Жанр: Фантастика
Нелюдь
... не поняли! Так, старлей, теперь с тобой дальше разбираться будем.
Во-первых, сдай оружие.
- Есть сдать оружие! - Андрей протянул качнувшийся на ремне автомат хмурому
Карпенко. - Спасибо, пригодился.
- Пригодился, видите ли! - Юнусов выматерился так, что солдаты замерли. То ли
испуганно, то ли восхищенно. - Какого... вообще чужое оружие хватаешь! Твое место было
рядом со мной, понял?!
- Потому что своего не было, товарищ полковник, - затылком Андрей почувствовал
напряженный взгляд Кости. - И место мое было здесь, со всеми. Особенно в этом случае. А
если уж в самом в центре вашего особого района не можете безопасность обеспечить, так и
скажите. Со своим бы приехали, раз у нас теперь такая армия! Все, я пошел раненых собирать.
Слышите, как кричат? Если захотите, потом продолжим беседу, а лучше присоединяйтесь.
Может, хоть санитар из вас получится.
Однажды Андрею довелось увидеть любопытные кадры: взрыв гранаты, замедленный
специальной съемкой в десятки раз. Стальной корпус колыхался, раздувался и наконец
растрескался, показав раскаленное нутро, расплылся отдельными осколками. Полковник, судя
по всему, был на грани чего-то подобного. Очень уж его физиономия напоминала эту самую
гранату. Даже черты лица как-то смазались. Страшнее всего были глаза: так выпучились, что
казалось - еще чуть-чуть, и выпадут из глазниц, шмякнутся на траву.
Однако справился особист, не взорвался. Косо открылась щель между челюстями, с
коротким шипением вырвалась злость. Не вся, только тот избыток, который мешал работать. И
глаза спрятались, скрылись в злом прищуре.
- Н-ну хорошо, лейтенант... Побеседуем, если захочешь, - скрипнул зубами полковник,
оглядел поле недавнего боя. - С госпиталем я сразу связался, так что сейчас и без меня
санитаров будет достаточно. Карпенко, индпакеты у твоих бойцов есть? Посмотрите пока, кого
там зацепило, а то не дождутся еще, сдохнут, а мне отвечать... Эй, на броне! Подсветите на
поляну!
Прожектор повернулся, заставил всех прикрыть глаза и слепо моргать. Первым поднялся
Костя, повернулся к боевым машинам спиной, замахал руками:
- Эй, ребята, все кончилось! Кто живой, давайте ко мне! Все, выходите, сейчас нас
отсюда вывезут! Эгей, наро-о-од!
Многие откликнулись на призыв или нет, Андрей не разобрал. Потому что в луче
прожектора показалась Татьяна. Одной рукой заслонялась от режущего света, другую
прижимала к правому боку.
Бегал Андрей плохо, если не отродясь, то со школьных лет уж точно. И в отряде
инструкторы замучились, махнули рукой - безнадежен. Эх, педагоги, стимула просто не
находилось! И лучше бы век не нашлось...
- Что с тобой, Танюшка?! Куда тебя? Сильно болит?
- А-а, ерунда, терпеть можно. Нет, Андрюша, я честно. Печет немножко и на вдохе
покалывает, - черная футболка промокла насквозь, но голос был достаточно уверенным. - Ты
же знаешь, я могу боль отгонять.
- Погоди, сейчас посмотрим. Ну-ка покажи... Да не уворачивайся ты, и так плохо
видно, - слепящий луч ушел в сторону, и от этого стало еще темнее. - Не стесняйся, я там
уже все видел... Да-а, подруга, повезло тебе. Теперь потерпи... Если так, очень больно?
- В-ва-а!.. Ты что, спиртом плеснул?!
- Надо бы, да под рукой не оказалось. Ничего, в санчасти обработают. Похоже, ребро у
тебя сломано. А вообще-то повезло, пуля по нему скользнула и ушла. Бок, конечно, распороло,
но аккуратно, кровь подсохла. Все, давай руку, пошли к дороге.
- Пойдем... Слушай, а с полковником этим что? Чего он на тебя разорался? Я думала,
его сейчас инфаркт хватит. Ты бы на него поверху посмотрел - ну просто красно солнышко
взошло! Весь алый, как пионерский галстук.
- Он и так выглядел неплохо. Даже в темноте, - проворчал Андрей. - Только скорее
уж синьор Помидор. Перезрелый, чуть не лопнул.
Татьяна фыркнула и тут же скривилась, схватилась за ребра. Посмотрела укоризненно:
- Ты что делаешь? Мне же смеяться нельзя! Лучше скажи, какого овоща он тобой
командует? Ты же у него не служишь!
- Зато он старше по званию. А еще я ему должен подчиняться, потому что... Слушай,
приедем домой, я тебе книжку дам почитать. Учебник начальной военной подготовки. Там все
расписано и разъяснено. А сейчас пойдем потихоньку, тебя перевязать нужно.
- Зачем? - поморщилась девушка. - Сам же сказал, подсохло.
- Ага, и в любой момент отвалится. Чуть дернешься - и привет, опять полилось. Да и
повязку тебе надо тугую, чтобы ребро не болталось. Давай, давай, полегонечку, не торопясь.
Подбежал солдат, взглянул вопросительно.
- Тут я сам, ты дальше посмотри, - Андрей кивнул в сторону ближайших дубов. -
Вроде бы там кто-то падал.
- Есть, сейчас посмотрим. Товарищ старший лейтенант, вам полковник Юнусов передал,
чтобы к головному бэтээру подошли. Там наши лес зачищать начали, нашли кого-то.
Полковник сказал, что на ваших похоже.
- Иди, Андрюша, я сама дойду, - Татьяна попробовала обернуться и вздрогнула от
боли.
- Ничего, ничего, подождет товарищ Юнусов, никуда не денется...
И в самом деле, никуда не делся. Стоял, прислонившись к приплюснутому
бронированному носу, что-то рассматривал в ладони. Поднес к фаре, чтобы лучше разглядеть.
Потом шагнул на обочину, властным взмахом руки подозвал Костю, показал ему золотисто
блеснувший предмет. О чем-то спросил - в ответ молодой юрист недоуменно пожал плечами.
- Точно говорю, не было, - донеслось до Андрея. - Я бы запомнил. И снять бы
попросил. У нас такой гадостью не балуются.
- А почему, кстати, гадость? - полковник еще раз заинтересованно посмотрел себе на
ладонь, потом бросил косой взгляд на лес за обочиной. - С вашими реликтовыми традициями
не сходится или какой-то магический смысл в этом есть?
- Скорее мистический. Ну, и еще много о хозяине говорит.
- И что же именно?
- Понимаете, такой крест считается символом жизни, ее возрождения. Вообще-то это
египетский знак воскресшего бога Осириса, но с тех времен его много кто использовал. А если
его переворачивают вверх ногами, то получается, что носитель этого знака вообще против
всякой жизни. Готов убивать все живое.
- Вот и начали бы с себя, - пробормотал Андрей, выходя из темноты на освещенное
фарами место. - Костя, сколько у нас... совсем?
- Пока что трое. Про Женьку и Машу ты знаешь. Артему, из новеньких, точно в затылок
попали. Помнишь, ты на него еще в автобусе шумнул, чтобы окна не открывал?
- Помню. Из раненых сколько тяжелых?
- Не знаю. Не считал, но много. Не всех еще нашли, кого-то вдогон достали. А из тех,
что у костра были, шестеро. По ним картечью били. Гады, как по кабанам! У Стаса весь живот
разворочен - не знаю, дотянет до госпиталя или нет. Там с ним двое наших девчат сидят,
Алиса и Аня. Держат, сколько могут, по очереди. Эх, Наташка не убереглась, она бы ему хоть
кровь остановила...
- А с ней что?
- Контузия. В себя пришла, но подняться не может - голова болит...
- Так, орлы, давайте-ка медицину врачам оставим, - полковник решительно влез в
разговор, хмуро повернулся к Андрею. - Лейтенант, я гляжу, ты свою подругу нашел? Вот и
прекрасно, а теперь будем работать дальше. И ты, Константин... как там тебя? Ладно, молодой
еще, будешь просто по имени. Сейчас машины из госпиталя подъедут, а первую партию я
приказал в "КамАЗ" грузить, так что довезут вашего Стаса. На "вертушку" перебросят - и
через десять минут уже в хирургии. Вот, слышали? - где-то в отдалении тонко взвыли,
запускаясь, турбины. Засвистели, басовито заклекотали. - А легкими потом займемся. И
вообще, все, кто по поляне валялся, пойдут на обработку, а потом под карантин. Неделя.
- Это как? - оторопел Костя. - Тут же одна молодежь, им по домам нужно!
- Ничего, родителям мы сообщим. И объясним, что лучше несколько дней передачи
носить, чем потом весь остаток жизни - цветочки. Думаю, поймут.
- Прикроют нашу организацию, - Костя тоскливо вздохнул. - После всего этого точно
прикроют. Только зарегистрировались, блин, месяц бумаги проталкивал!
- А за что вас закрывать? - удивился полковник. - Безопасность должны были мы
обеспечивать, это лейтенант верно заметил, - взгляд, доставшийся Андрею, недвусмысленно
намекал, что некоторые вещи лучше не замечать. Или не говорить о них своему прямому
начальству. Тем более при посторонних. - Я думаю, виновных мы найдем быстро. Особенно
если вы поможете. Так что пошли, посмотрите, кто на вас напал. А заодно расскажете, кому вы
могли своими песнями и плясками помешать. Карпенко, за мной!
Идти пришлось недолго. Свет фар и прожекторов пробивался сквозь ветки, раскрашивал
землю пятнами и полосами - зелеными, серебристо-серыми, темно-сизыми, черными. Людей,
лежавших в этом пестром лесу, удалось заметить не сразу. Помешал камуфляж - да не
какая-нибудь пятнистая униформа, а самые настоящие маскировочные комбинезоны.
Лохматые, обшитые растопырившимися во все стороны кусочками и ленточками серой и
зеленой ткани. Лица тоже не выделялись - разве что у одного посреди черно-зеленой
раскраски блестели зубы. Издали могло показаться, что парень улыбается. Вблизи улыбка
превращалась в смертный оскал.
Андрея замутило, деревья покачнулись и двинулись куда-то в сторону. Трупы он видел не
впервые. И друзей приходилось хоронить, да если бы только хоронить - по частям вынимать
из искореженного металла. Бывали и пострашнее картины, но это... Кого-то из них он убил
сам. Возможно, как раз того, белозубого. Одно дело - подавлять огневую точку, выпускать
алые трассы по вспышкам среди деревьев. Другое - видеть тело молодого, еле-еле за двадцать,
парня. И можно сколько угодно говорить, что... Едва успел отвернуться и покрепче схватиться
за шершавую ветку. И нагнуться. Выворачивало Андрея долго, тщательно, до желчи. Почти
наизнанку. Почти - потому что в зубы ткнулось жесткое горлышко фляги.
- Сполосни, сполосни рот, не пей сразу, - в первый момент Андрей не понял, кто
говорит. Не было никогда такого голоса у полковника Юнусова. - Эк тебя полощет... А вроде
мужик-то бывалый. Погоди, так это у тебя что, первые, что ли?!
- Пе-е... - Глотку снова обожгло, и пришлось срочно заливать в нее ледяную воду. А
потом еще и удерживать в себе разом потяжелевший желудок. Непонятно, каким образом, но
удалось. - Первые... товарищ полковник. Не приходилось по людям стрелять, слава богу.
- Ну, тогда все нормально, - негромко вздохнул где-то за плечом Карпенко. - Не
стесняйся, не ты один такой. Меня, помнится, вообще с первого развезло так, что только в
полку оклемался. Потом привык, за две войны кто хочешь привыкнет. Зато теперь будешь
знать, для чего за оружие хватаются.
- Правильно, старлей, не трясись. Тут все просто было - или ты их, или они всех
ваших, - полковник похлопал Андрея по плечу. - Да и то: не ты один стрелял. Может, ты и
не попал ни в кого. Все, отдышался? А теперь уж извини, некогда тебя жалеть. Придется тебе
еще раз посмотреть - может, узнаешь кого-нибудь. Мало ли что, точнее, кто.
- Одного я уже почти узнал, - Костя был спокоен. Как обычно. Стоял над оскаленным
трупом, брезгливо морщился. - Видел, это точно, причем недавно. Сейчас постараюсь
вспомнить, где и когда...
- Света маловато, товарищ полковник, - Андрей сглотнул, откашлялся. - Фонарика у
вас нет? А то еще и краска эта... Может, отмыть их сначала, потом опознавать будем?
- Пока оставим как есть, еще следователям работать. И так ворчать будут, что оружие
подобрали и трупы перевернули. Не рассчитали наши бойцы, проверили, нет ли живых, и
трофеи похватали. Ну и ладно, мы менты или армия, в конце концов? Но умывать не будем,
такая раскраска - тоже улика. Не на прогулке были ребятки, не просто по лесу гуляли. Через
два кольца оцепления прошли... умельцы хреновы! Так, ты смотри - может, тоже кого-нибудь
узнаешь.
- Вспомнил! - радости в голосе Кости было мало. Злость была. И какая-то
растерянность. - Андрюха, посмотри поближе. Помнишь то заседание, на которое Витек
ввалился?
- Погоди, как его... Вован?! Тот, что за вином бегал?!
- Он самый. У меня на лица память хорошая, работа такая, что не обойдешься. Да и
учили нас...
- И что вы заканчивали? - заинтересовался особист. - Юридический?
- Его самого, - Костя коротко кивнул. - Теперь, правда, называют академией права, а
юридический институт у нас в городе - бывшая школа милиции. Так что, гражданин
полковник, этого я точно видел. И кто у него командиром был и где его найти - хоть сейчас
могу сказать. Даже номер телефона знаю. Андрей, на остальных глянь - Витька среди них
нету?
- Вроде бы не видать... Погоди, а вот этого я знаю. Товарищ полковник, они нас уже
бить пытались. Костя, вон тот, слева под кустиком, туристу нашему руку тогда и сломал.
Помнишь, когда гопа Сашку искала.
- Помню, - Костя присел над трупом Вована. - Гражданин полковник, а на шее у
этого... субъекта... ничего нет? След такой, словно цепочку сдернули.
- Есть, коллега, - особист встретил удивленный взгляд легкой усмешкой. - Я даже
показывал, что именно. Причем у него одного. Сам досматривал.
- Даже во-от как... Заня-я-тно, - процедил сквозь зубы юрист.
- И что же тут занятного? Надо было выяснить, кого мы ловим.
- Да я не о вас... Мне бы с их командиром сейчас очень хотелось потолковать. Очень.
Да, кстати! - Костя хлопнул себя сначала по лбу, потом по поясу. - Вот черт, перекладывал
же...
Он достал из-за пазухи сотовый телефон. Голубовато засветился экранчик, зеленым
фосфором - кнопки. Некоторые тут же скрылись под пальцами.
- Та-ак, записывал я его номер... Ага. ну-ка, сейчас я кому-то пожелаю спокойной ночи..
Внезапно по ночному лесу разнеслась тоненькая, пищащая музыка.
Карпенко отскочил за дерево и вскинул автомат, полковник рванул висевшую на боку
кобуру. Писк повторился. Знакомая какая-то мелодия. Ну конечно же! "Турецкий марш". В
исполнении мобильного телефона.
- А вот и наш абонент, - хмыкнул Костя. - Вполне доступен. Можно пойти и
посмотреть.
- Сейчас посмотрим, - Карпенко щелкнул рацией. - "Полета второй", я "Пятый",
сижу на заборе. Быстро ко мне!
Где-то за спиной треснула ветка, зашуршала прошлогодняя листва. Через минуту в
сторону пиликающего телефона двинулись перебежками четверо автоматчиков. Еще трое
остались прикрывать начальство.
- Здесь он! Лежит, готовый уже! - донеслось из темноты.
- Ну и все, нечего батарейки зря сажать, - "Турецкий марш" оборвался, Костя засунул
свою трубку в карман. - Посмотрим, кого они там нашли?
Зрелище было не из приятных. Даже по сравнению с телами Вована и его товарищей.
Фонарик высветил красно-желтое месиво, обернутое камуфляжными лохмотьями. Кто-то
присвистнул:
- Это чего, из "Владимира", что ли?
- Похоже на то, - полковник взял фонарь, нагнулся, присмотрелся внимательнее. -
Точно. Я думал, еще из дробовика могли, в упор. Нет, все-таки БТР его достал. Это же надо
было так попасть - на бегу и точно в голову! И как теперь это опознавать? По пальцам?
Действительно, процедура не из простых. Человеческий череп - вещь довольно прочная,
но на попадание крупнокалиберной пули явно не рассчитанная. Мало что от него остается
после такого попадания.
- Подождите, товарищ полковник, - Андрей встал на одно колено, перевернул
обезображенный труп на спину. Достал карманный нож, взрезал липкие тряпки. - Точно,
Костя, это он.
Карпенко вполголоса выматерился. Особист сдержанно хмыкнул, плюнул себе на палец,
потер грудь убитого - слева, под соском. Еще раз подсветил себе фонариком. Поднялся.
- Татуировка настоящая. Подлинная, насколько могу разобрать. Занятные у вас
знакомые, ребятки.
В желтоватом электрическом свете разлегшийся на холодной коже волк казался зеленым.
- Ну что, можете радоваться, - продолжил полковник. - Больше с вами воевать
некому.
- Не можем, - тоскливо ответил Костя. - Если бы он один был... С Витьком... -
Голос сорвался. - С ним хоть как-то могли бы договориться. А теперь где я главных искать
буду? Единственная зацепка была.
- Да-а, так тут контора еще серьезнее, чем я думал, - полковник потер подбородок. -
Похоже, у вас будут интересные времена... и у нас тоже.
- Просто удивительные, товарищ полковник, - Андрей рывком поднялся. - И чем
дальше, тем удивительнее.
ГЛАВА 18
Дребезжание звонка отдалось эхом в подъезде, скатилось по лестнице и вылетело в давно
разбитое пыльное окно. За дверью тут же гулко и хрипло залаяла собака. Простужено как-то.
Полаяла и утихла, обиженно подвыв-зевнув напоследок. И больше никто не отозвался.
Стоявший перед дверью снова дотянулся до желтоватой кнопки, придавил. Тут же
кашляющий лай возобновился, стал глуше, удалился куда-то в недра квартиры. Вернулся, но на
этот раз за ним двигалось неторопливое шлепание. Приблизилось, замерло у двери. Чуть
заметно мигнул дверной "глазок".
- Кто там? - наконец отозвалась хозяйка. Не такой уж старый голос: посетитель ожидал
встречи со старушкой лет шестидесяти. Или это дочка?
- Мне Раису Александровну. Я вчера звонил, насчет заговора...
- Помню, помню, - скрежетнул замок, серебристо звякнула цепочка. Хозяйке и в самом
деле было не больше пятидесяти. Даже меньше - если судить по виду. Впрочем, посетитель по
виду и не судил, у него были свои принципы и методы. - Заходите. Вы Сергей, если я не
ошибаюсь?
- Не ошибаетесь, - молодой человек в потертом джинсовом костюме шагнул через
порог. Остановился, услышав неодобрительное рычание. - А вы. - Раиса Александровна?
Ведьма?
- Не ведьма, а целительница! - строго поправила хозяйка. - Да вы не бойтесь, не
укусит. Место! Место, сказала!
Собака злобно поблескивала глазами из-под густой серой шерсти. Команду выполнять
явно не торопилась, скорее наоборот: скалилась желтыми клыками, пыталась проскользнуть за
дверь. Наконец снова залаяла-закашляла - на этот раз не с подвыванием, а с грозным рыком.
Будь она побольше, могла бы и напугать. Хотя вообще-то бойцы из миттельшнауцеров
неважные. Могут, конечно, и выше колена достать, но только в прыжке. А такой бочонок на
лапках, который скалился из-за двери, прыгать вряд ли сможет.
- Я и не боюсь, - Сергей пожал плечами и продвинулся еще на полшага. - Просто
убедиться хотел, что туда попал и что именно с вами разговаривал.
- Со мной, со мной. Тут больше никто не живет, - проворчала целительница. - Да вы
будете прохо...
Легкие, быстрые шаги на лестнице. За спиной у Сергея появилось еще двое - такие же
молодые и подтянутые. Один в сером костюме, другой в спортивной куртке. У обоих - старые
донорские значки: капелька крови с крестиком и полумесяцем внутри.
Молодые посмотрели на хозяйку. Переглянулись, серый слегка кивнул. Женщина
попробовала захлопнуть дверь, но Сергей подставил ногу. Тот, что был в сером, достал из
внутреннего кармана листок бумаги. Второй вытащил из-под куртки пистолет.
- Раиса Александровна, за колдовство и преступления против человечества вы
приговорены к смерти, - Сергей был спокоен. Равнодушный голос. Холодный взгляд - ни
возбуждения, ни ненависти. Скука и легкое презрение. - Нелюдям среди нас не место.
Джинсовая спина отшатнулась к косяку, и тут же ударил первый выстрел. Целительница
пошатнулась, судорожно вцепившись в дверь. Попыталась закричать, но сразу две алые кляксы
шлепнулись на грудь.
Опрокинули. Собака кинулась вперед и повисла на потертой штанине.
- Дай-ка сюда, - Сергей выхватил пистолет из трясущихся рук. По подъезду еще раз
прокатилось громовое эхо, заглушившее короткий визг. И еще один гулкий шлепок. - Вот же
сучка, порвала! - В голосе впервые послышалось сожаление. - Возьми ствол. Потом
потренируешься, и в следующий раз прямо в голову, понял? На первый раз прощаю, а на
второй могу и не успеть. Поехали.
Парень в сером шагнул вперед, наклонился и положил листок прямо на красные пятна.
Потом все трое повернулись и неторопливо начали спускаться по лестнице. Пистолет никак не
хотел возвращаться в спрятанную под спортивной курткой кобуру. Не попадал.
- Вот так на прошлой неделе пришли к одному, а он прямо из-за двери нас скрючил.
Прикинь, сколько силы! И ведь ни у кого не получалось, а тут как за горло и яйца сразу
хватанули. Думал, все, шиздец, - Сергей коротко хохотнул. - Хорошо хоть дверь была
деревянная, не любят они железа. Пашке еле сил хватило спуск выжать, но после второй
нормально пошло. Все восемь высадили, и бегом. Контрольку не сделали, нам потом... -
заскрипела и чавкнула дверь подъезда.
Кисловатый дымок развеялся по квартире. Бумажный листок набух, пропитался красным.
Остался только самый верх с сероватыми буквами "Приговор..." и вписанным от руки числом
"16". И еще - левый нижний угол с плохо оттиснутым символом: чуть перекошенная капля с
крестом и полумесяцем внутри.
Собачьи лапы судорожно задергались. Маленькая латунная гильза звякнула под когтем и
отлетела к порогу. Покрутилась немного и успокоилась.
Ночью на окраинах большого города движение замирает. Изредка по главным улицам
прошуршат запоздавшие машины, торопливо свернут к своим гаражам, а то и погасят сонные
фары прямо у подъездов. Милицейские патрули тоже предпочитают ездить там, где асфальт
получше и фонарей побольше. Поэтому упорно пробирающийся по темным задворкам
автомобиль мог бы привлечь внимание. Особенно если бы дотошный наблюдатель заметил, что
водитель в этих местах явно впервые и дорогу ищет чуть ли не ощупью. Точнее, шинами. К
счастью, большинство россиян ночью предпочитают не вмешиваться в чужие дела.
Снаружи эта машина выглядела обычным "бобиком". Или "козликом". Или попросту
автомобилем "УАЗ-469" - заслуженным советско-армейским джипом, единственной
надеждой российской бездорожной глубинки. Стандартная темно-зеленая "защитная" окраска.
Стандартный, до желтизны выгоревший и пропылившийся тент. Правда, из брезентовой крыши
торчали несколько необычные для автомобиля трубки. И еще антенна, не совсем привычная для
"легковушек". Длинный гибкий прут, ребристый, словно собранный из множества маленьких
стальных катушек.
Внутри же... И без того невеликий комфорт и простор "бобика" самым безжалостным
образом уничтожили. За передними сиденьями расположились серые и зеленые металлические
ящики, поблескивающие лампочками и окошками. Вместо подголовника затылок сидевшего
впереди пассажира упирался в громоздкую танковую рацию. На очередной рытвине это стало
особенно заметно.
- Так можно и совсем не доехать, - Александр ощупал пострадавший участок. -
Девчонки, вы как там?
- Нормально. Сначала тесно было, а теперь даже хорошо, падать некуда, -
откликнулась с заднего сиденья Лена. - Татьяну я держу, не бойтесь. Слушай, Андрей, откуда
ты этот агрегат угнал?
- За кого ты меня принимаешь? Угнать я мог бы и что поудобнее. Все вполне законно.
Это, можно сказать, теперь мой служебный транспорт.
- "Кто в жизни счастья не нашел, тот в химвойска служить пошел!" - продекламировал
Александр. - А как же парашют? Или в самом деле спортсмен?
- Какой там... Но прыгать приходилось.
- Понятно. Значит, разведка.
- Вроде того, - Андрей на миг отвлекся от дороги, посмотрел в глаза собеседнику. - А
ты сам?
- Срочную в ней служил. Еще в Союзе, под самый развал. Закавказье, Четвертая армия.
- Значит, и в самом деле воевал? И по контракту ездил?
- Воевать довелось, а насчет контракта ты уже и сам все знаешь. И насчет документов.
Александр чуть не выбил головой стекло. "Козлик" возмущенно взвизгнул тормозами и
подпрыгнул на рессорах.
- Ты что, телепат? - Андрей побледнел. - Откуда?!
- Поехали! Сам говорил: времени нет, быстрее, быстрее... Я в чужие головы не лезу, мне
своей хватает. Ну, еще иногда друзья-товарищи помогают. Знаешь, не имей сто ушей, а имей
сто друзей. Тогда в сумме получается двести два.
- Чего двести два?
- Уха, конечно. И глаз столько же. Если и собственные считать. Давай, двигайся, не
тормози, когда не нужно. Один друг у нас в военкомате сидит, он и с документами помог. Ему
же запрос от твоего начальства и пришел, на мои нынешние имя-фамилию. И никакой
телепатии, правильно?
- Правильно. - Машина дернулась и снова покатилась по ночному городу. - Может,
заодно скажешь, на какое ведомство твои друзья работают?
- На наше, - хмыкнул Александр. - Поверни налево, попробуем здесь подняться.
- Ого! - Лучи фар уперлись в разъезженную и размытую колею, уходящую, казалось,
почти вертикально вверх. - Это кто же здесь ездить ухитряется?
- Соседи мои, на "Жигулях" и "Москвичах". Даже один "Запорожец" есть. Давай, давай,
"УАЗ" тут точно выберется.
Харкнула передача, натужно застонал мотор. Нос "козлика" задрался, как у взлетающего
самолета. Что-то громыхнуло под задним сиденьем, перекатилось, брякнуло металлом.
- Эй, это что там под нами? - забеспокоилась Лена. - Не взорвемся случайно?
- Случайно - не должны, - сквозь зубы ответил Андрей. "Баранка" руля дергалась,
рвалась у него из рук. - И вообще, там ничего опасного быть не может. Все уже сперли.
Дальше куда?
- Возле колонки направо, и сразу держись по левой обочине. Тут откос, под него съехать
- просто запросто... Вот так, молодец. А теперь стоп! - неожиданно выкрикнул
Александр. - Глуши мотор!
- Что, приехали? - Андрей повернул ключ, скрипнул ручным тормозом. - И где ты тут
живешь?
- Погоди! - предостерегающе взметнулась рука. - Давай-ка я пешком прогуляюсь. И
фары пока выключи. Если все нормально, я фонариком мигну.
Со стоном распахнулась дверца. Захлопывать ее Александр не стал. Тихо выскользнул из
машины, исчез в темноте. Из-за заборов лениво брехали собаки. Где-то невдалеке дружно и
задушевно пели о шумящем камыше и гнущихся деревьях. На заднем сиденье заворочалась и
невнятно забормотала Татьяна.
Минут через пять впереди, возле самой земли зажглась яркая звездочка. Погасла. Снова
загорелась. Погасла. Появилась чуть выше, описала несколько небольших кругов.
- Это еще что? - удивилась Лена. - Почему он фонарик крутит?
- Сигнал "Заводи!", все как положено, - Андрей похрустел рычагами, что-то подергал,
завел двигатель. - Толковый у тебя парень. До дверцы дотянешься?
- Тогда мне Таню из рук выпустить придется. Поехали уже открытой.
- Ну, поехали, - "УАЗ" медленно, словно крадучись, двинулся вперед.
...Поділитися у соцмережах
