Жанр: Фантастика
Рип винклер 2: рождение бога
... — Вечно приходится разгребать за тебя.
— Ты мне друг? Ты же видишь, вопрос жизни и смерти.
— Ладно, чего не сделаешь... Но обещать не буду, сделаю что смогу.
— Спасибо. — Эйсай полез обниматься.
— Вы снова шепчетесь, — подала голос Оля. — Я права, от меня что-то
скрывают.
— Что ты, любимая, просто у моего друга пропала невеста, и я как
раз спрашивал его об этом.
— Наконец-то удосужился поинтересоваться.
— Замотался, извини. Как слетали, удачно?
— Нет. — Рип поник головой. — Марико пока не нашли, однако
кое-какие ниточки имеются. Помнишь тот глаз-татуировку на плече у пленника?
— Ну.
— Оказывается, это знак одной секты. Выкалывают его своим адептам.
Мы даже нашли планету, где они обосновались...
— И, ну!
— Баранки гну! Не было там никого. Давно не было. — Рип сжал
кулаки. — Если бы мне попался хоть один из этих глазастых гадов. Задушил бы
собственными руками.
— Это оттуда? — Эйсай дотронулся до повязки.
— Один звереныш принял меня за свой обед. Вообще-то он оказался
почти прав, если бы не император.
Молодые люди дошли до ворот из ангара.
— Ну, мне пора. — Эйсай повернулся к девушке. — Оля, я скоро приду,
а пока Рип отвезет тебя ко мне домой. Чувствуй себя там как хозяйка.
— Возвращайся скорее. — Девушка поцеловала его.
Эйсай с трудом оторвался от девичьих губ. Пробурчав что-то
нелестное в адрес правителя, он направился к входу во дворец.
40
Когда Рип вошел в кабинет Таманэмона, первым делом в глаза бросался
поникший Эйсай. Вид у того был как на картине “Опять двойка”.
— Вызывали? — Винклер кивнул правителю.
— Ты оставил ее одну! — поднял несчастные глаза Эйсай. — Ну не мог
же я быть и тут и там одновременно.
— Что еще за секреты. Кого ты оставил одну, Рип? — Император
по-прежнему пребывал в плохом настроении. — Ты не рассказал?
— Не успел. — Нихонец, совсем как при предыдущем разговоре с
Ольгой, безуспешно старался выглядеть невинно. — Таманэмон-сан буквально перед
твоим приходом кончил распинать меня.
— Объяснит мне кто-нибудь, что случилось, или нет! — не выдержал
император. — Неужели Эйсай, помимо всего прочего, умудрился еще что-то
натворить.
— Ну, нельзя сказать, чтобы натворить, так, кое-какие мелочи.
— Ага, мелочи, — поддержал друга в трудную минуту Рип.
— А именно?
— У него дома девушка.
— Футы, черт, напугали старика. Я уж думал, и правда что-то
серьезное. Тогда понятно, почему ты так торопился вырваться отсюда. А я уж
грешным делом по-стариковски подумал, что мои нотации таки задели тебя.
— Задели!.. немного, — смилостивился Эйсай.
— Девушка хоть хорошая?
— Очень.
Старик впервые за время разговора улыбнулся.
— И когда ты успеваешь, и часа не прошло, как вернулся, а уже
девушка.
— Успел, — вздохнул Эйсай.
— Она из прошлого, — помог другу Рип.
— Из про... Что-о-о! — Реву императора позавидовал бы ищущий самку
носорог. — Откуда?
— Из прошлого. — Эйсай был сама невинность. Он тут же успокаивающе
добавил: — Но совсем из недалекого. Двадцать три года. Это и прошлым-то назвать
смешно. Правда, Рип?
— Правда. — Мольба о помощи снова нашла поддержку у друга.
— Да ты хоть соображаешь, что натворил! Не говоря уже, что посвятил
постороннего человека в тайну, своим поступком ты можешь нарушить ткань
времени, изменить будущее, если оно уже не изменилось. Вещь, предмет, еще куда
ни шло, но вытягивать живого человека из его времени... А если она должна была
стать матерью какого-то сдвинутого гения-ученого, впоследствии открывшего,
скажем, новое топливо для звездолетов. Топливо, позволяющее увеличить их
грузоподъемность и уменьшить время перелетов. Что тогда?
— Тогда корабли перебьются. Полетают на старом.
— Ты прекрасно понимаешь, что это всего лишь пример. Вариантов
может быть тысячи, и далеко не все придут нам в голову. Ты непременно должен
вернуть девушку обратно.
— Нет! — твердо сказал Эйсай. — Можете делать со мной что хотите,
но я этого не сделаю.
— Откуда такое упрямство! Своим поступком ты ставишь под угрозу
будущее.
— Хрен с ним, с этим будущим, да и с прошлым тоже, Олю я не оставлю
ни в коем случае. Можете ругать меня, грозить, сослать из Нихонии, но от этой
девушки я не отступлюсь.
Император устало опустился на свое место.
— Ты любишь ее?
— Больше жизни! Знаю, что это звучит слишком по-книжному, но это
так.
— Дожили. Я чувствовал, что стоит тебя допустить до Тай-Суя и
просто так это не пройдет. Она знает о твоих чувствах?
— Знает.
— Ну и...
— Что?
— Она любит тебя, дурья твоя башка?
— Думаю, да. Во всяком случае, она согласилась некоторое время
погостить у меня.
— Некоторое время погостить. И ради этого ты ставишь под угрозу
величайшую тайну...
— Любовь с повязкой на глазах, — подсказал Рип.
— А брак эту повязку снимает. Как я понял, она пока не знает, что
оказалась в будущем.
— Да.
— И что ты теперь намерен предпринять?
— Предложу остаться со мной. Если она согласится, то расскажу ей
правду.
— И переубедить тебя никак нельзя.
— Можете даже не пытаться.
— Не буду. Как говорится, все что ни делается, все к лучшему. Кто
знает, может, это действительно твоя судьба. Одно плохо, круг посвященных в
Тайну Дома расширяется, прямо в геометрической прогрессии. Говорили же в
старину, тайна, известная больше чем одному человеку, перестает быть тайной.
Вот и утверждай после этого, что древние были глупее нас.
— Ваше величество, — поклонился Эйсай, — за Олю я могу поручиться.
— Выходит, ее зовут Оля. Ладно, оставим пока все как есть. Позже я
обязательно хочу услышать историю вашей встречи.
— Мы еще и на свадьбу вас пригласим. — Эйсай понял, что буря
миновала.
— Невесту не забудь спросить.
— Сегодня же. — Эйсай уже повернулся к двери.
— Какой быстрый, — остудил его император, — разговор еще не
окончен. Теперь я хочу услышать объяснение, за каким... в общем, почему ты
поперся в прошлое?
Эйсай обреченно вздохнул:
— Значит, так...
— Та-ак. — За окном заметно потемнело, Рип с трудом удерживал
падающую голову, но императора ни сон, ни усталость не брали. — Значит, ты
говоришь, таймер возврата не сработал.
— Точно так. — Эйсай, судя по виду, чувствовал себя не лучше. — Я
застрял там.
— Странно, очень странно. Если честно, то я впервые за всю историю
Тай-Суя слышу о таком.
— В последнее время машина времени вообще ведет себя непонятно, —
напомнил Рип. — То отказывается переносить в определенное время или место, а
теперь вот еще и не возвращает.
— Да, довольно необычно. Не хочется даже думать об этом, но что,
если Тай-Суй начал ломаться. В конце концов, эту машину сконструировали
прогомианцы, ей сотни тысяч лет. Ничто не может существовать столь долго, даже
машина времени,
— Ну и что нам делать? Починить-то ее некому.
— А неизвестные кнопки? — подал голос Рип. — Да, мы умеем
пользоваться Тай-Суем, но по меньшей мере половина из его переключателей для
нас белые пятна. Что они делают, какие еще возможности скрываются в этой
установке? Может, с помощью кнопок можно исправить ее или проникнуть в закрытые
времена.
— Все может быть, но вот как узнать это.
— Экспериментально! — вскочил Эйсай. — Хотите, я попробую? Будем
нажимать все подряд, глядишь, что и получится.
— Шашлык из тебя получится. Без моего ведома не вздумайте ничего
нажимать. Мало того, что можно окончательно доломать Тай-Суй — это еще полбеды,
но мы не знаем, какие силы заключены под корпусом этой штуковины. Откуда она
черпает энергию. На ее месте может возникнуть вполне приличный взрыв.
Экспериментируя с Тай-Суем, мы подвергнем опасности не только себя, но и весь
дворец, а вполне возможно, и планету.
— Или систему, — согласился Рип.
— Или систему. Она вполне может разнести нас на атомы, а то и
перенести вместе с солнцем в другое время или иное пространство.
— Но что же тогда делать? — Эйсая так и переполняла жажда действий.
— Не знаю. — Император пожал плечами.
— Слушайте. — Рип поднял голову, раз от раза сделать это
становилось все труднее. — О способах управления и возможностях Тай-Суя мы
знаем со слов императора Киото, впервые нашедшего ее, так?
— И что с того?
— Меня и раньше поражало, как человек, отыскавший где-то на
затерянной планете, что само по себе уже не легко, загадочную установку,
догадался не только о том, что перед ним, но и как этим пользоваться. При этом
не разнеся на атомы вышеуказанную планету.
— Повезло, наверное, или случайно получилось.
— Позвольте усомниться. Даже я, зная о существовании Тай-Суя и имея
прямые доказательства его деятельности, и то далеко не сразу поверил, что
путешествия во времени возможны. А теперь представьте картину: вы находите
машину, абсолютно незнакомую и не похожую ни на одну из виденных до сих пор.
Затем, после недолгих мытарств, вы догадываетесь, что перед вами машина
времени, разбираетесь в ее устройстве и овладеваете управлением. Какова
вероятность подобного?
— Практически нулевая, — бойко ответил Эйсай.
— На что ты намекаешь?
— Я лишь строю логическую цепочку. Может, я, конечно, ошибаюсь, но
не помог ли кто вашему родственнику разобраться с ней.
— В преданиях об этом ничего не сказано. Да и кто это может быть.
До сих пор живущий прогомианец?
— Не обязательно. Пока ее не нашел ваш предок, машина много лет
простояла в пещере. Точно мы не знаем, но давайте предположим, что ею владели и
другие люди, или не люди.
— И один из них передал секрет императору!
— Ну, допустим, — император был далек от энтузиазма, — это так, и
все сказанное тобой правда, что это нам дает? Как помогает спасти Марико? Что
ты предлагаешь конкретно?
— Я предлагаю отправиться к императору Киото и на месте разобраться
в ситуации. Может, он, или тот, кто ему помог, знал больше, чем знаем мы.
— Прекрасная идея! — Глаза Эйсая блестели, в отличие от
невыспавшегося Рипа. Нихонец был готов без перерыва ринуться в следующее
приключение. — Летим! Сегодня же!
— А как же твоя спутница? — напомнил император.
— А, да. — Энтузиазма поубавилось. — Сегодня не могу, но на днях
обязательно.
— Не торопи, тут все обмозговать надо.
— Да чего еще думать! Идея блестящая, летим и все тут! Только
сейчас пришло в голову, мы же можем вернуться в этот же день и я еще успею
поговорить с Олей.
Император почесал лоб.
— Идея действительно неплохая... А так как нет никаких других, то
я, пожалуй, согласен испробовать ее. Если, конечно, Тай-Суй нас на этот раз не
подведет.
— Придется рискнуть. Когда отправляемся, завтра?
— Некоторых лучше оставить дома.
— Если вы полетите без меня, то как только освободится Тай-Суй, я
все равно отправлюсь следом, — серьезно предупредил молодой нихонец.
— Ну что ты с ним будешь делать. Будет меня, в конце концов, хоть
кто-то в собственном дворце слушаться! — всплеснул руками император. — А ты что
скажешь, Рип?
— Да куда ж его денешь.
— Клянусь, вы не пожалеете об этом!
— Я уже жалею, — строго посмотрел на Эйсая император.
За столом, словно хозяин, развалился широкоплечий Каин.
— Мы пропустили на Угрюмую Эйсая, а также предупредили ЕГО, чтобы
ожидал там интересующую ЕГО личность.
— Надеюсь, ОН ни о чем не догадывается? Проделали аккуратно? —
спросил голос.
— Не может быть даже тени подозрения, что информация исходила от
нас. Проведена полная чистка.
— Хорошо. Как ОН отреагировал, что вместо ожидаемого в ЕГО руки
попал нихонец?
— Нормально. Даже обрадовался, вы же знаете, у них старые счеты.
— А Рип, он не пытался проникнуть к родителям?
— Конечно, сразу после разговора с Эйсаем и императором.
— Надеюсь, неудачно?
— Могли бы и не уточнять. — Широкоплечий даже несколько обиделся.
— Не дуйся, Каин, — успокоил голос, — вы прекрасно поработали.
— Ваша Святость! Ваша Святость! Где вы! — Голос одного из старших
наставников доходил уже до хрипа. — Прибыла делегация из Наалы. Вам нужно
срочно явиться в парадную залу!
Их Святость, которому недавно исполнилось двенадцать лет, в этот
момент, не обращая ни малейшего внимания на охрипшего наставника, сдвинув
черные, как и волосы, брови, сосредоточенно отрывал крыло у очередной мухи. С
дюжину несчастных насекомых уже бегало у ног мальчика. Сейчас, без крыльев, они
походили на диковинных жуков, и это очень забавляло молодого Баалина.
Баалином его назвал узнавший мальчика Первый Жрец. В переводе с
древне какого-то это означало сын бога.
Закончив с последним животным, мальчик пустил его к собратьям.
Секунду он рассматривал копошащуюся кучу, а затем несколькими
ударами ноги затоптал насекомых.
В этот момент в дверях комнаты появился наставник.
— Ваша Святость! Баалин! Вот вы где. А мы уж обыскались. Вам нужно
срочно переодеться, прибыла делегация с Наалы, они уже в парадной зале... ждут.
— Я никуда не пойду. — Мальчик упрямо расставил ноги, черные глазки
уставились на наставника.
— Но послы...
— Я никуда не пойду! — Голос Баалина сорвался на крик. — Тут я
хозяин! И это все мое! — Он развел руки. — А ты и прочие здесь только из моей
милости. Или ты забыл, что в твои обязанности входит лишь прислуживать мне.
— Однако обязанности мессии...
— Миссия, мессия. Только и слышу. Как же вы мне надоели! — Он
отвернулся от наставника и направился к переговорному устройству в углу
комнаты. — Срочно старшего распорядителя в мои покои! — Мальчишка оторвался от
микрофона и довольно посмотрел на едва дышащего старика. — Быстро!
Через минуту, одетый в темную рясу дважды посвященного, старший
распорядитель стоял по стойке “смирно” перед молодым мессией.
— Вы меня звали, Ваша Святость?
— Конечно, звал! — Скверный характер юного Баалина хорошо был
известен всем обитателям Храма. — Скажи, кто здесь главный? — Палец уперся в
распорядителя.
— Вы, Ваша Святость.
— А зачем здесь ты?
— Чтобы служить вам, Ваша Святость.
— То-то. — Мальчик злобно и совсем не по-детски ухмыльнулся. —
Тогда слушай мой приказ: я желаю, чтобы этого, — палец переместился на
согнувшегося в поклоне наставника, — сегодня же вышвырнули из Храма.
Губы наставника побелели.
— Мало того, — продолжил мальчик, с удовлетворением наблюдая
происходящие со стариком перемены, — на ближайшем сейме вы объявите, что я,
своей высшей волей, отлучаю его от церкви, и... объявляю угодным Ака Майнью
делом нанесение всяческих как телесных, так и духовных оскорблений отлученному!
Несчастный старик, вся вина которого заключалась в том, что он
выполнял свои обязанности, со стоном свалился к ногам двенадцатилетнего
ребенка.
— За что, Ваша Святость? Только не отлучение! Здесь прошла вся моя
жизнь! Я всегда ревностно служил Господу нашему и свято чтил все Его заповеди!
Я любил вас и оберегал как своего собственного сына! — по морщинистому лицу
несчастного катились слезы.
— Я сказал свою волю, — процедил мальчик. — Теперь выкиньте это
отребье из моего Храма. Или кто-то здесь намерен обсуждать приказы Мессии? —
Прищурив глаза, он глянул на распорядителя. Тот тяжело сглотнул появившийся в
горле комок.
Когда двое плечистых младших служек унесли обессилевшего
наставника, Баалин снова обратился к распорядителю:
— Еще одно...
— Да, Ваша Святость.
— Совсем недавно я узнал, что от меня здесь кое-что скрывают.
— Никто не посмеет, Ваша Святость, и этот Храм, и все мы
принадлежим вам.
— Не мели ерунды! Комната в цокольном этаже, та, с железной дверью.
Она заперта! Я требовал открыть, но никто и не думал слушаться. Это что, бунт?
— Ни в коей мере, Ваша Святость, мы не осмелились бы...
— Тогда пошли, ты мне сейчас покажешь, что там. Мужчина побледнел.
— Я не могу этого сделать.
— Что-о-о! Тебе мало увиденного! Да я тебя...
— Вы можете даже велеть отрубить мне голову, но эту комнату я вам
не открою. И никто не откроет. По крайней мере не сейчас.
— Что ты такое мелешь! Не сейчас? В таком случае когда же? И, во
имя моего отца, что там хранится, что даже мне нельзя посмотреть?
— Эта комната... Это сокровищница. В ней лежит самое дорогое
сокровище нашей веры. Предсмертный свиток святого Троцеро.
— Вот как... — Мальчик заметно поостыл. — Вот где, выходит, вы его
держите. Это послание моего отца Ака Майнью своему сыну, то есть мне,
записанное Троцеро со слов бога десять веков назад?
— Мудрость моего господина несоизмерима с его возрастом.
— Оставь. Если не ошибаюсь, я прочитаю его, когда мне исполнится
двадцать один?
— Да, а до этого ни один смертный, кроме Великого Троцеро, не
заглядывал в него.
— Ладно. — Мальчик окончательно успокоился. — Любопытно будет
узнать содержание, хотя и не терпится. — Он сморщил нос и махнул распорядителю.
— Вели, чтобы кто-то принес мне одежду, пойду к послам. Надеюсь, они привезли
подарки.
Как ни торопился Эйсай, но вернуться домой ему удалось только,
когда на улице уже окончательно стемнело.
Невозмутимый, по рангу, дворецкий встретил юношу на пороге.
— Рад вас снова видеть, Эйсай-сан.
— Спасибо, взаимно, моя гостья, она...
— В гостиной.
Эйсай помчался по коридору.
С замиранием сердца юноша переступил порог. Закинув ногу на ногу,
Оля сидела на диване в центре гостиной и не торопясь перелистывала яркий
журнал.
Она не сразу заметила появление Эйсая, и юноша получил возможность
несколько мгновений полюбоваться гостьей. Девушка прекрасно вписывалась в общую
роскошную обстановку. В ней не только не чувствовалось скованности, напротив,
держала она себя так, словно провела в подобном доме всю жизнь.
Честно говоря, Эйсай боялся, что Ольга, как многие люди, никогда не
бывавшие в замках или больших домах, будет чувствовать себя не в своей тарелке.
По счастью, этого не случилось.
Почувствовав направленный на нее взгляд, Оля подняла голову. Глаза
ее засветились.
Вспорхнув со своего места, девушка подбежала к Эйсаю и обвила его
шею руками.
— Что так долго? — Она дразняще приблизила свои губы к его губам.
— Если бы я мог, я вообще не покидал бы тебя. Никогда. — Эйсай
сделал попытку приблизиться, но она проворно отклонила голову.
— Подожди, я ждала тебя довольно долго и теперь хочу поговорить.
— Говори, я слушаю. — Эйсай опять попытался поцеловать ее, но Оля
выскользнула из объятий юноши.
— Ты даже не спрашиваешь, о чем мы будем разговаривать?
— От тебя я готов слушать все что угодно. — Эйсай хотел снова
обнять ее, но девушка отбежала так, что между ними оказался диван.
— Погоди, — посерьезнела Оля, — я сидела в этом доме целый день и
заметила кое-какие странности. Не объяснишь ли мне, что они означают?
— Какие странности? — В голове у Эйсая застучали тревожные
молоточки.
— Например... — Девушка подошла к витрине, в которой были
выставлены сияющие золотом всевозможные кубки и статуэтки — трофеи Эйсая с
многочисленных соревнований. — Что это? — Она указала на один из призов, затем
начала поочередно указывать на другие. — И вот это, это?
Эйсай облегченно выдохнул.
— Ну, понимаешь, это я заработал...
— Я говорю не про награды, а про надписи на них.
Молоточки застучали сильнее.
— А что там написано?
— Ты прекрасно знаешь и без меня. — Оля открыла витрину и взяла
один из призов. — Победителю Нарского городского чемпионата 2020 года в
стрельбе из лука по движущимся мишеням. Или вот. — Она провела пальцем по
надписи на подставке следующего. — Третье место. Любительские соревнования
кэмпо 2022 год. А здесь...
— Я знаю, что там.
— Тогда ты знаешь и это. — Девушка подняла с дивана отложенный
журнал. — Любопытные вещи иногда можно узнать, особенно если обратить внимание
на дату номера. — Она бросила журнал обратно на диван и уселась рядом. — Я жду
объяснений.
Эйсай опустился в кресло напротив.
— Все не так просто, как ты думаешь.
— Я и не думаю. Судя по тому, что я увидела, все даже очень не
просто.
— Тебе придется во многом пересмотреть свои взгляды на устоявшиеся
вещи.
— За прошедшие полдня мои взгляды уже достаточно пошатнулись, так
что за это можешь не волноваться.
— Что ж, тогда все началось с того...
Эйсай начал историю с императора Киото, первым нашедшего и
применившего Тай-Суй, затем он перешел к Рипу, Марико, теперешнему императору
и, наконец, закончил сегодняшним днем. Он рассказал о похищении Марико,
пленнике с татуировкой и своей роли во всей этой истории.
Вопреки опасениям, Оля довольно спокойно приняла идею путешествий
во времени. Скорее всего девушка уже догадывалась о подобном и сейчас лишь
получила подтверждение.
— Значит, я в будущем? — уточнила она.
— Не в таком уж далеком. Каких-нибудь двадцать три года вперед.
— Поэтому мы просидели столько времени в парке. Почему же ты раньше
не рассказал мне об этом. Неужели думал, что я ни о чем не догадаюсь?
— Честно говоря, я хотел тебе рассказать со временем. Раскрой я
правду раньше, ты приняла бы меня просто за психа или оторванного от реальности
фантазера, но что еще хуже, ты никогда бы не согласилась отправиться со мной.
— А для тебя это было так важно?
— Важнее жизни. Если бы ты не согласилась, я потащил бы тебя силой.
Или потом вернулся.
Оля встала с дивана и пересела на подлокотник кресла Эйсая.
— Глупенький, — она взъерошила ему волосы, — я бы все равно пошла с
тобой.
— Не обманываешь?
— Конечно, нет. Когда я расставалась с командой, хоть я и говорила
им, что погощу и вернусь, я знала — это надолго. Я встретила тебя.
— Оля, останься со мной. Я хочу этого, очень хочу. Здесь, в этом
времени. Навсегда.
— А ты ничего не забыл сказать?
— Э-э-э...
— Нечто главное.
— Я люблю тебя.
— Вот теперь все формальности соблюдены. — Оля прильнула к его
губам.
— Нет, не все. — Преодолевая себя, Эйсай отстранился от девушки. —
Я еще не получил твоего ответа.
— Разве и так непонятно?
— Мне нет, скажи это вслух.
— Я тоже люблю тебя.
Глядя на расплывшуюся физиономию Эйсая, девушка не удержалась.
— У тебя сейчас такой вид, как у ребенка, который получил в подарок
давно выпрашиваемую игрушку.
— У меня очень счастливый вид. — Эйсай притянул ее к себе. — И
пусть только кто попробует отобрать эту игрушку. Любимую.
Влюбленные слились в поцелуе. Руки Эйсая ласкали волосы, плечи,
руки девушки. Затем они передвинулись на грудь.
— Что ты делаешь? — Вопреки лукавой интонации дыхание девушки
участилось, глаза блестели.
— Я не все сказал тебе. Завтра я должен отправиться в одно
путешествие, ненадолго.
— Это опасно? — посерьезнела девушка.
— Что ты. Не опаснее дневной прогулки по сельской улице.
— Ты что-то недоговариваешь.
...Закладка в соц.сетях
