме..." тьфу ты! "Идущие за Силой!"
- Глава? - удивился губернатор.
- Да, глава! Я унаследовал этот статус по официально утвержденному регламенту, но
даже мне они уже не подчиняются! Понимаете, что это значит?!
- Странно, - хмыкнул губернатор. - А Федор Иванович на селекторе говорил, что всё
под контролем...
- Какой контроль? - саркастически захохотал Сашка. - Федор Иванович сам давно
инфицирован!
Главврач отшатнулся от Сашки и отчаянно закрутил пальцем у виска.
- Как инфицирован?! - охнул губернатор.
- А что же вы думаете? Это вирус! Ему по хрену, кого заражать! Он и президента
Российской Федерации достать может!
- Ну, это вы загнули! - недобро хмыкнул губернатор.
- Я вам говорю: это уже не районная проблема! Помните, как мы к СПИДу поначалу
отнеслись?! Так вот: здесь еще хуже! Они все психи полные! Никому не подчиняются! Для них,
что я, что вы - пустое место!
Губернатор обиженно задышал, и Михаил Львович решительно вырвал у Сашки трубку:
- Иван Тимофеевич, вы, конечно, извините, но он, в принципе, прав.
- Ладно, я всё понял, - вздохнул губернатор. - Это действительно беспредел
какой-то...
Врачи напряглись и синхронно подались к столу.
- Короче, поговорю я с начальником авиаотряда, сегодня вышлем еще... пару рейсов. Что
там у вас? Системы и препараты?
- И микробиолога обещали!
- Ну, ясно... сделаем.
Главврач витиевато попрощался, бросил трубку и свирепо глянул на Сашку:
- Ты чего с нами делаешь, пацан?! Как у тебя язык повернулся про Бугрова такое
сказать?!
- А что? Это правда! - уперся Сашка.
- Какая правда? Ты забыл, на чьей территории находишься?!
Сашка вспомнил, как его чуть ли не сутки везли в промерзшей насквозь клетке позади
уазика, и неуютно поежился.
- Вырвалось...
- Видал?! - повернулся к Рейнхарду главврач. - Вырвалось у него! А нам -
расхлебывай!
- Ладно, Миша, хорош тебе, - примирительно улыбнулся Рейнхард. - Главное, что ему
удалось нашего деда за живое зацепить.
Они переглянулись и дружно захохотали:
- Беспре-де-ел!..
С этого момента что-то изменилось, и Сашка понял, что стал для них своим. Не пацаном,
не племянником покойного Евгения Севастьяновича, а соратником. Они вместе пообедали в
больничной столовой, а потом Сашку провели в инфекционное отделение и показали
результаты первых наблюдений и, увы, пока достаточно приблизительных анализов. По всему
выходило, что он прав, и не просто прав, а попал в десятку!
Механизм воздействия вируса был неясен. То ли он прямо воздействовал на кору
надпочечников, то ли активизировал их работу опосредованно, через пока не выявленных
"агентов". Но результат был очевиден. У всех взятых под контроль пациентов преобладали те
или иные эффекты возбуждения: тремор, беспокойство и регулярные рвотные позывы. Тонус и
моторика были понижены, радиальные мышцы радужки глаза хронически сокращены, а
секреция слюнных желез была плотной и вязкой.
"Не потому ли у Нели вечно чаепитие?!" - охнул над глубиной своей догадки Сашка и
тут же вспомнил, как трудно было дядьке сплюнуть.
Собранные со всей больницы "специальные" пациенты о причинах своего перемещения в
инфекционное отделение догадывались смутно. Медики помалкивали, а самой расхожей среди
младшего персонала больницы версией была "подозрение на гепатит". Возможно, потому, что
лица из-за чрезмерного воздействия адреналина были желтоваты - печень уже не справлялась.
Врачи переходили от пациента к пациенту, вполголоса обсуждая симптомы, а Сашка
внимательно прислушивался, пытаясь увязать в одно целое то, что видел раньше, и то, что
слышит сейчас, когда всё снова изменилось.
- Где эта падла?! - внезапно прогремело по коридору, и врачи переглянулись.
Сашка побледнел и развернулся к двери.
- Где эта гнида подколодная?! - снова прорычал страшным голосом Федор Иванович
Бугров.
- Надо выходить, - глубоко выдохнул и снова вдохнул Сашка.
- Подожди, я сам с ним поговорю, - упреждающе поднял крепкую ладонь главврач,
направился к двери, но был тут же отброшен в сторону.
- Ах, вот ты где!
Федор Иванович стоял в дверях, угрожающе покачиваясь вперед-назад, и зрачки у него
были еще те! Больные инстинктивно натянули одеяла.
- Федор Иванович... здесь вам не плац, - вежливо напомнил Рейнхард.
- Заткнись, немчура! - отмахнулся Бугров и шагнул вперед.
Сашка напрягся. Отступать не хотелось, но и оставаться лицом к лицу с этой вершиной
творения природы было жутковато.
- Ты чего язык распустил, щенок?!
- Я сказал губернатору правду, - с трудом сглотнул Сашка.
- Какую такую правду?! Ты на кого пасть свою раззявил? - сделал еще один шаг вперед
начальник горотдела.
- Вы больны, - с невероятным трудом остался стоять на том же месте Сашка.
- Я больной? - ткнул себя в грудь подполковник. - Это ты, щенок, больной! Ты!
Потому что не въезжаешь уже, на кого тебе можно тявкать, а на кого нет! Понял?! Ты!
Федор Иванович пребольно ткнул Сашку в грудь пятнистым от напряжения кулаком, но
главврач и Рейнхард уже опомнились и обступили начальника горотдела с обеих сторон.
- Покиньте больницу, Федор Ива...
- Не устраивайте здесь КПЗ...
Бугров покраснел и медленно, всем корпусом развернулся:
- Ах вот вы как запели?! Как не делаешь ни хрена, так менты для вас твари продажные!
А как порядок начали наводить, так не устраивайте здесь КПЗ!
Врачи невольно попятились.
- Не выйдет, господа! Вышло ваше время! - Врачи испуганно и недоуменно
переглянулись.
- Вы больны, Федор Иванович, - членораздельно проговорил начальнику горотдела в
спину Сашка. - И с этим ничего не поделаешь.
Бугров снова развернулся.
- Вам надо ложиться на обследование, - собирая остатки мужества в кулак, произнес
Сашка. - И поменьше контактировать с людьми.
- Че-го?!
- Это заразно, товарищ подполковник, понимаете?
- Он прав, Федор Иванович, - поддержал Сашку Рейнхард. - Это действительно
заразно.
- Я вам покажу заразу! - еще больше разъярился Бугров. - Чего вы из меня дурака-то
делаете?!
Он вдруг пошатнулся, схватился рукой за дверной косяк и, было видно, попытался
преодолеть мощный рвотный приступ.
- Это болезнь, - пряча трясущиеся от напряжения руки за спину, возразил Сашка. - И
ее надо...
- Да хоть вы заткнитесь! - оборвал его встревоженный Рейнхард.
- Вы у меня кровью харкать будете... - тяжело дыша, продолжил Бугров, но приступ
ярости резко шел на спад. - Я вас... я вас...
Он вытер огромной красной рукой сбегающие по лбу крупные, с горошину, капли пота,
развернулся и, продавливая половицы, вышел в распахнутые настежь двери. В дальнем углу
палаты кто-то громко, беспрерывно икал.
Они просидели в кабинете Михаила Львовича часов до четырех, и всё это время врачи
возбужденно обсуждали, является ли очевидное падение агрессивности начальника горотдела в
конце "диалога" следствием накопления продуктов распада адреналина и последует ли за этой
фазой заболевания депрессивность и резкое понижение двигательной активности вследствие
общего торможения ЦНС.
Это могло быть правдой. По крайней мере, Сашка вдруг ясно вспомнил, в каком
нежизнеспособном состоянии был его дядька после приступа в тот, последний день. Но только
он хотел об этом сказать, как в дверь кабинета без стука влетел молодой тощий парень в белом
халате:
- Михаил Львович! Михаил Львович!
- Что еще?
- Москва по радио про нас передала! - Сашка обмер.
- Че-го?! - аж подскочили врачи. - Когда?!
- Прямо сейчас!
Явно прибежавший из соседнего корпуса парень никак не мог отдышаться.
- Сказали, что у нас серьезная эпидемия и врачи настаивают на карантине...
Рейнхард и главврач переглянулись.
- А администрация противодействует! Из-за... - Парень судорожно глотнул. - Из-за
выборов...
- Елки-зеленые! - выдохнул главврач. - Этого нам еще не хватало!
Раздался звонок, Михаил Львович схватил трубку, приложил к уху, мгновенно побледнел,
схватился за верхнюю пуговичку воротничка, а потом, не попадая на рычаги, вернул трубку на
место и встал из-за стола
- Всё, Володя, собирайся.
- Мэр? - судорожно вытер взмокший лоб Рейнхард.
- Он... - Главврач кинулся собирать разложенные на столе бумаги, сунул их в толстую
кожаную папку и только тогда посмотрел на Сашку - холодно и отстраненно. - И вы,
молодой человек, тоже... Мэр вас персонально пригласил.
У Сашки всё оборвалось.
Только в эту самую секунду до него дошло, что проверить, по какому номеру он вчера
звонил, для того же чекиста проще простого.
- Идемте-идемте, молодой человек! - окликнул его главврач. - Сказали, срочно.
В мэрию они отправились на всё той же дребезжащей, как связка эмалированных
кастрюль, "скорой помощи". Врачи активно переговаривались, выстраивая общую линию
защиты, а Сашка уныло смотрел на заснеженные улицы и пытался высчитать, сколько дней
здоровой жизни ему осталось. Потому что по истечении инкубационного периода болезнь
войдет в активную фазу, и тогда у него начнутся "галлюники" - как у всех.
Внезапно "скорая помощь" притормозила и принялась отчаянно сигналить. Сашка глянул
вперед и увидел множество чьих-то мелькающих перед лобовым стеклом спин.
- Свободу Лосеву! - громыхнул многоголосый хор впереди.
- Ничего себе! - охнул сидящий на переднем сиденье Рейнхард и развернулся к Сашке:
- Это, случаем, не ваши "соратники"?
- Может, скажете, чтобы пропустили? - с ходу предложил главврач.
Сашка открыл дверцу и спрыгнул на укатанную дорогу. Подъезд к мэрии был заполнен
мятущейся толпой.
- Свободу Лосеву! - звонко выкрикнул кто-то. - Даешь карантин!
"Карантин? - удивился Сашка. - А у них-то какой интерес?"
- Нет, Миша, это бесполезно, - покачал головой Рейнхард. - Проще пешком дойти.
Пойдемте, Саша!
Не теряя времени, они покинули машину и вышли на относительно свободный тротуар, но
и здесь их немедленно остановили.
- Назад, - преградил путь молоденький патрульный милиционер.
- Я чего-то не понял, юноша, - усмехнулся главврач. - Вы что, с этими заодно?
- Назад, я сказал, - выдвинул челюсть вперед патрульный. - А то щас дошутишься у
меня, козел.
Врачи переглянулись.
- Ну-ну, - покачал головой Рейнхард. - Надо будет Бугрову спасибо сказать за такое
пополнение.
- Ты давно в городе, отрок? - в тон ему поинтересовался главврач. - Башку еще не
пробивали?
Патрульный ощетинился и потянулся к дубинке.
- Потому что, когда пробьют, - наступал главврач, - а тебе ее с таким гонором
обязательно пробьют, я же тебя и зашивать буду. Понял, сопля зеленая?
Он повернулся к спутникам и подал разрешающий знак рукой:
- Пошли, мужики.
Они в наглую отпихнули оторопевшего патрульного в сторону, прошли несколько метров
и моментально поняли, как были не правы. Толпа стронулась, хлынула на тротуар, мгновенно
разделила их, спрессовала телами и, качаясь, как в море в шторм, выдавила на площадку перед
зданием администрации.
- Свободу Лосеву! Даешь карантин!
- Владимир Карлович! - заорал Сашка. - Где вы там?!
- Да здесь я! - отозвались из-за его спины, но ни повернуться, ни даже оглянуться
толком не удавалось.
Под натиском сзади толпа качалась из стороны в сторону и медленно продвигалась
вперед, к ступенькам администрации, туда, где ее ждали два десятка напряженных,
закамуфлированных сверху донизу милиционера.
- Всем назад! - на всю площадь рявкнул мегафон, но это было без толку: передние не
могли сдвинуться назад ни на шаг, а задним было как-то всё равно.
- Свободу Лосеву! Даешь карантин! - ревела толпа.
- Я сказал, назад! - уже без мегафона заорал офицер и вытащил из кобуры пистолет,
чтобы выстрелить вверх.
И в тот же миг, словно по чьей-то неслышимой команде, толпа вздохнула и пошла вперед,
сметая со ступенек и подминая всех, кто не успел отскочить. Послышался знакомый звонкий
голосок, и Сашка вздрогнул и вывернул голову в его сторону.
- Неля! - заорал Сашка. - Где ты, Неля?!
- Саша?! - отозвался издалека знакомый звонкий голос и тут же потребовал: - Тихо!
- Тихо... тихо... тихо... - пошло от человека к человеку. - Матушка Неля сказала
"тихо"...
Сзади сразу же перестали давить вперед, и, хотя толпа еще качалась из стороны в сторону,
вокруг воцарилась относительная тишина. Только сопели пробивающиеся из толпы наружу
помятые менты.
- Ты что здесь делаешь, Саша? - громко, через десятки голов, спросила Неля.
- Я-то к мэру на планерку иду, - ответил Сашка. - А вот ты что творишь?
- Лосева арестовали, - на мгновение дрогнувшим голосом сообщила Неля.
- За что? - удивился Сашка. Он прекрасно знал, что таких людей не арестовывают.
- Обвинение пока не предъявлено, - отозвалась Неля. - Вот мы и протестуем.
- А при чем здесь карантин?!
- Так надо, Саша...
- Понятно, - пробормотал Сашка и начал пробиваться сквозь толпу. - Да пустите же!
И толпа мгновенно раздалась на две части, пропуская его к зданию администрации.
- Рейнхард! Михаил Львович! Где вы?! Пропустите их! - крикнул Сашка, и врачи тут
же отозвались, а толпа пришла в движение и выплюнула их наружу.
- А вы кто такие? - ошарашенно смотрел сверху вниз на поднимающихся по лестнице
трех помятых мужиков офицер.
- К мэру на планерку, - недовольно буркнул главврач и сдвинул офицера в сторону. -
Развели здесь, понимаешь, бардак, а потом еще и спрашивают!
Мэр кричал так неистово, что они услышали его голос, едва ступили на второй этаж.
- Ты когда со своей бабой разберешься?!
- Бу-бу-бу, - невнятно оправдывался Федор Иванович.
- Что ты мне баки заколачиваешь?! Ты когда нормально работать начнешь?! На Лося -
ни хрена не нашел! Баба - что хочет, то и делает!
Врачи набрали воздуха и нырнули в приемную, а затем и в кабинет. Сашка двинулся
следом.
- Прибыли?! - язвительно встретил их мэр и мгновенно переключился на врачей. - Вы
когда утечку информации прекратите, господа?! Вы хоть знаете, что о нас уже в Москве
говорят?! А?!
- Мне сообщили, - сгорбился главврач.
- Ему сообщили! - негодующе пыхнул мэр. - А вы знаете, кто туда насчет карантина
стуканул?
Сашка втянул голову в плечи.
- Лосев! - торжествующе завершил мэр. - Так что могу поздравить: вы со своим
долбаным карантином теперь его лучшие кореша!
- А Лосю-то это зачем? - оторопел главврач.
- А затем, что задержан Лось! В камере сидит! И теперь ему перенос выборов как воздух
нужен!
Мэр сделал паузу и с отчаянием взмахнул рукой:
- Садитесь.
Врачи и Сашка дружно кивнули и пристроились неподалеку от дверей. А мэр снова
переключился на Бугрова, и до Сашки постепенно стало доходить, в чем, как говорится,
прикол.
Лося взяли в области. И поскольку, как верно сказал господин мэр, ничего на Лося нет,
выпустят его через день-другой. Но эта пауза была крайне важна: она позволяла безнаказанно
украсть у нежелательного кандидата в мэры время для предвыборной агитации. Не говоря уже
о компрометирующей стороне вопроса. А тут эта передача из Москвы!
Теперь вся так называемая "общественность" только и говорила о том, что администрация
города наплевала на острую необходимость карантина, лишь бы пропихнуть на выборах своего
кандидата. И понятно, что Лось моментально всё просек и тут же через своих людей в области
подхватил идею о карантине, что могло сместить дату выборов до лучших времен. Но вот
доставалось от мэра прежде всего врачам.
- Нам без карантина так и так не обойтись, - не поднимая глаз, бубнил несгибаемый
главврач.
- Не надо меня азбуке учить! - взорвался мэр. - Я, в отличие от вас, прекрасно
осознаю свою ответственность перед городом! А вот вы, Михаил Львович, так и не поняли:
выборы - это не моя придумка! Это важное государственное мероприятие. И сорвать его мы
права не имеем!
- Насчет мероприятий я не специалист, - уперся главврач, - а без карантина тут всем
крышка будет.
- Да что вы уперлись в этот карантин?! - с размаху стукнул по столу мэр. - Нам
вертикаль власти укреплять надо, а он мне со своим карантином... в рожу тычет! Вам же
губернатор лично два рейса с препаратами отправить обещал! Под честное слово, без единой
бумажки! Чего еще вам надо?! Или вы с уголовниками заодно? А?! Не слышу!
Врачи молчали. А мэр отдышался и перевел взгляд на Сашку:
- И кстати, что это за выпады, молодой человек? С каких это пор вы Федора Ивановича к
себе в секту записали?
- Он у меня не состоит... - начал Сашка.
- Но вы же сказали губернатору, что Бугров - больной!
- Сказал.
- А на каком основании? Он что, молится на каждом углу?
- Болезнь не разбирает...
- Помолчите! И вообще, что это за привычка старших перебивать?!
Сашка поднял голову и вдруг увидел, что зрачки у мэра... на всю радужку! Не хуже, чем у
Бугрова во время последнего буйства в инфекционной палате.
"Господи! И он туда же! - мысленно охнул Сашка. - А этот-то от кого успел
подцепить?! Неужели от Бугрова? "
Он судорожно оглядел участников планерки, но никто, кроме него, в глаза мэру не
смотрел.
- Садитесь, - разрешил мэр, и Сашка осознал, что всё еще стоит, и сел.
Дальше обсуждение пошло уже ровнее. Памятуя о пикетчиках на ступеньках мэрии,
кто-то предложил использовать врачебное заключение для запрета всех шествий и
демонстраций. И понятное дело, предложение не прошло, потому что, сказав "а", пришлось бы
говорить и "б", то есть признавать состояние чрезвычайного положения, а значит, и точность
утверждений московской радиостанции, включая обвинения в политической подоплеке отказа
от карантина.
Затем начали обсуждать возможные меры силового характера, и главврач сцепился с
начальником горотдела, поскольку Бугрова слюнтяйская позиция доктора буквально приводила
в бешенство.
- А как с ними иначе?! - ярился он. - Если они другого языка не понимают! Им
сказали разо
...Закладка в соц.сетях
