Жанр: Фантастика
Стража колдовского мира
...и запах.
Сложив собранное рядом, он взял пучок, снова сполоснул его в воде, повыше того
места, где сам ее замутил, и с видимым удовольствием начал жевать своими громадными
зубами. Тут он заметил Кериса и бросил ему часть добычи.
Керис немного разбирался в травах. Невозможно жить в Зеленом Доле и не
приобрести познаний в этой области. И ему показалось, что он узнает водяное растение,
которое редко встречается у него на родине, но которое путник может спокойно
употреблять в пищу. Оторвав несколько толстых листьев, он так же сполоснул их и стал
жевать.
В этой зелени таилась смесь вкусов, и особенно после скудного дорожного рациона
она оказалась вполне съедобной. Он поклонился великану в знак благодарности и оторвал
еще порцию листьев.
Затем он занялся сбором этого растения, и они принесли в лагерь мокрые охапки
чудесной зелени. Они оказались не единственными, кто с толком обследовал окрестности.
Двое пограничников, которые ходили удостовериться, что у торгианцев все в порядке,
явились со шлемами, до краев наполненными плодами с косточками внутри, размером
почти с большой палец Грука.
Когда они разделили их между собой, Керис заметил, что Дестри - девушка,
которую Мышка приветствовала как равную, - потихоньку собирает выброшенные
косточки. У Кериса в кулаке было две, и он предложил их девушке, чтобы не бросать на
траву. Она приняла и поблагодарила его кивком головы.
- Что взял, то и верни! - сказала она. Керис узнал в этом постулат его матери
Дахон. Если получаешь плоды земли, должен вернуть взамен что-нибудь, равное по
ценности. У него на родине при сборе урожая всегда клали какое-нибудь подношение в то
место, где росли корни собранных растений. И сейчас он догадывался, что наутро она
вернет в землю косточки съеденных плодов.
В этом месте нельзя было разжечь костер. Как ни странно, сумерки здесь тянулись
дольше, так что в угасающем свете дня они долго могли видеть друг друга. Не было и
причин выставлять ночной дозор, потому что вокруг паслись животные, которые, в случае
надобности, подадут сигнал тревоги.
- Это, - сказал господин Ромар, который занимался починкой кольчуги, - место
заповедное...
- Это место, как те, в которых жили Древние, что сейчас бродят меж звезд, но все
еще касаются земли, чтобы сохранять зеленую память, - ответила госпожа Элири.
Пока она говорила, в южной части неба вдруг мелькнула вспышка. Керис сразу
ощутил тревогу. Было такое чувство, будто там далеко кто-то коснулся струны - быстро,
слегка, потихоньку, как бы испытывая...
Мышка, которая, как обычно, устроилась в сторонке в ожидании возможного
послания, стояла, как легкий силуэт в тени, и следила за падением сверкнувшей звезды.
- Мы находимся в том месте, - произнесла она, - где моя Сила не действует. В
мире ведь существуют две древние Силы. Моя даруется при рождении, но в ней нужно
упражняться и постоянно развивать путем постижения новых знаний. А твоя, сестра, -
она повернулась к Дестри, - идет от земли и всего на ней сущего. Разве это не та земля,
где могла бы счастливо обитать Твоя Госпожа?
- Да, - отвечала Дестри. - Посему, сестра, теперь мой черед воззвать.
Была ли то песня или зов? Керис не мог бы сказать. В то же время послышалось все
усиливающееся мурлыканье, которое могло исходить от Грука как песня во славу чего-то
или от кота, довольного жизнью.
Они еще не успели обследовать все плато, настолько их вниманием овладела долина,
давшая им долгожданный отдых. Но было видно, что один ее конец указывает на юг, где
сверкнула упавшая звезда и где сейчас загорелся еще один огонь.
Неужели кто-то разжег сигнальный костер - в такой безлесной стороне! Сначала
появился столб жемчужно-серого дыма, очень хорошо видимый, несмотря на сумерки.
Столб поднимался на уровень самых высоких хребтов окружающих гор. Потом возникло
ощущение, что он отклоняется каким-то ветром, которого они не чувствуют, и указывает
не в небо, а вдаль - вперед, за утес.
На какой-то миг он застыл в этом положении, а потом исчез. Но все поняли, что
получен ответ. Две Силы: одна подвигла их на приход сюда, а вторая указывает
дальнейший путь.
Дестри прекратила свое моление, как только появился дым. Теперь она уверенно
сказала:
- Вот куда нас посылают, ибо вас так же касается этот вызов, как и нас троих. Нам
ничего не остается, как следовать по этому пути.
Больше они меж собой не говорили. Все достали скатки, постарались поделиться
имуществом с новыми товарищами. Ни одна звезда над ними не изменила положения.
Керис положил оружие под руку. Ничто не нарушало состояния умиротворенности,
которое снизошло на них здесь, и в покое этом не было козней темных сил, стремящихся
застать их врасплох. Тем не менее ему спокойнее спать, имея под рукой оружие. В
темноте что-то задвигалось: видимо, животные направляются поближе к лагерю
Интересно, видели ли Яста и кеплианцы знаки. Он сомневался, что даже госпожа Элири,
которая прекрасно знает Тилу и ее родню, может дать ответ на этот вопрос. С
рентианцами вообще все ясно - они сами носители Силы.
Покой, который навевала на них долина, явно действовал усыпляюще, потому что
когда они пробудились, солнце уже грело вовсю. Они поднимались не торопясь, без
привычной суеты и поспешности, что овладевали лагерем по утрам.
Не торопились они и отправиться в путь, по крайней мере, никто не понукал
остальных. Отряд разделился на две группы. Меньшая состояла из госпожи Элири, Лиары,
Дестри и Мышки, которые отправились к тихой заводи на западе, где Грук так удачно
нарвал съедобной зелени накануне. Мужчины же, составившие вторую группу, сняли
амуницию и сильно поношенную одежду за плодовыми кустами на востоке.
Керис ожидал, что таким ранним утром вода будет ледяной, но она оказалась не
холоднее, чем в долинных озерах, хотя и не менее освежающей. Грук не пошел с ними в
речку, а из многочисленных приспособлений на поясе выбрал один, который,
раскрывшись, превратился в гребень, и начал, макая его в воду, расчесывать густую
шерсть. Керис, выйдя из воды и пытаясь вытереться сброшенной нижней рубашкой,
минуту-другую наблюдал за этой процедурой. Затем, ощущая некоторую робость,
подошел к великану и жестами дал понять, что готов расчесать ему плечи и спину, до
которых Грук, как он ни извивался, не мог достать:
Великан кивнул и передал ему гребень. Керис тотчас же принялся за работу. Это
было все равно что чистить торгианцев, только эта шерсть больше походила на густые
волосы, нежели на нестриженую конскую шкуру.
Кроме того, легкий мускусный запах не был таким тяжелым, как запах потной
лошади. Пока Керис занимался этим добровольным трудом, великан потянулся к груде
мелких растений, которые он, вероятно, собрал заранее. Отстегнув пояс со всем набором
необычных предметов, он аккуратно расстелил его на траве, а потом стал мять листья и
втирать их в тело, как мыло.
Осмелев, Керис захватил горсть этой массы и стал старательно втирать ее в
расчесанные места.
"Приятно быть чистым".
Он привык к мысленным посланиям, хотя это было на несколько ином уровне. Но
слова великана все-таки оказались неожиданными для эскорианца.
- Хорошо, - быстро согласился он.
- Неплохо работаешь, слеток! - Керис взглянул на Криспина, который держал в
руках сильно помятую, но зато чистую нижнюю рубаху, которую пытался разгладить,
несколько раз тряхнув в воздухе, прежде чем надеть. Натянув ее через голову и заправив в
брюки, все еще мокрые после усиленного полоскания в речке, он уселся рядом,
рассматривая пояс.
- Странное у тебя оружие, соратник, - обратился сокольничий к великану - Ибо
я полагаю, что некоторые их этих приспособлений - оружие.
И снова пришло послание, несколько смещенное по сравнению с привычными. "У
меня вооружение стража, птицевод". Никаких дальнейших объяснений не последовало.
Криспин поколебался, все еще не сводя глаз с пояса, потом пожал плечами. Если этот
новичок в отряде не хочет поделиться секретом, пусть. Каждый имеет право молчать или
говорить - как хочет.
Они снова собрались у раскрытых тюков и занялись упаковкой. Теперь у них нет
вьючных лошадок, а Керис отлично знал, что торгианцы, прошедшие боевую подготовку,
не станут носить грузы. О кеплианцах или Ясте и вообще речи быть не может.
Он заметил, что Голос Гунноры и Мышка отошли в сторонку, а через минуту к ним
присоединились не только госпожа Элири и кеплианка Тила, но и кот по имени Вождь.
Все они смотрели в сторону клинообразного плато, уходящего на юг, и хотя Керис не
видел, чтобы они разговаривали, он понимал, что они могут мысленно общаться по делам,
связанным с Силой.
"Призывает". Дестри не нужно было даже оформлять эту мысль, потому что те, кто
был с ней, чувствовали то же притяжение, которое все нарастало.
- К тому же, - руки Мышки как будто защищали кристалл от дневного света, -
времени остается все меньше. Наш путь лежит туда.
Итак, им все-таки пришлось двинуться в путь, хоть и неохотно, что понятно Ибо, как
только они покинули мирный уголок, их сразу охватило чувство спешки и, как только они
приблизились к стреловидной оконечности плато, - предчувствие опасности.
Пограничники и сокольничии осадили коней. По сигналу сокольничих птицы взмыли в
воздух и полетели к югу, двигаясь гораздо быстрее и имея лучший обзор, чем те, кто
остался внизу.
Из уцелевших припасов им удалось смастерить обувь для Лиары, но она все равно
держалась поближе к великану, хотя и настояла на том, чтобы ей тоже дали заплечный
мешок, несмотря на сомнение Дестри в разумности этого.
Криспин внезапно замотал головой, причем возникло впечатление, что сокол на
гребне его шлема ожил.
- Там внизу земля и большой лес, - доложил он сообщение Дальнокрылого.
Спустя совсем немного времени они подошли к краю плато. Да, внизу земля, к тому
же, судя по густой зелени, давно запущенная. Но они стоят на краю утеса. Здесь нет
готовой лестницы, только каменная стена, а между ней и зеленой долиной внизу какие-то
белые клочья, возможно, низкие облака.
Ворик выругался.
- У нас крыльев нет, - сердито буркнул он, утверждая очевидное.
- Но там же есть дорога! - молодой кеплианский жеребец Дженнер неожиданно
протиснулся между скалой и пограничником с лошадью и поскакал прочь.
По воздуху! Но, тем не менее, он не падает, а двигается параллельно краю скалы, как
будто скачет по дороге, которая ухожена не хуже эсткарпийских магистралей. Конь
Ворика мотнул головой и заржал, натягивая поводья, которые пораженный сокольничий
все еще крепко сжимал.
- Там же ничего нет! - запротестовал Криспин и попытался отодвинуть коня от
края.
Керис сбросил поклажу. Возможно, для того, кто привык к сюрпризам, что сплошь и
рядом встречаются в Эскоре, все это не так уж и удивительно, но ему стоило большого
труда оторвать глаза от Дженнера, от плавно скользящего кота, от Тилы и Себра, которые
так ловко спускаются, не касаясь ногами ничего видимого. Яста поравнялся с ним, и
Керис удержал своего боевого товарища за шею.
- Что ты видишь? - спросил он его. Вокруг них столпились остальные, еле
справляясь с торгианцами, которые рвались вслед за кеплианцами, хотя эти два вида
обычно держатся порознь.
- Дорогу, - не задумываясь ответил Яста.
Керис приник животом к скале и заставил себя подползти к острому, как лезвие,
краю этого страшного утеса. Изо всех сил прижавшись к камню, на котором лежал, он
вытянул правую руку и помахал ею в воздухе. Его кулак больно ударился о что-то
твердое, опровергая свидетельство его глаз.
Оказывается, не ему одному пришло в голову проверить этот обман зрения. Хотя
коней старались не подпускать к краю, он увидел, что Мышка и Дестри повторяют его
попытку проползти вперед и пощупать. И тут, очевидно, им обеим пришла в голову одна
и та же мысль: они помахали каждая своим амулетом в пустом пространстве.
Керис услыхал, как амулеты наткнулись на нечто твердое, но Сила себя не проявила
на этот раз - никакого свечения не возникло.
Мышка скользнула назад.
- Там что-то есть, но наши глаза этого не видят.
Госпожа Элири поднялась и издала чистый звонкий свист. Внизу Тила насторожила
уши. То, что она топчет копытами, совершенно очевидно ведет вниз. Кобылица покрыла
уже по меньшей мере две трети расстояния. Но сейчас она повернула и поскакала назад.
Остальные последовали за ней. Вождь не обратил на призыв никакого внимания,
очевидно, решив, что он не предназначен ему.
Господин Ромар наклонился и, подобрав камешек, кинул его. Тот отскочил от чегото
твердого, затем полетел куда-то в бездну. Проследив за ним, понимаешь, что может
случиться, если пуститься по этому пути вслепую.
Все кончилось тем, что история повторилась - только на этот раз наоборот: на пути
сюда люди подталкивали потеющих от страха торгианцев вверх по лестнице, теперь же
они, в свою очередь, приникали к коням, стараясь не смотреть вниз, на дорогу, которой не
было.
Кеплианцы восприняли свое превосходство в данных обстоятельствах как
естественно присущее таким великолепным созданиям и взяли шефство над четырьмя
женщинами, которые со страхом ступили с площадки и, прижимаясь плечами к каменной
стене, делали один осторожный шаг за другим.
Керис видел, как пот бусинками выступает на лице Ворика, прикрытом соколиным
шлемом, когда тот ступил с твердой скалы на несуществующую тропу и начал спуск.
Остальные последовали за ним. Керис снова взвалил на плечи мешок. Яста ждал его. Но
он повернулся в поисках великана. Тот ведь не из этого мира, вдруг подобное колдовство
его вообще уничтожит? Может, Яста поможет? Хотя что они могут, даже вместе, в случае
если такая громадина оступится?
- Ты как? Тебе что-нибудь видно? - спросил Керис, опасаясь, и, как оказалось,
справедливо, отрицательного ответа. Грук покачал головой. Однако он потеребил пояс и
достал моток чего-то похожего на серебряную нить.
Великан немного постоял, держа моток в руке. Керис дважды сглотнул и понял, что
может произнести нужные слова:
- Если это привязать к Ясте, - он кивнул на проволоку, - и если я тоже буду
держать, то мы сможем спуститься. Яста видит дорогу.
Грук взглянул на рентианца: "Ты предлагаешь это, четвероногий брат?" - его
мысленная речь была не очень гладкой.
"Петля на шею", - рентианец приблизился к нему, чтобы ее закрепили перед
седлом. - А вы идите вдоль самой скалы. Если я увижу препятствие, успею
предупредить".
Таким образом они втроем образовали арьергард - остальные уже довольно далеко
ушли вперед. Керис жалел, что нельзя закрыть глаза. А взгляд его между тем так и уперся
в несуществующую поверхность. Зачем вообще создали такую дорогу - он представить
себе не мог, если только она не предназначалась в качестве гораздо более действенной
преграды, нежели любая стена, которую ему доводилось видеть. Единственным спасением
для путников было то, что на животных не распространялось действие этой преграды, и
им удалось сползти вниз по пути, которого они не видели. Эта дорога была таким
свидетельством могущества Силы, какого не ведал даже Керис, выросший среди
различных чудес. Совершенно очевидно, что они призваны одолеть эту дорогу, скрытую
даже от глаз колдуний. Он не забыл, как талисманы Мышки и Дестри оказались
бессильны.
Когда они достигли подножия утеса, животные были полны сил, казалось, они
просто пробежались для удовольствия по приятной дорожке. Что же до людей, от Мышки
до великана Грука, то они рухнули на землю как подкошенные, причем большинство
решительно не желало смотреть на только что пройденный путь.
Но, очутившись внизу, Керис сразу понял, что, как бы изнурителен ни был спуск,
внезапная знойная духота, встретившая их, не идет с ним ни в какое сравнение. Создалось
такое чувство, что они спустились в совершенно иной, неизведанный мир. Он услышал
вскрик и обернулся.
Огромными прыжками к ним приближался черный котище, которого Дестри звала
Вождем и которого в последнее время они видели мало, так как он постоянно охотился и
снабжал отряд дичью. С последним прыжком он оказался в объятиях Дестри, судорожно
прижавшей его к себе, словно утраченное и вновь обретенное сокровище.
Это явление Вождя расшевелило их. Они начали подниматься на ноги и
всматриваться в то, что лежало к югу. Перед ними находилась самая плотная стена тесно
сплетенной и перевитой лианами растительности, какую Керис когда-либо видел. Оттуда
доносились странные нездоровые запахи, очевидно, веками нетронутой гниющей прели.
Между ветвями и лианами что-то двигалось, свидетельствуя о бурлении жизни, хотя
никого рассмотреть не удавалось.
Дестри почувствовала, что Грук подошел к ней. Он стоял, держа руки у пояса, а его
огромные ноздри расширились до предела, как будто он хотел определить по одному
лишь запаху, что таится впереди.
Глава 12
Сквозь джунгли, неизведанный юг
- Ну что ж, - Ворик, руки в боки, осматривал густые заросли впереди, - тут
никак не проберешься, разве только добрым топором помахавши.
- Если не принимать во внимание, что кто-нибудь здесь имеет свой интерес и ему
совсем ни к чему чужаки, вторгающиеся в его места, - заметил Деневер.
Как бы то ни было, но движения в густой листве, замеченного ими ранее, когда они
только спустились в это узкое пространство у подножия скалы, больше не видели.
Влажная духота затрудняла дыхание, но когда удавалось вздохнуть, запах гниения сильно
ударял в нос.
Дестри с котом, который снова вился у ее ног, направились к зеленой стене, отойдя в
сторону от остальных. Небольшое открытое пространство, где они все столпились,
ограничивало движение. Торгианцы открыто нервничали, не доверяя этой укрытой
зеленью земле: ступив под своды леса, любой окажется в глухой тени.
Дестри коснулась амулета. Там не обнаруживалось жизни. Если у Госпожи и есть
решение проблемы, она еще не готова им поделиться. Все надежды сейчас на соколов,
которые снова отправились в разведку на запад и восток вдоль верхнего хребта горы, с
которой только что спустился отряд.
Если и существует какая-нибудь прогалина, какой-нибудь путь сквозь эти заросли,
только птицы способны его обнаружить. Дестри наклонилась и, чтобы ощутить его
успокоительное присутствие, взяла на руки Вождя. Он тут же обвил ее плечи, его
настороженные уши потерлись о ее косы. Но ни мурлыканья, ни иного успокоительного
сигнала не последовало. Лиара прошла мимо двух коней и приблизилась к ней.
- Эта земля не для нас! - сказала она.
- Но нам придется с ней иметь дело, - сказала Дестри просто.
Она огляделась. Поклажу сложили у скалы, и госпожа Элири занималась
распределением скромного рациона. Возможно, все, что потребуется для пропитания,
ждет их впереди, в этом зеленом полумраке, но, каким бы опытом ни обладала Дестри в
сборе полезных трав, здесь она не видит ничего съедобного, а углубиться в лес пока не
решается.
Однако Грук и ализонка неожиданно обогнали ее и неторопливо, как разведчики на
чужой территории, направились к лесной опушке. Еще не дойдя до зеленой стены на
расстояние вытянутой руки, великан замер, слегка расставив ноги для лучшего баланса, -
так готовятся к схватке с противником.
Вдруг он выбросил руку вперед и вверх, и Дестри увидела только, как мелькнуло в
воздухе что-то, нацеленное на толстый стебель, на котором держалось нечто похожее на
громадный бутон или плотный комок листьев.
Бросок оказался удачным, и великан дернул этот предмет к себе. На какой-то миг
стало видно, как почти незаметная тонкая леска натянулась, затем раздался треск, и
добыча великана полетела к ним по воздуху. Он увернулся, и она приземлилась на камень,
где ее сразу окружили остальные.
Никто, даже Грук, не стал ее трогать. Прежде всего, размеры этой штуки были
таковы, что Дестри пришли на ум призовые дыни, выращенные Вуком на ферме прошлым
летом. Цветом предмет походил на всю остальную зелень, образовавшую стену: на
деревья, лианы, кусты.
Но пока эта штука лежала там, куда с размаху грохнулась, зеленый цвет ее стал
меняться Она вся покрылась сетью широких вертикальных линий. Сначала они были
розоватыми, потом цвет стал гуще - как разведенная кровь.
Вождь фыркнул и вдруг завыл, прямо в ухо Дестри, чуть ее не оглушив Ворик
прицелился копьем, которое держал наготове.
Дестри услыхала цокот копыт, трое кеплианцев и Яста ворвались в круг зрителей.
Грук произвел сложный маневр и освободил плод от лески. В нем что-то
зашевелилось. Один край стал распадаться на сегменты, которые все шире расходились
друг от друга.
Пахнуло кисловатым мускусным запахом, когда вдруг поднялись две верхних части
плода. Снова шевеление - и из остатков неуверенно выползло то, что сперва показалось
горной змейкой, которых Дестри отлично знала, только эта была пошире в середине
туловища, покрытого чешуей того же цвета, что и деревья перед ними.
Эта тварь подняла змеевидную голову, в которую словно вставили два овала -
очевидно, глаза Потом она раскрыла пасть так широко, что, казалось, голова раскололась
пополам, обнажила клыки, и с двух передних закапала красная жидкость.
Покинув плод, она немного полежала на камне. Ни один из зрителей не двинулся к
ней. Затем горб у нее на спине раскололся и появились крылья, настолько прозрачные, что
их можно было заметить лишь по паутине жилок. Керис узнал в ней одну из теней,
виденную им тогда, на стене - летучую ящерицу.
Вождь безо всякого предупреждения спрыгнул с плеча Дестри, оцарапав ее. Он
замер в охотничьей позе, а эта тварь была явно не слепа, ибо повернула голову в его
сторону.
- Нет! - Дестри рванулась к нему, но Лиара опередила ее. Ализонка схватила кота,
который извивался, пытаясь вырваться, готовый сорвать зло на ней.
- Нет' - закричала Дестри. - Не тронь ее!
Она взмахнула амулетом между котом и ящерицей. Голова последней вздернулась.
Затем пасть захлопнулась, а крылья затрепетали. Со скоростью, которую в ней еще
мгновение назад никто не мог предполагать, она развернулась в сторону джунглей,
расправила крылья, взлетела и вмиг скрылась в зарослях.
Дестри указала на красные капли, все еще сверкающие на камне, где лежала эта
тварь.
- Яд, - предупредила она.
- Так, значит, теперь мы имеем дело с деревьями, на которых плодятся ядовитые
летучие твари, - промолвил Криспин. Он остановился, поднял камень и бросил на пятна,
прежде чем растереть их. - А ты откуда это знал? - спросил он Грука напрямую. - Так
просто, на всякий случай? Или показать нам новую опасность?
"Слышал ее зов. - Великан мыслил просто. - Пора на волю, хоть так она и не
говорила. Просто звала". Господин Ромар жестко усмехнулся.
- Нам следует в будущем иметь в виду, что не стоит отзываться на такие призывы,
большой друг. К тому же... - он оглянулся на джунгли, - кто знает, что еще там ждет
неосторожного человека.
Никто не ответил ему, потому что сверху послышались крики соколов, и их земные
братья поспешили навстречу. Произошел безмолвный разговор, который не был доступен
остальным. Ворик доложил первым:
- Никакого открытого места, по крайней мере, в двух днях пути к востоку.
Однако Дальнокрылый принес более радостные вести. В нескольких часах пути на
запад из скалы вырывается речка - возможно, оттого и озеро в безопасной долине
высохло. Река течет прямо в джунгли и может служить своего рода дорогой. По крайней
мере, путникам не нужно будет прокладывать путь через заросли, так как эту работу
выполнит за них река. Течет она прямо на юг, куда, как им всем известно, лежит их путь.
Идти вдоль скалы было тесно, и они погрузили часть припасов на торгианцев. Даже
сокольничии шли пешком, хотя их птицы привычно восседали на конях.
Но тут, снова пересмотрев припасы, госпожа Элири и кеплианцы собрались на совет,
и Яста вскоре подошел к Керису.
- Боевой брат, - обратился к нему рентианец, - решено все разделить поровну.
Ты тащишь тюк - а я что, не могу? Ты же такой же воин, как и я.
Очевидно, кеплианцы придерживались того же мнения, потому что позволили Элири
и Ромару, только им двоим, положить груз на свои спины.
Под предводительством Криспина, который прислушивался к Дальнокрылому,
знающему дорогу, они выступили. Двигались медленно, потому что ни один еще не
отошел полностью от потрясения, испытанного при спуске по невидимой тропе. Это не
так сильно отразилось на их телесной оболочке, но нервная нагрузка была явно тяжела.
Полоса свободного пространства у подножия скалы постепенно стала расширяться,
позволив теснее сплотить ряды. Но они ничего не видели, кроме отвесной каменной стены
с одной стороны и исполненной угрозы зеленой полосы - с другой. Не удалось до
наступления сумерек достичь и обещанной реки. "Нельзя останавливаться, - думал
Керис, - потому что им необходимо убедиться, что обещанное - реально".
Даже в сгустившихся сумерках было видно, что вода, там, где она вытекает из
скалы, чиста, и они все, люди и животные, набросились на нее. Но дальше в тоннеле,
уходящем в джунгли, вода становилась мутной. По ее поверхности пробегали зеленые
точки, как искры от костра.
Они наскоро раскинули лагерь и раздали скудные порции еды. Четвероногим было
легче - они с удовольствием хрустели травой, растущей вдоль берега.
- Госпожа, - Ромар подошел к Мышке, стоявшей несколько в стороне, зажав в
ладонях кристалл. - Что посоветуешь?
Она ответила, не глядя на него.
- Господин Ромар, у вас тоже есть дар, который испытан во множестве боев. Вам
не хуже меня известно, что возложено на наши плечи.
- Продолжить путь, - ответил он тихо. - Но даже дурак не доверился бы этим
водам.
- Выход всегда найдется, - в словах Мышки звучала уверенность. - То, что хочет
нас заполучить, не станет попусту тратить свою трапезу.
Керис, сидевший недалеко от этой пары, почувствовал укол страха, который
известен каждому перед началом битвы. Итак - если маленькая колдунья полагает, что в
пути им будет помогать враг, тогда не стоит доверять ни одному подношению, чтобы не
попасть в ловушку. Появись здесь лодка - само появление ее должно вызвать
подозрение.
На этот раз они снова выставили караул. Изнуряющий зной и влажность воздуха не
исчезли с уходом дня, и путники подвер
...Закладка в соц.сетях
