Город и ветер

страница №13

...ок с
тем, что ему понадобится для заклинания. В душе боролись насмешка, злость и какое-то
отчаянное упрямство. Великие стихии, он хотел построить дурацкий портал. Это был вызов. А
Тэйон Алория никогда не мог устоять перед вызовом, достойным его мастерства.
Через несколько минут они были готовы. Госпожа адмирал с ног до головы закуталась в
свой церемониальный плащ. Цепочка с пристегнутой к ней полудюжиной талисманов -
тщательно подобранные обереги, помогшие ей пройти сквозь защитные системы королевского
дворца - отправилась обратно в закрома Тэйона. Вместо них лэри надела свое старое витое
ожерелье, выполненное в виде морских раковин и несущее в себе всю силу непокорного океана.
Магистр Алория, когда-то подаривший его жене, не знал, что за мастер вод создал это творение,
но варварское украшение было фантастически мощным артефактом, оберегавшим носителя от
гнева морской стихии. Вплоть до того, что позволяло дышать под водой или выплывать из
когтей самой яростной бури. В голове магистра воздуха, когда он остановил взгляд на тяжелом
украшении, забрезжила смутная пока идея, но усилием воли он отодвинул ее на границу
сознания. Не сейчас.
- Постойте.
Тэйон выудил откуда-то из глубин плаща руку жены, морщась, закатал черный
кольчужный рукав и с чувством выполненного долга надел на ее запястье невзрачный
бронзовый браслет, украшенный изображениями миниатюрных рыцарских щитов. Эту
безделушку он год назад приобрел у мага из земляных, решившего распродать дедово
наследство, и хотя цена до сих пор заставляла магистра воздуха болезненно кривиться, оно того
стоило.
- Мой господин, у нас сегодня день ювелирных подарков? - сухо спросила Таш,
приводя в порядок доспехи и ощущая, как заключенная в браслете сила больно жжет
обнаженную кожу. Через несколько часов запястье наверняка распухнет и пойдет красными
пятнами. Госпожа Алория давно уже смирилась с тем, что не только не способна к магии, но
испытывает ко многим ее проявлениям сильную аллергию, однако напоминания об этом до сих
пор вызывали у нее раздражение.
- Потерпите, моя лэри, - отрезал Тэйон. Тащить ее с собой без надежной защиты он не
собирался.
Все снаряжение мага было приготовлено заранее. Он устроил сумку на коленях, поднялся
чуть повыше. Госпожа адмирал запрыгнула на подножку кресла, привычно ухватившись за
спинку, и магистр Алория активировал спрятанный под сиденьем камень, генерировавший
защитное поле. Прозрачное дрожащее марево широкой сферой охватило их фигуры.
На этот раз он использовал устойчивый стационарный портал, действовавший уже не
первый год. Кресло скользнуло в соседнюю с кабинетом лабораторию, где на каменном полу
светилась вписанная в окружность пентаграмма. Остановил кресло в самом центре, вскинул
руку, движением пальцев завершая заклинание, используя свою силу, лишь чтобы немного
стабилизировать напряженные линии. В следующее мгновение стены комнаты растворились
перед их глазами.
Вокруг бушевали, сплетясь в смертельных объятиях, море и ветер.
Тэйон и Таш застыли на выщербленной, лишенной всякой растительности скале,
возвышавшейся перед входом в гавань. К подножию горы припали мощные оборонительные
бастионы крепости, почти невидимые в наполненной дождем тьме. Это место издревле
считалось вотчиной мастеров погоды, сюда же поднимались маги, защищавшие город от
вторжения. Магистр Алория успокоенно опустил арбалет. Он, вопреки собственной логике,
опасался наткнуться здесь, скажем, на мастера течений, а то и на главу Совета со товарищи,
пытавшихся совладать со стихией. Однако господа водные явно были в эту ночь заняты чем-то
более срочным. Или же просто предпочитали творить магию, забившись в уютную
безопасность своих лабораторий.
Не то чтобы магистр Алория их за это осуждал. Выйти сегодня на улицу мог только
сумасшедший. Или истинный стихийный маг.
Защитное поле, окружавшее кресло мага, гасило сумасшедшие порывы ветра и заставляло
бьющую стену дождя расступаться перед двумя фигурами. Даже при самых сильных порывах
до них долетали только легкие брызги. И тем не менее творившаяся в открытом море и
бескрайнем небе вакханалия заставила даже видавшую всякие шторма адмирала д'Алорию
передернуть плечами. Тэйон, который обостренным чутьем мага воздуха уловил гораздо
больше, вцепился в подлокотники кресла. Не от страха, а от пронзившего его нервной дрожью
восторга. Стихия вырвалась на свободу. Стихия была ужасающа. Стихия была прекрасна.
- Мой господин...
Он усилием воли прервал зачарованный транс, отвел глаза от бушующих во тьме пенных
валов. Сделал рукой круговое движение, заставляя защитную сферу расшириться, охватывая
всю вершину смотровой скалы. Маг появился в самом центре правильного круга, выложенного
из серых, обглоданных ветром валунов. Спокойная мощь басовитым гудением жила в этом
месте, более древняя, чем весь раскинувшийся позади город. Не магический источник, а нечто
более... изначальное. Маг заставил кресло обернуться вокруг своей оси, внимательно
осматриваясь. Один жест, и ровная площадка оказалась очищена от принесенного ветром и
застрявшего в щелях мусора. В руке мага появился длинный легкий посох с заостренным
концом, которым магистр воздуха принялся чертить отливающие синим серебром символы.
Небеса на мгновение озарились молнией, заставив людей еще раз замереть перед открывшейся
им удивительной, вызывающей трепет красотой.
Таш взяла с коленей магистра небольшой мешок и пошла по кругу против часовой
стрелки, осторожно устанавливая на поверхности камней тщательно отобранные для
готовящегося заклинания артефакты: причудливая морская раковина, крупный осколок
необработанного янтаря с застывшим внутри насекомым, ограненный в виде пирамиды
огненно-красный кристалл, выточенный из кости нож, зашитая в тонкий хлопок горсть земли...

Затем достала тринадцать тонко пахнущих кубиков горючего материала, разложила перед
камнями и подожгла. Тринадцать маленьких костров осветили ночь идеально очерченной
окружностью.
Магистр еще раз оглядел знаки, светящиеся среди камней. Прежде всего круг защиты -
тройной щит, запечатанный символами замкнутой бесконечности: один слой ограждал от
иномирных воздействий, другой - от магической энергии, третий - от материальных атак.
Начинать без такой защиты сколько-нибудь серьезное вмешательство в глубокие структуры
окружавших великий город полей было бы по меньшей мере... самонадеянно.
В центре символ бегущего солнца - основа для заклинания, якорь, который привяжет
выход из портала к конкретной точке в пространстве. Расположенные треугольником символ
аварэо, символ йакха и почти не используемый лаэссэйскими магами ввиду связи с "темными"
сторонами искусства символ лада. В воздухе над ними плыла невидимая для обычного взора
тринадцатилучевая звезда, каждая вершина которой была обращена к одному из составлявших
круг валунов. Мастер ветров еще раз огляделся, проверяя расположение артефактов: Таш,
конечно, неплохо разбиралась в теории, но она не была магом и могла что-нибудь напутать.
Все расчеты были произведены еще накануне, но это был как раз один из тех случаев,
когда нельзя быть слишком осторожным. Тэйон извлек из мешка причудливого вида прибор,
напоминавший нечто среднее между барометром, компасом и астролябией. Осторожно
установил его на длинных выдвижных ножках, долго измерял показания и записывал их на
листе бумаги. Затем еще дольше сидел над этим листом, переставляя цифры из одной формулы
в другую, складывая матрицы чисел. Таш застыла рядом, подобная темной статуе, ни словом,
ни жестом не выдавая своего нетерпения. Наконец маг отложил расчеты, подумал, достал из
кармана стеклянную призму и, тщательно измерив угол наклона, сделал его чуть острее. Почти
незаметно. Сверился со своими записями и удовлетворенно хмыкнул. Дальше тянуть было
бессмысленно.
- Моя лэри, отойдите, пожалуйста, к валунам, но ни в коем случае не покидайте границ
круга.
Остановил кресло, развернувшись лицом на юго-запад, к бушующему морю. Не глядя,
протянул руку над нарисованными на камнях символами. Закрыл глаза.
И отпустил свое сознание на волю. Слился мыслями с ветром, устремился ввысь, вдаль,
прочь из этого мира. Во тьму.
Туда же, где скиталась душа ехидной старой ведьмы, чье тело сидело, скрестив ноги, в
маленькой каюте, а разум тонкой звонкой нотой взывал к тем, кто мог услышать. Не заметить
Динорэ, когда та хотела быть замеченной, было сложно.
"Ди Акшэ".
"Алория".
Они оба испытывали облегчение, но оба считали недопустимым показать это.
"Итак, она все-таки решила идти ва-банк, - задумчиво протянула Динорэ, - значит, дела
в городе совсем плохи".
Тэйон не стал отвечать на совершенно риторический вопрос. "Вы готовы, госпожа?"
Старая волшебница фыркнула. Даже мысленно этот звук у нее получался сварливым,
склочным и надменным. "Удерживай свой якорь, мальчишка".
Магистр Алория счел ниже своего достоинства отвечать в том же тоне. Вместо этого он
сжал руку над символами, впиваясь пальцами в сияющую энергию, и развернул заклинание.
Два сознания устремились навстречу друг другу сквозь бездну, разделяющую миры. Два
сознания впились друг в друга, создавая нерушимый мост между двумя точками в
пространстве. Тэйон опустил свое кресло на камни, построив еще более плотный контакт с
землей, водой, воздухом и огнем. Врастая через лежащие на камнях магические артефакты в
древние валуны, в плоть этого места. Внезапно вскинул вторую ладонь, в которой была сжата
призма. Соединил руки, заставляя "якорь" пройти через искажающее стекло, ощущая, как под
воздействием этой поправки точка перехода сместилась со скалы, где она находилась, в море, к
выходу из гавани.
"Есть".
Динорэ потянулась со своей стороны, с недоступным магистру воздуха искусством
"стягивая" вместе пространственные точки, заставляя природу реальности изогнуться петлей,
открывая проход. Созданные ею линии заклинания содрогнулись под напором царящей в
Лаэссэ непогоды, завибрировали, и старая волшебница закричала, пытаясь сохранить контроль.
Тэйон, который был готов к этому, напрягся, обвивая пучки ее силы своими, поддерживая
структуру перехода.
"Великие стихии, Алория, что у вас там творится?"
- Потом... расскажу, - сквозь зубы выдохнул мастер ветров. И открыл портал.
Скала содрогнулась от внезапного напряжения, когда сотни энергетических щупалец
вдруг впились в нее, пытаясь удержаться на месте. "Якорь" - довольно точное слово в
описании процесса, и теперь, когда тросы натянулись, якорь зацепился за реальность, грозя
снести ее вслед за утягиваемым в межмировую бездну парусом портала. Магистр Алория
сцепил зубы, ощущая пульсацию магии в своих жилах, это невероятное, острое, на грани
блаженства или боли напряжение. Тихо, сквозь зубы:
- Лучше бы Вашим судам не тянуть с переходом слишком долго, моя лэри.
Звездный голос откуда-то из-за спины уверенно ответил:
- Они не затянут.
И в этот момент в туманном проходе сгустились очертания первого корабля.
Флотилия входила прямо в гавань, защищенную скалами, древними заклинаниями и
трехдневными усилиями магов во главе с Туроном. Тем не менее магистр Алория Решил, что
лучше ему перестраховаться, чем собирать потом обломки разбившихся кораблей, и сильно
усложнил заклинание перехода, добавив к порталу гигантскую вариацию старого трюка под
названием "мыльный пузырь". При выходе из портала каждый корабль натягивал тонкую
защитную мембрану, созданную по тому же принципу, что и энергетическая сфера,
защищавшая сейчас вершину скалы и застывшие на ней две фигуры. Тонкая пленка изгибалась,
охватывала судно и смыкалась за ним, окружая ничего не подозревающую лоханку
энергетическим пузырем и создавая для нее островок спокойствия в бушующем море.

Элегантное решение, куда более экономичное, чем попытка накрыть всю флотилию "куполом
тишины". И, что самое важное, такой вариант не требовал от магистра дополнительных
расчетов или напряжения внимания: заклинание почти полностью опиралось на камень,
установленный под сиденьем кресла и генерирующий защитное поле вокруг самого мага.
Камень же, в свою очередь, был напрямую связан с магическим источником Академии.
Магистр Алория откинул голову, обнажив зубы в напряженной, зверской усмешке,
магическим зрением чувствуя, как один за другим в гавань проскальзывают огромные, похожие
на побитых ветром, но все еще опасных птиц корабли. Казалось, прошла вечность, пока он не
понял, что вместе с последним судном портал пересекла Динорэ ди Акшэ и натяжение якоря
ослабло, знаменуя закрытие перехода. Он медленно, сдерживая дрожь в пальцах, отпустил
заклинание, шаг за шагом пройдя все ступени успокоения.
"Получилось", - констатировал он.
"Получилось", - шепнул голос Динорэ, теперь уже совсем близкий. И через минуту
сварливо: "Ну и бардак. Могу я узнать, чем вы занимались, мастер ветров, что довели свои
владения до такого состояния?"
Маг хмыкнул. Старушка была в своем репертуаре.
- Получилось! - пропел за его спиной звенящий торжеством голос. Таш стояла, откинув
капюшон плаща, жадно всматриваясь в бушующую за пределами защитного поля непогоду.
Выражение ее лица было голодным и яростным одновременно. Вспышка молнии озарила
профиль женщины, ровную линию лба и носа, вздернутые в улыбке-оскале губы.
Маг осторожно опустил все еще дрожащие руки на подлокотники кресла, попытался
расслабиться. Тело до сих пор звенело наркотическим опьянением магии, глаза бездумно
скользили по взмывающим к небу пенистым валам. Одна из волн ударила в утес, разбиваясь о
волнорезы крепости, заставляя древнюю скалу содрогнуться. Брызги взлетели почти до самой
ее вершины. Пламя костров, образовывающих внутренний круг, прижалось к камням, чтобы тут
же вспыхнуть с новой силой.
Тэйон сплюнул собравшуюся во рту кровь и задумчиво посмотрел на окружающие его
валуны, на все еще соединявшие их линии силы. Вновь перевел взгляд на бурлящее тьмой небо.
Стихия воздуха сорвалась с поводка, и ее бешеный танец отзывался в душе мастера ветров
сладковатым ужасом. Как бы ему хотелось... Взгляд опустился к морю. Потом этак задумчиво,
лениво, перешел на фигуру первой леди Адмиралтейства.
Таш, почуяв неладное, повернулась к мужу. И то, что она увидела во вспышке молнии,
госпожу адмирала явно не обнадежило.
- Мой господин, - она решила сначала попробовать неизвестные воды, а не бросаться в
них с головой, - может, вернемся домой?
Он улыбнулся, не замечая, как при виде этой улыбки лицо женщины побледнело. Маг
протянул руку:
- Моя лэри, Вы не одолжите мне ненадолго Ваше ожерелье? - Ему было весело.
Пальцы шарсу взлетели к горлу, коснулись спрятанных под плащом тяжелых витых
звеньев.
- Вы пьяны магией, господин. Он улыбнулся.
- Тэй...
- Укаждого из нас должно быть право на миг безумия... не так ли, моя лэри? - В желтых
глазах горело воспоминание о схватке в янтарной комнате, о сильных пальцах воительницы,
сжимающих подростковые запястья.
Она сбросила плащ, расстегнула замок ожерелья, напоминающего скорее причудливый
ошейник, протянула мужу
- Благодарю Вас, о лэри.
Размеренная мощь океана в его ладонях... Магистр запрокинул голову, подставляя лицо
долетевшим откуда-то брызгам.
Мечта... Как далеко можно уйти в погоне за мечтой?
Любой маг, когда-либо работавший с воздухом, знает, сколь капризна и непостоянна эта
ветреная стихия. Как сложно ее контролировать, как даже самое невинное заклинание грозит в
любой момент вырваться, обрести собственную форму и собственную волю.
Тэйону приходилось слышать, как мастера иных факультетов (обычно после сложного
заклинания и потому пребывая изрядно навеселе) рассказывали о том, что значат для них их
стихии. "Вода... она как живое серебро, она - бесконечное изменение, обновление,
вдохновение. Каждый раз, касаясь ее, я рождаюсь вновь". "Земля - это основа Стабильность.
Надежность. Ничто не дает такого чувства безопасности, такой абсолютной, безграничной
уверенности в себе и собственных силах". "Я благодарю высшие силы за то, что судьба
предназначила меня огню. Жизнь немыслима без прикосновения пламени. Как описать чувство,
когда ты касаешься огня, проникаешься огнем, становишься огнем? Как описать ощущение,
когда твое тело вспыхивает языками пламени, когда сама твоя суть взрывается обжигающим
пожаром?"
Воздух? Что значил для него воздух? Одно слово. Свобода.
С того самого момента, когда трехлетний мальчишка, изнывающий под гнетом
обязанностей, нотаций и наставлений, в очередной раз коснулся залетевшего в душную
комнату сквозняка и вдруг ощутил себя... ветром. Свобода в том понимании этого слова,
которое недоступно, не может быть доступно юному лэрду вымирающего клана, вся жизнь
которого подчинена чугунному слову "долг". Или калеке, навечно прикованному к
инвалидному креслу.
Свобода от всего.
Свобода от себя.
То, что сейчас творилось в небе над великим городом Лаэссэ, было квинтэссенцией
свободы.

О чем мечтает любой маг, когда-либо работавший с воздухом? Стать ветром. Отпустить
себя на свободу.
Ох, наши мечты. Как далеко можно позволить себе зайти в погоне за вами?
Пальцы мага сжали ожерелье-ошейник.
- Вы сможете?
- А Вы меня испытайте!
Он понимал, что она специально взвинчивала его, специально приводила в нужное
состояние, подталкивала к краю. Она понимала, что он понимает и позволяет ей это делать.
Это ничего не меняло. Мечта потому и называется мечтой, что недостижима по
определению. Иначе какой смысл?
Как далеко?
- Раз уж вы рискнули обратиться ко мне за помощью, лэри, извольте испытывать
больше доверия к моим способностям!
- Вы сможете?
Мечта. Женщина. Буря.
Самая дикая буря, которую ему когда-либо доводилось видеть. Величайший вызов,
который ему когда-либо доводилось принимать.
"Ты не можешь контролировать стихию, глупец. Ты способен контролировать лишь
самого себя" Так его учили.
"Стихийный маг - это тот, кто становится стихией" Так он познал сам
- Что ж, - Тэйон Алория, магистр воздуха и мастер ветров города, медленно
улыбнулся, - посмотрим, куда нас заведут наши мечты.
Внутренний голос иронично отметил, что где-то между вчера и сегодня он напрочь
потерял способность рассуждать здраво.
"Вот и хорошо", - с чувством полного самоудовлетворения ответил внутреннему голосу
Тэйон.
Мечты и мысли. Если...
Людей, употреблявших по отношению к стихиям слово "если", следовало запретить как
класс.
Он отпустил свою магию на волю.
Сознание, душа, суть - тот, что назывался Тэйоном Алория, рванулся ввысь, к бурлящим
и закручивающимся в дикие спирали облакам. Он чувствовал обрывки своего неудачного
заклинания, вызвавшие к жизни этот шторм и все еще пронзающие его, подобно паутине. Он
чувствовал энергию магических источников, так щедро выплеснутую в небеса и бьющуюся в
ветрах, не имеющую иного выхода и пытающуюся найти облегчение в бесчисленных ударах
молний. Он чувствовал рвущую магические поля разницу давлений, и дикие сплетения
холодных и теплых воздушных потоков, и бешеную джигу силовых линий.
Этот шторм был безумием. Мощью. Стихией. Яростным слиянием воды и ветра.
Нечего было даже пытаться взять этот шторм под контроль.
Но Тэйон и не пытался. Он просто... стал штормом.
Свобода.
...летящий с воем ураганный ветер...
Свобода.
...бурлящее горбатыми волнами море...
Свобода.
...разрывающий черные тучи дождь...
Маг был ветром, потому что был ветром всегда. Маг был морем, потому что в его пальцах
жило причудливое ожерелье, наполненное силой самого океана. Маг был тучами и был дождем,
и молниями, и громом. Просто потому, что был.
Он не был властен над стихией
Он был властен над собой.
Щелчком установился контакт с восемью источниками, разбросанными по восьми
пределам. Обжигающим потоком хлынула энергия, покидая кипящие тучи, устремляясь к
ожидающим ее восьми сосудам.
И после трех суток беспросветной ночи наступило утро.
Волны взмыли в последний раз и разгладились, оставляя лишь ровную, безмятежную
морскую гладь. Тучи из клубящихся исчадий тьмы стали дымчато-белыми миражами и исчезли,
открывая наливающееся нежной розоватой голубизной рассветное небо. Воздух, только что
хлеставший по скалам плетями ураганов, мягко коснулся запрокинутого лица человека, принеся
с собой соленый запах утренней свежести.
Маг захлебнулся кровью, закашлялся, привалившись к подлокотнику кресла. Ощутил
холодные, затянутые в доспехи руки, пытающиеся его поддержать.
Сунул ей в ладони ожерелье, пробормотав что-то вроде "благодарю" и вновь зашедшись в
приступе кашля.
Зрение прояснилось, когда он лежал на спине, лопатками ощущая холодные камни.
Бледное, расцвеченное зарей небо заслонило хмурое лицо и непроницаемую бездну глаз.
- ...дурак!
Он мерзко улыбнулся и потерял сознание.
...на крыше башни погоды молодой адепт воздуха без сил рухнул на камни.
...паутина дрогнула, и Ноэханна ди Таэа медленно открыла глаза.
...величественно покачивались стройные ряды взявшихся неизвестно откуда боевых
кораблей. Расчетные команды уже взяли под прицел бастионы и пристань, а со шлюпок уже
высыпала первая волна десанта.
В великий город Лаэссэ пришел новый день.

ГЛАВА 6

If you can meet with Triumph and Disaster
And treat those two impostors just the same...
-
Если...
...ты сможешь встретиться с триумфом и крушением
Приветствуя их равно равнодушно
В судьбе своей...

Пробуждение после величайшего триумфа в его карьере было... м-мм....
Маги называли это "откатом" или "последействием магических энергий".
Все остальные - похмельем.
Зверским.
Тэйон по-настоящему напивался только один раз в жизни. Было это в далекой-далекой
молодости, когда юный лэрд впервые прибыл в столицу горного царства и, разумеется, не мог
не удрать из-под чуткого надзора старших и не посетить инкогнито "самую настоящую"
таверну.
Воспоминания о том вечере у него остались весьма смутные, хотя Тэйон еще не один раз
краснел, встречая над стояками во всех питейных заведениях Халиссы надпись: "Хозяину
ветров не наливаем". Благо пробуждение под развалинами злосчастной таверны, разнесенной
налетевшим на нее из ниоткуда тайфуном, врезалось в память более чем отчетливо.
И сейчас ощущения казались подозрительно схожими-
Спальня была погружена в блаженный полумрак, но даже слабого мерцания едва
тлеющего светильника хватило, чтобы заставить мага зажмуриться, оберегая глаза. Голова нет,
"раскалывалась" - слишком слабое слово для описания этого неповторимого ощущения.
Победа. Вершина. Триумф.
Угу.
Так точно.
- Чтоб я еще раз... Чтоб еще хоть один проклятый стилями раз... - простонал магистр
Алория.
На придвинутом к краю кровати табурете стоял стакан с водой и свернутый из вощеной
бумаги пакетик с каким-то порошком. Подтягиваясь на руках, добрался до вожделенного
лекарства, растворил, выпил. Откинулся на подушки, желая лишь одного: умереть.
Постепенно, по мере того как целебная взвесь начала действовать, к нему стала
возвращаться способность анализировать ситуацию.
Прежде всего маг попытался собрать факты. Первое: над ним явно поработал мастер Ри, и
поработал серьезно. Без спешного и кардинального вмешательства целителя самого высокого
класса последствия такого растворения в стихии были бы куда опаснее просто головной боли.
Даже если в данный момент ему казалось, что ничего хуже быть уже не может.
Второе: он раздет, вымыт и уложен в постель в своей собственной спальне. Сделать все
это могла только Таш, никто другой не посмел бы сюда войти. Значит, после того, как он
потерял сознание, госпожа д'Алория как-то нашла способ не только принести (употребление
этого глагола, даже мысленно, заставило его поморщиться) мужа домой, но и выкроила время,
чтобы позаботиться о нем. Косвенно это также свидетельствовало о том, что самочувствие
самой госпожи д'Алория находится в пределах нормы. Сумасшедшая ночь прошла для нее
сравнительно безболезненно. Третье: он все еще жив, а особняк Алория не разрушен до
основания. Что, опять-таки косвенно, говорило о том, то политическая ситуация в городе если
не стабилизировалась, то по крайней мере находится в состоянии шаткого равновесия.
Из всего вышеперечисленного можно было сделать следующий вывод: похоже, у них
получилось.
Магистр воздуха лениво обдумал возможность того, что он не только вызвал, а затем и
укротил величайший шторм в истории Лаэссэ, но и умудрился попутно захватить власть в
великом городе. То есть помог Таш и Шаэтанне получить власть, которой, по закону, они были
наделены изначально... Тэйон отбросил эти мысли как не имеющие особо значения.
Тэйон осторожно, стараясь не шевелить лишний раз головой, запустил руку под подушку,
нащупал кинжал Ощущение идеально слившегося с линиями ладони изгиба рукояти оказало
привычное успокаивающее действие. Настолько успокаивающее, что уже через минуту магистр
Алория, вопреки здравому смыслу и даже зная, что ничем хорошим это не кончится, попытался
коснуться пролетавшего за стеной воздушного потока.
Новый приступ боли швырнул его на подушки, погасил окружающий мир острым,
ранящим водоворотом битого стекла. Когда Тэйон пришел в себя достаточно, чтобы начать
осознавать собственную личность, он лежал на скомканных простынях, обхватив голову
руками.
"Никакой высшей магии на ближайшие несколько дней, - сделал очевидный вывод
магистр воздуха. - И не высшей тоже", - поправил он себя, ощущая, как перекатываются
внутри черепа резкие стеклянные осколки.
Все-таки вчерашний "подвиг" был по сути своей неумным пьяным демаршем. Магистр
Алория мрачно подумал, что в более адекватном состоянии ни за что не решился бы на
подобный идиотизм. Даже не потому, что шансы пережить столь опрометчивую выходку были
удручающе низкими, а потому, что именно сейчас он никак не мог позволить себе бездействие.
Ситуация в городе, что бы там ни делали приведенные Таш войска, далека от стабильности и...
Что-то отвлекло его от сосредоточенного обдумывания созданной собственной
неосторожностью угрозы. Позабыв даже о боли, магистр Алория поднял голову, пытаясь
понять... Вот оно. Звук. Как будто разбили что-то хр...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• ...
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10
• 11
• 12
• 13
• 14
• 15
• 16
• 17
• 18
• 19
• 20
• ...
• 29
• 30
• 31

Закладка в соц.сетях