Жанр: Фантастика
Гарри Поттер 6. Гарри поттер и принц-полукровка
...енными камнями и накладывала румянец на свои и без
того уже алые щеки, в то время как
самый крошечный и самый старый домашний эльф, которого Гарри когда-либо
доводилось видеть, впихивал ее полные ноги
в тесные атласные тапочки.
- Поторопись, Hokey, - властно сказала Hepzibah Smith. - Он сказал, что
придет в четыре, а это всего лишь через пару
минут. Ведь он никогда не опаздывает!
Hepzibah убрала баночку с румянцем, когда ее эльфийка справилась со своей
нелегкой задачей. Голова эльфа едва
доставала до сидения кресла, ее морщинистая кожи висела на хрупком скелете так
же, как оборванная льняная простыня,
которую она носила наподобие тоги.
- Как я выгляжу? - спросила Hepzibah, поворачивая голову, чтобы изучить
свое отражение под разными углами.
- Прелестно, мадам, - пропищала Hokey.
Гарри предположил, хозяйка приказала эльфийке именно так и отвечать на
подобные вопросы, потому что Hepzibah Smith
выглядела далеко не прелестно.
Раздался звонок в дверь и хозяйка, и эльф одновременно подпрыгнули.
- Скорей, скорей, он здесь, Hokey!- воскликнула Hepzibah, и эльф выбежала
из комнаты, которая была так набита всякими
вещами, что вряд ли кто-либо смог бы пересечь ее и не зацепить при этом, по
крайней мере, дюжину предметов: тут были и
шкафчики, набитые маленькими лакированными коробочками, и стеллажи, заполненные
книгами с золотым теснением, и
полки с хрустальными шарами и схемами небесных светил, и еще множество цветущих
растений в медных горшках.
Фактически, комната выглядела как нечто среднее между волшебным антикварным
магазинов и оранжереей.
Эльф вернулась через минуту в сопровождении высокого молодого человека, в
котором Гарри не составило труда узнать
Волдеморта. Он был одет в простую черную мантию, у него были впалые щеки, а
волосы стали немного длиннее, чем в
школе, но все это не делало его внешность отталкивающей; напротив, он выглядел
красивее, чем когда бы то ни было. Он
стремительно подошел к Hepzibah не зацепив не один из предметов (что
свидетельствовало о его многократных посещениях
этого дома), и слегка поклонившись, прикоснулся своими губами к маленькой
толстой руке хозяйки.
- Я принес Вам цветы. - спокойно произнес сотворяя из воздуха букет роз.
- Ты непослушный мальчишка, не стоило, не стоило утруждать себя! -
пролепетала старая Hepzibah, хотя Гарри заметил на
ближайшем невысоком столике приготовленную пустую вазу.- Ты балуешь старую даму,
Том... Садись, садись... Где же
Hokey? А вот она...
Эльф пробиралась в комнату неся поднос с маленькими пирожными, который она
поставила на подлокотник кресла своей
хозяйки.
Угощайся, Том - сказала Hepzibah. - Я знаю, как ты любишь мои пирожные. Ну,
как у тебя дела? Ты выглядишь очень
бледным. Я тебе уже много раз говорила, ты перерабатываешь в этом магазине...
Волдеморт машинально улыбнулся, но Hepzibah была весьма довольна собой.
- Ну, и по какому поводу ты зашел на этот раз? - спросила она, хлопая
ресницами.
- Мистер Барк хотел бы предложить Вам прекрасную сделку. Он считает, что
пятьсот галлеонов за гоблинскую броню -
это более чем привлекательно.
- Сейчас, сейчас, не так быстро, а то я буду думать, что ты здесь только
из-за моих безделушек! - проворчала Hepzibah,
состроив недовольную гримасу.
- Я вынужден быть здесь из-за них, - спокойно произнес Волдеморт. - я всего
лишь бедный ассистент, мадам, который
обязан делать то, что ему скажут. Мистер Барк хотел, чтобы я выяснил...
- Ой, мистер Барк, ерунда! - сказала Hepzibah, махнув своей маленькой
рукой.- Я хочу показать тебе кое-что, что я никогда
не показывала мистеру Барку! Ты умеешь хранить секреты, Том? Обещай мне, что не
расскажешь мистеру Барку, о том что
ты увидишь! Он никогда не оставит меня в покое, если узнает, что я тебе покажу;
а я не собираюсь продавать их ни мистеру
Барку, ни кому-то еще! А ты Том, ты сможешь оценить их историю, а не сколько
галлеонов на них можно заработать.
- Я буду рад увидеть то, что госпожа Hepzibah желает показать мне.-спокойно
отозвался Волдеморт. И Hepzibah издала
какое-то девичье хихиканье.
- Hokey принесет их мне... Hokey, где же ты? Я хочу показать мистеру Риддлу
наши самые прекрасные сокровища... Неси
оба, пока ты там.
- Уже здесь, госпожа. - пропищала эльф, и Гарри увидел две кожаные коробки,
стоящие одна на одной, плывущие по
комнаты словно сами по себе; хотя он знал, что крошечный эльф несет их на
голове, потому что ее путь лежал между
столами, пуфами и скамеечками для ног.
- Сейчас, - счастливо произнесла Hepzibah. Забрав коробочки у эльфа и
положив их к себе на колени, она приготовилась
открыть верхнюю. - Я думаю тебе понравится, Том... Ох, если б только мои
родственники знали, что я показываю это тебе...
Они не могут дождаться, когда получат все в свои руки!
Она открыла крышку. Гарри подался немного вперед, чтобы лучше рассмотреть
содержимое коробки. Его взору предстал
небольшой золотой кубок с двумя прекрасно отделанными ручками.
- Интересно, знаешь ли ты что это, Том? Возьми его, чтоб лучше рассмотреть!
- шептала Hepzibah, и Волдеморт протянул
свою руку с длинными пальцами и держа его в одной руке, другой освободил кубок
от многочисленных шелковых лоскутов,
которыми он был обвернут. Гарри показалось, что он увидел в его темных глазах
красное свечение. Его жадное выражение
любопытно отражалось на лице Hepzibah, за тем лишь исключением, что ее крошечные
глаза были устремлены на красивые
черты лица Волдеморта.
- Барсук, - пробормотал Волдеморт, исследуя гравюру на кубке. - Так значит
это...?
- Хельги Хаффлпаф, как тебе хорошо известно. Ты умный мальчик! - сказала
она, сильно наклоняясь вперед со скрипом
корсета и фактически прижимаясь к нему щекой.- Разве я не говорила тебе, что наш
род идет от нее? Эта вещь передавалась
в нашей семье из поколения в поколение веками. Прелестно, неправда ли? И этот
кубок наделен всевозможными свойствами,
но я не проверяла их, я только хранила его в безопасности.
Она забрала кубок из руки с длинными пальцами и, обмотав его лоскутами
ткани, стала аккуратно укладывать в
коробочку, слишком увлеченная этим занятием, чтобы заметить тень, мелькнувшую на
лице Волдеморта, когда у него
забрали кубок.
- Ну вот, - счастливо произнесла Hepzibah, - Где Hokey? А, да вот же ты,
отнеси это, Hokey.
Эльф покорно взяла упакованный кубок, а Hepzibah занялась второй немного
большей коробочкой, лежащей у нее на
коленях.
- Я думаю, это тебе понравится еще больше, Том, - шептала она. - Наклонись
немного, чтобы лучше видеть... Конечно,
Барк знает, что он у меня, я купила у него, но полагаю, он захочет получить его
назад, когда меня не станет...
Она медленно расстегнула изящную филигранную пряжку и с негромким щелчком
открыла коробку. Там на гладком
темно-красном бархате лежал золотой медальон.
Волдеморт протянул руку, на сей раз уже без приглашения, и стал
рассматривать медальон на свету.
- Здесь знак Слизерина,- спокойно произнес он, рассматривая переливающуюся
змейку в форме буквы S.
- Верно! - сказала Hepzibah, восхищенно смотря на Волдеморта, который
впился глазами в медальон. - Я не могла
упустить такое сокровище, пусть даже мне пришлось бы продать последнюю мантию в
доме, но он должен был попасть ко
мне в коллекцию. Барк купил это у какой-то грязной, оборванной ведьмы, которая,
скорее всего, украла его, но она даже
представить себе не могла всю его ценность...
На этот раз никакой ошибки быть не могло: при последних словах ведьмы глаза
Волдеморта вспыхнули красным; и Гарри
увидел, что его пальцы сжали цепочку с такой силой, что костяшки на суставах
побелели.
- Я полагаю, Барк заплатил ей гроши...- продолжила Hepzibah - Ну так как
тебе... Мило, правда? И снова всевозможные
свойства, хотя я просто хранила в безопасности... - Она протянула руку, чтобы
забрать медальон. На мгновение Гарри
показалось, что Волдеморт не собирается отдавать его; но затем цепочка
скользнула сквозь длинные пальцы, и медальон
упал на красную бархатную подушечку.
- Ну так как, Том? По-моему, тебе очень понравилось! - она посмотрела ему в
глаза, и Гарри увидел, что ее глупая улыбка
на лице почти сползла. - С тобой все в порядке, мой дорогой?
- О да, - спокойно произнес Волдеморт.- Да, со мной все в порядке...
- Мне показалось... но нет, я полагаю, просто отблеск света... - сказал
Hepzibah подавленным голосом, и Гарри догадался,
что она тоже на мгновение увидела красную вспышку в глазах Волдеморта. - Вот,
Hokey, унеси это и запри снова... обычная
процедура...
- Время возвращаться, Гарри, - спокойно сказал Дамблдор, и когда эльф
вместе с коробками скрылась, Дамблдор взял
Гарри немного выше локтя, и они вместе поднялись через забытье в кабинет
Дамблдора.
- Hepzibah Smith умерла через два дня после этого небольшого эпизода, -
сказал Дамблдор, возвращаясь на свое место и
знаком показывая Гарри, чтобы тот сделал то же самое. - Домовой эльф Hokey был
осужден Министерством за случайное
отравление вечернего горячего шоколада своей хозяйки.
- Не может быть! - сердито воскликнул Гарри.
- Я вижу, что наши мнения совпадают, - сказал Дамблдор.- Конечно, между
этим убийством и убийством Риддлей есть
много общего. В обоих случаях кто-то посторонний, у кого в памяти была картина
убийства, брал вину на себя.
- Hokey призналась?
- Она помнила, как клала что-то в шоколад своей хозяйке, как оказалось, это
был не сахар а смертельный малоизвестный
яд. Получалось, что она не хотела этого делать, но из-за своего возраста все
перепутала...
- Волдеморт изменил ее память, точно так же, как он сделал с Морфином!
- Да-да, я пришел к таким же заключениям. - сказал Дамблдор, - И, как и в
случае с Морфином, Министерство было
готово подозревать Hokey...
- потому что она был домашним эльфом, - пожалуй, Гарри редко испытывал
больше симпатий к обществу в поддержку
домашних эльфов, основанному Гермионой.
- Именно. Она была стара, и она признавала, что добавляла что-то в напиток,
а в Министерстве никто не потрудился
расспрашивать ее дальше. Как и в случае с Морфином, к тому времени как я
выследил ее, ее жизнь почти подошла к концу; я
извлек ее воспоминания, но они практически ничего не доказывают, кроме того, что
Волдеморту было известно о кубке и
медальоне.
Родственники Hepzibah обнаружили, что два ценнейших сокровища пропали,
когда Hokey уже был осужден. На это
потребовалось много времени, потому у Hepzibah было множество тайников, и она
очень ревностно охраняла свои
сокровища. Прежде, чем они смогли окончательно убедится, что кубок и медальон
пропали, молодой человек, работавший
помощником в - Боргин и Баркс, - который так часто посещал Hepzibah и так
очаровал ее, покинул свою работу и исчез. Его
начальство не имели ни малейшего понятия куда он пропал, они были удивлены не
меньше чем любой другой. И это было
последним, что было слышно о Томе Риддле в течение долгих-долгих лет.
А сейчас, Гарри, если ты не против, я хочу еще раз остановиться и обратить
твое внимание на важный момент в этой
истории. Волдеморт совершил очередное убийство, я не могу утверждать это
однозначно, как в случае с Риддлами, но, я
думаю, это сделал он. На этот раз, как ты видишь, он убил не ради мести, а лишь
из жадности. Он хотел заполучить два
выдающихся трофея, которые старая очарованная женщина имела несчастье показать
ему. Как однажды он ограбил детей в
своем приюте, как украл кольцо своего дяди Морфина, так и сейчас он сбежал с
кубком и медальоном Hepzibah
- Но,- Гарри нахмурился,- это же совершенное безумство. Рисковать всем,
бросать работу, и все ради этих...
- Безумство для тебя, Гарри, но не для Волдеморта. Я надеюсь, ты увидел
достаточно, чтобы понять, что эти предметы
значили для него. Не трудно догадаться, что он рассматривал себя, как
единственного законного обладателя медальона
Слизерина.
- Хорошо, пусть медальон, но почему он тогда забрал кубок?
- Он был связан с другим Основателе Хогвартса. Я думаю, Волдеморт все еще
чувствовал большую энергию в школе и он
не мог сопротивляться соблазну овладеть вещью, так глубоко погруженной в историю
Хогварта. Были и другие причины. Я
надеюсь, что смогу тебе продемонстрировать их должным образом.
А сейчас последнее воспоминание, которое я должен показать тебе, по крайней
мере, пока ты не достанешь воспоминание
профессора Слухгорн. Десять лет разделяют тот случай в памяти Hokey и то, что ты
сейчас увидишь. Десять лет, в течение
которых Лорд Волдеморт занимался тем, о чем мы можем только догадываться.
Гарри снова встал, поскольку Дамблдор перелил последнее воспоминание в
думоотвод.
- Чье это воспоминание, сэр? - спросил он.
- Мое. - ответил Дамблдор.
И вслед за Дамблдором Гарри нырнул во вращающуюся серебряную жидкость, его
опять завертело в немыслимом вихре,
но через мгновение он приземлился в том же кабинете, который только что покинул.
На своей жердочке, забавно посапывая,
дремал Фоукс, а за столом сидел Дамблдор, который был очень похож на Дамблдор,
стоящего рядом с Гарри, за тем лишь
исключением, что обе его руки были целы и невредимы, и может быль, лицо было
менее морщинисто. Единственное отличие
кабинета заключалось в том, что в темном окне мелькали белые снежинки, которые,
кружась, садились на подоконник, на
котором образовался уже приличный холмик.
Дамблдор, который был помоложе, казалось, ждал кого-то, и спустя несколько
минут с момента Гарриного прибытия, в
дверь постучали.
- Входите.
Гарри едва сдерживал сбивчивое дыхание. Волдеморт вошел в комнату. Его лицо
было не таким как два года назад, когда
он возродился из котла на кладбище: оно не было змеиным, его глаза еще не были
красными, но все же это был уже не тот
красавец Том Риддл. Его лицо выглядело сильно обожженным, черты лица были
смазаны, белки глаз были испещрены
кровавыми сосудами, и хотя форма глаза была обычная, Гарри знал, что скоро
вместо глаз у Лорда будут щелочки. На нем
был надет длинный черный плащ, а его лицо было настолько бледно, что могло
сравниться, пожалуй, только со снегом,
который лежал у него на плечах.
Дамблдор, сидящий за столом, не выказал никакого удивления. Видимо этот
визит был заранее запланирован.
- Добрый вечер, Том. - просто приветствовал он Волдеморта.- Не хочешь
присесть?
- Спасибо, - сказал Волдеморт и опустился на стул, на который указал
директор, тот самый стул, который в настоящем
только что освободил Гарри. - Я слышал, что Вы стали директором. - сказал он
более высоким и холодным голосом нежели
до этого.- Достойный выбор.
- Рад, что ты одобряешь.- сказал Дамблдор, улыбаясь. - Могу я предложить
тебе выпить?
- Это было бы любезно с Вашей стороны. Я проделал долгий путь.
Дамблдор встал и подошел к шкафчику, в котором сейчас он держал думоотвод,
тогда же он был полон бутылок.
Директор взял два бокала и, наполнив их вином, один подал Волдеморту, после чего
вернулся за свой стол.- Итак, Том... чем
обязан?
Волдеморт потягивал вино и ответил не сразу.
- Меня больше не зовут Томом; теперь я известен под именем...
- Я знаю, под каким именем ты известен. - сказал Дамблдор, приятно
улыбаясь.- Но для меня, я боюсь, ты всегда
останешься Томом Риддлем. Это один из недостатков старых учителей. Они всегда
запоминают своих учеников такими,
какими те были в школе.
Он поднял свой бокал, как и Волдеморт, чье лицо не выражало никаких эмоций.
Однако, Гарри почувствовал тонкое
изменение атмосферы: Дамблдор, отказавшись использовать выбранное Волдемортом
имя, не позволил тому диктовать
условия встречи; и Гарри мог бы сказать, что Волдеморт тоже это почувствовал.
- Я удивлен, - сказал Волдеморт после короткой паузы. - Я всегда удивлялся,
почему такой волшебник как вы никогда не
хотел оставить школу.
- Ну, - ответил Дамблдор, все еще улыбаясь, - может быть, для такого
волшебника как я нет ничего важнее, чем помогать
молодым осваивать древние знания. И если я правильно помню, то тебя тоже однажды
прельщала профессия учителя.
- Все еще прельщает. Я просто задался вопросом, почему Вы, у кого
Министерство так часто спрашивает совета, и кому, я
думаю, дважды предлагали пост Министра...
- Трижды, по последним подсчетам. Но Министерство никогда не привлекало
меня, как видишь и в этом у нас с тобой
что-то общее.
Волдеморт склонил голову и сделал еще один глоток вина. Дамблдор не нарушал
повисшую тишину, а ждал в
предвкушении, когда Волдеморт начнет говорить.
- Я вернулся, - сказал он немного погодя,- возможно позже, чем профессор
Диппет ожидал... но я вернулся, потому что
однажды на мою просьбу он ответил что я слишком молод. Я пришел к Вам, чтобы
просить разрешить мне вернутся в замок
в качестве учителя. Я думаю, Вы должны признать, что я многое видел и много
достиг с того момента, как покинул это
место. Я могу показать и рассказать Вашим студентам такое, что они не услышат от
любого другого волшебника.
Дамблдор смотрел на Волдеморта поверх своего бокала, прежде чем спокойно
произнести:
- Да, конечно, я знаю что ты видел и чего достиг с тех пор, как покинул
нас. Слухи о твоих поступках дошли и до твоей
старой школы, Том. И мне не хочется верить половине из них.
- Величие порождает зависть, зависть рождает зло, ложь - искры зла. Вы
должны знать это, Дамблдор. - лицо Волдеморта
оставалось совершенно безразличным.
- Ты называешь это величием, то чем ты занимался? - деликатно
поинтересовался Дамблдор.
Конечно. - ответил Волдеморт, и его глаза вновь блеснули красным.- Я
экспериментировал; я расширил возможности
магии, возможно, больше, чем кто-либо до меня.
- Некоторые области магии,- поправил его директор. - Некоторые. В других ты
остался... уж прости... совершенно
безграмотен.
Первый раз Волдеморт улыбнулся, злая скованная улыбка, а в его взгляде было
больше угрозы, чем гнева.
- Старые доводы, - сказал он мягко.- Но ничего, что я видел в мире, не
подтверждало Ваше известное мнение, что любовь
более сильная магия, чем моя, Дамблдор.
- Возможно, ты просто смотрел не в тех местах. - предположил Дамблдор.
- Ну, тогда где можно найти лучшее место для начала моих новых
исследований, как ни здесь, в Хогвартсе? Вы позволите
мне вернуться? Позволите делится моими знаниями с Вашими учениками? Я и мои
способности в Вашем распоряжении. Я
подчиняюсь Вам.
Дамблдор поднял брови.
- А что же будет с теми, кто подчиняется тебе? Что будет с теми, кто, по
слухам, называют себя Пожиратели Смерти?
Гарри мог утверждать, Волдеморт не ожидал, что Дамблдор знает об этом
названии; он снова увидел красную вспышку в
глазах Волдеморта и на мгновение его ноздри ста ли похожи на щели.
- Мои друзья, - сказал он после короткой паузы - они справятся без меня,
уверен.
- Рад слышать, что ты считаешь их друзьями. Мне казалось, что они больше
походят на слуг.
- Вы ошибались.- ответил Волдеморт.
- Значит, если я сейчас загляну в - Кабанью Голову, - то не найду там
Нотта, Розьера, Малдбера и Долохова, ожидающих
твоего возвращения? Действительно, преданные друзья, проделать такой далекий
путь снежной ночью, лишь затем, чтобы
попрощаться с тобой, когда ты займешь должность преподавателя.
Было совершенно очевидно, что такие точные сведения о том, с кем он прибыл,
стали для Волдеморта еще большей
неожиданностью; однако, он быстро собрался.
- Как всегда в курсе всего, Дамблдор?
- О, я просто хорошо знаком с местным барменом, - просто ответил Дамблдор.-
А сейчас... - он поставил свой пустой
бокал, поставил локти на стол и соединил кончики пальцев в характерном жесте.
- А теперь, Том, давай поговорим начистоту. Зачем ты пришел сюда,
окруженный приспешниками, ведь мы оба знаем, что
работа тебя не интересует?
Волдеморт выглядел неприятно удивленным.
- Что значит работа меня не интересует? Напротив, Дамблдор, я очень хочу
получить ее.
- Нет, ты хочешь вернуться в Хогвартс, но ты больше не хочешь учить, как
хотел, когда тебе было восемнадцать. Что
случилось с тобой, Том? Почему ты не повторил свою просьбу еще раз?
На лице Волдеморта появилась презрительная усмешка.
- Если Вы не хотите давать мне работу...
- Естественно, я не хочу. И я не думаю, что ты ожидал от меня иного. Но ты
все же пришел и спросил, значит, у тебя был
какая-то цель.
Волдеморт вскочил. Сейчас он был меньше всего похож на Тома Риддла, его
лицо исказил гнев.
- Это Ваше последнее слово?
- Последнее, Том.- ответил Дамблдор, тоже вставая.
- Тогда нам нечего сказать друг другу.
- Да, нечего.- сказал Дамблдор, и на его лице отразилась глубокая печаль.-
То время, когда я мог напугать тебя горящим
платяным шкафом и наказать за твои преступления, давно ушло. И мне очень жаль,
Том... Очень жаль...
Какое-то мгновение Гарри был готов кричать, чтобы предупредить директора:
он был уверен, что рука Волдеморта
дернулась к карману, в котором лежала палочка; но тот развернулся и быстро вышел
из кабинета, хлопнув дверью.
Гарри почувствовал, как его предплечье сжимает рука Дамблдора, и секунду
спустя они уже стояли на том же самом
месте, только за окном не было снежного холмика на подоконнике, и руки Дамблдора
снова стали темнее и старее.
- Почему? - сразу же спросил Гарри, глядя прямо в лицо Дамблдору. - Почему
он возвращался? Вы это выяснили?
- Я меня есть идеи, но не больше.
- И что же это за идеи, сэр?
- Я отвечу тебе, Гарри, когда ты добудешь воспоминание профессора
Слухгорн.- сказал Дамблдор. - Когда мы получим
этот последний кусочек головоломки, я надеюсь, все станет ясно... обоим нам.
Гарри все еще сгорал от любопытства и даже несмотря на то, что Дамблдор
подошел к двери и приоткрыл ее для Гарри,
он спросил:
- Он работал где-нибудь после этого, сэр? Вы не знаете?
- Не знаю. Но он определенно хотел преподавать Защиту От Темных Искусств. И
последствия нашей недолгой встречи
доказывают это. Как ты знаешь, не один из учителей не удержался на этой
должности с тех пор, как я отказал Лорду
Волдеморту
Глава 21
Комната, которой нет
Всю следующую неделю Гарри ломал голову над тем, как убедить Слухгорна
передать истинную память, но ничего
существенного в голову не приходило и он истощался все больше и больше, делая
одно и тоже все эти дни: усердно изучая
свою книгу Снадобий Гарри, надеялся, что принц оставил заметки на краю страницы,
так как он делал это прежде.
- Там ты ничего не найдешь, - твердо сказала Гермиона прошлым воскресеньем.
- Гермиона, не начинай, - ответил Гарри, - Если бы это не сделал принц, Рон
бы не сидел здесь сейчас.
- Он бы итак сидел, если бы ты только слушал Снейпа в первый год обучения,
- сказала она освобождено.
Гарри игнорировал ее. Он только что нашел заклинание - Sectum-sempra! -
написанное поверх интригующих слов - Для
врагов, - и руки стали чесаться попрактиковаться, но об этом лучше и не думать
перед Гермионой. Вместо этого он тайком
вырвал уголок страницы. Они сидели перед огнем в гостиной; кроме них там были и
другие шестикурсники. Их охватило
некое возбуждение, когда они возвращались с обеда и наткнулись на объявление в
котором говорилось о дате проведения
тестов на аппарирование.
- Те, кому исполниться (-лось) до даты проведения теста, 21 Апреля, имеют
право записаться на дополнительные
практические занятия, которые будут проводиться в Хогсмиде.
Рона охватила тревога во время чтения объявления; он до сих пор не умел
аппарировать и боялся, что провалит тест.
Гермиона, которая добивалась аппарировать вдвойне, была немного увереннее, но
Гарри, которому исполниться семнадцать
через несколько месяцев, не мог сдавать тест, так или иначе, был готов.
- По крайней мере, ты все-таки умеешь аппарировать! - сказал Рон
напряженно, - И у тебя не будет проблем аж до июля!
- Я аппарировал всего однажды, - напомнил ему Гарри; в конце концов, он
смог исчезнуть и появиться внутри обруча во
время их последнего урока.
Рон стал есть мало, большую часть времени его сильно волновало
аппарирование, он всеми усилиями пытался доделать
ужасно трудное эссе для Снейпа, в то время как Гарри и Гермиона свои уже
сделали. Гарри вполне ожидал, что ему поставят
за его работу низкую оценку; потому что спорить со Снейпом хуже, чем сражаться с
дементором, но он даже не заботился об
этом: Память Слухгорнбыла сейчас для него важнее.
- Я все-таки скажу тебе это Гарри: Этот тупой принц не собирается помогать
тебе с этим. - громко сказала Гермиона, -
Только единственный способ заставит кого-нибудь сделать то, что ты хочешь, и это
Imperius Curse что незаконно!
- Да, я знаю это, спасибо, - ответил он не отрывая глаза от книги, - вот
почему я ищу что-нибудь другое. Дамблдор сказал,
что Веритасерум не сделает этого, но что-нибудь более мощное - зелье или
заклинание...
- Ты собираешься пойти неверным путем, - сказала она, - Дамблдор сказал,
что только ты можешь вернуть память. Это
может означать, что только ты сможешь убедить Слухгорна, в то время когда другие
не могут этого сделать.
- Как ты заколдовываешь заклинанием агрессии? - спросил Рон, сильно
встряхнув свое перо и пристально смотря в свой
пергамент - Это не B - U - M -...
- Нет. - сказала Гермиона, быстро проверив эссе Рона, - А также прорицание
не начинается с O - R - G. Какое перо ты
используешь?
- Это единственное перо Фреда и Джорджа проверяющее текст, но я думаю, что
чары на нем уже иссякли.
- Скорее всего, - сказала Гермиона, указывая на заголовок его эссе, -
потому что нас просили написать о том, как вести
себя с дементором, а не как перекапывать болото, также я не помню, чтобы ты
сменил свое имя на Рунил Уазлиб.
- О, нет! - сказал Рон - в ужасе взглянув в свой пергамент, - Только не
говори, что я должен переписывать все это снова!
- Все в порядке, мы можем это исправить, - сказала она и быстро взяв эссе
направила на него свою палочку.
- Я люблю тебя, Гермиона, - сказал Рон, устало, соприкасаясь взглядом с
ней. Гермиона слегка залилась румянцем, но
только сказала:
- Не позволяй Лаванде слышать такое
- Я и не собирался, - ответил Рон в сторону своих рук, - Или скажу, тогда
она меня бросит.
- Почему же ты ее не бросишь, если хочешь
...Поділитися у соцмережах
