Жанр: Фантастика
Темная башня 1-4.
...у головоломки.
Взятый сам по себе, отдельно, такой кусочек - загадка, но сложи его с
прочими, и получишь картину... или ~часть~ ее. Для завершения одной
картины может понадобиться великое множество ~ка-тетов~. Не
удивляйтесь, коль вскроется, что ваши жизни давно переплелись, пусть
прежде вы этого не замечали. Во-первых, всяк из вас троих владеет даром
проникать в мысли товарищей...
- Что? - воскликнул Эдди.
- Это правда. Вы делите свои мысли друг с другом столь
естественным образом, что даже не сознаете происходящего, но это так.
Мне, несомненно, легче это заметить, ибо, не будучи полноправным
членом вашего ~ка-тета~ - быть может, оттого, что не принадлежу к
вашему миру,- сам я способностью к соборномышлению наделен не в
полной мере. Однако ж ~внушить~ свою мысль я могу. Сюзанна...
помнишь, в круговине?..
- Да. Ты велел: отпустишь демона, когда я скажу. Но вслух ты
ничего не произнес.
- Эдди... помнишь, на медвежьей поляне на тебя кинулся
механический нетопырь?
- Помню. Ты еще крикнул мне "ложись!".
- На самом деле он и рта не раскрыл, Эдди,- сказала Сюзанна.
- Нет, крикнул! ~Гаркнул!~ Я же ~слышал~ тебя, старик!
- Гаркнуть-то я гаркнул, верно, да только ~в уме~.- Стрелок
повернулся к Джейку.- А ты помнишь? В том доме?
- Я никак не мог оторвать половицу, и ты велел мне дернуть за
другую. Но, Роланд, если ты не можешь читать мои мысли, откуда ты
узнал, что именно у меня за проблема?
- ~Увидел~. Я ничего не слышал, но я ~видел~ - еле-еле, будто
сквозь грязное окошко.- Стрелок окинул их внимательным взглядом.-
Подобное тесное смыкание и единение умов называется ~кеф~. На
древнем наречии старого мира слово ~кеф~ имеет и множество иных
значений. "Вода", "рождение" и "жизненная сила" лишь три из них.
Осознайте и прочувствуйте это. Большего я пока не требую.
- А ты сам можешь прочувствовать то, во что не веришь? - спросил
Эдди.
Роланд улыбнулся.
- Долой предубежденность, вот и все.
- Это можно.
- Роланд? - Это был Джейк.- Как ты думаешь, Чик может быть
частью нашего ~ка-тета~?
Сюзанна улыбнулась. Роланд - нет.
- Покамест я не готов даже гадать на сей счет, но вот что я тебе
скажу, Джейк: я много думал о твоем мохнатом приятеле. ~Ка~ правит
не всем; и поныне бывают случайные стечения обстоятельств... однако ж
внезапное появление косолапа, который еще помнит людей, не кажется
мне чистой случайностью.
Он обвел глазами своих спутников.
- Начну я. Эдди продолжит с того места, где я закончу. За ним -
Сюзанна. Тебе, Джейк, говорить последним. Согласны?
Они дружно кивнули.
- Вот и славно,- сказал Роланд.- Мы - ~ка-тет~, один из многих.
Приступим!
20
Они проговорили до заката, прервавшись лишь раз, ровно
настолько, чтобы проглотить холодный обед, и к тому времени, как
разговор завершился, Эдди казалось, будто он провел двенадцать
тяжелых раундов с Рэем Леонардом. Молодой человек больше не
сомневался в том, что их связывает ~кеф~, по выражению Роланда,
"тесное смыкание и единение умов"; они с Джейком в своих снах,
кажется, и впрямь жили жизнью друг друга, словно половинки одного
целого.
Роланд начал с происшествия под горами, оборвавшего первую
жизнь Джейка в здешнем мире. Он рассказал о своей беседе с человеком в
черном; о туманных намеках Уолтера на некоего Зверя и на кого-то, кого
Уолтер называл Вечным Пришельцем; о привидевшемся ему странном и
страшном сне - сне, в котором всю вселенную поглотил луч небывалого
белого света. И о том, чем окончился этот сон: травинкой. Однойединственной
лиловой травинкой.
Эдди покосился на Джейка и оторопел: в глазах мальчика
светилось понимание - ~узнавание~.
В свое время Эдди уже слышал обрывки этой истории от Роланда,
бредившего в горячке, но Сюзанна, для которой все это было ново,
слушала, широко раскрыв глаза. Роланд повторил диковинные речи
Уолтера - и перед ней, словно отраженные в разбитом зеркале,
мелькнули картины родного мира: автомобили, рак, полеты на Луну,
искусственное осеменение. Она понятия не имела, кто такой может быть
Зверь, но распознала в имени Вечного Пришельца иное прочтение имени
Мерлина, волшебника, который якобы дирижировал карьерой короля
Артура. Все любопытственней и любопытственней...
Роланд описал, как пробудился и обнаружил, что Уолтер давнымдавно
мертв,- время непостижимым образом убежало вперед; быть
может, на сто лет, быть может, на пятьсот. Джейк в зачарованном
молчании выслушал, как стрелок добрался до берега Западного Моря,
как он лишился двух пальцев на правой руке, как, перенеся из мира в мир
Эдди и Сюзанну, столкнулся с Джеком Мортом - зловещим третьим,
вступил с ним в поединок и победил.
Тут стрелок сделал знак Эдди, и молодой человек подхватил
рассказ, начав с появления медведя-великана.
- Шардик? - перебил Джейк.- Но это же название ~книжки~! ~У
нас~ есть такая книжка! Того же автора, что написал знаменитую
повесть про кроликов...
- Ричард Адамс! - выкрикнул Эдди.- А книжка про кроликов
называлась "Уотершипский холм"! ~Знал~ же я - знакомое имя! Как же
это, Роланд? Откуда здесь у вас могут знать про то, что делается у нас?
- А двери? - отвечал Роланд.- Разве нам уже не открылись четыре из
них? Что ж по-твоему, их никогда прежде не было? Или никогда больше
не будет?
- Но...
- Все мы видели здесь крохи вашей жизни; а я у вас в Нью-Йорке
натолкнулся на приметы нашей. Я увидел там ~стрелков~, в
большинстве своем вялых и нерасторопных - но все же стрелков, которые
бесспорно составляли собственный древний ~ка-тет~.
- Роланд, это были обыкновенные легавые. Они тебе в подметки не
годятся.
- Кроме одного, последнего. На подземном вокзале он едва не
одолел меня. И кабы не слепое везенье, не Мортово огниво, он сладил бы
со мной. Тот стрелок... я видел его глаза. Он помнил лик своего отца.
Твердо помнил. И еще: ты не забыл, как называлось заведение Балазара?
- Нет, конечно,- с тревогой ответил Эдди.- "Падающая башня". Но
это может быть совпадение; ты сам говорил - ~ка~ правит не всем.
Роланд кивнул:
- Ты и впрямь вылитый Катберт. Знаешь, что он сказал однажды,
еще мальчишкой? Мы тогда вздумали потихоньку улизнуть в полночь на
кладбище, однако Аллен отказался наотрез - из страха оскорбить тени
предков, объяснил он. Катберт поднял его на смех и объявил: не поверю,
что призраки есть, покуда своеручно не изловлю за хвост хоть одного.
- Молоток! - воскликнул Эдди.- Браво!
Роланд улыбнулся.
- Я так и думал, тебе это придется по душе. Однако давай покамест
забудем о призраках. Расскажи нам, что было дальше.
И Эдди повел речь о том, что явилось ему в пламени костра, когда
Роланд швырнул туда челюсть Уолтера,- о видении ключа и розы. Он
перешел к своему сну, и все узнали, как, переступив порог "Деликатесов
от Тома и Джерри", Эдди очутился на поле роз, где царила невероятно
высокая, черная как сажа Башня. Говоря о хлынувшей из ее бойниц тьме,
обернувшейся затем призраком в поднебесье, Эдди обращался
непосредственно к Джейку - с такой жадной сосредоточенностью, с
таким нарастающим изумлением и трепетом слушал мальчик. Молодой
человек постарался хотя бы отчасти передать то ощущение ужаса и
восторга, каким был проникнут сон, и по глазам слушателей, в первую
очередь Джейка, понял: то ли это удалось ему лучше, чем он смел
надеяться... то ли они тоже видели сны.
Эдди рассказал, как по следу Шардика они вышли к Порталу
Медведя и как, приложив к черно-желтой двери ухо, он вдруг
обнаружил, что вспоминает день, когда уговорил брата сводить его на
Голландский Холм посмотреть Особняк. Он упомянул о плошке с иглой
и о том, что надобность в игле-стрелке отпала, стоило только понять:
воздействие Луча заметно всюду, чего бы Луч ни коснулся, даже птиц в
небе.
Дальше говорила Сюзанна. Покуда она излагала, как Эдди взялся
на свой страх и риск вырезывать ключ, Джейк улегся на спину, сцепив
руки под головой, и стал смотреть, как облака неторопливо плывут
точно на юго-восток, в сторону города. Образованный ими правильный,
упорядоченный рисунок выдавал непосредственную близость Луча так
же ясно, как поднимающийся из трубы дым указывает направление
ветра.
Сюзанна закончила рассказом о том, как они наконец вытащили
Джейка в этот мир, уничтожив раздвоенность их с Роландом
воспоминаний так же стремительно и бесповоротно, как Эдди захлопнул
дверь в вещуньиной круговине. Единственный факт, о каком она
умолчала, собственно, вовсе не был установленным фактом - по крайней
мере, пока. В конце концов, по утрам ее не тошнило, а задержка на месяц
сама по себе ничего не значила. Выражаясь словами Роланда, эту
историю лучше было приберечь до другого дня.
И все же, договорив, она неожиданно пожалела, что не может
забыть слова тетушки Талиты, оброненные той, когда Джейк назвал этот
мир своей новой родиной: ~"Да смилуются над тобою боги, коли так,
ибо солнце в сем мире заходит. Заходит навсегда"~.
- Что ж, Джейк, теперь твой черед,- сказал Роланд.
Джейк сел и посмотрел в сторону Лада. Обращенные на запад окна
высотных домов горели золотом в лучах заходящего солнца.
- Сплошное безумие,- пробормотал он,- но какой-то смысл в нем,
кажется, есть. Как в сне, когда уже проснешься.
- Может, нам удастся помочь тебе отыскать смысл в
происходящем,- ободрила Сюзанна.
- Может быть. По крайней мере, мы можем вместе подумать о
поезде. Мне до смерти надоело в одиночку ломать голову над тем, что
значит Блейн и есть ли в нем смысл.- Джейк вздохнул.- Вы знаете, что
вытерпел Роланд, проживая сразу две жизни, так что это я пропущу. Я
вообще не уверен, могу ли описать это ощущение, и не хочу. Фу.
Наверное, лучше начать с "Итогового эссе" - ведь тогда я и перестал
надеяться, что все это, может быть, пройдет.- Он хмуро оглядел
аудиторию.- Тогда-то я и сдался.
Джейк говорил дотемна. Он рассказал обо всем, что мог
вспомнить, от "Моего понимания истины" до нападения чудовищного
привратника, который в буквальном смысле слова полез из всех щелей.
Мальчика слушали, не перебивая.
Когда Джейк умолк, Роланд повернулся к Эдди, блестя глазами.
Блеск этот, вызванный целой гаммой разнообразных чувств, Эдди
поначалу отнес за счет изумления и лишь потом понял, что источник его
- сильнейшее душевное волнение... и глубокий страх. У молодого
человека пересохло во рту. Уж если ~Роланд~ боится...
- Ты по-прежнему сомневаешься во взаимопроникновении наших
миров, Эдди?
Эдди отрицательно помотал головой.
- Ясное дело, нет. Я шел по той же улице, шел ~в его шмотье~!
Только... Джейк, можно поглядеть ту книжку? "Чарли Чух-Чуха"?
Джейк потянулся к ранцу, но Роланд удержал его руку.
- Обожди,- велел он.- Вернись-ка к пустырю, Джейк. Расскажи еще
раз, что там с тобой приключилось. Постарайся припомнить все.
- Может, ты бы загипнотизировал меня? - нерешительно
предложил Джейк.- Как на постоялом дворе.
Роланд качнул головой.
- Ни к чему. На том пустыре, Джейк, произошло важнейшее и
значительнейшее событие твоей - да и нашей - жизни. Ты все отлично
вспомнишь.
И Джейк вновь стал рассказывать. Все ясно понимали: пережитое
мальчиком на пустыре, где когда-то был магазинчик Тома и Джерри,
составляет тайный центр ~ка-тета~, объединившего их четверку. В сне
Эдди "Деликатесы" еще стояли, в яви Джейка их уже снесли, но и в
первом, и во втором случае пятачок земли на углу Второй авеню и Сорок
шестой улицы был наделен огромной колдовской силой. Бесспорным
казалось Роланду и то, что пустырь - битый кирпич, осколки стекла - это
иное воплощение Сюзанниной Свалки, иная интерпретация картины,
завершившей видение, которое было ему на маленьком пыльном
погосте.
Излагая эту часть своей истории вторично, очень медленно, Джейк
обнаружил, что стрелок не ошибся: он ~действительно~ все помнил.
Воспоминания делались все более живыми и четкими; наконец мальчик
словно бы начал переживать свое приключение заново, и Сюзанна, Эдди
и Роланд услышали об объявлении, из которого следовало, что на том
месте, где когда-то стояли "Том и Джерри", намечается возвести
кондоминиумы "Черепашья бухта". Джейк даже процитировал стишок,
намалеванный аэрозольной краской на заборе:
- ~Черепаха-великанша держит Землю на спине,
Неохватная такая - не приснится и во сне.
Если хочешь приключений, если ты устал скучать -
Не откладывай на завтра, прогуляйся вдоль Луча~.
Сюзанна пробормотала:
- "Мир на панцире качает от утра и до утра, мыслью пусть
нетороплива да зато всегда добра..." - там так, Роланд?
- Где? - спросил Джейк.- Где "там"?
- В стихотворении, которому я научился в детские годы,- ответил
Роланд.- Вот вам новая связующая нить, да такая, которая и впрямь кое
о чем говорит, хоть я и не уверен, непременно ли нам надобно держать
это кое-что в голове... впрочем, невозможно предугадать, когда
пригодится крупица знания.
- Двенадцать порталов соединяются шестью Лучами,- сказал
Эдди.- Мы начали от Медвежьего и дойдем только до середины, до
Башни. Но если бы мы дошли до конца, то, по идее, пришли бы к
Порталу Черепахи?
Роланд кивнул:
- Наверняка.
- Портал Черепахи,- задумчиво повторил Джейк, перекатывая
слова во рту, словно пробовал их на вкус. После этого он вернулся к роли
рассказчика и вновь описал необыкновенной красоты голос, слитый из
множества голосов; то, как вдруг понял, что пустырь полон лицами,
звенит преданиями и былями; крепнущую уверенность в том, что
наткнулся на нечто весьма напоминающее суть Бытия. Закончил
мальчик тем, как нашел ключ и увидел розу. Яркость и полнота этого
воспоминания были таковы, что по щекам Джейка покатились слезы,
хотя сам он, казалось, этого не сознавал.
- Она раскрылась,- говорил он,- гляжу, середка желтая-прежелтая,
сверкает - глазам больно, я такой и не видел никогда. Я сперва подумал,
это пыльца, а что она блестит, это только кажется. На том пустыре
~все~ блестело и сияло. Даже старые обертки от конфет, даже пивные
бутылки - посмотришь, и будто бы ничего лучше и красивее в жизни не
видел. Только потом я и понял, что вижу солнце. Звучит как полный
бред, я знаю, но это действительно было солнце. Только не одно, а...
- ~Все~ солнца,- негромко закончил за него Роланд.- Все ~сущее~.
- Да! Эта роза... она была красивая, такая свежая, нежная, но чтото
с ней было неладно. Я не могу объяснить, ~что~,- как будто бились
сразу два сердца, одно внутри другого, больное внутри здорового. А
потом я отключился.
- В конце твоего сна тебе привиделось то же самое, да, Роланд? -
тихим от благоговейного страха голосом спросила Сюзанна.- Травинка...
и тебе почудилось, будто эта травинка лиловая, потому что она была
забрызгана краской.
- Вы не понимаете,- перебил Джейк.- Травинка ~действительно~
была лиловая. Когда я видел ее ~настоящую~, она была ~лиловая~. Я
такой травы никогда раньше не видал. А краска - просто маскировка.
Маскировался же привратник под старый заброшенный дом.
Солнце меж тем достигло горизонта. Роланд попросил Джейка
показать, а после и прочесть им "Чарли Чух-Чуха". Джейк пустил
книжку по кругу. И Эдди, и Сюзанна долго смотрели на обложку.
- Когда я был совсем маленький, у меня была эта книжка,- наконец
сказал Эдди. Говорил он решительно, тоном полной уверенности.- А
потом, мне и четырех еще не было, мы переехали из Квинса в Бруклин, и
я ее потерял. Но картинку на обложке я помню до сих пор. И чувствовал
я то же самое, что ты, Джейк. Этот паровоз мне не нравился. Я ему не
доверял.
Сюзанна оторвалась от книжки и посмотрела на Эдди.
- И у меня тоже была такая. Разве забудешь свою маленькую
тезку... хотя, конечно, тогда я была сначала Одетта, а потом уж Сюзанна.
Кстати, поезд этот я воспринимала в точности как вы: он мне не
нравился, и я ему не доверяла.- Сюзанна постучала пальцем по самой
середине обложки: - Мне казалось, эта его улыбка - сплошная липа.- И
она передала "Чарли Чух-Чуха" Роланду.
Мельком взглянув на книгу, Роланд опять посмотрел на Сюзанну.
- Ты свою тоже потеряла?
- Да.
- Спорим, я знаю, когда,- сказал Эдди.
Сюзанна кивнула.
- Да уж наверное. Это случилось после того, как тот человек
сбросил мне на голову кирпич. Когда мы ехали на север, на свадьбу моей
тетки, Тети Синьки, книжка была у меня. Я взяла ее с собой в поезд, я это
помню, потому что без конца приставала к папе, кто тянет состав -
Чарли или нет. Мне ~не хотелось~, чтобы это был Чарли; мы ведь ехали
в Нью-Джерси, в Элизабет, а Чарли, думалось мне, мог завезти нас куда
угодно. Что с ним в конце концов сталось? Катал публику по
игрушечной деревне, что-то в этом роде, да, Джейк?
- По луна-парку.
- Да, конечно. Правильно, в самом конце есть картинка - Чарли
везет по этому парку детей. Смеющихся и улыбающихся. Только мне
почему-то всегда казалось, что они кричат "выпустите нас отсюда!".
- Да! - воскликнул Джейк.- Да, точно! ~Именно~!
- Я боялась, Чарли вместо тетиной свадьбы увезет нас ~к себе~,
где уж он там жил, и никогда больше не отпустит домой.
- Домой возврата нет,- пробормотал Эдди и нервно пригладил
вихры.
- Все время, что мы ехали в том поезде, я не желала выпускать
книжку из рук. Ни на минуту. Даже, помню, думала: "пусть только
попробует нас утащить, буду вырывать страницы, пока не перестанет!"
Но, конечно, мы прибыли точно по назначению и вовремя. Папа даже
сводил меня поглядеть локомотив. Это оказался тепловоз, не паровоз, и
я, помню, обрадовалась. Потом, после свадьбы, тот человек, Морт,
скинул на меня кирпич. Я долго пролежала в коме. И больше "Чарли
Чух-Чуха" не видела. До этой минуты.- Сюзанна помедлила и
прибавила: - Насколько я понимаю, это может быть мой экземпляр... или
Эддин.
- Да запросто,- отозвался Эдди. Лицо его было бледным и
серьезным... и вдруг он ухмыльнулся, точно мальчишка-подросток.-
"Погляди на ЧЕРЕПАХУ - что за прелесть, я молчу! Все-все-все на белом
свете служит сраному Лучу".
Роланд поглядел на запад.
- Солнце садится. Читай, покуда не стемнело, Джейк.
Джейк обратился к первой странице, продемонстрировал друзьям
рисунок - Машинист Боб в будке Чарли - и начал: "Боб Брукс водил
поезда Межземельской железнодорожной компании на линии Сент-Луис
- Топека..."
- ...И до ребятишек то и дело доносится тихий хрипловатый голос
Чарли, который мурлычет свою старую песенку,- закончил Джейк. Он
показал всем последнюю картинку - счастливые, радостные дети,
которые на самом деле, возможно, вопили от ужаса,- и закрыл книгу.
Солнце село; небо было лиловым.
- М-да, нельзя сказать, что это ~в точности~ про нас,- вынес
приговор Эдди,- больше смахивает на отражение в кривом зеркале, но
все ж таки совпадений хватает, чтоб ~меня~ мандраж брал. Межземелье
- территория Чарли. Только здесь он никакой не Чарли. Здесь он Блейн
Моно.
Роланд смотрел на Джейка.
- Как по-твоему,- спросил он вдруг,- может, надо обойти город
стороной? И держаться подальше от этого поезда?
Джейк обдумал вопрос, глядя куда-то себе под ноги и рассеянно
перебирая густой шелковистый мех Чика.
- Хорошо бы,- сказал он наконец,- но, наверное, нельзя, если я
правильно понял насчет ~ка~.
Роланд кивнул.
- Коль скоро это ~ка~, и речи нет о том, что нам должно и чего не
должно делать; вздумав пойти кружным путем, мы неминуемо
столкнемся с обстоятельствами, которые принудят нас вернуться. При
подобных оказиях лучше не мешкая уступать неизбежному. А ты что
скажешь, Эдди?
Эдди думал не менее долго и тщательно, чем Джейк. Ему не
хотелось иметь никакого дела с говорящим поездом, который сам бегает
по рельсам; как его ни называй, Чарли Чух-Чух или Блейн Моно, все
рассказанное и прочитанное им Джейком позволяло предположить, что
это - пренеприятнейшее создание. Но им предстояло покрыть огромное
расстояние, а где-то в конце пути находилась цель их поиска. Тут Эдди с
изумлением обнаружил, что точно знает, какого он мнения и чего хочет.
Молодой человек вскинул голову и, едва ли не впервые с тех пор, как
явился в этот мир, решительно взглянул светло-карими глазами в
блекло-голубые глаза Роланда.
- Я хочу постоять на том розовом поле. Увидеть Башню. Не знаю,
что будет потом. Надо думать, "скорбящих просят цветов не возлагать",
притом для всех нас. Но мне плевать. Я хочу туда. Мне плевать, даже
если Блейн - дьявол и поезд идет к Башне через преисподнюю. Я - за то,
чтобы идти в город.
Роланд кивнул и повернулся к Сюзанне.
- Мне Темная Башня никогда не снилась,- сказала та,- и я не могу
решить вопрос на таком уровне - полагаю, вы назвали бы его уровнем
желания. Но я поверила в ~ка~, и не такая уж я непроходимая дура,
чтобы не почувствовать, когда мне начинают долбить по макушке,
приговаривая: "вот туда, туда, дуреха". А ты, Роланд? Что думаешь ты?
- Что разговоров для одного дня предостаточно и пора оставить их
до завтра.
- А "Угадай-дай-дай"? - спросил Джейк.- Хочешь взглянуть?
- Успеется,- сказал Роланд.- Давайте-ка спать.
Но стрелок долго лежал без сна. Когда вновь ритмично и мерно
забили барабаны, он поднялся, ушел обратно к дороге и стоял, глядя на
мост и на город. До мозга костей, до кончиков пальцев дипломат,
которого угадала в нем Сюзанна, он, едва услыхав про поезд, почти в ту
же минуту понял - это следующий шаг на пути, назначенном им
судьбой... но чутье подсказывало ему: заявлять об этом во всеуслышание
неразумно. В особенности ненавидел ощущение, что его подталкивают и
направляют, Эдди; стоило молодому человеку почувствовать нечто
подобное - и он попросту пригибал голову, крепко упирался обеими
ногами в землю, глупо отшучивался и артачился как мул. Сейчас их с
Роландом желания совпадали, но Эдди все еще был способен сказать
"брито", если Роланд говорил "стрижено", и "стрижено", если Роланд
говорил "брито". Надежнее было не дергать уздечку и вернее -
спрашивать совета, а не командовать.
Стрелок повернулся, собираясь тронуться в обратный путь... и
схватился за револьвер - у края дороги маячила темная тень; кто-то стоял
там и смотрел на него. В последний миг Роланд удержался и не
выстрелил.
- Мне стало интересно, сможешь ли ты спать после этих
художественных чтений,- сказал Эдди.- Догадываюсь, что ответ
отрицательный.
- Я совсем не слышал тебя, Эдди. Ученье идет тебе впрок... однако
на сей раз ты за свои старания чуть не получил пулю в живот.
- Не слышал, потому что не до того.- Эдди подошел и стал рядом,
и даже при слабом свете звезд Роланд увидел, что ни на секунду не ввел
юношу в заблуждение. Его уважение к Эдди продолжало расти. Эдди
напоминал ему Катберта, но во многих отношениях Катберта он уже
превзошел.
"Этому пальца в рот не клади,- подумал Роланд,- откусит. А
случись мне подвести парня или же сделать что-нибудь, в чем он
заподозрит лукавство и обман, он, верно, попытается убить меня".
- О чем же думаешь ~ты~, Эдди?
- О тебе. О нас. Я хочу тебе кое-что объяснить. Раньше я, кажется,
считал, что ты это давно уже понял. Сегодня вечером у меня появились
некоторые сомнения.
- Что ж, объясни, коли так.- Стрелок опять подумал: "До чего он
похож на Катберта!"
- Мы с тобой, потому что так надо,- это твое треклятое ~ка~. Но
мы с тобой еще и потому, что ~сами~ того хотим. Это чистая правда - и
что касается меня, и что касается Сюзанны, и - ручаюсь - что касается
Джейка. Мозги у тебя, мой старинный одно~кеф~ник, дай Бог всякому,
но сдается мне, ты прячешь их в бункере, не иначе, потому как иногда
пробиться к тебе бывает тяжко до озверения. Я хочу увидеть ~ее~,
Роланд. Сечешь, что я сказал? ~Я хочу увидеть Башню~.- Эдди
всмотрелся в лицо Роланда, не увидел того, что надеялся увидеть, и
досадливо воздел руки.- Я, в общем-то, вот о чем: отпусти ты мои уши.
- Уши?
- Ага. Тебе больше не надо тащить меня силком. Я иду сам, по
своей воле. ~Мы все~ идем по своей воле. Если б ты сегодня ночью во
сне дал дуба, мы бы похоронили тебя и двинулись бы дальше. Надо
думать, мы бы долго не протянули, но перемерли бы на тропе Луча.
~Теперь~ понимаешь?
- Да. Теперь понимаю.
- Понимаешь, значит... да, наверное, понимаешь. А вот веришь ты
мне или нет?
"Конечно,- подумал стрелок.- Куда же еще тебе податься в столь
чуждом и странном мире, Эдди? Какое иное дело ты мог бы себе
сыскать? Крестьянин из тебя вышел бы прескверный".
Но то было низко и несправедливо, и он это знал. Принижать
свободную волю, подменяя ее ~ка~, хуже кощунства, хуже святотатства;
это утомительно и глупо. И он сказал:
- Да. Верю. Клянусь, верю.
- Тогда кончай строить из себя пастуха, который идет со стадом
овец и взмахивает посохом всякий раз, как мы, безмозглые твари,
намылимся сбежать с дороги в зыбучий песок. Не таись от нас. Может,
город или поезд станет нашей могилой, так вот я хочу подохнуть, зная,
что был не просто фишкой в твоей игре.
Щеки Роланда запылали от гнева, но стрелок никогда не умел
обманывать себя. Он злился не потому, что Эдди был неправ, а потому,
что Эдди видел его насквозь. На глазах у Роланда Эдди выбрался из
своей темницы и медленно, но верно уходил от нее все дальше и дальше
(Сюзанна тоже, ибо и она прежде была узницей), и все же сердцем
стрелок так и не принял свидетельств рассудка и здравого смысла.
Сердце его, по-видимому, и дальше желало видеть в молодых людях
иных, нежели Роланд, созданий, братьев меньших.
Роланд тяжело вздохнул.
- Молю о прощении, стрелок.
Эдди кивнул.
- Чует мое сердце, хлебнем мы скоро лиха... беды не оберешься.
Страшно до смерти. Только давай договоримся: это не твоя ~личная~
беда, это ~наша~ беда.
- Согласен.
- Скажи-ка, нам худо придется в городе?
- Не знаю. Знаю только, что нам придется постараться защитить
Джейка - по словам престарелой тетушки, его возжаждут обе стороны.
Отчасти судьба наша будет зависеть от того, как скоро мы разыщем
поезд. Но куда важнее то, что случится, когда мы его найдем. Будь с
нами еще двое, я бы засунул Джейка в ходячий футляр с револьверами по
бокам. Однако поскольку взять этих двоих негде, пойдем колонной:
первым я, следом Джейк повезет Сюзанну, ты - замыкающий.
- Роланд, риск большой? Прикинь-ка.
- Не могу.
- А по-моему, можешь. Ты не знаешь города, зато по прежним
временам знаешь повадку сво
...Поділитися у соцмережах
