Жанр: Фантастика
Сага о Хоббите 1. Хоббит, который слишком много знал
... почему для тебя Арканус решил изменить
точку входа. Есть у меня несколько идей...
- Например?
- В первый раз тебя чуть не убил василиск.
- Думаешь, Арканус решил, что во второй раз он должен поместить меня в более
безопасном месте?
- Может быть. А может быть, это в первый раз ты чем-то ему не понравился, и он
поместил тебя там, где тебе грозила опасность. Не знаю. Да и не важно это,
главное, что ты оба раза явился в мир в непосредственной близости от самого
большого города, населенного твоей родной расой. Я оба раза появился в городе,
населенном темными эльфами - ближайшей расой к эльфам Средиземья. При втором
пришествии и ты, и я оказались почти в том же месте, что и в первый раз. Таким
образом, в обоих случаях Арканус разместил посетителя в местности, населяемой
либо родной расой посетителя, либо наиболее приближенным к ней вариантом. Так?
- Так, - согласился я.
- Далее. Почему для тебя был выбран именно Сакред Вейл? Первое, что приходит в
голову, - потому, что Сакред Вейл - самый большой город из числа населенных
халфлингами. Если так, то Хеллгейт, в который оба раза явился я, должен быть
крупнейшим из городов, населенных темными эльфами. Непонятно только, как это
проверить, не лезть же в башню Сссра.
- А почему бы и нет? - удивился я. Уриэль задумался:
- А и вправду - почему бы и нет? Надеваем невидимость, дожидаемся, пока хозяин
покинет заклинательный покой... Как думаешь, Хэмфаст, там могут быть артефакты,
предупреждающие хозяина о появлении незваных гостей?
Я пожал плечами:
- Вряд ли. Не думаю, что необходимость в таких артефактах возникала хотя бы раз
за всю историю мира. Хотя кто его знает...
- Ладно, допустим, что Хеллгейт - действительно самый большой эльфийский город в
Мирроре. Где нам в этом случае искать Олорина?
- А какой он расы? - спросил я и сразу понял, что сморозил глупость.
- Он майар, - ответил Уриэль, - а майары стоят вне разумных рас. Большинство
майаров предпочитают принимать облик людей, но это традиция, а не необходимость.
Вряд ли Арканус делает выбор на основе внешнего облика. Нет, это совершенно
исключено, ведь при проходе по каналу мы все имели облик людей.
- Тогда что? Не мог же Олорин стать пятым хозяином!
- Да, это вряд ли, - согласился Уриэль. - Хотя кто его знает... Если тихо сидеть
в башне и никуда не высовываться, можно долгое время оставаться незамеченным.
- Не выйдет, - возразил я, - ты забыл про гобелены, отражающие силу хозяев.
- А ты уверен, что новая линия появляется на них сразу же, как только новый
хозяин появляется в Арканусе?
- А когда она еще может появляться?
- Например, когда башня нового хозяина окажется на карте того хозяина, в чьей
башне висит гобелен. Но ты прав, маловероятно, что Олорин стал новым хозяином.
Все хозяева Аркануса и Миррора явились в миры одновременно, и я не думаю, что
это простая случайность. Сейчас уже не скажешь точно, что тогда произошло, но
это было, без сомнения, что-то из ряда вон выходящее. Не думаю, что приход в мир
Олорина смог бы привести в действие силы, способные повторить подобное событие.
Может, герой?
- Что? - не понял я.
- Может быть, Олорин стал героем, - пояснил Уриэль. - В этих двух мирах каждый
хозяин имеет героев. Герои превосходят обычных существ по всем параметрам, но
гораздо слабее хозяев. Пожалуй, что облик героя - самый подходящий для Олорина.
Но надо проверить и первое предположение.
16
Миррор - странное место. Его иногда называют сумеречным миром, и не зря - небо
здесь светит гораздо слабее, чем в Арканусе. Это нельзя назвать полноценными
сумерками, здесь гораздо светлее, чем в моей родной Хоббитании на закате, но при
первом знакомстве Миррор производит неприятное впечатление. Чем-то неуловимым он
напоминает Мордор, причем не современный Мордор - цивилизованное и просвещенное
государство орков, а ту темную твердыню сил зла, какой был Мордор во времена
Фродо. Я сказал об этом Уриэлю, но тот только рассмеялся.
- Нельзя судить о вещах по внешнему виду, - сказал он. - Я немало времени провел
среди местных эльфов, и поверь мне, Хэмфаст, в них не больше зла, чем в твоих
халфлингах.
- Они не мои, - возразил я. - Моя раса - это хоббиты, а халфлинги совсем другие,
у них совсем другая культура. Даже орки Средиземья ближе к хоббитам, чем
халфлинги Аркануса.
Мы перенеслись в Миррор обычным заклинанием перемещения высшей магии. Вообще-то
заклинание не позволяет переходить между мирами, но если миры связаны очень
тесно, это становится возможным. Получается, что Арканус и Миррор так же тесно
связаны, как Средиземье и маленький мирок, сотворенный Уриэлем.
Мы стояли на берегу Хеллривера. Интересно, что эта река имеет большое сходство с
Торуином. Если бы в Арканусе были сумерки, то в сумерках Торуин выглядел бы
точь-в-точь как Хеллривер. Я поделился этой мыслью с Уриэлем.
- Да, Хэмфаст, есть такое дело, - сказал он. - География этих двух миров вообще
очень странная. Такое ощущение, что Творец творил эти миры... с похмелья, что
ли. Кажется, что Творцу было лень придумывать уникальные пейзажи для каждого
места и он построил мир из одинаковых кирпичей, как хижину орка. Все реки и все
горы здесь похожи друг на друга. Да и более странные вещи встречаются в местной
географии - почему, например, к югу от Торвелла находится несколько тысяч
квадратных миль песчаной пустыни? Пустыня возникает там, где горы встают на пути
влажных ветров, пустыня не может быть островом посреди леса. Ерунда какая-то...
По глади Хеллривера непрестанно сновали парусные рыбачьи лодки, с одной из них
нас заметили. Эльфы засуетились, они уставились на нас, оживленно
переговариваясь и совершенно забросив то, чем занимались до этого. Один из
эльфов, на вид самый старый, выставил левую руку в нашем направлении, оттопырив
указательный палец и мизинец. Я знаю, что в этих мирах не действует инцинера и
подобные ей заклинания, но все равно непроизвольно вздрогнул.
- Они думают, что я привидение, - сообщил Уриэль. - А этот жест, как принято
считать, отгоняет нечистую силу. Интересно, что они подумали насчет тебя? А
кстати, видишь вон ту лодку с колесом на парусе?
- С каким колесом?
- Ну на парусе у нее нарисовано колесо с тремя спицами. Вон, видишь эльфа в
черной куртке на корме? Это моя копия. - Уриэль усмехнулся. - Как его, бедного,
достали, каждый считает своим долгом сообщить, что снова видел привидение
Уриэля. Глядишь, однажды из Хеллгейта священники приедут посмотреть поближе на
природную аномалию. Ладно, Хэмфаст, посмотрели и будет. Давай одевай
невидимость, чтобы эльфов не пугать, и полетели, что ли?
- А куда лететь-то?
- Как куда? В Джет, в башню Сссра. Вначале летим в Хеллгейт, потом огибаем слева
озеро Хеллейк и держим строго на север. Если лететь не спеша, дня за четыре
доберемся.
И мы полетели.
Хеллгейт стоял не на горе, как Сакред Вейл, и не в лесу, как Торвелл, а на
равнине. И вокруг Хеллгейта не было стены.
- А зачем здесь стена? - удивился Уриэль, когда я спросил его об этом. - В
Мирроре нет других хозяев, кроме Сссра, ну, правда, сотня твоих халфлингов
бродит по другому континенту, но это далеко отсюда. В общем, местным эльфам
могут угрожать только бродячие монстры, но они появляются редко, не каждый год.
Нет смысла строить здесь городские стены.
Понятно. Однако непривычно видеть, как город возникает посреди равнины как-то
постепенно, без резкой границы. Вначале сараи и амбары, потом отдельные дома,
далеко отстоящие один от другого, потом домов становится все больше, они все
теснее прижимаются друг к другу, и как-то незаметно мы оказываемся в довольно
большом городе.
Хеллгейт здорово отличается от городов халфлингов. Эльфы строят очень странные
дома, они сложены из бревен, так же как и дома халфлингов, но вот архитектура...
Даже не знаю, как это описать, чтобы было понятно. Попробую. Представьте себе
огромный пень толщиной футов в пятнадцать-двадцать и высотой примерно столько
же. Внутри большое дупло, и в этом дупле живут эльфы. А сверху пня зеленеет
молодая поросль, будто пень снова хочет превратиться в дерево. Самое безумное -
это то, что, если приглядеться, понимаешь, что это вовсе не пень, а сложенная из
бревен искусная имитация. Не понимаю, зачем эльфы тратят столько сил и времени
на то, чтобы покрыть сруб большими пластами древесной коры, натаскать на крышу
плодородной земли и высадить там молодые побеги.
- Традиция... - только и смог сказать Уриэль по этому поводу.
А общественные здания в Хеллгейте выглядят точь-в-точь как у халфлингов. Как
могли совершенно разные расы, никогда не встречавшиеся лицом к лицу, независимо
друг от друга построить одни и те же здания по одним и тем же проектам?
- Не знаю, - сказал Уриэль, - могу только предположить, что архитектура этих
зданий вложена в души строителей самим Творцом. Иначе действительно не
объяснить, почему они строят одинаково.
Мы медленно приближались к рыночной площади. Людей на улицах становилось все
больше. На нас никто не обращал особого внимания, мало ли какие дела могут быть
в городе у двух почтенных эльфов. Я ведь выглядел теперь как эльф, с помощью
высшей магии я преобразовал свой внешний облик, а Уриэль помог грамотно
подобрать индивидуальные черты, чтобы не получилось, как в моей прошлой жизни,
когда наугад выбранный человеческий облик оказался как две капли воды похож на
Саурона, каким его рисуют на иллюстрациях к книгам.
Путь к рыночной площади проходил мимо гарнизонного городка. Мы почему-то
привлекли внимание двух воинов в двухслойных кольчугах и открытых шлемах,
выходивших из ворот городка. Не знаю, что в нас показалось им подозрительным,
скорее всего они только что вышли в патруль и стремились пристать с расспросами
к первому встречному, чтобы потом с чувством выполненного долга завернуть в
ближайшую таверну и достойно провести оставшееся время дежурства. А может, в
нашем облике и вправду что-то было не так, не знаю.
В общем, они подошли вплотную к нам, и тот воин, который выглядел чуть постарше,
сказал:
- Приветствую вас, почтенные. По какой надобности вы посетили сей город?
Уриэль медоточиво улыбнулся и ответил:
- Мы привидения и вправе посещать любые места.
Челюсть воина отпала.
- Какие такие привидения? По какому это праву вы вправе... тьфу!
- Вот по какому, - сказал Уриэль и растворился в воздухе.
Я остался на месте.
- Куда он делся? - строго спросил меня патрульный.
- Исчез, - ответил я, улыбнувшись столь же лучезарно, как и Уриэль. - Он же
привидение.
- А ты кто?
- Тоже привидение.
- Тогда почему не исчез?
- Успею еще.
Воин внезапно бросился ко мне и крепко ухватил меня за рукав. От неожиданности я
даже не успел заблокировать его движение.
- Невежа, - сказал я и тоже растворился в воздухе.
На самом деле я, конечно, совершил перемещение вверх одновременно с наложением
невидимости, но со стороны это выглядело, будто я растворился в воздухе.
Я не удержался от мелкой шалости, меня обидело то, как грубо этот солдат
обошелся со мной. Я вник в суть шлема, который гордо украшал его голову, потом
кое-что изменил, и стальные пластинки, прикрывающие щеки, удлинились, вытянулись
и срослись под подбородком. Пусть теперь попробует снять шлем, дурилка.
Мы преодолели около ста миль и опустились на землю. Долгий полет утомляет, надо
бы и передохнуть. Уриэль сотворил простейшее заклинание, и на пригорке посреди
бескрайней степи вспыхнул магический огонь. Высокая сухая трава моментально
загорелась, но под воздействием второго заклинания так же моментально погасла, и
огонь теперь горел сам по себе, не нуждаясь в пище.
Я вытащил из воздуха кувшин с пивом и связку вяленой рыбы. Ужинать более
основательно почему-то не хочется. Пиво с воблой - лучшая пища в путешествии.
Если, конечно, вокруг вдосталь чистой воды.
Мы сидели, пили пиво и смотрели на огонь. Походный костер горит в светлых
сумерках, и кажется, что темнота вот-вот опустится на землю, но это все не
происходит и не происходит. Когда же я привыкну, что здесь не бывает ночи?
Уриэль насторожился, вскочил на ноги и напряженно уставился куда-то вдаль. Я
проследил направление его взгляда и различил вдали группу эльфов, движущихся в
нашу сторону. Около трех десятков, у каждого за плечами объемистый мешок, поверх
которого приторочен небольшой круглый щит, окованный железом. Сбоку болтается
шлем... Что-то показалось мне подозрительным... Понятно! Эти воины экипированы
точно так же, как и те двое, с которыми мы встретились в Хеллгейте. Но не могли
же они так быстро догнать нас! Да о чем я, они вообще не могли нас догнать,
пешему ни за что не догнать летящего Но тогда откуда они здесь? И почему они
идут прямо к нам?
Видно, все мои чувства были ясно написаны на лице, потому что Уриэль сказал:
- Это боевые священники, но не те, с которыми мы встретились в Хеллгейте. У них
одна и та же стандартная экипировка. А идут они к нам, потому что их
заинтересовал волшебный огонь.
Все сразу встало на свои места. Я снова сел на землю и стал с любопытством
наблюдать за приближающимися эльфами.
Вскоре они приблизились настолько, что я смог разглядеть лица. Я понял, что
Уриэль прав, это совсем другие эльфы. Хорошо иметь эльфийское зрение...
Эльфы приблизились к костру, и их предводитель выступил вперед.
- Я Циммерон, командир святого взвода, я веду взвод из Джета в Хеллгейт. С кем
имею честь разговаривать?
- Я Уриэль, привидение рыбака Уриэля из Хеллгейта, я иду из Хеллгейта в Джет, -
сказал Уриэль. Я поддержал его шутку.
- Я Хэмфаст, привидение хоббита Хэмфаста из Хоббитании, - сказал я, - я пребываю
в гостях у почтенного Уриэля.
Челюсть Циммерона отвисла до земли.
- Вы что, издеваетесь? - гневно вопросил он. Его глаза цепко охватили наши
фигуры, лишенные оружия и доспехов, он был уже готов принять фатальное решение,
когда Уриэль протянул руку, и костер на долю мгновения озарился ослепительной
вспышкой, которая затмила бы солнце, если бы в Мирроре было солнце.
- Не горячись, - сказал Уриэль. - Лучше присядь к нашему костру и раздели с нами
трапезу. Твои эльфы тоже могут присоединиться к нам, но еды для них у нас не
хватит.
Циммерон опустил руку, которой прикрывал глаза, и недоверчиво оглядел костер.
- Это огненный элементал? - спросил он.
- Нет, - ответил Уриэль, - это не огненный элементал. Хотя принцип близок.
Циммерон поколебался несколько секунд, после чего махнул рукой своим
подчиненным, настороженно и чуть растерянно толпившимся невдалеке, и они стали
рассаживаться вокруг костра. Из мешков показались краюхи черствого хлеба и куски
окаменевшего сыра - обычная пища воинов в дальнем походе. Уриэль протянул руку и
вытащил из воздуха кружку, наполненную пивом, которую протянул Циммерону.
Циммерон удивился еще сильнее, но попытался не показать удивления, сделав
каменное лицо. Это выглядело комично.
- Привидения, значит, - протянул он, сделав хороший глоток. - Вначале ночные
лезвия, потом привидения, а потом кто знает, что еще появится в нашем
многострадальном мире?
- Ночные лезвия? - заинтересовался Уриэль. - Почему ночные? Вообще, что такое
ночь?
- А Сссра его знает. Просто принято говорить "ночные лезвия", а почему ночные,
это никому неведомо.
- А кто такие ночные лезвия? - заинтересовался я. Циммерон странно покосился на
меня:
- Разве ты не знаешь? Хотя ты же привидение... В общем, существует определенный
комплекс физических и духовных упражнений, по прохождении которого эльф
приобретает невидимость, а его слюна становится ядовитой. Такого эльфа называют
ночным лезвием.
Уриэль подал голос:
- В нашем родном мире бывает время, когда небесный цвет тускнеет и мир одолевает
тьма. Это называется ночь.
Циммерон пожал плечами:
- В Мирроре такого не бывает. Но если Сссра бывал в вашем мире, тогда все
понятно. Ночью ведь все должно быть невидимо, так?
Уриэль согласился с этим глубокомысленным утверждением:
- Ну вот, а ночные лезвия невидимы вообще, как будто для них всегда ночь.
Логично. Это объясняет происхождение названия этих странных существ, но тот, кто
придумал это название, должен был знать, что такое ночь. А то ночи нет, а слово,
ее обозначающее, есть. Может, в Мирроре и Арканусе раньше была смена дня и ночи,
а потом это прекратилось? Неожиданно я почувствовал, что все тайны двух миров
имеют одну общую разгадку и эта разгадка совсем близко, еще совсем чуть-чуть, и
я пойму все то, что пока ускользает от понимания. Я напряженно вслушивался в
себя, но разгадки так и не обнаружил.
- И какой статус имеют привидения в войске Сссра? - поинтересовался Циммерон.
- Никакого, - ответил Уриэль. - Мы не входим в войско Сссра.
- Значит, вы - нечисть?
Уриэль рассмеялся:
- Можно и так сказать. Но мы добрая нечисть. Если нас не обижать, мы совсем
безобидные.
Циммерон непонимающе помотал головой:
- Ладно, Сссра с вами, с нечистью. Лучше скажите, далеко ли до Хеллгейта.
- Миль сто, может немного меньше, - сообщил Уриэль. - Мы вылетели оттуда часов
пять назад.
- Как? - воскликнул Циммерон. - Вы, нечисть, пробрались в эльфийский город?
- Ну да. У нас же на лбу не написано, что мы нечисть. И почему ты так
возмущаешься? Мы же не злые, мы ни на кого не нападаем, а просто путешествуем по
своим делам. Почему бы двум мирным путешественникам не посетить эльфийский
город?
- Ну, не знаю, - Циммерон, похоже, совсем загрузился, - раньше такого не было.
Есть эльфы, есть наемники, есть нечисть. Нечисть всегда сидит в берлогах, а если
выходит наружу, то нападает на эльфов.
- Наверное, мы неправильная нечисть, - задумчиво произнес Уриэль, и его глаза
весело блеснули.
- Да уж, - согласился Циммерон. - Ну, спасибо за угощение, нам пора.
И уже через минуту у костра остались только мы с Уриэлем.
- Испугался, - произнес Уриэль, глядя вслед уходящим эльфам. - А чего нас
бояться?
И он рассмеялся. Я вспомнил этот глупый анекдот и тоже рассмеялся.
За следующий день мы пересекли степь, которая оказалась совсем не бескрайней, и
прямо по курсу перед нами появились величественные пики горной системы
Джетхиллз. Уриэль говорит, что город Джет, столица Сссра, находится сразу за
этими горами.
Горы вставали медленно и как-то нехотя. Если перемещаться по земле, а не по
воздуху, не сразу и заметишь, что ты уже в горах. Степь постепенно становится
все более холмистой, зеленые островки маленьких рощиц попадаются все чаще и
становятся все больше, и вот они сливаются в сплошной зеленый ковер, и ты
понимаешь, что находишься уже на земле Джетхиллз.
Эту ночь Уриэль предложил провести в деревне.
- Почему бы и нет, - ответил я, - у халфлингов в деревне я уже был, а у эльфов
еще нет. Интересно будет сравнить быт двух народов.
Деревенский староста встретил нас неласково.
- Кто вы такие? - спросил он. - И куда держите путь вдвоем и не на лошадях?
Логичный вопрос - если мы воины, то должны идти как минимум взводом, а если
герои - должны быть на лошадях. А если жители - то нам вообще не следует без
дела бродить по стране.
- Мы привидения, - сказал Уриэль. - Мы держим путь в стольный град Джет, а какие
дела ведут нас туда, извини, почтенный, но это не твое дело.
- А подорожная у вас есть? - подозрительно поинтересовался староста.
- А как же! - воскликнул Уриэль и вытащил прямо из воздуха внушительно
выглядящий лист пергамента.
Я бросил беглый взгляд на это творение высшей магии и с трудом сдержал смех. На
листе было наляпано целых пять разноцветных печатей, а текст включал в себя штук
семь нецензурных анекдотов, записанных аннурскими рунами. Впрочем, староста не
умел читать, и подорожная произвела надлежащее впечатление.
- Так вы что, герои, что ли? - спросил он, на его лице была отчетливо написана
мысль: а не поклониться ли странным путникам на всякий случай? Но он все-таки
решил не кланяться.
- Нет, мы не герои, - сказал Уриэль. - Мы привидения.
- Значит, солдаты?
- Да нет же! Привидения мы.
- И как тогда мне принимать вас, привидений? - растерялся староста.
- А никак. Выдели нам один дом на двоих, а еды не надо, еду мы сами добываем. -
И он вытащил из воздуха полную кружку пива, которую тут же протянул старосте, -
угощайся, почтенный.
Староста взял кружку подрагивающей рукой и отхлебнул.
- Темное, - разочарованно сказал он.
- Разве? - деланно удивился Уриэль. - Попробуй еще раз.
Староста попробовал и прокомментировал результат подозрительно бесцветным
голосом:
- Светлое.
Как бы он в обморок не упал от потрясения. Видимо, Уриэль подумал то же самое,
потому что быстро и резко проговорил:
- Ладно-ладно, пиво потом распробуешь, давай распоряжайся насчет дома.
- Какого дома? - спросил староста и икнул.
- Как какого? - Уриэль начал терять терпение. - Что мы, по-твоему, будем на
улице ночевать?
- Так это, - староста никак не мог сформулировать мысль, - нет у нас, это,
гостевых домов. Чай, не у дороги живем.
- Ну так придумай чго-нибуды
- Может... Вот у зятя моего дом большой, а живут они вдвоем с супругой, детьми
еще не успели обзавестись. Если я их возьму к себе на одну ночь... Вам ведь
только на одну ночь ночлег нужен?
Уриэль кивнул:
- Тогда это легко. Точно, сейчас прямо и распоряжусь, ничего, одну ночь в
родительском доме Чмонка моя ненаглядная переночует, детство золотое вспомнит. А
это, женщины вам как - нужны?
Вместо ответа я смачно сплюнул. Староста дернулся и поспешно отступил на шаг.
- Нет, не нужны, - пояснил мой жест Уриэль. - И давай, дед, пошевеливайся живее!
Уже через полчаса Чмонка, миниатюрная беременная эльфийка, и ее юный беловолосый
муж освободили дом для непонятных, подозрительных и потенциально опасных
путников, которых надо хорошо принять и побыстрее спровадить, то есть для нас с
Уриэлем. Я сразу завалился на огромную двуспальную кровать, застланную шкурой
какого-то гигантского козла или, может быть, барана, а Уриэль встал у окна и
задумчиво произнес:
- Надо было еды какой-нибудь попросить, чтобы принесли, а то ты так и не
поговоришь ни с кем, боятся они нас.
- Ну и хрен с ними, - ответил я, - я и так уже понял все, что хотел.
- И что же ты понял? - Уриэль обернулся, и в его глазах вспыхнул интерес.
- То же самое, что и везде. Вначале этот староста выпендривался, а потом
напугался, хотя бояться было нечего. Так почти везде - все боятся того, что не в
силах понять. А начинаешь говорить по-хорошему, собеседник думает, что это ты
его боишься. И так везде. Кроме, пожалуй, Хоббитании.
Уриэль хмыкнул, но ничего не сказал.
Наконец-то я увидел снег в этом мире! Северные отроги Джетхиллза вздымаются так
высоко, что их склоны покрыты нетающим снегом, а воздух настолько разрежен, что
становится тяжело дышать. Наверное, это самые высокие горы Миррора, а может и
Аркануса тоже. Нечего было и думать преодолеть их пешком, да и в полете сделать
это непросто - поднимаешься чуть выше и начинаешь задыхаться.
- Слушай, Уриэль, - сказал я, - мы сначала переместились в Хеллгейт, а теперь
летим в Джет. А почему нельзя было перенестись в Джет сразу?
- Я же не знаю месторасположение Джета, я ведь там никогда не был.
- Но дорогу туда ты знаешь!
- Очень приблизительно. Если бы я попытался переместить нас прямо в Джет, то,
скорее всего, ошибся бы миль на сто. А ту местность я не знаю совершенно, мы
могли заблудиться.
- Но ведь всегда можно спросить дорогу у местных жителей.
- А если бы мы оказались здесь? У кого бы ты стал спрашивать дорогу?
- В таком случае можно сделать прыжок на пару десятков миль в любую сторону. Эти
края населены довольно густо, ну, кроме отдельных районов, и мы наверняка
оказались бы неподалеку от какой-нибудь деревни. А если нет, можно сделать еще
один прыжок.
- Ну не знаю... Можно было попробовать, но не думаю, что это сильно ускорило бы
путешествие. Да разве тебе не нравится путешествовать? Неторопливо пересекать
страну, любоваться пейзажами, наслаждаться беседой со случайными встречными...
Я фыркнул:
- То-то мы вчера наслаждались беседой. Нет, Уриэль, такое путешествие мне не
нравится. Я предпочитаю путешествовать там, где тепло и где есть чем дышать.
Уриэль пожал плечами:
- Но теперь уже поздно что-либо менять, Джет должен быть сразу за перевалом.
И на этом разговор прервался. Трудно разговаривать, когда не хватает воздуха.
И снова Уриэль продемонстрировал превосходство эльфийского зрения над хоббичьим.
Только тогда, когда он указал мне пальцем, я заметил, что почти неразличимая
темная точка на заснеженном склоне - это не просто точка, а незнакомец. Какой
расы - с такого расстояния не разглядеть. Но какой бы расы он ни был, что он
делает посреди необитаемой снежной пустыни?
Мы подлетели поближе, и оказалось, что это эльф. Естественно, эльф, кому же еще
сидеть на горе в считанных милях от эльфийской столицы? Эльф средних лет с
обычным непримечательным лицом, без оружия... Почему, кстати, без оружия? Ладно
без оружия, но снаряжение для лазания по горам у него точно должно быть.
Уриэль приземлился на склон шагах в десяти от незнакомца, я последовал примеру
Уриэля. Незнакомый эльф безразлично глянул на нас и вернулся к созерцанию
пейзажа. Мы подошли к нему вплотную, Уриэль уже открыл рот, чтобы заговорить,
как вдруг эльф произнес:
- Не правда ли, отсюда открывается великолепный вид? - И улыбнулся, добро, но
вместе с тем как-то чуть-чуть издевательски.
Я проследил направление его взгляда. Действительно, вид великолепный. Горы
обрываются вниз гигантским уступом, высотой не менее трех миль, а далеко-далеко
внизу, в кольце каменных стен, кажущихся с такой высоты линией, проведенной в
мокром песке тонкой палочкой, размещается город Джет. Синяя башня Сссра отсюда
кажется миниатюрным полудрагоценным камушком, невесть как закатившимся на
лужайку, ее детали не различить с такого расстояния, но сдается мне, что она
похожа на башню Оберика, как две капли воды похожи одна на другую. Интересно,
внутреннее устройство у них тоже одинаковое?
Уриэль кинул в пропасть беглый взгляд и обратился к н
...Поділитися у соцмережах
