Жанр: Фантастика
Далекие королевства 4. Возвращение воина
... твоего опыта - так это только благодаря тому, что ты - Антеро. И, если мне
окончательно не изменили мои скромные возможности предсказателя, то именно Антеро являются
причиной будущих потрясений. После того как ты и твой брат начали путешествовать, из
спиритических чанов стали выплескиваться всевозможные химеры. Это можно сравнить с ситуацией,
когда внезапно из тысячи личинок на свободу вырываются мириады зловредных насекомых.
- Как тот демон, который был рабом пирата? - спросила я.
- Подозреваю, что это так, - ответила Дасиар.
- Мне искренне жаль, что наша семья стала источником стольких неприятностей.
- Не сожалей ни о чем, - сказала подруга, - во всем мире не найдется ни одной колдуньи,
которая не была бы хоть чем-нибудь обязана тебе и твоему брату. Сейчас нам известно во много раз
больше, чем всего несколько лет назад. Это можно сравнить с тем, как если бы мы внезапно проснулись
и обнаружили, что были раньше слепы и глупы. Это сравнимо с внезапным озарением, внезапным
узнаванием ребенком жизненной правды.
Дасиар произнесла это настолько искренне, что я невольно почувствовала себя лучше.
После этого мы еще некоторое время обсуждали менее значительные проблемы, заменив по ходу
дела вино на превосходный коньяк, который освобождал сознание от тревог и разжигал огонь желания
в теле, сметая все преграды.
- Скажи-ка мне, Рали, - спросила Дасиар, когда огонь уже начинал гореть в ее глазах, - как
обстоят у тебя дела на любовном фронте? Не увенчались ли успехом твои долгие поиски?
Я поморщилась.
- Для этого у меня не было даже подходящей карты, - ответила я. - По правде говоря, - я уже
была готова окончательно отступить, - в любви у меня было сплошное невезение с той поры, как...
Я внезапно замолчала, так как не хотела ворошить болезненную память об Отаре. В течение
многих лет она была моей любовницей, и я так и не смогла примириться с ее смертью.
Дасиар, которая хорошо меня знала, постаралась сделать вид, что не замечает моего смятения.
- Рали, ведь у тебя бывали интересные приключения, - попросила она. - Будь добра, расскажи.
Мне пригодилась бы парочка соленых историй.
Я рассмеялась и признала:
- Ну что ж, парочка историй найдется, врать не стану.
- Только две? - игриво спросила Дасиар. - Где же ты тогда прятала свою сущность, женщина?
Ведь должно было бы быть на самом деле неограниченное количество озабоченных юношей,
стремящихся во что бы то ни стало разделить с тобой ложе.
И Дасиар засмеялась. Это был замечательный, циничный, вызывающий смех.
- Я заметила, что моя помощница поглядывала на тебя. Илана бы посчитала, что ее благословила
своей милостью сама богиня любви, если ты ответила бы на ее авансы. Кстати, почему бы мне не
пригласить ее к нам выпить? И тогда мы посмотрим, на что вы способны.
- Пожалуйста, прекрати, - оборвала я, - действительно, я считаю ее привлекательной. Я даже
немного пофлиртовала с ней. В этом нет ничего предосудительного. Но у меня и в мыслях не было
связывать себя сейчас дополнительными трудностями.
К тому же, если я не очень сильно ошибаюсь, Илана будет удовлетворена только абсолютной
победой.
Кроме того, - продолжила я, - она выглядит такой активной! Я бы этого не перенесла. Я бы,
наверное, начала бы смеяться.
На самом деле настроение у меня было далеко не веселое. Внезапно я ощутила одиночество, но
продолжала улыбаться, чтобы не испортить радость от общения с Дасиар.
Однако Дасиар трудно было обмануть. Она тряхнула головой и сказала слегка приглушенным
голосом:
- Бедная Рали. Все, чего она ждет, - немного нежности.
Я не ответила. Одновременно я обнаружила, что смотрю на Дасиар совсем другими глазами. Она
приблизительно на пятнадцать лет старше меня. Ее кожа выглядела превосходно, белая и гладкая, как
пергамент. У нее большие глаза почти фиолетового цвета, которые, казалось, горели мягким огнем, как
угли в костре. Дасиар распустила волосы - они лежали длинными серебристыми волнами. На ней все
еще было желтое шелковое платье провидицы, красиво облегающее мягкое округлое тело, которое мне
вдруг нестерпимо захотелось ласкать.
У меня стало сухо во рту. Я боялась произнести и слово, так как мои мысли были далеки от
приличия.
Дасиар посмотрела на занавешенный альков, потом снова на меня. Огонь, который я заметила
недавно в ее глазах, разгорелся ярче. Она поднялась и стала не спеша приближаться ко мне, как облако,
взяла меня за руку и мягко заставила встать. Я почувствовала запах ее духов - горячий лимонный
аромат, как от подогретого вина с пряностями.
- Пойдем, дорогая Рали, - сказала она.
И она повела меня к своей пуховой постели.
Это была ночь-мечта, ночь тихой магии.
Дасиар долгой и терпеливой лаской сняла напряжение моего тела, массируя каждый палец на ноге,
потом медленно и осторожно поднимаясь все выше и выше, обращая внимание на каждый изгиб, на
каждый узелок. В руках Дасиар я стала податлива, как нагретый воск, совершенно беспомощна в том
блаженном состоянии, в котором находилась, и была способна только на то, чтобы постанывать время
от времени и поворачиваться то на одну сторону, то на другую по ее команде.
Потом мы любили друг друга; нас унесло на тенистые поляны в краях вечного лета. Потом мы еще
долго нежились в объятиях, свернувшись калачиком, и, когда вернулась страсть, мы снова отдались ей
без остатка. Думаю, в какой-то момент я произнесла имя Отары, но Дасиар только крепче обняла меня и
прошептала мне слова нежности и утешения, поэтому я была уверена, что она не обиделась. Когда мы
устали и успокоились, я заснула на ее руках.
Дасиар преподнесла мне дар, который был дороже всего золота богов.
Я была разбужена почти на рассвете приятными звуками музыки; казалось, что кто-то играл на
лире. Лежа, убаюканная волнами этой музыки, я вдруг поняла, что раньше много раз слышала ее.
Мелодия была очень хорошо мне знакома.
А потом я услышала взрывной звук большой трубы, несущий весть о войне. Услышав крики, я
вскочила.
Город подвергся нападению.
Глава 4
ВОИНЫ-ВЕЛИКАНЫ
Обнаженная, я вскочила с постели, яростными движениями расшвыривая вещи, отыскала кинжал
- единственное оружие, которое имела, и бросилась к окну.
Комната располагалась на несколько этажей выше основного помещения храма, поэтому из окна
открывался хороший обзор гавани и дороги, которая извилисто поднималась от берега к храму. Порыв
холодного ветра влетел через окно, и в этот момент я невольно поежилась. Но не от внезапного холода.
В гавани стоял корабль таких размеров, что в первый момент я растерялась, когда увидела его, и
подумала с изумлением, как столь удаленный предмет может казаться столь большим. Страх
парализовал меня, когда до меня дошло, что только гиганты могут управлять им. Голова закружилась,
но внезапно звуки сражения приковали мой взгляд к порту. Три огромных воина возвышались над
серой массой, которая, судя по всему, была сотней писидийских солдат. Великаны носили шлемы, были
одеты в тяжелые доспехи, а в руках держали мечи шириной с человека и длиной в два его роста.
Писидийцы храбро пытались окружить гигантов.
Три огромных воина неожиданно сделали резкий одновременный выпад мечами, и много
писидийских солдат полегло в этой яростной, но умело организованной атаке. Однако, несмотря на
достигнутое преимущество, гиганты, казалось, не спешили закрепить успех и вскоре отошли на
прежние позиции.
Затем я заметила баркас размером с обычный корабль, который был пришвартован на некотором
отдалении от берега. На баркасе держали оборону еще четверо воинов-великанов. Я быстро сообразила
сосчитать весла - десять двойных рядов - и поняла, что предстоит встретиться еще не менее чем с
тринадцатью вражескими воинами.
Вдруг я почувствовала, что Дасиар стоит рядом. Она подошла, чтобы узнать, что происходит. В
течение нескольких минут мы молча наблюдали за сражением, пытаясь собраться с мыслями. Подул
более холодный ветер. Дасиар принесла мне платье, и я неловко и торопливо оделась. И тут я увидела
на вражеском корабле флаг, который, казалось, затвердел на холодном ветру.
На флаге была эмблема Белого Медведя.
Холод и вид этого флага неожиданно прояснили мои мысли. Тут же возникли вопросы.
Как великаны прорвались сквозь волшебную защиту, установленную Дасиар? Звуки лиры были
ответом. А это означало, как я и опасалась, что за пиратским вождем стояло более мощное колдовство,
чем то, которым обладал так легко уничтоженный мной маленький демон.
Тогда почему же мы не спали, как безвольные рабы, околдованные магическими звуками? Ответ
был прост. Заклинания, сформулированные Дасиар, ослабили силу воздействия звуков лиры. А это
означало, что с такого рода магией я смогла бы сразиться, имея надежду победить.
Следующий вопрос: какова цель великанов? Взять город? Судя по тому, что я видела,
маловероятно. С десантом в двадцать человек, баркасом наготове и кораблем под парусами и с
поднятым якорем им скорее нужно быстро ретироваться. Так каково же их намерение? Ответ не
заставил себя ждать.
Я услышала пронзительные крики, которые раздавались как раз под нами, а потом приказы,
похожие на рев дикого буйвола, доносящиеся со стороны дороги. Там, где дорога выходила на плоскую
вершину ближайшего пригорка, показались огромные воины в доспехах, быстро приближающиеся
неуклюжей трусцой. Гиганты атаковали храм.
Их было тринадцать. Один из них отстал, чтобы блокировать дорогу со стороны гавани. Он
перегородил путь, встав как огромная стальная надолба. Его колоннообразные ноги устроились по обе
стороны от дороги. Щит воин поднял до уровня подбородка, меч держал на изготовку. Он непрерывно
извергал громоподобным голосом грубые оскорбления в адрес писидийских солдат, которые
преследовали нападавших.
Остальные писидийские воины окружили храм. Когда началось нападение, они развернулись
веером в сторону врага.
За безопасность храма отвечали только два охранника. Кому могло прийти в голову нападать на
святое место? Оба охранника были в возрасте; одному могло показаться, что они - герои, другому -
что они дураки, но, несмотря на явно превосходящие силы противника, они оба немедленно вышли
навстречу великанам.
Они сражались изо всех сил. И оба умерли как солдаты. Иногда я вспоминаю их. Сцена битвы
ярко встает перед моим внутренним зрением. Два человека лет шестидесяти с наспех надетыми
доспехами быстро бегут по направлению к вражескому авангарду. Чувство долга, привитое им,
заставило сразиться с многократно превосходящим в силе противником. И они не колебались ни
секунды. Не дрогнули в тот момент, когда мне все казалось безнадежным, когда превосходство врага
казалось подавляющим. Когда я мысленно воскрешаю эту картину, двух невзрачных с виду мужчин,
бросивших кости, чтобы узнать свою судьбу, то думаю, что судьба безжалостно посмеялась над ними,
смешала кубики из слоновой кости и выдала смертельный расклад. Происходи все в детской сказке,
благородство и храбрость этих воинов были бы вознаграждены. Какими-то неведомыми силами гиганты
были бы опрокинуты, старики остались бы невредимы, храм спасен.
На самом деле все произошло по-другому.
Герои быстро погибли, и это не потребовало особенных усилий со стороны нападавших.
Единственной наградой, которую получили старые солдаты, была светлая жизнь их душ.
После того как храбрецы пали, дверь в моей комнате резко распахнулась и испуганные жрицы
заполнили ее, умоляя Дасиар о спасении.
Дасиар стояла босиком, на ней было надето только желтое платье, похожее на одно из тех, которое
она дала мне, а ее серебряные волосы все еще не были причесаны после сна. Но я никогда больше не
видела у нее такого ясного взгляда и царственной осанки, как в тот момент, когда умоляющие женщины
окружили провидицу плотным кольцом.
Она освободилась, выпрямилась и громовым голосом крикнула:
- Молчать!
И воцарилась тишина.
Протянув руку, она сказала Илане:
- Диадему!
Илана бросилась исполнять приказ, жрицы расступились, пропуская ее.
Дасиар высоко подняла алмазную диадему, как бы предлагая ее в дар небесам. Я почувствовала,
как пронесся сгусток энергии, пока она собирала воедино свою магическую мощь, чтобы снова стать
матерью провидицей. Затем она осторожно надела диадему: поток энергии стал равномернее, потом
полностью окутал фигуру Дасиар, которая казалась теперь неуязвимой.
Ее руки взметнулись, формируя заклинание. Я почувствовала, что в пространстве происходит
движение, напоминающее ход голубого кита, и мое астральное тело задрожало от воздействия упругого,
все ускоряющегося потока.
За секунду до того, как Дасиар была готова послать заклинание, я почувствовала удар прозрения.
- Дасиар, подожди! - закричала я.
Дасиар была мягкой колдуньей, чье искусство служило людям на протяжении долгих лет. Она
была кладезем теоретических знаний о магии, но ее практические навыки были ограничены актами
милосердия для страждущих. Она напоминала одаренного знахаря, посвятившего жизнь проблемам
семьи, обычным людям с их обычными болезнями. Такой знахарь, как правило, хорошо представляет
себе, какие смертельные эпидемии могут время от времени поражать нашу землю. Более того, он может
изучить приемы защиты от таких эпидемий, тактику и стратегию поведения знахарей, столкнувшихся с
экстремальными ситуациями в прошлом. Однако одно дело - знать что-то в теории, другое -
столкнуться с этим в реальной жизни. И получится, что у вас - кухонный нож, а у врага - двуручный
меч.
Дасиар не приходилось участвовать в войне. Она никогда не произносила заклинания в гневе, не
отражала контратак, не учитывала возможности удара со стороны хитрого врага, пришедшего убивать.
У меня же был такой опыт. И в последний момент я почувствовала опасность - как раз перед тем, как
Дасиар заканчивала произносить заклинание. Она метнула его во врага изо всех сил, как обычно бывает
в реальных сражениях. Это было классическое заклинание, я испытала трепет при виде его чистых
граней и восхитительных углов. Ни один магистр магии, ни даже Янош Серый Плащ, не смог бы
сделать это лучше. Но мое восхищение разлетелось вдребезги, когда я увидела, какова будет
контратака.
Мое предупреждение прозвучало слишком поздно.
Великаны заревели от боли, когда заклинание Дасиар поразило их. Но затем оно с такой яростью и
удвоенной силой отразилось назад, что мои чувства чуть не расплавились от перегрева.
Дасиар вскрикнула и упала на пол.
Жрицы заплакали, и я увидела, как тонкая струйка крови вытекла из угла рта Дасиар. Она лежала
без движения.
За окном раздался громоподобный голос гиганта:
- Эй, вы, там! В храме! Мы не причиним вам зла. Нам нужна мать провидица. Выдайте нам ее
побыстрее! Выдайте, и вы будете свободны!
Приказания злодея вызвали легкий шорох в комнате. Жрицы быстро переглянулись. Я
чувствовала, как нарастает их гнев, крепнет решимость. Эти женщины не предали провидицу. Они не
отдали бы ее даже в том случае, если бы Дасиар умерла.
Я должна была действовать очень быстро.
Поспешив к Дасиар, я опустилась перед ней на колени.
Никто не издал ни звука. Казалось, женщины понимали, чем я занята, поэтому они не возражали,
когда я сняла диадему с головы провидицы. Прежде чем надеть ее, я поцеловала Дасиар в губы. Они
были теплыми, и я надеялась, я молилась, чтобы то, что я почувствовала, когда наши губы
соприкоснулись, оказалось дыханием.
Гигант снова угрожающе закричал:
- Повторяю, выдайте ее! Выдайте Дасиар. Или вы все умрете!
Я подошла к окну.
Негодяи тем временем подошли ближе. Наши глаза оказались почти на одинаковом уровне. На
меня пристально уставился их капитан.
- Я Дасиар, - сказала я, - я мать провидица. - И сразу после этого я отошла от окна и
приступила к приготовлениям.
Я почувствовала себя как ягненок, которого ведут на рынок, когда гиганты гнали меня вниз по
склону. На мне было платье и диадема матери провидицы Писидии.
Больше с нами никого не было. Именем Дасиар я приказала писидийским солдатам отойти,
предупредив, что буду убита, если они сделают малейшее движение, чтобы освободить меня. Дорога
была пустынна, но я слышала, как время от времени скрипят ставни, и чувствовала, как люди
выглядывают, чтобы посмотреть на процессию.
Идя среди гигантов, захвативших меня, я чувствовала собственную беспомощность. Вы не можете
себе представить, насколько огромными мне показались воины. Они были высоки, широки в плечах и,
видимо, очень тяжелы. Но к тому же от них исходил тяжелый дух. Более отвратительный, чем вонь
дубилен Писидии. Их животы урчали от непереваренной пищи, и я могла слышать, что полужидкое
содержимое желудков булькает и плещется, как мясной суп в железном котле. Их дыхание напоминало
морской ветер, рвущий скалы. Когда они скребли в немытых и нечесаных бородах, доходивших до
пояса, мне казалось, что из них выпрыгивают вши угрожающих размеров.
Капитану удалось поймать одно такое создание, и он сжал его своими мясистыми пальцами.
Раздался внятно слышимый хруст, когда он раздавил насекомое грязными ногтями, и я увидела, как
брызнула кровь. Капитан вытер пальцы о свисающие усы и обсосал, чтобы окончательно избавиться от
остатков. Потом он громко рыгнул и произнес:
- Мне нравится смотреть, как ты идешь, малышка провидица. Держу пари, что под твоим
желтым платьем есть кое-что, способное вызвать аппетит.
Остальные заржали. Впечатление было такое, что в океане сталкиваются айсберги.
- А почему бы не глянуть, а? - спросил кто-то второй. - Не такая уж она недотрога, это
золотко, чтобы не сделать приятное простым воякам.
- Ей-богу, она и там блондинка! - предположил третий.
- Когда она начнет раздеваться, будет интересно, не сомневайтесь, парни, плохо то, что очень
мала. Не выдержит более четырех, от силы пяти из нас.
Я не обращала на все это ровно никакого внимания, сконцентрировавшись на том, чтобы идти как
можно ровнее. Грубые намеки вражеских солдат становились все более отвратительными,
откровенными, изощренными. Но я не могла позволить им вывести меня из равновесия. Они хотели
унизить меня. Обесчестить. Полностью подчинить своей воле.
Более всего я хотела стать Полилло. Она была сильной.
Она умела ненавидеть. В ответ на сальные грубости она врезала бы так, что то, что торчало,
повисло бы навек. А когда они брякнулись бы на задницы, она оторвала бы яйца и приготовила из них
завтрак.
"Ах, друг мой Полилло, - подумала я еще раз с горечью, - как мне не хватает тебя. Как бы я
хотела, чтобы ты была со мной".
И я негромко произнесла волшебные слова:
Видение. Любимое видение. Приди. И мною стань ты вновь. Оставь астральное парение. Войди в
меня - и в плоть, и в кровь... Переполняй меня, Полилло. И гнев и силу приготовь.
И она вошла в меня. Я почувствовала, как благодаря духу Полилло вздуваются мои вены,
становятся толще кости, мышцы превращаются в стальные канаты. Я засмеялась, и прозвучал смех
моей подруги. Грубый и громкий. Я повращала плечами и почувствовала пульсацию силы Полилло. Я
топнула ногой с дикой радостью. Земля вздрогнула от веса Полилло.
- Эй, ты что там затеяла? - спросил капитан.
Его массивная лапа схватила меня за плечо и развернула. Я заставила себя разыграть
застенчивость.
- Нет, ничего особенного, - жалобным голосом произнесла я, заставив себя задрожать и
уронить слезу, - я споткнулась.
- Мы слишком разволновали ее, - сказал один из его сообщников, - ее коленки начинают
дрожать, когда она представляет себе, как мы все побываем между ними.
Капитан грубо захохотал, отпустил меня и произнес:
- Тебе не придется долго ждать, малышка провидица. - Он показал на разрушенную дамбу, где
их ожидал баркас и его гигантские охранники. До баркаса оставалось шагов сто, не более.
- Совсем недолго, - повторил капитан, - обещаю тебе. Дух Полилло зарычал, но я сдержала ее
гнев. Я оценила профессиональным взглядом разрушенную дамбу. Она изгибалась, повторяя очертания
береговой линии, иногда так далеко вдаваясь в море, что значительные участки берега были невидимы
из баркаса. Будь у меня время, я бы заранее спрятала солдат в одной из таких излучин. Оценив, как
меняется высота дамбы, я обнаружила места, где можно было с легкостью взобраться наверх.
Я не теряла хладнокровия - как и подобает женщине-воину при обдумывании предстоящей
операции. Теперь эти громилы не страшили меня. Несмотря на грязные намеки, они не могут причинить
мне вреда. Потому что у них приказ - доставить меня в определенное место, к кому-то, кого я еще не
знаю. Нет, не меня. Не Рали Антеро. Но Дасиар. Мать провидицу.
Но почему?
По чьему приказу?
И как долго я смогу скрываться под маской Дасиар?
Дух Полилло предупредил: "Рали, не ходи дальше".
Подруга была права.
Капитан подтолкнул меня по направлению к баркасу, и я сделала вид, что опять споткнулась. Но,
падая вперед, кувыркнулась через голову, вскочила и помчалась на самую высокую площадку
разрушенной дамбы. Я услышала, как гиганты встревожено зарычали и бросились вдогонку, их доспехи
неистово забренчали.
Сила Полилло наполнила мои мышцы, поэтому я без усилий взлетела на вершину дамбы. Там, на
самой верхней площадке, остановилась как вкопанная.
Я уловила изумленный взгляд знакомого мне лица. Это было как моментальный снимок,
изображение, замороженное на мгновение: Лицо было очень уродливо. Лысая голова в складках кожи.
Мелькнул длинный розовый язык...
Ящерица!
Потом я увидела силуэты остальных - моя команда спешила ко мне на помощь.
Однако я уже полностью подготовилась к задуманному. Как только пальцы ног коснулись камней
дамбы, сила инерции бросила мое тело вперед. Я резко выбросила руки, чтобы усилить движение и
управлять им. Дух Полилло крякнул от напряжения, и мои ноги стали упругими пружинами, которые
поглотили инерцию. После этого я сделала обратное сальто. Поворачиваясь в воздухе, я напрягла ноги,
пока они не стали твердыми, как багры. Я угодила точно в грудь капитана, и мы оба покатились
кубарем. Его доспехи гремели, как сложная металлическая машина, спущенная с горы.
Капитан заревел от ярости и боли. Дух Полилло подсказал мне, чтобы я остановилась, заткнула
орущую пасть и сломала эту проклятую шею. Но я почувствовала, что приближаются другие гиганты, и
продолжала двигаться. Я вскочила на ноги как раз перед атакующим великаном. Он отпрянул в
изумлении, как дикий кабан, который искал корень, чтобы полакомиться, но вдруг учуял мышку и
испугался, что она укусит его в пятачок.
Дух Полилло засмеялся и заставил меня резко опустить ногу на пальцы его ноги. Гигант
вскрикнул. Я подпрыгнула, ухватилась за его бороду и стремительно качнулась в сторону, как матрос,
который спускается по канату.
Моя нога с режущим звуком скользнула по броне, которая имела сочленение в паху и была
неполной, и глубоко вошла в не прикрытую ею плоть.
Клянусь богами, это был неплохой удар. Достойный Полилло! Приятно было послушать вой
великана, дорогие мои сестры! Он начал с очень низких тонов, а закончился таким пронзительным
фальцетом, что, будь небеса стеклянными, они непременно бы раскололись.
Воспоминание об этом и сейчас веселит меня.
Но не время смаковать вкус победы. Приближались остальные великаны. К тому же их капитан
пришел в себя и, размахивая огромным мечом с широким лезвием, громовым голосом приказал своим
воинам расступиться, чтобы позволить ему рассечь меня пополам.
Тогда у меня был шанс погибнуть. Последовать за двумя пожилыми охранниками храма. Я была
бы наказана за неспособность завершить свой план. И за то, что подставилась под смертельный удар.
Мимо меня пронеслось темное облачко - туча стрел ударила капитану в лицо.
Он вскрикнул и рефлекторно вздернул руки, но тут же вскрикнул еще раз и резко отстранил
ладони. Из каждого глаза торчало по нескольку стрел. Когда капитан грохнулся оземь, моя команда
бросилась врукопашную. Я не смогла сдержать чувства гордости за них. Мои воины издали боевой
клич, от которого кровь стыла в жилах. Но в предпринятой атаке не было ничего дикого и тем более
несправедливого. Их было всего семеро. Близнецы и Ящерица окружили одного великана, увертываясь
от его страшного оружия, нанося ответные удары и старательно прикрывая друг друга. Донариус и двое
других взяли на себя еще одного бронированного громилу. Капитан Карале прикончил гиганта, сбитого
с ног, быстро подбежал, встал рядом со мной и вступил в бой. Со стороны берега доносились звуки
сражения, и я знала, что остальные члены моей команды помогают одолеть охрану баркаса.
Несмотря на чувство гордости за храбрость людей, которым я доверилась, было ясно, что
великаны скоро опомнятся и уничтожат нас.
Я крикнула Сарале:
- Помогите остальным!
Капитан быстро огляделся и помчался к сражающимся у баркаса.
Мне была необходима передышка... совсем немного времени.
Опустившись на колени, я положила на землю диадему Дасиар. После этого я вытащила из
кармана в рукаве ее заводную игрушку и окружила ее алмазным кольцом, замкнув украшение
провидицы.
Маленькая ферма с закрытыми дверями казалась слишком жалкой и беспомощной. Особенно
сейчас, когда вокруг гремела яростная битва. Но это было все, что я успела приготовить, когда меня
захватили в храме.
Из того же кармана я достала монету. Это была монета Антеро, сделанная из хорошей орисской
меди. Я поцеловала изображение корабля, на одном дыхании прошептала молитву Маранонии, затем
поставила монету на край щели.
И начала лихорадочно искать подходящее заклинание. Но в голове было удручающе пусто. Мне
предстояло незаметно проскользнуть мимо магической защиты, построенной врагом, иначе, независимо
от того, какое заклинание я сформулирую, оно вернется ко мне и я разделю участь Дасиар.
Заклятие, которое мне предстояло бросить во врага, должно было звучать совершенно невинно,
так, чтобы он не заметил его до момента удара. Мне в голову пришел детский стишок. Особо не
рассуждая, не вдумываясь в его содержание, я начала быстро шептать слова, возникшие в сознании:
Ах ты чертов поросенок,
Что ж, стервец, ты натворил -
Слопал сливки все и масло,
Сл
...Закладка в соц.сетях
