Жанр: Фантастика
Плоский мир 20. Санта-хрякус
...клышко.
- Хотелось бы все-таки сохранить ему форму. Как и жизнь, - отвергла предложенный
вариант Сьюзен.
- Девушка, задачу изначально нужно формулировать четко и ясно.
И тут декан произнес магическую фразу, на протяжении многих веков служившую
двигателем науки и прогресса:
- А почему бы нам не смешать все это и не посмотреть, что получится?
И услышал от Чудакулли традиционный ответ:
- А вот это стоит попробовать.
Большую стеклянную колбу для лекарства установили на пьедестал в центре зала.
Волшебники способны даже из простого заклинания устроить целую церемонию, но сейчас...
сейчас был совсем другой случай. Излечение человека от самого сильного похмелья в мире
следовало обставить с соответствующим вкусом.
Сьюзен и Перепой внимательно наблюдали за смешиванием ингредиентов. Примерно в
середине процесса жидкость, приобретшая оранжево-коричневый цвет, издала громкий
"бульк".
- По-моему, получается изрядная гадость, - заметил профессор современного
руносложения.
Одной из самых важных составляющих было Усилительное Энглеберта. Декан бросил в
раствор зеленоватый светящийся шарик, который мгновенно пошел ко дну. Единственным
видимым эффектом стало появление лиловых пузырьков, которые поползли вверх по стенкам
сосуда и, перевалившись через край, упали на пол.
- И это все? - спросил о боже.
- Думаю, зря мы добавили йогурт, - сказал декан.
- Я не собираюсь это пить, - сообщил Перепой и тут же схватился за голову.
- Богов практически невозможно убить, - заметил декан.
- Тогда почему бы вам не сунуть мои ноги в мясорубку?
- Ну, если ты думаешь, что это поможет...
- Признаться, я предполагал встретить определенное сопротивление со стороны
пациента, - сообщил аркканцлер. Он снял шляпу и достал из специального кармашка в
подкладке небольшой хрустальный шар. - Посмотрим, чем там занимается бог вина... Таким
вечером, как сегодняшний, найти столь известного весельчака и выпивоху не составит никаких
проблем.
Он подул на шар, потер его ладонью и тут же радостно улыбнулся.
- Да вот же он, маленький шельмец! В Дунманифестине, как мне кажется. Ну, точно...
валяется на диване в окружении хмельных менад.
- Хмельных монад? - не понял декан.
- Менады - это... девушки, прекрасные и слегка разнузданные, - пояснила Сьюзен, и
тут же толпа волшебников пришла в движение, словно магнитом притянутая к сверкающему
шару.
- Никак не пойму, что он делает... - пробормотал Чудакулли.
- Может, я сумею рассмотреть? - с надеждой в голосе предложил заведующий
кафедрой беспредметных изысканий.
Чудакулли повернулся к нему спиной, пряча шар.
- Ага! - воскликнул он. - Похоже, как всегда, пьет... ну да, точно, насколько я могу
судить, пиво и черносмородиновую настойку...
- О боже... - простонал о боже.
- А эти, ну, как их, девицы... - начал было профессор современного руносложения.
- На столе еще куча бутылок, - продолжал репортаж Чудакулли. - Этикетки почти не
видны. В одной, гм, кажется укипаловка, которую, как вы, наверное, знаете, гонят из яблок...
- В основном из яблок, - поправил его декан. - Так что там бедные девушки?..
О боже упал на колени.
- А в другой... Плавает какой-то червяк...
- О боже...
- А еще на столе стоит пустой бокал, большой... не знаю, что там было, но сейчас оттуда
торчит бумажный зонтик. И вишенка на палочке. Да, а еще забавная маленькая обезьянка.
- О-о-о-о...
- ...Ну и так далее, и тому подобное, - весело произнес Чудакулли. - Бутылок очень
много. И все разноцветные. Цвета дынь, кокосовых орехов, шоколада - чего только там нет.
Кстати, забавно: все бокалы на столе емкостью не меньше пинты...
Перепой упал навзничь.
- Хорошо, - пробормотал он. - Я выпью эту гадость.
- Но лекарство еще не готово, - возразил Чудакулли. - А, вот и Модо.
В зал на цыпочках вошел Модо, толкая перед собой тележку. На тележке стояла большая
металлическая чашка, заполненная колотым льдом, из которого торчала небольшая бутылка.
- Приготовил специально на страшдество, - пояснил Чудакулли. - Не знаю, успел ли
настояться.
Он убрал хрустальный шар и достал из шляпы пару толстых перчаток.
Волшебники мгновенно порскнули по сторонам. Только что они толпились вокруг
Чудакулли, а в следующее мгновение уже выглядывали из-за наиболее массивных предметов
меблировки.
Сьюзен почувствовала себя так, будто присутствует на церемонии, в правила проведения
которой ее никто не позаботился посвятить.
- Что это такое? - спросила она, когда Чудакулли крайне осторожно поднял бутылку.
- Соус Ухты-Ухты, - сказал Чудакулли. - Лучшая известная человеку приправа.
Прекрасное дополнение к мясу, рыбе, птице, яйцам и многим овощным блюдам. Хотя не
рекомендуется употреблять, если бутылка все еще покрыта конденсатом. - Он осмотрел
бутылку и провел по ней пальцем, породив пронзительный скрип. - С другой стороны, -
весело продолжал он, - терять нам нечего, пациент наш практически бессмертен, а значит,
можно и рискнуть.
Он прижал пальцем пробку и сильно встряхнул бутылку. Раздался громкий стук - это
заведующий кафедрой беспредметных изысканий и главный философ попытались
одновременно спрятаться под одним столом.
- А моим парням соус почему-то не нравится, - пожал плечами Чудакулли, направляясь
к колбе.
- Я предпочитаю соусы, после употребления которых не нужно сидеть неподвижно по
крайней мере в течение получаса, - пробормотал декан.
- И которые не используют для дробления каменных глыб, - добавил главный философ.
- И которые не запрещены законом по крайней мере в трех городах, - кивнул
профессор современного руносложения.
Чудакулли осторожно открыл бутылку. Резко зашипел втягиваемый внутрь воздух.
Он позволил нескольким каплям упасть в колбу. Ничего не произошло.
Плеснул туда порцию соуса побольше. Жидкость оставалась безнадежно инертной.
Чудакулли с недоверием понюхал горлышко бутылки.
- Может, слишком мало тертого койхрена? - пробормотал себе под нос он, перевернул
бутылку и вылил остатки соуса в колбу.
В ответ раздалось лишь "бульк".
Волшебники стали подниматься, отряхивать балахоны и смущенно улыбаться друг другу
- улыбками людей, только что выступавших плечом к плечу в одной команде по синхронному
выставлению себя круглыми дураками.
- Я так и думал, - кивнул Чудакулли. - Аса-Фетида попалась выдохшаяся.
Он повернул бутылку и с грустью посмотрел на нее.
Затем перевернул ее еще раз и постучал по донышку.
Тонкая струйка пробежала по стенке. Соус скопился у горлышка и заблестел. Потом
начала формироваться капля.
Головы волшебников словно на невидимых ниточках повернулись в сторону бутылки.
Волшебники не были бы волшебниками, если бы не умели хотя бы чуть-чуть заглядывать
будущее. Капля становилась все больше, затем она приняла грушевидную форму... Вряд ли
можно было ожидать от людей, столь отягощенных возрастом и талиями, подобной прыти, но
волшебники буквально в мгновение ока очутились на полу. Капля тоже упала. И сделала
"бульк". И все.
Окаменевший как статуя Чудакулли отмер и облегченно вздохнул.
- Ну вы, парни, даете, - сказал он, поворачиваясь к колбе спиной. - Я ожидал от вас
большего присутствия духа...
Мощный взрыв сбил его с ног. Огненный шар поднялся к потолку, расползся в стороны и
с громким хлопком исчез, оставив напоминающее хризантему пятно копоти.
Чистый, белый свет залил помещение. Раздался звук.
ДИНЬ. ДИНЬ. ПШ-Ш.
Волшебники рискнули поднять головы. Колба светилась. Она была заполнена жидким
светом, который неспешно пузырился и разбрасывал искры, будто переливающийся бриллиант.
- Ничего себе... - прошептал профессор современного руносложения.
Чудакулли поднялся с пола. Вследствие своей округлой формы волшебники неплохо
катались, а от твердых предметов просто отскакивали.
Яркий свет отбрасывал на стены длинные тени медленно приближавшихся к колбе
волшебников.
- Что это было? - спросил декан.
- Я помню, однажды отец дал мне очень ценный совет относительно всяческих
напитков, - поделился Чудакулли. - Так вот, он сказал: "Сынок, никогда не пей то, из чего
торчит бумажный зонтик; то, что смешно называется, и то, что меняет цвет при добавлении
последнего ингредиента. И никогда, никогда не поступай вот так..."
Он сунул в колбу палец.
С пальцем, как ни странно, ничего не произошло. Чудакулли подцепил чуток светящейся
смеси.
- Осторожнее, аркканцлер, - предупредил его декан. - Или вы хотите познать
абсолютную трезвость?
Чудакулли замер, не успев поднести палец к губам.
- Верно заметил, - похвалил он. - Пожалуй, мне уже поздновато
перевоспитываться. - Аркканцлер огляделся. - Как мы обычно проверяем... ну, всякое такое,
неизвестное?
- На студентах-добровольцах, - ответил декан.
- А если добровольцев нет?
- Все равно даем студентам.
- Но это же неэтично.
- Этично, если не говорить студентам.
- Согласен.
- Я попробую... - пробормотал о боже.
- Ты в самом деле собираешься попробовать то, что приготовили эти клоу... эти
господа? - не поверила собственным ушам Сьюзен. - Но это варево может убить тебя на
месте!
- У тебя, наверное, никогда не было похмелья, - сказал о боже. - Иначе бы ты не
говорила всякие глупости.
Он, пошатываясь, подошел к колбе, со второй попытки взял ее в руки и выпил до дна.
- Ну, сейчас начнется, - каркнул сидящий на плече Сьюзен ворон. - Пламя изо рта,
дикие крики, выпученные глаза, обливание холодной водой и все такое прочее...
Смерть, к своему немалому удивлению, понял, что нынешние обязанности действительно
доставляют ему удовольствие. Раньше в очередь к нему на прием никто не выстраивался.
- СЛЕДУЮЩИЙ! И КАК ЖЕ ТЕБЯ ЗОВУТ, МАЛЕНЬКИЙ... - Он запнулся, но
собрался с мыслями и закончил: - СУБЪЕКТ?
- Шнобби Шноббс, дедушка Санта-Хрякус. - "Интересно, мне это кажется или колено,
на котором я сижу, слишком уж костлявое?" - невольно подумал Шнобби. Мозг утверждал
одно, но ягодицы, которыми сидели, - совсем другое.
- И ТЫ БЫЛ ХОРОШИМ МАЛЬ... ХОРОШИМ ГНО... ХОРОШЕЙ ОБЕЗ... ХОРОШЕЙ
ЛИЧНОСТЬЮ?
Тут Шноббс вдруг понял, что язык перестал ему повиноваться.
- 'а, - произнесли взбунтовавшиеся вдруг губы.
Шноббс попытался взять себя, вернее язык, в руки, а странный голос продолжал:
- ЧТО Ж, ПОЛАГАЮ, ТЫ ХОЧЕШЬ ПОЛУЧИТЬ ПОДАРОК, КАК И ВСЯКИЙ
ХОРОШИЙ МА... ЧЕЛО... ГНО... ИНДИВИДУУМ?
"Ага, вот тут ты и попался, теперь никуда не денешься, дружище. Готов поспорить, ты
даже не помнишь подвал под сапожной мастерской, что на улице Старых Сапожников! Каждое
страшдество мой маленький мирок рушился! О, как я страдал!"
Слова поднялись по горлу Шнобби, но, так и не добравшись до голосовых связок, были
остановлены чем-то древним и переведены, к его изумлению, в едва слышное:
- 'а.
- ЧТО-НИБУДЬ КРАСИВОЕ?
- 'а.
От самообладания Шнобби почти ничего не осталось. Мир состоял только из его
обнаженной души и Санта-Хрякуса, заполнившего собой всю вселенную.
- И ТЫ, КОНЕЧНО, БУДЕШЬ ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИ В СЛЕДУЮЩЕМ ГОДУ?
Крошечные остатки прежнего Шнобби хотели сказать: "А что ты подразумеваешь под
"хорошо", господин? Скажем, я возьму кое-что, чего никто не хватится? Или, например, мой
друг будет патрулировать улицу, увидит ночью незапертую дверь магазина. Ну, то есть заходи
кто хочет. Мой друг, скажем, возьмет кое-что в качестве вознаграждения, а потом сообщит
хозяину лавки о двери. Что такое "хорошо" и что такое "плохо"?"
По мнению капрала Шноббса, "хорошо" и "плохо" были понятиями относительными.
Например, большую часть его родственников составляли преступники. Однако приглашение к
дискуссии на философские темы было опять подавлено благоговейным трепетом перед
заполнившей все небо бородой.
- 'а, - пискнул он.
- ИНТЕРЕСНО, ЧТО ТЕБЕ МОЖЕТ ПОНРАВИТЬСЯ?
Шнобби промолчал. Будь что будет, все равно он ничего не может поделать... Сейчас свет
в конце его умственного тоннеля освещал лишь вход в очередной тоннель.
- АГА, ЗНАЮ...
Санта-Хрякус потянулся к мешку и достал оттуда странной формы предмет, завернутый в
праздничную бумагу, которая по причине некоторой путаницы в голове ныне действующего
Санта-Хрякуса была украшена изображениями воронов. Капрал Шноббс взял сверток
дрожащими руками.
- И ЧТО НАДО СКАЗАТЬ?
- 'П'сибо.
- А ТЕПЕРЬ МОЖЕШЬ ИДТИ.
Капрал Шноббс слез с колена и двинулся сквозь толпу. Он бы так и шел куда глаза глядят,
если бы его не остановил констебль Посети.
- Что случилось? Что там было? Я ничего не видел!
- Не знаю, - промямлил Шнобби. - Он дал мне вот это.
- И что это?
- Не знаю...
Он сорвал украшенную воронами подарочную упаковку.
- Это просто отвратительно, все вот это, - продолжал бубнить констебль Посети. -
Идолопоклонство...
"Это же настоящий "Коренной-и-Рукисила", арбалет двойного действия с тройным
шарниром, полированным ореховым прикладом и серебряной инкрустацией!"
- ...Грубая коммерциализация информации, имеющей чисто астрономическое
значение, - обличал Посети, который, начав проповедовать, уже не мог остановиться. - Если
этот день и нужно отмечать, то...
"Я видел его в "Наемнике фортуны"! В рубрике "Что купить, если скоропостижно
скончался богатый дядя"! С пометкой "Выбор редакции"! Причем, как утверждалось, репортеру
пришлось сломать обе руки, чтобы отобрать у чего этот арбалет!"
- ... Скромной службой...
"Он стоит больше, чем я получаю за год! Такие делают только по заказу! И ждать
приходится долгие годы!"
- ...Да-да, скромной религиозной службой. - Тут до констебля Посети дошло, что
чего-то - или кого-то - не хватает.
- Капрал, но где тот самозванец, которого мы должны были арестовать?
Капрал Шноббс воззрился на него сквозь застлавший глаза туман собственника.
- Ты иностранец, Горшок, - сказал он. - И тебе никогда не понять, почему мы так
любим страшдество.
О боже очень часто заморгал.
- Ага, - наконец сказал он. - Уже гораздо лучше. Да, определенно лучше. Спасибо.
Волшебники, разделявшие точку зрения ворона на обязательные повествовательные
условности жизни, наблюдали за ним с некоторой опаской.
- Сейчас начнется, - уверенно заявил профессор современного руносложения. -
Сначала, наверное, раздастся душераздирающий вопль, а потом...
- Знаете, - продолжал о боже, - я бы даже не отказался от яйца всмятку.
- ...Его уши примутся вращаться с бешеной скоростью...
- И стакан молока.
Чудакулли в замешательстве уставился на него.
- Ты действительно лучше себя чувствуешь? - уточнил он.
- Конечно, - ответил о боже. - Я могу улыбаться, не опасаясь, что верхняя часть моей
головы отвалится.
- Нет-нет-нет, - встрял декан. - Так не пойдет. Всем известно: настоящее избавление
от похмелья протекает совсем иначе. Это как-никак процесс.
- По-моему, я теперь даже могу шутить, - осторожно заметил о боже.
- И у тебя нет непреодолимого желания срочно бежать, найти какую-нибудь бочку с
водой и сунуть туда голову? - спросил Чудакулли.
- Э... честно говоря, нет, - признался о боже. - Но я бы не отказался еще и от
бутерброда.
Декан снял шляпу и достал чудометр.
- Что-то случилось, - сообщил он. - Чудо-метр зафиксировал сильный магический
скачок.
- А лекарство не показалось тебе несколько... пряным на вкус? - не успокаивался
Чудакулли.
- Оно показалось мне безвкусным, - ответил о боже.
- Послушайте, это же очевидно! - воскликнула Сьюзен. - Когда бог вина пьет,
последствия испытывает на себе бог похмелья, но когда бог похмелья принимает лекарство,
последствия... возвращаются назад по той же цепочке.
- Возможно, ты и права, - признал декан. - Он своего рода трубопровод.
- Ага, а иногда из меня начинал бить фонтан, - кивнул о боже.
- Девушка абсолютно точно права, - авторитетно заявил Чудакулли. - Бог вина пьет, а
этот парень потом мучается. Однако наш больной излечился - стало быть, теперь все
побочные эффекты должен ощутить на себе тот, кто пьет...
- Тут вроде был волшебный кристалл, - произнес о боже звенящим от мстительности
голосом. - Я очень хочу это увидеть...
Бокал был большим. Очень большим и очень высоким. И содержал один из тех
специальных коктейлей, что, как правило, смешиваются из очень густых и очень крепких
ингредиентов. Хотя нет, немного не так: ингредиенты, наоборот, наливают крайне осторожно,
чтобы они располагались слоями. И названия этим коктейлям дают, как правило, очень
красивые: "Светофор" или, допустим, "Месть Радуги". Но честные бармены называют их
просто: "Прости-Прощай, Мой Бедный Мозг".
А еще в коктейле плавал листик салата. Ломтики лимона и ананаса были кокетливо
надеты на посыпанный сахарным песком край бокала. Однако и на этом создатель коктейля не
успокоился: еще из бокала торчали два бумажных зонтика, розовый и синий, с вишенками на
самых верхушках.
Плюс льдинки в виде маленьких слоников. В общем, извратились по полной, гулять так
гулять.
Да, а места, в которых обычно пьют такие коктейли, называются, к примеру,
"Кококобана".
Бог вина с предвкушением потянулся к бокалу. Он очень любил такие коктейли.
Откуда-то долетали звуки румбы. К богу прижимались две приятные во всех отношениях
девушки. Ночь обещала быть томной. Впрочем, для бога вина все ночи были такими.
- Счастливого страшдества! - провозгласил он, поднимая бокал.
И чуть позже:
- Никто ничего не слышал? - Кто-то дунул в бумажную пищалку.
- Нет, я серьезно... Как будто что-то бренькнуло?..
Никто ничего не слышал, поэтому бог всего лишь пожал плечами и толкнул локтем одну
из собутыльниц.
- Ну что, хлопнем еще по паре бокальчиков и поедем в один клуб, ты не против? -
игриво осведомился он.
А потом...
Волшебники отшатнулись от шара и брезгливо поморщились.
Только о боже словно прилип к кристаллу. По лицу его блуждала злорадная улыбочка.
- Вот это извержение! - закричал он и взмахнул кулаком. - Да! Да! Да!
Справедливость торжествует! Ха! Яблочки-то не впрок пошли!
- И не только яблочки... - поморщился декан.
- В общем, там много чего было, - пресек надвигающееся препирательство
Чудакулли. - Ну что ж, похоже, нам удалось развернуть причинно-следственный поток...
- И так будет постоянно? - с надеждой в голосе спросил о боже.
- Гм, сомневаюсь. В конце концов, это ведь ты бог похмелья. Скорее всего, когда
закончится действие лекарства, поток снова изменит направление и...
- Значит, у меня совсем мало времени. Так, принесите мне... м-м-м... двадцать кружек
пива, перцовку и бутылку кофейного ликера! С зонтиком! Посмотрим, как тебе это понравится,
господин А-Может-Еще-По-Одной!
Сьюзен схватила его за руку и толкнула к ближайшей скамейке.
- Я не для того приводила тебя в чувство, чтобы ты тут же надрался!
- А для чего ж еще? - подозрительно спросил о боже.
- Я хочу, чтобы ты помог мне!
- Помог как?
- Ты говорил, что никогда не был человеком, верно?
- Э-э... - О боже осмотрел себя. - Верно, - подтвердил он. - Никогда.
- То есть ты никогда ни в кого не воплощался? - удивился Чудакулли.
- По-моему, это слегка личный вопрос, - встрял заведующий кафедрой беспредметных
изысканий.
- Да нет вроде... - неуверенно произнес о боже. - Странно, я помню головные боли,
но не помню, была ли у меня когда-нибудь голова. Но так ведь не бывает, правда?
- Значит, ты существовал потенциально? - спросил Чудакулли.
- Потенциально? - переспросил о боже.
- Как-как? - переспросила Сьюзен. Чудакулли задумался.
- Неужели... - наконец произнес он. - Кажется, причиной всему я. Я, помнится,
говорил что-то молодому Думмингу о выпивке и похмелье. И...
- И тем самым ты создал его? - хмыкнул декан. - В это очень трудно поверить,
Наверн. Ха! Из воздуха? Значит, мы все можем это сделать? Эй, никто никого не хочет
выдумать? Какую-нибудь новую фейку?
- Или гномика. Гномика выпадающих волос, к примеру... - подхватил шутку
профессор современного руносложения.
Остальные волшебники рассмеялись.
- И вовсе у меня волосы не выпадают! - рявкнул декан. - Они просто слегка
прорежены.
- Ага, ряд справа и ряд слева, - кивнул профессор современного руносложения.
- Облысения не стоит стесняться, - спокойно возразил Чудакулли. - Кстати, декан,
знаешь, что говорят о лысых?
- "Ты только посмотри, какая лысина!" - нечто вроде того? - предположил профессор
современного руносложения.
В последнее время декан часто его доставал.
- Еще раз повторяю, - сорвался на крик декан, - я не...
Он вдруг замолчал.
"Динь-динь-динь", - прозвучало откуда-то.
- Интересно, откуда доносится этот звук? - спросил Чудакулли.
- Э... - неуверенно произнес декан. - Посмотрите, у меня на голове ничего нет?
Волшебники уставились на него.
Под шляпой декана что-то шевелилось.
Он осторожно снял шляпу.
Вцепившись в волосы обеими лапками, на голове у декана сидел очень маленький гном и
щурился от яркого света.
- Что, какие-то проблемы? - осведомился гномик.
- Снимите его с меня! - завопил декан.
Волшебники стали нерешительно переглядываться. Они слышали о том, что всякие
мелкие паразиты могут переносить болезни, и, хотя гномик совсем не походил на паразита да и
размерами был побольше, подцепить "расширение скальпа" не хотелось никому.
Гномика схватила Сьюзен.
- Ты гном выпадающих волос? - осведомилась она.
- А кто ж еще? - огрызнулся извивающийся в ее руке гномик.
Декан осторожно провел руками по волосам.
- Что ты делал с моими волосами? - заорал он.
- Кажется, часть их них я должен был переместить на расческу, - ответил гном, - а из
другой части соткать маленький коврик, чтобы засорить сливное отверстие в ванне.
- Что значит " кажется " ?.. - нахмурился Чудакулли.
- Одну секундочку, - перебила его Сьюзен и повернулась к о боже. - А где именно ты
раньше был? Ну, перед тем как я нашла тебя в снегу?
- Гм... по-моему, везде, - пожал плечами о боже. - Скажем так: везде, где незадолго
до этого потреблялись в диких количествах всякие спиртные напитки.
- Ага! - воскликнул Чудакулли. - То есть ты был своего рода имманентной жизненной
силой?
- Имма... Возможно, - согласился о боже.
- Стало быть, пошутив о гномике выпадающих волос, мы таким образом сфокусировали
его на голове декана, - торжествующе заметил Чудакулли. - Разумеется, проблемы декана и
до того были видны невооруженным глазом, просто мы, люди вежливые и благовоспитанные,
все никак не решались сообщить ему об этом.
- Значит, называя те или иные вещи, вы вызываете их к жизни! - догадалась Сьюзен.
- Интересно, а можно вызвать к жизни гоблина Дай-Большой-Мешок-Денег-Декану? -
спросил декан, который в определенных ситуациях умел соображать очень быстро. Он с
надеждой обвел всех взглядом. - Никто не слышал сказочного звона?
- А тебе часто дают большие мешки денег? - спросила Сьюзен.
- Ну, не сказать, чтобы на ежедневной основе, - туманно откликнулся декан, - но...
- Из чего следует вывод: гоблина Дай-Большой-Мешок-Денег-Декану вызвать нельзя,
поскольку для него нет оккультного пространства, - перебила его Сьюзен.
- А вот лично я всегда недоумевал, куда деваются носки, - весело заявил казначей. -
Ну, сами знаете: один носок из пары есть, а другой куда-то подевался. В детстве я даже считал,
что есть такое существо...
Волшебники призадумались. А затем - и это услышали все - раздался отчетливый звон
воплощающейся магии.
Театральным жестом аркканцлер вскинул указательный палец к потолку.
- Все в прачечную! - крикнул он.
- Она внизу, Чудакулли, - напомнил декан.
- Все вниз, в прачечную!
- А как же госпожа Герпес? Она ведь не разрешает нам туда соваться, - поежился
заведующий кафедрой беспредметных изысканий.
- Интересно, кто в этом Университете аркканцлер? - осведомился Чудакулли. -
Может, госпожа Герпес? Мне так не кажется. Аркканцлер - я. Поразительно, но это факт.
- Ты ведь ее знаешь... - пробормотал заведующий кафедрой.
- М-да, пожалуй, ты прав... - протянул Чудакулли. - Но...
- Кажется, она уехала на все праздники к своей сестре, - сообщил казначей.
- ...Но неужели мы, волшебники, испугаемся какой-то домоправительницы?! - тут же
воскликнул Чудакулли. - Все в прачечную!
Возбужденные волшебники толпой повалили прочь из зала, оставив в нем Сьюзен, о боже,
грибного гномика и гномика выпадающих волос.
- Слушай, - поинтересовался о боже, - а кто все эти люди?
- Одни из величайших умов Плоского мира, - ответила Сьюзен.
- Нет, я чего-то не понимаю... Или лекарство перестает действовать?
- В данном случае характеристика "величайший" относится скорее к размерам, -
пожала плечами Сьюзен. - Кроме того, ты наверняка слышал высказывание: "Если хочешь
достичь истинной мудрости, перво-наперво стань как младенец".
- Но им известно, что это всего лишь первая ступень?
- Наверное, - вздохнула Сьюзен. - Во всяком случае, они то и дело разбивают о нее
носы.
- А-а, - откликнулся о боже. - Как ты думаешь, тут есть что-нибудь...
безалкогольное?
Путь к мудрости действительно начинается с первой ступени, ну, или с первого шага, как
еще говорят.
Однако очень часто люди забывают о тысячах других ступеней, следующих потом.
Человек поднимается на первую ступень с искренним желанием начать жить в единстве с
вселенной, но следующий логический шаг так и не делает - мало кому хочется семьдесят лет
провести на горе, питаясь одним рисом и периодически балуясь чайком из шерсти яка. Может,
дорога в ад и в самом деле вымощена благими намерениями... Самые первые ее ступени - это
уж точно.
Именно в подобные моменты декан жил полной жизнью. Он мчался впереди всех,
шнырял между огромными древними котлами и тыкал посохом в темные углы, постоянно
повторяя: "Чоп! Чоп!"
- А с чего вы все взяли, что эта тварь должна появиться именно здесь? - шепотом
спросил профессор современного руносложения.
- Во всех прачечных реальность крайне нестабильна, - пояснил Чудакулли, поднимаясь
на цыпочки, чтобы заглянуть в бак для отбеливания. - Тут столько всякого скапливается... Уж
тебе ли не знать.
- Но почему именно сейчас? - встрял заведующий кафедрой беспредметных изысканий.
- Отставить разговорчики! - прошипел декан и, вытянув перед собой посох, прыгнул в
следующий проход. - Ха! - торжествующе завопил он и тут же принял разочарованный вид.
- А эта ворующая носки тварь - она большая? - спроси
...Закладка в соц.сетях
