Жанр: Фантастика
Дважды возрожденный
... мое лицо, выражающее
одновременно удивление и непонимание, тяжело вздохнул. - Я не смогу
объяснить так, чтобы ты понял. Ну не смогу, и все. Для получения хотя бы
минимального представления об этом процессе мне придется тебе прочитать
полный курс основ миростроения и теории циркуляции чистой энергии в
условиях влияния точечных источников.
Я пару раз хлопнул глазами, изображая некоторое подобие понимания.
- В общем, миры получаются как бы совмещенные, но в то же время
разделенные огромным расстоянием. Ну не совсем расстоянием... Тут играет
роль отклонение от... - Мой взгляд заставил его запнуться. - Миры были
связаны воедино Столбами чистой энергии. Теми самыми Столбами, которые вы
используете при переходе из мира в мир. И именно эти Столбы стали нашим
домом.
- Вы живете в Столбах?
- Столбы - это среда, в которой циркулируют наши сознания,
распределенные вдоль всех миров. Говоря проще, сейчас мое сознание
растворено во всех Столбах, и в результате я нахожусь везде. Момент
перехода расы Мастеров в состояние чистой энергии в легендах называют
Уходом. На самом деле мы всегда рядом. Сменив принцип существования, мы
практически потеряли контроль над созданными мирами. По большей части наша
власть распространяется лишь на небольшом удалении от Столбов.
- Столбы стали для вас тюрьмой?
- К сожалению, мы вовремя этого не поняли, а когда поняли, то было уже
поздно. Что есть, то есть. Но в то же время новое существование открыло
доступ к новым ощущениям. Ты даже не можешь себе представить, что значит
быть везде.
- И не иметь возможность сделать что-нибудь, - возражаю я.
- Главное то, что жизнь опять стала интересной!
- Извини, что перебиваю. Но каков срок вашей жизни?
- Мы бессмертны, - как-то без особого веселья в голосе заявил
мальчик. - Пока бессмертны.
- Почему пока?
- Все очень просто. Мы движемся к гибели. И это очень плохо.
- Ага! Значит, если гибнет целый мир, вам, его создателям, наплевать.
Но как только дело коснулось вас... Как только почувствовали на собственной
шкуре. - Я с неприязнью взглянул на мальчика, выражая всем своим видом
презрение к таким богам. Страх, присутствовавший вначале, улетучился,
оставив место для работы холодного разума.
- Дурак! - совсем по-детски выдал в мой адрес мальчик обидчивым
тоном. - Помнишь, я тебе рассказывал о лактах и их экосистеме?
- Ну и...
- Похоже, что ты не знаешь, что Мастера являются главным элементом
намного более сложной и обширной системы. Системы, включающей в себя тысячи
миров. Ты думаешь, чем мы вершили мироздание? Лопатой и молотком? А может,
экскаватором? - В голосе Мастера заиграли нотки злости. - Нет. Мы всегда и
все создаем только своим воображением. Точнее, создавали, так как сейчас мы
практически лишены такой возможности Ты понимаешь, то, что для тебя
является Землей или каким-либо другим миром вместе со всем его содержимым,
не более чем результат работы нашего воображения. И этот результат будет
существовать до тех пор, пока существуют сознания создавших его Мастеров.
Не станет гончаров, и их кувшины снова превратятся в комки сырой глины.
- Вот черт! - только и смог произнести я. - Не могу сказать, что мне
приятно ощущать себя плодом чьего-то воображения, но еще менее приятно
ждать конца мира.
- Сперва дослушай до конца, а потом уже будешь возмущаться и задавать
вопросы, - нравоучительно произнес мальчик и строго взглянул на меня, как
учитель на шалящего во время урока школьника.
- Хорошо. - Я тотчас же присмирел и выразил всем своим видом
готовность слушать и внимать
- Залогом нашего существования является стабильность Столбов, по
которым сквозь все миры циркулирует чистая энергия, несущая наши сознания.
Кроме этого, Столбы выступают в роли каналов распределения энергии между
мирами. Энергия есть везде, и она находится в состоянии постоянной
циркуляции. Это как течения в океане. Перед уходом мы создали во всех
населенных мирах носителей больших потенциалов энергии.
- Магов?
- В вашем мире их называют магами. Для нас их способности большой роли
не играют, тем более что большая часть магов так и не осознают свои
возможности и их применение. Главное в этих существах - энергия,
содержащаяся в них. Она выполняет роль стабилизаторов, или, можно сказать,
гасителей колебаний Столбов. Под действием инстинкта они селятся
максимально близко к Столбам компенсируя недостаток энергетики всех
остальных жителей этого мира. Чем больше население этого мира и чем выше
его суммарный потенциал, тем больше должно находиться стабилизаторов у
каждого Столба. Также играет роль плотность населения в конкретной точке.
Например, в пустынях и океанах стабилизаторы отсутствуют в связи с
мизерностью воздействия. Естественно, в безжизненных срезах стабилизаторы
не нужны. В идеале возле точки прохождения Столба сквозь мир должны
находиться два-три стабилизатора, так как приходится учитывать возможность
отлучки и непредвиденной смерти. Кроме инстинкта поселения, у
стабилизаторов на генном уровне зашит механизм саморегуляции распределения.
Если по какой-то причине у Столба гибнут все стабилизаторы, то коллеги
бессознательно перераспределяются для компенсации полученной бреши. - Он
бросил на меня пристальный взгляд, как бы проверяя, внимательно ли я
слушаю. - В твоем мире сложилась угрожающая для нас ситуация - нарастающее
по амплитуде и пульсации потока колебание Столбов. Если этот процесс не
остановить, то произойдет расфокусировка потока чистой энергии и как
следствие - гибель какого-то количества Мастеров. Последствия, я думаю, ты
представляешь.
Последствия я себе представляю, но стараюсь даже не думать на эту
тему, чтобы не накаркать. Если что, то библейский конец света покажется
романтической вечеринкой по сравнению с предстоящим.
- А с чем это связано?
- С массовой гибелью стабилизаторов. Механизм регуляции численности не
справляется с таким дефицитом.
- Колдуны?
- Да. В последнее время они стали чересчур активны. Их число неустанно
растет за счет пополнения рядов аборигенами. Никому и в голову не могло
прийти, что содержимое стабилизаторов для кого-то окажется таким
лакомством. К сожалению, мы не можем непосредственно повлиять на
протекающие процессы для благоприятного разрешения этого вопроса. - Мастер
развел руками, как бы извиняясь за свою беспомощность.
- Можно как-то исправить положение? - Я пытаюсь придумать что-нибудь
умное, но ничего в голову не лезет.
- На текущий момент мы знаем только два способа. Первый - это очень
быстро увеличить численность стабилизаторов. Второй, - Мастер тяжело
вздохнул и с почти искренним сочувствием посмотрел в мою сторону, -
стерилизовать ваш мир.
- Но ты что-то говорил об ограниченности возможностей. - Я возмущенно
вскочил на ноги. - И как можно вот так запросто уничтожить целый мир?
- Цель определяет средства. - Его тон стал привычно безразличным. - А
насчет стерилизации все весьма банально. Одна из ваших атомных
электростанций, по чьей-то тупости построенная прямо на линии
тектонического разлома, находится в зоне нашего влияния. Взрыв станции
явится началом цепной реакции, результатом которой станет почти
стопроцентная стерилизация мира. Исчезнут люди - исчезнет влияние на
Столбы, и колебания стихнут.
- Но так же нельзя! - Я, сжав кулаки, дернулся в сторону Мастера,
обуреваемый жаждой рукоприкладства, совершенно забыв, что у меня и тела-то
нет, но упругая темнота остановила меня на втором шаге, окутав густым
киселем. - Вы же так не сделаете?
- Мы сами не хотим этого. Ваш мир - это последнее наше творение перед
уходом. И весьма забавное творение. Но ситуация...
- Что могу сделать я? Ты же не просто так мне это все рассказываешь! Я
могу сыграть какую-то роль?
- Мы решили дать вам шанс на жизнь. Именно для этого появился
мальчик-лакт, создающий проблемы копачам. Все было подстроено так, чтобы им
пришлось обратиться именно к людям. Цитадель - это не более чем отборочный
тур перед большими делами. Мы искали тех, кто, снабженный нашими знаниями и
умениями, сможет спасти свой мир от стерилизации. Если честно, ты
совершенно не подходил на эту роль, но твое самопожертвование ради близкого
существа изменило нашу точку зрения. После первого воскрешения ты получил
определенный набор способностей. Надеюсь, ты заметил это?
- Совершенно случайно, - съязвил я. - Но ваши методы... Неужели нельзя
было поступить по-другому? Мои друзья гибли в Цитадели... И все ради
отбора?! Если честно, - я кровожадно оскалился, - если была бы возможность,
я тебе дал бы в морду.
- Такого шанса у тебя точно не будет. - Мальчик пренебрежительно
отмахнулся, как от надоевшего своим писком комара. - После второго
воскрешения ты получишь еще кое-какие возможности. С этого момента судьба
твоего мира зависит только от тебя.
- Второго? - проснулась в душе надежда.
- Свалка, на которую выбросили твое тело, находится в зоне нашей
досягаемости. В помощь ты получишь своих попутчиков - Мотора и Мичмана.
- Как? Они же.....
- А ты же... - передразнил мальчик. - Тела спасти невозможно, слишком
далеко. Только разум. Надеюсь, что вы втроем в одном теле не поссоритесь. И
не делай такое страшное лицо. Самая обычная шизофрения. Хозяином тела
будешь ты, они всего лишь пассажиры.
- Сколько у меня времени?
- Время слишком относительно, чтобы в данном случае служить меркой.
После воскрешения ты обнаружишь на кисти левой руки черное пятно. Что-то
вроде родимого. Постепенно оно будет светлеть. Если пятно исчезло
полностью, значит, твой мир в твоих услугах больше не нуждается. - Он
красноречиво провел ребром ладони по шее.
- А как можно увеличить количество стабилизаторов?
- Все! Теперь проваливай. Ты мне надоел. - Силуэт мальчика начал
растворяться в темноте. - И спеши, если хочешь спасти свой мир. Как только
колебания превысят допустимые значения...
И опять вокруг меня лишь упругая темнота.
ГЛАВА 10
- Мочи этого козла, Витек! - злобно рявкнул в моей голове Мотор. - Это
из-за него тебе башку снесли. Давай! Чего медлишь?
- Он ничего не имел против нас лично, - мысленно возражаю гнездящемуся
в моем мозгу попутчику. - Сперва меня использовали как оружие против него,
а позже он с помощью, меня мстил обидчикам.
- Это его не оправдывает, - возразил Мичман.
- Послушай, Сешог, - обращаюсь я к главе клана колдунов, стоящему на
коленях передо мной в центре полуразрушенной комнаты, - я оставлю тебе и
твоим коллегам жизнь. Но только при одном условии.
- Ты хотел сказать - оставшимся в живых коллегам. - Колдун поднял на
меня окутанные вязью старческих морщин глаза.
Сейчас он выглядит не так грозно, как раньше. Обычный старичок, и не
более. Даже тянущийся за ним шлейф стал меньше и тусклее.
Дорогой костюм-тройка перепачкан пылью и местами порван. Старик
прижимает руку к левому боку, пытаясь остановить кровь, сочащуюся из
резаной раны.
В других условиях он в течение пары минут залатал бы себе рану
заклинанием.
Но не сейчас.
Он предупрежден, что любая попытка использовать силу станет для него
смертным приговором, а меч, лежащий у него на плече, касаясь шеи, служит
наглядным напоминанием. Теперь игра ведется только по моим правилам, и все
его усилия бесполезны.
Я поудобнее обхватил пальцами шершавую рукоятку раскладного меча. У
меня уже появилась определенная привязанность, можно сказать, любовь к
этому удобному и безотказному оружию свободных охотников. Его я нашел рядом
с собой на свалке, где меня оживил Мастер. Похоже, у обитателей того
негостеприимного, а ныне покойного мира было отвращение ко всему
принесенному извне. Жаль, вот только щита там не оказалось.
- Какое же у вас условие, молодой человек? - скорее простонал, чем
произнес старик и, сморщившись от боли, оперся свободной рукой о паркетный
пол, усыпанный каменной крошкой из обугленного провала в стене.
Эта дыра в стене - результат последнего неудачного залпа Сешога. Надо
отдать должное колдунам, сражаться они умеют. Вот только я оказался для них
малость крутоват. Большая часть заклинаний ушла в пустоту. А те, что
достигли цели, особого вреда мне не принесли.
- С этого момента ни один колдун не причинит вреда магу! - заглядывая
в маленькие колючие глазки старика, с нажимом говорю я. - Мне требуется
ваше слово. Слово главы клана!
- Зачем тебе это? Твою подружку мы трогать не будем, это я могу
пообещать. Но почему ты так печешься об остальных?
- Вас это не касается! - жестко отвечаю я. - Мне нужно обещание, что в
этом мире ни один маг не пострадает от колдуна. Если вы это условие не
принимаете, - я сделал значительную паузу, давая возможность собеседнику
догадаться, что будет в случае непринятия условия, - я начинаю большую
охоту. Мои нынешние возможности вы уже видели. Надеюсь, что вы
представляете себе последствия такой охоты.
- Как же, как же, представляю, - тяжело кивнул головой колдун. -
Почему нас везде пытаются уничтожить? Сперва нас жгли на родине, теперь
обещают уничтожить здесь. Что в нас такого, что вызывает ненависть
окружающих?
Его голос наполняет большую комнату и гаснет, поглощаясь роскошными
коврами на стенах. Мне его в какой-то степени даже жаль.
- Жалость здесь абсолютно неуместна, - рассудительно замечает
Мичман. - Мы играем в разные игры и преследуем разные цели. Но вот то, что
меня из-за него на копье насадили, я, пожалуй, не прощу. Самое неприятное
это то, что ты не куришь трубку.
- Как только все наладится, обязательно закурю. Специально для тебя
закурю, - мысленно обещаю Мичману.
- Лично к вам я ненависти не питаю, - опровергаю слова старика. - Мне
от вас требуется лишь обещание, и только.
Я убрал меч с плеча колдуна и присел на корточки так, что наши лица
оказались почти на одном уровне.
Он опять покачнулся и, не удержав равновесия, начал заваливаться на
бок. Я аккуратно придержал его и позволил лечь на пол. Глаза старика
закатились, показывая испещренные кровяными жилками белки. Как только его
рука оторвалась от раны, из нее тотчас же выплеснулась новая порция крови.
- Хорошо ты его зацепил, - одобрительно пробасил Мотор. - Выпад был
классический, как по учебнику.
Моя рука, приложенная к ране, практически сразу останавливает
кровотечение.
Еще немного усилий.
Я чувствую, как сквозь меня протекает поток силы, окутывая участок
разорванной плоти. Рана начинает покрываться пленкой, а спустя несколько
минут отвалившаяся засохшая корка обнажает гладкую кожу с нежно-розовой
полосой - отметиной моего меча.
- Кто ты? - спросил колдун, открыв глаза. Он с удивлением взглянул на
гладенькую кожу сквозь разрез пиджака и благодарно кивнул. - Ты и не маг, и
не колдун, и не свободный охотник. В тебе есть всего по чуть-чуть.
- Сейчас вопросы задаю я.
Старичок взглянул на меня и покачал головой, почти беззвучно что-то
пробормотав.
С моей помощью колдун поднялся на ноги и сел в глубокое кресло с
витыми подлокотниками. Устроившись поудобнее, он блаженно улыбнулся, при
этом став похожим на обычного уставшего от жизни пожилого человека.
- Хорошо. Я клянусь, что ни один маг на земле не пострадает от рук
колдуна. Через несколько секунд об этой клятве будут знать абсолютно все
колдуны.
Я удовлетворенно киваю головой и направляюсь к двери, перешагивая
через осколки некогда ценных китайских ваз.
При штурме этого дома - резиденции Сешога - я немного
переусердствовал. Часть дома основательно разрушена, в стенах зияют
проломы, как выбитые зубы торчат изогнутые железобетонные балки, щетинясь
обрывками арматуры. Дом не выдержал одновременное приложение моих сил и сил
десятка наиболее сильных колдунов клана, включая Сешога.
Честно говоря, львиная доля разрушений была вызвана, мягко выражаясь,
не совсем меткими выбросами энергии моих противников, а не моими
действиями.
Это не значит, что они дилетанты. Нет. Совсем наоборот. Просто если
мишень двигается слишком быстро и при этом практически неуязвима для
стандартных заклинаний, бой становится не совсем честным. Ведь что такое
заклинание? Не более чем способ управления энергией... А с энергией я
дружу.
В результате в доме в живых остались лишь я и хозяин. Остальные
погибли, пытаясь остановить меня.
Я взялся за ручку чудом уцелевшей двери, одновременно складывая меч.
Стальное лезвие с шелестом нырнуло в рукоятку на покой.
- Я твой должник, - прокряхтел за спиной старческий голос. - Ты мог
убить меня, но не сделал этого.
Не оборачиваясь, я прощально машу рукояткой меча и захлопываю за собой
дверь.
Во дворе дома, у полураскрытых ворот гаража валяется несколько трупов.
У калитки еще пара.
С неприязнью оглядываю поле боя.
- Ты чем-то недоволен? - интересуется Мичман, созерцая ту же картину
моими глазами.
- Да. Этого можно было избежать. Их убивать было совершенно
необязательно.
- Ну, Витек, ты даешь! Это на тебя совсем не похоже. Отправил на тот
свет десяток матерых колдунов и недоволен, - удивляется Мотор. - Это же
враги!
В чем-то я даже завидую Мотору. Для него все просто: есть друзья, есть
враги. Врагов нужно убивать, а с друзьями пить пиво и разъезжать по городу
на ревущих мотоциклах, сверкая кожей и хромом своих доспехов.
Для меня в сложившейся ситуации понятия враг и друг смешались в равных
долях. В зависимости от ситуации одна и та же сила или человек могут
выступать в совершенно разных ипостасях.
- Что дальше? - интересуется Мичман. - Идеи есть?
- Скажем так, часть проблемы мы уже решили. Количество магов хотя бы
перестанет уменьшаться. Теперь осталось придумать, как это количество
увеличить.
В гараже оказался роскошный лимузин, а рядом с ним...
- Витек! - заорал Мотор так, что у меня по черепной коробке эхо
пошло. - Никакого лимузина! И не думай! Только мотоцикл!
Его реакция меня ничуть не удивляет, ведь рядом с черной массой
лимузина вольготно расположился сверкающий хромом Harley-Davidson во всей
своей красе.
Душа Мотора при виде такой мощи и понимании невозможности лично сесть
в кожаное седло и выжать газ до упора затянулась в узел. Его эмоции
заполнили меня тоской по собственным ощущениям и желанием оседлать
американскую мощь.
Я стараюсь явно не жалеть своих друзей, зная, что они ощутят эхо моих
чувств. Мы хоть и живем в одной оболочке, но мыслительные процессы у нас
абсолютно индивидуальные и скрыты от сожителей. Определенные области мыслей
открываются их владельцем только по собственному желанию. Я, естественно,
как хозяин, нахожусь в более привилегированном положении. Я и только я
являюсь хозяином тела и при большом желании могу заглянуть в самые
потаенные мысли друзей, даже не спрашивая их разрешения. Но поступить так -
это значит обидеть их. А ближе этих людей, в прямом и переносном смысле, у
меня никого нет. Сперва Цитадель, потом вот эта чертовщина... Это ближе чем
родство. Именно по этой причине я решаю удовлетворить плещущее наружу
желание Мотора.
- Значит так, слева сцепление, справа ручка газа, - торопливо начал
экспресс-урок Мотор. - С газом поаккуратнее, это тебе не наша колымага.
Не слушая нравоучения, я устроился в низко расположенном, глубоком и,
по-моему, слишком жестком седле. Мягко буркнул заведшийся мотор и,
подчиняясь ручке газа, огласил окрестности басовитым гулом.
- Эй! Мы это еще не учили! - возмутился Мотор.
Мягко клацнула под левой ногой коробка передач, и тяжелая туша
мотоцикла рванулась вперед. Проезжая через двор, я закладываю пару крутых
виражей, объезжая сперва раздробленную статую обнаженной женщины, а потом
обугленное тело мага, по нерасторопности попавшего под огненный клинок
своего напарника в самом начале штурма.
Уже через несколько минут мы выскакиваем на трассу и, обгоняя попутные
машины, мчимся вперед.
Холодный поток сырого осеннего воздуха тугой волной бьет в грудь и
развевает за спиной полы многострадального плаща.
- Я и не знал, что ты на мотоцикле ездить умеешь, - искренне удивился
Мотор.
- В детстве трехколесный велосипед был. Вот навыки и остались, - без
тени улыбки говорю я. Друзья совершенно не в курсе, что я умею все, что
умеют они. Их знания и навыки стали, в результате подселения, частицей моих
знаний и умений.
Мичман только хмыкнул в ответ, а Мотор что-то удивленно буркнул.
Через несколько километров со мной поравнялась "тойота", из которой с
любопытством выглянула пара симпатичных девичьих мордашек. Судя по
восхищенным взглядам, смотримся мы неплохо: развевающийся за спиной плащ и
длинная шевелюра распущенных волос, свободно треплемая на бегающим потоком
ветра, торс, укрытый чешуйчатой кольчугой, и к тому же на поясе из-под
плаща виднеется рукоятка меча. Своего рода современный вариант
рыцаря-крестоносца. Приветственный взмах мордашкам, и они остаются далеко
позади.
- Придумал! - восхищенно орет Мотор.
- Не кричи ты так. В ушах звенит, - сделал замечание Мичман.
- Да у тебя и ушей-то нет, - парировал Мотор.
- Чего придумал? - интересуюсь я.
- Считай, что проблема с магами решена, - ликует он. - Надо только
малость потрудиться, и все. - Он открывает нам свою мысль.
- Извозчик, едем трудиться! - комично командует Мичман.
- Йес, сэр! - бодро отвечаю я. В ответ мозг наполняется дружным
смехом. С радостью присоединяюсь к веселящемуся дуэту. Наконец у нас
появился хоть какой-то реальный план, и это уже повод для радости.
Осталось его только реализовать.
- Привет, Света, - тихонько произношу, увидев знакомый силуэт, светлым
пятном выделяющийся на фоне темного бревенчатого дома.
- Кто это?! - неожиданно грозно вскрикнула она, одновременно зажигая
на кончике пальца тусклый трепещущий огонек.
Да, до полноценного мага ей еще далеко. А жаль...
- Витя. - Я плотнее запахиваю плащ, ежась от ночной сырости. - Не
узнала?
Несмотря на кромешную темень, разгоняемую разве что тусклым пляшущим
огоньком, я с легкостью вижу засверкавшую на ее лице улыбку.
- Витя! - Она бросилась ко мне. - Откуда ты? Где ты был? - Ее руки
ощупывают меня, как бы проверяя на наличие травм.
- Все нормально. Не волнуйся, - легонько отстранил я ее. - В дом
пригласишь? Или хозяин не велит? - Кажется, она не заметила насмешки в моем
голосе.
- Пойдем скорее. Глобус будет тебе рад. - Света ухватила меня за руку
и потащила в дом.
Скрипнули несмазанные петли входных дверей, в темноте бряцнул
задвигаемый засов, и, наконец, сени озарились светом, ворвавшимся из дверей
в комнату.
- Добрый вечер, Глобус, - буркнул я при виде сидящего за столом с
глубокомысленным видом мага.
Не могу сказать, что не получил абсолютно никакого удовольствия при
виде его перекошенной удивлением и испугом физиономии. Но надо отдать магу
должное, среагировал он почти мгновенно. Не прошло и секунды, как он уже
стоит на ногах, а руки с растопыренными пальцами направлены в мою сторону.
Концентрация энергии в комнате начала быстро повышаться. Похоже, маг
готовится к крупному сражению и решил не ограничиваться собственным
потенциалом, а и подпитаться извне.
- Так вот это лысое чудо и есть настоящий маг? - разочарованно
протянул Мотор.
- Глобус, это же Витя! - вскрикнула Света, закрывая меня собой.
Неожиданно смелый поступок. Мне даже стало приятно от такой заботы.
С любопытством наблюдаю поверх рыжих волос за реакцией Глобуса. Даже
интересно, ударит он или нет.
- Делаем ставки? - тут же вклинился в открытые для всех мысли азартный
Мотор. - Я говорю, не выстрелит. С такой-то рожей...
Взаимосвязь рожи мага и его действий я как-то не совсем уловил и решаю
при случае расспросить Мотора на эту тему подробнее.
- Светлана, уйди в сторону! - грозно прокричал маг. - Я приказываю
тебе! Уйди!
- Это же Витя! Ты что, не помнишь?
- Че он орет? - возмущается Мотор. - К нему в гости пришли, а он орет.
- Я сам знаю, кто это. Меня больше волнует то, как он сюда попал.
- Ногами, - буркнул я, отодвигая Светлану в сторону. Взгляд упал на
стоящий на столе чайник и набор посуды для чаепития. - А сгущенка есть?
- Какая сгущенка? - Маг непонимающе взглянул на меня, так и не опустив
приготовленные для удара руки. Судя по концентрации энергии в кистях рук,
этот удар снес бы меня вместе со стеной дома.
- Дело в том, что я больше всего люблю чай именно со сгущенкой. Ну
знаете, молоко сгущенное в металлических банках. - Я не торопясь
прошествовал к столу и уселся на самодельный деревянный табурет, - С
вареньем удовольствие совсем не то. А нервничаете вы так зря. Ваши ловушки
и датчики, в изобилии растыканные по окрестностям, работают как часы.
- Я сейчас. - Мелькнув перед глазами рыжим ежиком волос, Света
скрылась в соседней комнате и принялась там интенсивно хлопать дверцами
шкафов и тумбочек.
- Как можно есть такую гадость? - как бы между прочим заметил Мичман.
- Хорошо, когд
...Поділитися у соцмережах
