Жанр: Фантастика
Дважды возрожденный
...ие происходящего. До сих пор у
меня была достаточно четкая модель мира и связанные с ней задачи, требующие
решения. И действовали мы, исходя из этой модели. Были конечно белые пятна,
но в остальном... Теперь же я вообще ничего не понимаю. Зачем Мастерам было
говорить мне о стерилизации Земли? Зачем мы искали этот Храм, если Земля
"была, есть и будет"? Зачем погибла гномиха и маги? Зачем?
- Отдыхай, - сказал на прощание Дмитрий и исчез.
Исчезновение хозяина как бы послужило командой для смены интерьера. Я
даже не сдвинулся с места, а оказался в гостиничном номере типа "люкс". В
метре от меня возвышается исполинская кровать с балдахином в стиле Генриха
какого-то или как там это принято называть. Сквозь приоткрытую дверь
виднеется окутанная паром ванна с белоснежными сугробами пены. А рядом со
мной... Только теперь, увидев сервированный по высшему разряду стол, я
понял, насколько голоден.
Вонзив зубы сквозь хрустящую корочку в куриную плоть, я удовлетворенно
замычал.
Блаженство!
А теперь еще глоточек этого красного вина.
Ум-м-м! Смакота.
- Мужики, вы ощущаете этот вкус? - спрашиваю у Мичмана и Мотора.
Тишина.
- Эй! Народ! - уже кричу я.
Путаясь в догадках, проверяю содержимое моей черепной коробки. Кроме
меня, там никого нет. Сознания друзей исчезли, оставив меня в одиночестве.
Сперва они потеряли тела, теперь вот и ту частицу себя, которую мы называем
сознанием. В человеческом понимании Мичман и Мотор мертвы.
Со звоном разлетается на кусочки хрустальный бокал, выпав из моей
руки. На белом мраморном полу образовывается лужица крови. Нет, это всего
лишь красное вино, так похожее на кровь.
Никогда не думал, что одиночество может быть столь тяжелым. Я привык,
что меня постоянно окружают друзья, способные дать совет или просто
поддержать в трудную минуту. Теперь я совершенно один.
- Последний защитник Цитадели, - говорю, тоскливо глядя на свое
отражение в зеркале.
Я прекрасно понимаю, что жалеть о прошлом абсолютно бессмысленное
занятие. Зачем тревожить раны? Но прошлое, не спрашивая моего разрешения,
волнами накатывается, поднимая в памяти события и образы последнего
времени. Для меня они снова все живы, как будто ничего и не случилось.
Улыбки, шутки, громкая речь...
Я опускаюсь на кровать и закрываю глаза, надеясь, что сон оградит меня
от тяжелых воспоминаний.
ГЛАВА 15
По ушам ударил низкий вой сирены. Вскакиваю на кровати и, еще даже
окончательно не отойдя от сна, инстинктивно хватаюсь за лежащий рядом меч.
Сирена воет так, что у меня начинают ныть зубы от изобилия низких
частот.
Стоило мне встать с кровати, и окружающий меня интерьер сразу же
изменился. Теперь вместо шикарного гостиничного номера я нахожусь в уже
знакомом зале с троном в центре. По каменному полу, украшенному мозаикой из
кусочков разноцветного металла, нервно вышагивает Дмитрий. Каждый удар
подошвы ботинка о пол незамедлительно повторяется стенами и стихает где-то
в вышине острого потолка.
- Что случилось? - интересуюсь, сонно потирая глаза. - В честь чего
такая какофония?
- Прорыв! - Дмитрий произнес это слово как ругательство.
- Где? - все еще не понимаю я.
- Прорыв нашей реальности, - не прекращая движения, разъясняет он. -
Чужие вторглись в один из крайних миров.
- А при чем здесь мы? Все равно им ничем не поможешь. Пока туда
доберешься... А откуда ты это знаешь? И почему...
- Сперва решим проблему, потом поговорим! - не дав мне выдать полный
список накопившихся вопросов, прервал Дмитрий. - А сейчас собирайся,
пойдешь в первой группе.
- Куда?
Я закрываю глаза, надеясь, что после того, как я их открою, весь этот
дурной сон закончится и все будет как обычно. Как ни жаль, но я начинаю чем
дальше, тем больше чувствовать себя полным идиотом. Я практически ничего не
понимаю в происходящем. Какой бы вопрос я себе ни задал, ответ будет один и
тот же - "не знаю". Куда исчезли Мичман и Мотор, какие чужие, какая, к
черту, реальность?.. Мысли крутятся в голове, как белье в стиральной
машине, только вот пользы существенно меньше.
- Не стой ты как столб! - вырывает меня из раздумий голос. -
Отправляемся!
Я открываю глаза и с удивлением обнаруживаю, что нахожусь в совершенно
другой комнате, заполненной людьми.
Все пространство комнаты занимают вертикальные светящиеся столбы
диаметром около метра, упирающиеся в полупрозрачный потолок, сквозь который
виднеется ночное небо, усыпанное звездами, и россыпь маленьких, но
достаточно ярких лун.
Столбы пульсируют мягким светом, позволяющим рассмотреть стоящих в них
людей. Их всего около сотни, может чуть больше. Все окутаны непрозрачной
белоснежной пленкой наподобие скафандров. Стоит изменить тип зрения, и
сразу же в глаза бросается множество потоков разнообразной энергии,
циркулирующей по Храму. Я никогда доселе не видел столько разнообразных
энергетических потоков одновременно. Энергия, или, как ее еще называют,
сила, здесь повсюду: в пульсирующих столбах, в скафандрах людей, в
стенах...
Сильная рука толкает в спину, и я, чуть не упав, оказываюсь в
ближайшем пустом столбе. Спустя мгновение мое тело покрывается белоснежной
пленкой, ограждающей от внешнего мира. В ней вполне комфортно: не сковывает
движений, не мешает обзору. До сих пор я ни с чем подобным не сталкивался.
Эта тоненькая пленка является одновременно и физической и энергетической
защитой. Так сказать, скафандр двойной защиты. А судя по сумасшедшей
концентрации энергии на ее поверхности, еще и оружием.
Вот только зачем весь этот маскарад, я все никак не пойму.
Резкий приступ тошноты ознаменовал бросок. Иначе я никак это не могу
назвать. Как будто сработал ракетный ускоритель под ногами, бросив меня
вверх. Я как пуля лечу по бесконечному потоку окутывающего меня света.
Понятия верх и низ, как и ощущение времени пропали сразу же после старта.
Кажется, что я уже лечу целую вечность.
Сквозь пульсирующие стены моего трубопровода я вижу такие же окутанные
белым тела, идущие параллельным курсом.
Как пчелиный рой, возникает в мозгу аналогия.
Яркий свет ослепляет, и я зажмуриваю глаза. Ощущение падения, именно
падения, а не полета, заставляет их незамедлительно открыть,
- Черт! - вырывается из груди жалобный вопль. - М-мать!
Ощущение меня не обмануло. Я падаю с высоты в несколько километров на
стелющуюся внизу степь. Все мои попутчики куда-то исчезли, и падение
происходит в полном одиночестве.
- Извини, - зазвучал в голове голос Дмитрия. - Совсем забыл.
На меня обрушился поток информации. В глазах потемнело от обилия
навалившихся знаний. Вот теперь я в полной мере ощущаю, что такое
информационный удар, и понимаю, почему в свое время маги выражали
недовольство по поводу ускоренной передачи данных.
Буквально через секунду я возвращаюсь к нормальному состоянию,
переполненный новыми знаниями. Теперь я знаю, как пользоваться окружающей
меня оболочкой, и имею полное представление о поставленной перед нами
задаче.
Подчиняясь мысленной команде, оболочка вместе со мной переходит из
падения в свободный полет.
Возникший перед глазами полупрозрачный тактический дисплей отражает
картину боя в реальном времени. Оказывается, моя группа уже столкнулась с
противником в нескольких километрах отсюда.
Ощущение полета пьянит лучше всякого спиртного.
Оболочка реагирует на команды мгновенно, позволяя выполнять любые
фигуры высшего пилотажа. Выписываю несколько пробных па в воздухе и,
полностью разобравшись в подаче команд, ложусь на нужный курс.
- Сбылась мечта идиота, - говорю вслух. - Стал летчиком!
Подо мной с бешеной скоростью проносится степь, изредка утыканная
невысокой растительностью. Испуганно бросилось в сторону маленькое стадо
каких-то копытных с огромными головами и неправдоподобно ветвистыми рогами.
Еще чуть-чуть...
А вот и точка назначения.
На тактическом дисплее пляшут сотни разноцветных огоньков,
показывающих, что через несколько секунд я окажусь в гуще сражения.
Сперва вижу хоровод разноцветных фигур в воздухе, а потом только
замечаю расположившийся под этим кордебалетом городок.
Небольшие глиняные хижины, часть из которых полностью разрушена,
окружены аккуратными садиками и огородами. В центре городка виднеется
высокое здание, похожее на многоэтажный курятник.
События, происходящие в воздухе, отвлекают меня от созерцания местных
достопримечательностей. Похоже, нашим, а под нашими я имею в виду группу в
белых оболочках, приходится несладко. Чужаков существенно больше, хотя на
первый взгляд они кажутся слабее.
Небо над городом заполнено яркими вспышками и сверкающими лучами.
Недолго думая, я бросаюсь в бой.
Противник для меня нашелся сразу. Черная, масляно поблескивающая
фигура свалилась на меня откуда-то сверху, заставив резко дернуться в
сторону. Именно это меня и спасает, так как в точке, где я находился,
спустя мгновение уже бушует пламя взрыва. Волна воздуха бьет меня в бок и
разворачивает на девяносто градусов.
- Ах ты так? - просыпается во мне злость.
Я толком не представляю, кто является нашим противником, но это
совершенно не мешает испытывать к ним ненависть. На людей они совершенно не
похожи, скорее уж на черных рыб, оснащенных вместо плавников узловатыми
конечностями с каким-то оружием. В том, что это оружие, я ни на миг не
сомневаюсь, так как прямо на моих глазах из удерживаемого чужаком предмета
вырвался вихрь огня и окутал одного из наших. На концах хвостовых плавников
расположены маленькие реактивные двигатели, обеспечивающие чужакам
потрясающую маневренность.
- Получай, гад! - По мысленной команде оболочка отправляет в
стрелявшего в меня чужака огненный шар
Яркая вспышка, и окутанный пламенем чужак, размахивая руками, несется
к земле. Но времени на празднование первой победы у меня совершенно нет,
так как сзади наваливается еще пара черных рыбок. Чем-то они мне напоминают
рыбок-меченосцев. В детстве я пытался разводить их, но благодаря соседскому
коту Ваське затея пошла прахом.
Маневр.
Еще маневр.
Выходя из мертвой петли, выбрасываю обе руки вперед, и с кончиков
пальцев в сторону противника устремляются две огненные струи. Одного из
чужаков поток энергии пробивает насквозь, чуть ли не выворачивая наизнанку,
но вот второй оказался проворнее. Он не только умудрился уклониться от
удара, но еще и выпустил в меня темное облако какой-то дряни. Один из
бойцов в белой оболочке ненароком вскочил в это облако и тут же обмяк. Его
тело продолжило полет в прежнем направлении, не подавая признаков жизни.
Отправляю в чужака целую серию энергетических импульсов, надеясь, что
хоть один попадет в цель. От нескольких он уворачивается, остальные
отражает защитным полем. Готовлюсь к новой атаке, но тут на нас сверху
обрушивается копошащийся клубок из десятка воинов, сошедшихся в рукопашном
бою. Никогда не мог предположить, что слова "воздух" и "рукопашный бой"
совместимы. Но то, что я вижу, иначе никак не назовешь.
Периодически из вращающегося клубка вываливаются то целые тела, то
какие-то части.
Забыв о предыдущем противнике, вливаюсь в это месиво, сразу же внося
свою лепту в виде отсеченной энергетической ниткой головы чужака.
Не знаю, сколько по времени длится эта схватка и скольких чужаков я
отправил на тот свет. Вершащееся действие увлекло меня полностью.
Белоснежная оболочка реанимирует уже третий по счету ожог. К счастью,
незначительный.
Как это ни странно, я получаю удовольствие от происходящего, кровавого
месива и испытываю искреннюю радость, провожая взглядом дымящиеся останки
врага, летящие к земле.
Наконец противник не выдерживает и начинает постепенно отступать.
Тактический дисплей показывает, что они собираются в единую тучу и медленно
удаляются.
Белые силуэты вертятся как пчелы вокруг черного скопления, нанося удар
за ударом.
Один из наших вырывается вперед, и его тут же рассекает пополам
сверкающая плоскость. На теле исчезает защитная оболочка, и я успеваю
заметить, что это Дмитрий.
- Ах вы падлы!
Во мне просыпается дух камикадзе, и я, максимально уплотнив
фронтальную область защитной оболочки, отчего она сразу же приобрела
молочный цвет, врезаюсь в отступающего противника, вертя перед собой два
скрещенных потока энергии. Такое расточительство сразу же отрицательно
сказывается на моем энергозапасе. Но и противник, совершенно не ожидавший
такого натиска и необычного применения стандартного оружия, теряет около
десятка боевых единиц.
С трудом вырываюсь из черного кома, чувствуя, что пора утихомириться.
Правая рука уже не белая, а черная и совершенно не чувствуется, как будто
ее и нет вовсе. Судя по обильно идущей изо рта крови, повреждены внутренние
органы. Организм вступает в борьбу с многочисленными ранениями, пытаясь
подлатать хотя бы наиболее важные органы.
Самое неприятное это то, что я начинаю терять высоту. Проще говоря,
падать.
Стремительно приближающийся городок совершенно не кажется мне удобным
местом для такого скоропалительного приземления. Я предпочел бы
какой-нибудь водоем, в крайнем случае болото, но не падение на крышу дома
или мощеную улицу...
Оболочка совершенно перестала подчиняться на высоте около двадцати
метров. До этого она хоть как-то гасила скорость падения, используя остатки
энергии. Теперь я падаю, как камень.
От удара крыша дома, укрытая плотно увязанными пучками травы,
проломилась, и я рухнул вниз. Приземление оказалось значительно мягче, чем
ожидалось. Скорее всего, отделался переломом двух ребер, и все. Значительно
больше беспокоит неработоспособность правой руки - результат попадания
струи какой-то жидкой дряни.
Несмотря на головокружение, пытаюсь принять вертикальное положение,
одновременно отплевываясь от неизвестно откуда взявшейся во рту сухой
травы. С трудом, но все же мне удается это сделать. С удивлением
обнаруживаю, что застрял в куче сена, которым завалена вся комната. Вот это
называется повезло! А мог бы и на землю. Одна мысль о возможном приземлении
на что-то менее мягкое вызвала приступ головной боли.
Охая и чертыхаясь, медленно на четвереньках выбираюсь из сена в
направлении дверей. Упершись головой в деревянную створку, пытаюсь их
открыть. Толчок, еще толчок. Безуспешно, дверь закрыта снаружи. Как бы в
ответ на мои мысли снаружи скрипит засов, и двери распахиваются.
- Оп-па! - тихонько говорю, глядя на направленные в лицо вилы.
Похоже, гостей с неба здесь не очень-то любят.
В увиденном меня больше удивляют не угрожающие вилы, а тот, кто эти
вилы держит. Это кентавр. Самый настоящий кентавр. Лошадиное туловище
увенчано спереди мощным мужским торсом, над которым нависает бородатая
голова с крупными некрасивыми чертами лица.
В детстве я такого видел в каком-то сказочном кинофильме. Или не
кинофильме... Вот черт, не помню. Хотя какая разница... Факт то, что эти
создания существуют и одно из них стоит напротив меня с вилами в
мускулистых руках.
Кентавр посмотрел сперва на небо, потом на меня и вскинул свое мирное
оружие.
Меня уже столько раз убивали, что пора бы и привыкнуть, но все никак
не получается. Внутри все сжалось от ощущения беспомощности. Я и рукой-то с
трудом пошевелить могу, не говоря уже о противоборстве с этим мускулистым
копытным.
За спиной кентавра бесшумно завис в воздухе воин в белоснежной
оболочке, украшенной темными кляксами - следами свежей битвы. Вскинутые
руки готовы превратить аборигена в кусок обугленной плоти. И это правильно,
ведь он хочет меня убить. Но какая-то часть меня, прорываясь сквозь
инстинкт выживания, кричит воину:
- Не убивай его!
Раны и пережитый шок все-таки взяли свое.
Глядя на мчащиеся на меня вилы, я благополучно теряю сознание, с
надеждой когда-нибудь в него еще вернуться.
- И долго еще он так валяться будет? - звучит как бы издалека знакомый
бас.
- Восстановительные процессы завершены, и общее состояние можно
считать нормальным. Так что с минуты на минуту придет в себя, - отвечает
еще один голос, тоже кажущийся очень знакомым.
- Вот удивится, когда очухается! - вклинился в разговор третий
человек.
Но этого не может быть! Если мне не изменяет слух, то голоса
принадлежат Мичману, Мотору и Дмитрию.
Но они же мертвы!!!
Я собственными глазами видел, как хозяина Храма разорвало на куски во
время воздушной битвы.
Битва!!!
- Мы победили? - громко спрашиваю, открывая глаз.
От моего столь резвого пробуждения присутствующие подскочили на месте
и устремили взгляды на меня.
- Да, - отвечает стоящий рядом с пышной кроватью гостиничного номера
Дмитрий. - С твоей помощью. Ты проявил незаурядную смекалку и храбрость.
Теперь я точно уверен, что Храм правильно выбрал нового хозяина.
- Какого такого хозяина?
- Да не дергайся ты так, Витек, - звякнул над ухом заклепками кожаной
куртки Мотор. - Главное, не принимай все близко к сердцу. Я сначала тоже
хотел Димку на тот свет отправить... Было такое желание... Но потом понял,
что он прав. Работа, понимаешь, у него такая.
- Неприятно, конечно, что такими методами... Но по-другому, к
сожалению, никак нельзя, - добавил стоящий рядом с Мотором Мичман и чиркнул
спичкой, раскуривая трубку.
- Вы живы? - верчу я головой, все еще не веря в свершившееся.
- Ага! - хлопнул меня по плечу Мотор. - И должен заметить, чертовски
приятно иметь собственное тело, а не бомжевать в чужом. Ты, Витек, в
смысле, не обижайся...
- Он хотел сказать, что в гостях хорошо, а дома лучше. - Мичман
выпустил через ноздри два клуба зловонного дыма.
- Но как же... - все еще не понимаю я. Сажусь на краешек кровати и, не
доверяя зрению, ощупываю друзей руками.
- Вы живы! - восхищенно кричу, окончательно поверив в чудо, и
вскакиваю на ноги, чтобы обнять друзей. - Я даже и не надеялся, что мы вот
так...
После минуты звучного хлопанья ладонями по спинам и крепких
рукопожатий мы наконец усмиряем свои эмоции.
Поворачиваюсь в сторону улыбающегося Дмитрия, стоящего с другой
стороны кровати.
- Но ведь тебя во время боя на куски... Я сам видел!
Он весело улыбнулся и рухнул в ближайшее кресло, забросив скрещенные
ноги на подлокотник.
- Дело в том, что если бы ты заглянул под оболочки всех воинов, то
везде бы наткнулся на мое лицо. Все армии Храма воина состоят из меня.
Можно сказать, что я являюсь шаблоном, на базе которого создаются
защитники, те самые воины в белых оболочках, которых ты видел. Почти
абсолютные копии. - Он отхлебнул из появившегося в его руке бокала. - Ты
видел смерть моей копии, а может и меня. Здесь понятие оригинала и копии
будет не совсем уместным, так как первое от второго ничем не отличается,
потому что они имеют одинаковое сознание, хранящееся в самом Храме. На
первый взгляд это кажется немного запутанным, но чуть позже ты сам все
поймешь.
- А потом? - интересуюсь, представив гигантскую мясорубку,
перемалывающую ставшие ненужными копии.
- Они исчезают. Исчезают, чтобы появиться в нужный момент.
- Так вот откуда взялись все эти легенды о копировании воинов! -
догадываюсь я.
- Ты абсолютно прав. Большинство легенд имеют под собой вполне
реальную основу.
- А как же легенда о дважды возрожденном? - нетерпеливо смотрю я на
Дмитрия в ожидании ответа.
- Точно так же. Ты и есть дважды возрожденный, и ты действительно
будешь спасать мир. Спасать до тех пор, пока тебе не придет на смену другой
дважды возрожденный. - Бокал в его руке исчез, и он встал с кресла. - А
сейчас извините, у меня есть несколько неотложных дел. Твои друзья в курсе
всего произошедшего. Надеюсь, они тебе все расскажут и без меня.
Я посмотрел на Мичмана и Мотора, и те дружно кивнули в ответ, как два
китайских болванчика. Заручившись их согласием, Дмитрий исчез.
- Ну, чем похвастаетесь? Чем удивите? - Поудобнее устраиваюсь на
кровати, а друзья вольготно разваливаются на кушетке напротив.
Я даже не могу выразить радость, которую испытал, увидев их. Даже
сейчас, по истечении нескольких минут я все еще не верю в случившееся. Мне
кажется, что это не более чем сказочный сон, который может закончиться в
любой миг и вернуть меня в мрачное одиночество. Сейчас я готов им прощать
все что угодно, даже вонючую копоть трубки Мичмана и непрекращающееся
бряцание всех металлических побрякушек Мотора. Кажется, что с возвращением
друзей ко мне вернулась часть собственной жизни, исчезнувшая вместе с ними.
- Удивлений, Виктор, более чем достаточно, - сказал Мичман. - Да вот
только не все тебе понравятся.
- Давайте по порядку, - предлагаю я. - Кто начнет повествование?
Мотор молча ткнул пальцем в Мичмана. Тот обреченно вздохнул и, выбив
трубку о подлокотник кушетки, спрятал ее в карман. Образовавшаяся на полу
кучка пепла просуществовала не более секунды. Миг, и ее уже нет. Да, за
чистотой здесь следят.
- Так вот, - оторвал глаза от места исчезновения пепла Мичман. - Будь
готов к тому, что картина мира в очередной раз перевернется с ног на
голову, и к тому, что нас, как всегда, использовали в чьих-то интересах, не
спросив при этом нашего согласия.
- В первый раз, что ли? - хмыкнул я.
- Начну, пожалуй, с того, что осталось неизменным. Все миры
действительно выстроены в цепочку и удерживаются с помощью Столбов. Все это
действительно дело рук Мастеров. - Он сделал паузу, чтобы по новой
раскурить трубку. - Пожалуй, это все, что осталось неизменным из ранее
известной нам схемы мироздания. Так вот, миры собраны в цепочку, а та, в
свою очередь, находится в чем-то наподобие надутого воздушного шарика,
называемого реальностью.
- Или еще чего-нибудь типа шарика, - стыдливо хихикнул Мотор, пытаясь
покраснеть, и сразу же утих под взглядом рассказчика.
- Таких шариков теоретически много.
- Почему теоретически? - перебиваю я.
- База данных Храма не имеет подробной информации на этот счет.
Известно, что реальностей несколько и из некоторых приходят нежданные
гости. Все эти шарики болтаются в Великом Ничто. Если я правильно понял,
это первородный океан энергии. Вопросы по этой области можешь даже не
задавать, все равно не отвечу, так как сам не знаю. Точно известно, что не
все реальности созданы Мастерами. Существовали, а может, и существуют
другие, равноценные по мощи цивилизации.
- То есть никаких Мастеров в Столбах? Никаких колебаний? - начал
заводиться я.
- И никаких стабилизаторов! - дополнил ряд догадок Мотор. - Абсолютно
верно! Нас водили за нос, как малолеток!
- Не торопись злиться, - успокаивает Мичман. - Дальше еще интереснее
будет... Мастера создали нашу реальность со всем ее содержимым и ушли. Куда
и почему неизвестно. Неизвестно даже то, как они выглядели. Возможно, они
вымерли или погибли в войнах, а может, заняты какими-то своими делами. Но
можно сказать, что они были довольно заботливыми родителями и не бросили
свое творение на произвол судьбы. В середину цепочки миров был помещен Храм
воина.
- Так получается, что Храм это не просто какая-то игрушка, а целый
мир? - Я сполз с кровати и сел прямо на пол, поближе к рассказчику.
- Мир, предназначенный для выполнения целого ряда функций. Он является
своего рода источником и компрессором энергии, циркулирующей по Столбам.
Именно Храм обеспечивает удержание миров вместе. Кроме этого, Храм защищает
нашу реальность от гостей извне и стабилизирует внутреннюю обстановку.
- Чтобы обитатели срезов окончательно не угрохали друг друга, -
прокомментировал Мотор.
- Не понимаю. Но как же тогда он допустил уничтожение лактов копачами?
Выходит, он не справился с задачей.
- Я задавал подобный вопрос Дмитрию, - отвечает Мичман. - Он не особо
горел желанием обсуждать этот момент. Только упомянул что-то о равновесии,
которое соблюдается любыми силами, и о том, что любой может ошибиться.
- Продолжай, продолжай, - тороплю его, сгорая от любопытства.
- Мастера оказались даже умнее, чем кажутся. Храм - своего рода
мыслящее существо или, может быть, машина с первозадачей - сохранить эту
реальность в целом. Но, как всегда, есть одно "но". Он разумен, обладает
огромнейшей базой знаний, но абсолютно бессердечен, как и полагается
машине. Чтобы компенсировать этот недостаток, Мастера предусмотрели наличие
в Храме человека. Я обращаю твое внимание - именно человека, а не кого-то
другого. Все решения принимаются совместно машиной и человеком. Человек
присовокупляет к действиям Храма гуманность и доброту.
- Своего рода Бог получается? - Удивленно качаю головой, окончательно
обалдев от услышанного. - От его моральных качеств зависят жизни миров...
- Именно так! - улыбнулся Мичман. - Именно от моральных. Но играют
роль и физические, так как на базе этого человека, называемого хозяином
Храма, создаются армии, противодействующие внешним силам или решающие
внутренние проблемы.
- Дмитрий... - начал я.
- Да, Дмитрий на текущий момент является хозяином Храма воин
Поділитися у соцмережах
