Жанр: Фантастика
судьба короля 5. Шепот темного прошлого
...ак, не ссылаясь на обещания, как Элмар, и не пытаясь неумело врать,
как Мафей. Почему вы так старательно пытаетесь от меня скрыть существование
некоего господина Толика, который присутствовал на той самой вечеринке с
драконами? Что в нем такого особенного, что вы с похвальным упорством дружно
морочите мне голову?
Кантор прикусил язык, уже готовый выдать традиционное "не ваше дело" и мысленно
помянув недобрым словом Ольгину рассеянность.
- А почему вы решили, что я скажу вам больше, чем Элмар? - сказал он вслух,
стараясь не глядеть на короля.
- Я не рассчитывал, что ты признаешься. Но мне интересно, что именно ты скажешь.
- Ничего. Разве вы предполагали что-то другое?
- Но почему?
- Потому, что меня об этом просили. И вообще, почему бы вам не задать вопрос
тому, кто уже проболтался? Если вам так интересно, спросите его самого и не
доставайте всех остальных, потому что Элмар по своей прямоте душевной сказал вам
именно то, что следовало. Мы все обещали молчать, но каждый исполняет свое
обещание как умеет. А если вам хочется услышать от меня какую-нибудь отмазку из
чистого интереса к психологии вообще и к моей психике в частности... У меня нет
настроения фантазировать. Вдохновения нет. А то бы я придумал что-нибудь
поумнее, чем Мафей. Кстати, а кого вы все-таки распотрошили? Ольгу? Или
переступили через свою обычную снисходительность и придавили как следует Жака? А
может, сам Мафей и разболтал?
- Ты имеешь в виду, кто из них признался в самом существовании господина Толика?
Не угадал. Просто, если вам приходится просить о чем-либо собеседника, плохо
понимающего ваш язык, велика вероятность того, что вашу просьбу могут
истолковать по-своему.
- Значит, Аррау...
- Совершенно верно. Думаю, вы успели сговориться, пока я вел с ней беседу. Это я
заключаю из того, что Ольга, Жак и Мафей не противоречат друг другу. Они дружно
утверждают, что Мафея познакомил с Толиком Хоулиан. А из того, что вы с Элмаром
решительно отказались говорить на предложенную тему, можно заключить, что часть
сказанного все же является правдой.
- Какая именно?
- Та, - усмехнулся король, - что господа эльфы - любовники. Будь эта версия
выдуманной, ее бы забраковали и придумали что-то получше, что-нибудь такое, чего
и вы с Элмаром не постыдились бы повторить.
Кантор почувствовал, как его лицо неумолимо заливается краской, и от осознания
невозможности скрыть сей позорный факт он мысленно покрыл в шесть этажей
извращенца-прадедушку, бесстыжего гада Толика, блудного товарища Пассионарно,
заводящего такие неподобающие знакомства, и заодно дотошного короля, который
даже из отказа отвечать делает какие-то выводы.
- Что ж, - как бы в ответ на его высказанную мысленно тираду сообщил король, -
давай оставим эту тему, а то ты еще решишь, будто я над тобой издеваюсь.
Попробовать расспросить Мафеева песика, что ли? Может, он окажется сговорчивее,
чем вы?..
- Не сомневаюсь, что после двух-трех часов общения с вашим величеством бедная
собачка заговорит человеческим голосом, - проворчал мистралиец.
- Брось, - засмеялся Шеллар, - разве я так уж въедливо тебя допрашивал? Если
тебе нечего сказать, не буду настаивать. Ссориться с тобой из-за ерунды... Никуда
он от меня все равно не денется, этот загадочный господин Толик, рано или поздно
столкнемся, учитывая, какие никудышные конспираторы мои дорогие кузены... да и все
остальные участники заговора. Кроме тебя, разумеется. И вообще это не столь
важно.
- А что важно? - с некоторым облегчением вцепился в реплику Кантор, намереваясь
услышать в ответ что-то о любви и перевести разговор на безопасную тему.
- Вот, например, почему Амарго так упорно отказывается от встречи со мной. Я уже
и Орландо просил, надеясь, что тот ему просто прикажет или притащит с собой под
каким-то предлогом, но и этот номер не прошел.
- И не пройдет. - Кантор вновь вздохнул. - Он и не станет заставлять Амарго чтолибо
делать, понимает, что из этого ничего кроме очередной ссоры, не выйдет. Да
что вам всем дался этот Амарго! Советнику Блаю он, помнится, был во сто раз
нужнее, чем организаторы побега из лагеря, Дорс на дерьмо изошел, пытаясь до
него добраться, и вы туда же...
Король пожал плечами:
- Я уже говорил, у меня нет сведений о том, что известно об Амарго упомянутым
господам и зачем он был нужен им. Возможно, они заметили за ним кое-что занятное
и, несомненно, полезное, и тоже хотели бы, чтобы он поделился с ними некоторыми
уникальными знаниями, коими обладает... и которые, я уверен, беззастенчиво
использует в интересах Орландо и вашей партии. Я вполне понимаю его нежелание
иметь дело с противником, коим является господин советник или бессовестный жлоб
Дорс, но почему он не хочет встретиться со мной? Мы ведь не враги, а даже
союзники в какой-то степени. Кажется, я никогда не давал повода думать, будто
мне нельзя доверять и на мое слово нельзя положиться.
"Кто бы говорил", - мысленно съехидничал Кантор, тут же вспомнив замечание
покойного Хоббарда об обтекаемых клятвах его величества. Что бы там ни думал его
величество сам о себе, Амарго, наверное, лучше знает, кому можно доверять, а
кому не стоит. И если Амарго действительно владеет какими-то тайными знаниями -
интересно, что ж это за знания такие? - то правильно делает, что никому не
доверяет. Верно он сказал тогда, в лаборатории...
Мысли споткнулись о последнее слово, зацепились и завертелись в противоположном
направлении. Лаборатория. Алхимическая лаборатория Амарго, в которой они пили
кофе и беседовали. Ведь Амарго действительно алхимик, и эта лаборатория - не
декорация, он там в самом деле чем-то занимается... Вон оно что, высокоученейший
мэтр Амарго! Что ж ты такого полезного и невероятного открыл? Всем позарез
необходимо, чтобы ты с ними этим поделился, наверное, действительно что-то
стоящее... но вместе с тем опасное, иначе ты бы этого не скрывал. Интересно,
связано это как-то с загадочным возвращением мне покалеченных конечностей, или
просто совпадение? Вряд ли. Если дело только в этом, зачем бы тебе так скрывать
безобидные и более чем полезные тайны чудесного исцеления... Ну, встретился бы с
его величеством, тот бы попросил новый глаз своей королеве, да и всего-то.
Скорее всего дело не в этом... Возможно, эти знания позволяют не только исцелять...
Например, создавать железных убийц. Терминаторов, покрытых человеческой плотью...
- Что молчишь? - окликнул его король. - Лень спорить?
- Почему именно лень?
- Потому что такие объяснения молчания как уважение, почтительность и вежливость
применительно к тебе можно отбросить сразу, - хихикнул король. - А вот лень в
данной ситуации вполне подходит, поскольку ты за ужином изрядно выпил и
выглядишь немного сонным. Может, ты хочешь спать, а я тебя утомляю
бессмысленными разговорами? Вам с Ольгой приготовлена комната, если хочешь...
- Да не особенно, можно и еще поболтать... если вы смените тему и перестанете меня
терзать тем, чего я не знаю и чего вообще спрашивать не следует.
- Что поделать, такая у меня манера общаться - спрашивать... Может быть, пора
вернуться к нашим дамам и вдохновить Ольгу на какую-нибудь сказку?
- Она, кажется, говорила, что про эту веселую семейку есть продолжение, -
заметил Кантор.
- Тебе что, понравилось?
- А вам нет?
- Трудно сказать. С одной стороны, смешно, а с другой - я все-таки отношусь к
темным искусствам так, как любой служитель закона. По старой привычке, наверное.
Кантор снова вспомнил мэтрессу Морриган и спрятал улыбку, представив себе, как
юный принц Шеллар деловито перечисляет своей даме, внезапно обернувшейся
демоном, какие именно статьи уголовного кодекса она только что нарушила. Причем
цитирует их дословно, с указанием не только номеров, но также страниц и абзацев...
Интересно, а знает ли он, что его благовоспитанный придворный маг тоже этими
противозаконными чарами не брезгует, если ему что-то действительно нужно?
Хотя насчет папы это почтенный мэтр, конечно, загнул... Ну, какой из папы
некромант, он и магом-то был весьма скромным, мягко говоря...
- Кантор, - сказал вдруг король, не дождавшись ответа, - скажи мне по секрету...
Вопрос, конечно, крайне нескромный, но все же... для меня это важно.
- Опять вопрос... - вздохнул Кантор. - Ну, валяйте.
- Кира действительно счастлива, или просто не хочет меня расстраивать?
- Вы еще сомневаетесь? Неужели сами не чувствуете?
- Возможно, - вздохнул в ответ король. - Но за столько лет у меня выработалась
привычка сомневаться. Полезная штука, учитывая то, сколько разочарований мне
пришлось пережить...
- В данном случае привычка вам, похоже, только мешает. Не смейте сомневаться.
Никогда не убивайте любовь сомнениями, если вы любите, они отравляют жизнь и
лишают счастья. Лучше лишний раз разочароваться... Нет, я серьезно. Из
собственного опыта. И избавьте меня от ваших дурацких вопросов.
- Спасибо, - совершенно серьезно ответил Шеллар. - А теперь давай вернемся к
нашим дамам. Надеюсь, они тоже завершили обсуждение своих дамских секретов.
- А у ее величества такие бывают? - не удержался от иронии мистралиец, который
уже успел устыдиться своей патетической речи и сильно подозревал, что это его
наглый внутренний голос воспользовался пьяной рассеянностью хозяина.
- Представь себе. Несмотря на то, что она захламила мою... нашу спальню своим
фамильным оружием, дамские вопросы ей тоже не чужды. Иначе о чем бы она могла
разговаривать с Эльвирой так подолгу?
- О мужчинах, - незамедлительно предположил Кантор.
- Так это и есть главный дамский вопрос. Ты разве не знал?
- Подозревал. Хотя плохо себе представляю, что может сказать по этому поводу ее
величество... В смысле, не верится, что она вообще станет об этом говорить.
- Ты плохо знаешь Киру, - возразил король. - И скажи, ради всего святого, с чего
ты решил, что она холодна? Или ты это придумал и нарочно мне выдал, из
вредности? Между прочим, это было одной из причин, вызвавших мои сомнения, за
которые ты меня только что так вдохновенно стыдил.
- Нет, - Кантор качнул головой и невольно улыбнулся, вспомнив, как ее будущее
величество приходила к нему за советом. - Это была чистая правда. И, если вы
заметили, к другим мужчинам она до сих пор холодна. Даже ко мне, что бывает
редко. А вас она любит. И других объяснений здесь не требуется.
- Но за что? - пожал плечами король, как бы обращаясь к самому себе или к
звездному небу.
- Неужели не за что?
- Не знаю... Мне часто перечисляли мои достоинства разные люди, в том числе
женщины, на мой взгляд, за все это можно только уважать. Но, чтобы любить...
- Да разве любят за что-то конкретное? Вы сами-то можете определить, за что вы
полюбили Киру? Неужели за красивую фигуру и отвагу в битве? А за что меня любит
Ольга? Неужели за то же самое? А за что я ее люблю? Неужели из-за дурацкого
колдовства, под которое мы с ней одновременно попали и которое закончилось к
утру? Не ищите причин и не докапывайтесь до корней, не разбирайте любовь на
составляющие, если не хотите ее потерять. Принимайте все как есть и
наслаждайтесь счастьем, пока ничто вам не мешает. Что за манера все подвергать
анализу? Вы не алхимик случайно?
- Пойдем, - засмеялся Шеллар, хотя Кантор вроде ничего смешного не сказал. И
только когда король уже переступал порог, он случайно, спьяну, заглянул в него и
понял причину неуместного смеха его величества. И как сразу не догадался, три
луны ходил, как дурак, у всех спрашивал... Ведь у Амарго Луч ненамного меньше!
Прослушав продолжение сказки о веселых некромантах, хозяева и гости разошлись по
спальням, где Кантор с прискорбием обнаружил, что, во-первых, неприятности на
сегодня еще не закончились, а во-вторых, что бы там ни думала Ольга, король
Шеллар все-таки злопамятный. Ни за какие коврижки не поверил бы Кантор, что им
случайно отвели комнату по соседству с королевской спальней, где было отлично
слышно все, что в этой самой спальне происходит. Причем слышимость была выверена
настолько тщательно, что Кантор слышал веселую возню их величеств, а Ольга не
слышала ничегошеньки и не спала только из солидарности. В конце концов Кантор не
вынес этого издевательства и непринужденно предложил девушке прогуляться по
пляжу и искупаться перед сном, раз уж они оказались на море и не хотят спать.
Ольга с радостью согласилась, и он даже подумал было, что на сегодня судьба
исчерпала программу неприятностей, припасенных для бедного мистралнйца, и можно
наконец спокойно отдохнуть.
Они расположились прямо на берегу, расстелив на песке куртки, закурили и
уставились на лунную дорожку на воде.
- Краси-иво! - мечтательно протянула Ольга. - Сто лет не была на море. С тех
пор, как вышла из пионерского возраста.
- Пионерский возраст - это сколько? - вяло поинтересовался Кантор, втягивая дым
сигары и борясь с желанием перевернуться на спину. После роскошного ужина с его
величеством и того количества коллекционного коньяка, которое на этом ужине было
выхлестано, лежать на животе было неудобно и неприятно.
- Примерно от десяти до четырнадцати, - пояснила Ольга.
- А потом?
- Что потом?
- Потом почему больше не ездила на море?
- Денег не было, - просто объяснила она и завертела головой, ища, куда бы
стряхнуть пепел. Потом принялась копать ямку в песке. Кантор с запозданием
осознал глупость своего вопроса и подумал, что после этого ужина он не только
разленился, но заодно и отупел. Сам не мог догадаться...
- Купаться пойдем? - спросила Ольга, стягивая штаны.
- Я не буду, - отозвался Кантор. - Я курю.
- А когда докуришь?
- Мне лень вставать. Да я и не хочу купаться.
- Напрасно. Твоей спине была бы полезна морская вода.
- И почему все полезное настолько неприятно... - проворчал Кантор, прислушиваясь к
шороху в кустах. - Ведь жечь будет, как сволочь, она же соленая... Давай лучше ты
мне польешь на спину этой гадской полезной воды, и на этом успокоимся. Настолько
обожравшись все равно нельзя лезть в воду. Тебе я бы тоже не советовал.
- А зачем же было так налегать на всякие вкусности? - хихикнула Ольга и,
поднявшись, направилась к воде.
- Ага, а сама? - не остался в долгу Кантор. - Вкусно же.
- Еще как, - согласилась девушка, набрала в сложенные ладони воды и заторопилась
обратно. - Ну что, лить?
- Лей... Зараза, щиплет!
- Зато заживет быстрее.
- Сам знаю...
В кустах снова завозились, затопали так, словно там пряталось несколько
всадников, затем тихо зашушукались по-эгински. И как Ольга этого не слышит?
Король с королевой кровать ломают - она не слышит, кентавры над ухом копытами
гремят - тоже хоть бы хны... Иногда кажется, что все окружающие страдают
врожденными дефектами слуха.
- Ладно, я тоже не пойду купаться, - решила Ольга и легла рядом. - Мне одной
неинтересно. Ты еще спать не хочешь? Можно вернуться в комнату, там тоже хорошо.
А море видно с балкона.
- Успеем, - отмахнулся Кантор, не торопясь признаваться, почему он поспешил
смыться из этой комнаты и потащил Ольгу на пляж, несмотря на то, что ему было
лень куда-либо ходить. - Давай еще поваляемся. Я тоже, честно говоря, давно не
был на море.
В кустах опять застучали копыта и послышался явственный шепот:
- Ну, подожди еще немного, сейчас они начнут. Неужели тебе не интересно
посмотреть, как спариваются люди?
- Да ну, я боюсь, - шепотом ответил другой голос, женский. - Они нас увидят.
Пойдем отсюда.
- Подожди, ну чуть-чуть, не бойся, не увидят. Когда они начнут трахаться, они
вообще ничего вокруг не замечают...
Кантору это надоело, кроме того, почему-то захотелось похулиганить, и он,
приподнявшись, громко крикнул в направлении кустов:
- Можете не раскатывать губу, вам тут не театр!
Женский голос испуганно взвизгнул, и кусты затрещали, словно сквозь них ломился
отряд тяжелой кавалерии.
- Что это? - подскочила Ольга. - Всадники? В кустах? Что они там делают? Что ты
им сказал?
- Нет, - рассмеялся Кантор, вспомнив, что Ольга по-эгински не понимает. - Это
кентавры. Там копошилась парочка, хотели посмотреть, как люди трахаются, я их
спугнул.
- Я сейчас тебя самого спугну, засранец! - разгневанно взревели в кустах, и
обиженный кентавр вышел на открытое место. - Кто тебя просил пасть раскрывать,
двуногое среднеполое убожество! Ты напугал мою даму, несчастный, я тебе за твои
выходки накостыляю по холке, повыбиваю зубы, а уж чего сделаю с твоей подружкой!
Поскольку сказано было на ломаном ортанском, Ольга метнулась к своим штанам и,
торопливо нашарив пистолет, навела его на взъерошенного гнедого кентавра,
который приближался к ним, вздымая фонтанчики песка из-под копыт.
- А чего я сейчас с тобой сделаю!.. - угрожающе процедила она.
Кантор не двинулся с места, только расхохотался еще сильнее. Хотя разглядеть
кентавра на расстоянии было сложно, этот голос и эту ругань он узнал
безошибочно.
- Успокойся, - продолжая смеяться, выговорил он. - Ничего он нам не сделает. Это
у него такая манера общаться.
- Ты уверен? - возмущенно проорал кентавр, останавливаясь в нескольких локтях от
них. - Копыто тебе в задницу, промолчать не мог!
Кантор все же поднялся, чтобы не разговаривать лежа, и с улыбкой махнул рукой.
- Гиппократ, перестань разоряться. Присаживайся. Я не хотел обломать тебе
свидание, но кто ж знал, что твоя дама такая трусиха.
- Твою мать! - уже не зло, а скорее огорченно всплеснул руками кентавр. - Куда я
ни ткнусь, каждый задрипанный человек знает меня в лицо! Мы что, знакомы,
бесстыжая твоя морда, или я просто единственный кентавр, о котором ты слышал?
- Нас знакомил Льямас, - напомнил Кантор и повернулся к своей спутнице, - Да
убери пистолет, нам ничего не грозит. Ольга, это Гиппократ, великий герой,
знаменитый не меньше, чем твой друг Элмар.
Ольга неуместно хихикнула, опустила пистолет и представилась.
- А ты кто такой? - проворчал герой, тряхнул буйной темно-рыжей гривой и перевел
взгляд на Кантора. - Может, Льямас нас и знакомил, но я что-то не припоминаю
твою рожу, хотя она и напоминает мне кого-то...
- Сейчас меня зовут Кантор.
- И имя знакомое... Да ладно, мало ли я людей в своей жизни перевидал, всех не
упомнишь. - На этом Гиппократ успокоился и снова перевел медово-желтые глаза на
Ольгу. - А твоя подружка, надо сказать, не такая трусиха, как моя. Она вправду
знакома с Элмаром?
- Правда. Еще бы она была трусихой, это же одна из тех самых девушек, которые
уделали Скорма Непобедимого. Слышал о таком подвиге?
- Ни хрена себе твою мать! - одобрительно высказался кентавр, присматриваясь к
Ольге с интересом. - А я-то думаю, что это на пляже посторонние околачиваются!
Подружка королевы, в гости приехала?
Ольга молча кивнула, не сводя с кентавра восторженного взгляда. Видно было, что
ей безумно хочется погладить бедного Гиппократа по холке, как лошадь, но
воспитание не позволяет.
Гиппократ все-таки решил, что общаться сверху вниз не совсем удобно, и опустился
на песок, поджав под себя все четыре ноги.
- А ты что здесь делаешь? - спросил Кантор. - На родину решил наведаться?
Соратники с тобой?
- Куда же без них? Мы подрядились охранять резиденцию, пока здесь гости. В
последнее время на Шеллара уже несколько раз покушались, и его величество
Александр переживает, как бы с коллегой чего не случилось у него дома. А тут мы
поблизости оказались, вот нам и предложили. Не ахти какой подвиг, но платят
неплохо.
- Я и вижу, - Кантор не удержался, чтобы не поддеть его. - Охранничек! Пока ты в
кустах с дамами копошишься, твой бедный объект охраны остается практически без
присмотра, заходи кто хочешь.
- Будь спокоен, - усмехнулся Гиппократ. - Я здесь не один. Все остальные на
постах, так что никто незамеченным не проскочит. И нечего меня перед дамой
позорить, гляди какой! Испортил мне свидание и еще издевается. Что, трудно было
промолчать? Я ей так расписывал, как занятно люди трахаются, и на тебе! Мог бы
не обращать на нас внимания и спокойно заняться своим делом. Мы бы тоже очень
скоро занялись своим и перестали бы на вас смотреть.
- Да с чего ты решил, что мы вообще собирались? Мы просто вышли у моря посидеть.
- Нет, уж не везет, так во всем! - огорчился Гиппократ, - Пока я торчал здесь в
одиночестве на посту, на пляж каждый вечер приходили наши высокие гости и
устраивали такой траходром, что залюбуешься. А стоило привести подружку, как
вместо них обнаруживается пара задохликов, у которых не хватает силенок даже на
то, чтобы перепихнуться!
- Не обращай внимания, - прокомментировал Кантор, пока Ольга не успела ляпнуть
что-нибудь в ответ. - Гиппократ жуткий похабник и грубиян, но на него не стоит
обижаться. Он добрейшей души кентавр и хамит в основном ради того, чтобы об этом
никто не догадался. К тому же все его слова остаются только разговорами, так как
секс между кентаврами и людьми бывает только в анекдотах. По причине некоторых
различий в анатомии и... Забыл, каким умным словом это называла Стелла.
- Фу! - отозвалась Ольга. - Трахаться в грязном песке! В гробу видала!
Нахвататься инфекции и воспаление себе заработать! Кровать же есть.
- Вот так-то, - весело заключил Кантор и, не удержавшись, поинтересовался: - А
что, их величества изволят исполнять здесь супружеский долг, рискуя нахвататься
инфекции?
- Еще как, - хохотнул горе-охранник, встряхнув хвостом. - Аж завидно. Был бы я
человеком, занялся бы рукоблудием, наблюдая за всем этим. А так - руки не
достают. Да ладно, завтра найду другую девочку, посмелее, и все-таки приведу
сюда. Надеюсь, вы не будете тут мешаться?
- Нет. Мы только на один вечер.
- Вот и хорошо. А как поживает Элмар? Не думает к подвигам вернуться? Мы бы его
к себе взяли, у нас народу не хватает. Даже неудобно как-то, называемся
"Великолепная семерка", а ходим везде вшестером.
- Если вам действительно надо, - резонно заметил Кантор, - приходите к нему и
сами предложите. С чего это вдруг через третье лицо передавать? Вдруг
сговоритесь. А не согласится, то по крайней мере устроит вечеринку и напоит всех
от души. А я могу, если хочешь, передать привет Льямасу.
- Привет ему, паршивцу! - недовольно буркнул Гиппократ. - Пинков ему хороших!
Мало того, что бросил команду, так еще и пацана своего нам подкинул на
воспитание! Обнаглел совсем!
"Ругайся, ругайся, - подумал Кантор, наблюдая за кентавром. - Возмущайся, бей
хвостом, маши руками, делай вид, что ты действительно обижен на бывшего
соратника и намерен выдать ему обещанных пинков. По твоей честной физиономии
видно, как ты рад слышать, что Льямас еще жив. А вот про мальчишку я не знал.
Верно сказала тогда Азиль - не о том думаешь или не все знаешь. Два, а не три.
Что ж, я рад, что он смог спасти хотя бы сына. Потерять все - это слишком, даже
для героя..."
- Хорошо, - улыбнулся он. - Так и передам: "Пинков хороших от Гиппократа". Он
все равно будет рад.
- Эй, эй, не вздумай! - спохватился четвероногий герой. - Не надо про пинки!
Передавай привет, и не только от меня, а от всех. Кстати, я тебя вспомнил! Что ж
ты мне голову морочишь, вовсе не Льямас нас знакомил! Ты был в той группе,
которую нам выделил в помощь Гаэтано, когда мы ходили доставать Льямаса из
лагеря. Ты арбалетчик, верно? Это ты тогда в паре с Джеффри снимал часовых на
вышках, и он тебя очень хвалил.
- Верно, - признался Кантор. - Но мы были знакомы до того, и тогда нас
действительно знакомил мастер Льямас. Я у него учился одно время, но он очень
скоро меня выгнал, посоветовав поумерить гордыню и для начала освоить что-нибудь
попроще, а к нему возвращаться, когда достигну подобающего уровня.
- А ты разобиделся и подался в стрелки? - ухмыльнулся Гиппократ. - Ну и
правильно. Еще неизвестно, достиг бы ты подобающего для Льямаса уровня пли нет,
а стрелок из тебя получился что надо. Джеффри не всех подряд хвалит, да и то
половину из вежливости. А тебя - всерьез.
- Спасибо, - серьезно кивнул мистралиец. - Похвала такого мастера дорогого
стоит.
- А у кого ты учился?
- Стрельбе? У отца. Только имени не уточняй, он все равно неизвестен как
стрелок, хотя стрелял не хуже некоторых.
- По крайней мере учился бесплатно, - прокомментировал кентавр. - Ты лучше
скажи, вы с подружкой хорошо знаете короля Шеллара?
- Какого рода знание тебя интересует?
- Вообще. О нем тут слухи пошли, что он - это и не он вовсе, что он умер, а на
его месте то ли двойник, то ли зомби.
- Ты что, маленький, такие слухи собирать? Что, сестра Жюстин на глаз определить
не может, живой человек или нежить?
- Это Жюстин отлично видит. А если двойник? Самому интересно. Вот я и спрашиваю,
вы хорошо его знаете? Заметили бы, если что не так? А то старые слуги, которые
помнят его еще с тех времен, когда он бывал здесь с дядей и его семьей, говорят
в один голос, что на вид похож, но ведет себя совершенно иначе, и охотно верят,
что его подменили.
- У них ума хоть немного есть? Вот такое уникальное творение природы подменили?
Где бы эти таинственные злодеи взяли еще одного такого же Шеллара? Ты сам чтонибудь
подобное видел?
- Да каждый день вижу и ходить далеко не надо. Наш Джеффри на него здорово
похож, только ростом поменьше. И если бы у Джеффри был нормальный нос, а не его
неповторимый флюгер, малознакомый человек издали мог бы и ошибиться.
- А чтобы знакомый и вблизи?
- Да можно и более похожего найти, особенно если в Лондре поискать. Вон, тот же
Джеффри каждый день с умилением вздыхает и восклицает, как ему этот король
напоминает дорогого брата Дональда. По его словам, так один в один и рост, и
фигура, и даже лицо... почти. Нос у них с братом, видишь ли, фамильный.
- Ерунда все это, - покачал головой Кантор. - Даже теоретически ерунда. Ну,
найдешь ты, допустим, полного двойника, и дальше? Можно скопировать манеры,
жесты, привычки, но остальное? Его набекрень повернутые мозги, его любопытство,
его феноменальную память и этот ненормальный столб света, который ни один маг
объяснить не может - как это можно скопировать? Да засыплется этот двойник на
первом же свидании с Флавиусом, даже если допустить, что маги его не разоблачат.
- Не разводи теории, - поморщился
...Закладка в соц.сетях
