Жанр: Фантастика
Стражи Пламени 2. Меч и цепь
Джоэл Розенберг
Меч и Цепь
(Стражи Пламени 2.)
Joel Rosenberg. The Sword and The Chain (1984)
Библиотека Старого Чародея - http://www.oldmaglib.com/
Распознавание и вычитка - Garry
Розенберг Дж.
Меч и цепь. Серебряная корона: Фантаст, романы / Дж. Розенберг; Пер. с англ. Н.А. Чертковой. -
М: ООО "Издательство ACT": ЗАО НПП "Ермак", 2004. - 540, [4] с. - (Век Дракона).
ISBN 5-17-022503-2 (ООО "Издательство ACT")
ISBN 5-9577-1111-Х (ЗАО НПП "Ермак")
Вчера это было веселой игрой юных "ролевиков", упоенно "входящих в образы" гнома, воина,
мага, вора... Но сегодня это уже СОВСЕМ НЕ СМЕШНО. Потому что таинственный чародей
зачем-то отправил их, ни о чем не подозревающих, в НАСТОЯЩИЙ мир "меча и магии", где РОЛИ
стали РЕАЛЬНОСТЬЮ. И - нет возврата в НАШ мир. Есть только жестокая война, в которой
против горстки пришельцев объединились могущественные гильдии Магов и Работорговцев. Один
неверный шаг - и друзья станут врагами. Одно неверное слово - и эльфы, непревзойденные в
боевых искусствах, тоже начнут охоту на Воина, Мага, Вора, Гнома и Строителя крепостей.
Скоро рухнет под натиском врага твердыня Карла и его друзей. И - что случится ТОГДА?
Действующие лица
Карл Куллинан - воин.
Андреа Андропулос - начинающий маг.
Эллегон - молодой дракон.
Уолтер Словотский - вор-подмастерье.
Ахира Кривоног - гном-воин.
Луджи (Лу) Рикетти - экс-маг/инженер.
Рэден Монстробойца - охотник.
Теернус - кузнец.
Ч'акресаркандин ип Катардн - воин, солдат удачи.
Ормист - мастер-работорговец.
Кира - освобожденная рабыня.
Эйя Эриксен - освобожденная рабыня.
Тэннети - освобожденная рабыня, ученица воина.
Хтон - освобожденный раб, фермер.
Ихрик - освобожденный раб, фермер.
Фиалт - освобожденный раб, моряк, ученик воина.
Армин - работорговец.
Вентхол - мастер-маг.
Жерр, барон Фурнаэльский.
Саммис - мастер-маг.
Хивар - стражник.
Энна - крепостная.
Рафф Фурнаэль - наследник баронства Фурнаэль, ученик воина.
Томен Фурнаэль.
Бералин, леди Фурнаэль.
Брен Адахан - наследник баронства Адахан.
Аваир Ганнес - капитан и владелец "Бородавочника".
Тирен - маг-подмастерье.
Игераль, Хинрид, Райх, Ленсиус, Фика - подмастерья-работорговцы.
Сейгар Вотансен - маг и военный вождь клана Вотан.
Эсталли, Олила - жены Сейгара Вотансена.
Пейлл - воин-эльф.
Джейсон Куллинан.
Я считаю, что самое главное в этом мире не то, где мы
стоим, но то, куда мы движемся; чтобы достичь гавани, мы
должны плыть, когда по ветру, а когда и против него - но
плыть, а не дрейфовать и не становиться на якорь.
Оливер Вендел Холмс
Предыстория
Это начиналось как игра. Семеро студентов колледжа собрались вместе, чтобы приятно провести
вечер.
Они расселись вокруг стола - Карл Куллинан, Джейсон Паркер, Джеймс Майкл Финнеган, Дория
Перлштейн, Уолтер Словотский, Андреа Андропулос и Лу Рикетти, - собираясь на вечерок
погрузиться в фантастический игровой мир. Игра обещала быть весьма занятной. Не более того.
Но их Мастер Игры, профессор Артур Дейтон, каким-то образом - и без предупреждения -
перенес их на Ту Сторону. Студенты перенеслись в мир, который, как они думали, существует только в
их воображении, и оказались в телах своих игровых персонажей. Худощавый, среднего роста Карл
Куллинан стал огромным мускулистым воином; скрюченный калека Джеймс Майкл Финнеган
превратился в могучего гнома Ахиру Кривонога. Все семеро стали другими внешне людьми с самыми
разными способностями.
Внезапно это перестало быть игрой.
Джейсон Паркер погиб первым. Последние несколько мгновений своей жизни он провел
наколотым на копье.
Остальные выжили, но и они не играли больше - они боролись за жизнь: против гнева и оружия
магов и воинов, властителей и работорговцев.
Они должны были найти Дверь между Мирами и вернуться домой.
Должны были - и нашли, но слишком многое потеряли. Ахира погиб у Двери. Дория впала в
кататонию. Дома это было непоправимо. Но там, на Той Стороне, Матриарх Сообщества Целящей
Длани могла вернуть к жизни Ахиру, могла исцелить пошатнувшийся разум Дории.
А потому они возвратились на Ту Сторону. И Матриарх согласилась помочь им - хоть и только
один раз.
Но ничего не делается просто так. Им пришлось заплатить, пришлось и дать некий обет. Обет,
который должен быть исполнен.
Любой ценой.
ЧАСТЬ I
МЕТРЕЙЛЬ
ПРОФЕССИЯ
- Куда двинемся? - Карл Куллинан присел рядом с Андреа Анропулос на самый большой из
плоских камней, окружавших угли обеденного костра. Он медленно отхлебывал кофе и щурился на
закатное солнце.
Энди-Энди улыбнулась. Карл всегда любил ее улыбку: она делала еще ярче и без того яркий день.
- Ты это в переносном смысле? - Она тряхнула головой, отбрасывая с лица непослушные
прядки. Ее тонкий загорелый пальчик коснулся его виска. - Или интересуешься, куда бы нам удрать,
чтобы побыть наедине? - Склонив голову к плечу, Андреа снизу вверх взглянула на воина. - А я-то
думала, прошлой ночи нам хватит - хотя бы на время! Давай подождем до темноты, ладно?
Карл рассмеялся.
- Я не о том - а про то, сколько еще мы будем тут прохлаждаться. Сообщество Целящей Длани
не станет терпеть нас здесь вечно. - И еще мне бы ну очень хотелось знать, каким образом мы
сможем сдержать данный Матриарху обет. Он взял Андреа за руку. - Кстати... Коли уж ты сама
заговорила, я бы не прочь...
"Это смешно!" - произнес жесткий пронзительный голос в голове Карла.
Ярдах в двадцати от пары, в траве, открыл глаза Эллегон. Подняв голову со скрещенных передних
лап, дракон глянул на людей.
"Неужто вы не в состоянии думать ни о чем, кроме плотских утех? Я знаю, вы только люди, - но
неужели у вас всегда гон?"
Он поднялся на четыре лапы, свернул и развернул крылья - с соседнего вяза поднялась туча
мелких птах - и неторопливо взлетел. По драконьим меркам он был совсем мал: всего-то с автобус от
острого кончика серовато-зеленого хвоста до подобных блюдцам ноздрей носа ящера.
Распахнулась и захлопнулась пасть, извергнув клубы дыма и пара.
"Мне казалось, что люди, еще недавно учившиеся вместе, должны думать и о другом. Хотя бы
иногда".
"Эллегон, - подумал Карл, - ты несносен".
"Ладно, не бери в голову. Со мной можно и не считаться - я, в конце концов, всего лишь
дракон".
Он развернулся и, покачиваясь, полетел прочь.
- Эллегон! - окликнул Карл. - Вернись!
Дракон сделал вид, что не слышит.
Карл повел плечами.
- И что это он стал таким...
- Занозистым? - договорил, подходя, Уолтер Словотский. - Но ты же сам во всем виноват.
Уолтер был крупным мужчиной - но все же не настолько высоким, широкоплечим и
мускулистым, как Карл. По крайней мере здесь. Прежде, дома, Уолтер был сантиметров на пятнадцать
выше Карла и куда сильнее. Но при переходе из мира в мир Карл изменился - ему прибавилось росту и
силы, к тому же он приобрел умения, которыми не обладал дома.
Он изменился - но не во всем. Уолтер по-прежнему схватывал все быстрее, чем Карл. И это попрежнему
уязвляло.
- То есть? - раздраженно осведомился Карл.
- Сейчас скажу - дай только кофе налить. - Взяв тряпку, Словотский обернул ею ручку
котелка и плеснул обжигающий напиток себе в чашку. Казалось, леденящий ветер, что дует с луга,
вовсе не холодит его - хоть он и был, как обычно, в куртке без рукавов, белых полотняных штанах и
сандалиях, а бедра его, как и прежде, обвивал увешанный метательными ножами пояс.
Свободной рукой Словотский потер глаза. Их чуть раскосая форма придавала его лицу восточный
вид, хотя черты были славянскими, а черные волосы слегка вились.
- Ты сам напросился на сложности, Карл. Никакой особой причины его вредности нет. Он просто
ревнует, вот и все.
- Ревнует? - Брови Энди-Энди изумленно выгнулись. - Ко мне? Почему?.. Никогда не
думала...
"Вот это правда".
- ...что драконы могут ревновать, - докончила она, словно ее не перебивали. А может, и правда
не перебивали. Эллегон запросто мог заставить ее замолчать.
Карл обернулся - как раз вовремя, чтобы заметить кончик драконьего хвоста, исчезающий среди
деревьев в рощице на другом краю луга.
"Не подслушивай. Хочешь поговорить? Возвращайся - и поговорим. А нет - так и не встревай".
В ответ - ничего.
Уолтер пожал плечами, уголки его губ приподнялись в насмешливой ухмылке.
- Это просто спор за внимание Карла. Тебя он им дарит, а Эллегона - нет.
Он направил указующий перст на Лу Рикетти, который сидел, опершись на ствол высокого клена,
и о чем-то размышлял, скрестив руки на синей рабочей куртке.
- Тридцать седьмой Закон Словотского: "Кому-то нужно меньше внимания, кому-то - больше.
Кое-кто жаждет получать все. Это зависит от..."
- Тревога! - Гном Ахира, устроившийся на вершине засохшего дуба, встряхнул головой. - Все
- к оружию! Лу, возьми мой арбалет. Карл - на коня. Живей! К святилищу скачут всадники -
галопом. Похоже, на нас сейчас нападут.
Говоря это, Ахира споро, хоть и неуклюже, спускался с дерева, цепляясь толстыми пальцами за
шершавую кору - искать удобные ветки было некогда.
Карл, отшвырнул кружку, вскочил на ноги и, привычно проверяя, на месте ли меч, помчался через
луг к своей гнедой - кобыла лениво паслась посреди поляны, переборчиво выбирая травинки
повкусней. Если только Ахира не ошибся, времени седлать ее уже нет. На бегу сдернув с ветки уздечку,
Карл просунул мундштук между зубов лошади, взнуздал ее и затянул узду за ушами. Собрав поводья в
левой руке, правой он ухватился за гриву, вскочил на спину кобылы и быстро выпрямился. Потом
стегнул гнедую поводьями, одновременно ударив пятками по бокам. Что за дьявольщина там
происходит, подумал он.
"Мне видно немного лучше, и я мог бы..."
"Тогда смотри быстрей. На нас, кажется, нападают".
"И ничего подобного. Там происходит совсем другое..."
Эллегон открыл Карлу свой разум.
Изогнув длинную шею, Эллегон из-за скального выступа смотрел на Элрудову пустошь. Вдали,
поднимая клубы пыли, мчалась по растрескавшейся земле пятерка всадников.
Дракон сосредоточился на них; всадники будто стали ближе. Все пятеро - мерзкие людишки
верхом на лошадях. Возможно - вкусных лошадях.
Трое группкой преследовали четвертого, обнаженного по пояс и донельзя худого, с
металлическим ошейником, на котором болтался обрывок цепи. Пятый всадник, одетый, как и
остальные преследователи, в зеленую тунику и такие же леггинсы, галопом мчался наперерез.
"Спасибо, Эллегон, - мысленно поблагодарил Карл. - Пятый избрал иную, чем его приятели,
тактику: пытается перехватить раба прежде, чем тот доберется до земель святилища".
"И перехватит: конь у него лучше, чем у тех четверых".
- Андреа, - распорядился Ахира, - в засаду! Спрячься в кустах и, когда они приблизятся, срази
всех, кого сможешь, сонным заклятием. Потом разберемся, кто и что. Пока же я просто хочу...
- Нет, - возразил Карл, осаживая гнедую рядом с гномом. - Они не по наши души. Это четверо
солдат, и гонятся они за беглым рабом. Они не собираются приближаться сюда. Энди, как далеко
действует твое заклятие?
Она беспомощно махнула рукой:
- Две, ну, может, три сотни футов. Самое большее. "Эллегон, есть там у кого-нибудь луки? Ты не
обратил внимание, так что и я не знаю".
"У двоих есть. Карл, нам надо поговорить..."
"Позже". Он повернулся к Андреа:
- Это без толку. Тебя подстрелят прежде, чем ты сможешь до них дотянуться. Ими займемся мы
с Эллегоном. - "Взлетай и помоги мне".
Лошадь была только у Карла; если солдаты и их жертва окажутся не слишком далеко, он сможет
какое-то время сдерживать врага - пока не подойдут остальные.
Карл, конечно, был весьма высокого мнения о своем мастерстве воина, но один против четверых
или даже больше - это было все-таки немного слишком, как бы умело этот один ни обращался с
мечом. А вот с Эллегоном над головой драка, возможно, вообще бы не понадобилась: поджариться в
драконьем огне никому неохота.
"Нет".
"Что?"
"По-моему, я ясно выразился. Нет, я не взлечу. У них луки. Я боюсь".
Капризничаем. Чешуя Эллегона потверже, чем лучшая сталь. Ничем, кроме магии, дракона не
взять.
Но на споры времени нет.
- Эллегон выбыл - я приторможу их один. Присоединяйтесь ко мне как сможете!
Андреа вцепилась в его штаны:
- Подожди. У меня есть...
- Некогда. Ты меня не слушала? Там беглый раб. Держись подальше - я не хочу волноваться,
цела ты или нет. - Он выдернул штанину из ее пальцев.
Не обращая внимания на крики Ахиры, он пустил кобылу рысью. Лучше бы, конечно, вынестись
на Пустошь галопом - но Карл не привык ездить без седла; лучше приехать чуть позже, зато без риска
свалиться с лошади.
Он потрусил вниз по склону к прогалу в деревьях. За ними, тронутая алым светом заходящего
солнца, простерлась суровая, режущая глаза равнина - Элрудова пустошь. Давным-давно землю, что
ныне звалась Пустошью, покрывала густая сочная зелень - такая же, как на лесистом островке,
окружившем Святилище Целящей Длани. Тысячу лет назад ее выжег смертный поединок двух магов -
и теперь до самого горизонта простирался океан мертвой, растрескавшейся под солнцем земли.
В четверть мили впереди по этому океану катилась волна пыли. Перед ней одинокий всадник,
оторвавшись от троих преследователей едва на сто ярдов, понукал своего коня, чтобы обойти
четвертого, скакавшего к нему сбоку.
Четверо на одного. Ненавижу, когда на одного - четверо! Но тут уж ничего не поделаешь,
придется потерпеть, по крайности какое-то время: Уолтеру, Ахире и Рикетти понадобится добрых пять
минут, чтобы добежать. Карлу необходимо сдержать на это время четверых воинов. Пятиминутная
схватка на мечах может обернуться вечностью.
"Но, опять же, - отдаленно прозвучал в его голове голос дракона, - ты ведь можешь
попробовать просто поговорить с ними. Может, и выйдет".
"На что спорим?" - Карл ударил кобылу пятками.
Когда он приблизился к беглецу, тот повернул свою лошадь прочь. Полуобнаженный, худой, все
лицо в шрамах, пот прочертил бороздки на загорелой, покрытой пылью груди... Он отчаянно вцепился в
поводья сучковатыми пальцами, а обрывки цепи дребезжали что-то бестактно-веселое.
- Н'вар! - крикнул Карл на эрендра. - Не убегай! Т'рар аммали! Я друг!
Без толку. Человек, очевидно, решил, что Карл заодно с другими: одежды воина были такими же,
как у преследователей. Для раба это, должно быть, выглядело ловушкой: словно еще один всадник
возник перед ним, чтобы отсечь его от спасительных земель святилища - а до них оставалось всего
несколько сот ярдов. Тихий стон сорвался с его губ, когда он резко повернул, под прямым углом
пересекая путь Карла.
И тут, будто он только того и ждал, четвертый всадник привстал в стременах. Ременные путы с
грузами на концах, кружась, со свистом рассекли воздух и обвились вокруг задних ног коня беглеца.
Заржав от боли и страха, тот рухнул; всадник вылетел из седла, кубарем покатился по земле - и застыл
недвижим.
Времени осматривать упавшего не было. Если он мертв - помощь ему не нужна; если ранен -
возможно, сумеет протянуть до подхода Словотского, Ахиры и Рикетти. Они скоро будут, и наверняка
- с целительным бальзамом.
Карл обнажил меч.
- Спокойно, - прошептал он на ухо гнедой, собирая поводья в левый кулак. - Просто постой
спокойно.
Воин ждал четверых солдат.
Кони их замедлили бег, и Карл бросил быстрый взгляд на их оружие. Все четверо - мечники,
мечи у всех - широкие и короткие, такие обычны для областей Эрена. С ними Карл, может, и
справится, он ведь верхом. Его рыжая кобыла была крупной и сильной; возможно, ему удастся
заставить ее танцевать вокруг этих загнанных бедолаг - и тогда его более длинный клинок соберет
свою жатву.
Но у двоих к седлам приторочены арбалеты. Это плохо.
Очень плохо.
Но... Арбалеты? Если у них есть арбалеты, почему же они не стреляли?
"Дурень. Мертвый... стоит... немного..." - Мысленный голос Эллегона был едва слышен: Карл
находился почти за гранью досягаемости дракона. И самое плохое - в его фразах, если он не
сосредоточивался, возникали прогалы.
Верно, подумал воин, удивляясь, что дракон слышит его. Он повернулся к врагам.
- Риват'эд! - Раскатистые звуки эрендра легко скатывались с его языка. - Остановитесь.
Вожак, кряжистый бородач, ответил ему на том же языке.
- Это не твое дело, - проговорил он, направляя коня к Карлу. - Раб является собственностью
лорда Мехлэна Метрейльского, которому мы и служим, - закон о правах на потерянную собственность
тут не работает.
Эллегон что-то сказал.
"Тяни время. Просто тяни время", - еле расслышал Карл.
Вряд ли он сможет тянуть его долго. Младший из арбалетчиков уже отвязал арбалет и теперь
тянулся к деревянному колчану на луке своего седла - за болтом.
Но попробовать все же стоило,
- Ты! - рявкнул он на эрендра. - Только тронь тетиву - я отберу у тебя арбалет и тебя же этой
тетивой придушу! - Самый высокий из четверки был на голову ниже Карла; возможно, удастся на
какое-то время припугнуть их, а там, глядишь, все и обойдется.
Светловолосый мальчишка-стрелок ухмыльнулся.
- Ой ли!.. - с насмешливым недоверием протянул он. Тем не менее его пальцы, нашаривавшие
болт, замерли.
Отлично. Еще пару минут.
- Вот теперь поговорим. - Карл приспустил кончик меча.
Он прислушался к звукам за спиной. Ничего, кроме цоканья копыт вскочившей лошади беглеца.
Раб делает вид, что без сознания, - в лучшем случае.
В лучшем случае...
Да гори оно все!
- Он не раб. Не раб - и под моей защитой. - Дать им шанс было справедливо: Карл, конечно,
дал обет Матриарху, но он не мог убивать любого встречного только за то, что тот мирится с рабством
- или даже его поддерживает. Это попросту было бы зря, даже пролей при этом Карл море крови.
Дьявольщина. Наибольшая жестокость, какую мог припомнить за собой Карл - слишком жесткие
блоки во время занятий карате.
Но с тех пор кое-что изменилось.
- Вы его не получите.
Вожак фыркнул.
- Кто ты? - Он приподнял бровь. - На дщерь Длани ты не очень-то похож... Такой же урод, как
они, это да, но... - Он умолк и пожал плечами. - Как думаешь, чем мы заняты? Мы гнали его столько
времени...
- ...а теперь поворачивайте и уезжайте, - оборвал его Карл. - И покончим на этом.
Вожак улыбнулся, рука его потянулась к рукояти меча.
- Сомневаюсь я...
Слова оборвались булькающим вздохом: острие Карловой сабли пронзило его горло.
Одним меньше. Карл послал кобылу ко второму - мечнику с безбородым рябым лицом. Тот уже
вытащил меч.
Не медлить! Побыстрей покончить с этим и заняться стрелками. Мечник бросился на него, Карл
отбил удар и ударил сам - по держащей меч руке.
К этому Безбородый был готов; поворотом кисти он отвел Карлов меч и попытался провести
возвратный удар в шею.
Карл нырнул под клинок, воспользовался тем, что враг открылся, и ударил его в грудь, держа меч
параллельно земле. Клинок прошел сквозь кожаную тунику, как нож сквозь масло.
Карл выдернул клинок. Винно-красная кровь ударила как фонтан, оросив и лезвие от кончика до
гарды, и руку Карла от запястья до локтя. Он попал то ли в аорту, то ли в сердце... а впрочем, не все ли
уже равно? Безбородый умер мгновенно.
Карл резко развернул кобылу навстречу остальным. Словно отражения в зеркалах, двое стрелков
поворотили коней и галопом помчались в противоположные стороны.
Карл чуть помедлил. Ему надо убить обоих - и чем скорее, тем лучше. Но разделяло их всего
несколько ярдов - пока он будет возиться с одним стрелком, другой успеет прикончить его самого.
Делать нечего. Сперва он уберет одного, а потом - если успеет - то и второго.
Стрелок слева от воина повернул коня. Его арбалет удерживали на седле две дужки; он потянулся
к талии - за поясом с трехзубой пряжкой...
Его отделяли от Карла сорок ярдов неровной земли. Карл бросил гнедую в галоп. Если он успеет
добраться до стрелка...
Тридцать ярдов. Пристроив арбалет на луке седла, стрелок наложил пряжку и начал оттягивать
тетиву назад - до упора. Пряжка выскользнула у него из пальцев.
Двадцать ярдов. Трясущимися пальцами стрелок вытянул из колчана оперенный болт, вложил его
в ложбинку арбалета и привычно прижал к тетиве большим пальцем.
Десять. Он поднял арбалет к плечу и прицелился, обхватив длинное ложе четырьмя пальцами.
Рванувшись вперед, Карл отбил арбалет в сторону, болт бессильно свистнул рядом с его ухом.
Стрелок выхватил из-за пояса нож - но меч Карла уже пронзил его грудь.
И застрял.
Черт! Второпях Карл не проверил, параллелен ли клинок земле - и чертов меч тут же застрял
меж ребер. Когда же Карл попытался освободить его, скользкая от крови рукоять вырвалась из ладони.
Обмякшее тело стрелка соскользнуло с седла - вместе с Карловым мечом. Воин выругался, и...
...боль огненным цветком расцвела в спине Карла. Ноги перестали его слушаться, он вообще не
ощущал их. Он начал падать с лошади, попытался ухватиться за гриву - но пальцы свело, и жесткие
волосы выскользнули из руки.
Он упал боком, тело его скрючилось. Краем глаза он видел, как дрожит торчащая из спины стрела.
Он ничего не чувствовал. От пояса вниз - вообще ничего.
Позвоночник. Эллегон, помоги мне. Пожалуйста...
Никакого ответа.
Сквозь кровавую пелену боли Карл видел, как второй стрелок, сидя на гарцующем коне,
перезаряжает арбалет и старательно прицеливается. Тот самый блондинистый щенок, которому Карл
угрожал. За ним, потрясая оружием, мчались по опаленной солнцем пустоши Ахира, Словотский и
Рикетти. Но успеть добраться до стрелка вовремя у них не было ни единого шанса.
Жало болта притягивало взгляд. Блестящее, хоть и в пятнышках ржавчины, оно ало мерцало в
лучах заходящего солнца. Арбалет медленно опускался; тетива...
...звякнула, и стрела закувыркалась в недвижном воздухе. Длинный багровый рубец вспух на
бедре стрелка. Он опустил руки, закрываясь от невидимого врага... и его сдернули с седла.
Он съежился на земле у ног подбежавшего Уолтера, и тот навис над мальчишкой, сжимая по ножу
в каждой руке.
- Иди взгляни, что там Карл, - сказал он в воздух. - Я пригляжу за этой... мразью.
Облачка пыли поднялись в воздух, направляясь к Карлу.
- Тише, - негромко проговорил голос Энди-Энди. - У Лу с собой бальзам. Целая бутыль. Боль
скоро пройдет. - Нежные невидимые пальцы тронули его лоб.
Она начала тихонько наговаривать резкие, странные слова, такие странные, что они, едва
услышанные, тут же и забывались, а Карл смотрел, как по равнине, пыхтя и отдуваясь, торопится Лу
Рикетти с причудливо изукрашенным бронзовым сосудом в руках.
А потом начало действовать нейтрализующее заклятие - голова Андреа закрыла от Карла
спешащего Рикетти.
Образ проявлялся: сперва карие, затуманенные слезами глаза, потом чуть длинноватый нос с
легкой горбинкой, высокие скулы, полные губы - и все это в обрамлении длинных каштановых волос,
слегка тронутых алыми бликами закатного солнца. Карл всегда считал Энди-Энди красавицей - но
никогда она не казалась ему такой красивой, как сейчас.
- Энди, ноги...
- Идиот несчастный! - Она подсунула руку ему под, плечи и с трудом перевернула на живот. -
Быстрей, давай сюда. - Хлопнула пробка.
Жуткая боль заставила его вскрикнуть - из спины выдернули стрелу. Но - самое страшное -
ниже крестца боль прекращалась. Карл был парализован.
Нет. Боже милосердный, прошу тебя... Он попытался заговорить - но рот его был сух, как
Пустошь.
А потом влажная прохлада смыла боль. Она прошла, будто и вовсе не было.
- Пошевели-ка пальцами, Карл, - велела Андреа. Он попробовал.
И они шевельнулись.
Он был целым; он чувствовал всё - от макушки гудящей головы до кончика пальца на правой
ноге: палец дергало. Должно быть, вывихнул, когда падал...
- Спасибо. - Он попытался оттолкнуться руками и встать. - Еще...
- Хватит с тебя, - сказала Андреа. - У нас почти не осталось бальзама. Мне пришлось
истратить почти все на дыру у тебя в спине. Больше тебе просто нельзя: организм не выдержит. Так что
просто полежи. А я пойду взгляду на бедолагу, упавшего с лошади.
- Не трать время, - прохрипел Ахира. - Он, должно быть, сломал себе шею, когда падал. Он
мертв.
Черт!
"Но, - прозвучал в голове у Карла голос Эллегона, - он умер свободным. Этим ты успел
одарить его".
Прекрасно. В горле и глазах Карла кипели слезы. Он все сделал не так! Ну что стоило
послушаться Энди-Энди: помедли он пару секунд, и она набросила бы на него чары невидимости;
беглый раб не испугался бы и не повернул; боло пролетели бы мимо. И Карла никогда не подстрелили
бы - будь он невидимкой. Все вышло бы куда как просто - надо было только чуток подождать.
А теперь все тщетно.
"Нет. Не тщетно".
"Тебе легко говорить. Трус".
"Послушай меня. Карл. Он был слишком далеко; я почти ничего не смог прочитать из его мыслей,
когда он пытался спастись; я даже не знаю его имени. Но одно я услышал - когда он увидел тебя и
принял за одного из преследователей. "Нет, - подумал он, - лучше я умру, чем вернусь!"
- ...и если 6 я ждал...
"Он все равно умер бы. Может, через десять лет, может, через пятнадцать. А может - и завтра...
что значит время? Но он не умер бы свободным. Всегда помни: он умер свободным".
Так ли уж это много?
"Он думал, что - много. Какое право у тебя оспаривать это? - Мысленный голос дракона
смягчился. - Тебе пришлось нелегко. Поспи. Лу устроит носилки, и мы отвезем тебя в лагерь".
- Но...
"Спи".
Усталость окутала его и погрузила в прохладную, темную глубину.
Ахира взглянул на съежившегося у его ног светловолосого стрелка, и тихое проклятие сорвалось с
его губ.
- И что же нам делать с этим? - вопросил он. Мальчишка не ответил; он безнадежно уставился
в землю.
Гном опустил ладони на рукоять двойной секиры. Топор был простейшим и - возможно -
самым верным решением. А возможно, и нет. В любом случае время, чтобы не торопясь обсудить, стоит
или нет убивать арбалетчика, у них было. С привязанными к корням старого дуба руками далеко не
убежишь.
Уолтер наклонился проверить узлы.
- Завязано крепко. Хочешь, я попрошу Эллегона присмотреть за ним?
Эллегон. Еще одна проблема. Если бы этот чертов Карлов дракон вдруг не струсил...
"Две ошибки. Я принадлежу себе -
...Закладка в соц.сетях
