Жанр: Фантастика
Чистовик
...лгода.
А потом Котя познакомился с куратором.
- Его звали Фридрих. Кажется, он был австрийцем. Очень приятный мужик на самом деле... - Котя помолчал. - Не то чтобы мы подружились, но всегда приятно, когда тебя ценят... пусть даже за незаслуженный талант... Он обычно приходил с девушкой по имени Лора. Обычная девушка, не функционал... очень красивая. Очень.
Он снова замолчал.
- Ты его убил, - сказал я.
- Да.
- Из-за девушки?
- Да.
- Почему?
- Потому что вначале убил он. Лору. Когда узнал, что она ему изменила... со мной. - Котя усмехнулся. - Потом уже я узнал, что это был не первый ее адюльтер. И ко мне она всерьез не относилась. Фридриху, похоже, надоели непрерывные измены вперемежку с истериками. Он убил девушку... знаешь, это выглядело как сцена из старого фильма - сбросил ее со скалы. У меня на глазах. А потом очень спокойно сказал, чтобы я больше не поддавался на такие соблазны... он же серьезный человек, ему не нравится быть рогоносцем... Он очень легко к этой ситуации отнесся. А я - нет. Я завелся. Как ты, когда убили Настю. Я кинулся на Фридриха, хоть и понимал, что ничего не сумею сделать... и вдруг что-то произошло. Я его просто-напросто задушил. Прижал к земле и задушил. Он очень долго не умирал. Пытался вырваться... - Котя замолчал. Потом продолжил: - Так куратором стал я. Ко мне... пришли. С Аркана. И объяснили, что раз уж уничтожил прежнего куратора, то теперь стану выполнять его обязанности. Я согласился. Я был в ужасе, если честно.
- И часто куратору приходится?.. - Я не стал заканчивать фразу.
- Я больше никогда и никого не убивал. - Котя помотал головой. - Нет. Никогда. Это... это делают акушеры или полицейские. Куратору... ну, самому не нужно. Пост слишком высокий. А когда с тобой случилось... когда эта дура Иванова убила Настю, а ты ее казнил... я запаниковал. Я решил, что все повторяется. Что ты становишься куратором вместо меня. И попытался... извини. Я больше не буду.
Некоторое время мы сидели молча - два голых дурака в бочках с остывшей уже водой. Потом я сказал:
- Ясно. А скажи мне такую вещь, Котя... Я что, действительно становлюсь куратором?
- Не знаю. - Котя помолчал. - Но ты определенно приобрел какие-то способности - раз сумел расправиться с акушером. А я... я свои способности теряю.
И в голосе его мне послышалась легкая паника.
- Я тебе подарю саксофон, - сказал я. - Будешь лабать в ресторане. А по ночам писать скандальный роман "Учительница пения". У тебя как раз самый возраст - предаваться эротическим фантазиям.
- Я ему предамся, - негромко сказали от двери. - Я ему так предамся... Привет, Кирилл.
Повернувшись к двери, я потрясенно уставился на Иллан.
Да, конечно, я помнил, что они были вместе. И логично было предположить, что вместе и остались.
- Простите, что помешала. - Иллан ухмыльнулась и бросила на лавку у дверей стопку сероватых полотенец. - Но присоединиться мне как-то неудобно, а послушать вас любопытно.
- Мы сейчас придем, - сказал Котя с легким заискиванием. Кажется, его статус куратора, уже явно знакомый Иллан, в их отношениях мало что изменил.
- Давайте, ребята. У меня тоже есть вопросы. - Иллан посмотрела на меня - и в ее глазах мелькнула боль. - Кирилл... мои соболезнования.
Я неловко кивнул и ответил:
- И мои... тоже.
7
Есть одежда, будто нарочно придуманная с целью стать всеобщим мировым мерилом. К примеру - джинсы. Конечно, есть разница между пошитыми во Вьетнаме в четвертую, неофициальную смену "Wrangler" и украшенными стразами от Сваровски "Dolche&Gabbana" (пошитыми, впрочем, все в том же Вьетнаме или в соседнем Таиланде). Но если отбросить крайности, то джинсы носят мужчины и женщины, миллионеры и нищие, манекенщицы и обладатели пивных животов. Отец когда-то мрачно сказал мне, что Советский Союз развалили джинсы, точнее, их отсутствие. Не знаю, может, он и прав, не представляю, как без джинсов можно вообще жить! Я даже думаю, что джинсы - это та вещь, которой Америка на Страшном Суде будет оправдываться за "кока-колу" и гамбургеры.
Есть одежда национальная, сувенирная. Это и любимая украинцами фофудья, и шотландский килт. Шотландцы упорно носят на торжественных приемах юбки, молодые украинские краеведы возрождают в стране интерес к фофудье, но все это остается не более чем данью традиции.
А есть одежда, которая вроде бы и не слишком экзотична, но не приживается на чужой почве. Вот, к примеру, мужской халат. Непременный атрибут ленивой восточной неги. Лучший друг вернувшегося домой английского джентльмена. А вот в России, которая вечно болтается между Европой и Азией, он так и не прижился. Мы слишком суетливы, чтобы ходить в халате летом - да и коротко оно, русское лето, коротко и дождливо. Зимой в наших домах либо так натоплено, что никакой халат не нужен, либо слишком выстужено - и халат не спасает. Вот и стали заменой халату линялые спортивные костюмы... а если дома "все свои" - то и просто вислые семейные трусы.
В общем, носить халат я не умел и чувствовал себя в нем неловко. Ну, как человек, первый раз в жизни влезший в костюм, повязавший галстук и отправившийся на серьезный официальный прием. Все непонятно - как сесть, как встать, как реагировать на болтающуюся на шее удавку... Так и я в плотном мягком халате чувствовал себя остолопом - заложил ногу за ногу и понял, что представляю не самое лучшее зрелище, потянулся - и продемонстрировал безволосую и не слишком-то мускулистую грудь.
Хотя обстановка вполне соответствовала халату. Мы сидели в комнате, где стены до половины были покрыты панелями темного дерева, высокий потолок тоже был деревянный, кресла и диваны - кожаные, огромный камин с пылающими в нем дровами выложен потемневшей от времени и огня керамической плиткой с рисунком. Несколько шкафов с солидными толстыми книгами, сто лет назад изданными и тогда же читанными в последний раз, и массивная люстра над головой, где тускло светили извитые будто свечи лампочки, окончательно переносили нас из буддийского монастыря в старый английский клуб.
- Какие у тебя вкусы, оказывается, - пробормотал я, пытаясь устроиться в кресле поудобнее. - Классические... Ты в Оксфорде не обучался?
- Это от кого-то из прежних кураторов, - сказал Котя. - Я проверял книги, они все изданы не ранее одна тысяча восемьсот пятого года...
Он взял с журнального столика сигареты, жадно закурил. Сказал:
- Я полагаю, что именно тогда они и пришли к нам.
- Арканцы?
- Ну да. Я как-то слышал, что первый куратор был англичанин. Думаю, он здесь устроил что-то похожее на свое английское жилище... конечно, потом все немножко переделывалось. Электричество, если честно, я здесь проводил. - Он немного помолчал, потом с гордостью добавил: - Сам. Можно было притащить электрика-функционала. Но я решил, что сам справлюсь.
- Как бы ты его притащил? А поводок? - Я не стал уточнять, что служит генератором, хотя почему-то мелькнула в голове ехидная картинка: неустанно крутящиеся молитвенные барабаны, насаженные на шкив динамо-машины.
- Куратор - может, - сказала Иллан. Тоже взяла сигареты и закурила. - У него есть к тому способности. Акушеры и кураторы не связаны поводком.
- А некоторые почтальоны и таксисты привязаны к подвижной функции, - добавил Котя. - К машине или повозке...
Наверное, он думал, что я удивлюсь. Но я только покачал головой:
- Котя, поводок - он же вовсе не обязателен. Это ведь только знак. Как ошейник у рабов в Антике. Ошейник может быть золотой и с драгоценными камнями... но это ошейник... Иллан! - Я посмотрел на девушку. - Когда он тебе признался?
- В том, что он куратор? После того, как пытался тебя убить.
Котя нервно затянулся и сказал:
- Давай я тебе все расскажу. Подробно, по пунктам. Первое - чем занимается куратор.
- Очень интересно! - подзадорил я.
- Да ничем практически! - Котя развел руками. - Я высказывал свое мнение о том, как надо развиваться нашему миру. Не знаю уж, как меня слушали... но я очень старался. Пытался придумать для нас будущее получше... честное слово.
- Ты очень преуспел, - кисло сказал я. - Достаточно глянуть новости, чтобы убедиться.
Котя поморщился и продолжил:
- Еще - акушеры мне сообщали, кого и когда собираются сделать функционалом...
- И каким?
- Нет, этого они сами не знали. Как получится, так и получится. Так вот, мне поступали отчеты - как, кого, когда. Пять-шесть человек в день. Это по всей Земле, между прочим. Хотя, конечно, большинство функционалов в США, Европе, Китае, России, Японии. В развитых странах, в общем. А всякая Африка и Латинская Америка - там их раз в десять меньше... Еще мне сообщали, если кто-то погибал или разрывал связь с функцией. Это где-то один-два человека в неделю. Я посчитал для интереса - функционалов на Земле не меньше трети миллиона. Ну конечно, если всегда процесс шел с одинаковой скоростью, а начался и впрямь двести лет назад... Еще мне иногда приходили письма или телеграммы с Аркана. Раз-два в месяц... Обычно мне сообщали имя человека, которого надо сделать функционалом. Я передавал это имя кому-то из акушеров...
- Сколько всего акушеров?
- Шестеро. Если не появилось нового вместо Натальи, то сейчас пятеро. Но могли кого-то прислать из Аркана или из другого мира. А могло так случиться, что новый функционал стал акушером.
Я кивнул.
- Вот, собственно говоря, и все... - сказал Котя. Помялся и добавил: - Ну, иногда с Аркана просили "обратить внимание" на кого-то из функционалов. Я сбрасывал эту информацию полицейскому, контролировавшему данный район. Если же полицейских в районе не было - тем же акушерам, они-то без поводков... А раз в квартал я писал отчеты в Аркан. Фактически - просто суммировал полученные отчеты от акушеров. Кто, когда и каким функционалом стал. Если были проблемы с адаптацией, жалобы - тоже это указывал. Ну и размышления свои о том, как бы стоило человечеству дальше развиваться...
- И все?
- Да. Все. - Котя развел руками. - Думаешь, я сидел в Москве, с девками гулял и всякие рассказики пописывал, чтобы тебя в заблуждение ввести? Да мне и впрямь делать было нечего! Я три года болтался по всей Земле - знаешь, как интересно было? Ну и по остальным мирам Веера. А потом это так надоело! Оказалась, что придумывать всякие глупости, пить и ходить по бабам куда...
Иллан потянулась и легонько шлепнула Котю по затылку. Сказала:
- Про баб - хватит, пожалуйста. Рассматривай это как окончательно пройденный этап твоей биографии.
Котя покосился на нее и, к моему удивлению, кивнул. Довольно-таки искренне кивнул. И продолжил:
- Работа куратора - все равно что работа управляющего в большом и справном имении. Крестьяне сами знают, когда сеять, а когда молотить. Кузнец чинит утварь, ба... женщины бьют из молока творог и возят продавать на базар, поп служит молебны. Все само течет, а управляющий сидит на крыльце, пьет наливку и... - Котя крякнул и неуклюже закончил: - Ну... ест там чего-нибудь...
Иллан неожиданно засмеялась и сказала:
- Котя, беру свои слова обратно. Ну если ты не можешь ничего рассказать без этого - говори, как тебе привычнее. Только при случае поинтересуйся, как делают творог, а как - масло.
- Я уже закончил, - мрачно сказал Котя. - Все, что перечислил, - это и есть вся моя работа. Теперь второе - что я могу как куратор. У меня есть вот это обиталище в Тибете. Уж не знаю, как выдрессировали этих монахов, чего наплели, но служат они фанатично. Я здесь бываю нечасто, но если надо - это надежное укрытие для куратора. Я могу передвигаться... ну... - Котя заколебался, подыскивая слова, - вроде как сквозь пространство. В любое место, где бывал раньше и которое запомнил. Мне надо придумать для него какое-то обозначение, кодовое слово - и потом я могу открыть к нему портал.
- Только к любому месту? - спросил я.
- Или к человеку. - Котя выглядел смущенным. - Которого знаю лично. Ну... на тебя у меня была наводка. Я периодически поглядывал... после того, как поссорились. Ну... на Иллан...
- Все ясно. А что ты еще умеешь?
- Да ничего, - раздраженно сказал Котя. - Каких-то совсем уж хитрых способностей у меня нет. Ни знаний всего на свете, как у таможенника. Ни силы, как у полицейского. Ни способностей к врачеванию. То есть все это как бы тоже есть - но слабее, чем у них.
- Фигня какая-то, - не выдержал я. - Ты же главный! Смотритель над всей Землей!
- Ага! - Котя тоже вспылил. - Как ты думаешь, у старосты барака в концлагере много было прав? Ну, пайка посытнее, койка помягче, да еще право с надсмотрщиками разговаривать. Вот и все! Ты уж не преувеличивай мои способности. Я всего лишь посредник. Специалист широкого профиля, но - все широкие специалисты неглубоки. Увы.
- Чем лужа больше, тем она мельче, - назидательно произнесла Иллан.
Мы с Котей удивленно посмотрели на нее.
- Афоризм, - неуверенно сказала Иллан. - А?
- Не получился, - ответил я. - Ладно, проехали. Котя, а чего ты лишился в последнее время?
- Я не могу открыть портал в обитаемые миры. - Котя развел руками. - Вначале закрылся Аркан, потом стали недоступны другие миры с цивилизованной жизнью. Тебе чертовски повезло, что Янус мне пока доступен... Я пытаюсь выйти на почтальона - но не могу. То ли он не появляется на нашей Земле... то ли как-то от меня закрылся. Должно было прийти письмо с Аркана, но не пришло. И отчеты от акушеров перестали поступать. Ну... будто я вышел из доверия. - Он косо улыбнулся. - Или... словно они ждут, кто из нас с тобой победит.
- Как так вышло, что я стал функционалом? - задал я вопрос в лоб. - Вот только без историй "пришла разнарядка, очень не хотелось, но я человек подневольный...".
Котя вздохнул. Кажется, мы дошли до какого-то момента истины.
- Я сам дал твое имя Ивановой, - мрачно сказал он. - Ну, будто мне такое указание пришло... Воспользовался, можно сказать, служебным положением в личных целях.
- Зачем?
- Ну скучно мне было! - с тоской сказал Котя. - Хотелось, чтобы кто-то из друзей стал функционалом. Чтобы можно было дурака повалять, прикинуться случайным участником событий... Меня же в лицо никто не знал. Даже эта дура Наталья! Куратор - он самый скромный правитель в мире...
Я фыркнул:
- Да уж... куда скромнее.
В камине потрескивал огонь. Иллан, свернувшись калачиком в кресле, внимательно смотрела на Котю. Удивительно идиллическая картина...
- Котя, что ты собираешься делать?
- Я? Я ничего делать не собираюсь. Мне страшно, Кирилл. Мне как дали способности - так и отберут. Чудо, что я ухитрился тебя спасти. И наверняка за мной как-то следят, ведь я остаюсь функционалом.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы все осмыслить.
- Котя, ты мне предлагаешь действовать одному?
- Ну да! - Он даже удивился. - Конечно, я буду помогать. Чем могу. Пока могу.
- Спасибо. - Я покосился на Иллан, но она молчала. - Спасибо, конечно. Только пока все мои действия - это спасение собственной задницы. А за мной носятся супермены с Аркана, норовит схватить каждый полицай, способностей никаких...
- Способности-то у тебя есть, - досадливо поморщился Котя. - Только странные они какие-то и проявляются непонятно... Нет, Кирилл, ты не думай. Мы с Иллан вчера весь вечер просидели, составляли план.
- Для тебя, - уточнила Иллан.
Я развел руками.
- Польщен. Тронут. Премного обязан.
Но ни Котя, ни Иллан на мой сарказм не реагировали.
- В каждом мире рано или поздно возникает подполье, борющееся против функционалов, - сказала Иллан. - На вашей Земле оно наверняка тоже есть - но я здесь никого не знаю. Была лишь Настя, и мы только приглядывались к другим людям... Но есть мой мир - Вероз, есть Антик... И есть... - она запнулась на секунду, - есть Твердь. Мир, в котором люди знают о функционалах.
- Это где попы всем голову задурили? - сказал я с той развязностью, что присуща только людям, одновременно "во что-то такое" верящим и стесняющимся этой веры.
- Можно сказать и так. - Иллан кивнула. - С их точки зрения наши миры - искажение божественного промысла. А функционалы - пособники дьявола, которых необходимо сжечь на костре.
- Замечательные союзники, - согласился я.
- Очень сильные. - Иллан упорно отказывалась замечать иронию. - Если тебе удастся их убедить, что, разгромив Аркан, они положат конец господству функционалов и освободят все миры от дьявольского наваждения, - мы получим реальную поддержку.
- Толпу попов с кадилами?
- Кирилл, Твердь - мир победивших биотехнологий. В свое время церковь там ухитрилась подчинить себе весь мир...
- Подожди, - встрял я. - Какая церковь?
- В том-то и дело, что наша. Ну, христианская. Различия в деталях значительные, но в целом - это что-то вроде католической церкви эпохи Ренессанса.
- То есть - влияние уже ослабло?
- Ничуть. Просто церковь так сильна, что позволяет различные вольности. Изучает их, скажем так.
- Это как в первые послереволюционные годы в России, когда дозволялось очень много вольнодумства, - встрял Котя. - Если на основные постулаты большевиков не посягать, то можно было придерживаться любых философских течений, придумывать совершенно сумасшедшие социальные идеи. Не признак слабости, а признак силы...
- Самое странное с нашей точки зрения - они совершенно не развивают технику, - сказала Иллан. - Как я понимаю, это было навязано экспериментом арканцев, но на сей раз те доигрались: правители Тверди узнали о них, восприняли все в целом неправильно - но зато начали охоту за чужаками. И преуспели. Вместо техники у них животные... очень странные, с нашей точки зрения...
- Короче, есть у них такие собачки - чужаков чуют, - сказал Котя. - Любой пришелец из другого мира пахнет чуть иначе - и его немедленно хватают.
- И жгут?
- Да.
- Спасибо, друзья!
- Да ты подожди! - Котя всплеснул руками. - У нас же все продумано!
- Неужели ты думаешь, мы пошлем тебя на верную смерть? - спросила Иллан. - Мы как раз безопасный путь и придумывали!
- В Верозе есть такой таможенник - Андрюша, - сказал Котя. - Он все устроит.
- Андрюша?
- Ну, Вероз - это не только Кимгим. Это еще и Орызалтан, к примеру.
- Орысултан, - поправила Иллан.
- Нет, ты неправильно произносишь!
С минуту они пререкались, но к общему мнению так и не пришли.
- Ничего, язык там почти русский, ты поймешь. - Котя сдался первым и вновь обратился ко мне. - Так вот, Андрюша осуществляет контакты между мирами функционалов и властями Тверди.
- Какие контакты? Если они жгут на кострах...
- Ну и что? А ты думаешь, между СССР и Германией во Вторую мировую не было тайных контактов и посредников? Война - войной, а власти всегда общались.
- Хорошо. И что этот... Андрюша?
- Он договорится о твоих переговорах с властями Тверди. По моей просьбе - я ведь все-таки куратор. Пусть даже и другого мира. Он меня знает, просьба пустяковая. А о чем ты будешь говорить - это не его дело. Воспользуемся отработанными каналами врага!
- Врага? - Я не выдержал. - Котя, вот только не надо мне мозги пудрить. Чего ты хочешь? Тебя так загрызла совесть, что ты полез на рожон против бывших хозяев? Да ну! Ты, конечно, человек хороший. Душил меня с выражением искренней печали на лице... Котя, но ты же не можешь всерьез рассчитывать на победу! Ты - куратор с урезанными полномочиями. Я - непонятно кто с непонятно какими умениями. Против нас целый мир - и еще триста тысяч функционалов на нашей Земле! Может, ты надеешься, что я сгину у этих попов, а ты и рук не запачкаешь?
- Кирилл! - Иллан вскочила, встала между нами, будто опасаясь, что мы сцепимся в драке. - Ты дослушай! У нас хороший план!
- Власти Тверди мечтают оторвать от Аркана подчиненные миры, - сказал Котя. - Пока им это не удается. Для успеха им нужен свой человек в чужом мире. В идеале - свой куратор. И если я соглашусь вступить с ними в альянс, то мои возможности и их биотехнологии решат дело. Земля выйдет из-под контроля Аркана! Мы станем править ею сами.
- Мы? Люди?
Котя ухмыльнулся.
- Ну да. Разве мы с тобой не люди, а?
- А потом, подчинив себе ресурсы Земли и, возможно, в союзе с Твердью, мы отобьем у Аркана и мой мир, - сказала Иллан. - Главное - держать Твердь на расстоянии, не позволить им занять место Аркана...
- Так ты не собираешься... - я запнулся, пытаясь сформулировать все более четко, - все разрушить? Превратить функционалов в обычных людей, к примеру? Или всех людей в функционалов? Или... ну, все разрушить?
- Зачем? - хором воскликнули Котя и Иллан. Переглянулись. Котя продолжил:
- Ты будто старых фильмов насмотрелся. Революционных. Зачем же разрушать хорошо работающую систему?
- Функционалов спасти... от рабства. - Я посмотрел на Иллан.
Девушка пожала плечами:
- Рабство заключается в том, что нами командуют с Аркана. В системе "поводков", привязывающих нас к нашей функции. А так... это же замечательно. Разве тебе не нравилось быть функционалом?
Нравилось ли мне?
Я вспомнил, как вокруг меня медленно обустраивалась моя башня. Твердыня, крепость таможенника. Как открывались ворота в другие миры. Патриархальный, викторианский и святочный Кимгим... а ведь есть еще тысячи интересных мест в Верозе, мире независимых городов-государств. Как таинственная Белая Роза обернулась гостиницей, гостиница - схваткой... такой яркой, киношной, где я выступил непобедимо и красиво, словно Джеймс Бонд. Как на берег выползал исполинский кальмар, как мчалась ему навстречу бронированная машина на спиртовой тяге... Как шумно, весело и вкусно было в ресторане Феликса...
А это ведь только один мир из множества!
Заповедник - с теплым морем и бескрайними лесами, чистым воздухом и сияющими в ночи звездами...
Антик - ожившая Утопия...
Миры, миры, миры...
Веер миров, раскрытый передо мной.
- Конечно, нравилось, - сказал я. - Если бы... если бы они не убили Настю...
- Я недооценил Иванову, - горько сказал Котя. - Это моя вина. Конечно, вы тоже ухитрились всех разозлить, но... - Он встряхнулся. - Не будем сейчас об этом, Кирилл. Девушку не воскресить. Давай лучше покажем им кузькину мать!
Я посмотрел ему в глаза - Котя не отвел взгляд.
- Давай, - согласился я. - Давай сделаем этот мир лучше. Хотя бы этот... если не получается со всеми и сразу.
Как сделать мир лучше - это каждый понимает по-своему. Но все вместе люди знают и понимают, что в этом лучшем мире им не придется работать, их будут любить и хранить всей огромной счастливой землей.
К сожалению, каждому видится свой путь к построению такого замечательного общества. И если разобраться, то ни старания философов, ни усилия социологов так и не способствовали изобретению ничего более жизнеспособного, чем классическая Утопия - где даже у самого скромного землепашца было не менее трех рабов.
Человечеству просто не хватает изобилия двуногого скота. Обращать в рабство своих ближних уже как-то немодно, а делать роботов из шестеренок или белка мы пока не научились. Но как только научимся - она у нас будет.
Утопия.
Та, которой человечество достойно.
Я так и не понял, какие все-таки отношения были у Коти с монахами буддистского монастыря, кем они его считали и почему прислуживали. Но утром вся моя одежда была в идеальном состоянии, чистая и выглаженная, а когда я вышел из маленькой комнатки, где ночевал, - в "английской" зале уже был подан завтрак.
Причем совершенно не отвечающий миролюбивой религии: омлет, колбаса, сосиски...
- До чего ты довел монахов... - пробормотал я, глядя на Котю. Он уже уминал сосиски, сбрызгивая их кетчупом перед каждым укусом. И одет он был так, будто спустился к завтраку в пафосном отеле, - брюки, пиджак, свежая рубашка. Только галстук не повязан...
- О, ты бы знал, чего это стоило! - горделиво ответил Котя. - Они на обед мне курицу сварят!
- Живьем? - предположил я, накладывая себе омлет - остывший, но на вид вкусный.
Котя хихикнул.
- Иллан еще спит, - сообщил он, хоть я и не спрашивал. - Будешь дожидаться, пока она встанет, или сам двинешься?
- Поем и двинусь, - сказал я, косясь в маленькое окошко. За окном был серый холодный рассвет и подсвеченные розовым горные пики. Хотелось читать Рериха и Блаватскую.
- Я тебя перемещу в Москву, - сказал Котя. - Хорошо? Оттуда есть три удобных прохода в Орызалтан. Там найдешь Андрюшку... - Он выложил передо мной конверт. - Тут письмо. Можешь прочитать, я не заклеил.
Я взял конверт - ой, древность-то какая, на нем была марка с надписью "Почта СССР" - и спрятал в карман. Котя продолжал:
- В письме я прошу Андрюшу обеспечить тебе безопасный проход в Твердь, контакт с кем-то из их руководства. Неофициально, конечно. Но путь проверенный, уже много раз так вели дела.
- А я думал, что с религиозными фанатиками дела вести нельзя...
- Я тебя умоляю, Кирилл! - Котя фыркнул. - Фанатики бегают и выполняют приказы. А руководство всегда вменяемо. Уверен, если мы сможем потягаться с Арканом - они тоже быстро пойдут на переговоры.
- Так что мне узнавать? Просить помощи? - ковыряясь в омлете - нет, все-таки он был невкусным, спросил я.
- Ну да. Так, мол, и так... ты функционал, который порвал со своей функцией. А поскольку ты друг куратора - ты его, то есть меня, тоже убедил пойти против Аркана. Ну, рассказал о своем визите туда, про злую повитуху Иванову... я проникся. И вот мы готовы выступить против Аркана. Нам бы только узнать, как делать людей функционалами...
- Или обратно людьми.
Котя улыбнулся:
- Именно! А еще - обнаруживать чужаков, закрывать проходы между мирами... Дел много. Но мы готовы и делегацию Тверди принять, и транспортом ее здесь обеспечить, и деньгами.
- Они в нашем мире рехнутся, - сказал я.
- Не исключено! - весело ответил Котя. - Но могут набычиться, помолиться - и адаптироваться.
- И мне дадут ответ? Сразу?
- Это вряд ли. - Котя покачал головой. - Бюрократы - они всюду. У церковников тоже. Так что, изложив всю нашу позицию, возвращайся в Орызалтан. Либо поживи у Андрюши - он человек гостеприимный, либо езжай в Москву. Честно говоря, не знаю, как тебе будет спокойнее.
- А как держать с тобой связь?
- Я почувствую, когда ты появишься в нашем мире, - ответил Котя. - Но на всякий случай... если вдруг я потеряю эти способности...
Он вынул из кармана черную кожаную визитницу - предмет для прежнего Коти соверш
...Закладка в соц.сетях
