Жанр: Фантастика
Укротители демонов
...уясь походной привычке использовать каждое
свободное мгновение для сна. Бояре взирали на беседу правителя со студентами, тщательно
скрывая неодобрение.
Вообще, князьям в Китеже полагалось только править, то есть с важным видом сидеть на
троне, председательствовать на пирах, подписывать указы, ну и еще, когда нападет особенно
сердитый враг, пару минут погарцевать перед войском. Лошадь с продавленным хребтом после
этого обычно списывали на бойню, а князя уносили отдыхать в шатер.
Для дум и всяких дел были думные бояре и воеводы.
Тысячелетиями все шло хорошо. Князья вели себя как положено, пока на трон не взошел
Владимир Владимирович Красна Рожица. На все традиции ему было чихать с присвистом, о
чем он и заявил огорошенным боярам в первый день правления.
Мало того, что заявил. Он чихал, и именно с присвистом.
Он лично управлял телегой, водил войска в бой, влезал во все, начиная от изготовления
кольчуг и завершая строительством общественных бань. Подобное поведение не могло
закончиться добром, и злые языки говорили о том, что именно из-за князя в Лоскуте появились
неведомые ранее ривылицинеры.
- Хорошо, хорошо, - проговорил Владимир Красна Рожица, закончив расспрос,
который больше походил на допрос, только вместо дыбы и батогов тут использовалось их
ожидание. - Как закончите учиться, молодые люди, приезжайте к нам. Без работы не
останетесь. Хорошему магу мы дело завсегда найдем. Кстати, а с какой вы кафедры?
- Э, - Арс замялся, - демонологии...
- Ну, - лицо князя изумленно вытянулось. - В этом случае найти вам место будет
сложнее...
Взгляд Владимира оказался в этот момент куда красноречивее языка. Он явственно
говорил: да таких тунеядцев, как эти борцы с демонами, и одного-то на Лоскут много...
И в чем-то этот взгляд был прав.
- Рад, что смогли зайти, - интерес к разговору вытекал из князя, точно пиво из
дырявого кувшина. - Всего хорошего!
- Попробовали бы мы не зайти, - пробурчал Рыггантропов уже у самой двери, - нас
бы тут же на колья посадили.
В приемной их ждал встревоженный Топыряк-старший.
- Ну как? - спросил он.
- Поболтали слегка, - небрежно ответил Арс с таким видом, словно каждый день
посещал какого-нибудь правителя. - Все путем.
- Это хорошо, - сотник щербато улыбнулся. - Вот что, хлопцы! Я думал, нам отмечать
ваш приезд дома придется, но мои питомцы расстарались...
- И что? - вступил в беседу Рыггантропов, в душе которого, как головастики в пруду,
закопошились нехорошие подозрения.
- Отмечать будем в казармах! - глаза сотника масляно светились. - Погуляем с
размахом! Так что сегодня вечером никуда не уходите!
- Куда же мы денемся, в натуре, - пробормотал Рыггантропов уныло, а Тили-Тили
тревожно зашипел.
Предметы перед глазами Арса двоились, а земля под ногами изрядно пошатывалась.
Учитывая все эти признаки, можно было с уверенностью заключить, что гулянка удалась.
Шустрые "питомцы" Топыряка-старшего добыли где-то столько зелена вина, что в нем можно
было утопить дракона. С закуской оказалось хуже, но закуска хоть и необходимый, все же не
самый важный компонент в составе процесса, носящего название "праздник по-китежски".
Все остальные имелись в нужной пропорции.
Веселье задалось с самого начала. Между тостами дружинники пели боевые песни.
Тили-Тили поначалу держался, но после пятнадцатой чарки его все же сморило. Драки на
кулачках, которую устроили молодые богатыри, он уже не видел.
Может быть, и к лучшему. А то влез бы со своим рукомашеством и дрыгоножеством, и
испортил бы людям всю забаву...
Рыггантропов же, имевший большой опыт уличных драк, попытался принять участие. Но
после того, как первым же ударом оказался отброшен к стене, в которую с глухим чмоканьем
впечатался, от этой затеи отказался.
Дальше опять пели... потом делали чего-то еще. Потом гостеприимные хозяева все как-то
разом попадали под стол, и наступило время идти домой.
- Собираемся, - заплетающимся языком сказал сыну Ворс Топыряк. - Возьмите этого
вашего коричневого...
Пребывающий в беспамятстве Тили-Тили нашел пристанище на широком плече
Рыггантропова, и студенты, возглавляемые сотником, выбрались за пределы казармы. Тут тоже
валялись поверженные тела, и только сочный храп не давал усомниться в их полном здравии.
Кое-кто из гуляк, вышедших проветриться, просто заснул прямо на земле.
Ворота терема, как и положено в ночное время, оказались закрыты, но для сотника и его
спутников в них нашлась щелочка. Терем остался позади, а впереди - распростерлись улицы
города.
Тихие и темные, точно пустая могила.
Тут-то у Арса перед глазами все и поплыло, а предательница-земля пустилась в буйный
пляс, норовя выскользнуть из-под ног. В небесах водили хороводы звезды, и глядя на них, было
трудно спастись от головокружения.
Отец ушел далеко вперед, за спиной тащился тяжело сопящий Рыггантропов.
Занятый борьбой с собственными ногами, Арс не обратил внимания на странные звуки. В
темном переулке, мимо которого они проходили, что-то зловеще лязгнуло.
- И это великий маг? - спросил чей-то пакостный голос. Такими обычно разговаривают
подручные главного злодея. - А выглядит, как обыкновенный пьяница!
- Одно другому не мешает! - сказал другой голос, еще более мерзкий. - Действуем!
Рыггантропов в недоумении уставился на две появившиеся перед ним тени. Пропитанные
зеленым вином мозги двигались еще медленнее, чем обычно, и двоечник лишь недоуменно
моргнул, когда на его голову обрушился сильный удар.
- Что такое? - удивилась одна из теней, когда обмотанная тряпками дубинка отскочила
от узкого лба, в который стоило таких усилий попасть, а хозяин лба продолжал стоять, глупо
ухмыляясь.
- Вы чего? - спросил он.
- Бей сильнее! И по затылку! - посоветовала вторая тень.
Совет оказался дельным. Обмякший после повторного удара Рыггантропов распростерся
на земле. Рядом с ним брякнулся свалившийся с плеча двоечника Тили-Тили.
Арс обернулся на шум, в удивлении вытаращился, гладя на то, как двое незнакомцев в
нелепых длинных одеяниях лупят его друга. Но предпринять ничего не успел. Что-то мягкое
садануло по макушке, и Топыряк оказался в какой-то неприятной кружащейся темноте.
- Готовы, - пробурчал один из нападавших. - А де-лов-то, делов...
- Когда ты пьяный, тебя даже мыши похитят! - рассудительно вставил второй.
- Дал... дал!
- Что?
- Я - сильный, но легкий!
- Хватит болтать! - вмешался в диалог третий голос, явно начальственный. - Берите
вон того здорового, и потащили!
- Вот так всегда, нам здорового... Уффф! Ну и кабан!
- Сам ты кабан... эээх!
- Разговорчики! - начальственный голос звучал гневно. - Шустрее ногами
перебирайте, а то доложу товарищу Феликсу о потере вами революционной бдительности!
Этот аргумент возымел действие. Разговоры смолкли. Тени, общим числом пять, еще
некоторое время попыхтели около поверженных студентов, потом уволокли их куда-то в
сторону.
На улице вновь стало пусто.
Очнулся Арс по причине того, что рядом кто-то рассерженно шипел. Звук этот наводил на
мысли о сильно обиженной гадюке.
Болела голова, но не так, как это обычно бывает после "отмечания". Зелено вино не имеет
обыкновения бить пьющего по маковке и оставлять синяки. А шишка, если верить ощущениям,
выросла довольно большая. Сам же Арс находился в сидячем положении. Под спиной
чувствовалось нечто твердое и холодное, под тем, что пониже нее - тоже. На руках и ногах
ощущались железные браслеты. Пошевелив конечностями, можно было услышать мелодичный
звон.
Арс открыл глаза. Ничего не изменилось. Вокруг по-прежнему осталось так же темно, как
у гнома в... забое. Шипение не прекращалось, оно было выразительным и яростным.
- Это ты, Трали-Вали? - спросил Арс.
Ответное сипение вполне сошло за согласие.
Рыггантропова видно не было, но учитывая, что видно не было ничего, такое положение
дел вовсе не выглядело удивительным,
После некоторых усилий, связанных с преодолением головной боли, Арс погрузился в
размышления. Удалось вспомнить, чем вчера закончилась гулянка. Темные фигуры, удар...
- Нас похитили! - догадка сама собой высказалась вслух.
- Точно, - донесся откуда-то из тьмы голос Рыггантропова, - а я-то никак не мог
понять, что случилось!
- Только вот кто?
- Может быть, князь?
- Нет, - Арс помотал головой, ощущая, как внутри нее мячиком перекатывается
боль. - Если бы он захотел посадить нас в поруб, то сделал бы это в открытую.
- А может быть... это тот купец, которого я случайно зимой в Ква-Ква заколдовал?
Идея была настолько идиотской, что заслуживала рассмотрения. Купец попался под руку
двоечнику, когда тот неожиданно осознал выученное десять дней назад заклинание. Даже
возвращенный в обычное состояние, купец долго ругался, жаловался и обещал отомстить.
Оно и понятно - кому понравится хрюкать и валяться в луже помоев?
Но проследовать за студентами в Китеж, найти подвал с цепями, нанять похитителей,
которые не побоятся поднять руку на сына сотника - все это слишком сложно для обычного
купца!
- Нет, - сказал Арс. - Вряд ли...
И в этот момент, когда все предположения иссякли, во тьме что-то заскрипело. Такой
жуткий, леденящий душу звук способны издавать только двери, ведущие в подземелья, где пол
залит кровью, а в углах еще бродит эхо последнего крика замученных узников...
Скрип проскрипел, и в помещение, где держали студентов, проник свет факелов. Это был
багровый, злодейский свет, что любит играть на пыточных инструментах и отражаться в
расширенных от боли зрачках...
Скрипящая дверь открылась шире, и через нее явились те, кто нес факелы. На мгновение
Арс закрыл привыкшие к темноте глаза, и только когда под веками перестали плавать яркие
пятна, вновь рискнул открыть их.
Помещение оказалось, как и положено, сырым и мрачным. На каменных стенах желтела
прекрасно себя чувствующая плесень, а грязный пол неприятно блестел. Единственной новой
вещью тут были заботливо вкрученные в стены цепи, к которым крепились конечности
узников.
Однокашники на вид оказались вполне целыми, и у Арса отлегло от сердца.
Набравшись смелости он взглянул на людей, решивших навестить узников.
И от удивления выпучил глаза. Более разношерстной компании ему не приходилось
видеть даже на кваквакском рынке, где можно встретить представителей почти всех разумных
рас Лоскутного мира.
Здесь были в основном люди. Но зато какие!
Впереди всех стоял крошечный человечек с бородкой клинышком. Плоский головной
убор с козырьком не мог скрыть огромной лысины, а одет человечек был во что-то черное, с
большими пуговицами и отложным воротом.
За спиной лысого размещались: усач, лицо которого оставалось все время в тени, пара
бородачей с безумным взглядом и в одежде серо-коричневых тонов, высокий и худой тип, чьи
глаза поблескивали сталью. Дополнял все почти голый мускулистый молодчик с мечом на
поясе. На кусочке ткани, служащим ему одеждой, был кокетливо вышит красный ромб.
- Пгекрасно, пгекрасно, - предводитель явившейся в подземелье толпы картавил, и Арс
бы даже посмеялся бы над этим, не ползи по его коже мурашки размером с майских жуков. -
Вот они, все тгое... И кто же нам нужен? Кто из них великий маг?
Арс судорожно сглотнул. Посмотрел на Рыггантропова, потом на Тили-Тили. Ни тот, ни
другой на великого мага не тянули. В себе Топыряк на данный счет тем более не сомневался.
- Тут какая-то ошибка, - пробормотал он заискивающе, - мы...
- Молчать! - рявкнул один из бородачей, размахивая извлеченным непонятно откуда
огромным кинжалом.
- Ну зачем вы так, товагищ Усама? Что вы ведете себя, как угнетатель тгудового
пголетагиата?
Бородач смущенно умолк, а картавый обратил добрый взгляд на Арса.
- Никакой ошибки нет, - сказал он. - Мы похитили того... тех, кого хотели. Теперь
осталось выяснить, кого именно мы хотели!
- Вон тот... коричневый, отпадает, - негромко, но очень внятно, сказал усач. - В
донесении... определенно говорилось, что великий волшебник - человек.
- Скажи, дгуг, - мягко поинтересовался картавый у Арса. - Кто из вас великий маг?
- Он! - выпалил Топыряк, указав на Рыггантропова, и только после этого, позволил
себе испытать стыд за собственный трусливый поступок.
Вряд ли этим типам великий волшебник нужен, чтобы воздать ему почести. А спасение
собственной шкуры есть спасение собственной шкуры, и ради него на все пойдешь...
Внимание картавого переключилось на Рыггантропова.
- Скажи-ка, дгужок, ты действительно великий волшебник?
- Чего? - Рыггантропов и в обычное время соображал довольно туго, а уж с похмелья и
вовсе мог соревноваться в интеллекте с дождевыми червяками.
- Ты колдовать умеешь?
- Чего?
- Ты вообще понимаешь, о чем тебя спгашивают?
- Чего?
- Сдается мне, что он - не великий волшебник, - сказал обладатель холодного взгляда.
У этого тоже имелась бородка клинышком, и она казалась твердой и такой острой, что ее
кончиком можно было тыкать, как копьем. - Тот просто не может быть настолько тупым!
- Он нас обманул! - в гневе закричал тот, кого назвали Усамой, и кинжал его нацелился
Арсу в печень. - Зарежем его! Зарежем!
- Он нам нужен живым! - взгляд картавого, сияющий прямо-таки неземной добротой,
вновь обратился к Топыряку. - Ты ведь умеешь колдовать?
- Да, - вынужден был признать тот. - Но я вовсе не великий маг!
- Скромность украшает мужчину! - рыкнул полуголый детина, и мышцы на его руках
угрожающе вздулись.
- Пгавильно сказал товагищ Спагтак! - кивнул картавый. - А тем более она укгашает
мага! Но мы все о тебе знаем, так что не пытайся отгицать...
Арс с ужасом вспомнил собственную похвальбу в кабаке городка Задрипанска, и
неожиданно понял, откуда тянутся корни этой репутации "великого волшебника".
- Кто вы такие? Чего вы хотите? - затравленно сказал он.
- Мы богцы за свободу тгудового нагода! - гордо заявил картавый. - Пламенные
пготивники эксплуатации и угнетения! Меня зовут Уля Лянов.
- Очень приятно, - кисло согласился Арс.
- Не опасно ли открывать ему наши имена? - спросил второй бородач, тот что был без
ножа.
- Нет, товагищ Фидель, не опасно, - кивнул Лянов. - Мы его не выпустим, пока
Революция не увенчается успехом. А тогда скгываться будет уже не нужно...
От такой перспективы Арс слегка похолодел.
- А вы не боитесь, что я вас заколдую, раз я такой великий маг? - спросил он, решив
слегка припугнуть собеседника.
- Товагищ Железный Феликс об этом позаботился, - последовал кивок в сторону
холодноглазого.
- Да, - медленно кивнул тот. Каждое его движение сопровождалось негромким, но
отчетливым лязгом. - Стены здесь выложены оборзитом, камнем, гасящим любую магию. Ни
одно заклинание не сработает.
Про оборзит Арс слышал. Но пытаться проверить сказанное Железным Феликсом не стал.
Творить заклинания с похмелья - последнее дело. Хуже могут быть только занятия
акробатикой на большой высоте.
- Хорошо, - сказал он, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал, - замнем для
ясности. - Что вы хотите?
- Мы... хотим, - в разговор вступил усач, чье имя так и оставалось неизвестным, а лицо
- практически невидимым. Факелы словно стеснялись светить на него. - Чтобы великий
волшебник... вызвал нам могучего демона!
- Что? Вы хоть понимаете, о чем просите?
- Конечно, - хитро прищурился Лянов. - Это агхиважный этап на пути к победе
Революции! Демон поможет нам газбить оковы эксплуатации, свеггнуть власть антинагодного
гежима угнетателей!
- Демон? Поможет? - похоже было, что революционеры никогда не имели дела с
существами из Нижнего мира. Заставить тех помогать удавалось лишь немногим магам, да и то
на короткий срок, а заканчивалась такая помощь обычно большими неприятностями. Арс
собрался уже просветить собравшихся на этот счет, но вовремя сообразил, что тем самым
распишется в собственной бесполезности для дела революции.
А с бесполезным магом разговор будет коротким. И содержание его, учитывая наличие
кинжала в руках товарища Усамы, можно предсказать совершенно точно.
Глава 4
- А почему бы нет? - подозрительно поинтересовался Железный Феликс, острым
взглядом сверля Арса. - Или слухи о могуществе демонов - выдумки?
- Э... нет, не выдумки, - забормотал Топыряк, пытаясь отыскать выход из
положения. - Некоторые демоны весьма могущественны...
- Агхиотлично! - обрадовался Лянов, на лице его объявилась добродушная усмешка. -
Вот и вызови нам одного! Газве это тгудно?
- Нет! - неожиданно для самого себя проявив твердость, заявил Арс. - Мне князь
ничего плохого не сделал! Да и вы меня не вежливо о помощи попросили, а по голове треснули
и в кандалы заковали! После этого я вам что, добрым другом должен стать?
- Придется пытать, - железным голосом сказал Железный Феликс и глаза его злодейски
блеснули. - У меня инструмент приготовлен, дыба, щипчики разные, иголочки...
- А может зарежем? - Усама, чья борода напоминала черный веник, был настроен более
решительно. - Его приятелей. Он тогда сразу согласится!
Арс почувствовал, как внутри задвигались кишки. Почуяв угрозу они, похоже, решили
покинуть организм. Через ближайшее доступное отверстие.
- Стыдитесь, товагищи! - громко сказал Лянов. - Вы гассуждаете, как самые
настоящие эскплуататогы! Пытки, убийства - это все не наши методы, товагищи!
- А какие же наши? - дернув себя за бороду, спросил Фидель.
- Мы должны действовать гуманно, товагищи! - картавый предводитель
революционеров засунул палец в нагрудный карман, а оставшиеся растопырил. Другой рукой
он стащил с головы шапку и принялся ей яростно размахивать. - Это кгайне важно, чтобы
нагодные массы к нам потянулись!
- Ага... грязными волосатыми ручищами, - прервал вдохновенную речь усатый, к
которому Арс вдруг ощутил острую неприязнь. - Если мы их немножко попытаем, то об этом
никто не узнает!
Рыггантропов издал странный горловой звук и вдруг забился в цепях.
- Нет, нет и нет! - не сдавался Уля Лянов. - Революция - дело, конечно, кговавое, но
в данном случае мы должны обойтись без кгови! Если вы не согласны со мной, то я тут же
слагаю с себя обязанности Пгедседателя Пагтии!
Угроза эта оказалась более действенной, чем можно было ожидать. Железный Феликс
тревожно залязгал, полуголый Спартак вдруг покрылся "гусиной кожей". Лишь один усач
остался каменно спокоен.
- Не нужно... скоропалительных решений, - веско сказал он, - пусть товарищ Лянов
сначала скажет, что он хочет предложить товарищам!
Предложение было встречено дружным гулом.
"Если бы эти революционеры тратили столько же сил на дела, сколько они тратят на
трепотню, - подумал Арс, - то они давно бы свергли князя и захватили власть! Какое счастье,
что все мятежники любят болтать!"
- Да, товагищи! - лысина Лянова возбужденно сверкала. - У меня есть
агхиогигинальное пгедложение! Все мы знаем, что наше учение непобедимо, потому что оно -
вегно!
Арсу высказанное утверждение показалось несколько спорным, но он счел разумным
оставить сомнения при себе.
- Так вот, - развил мысль низкорослый предводитель революционеров, -
столкнувшись с любым дгугим учением, оно уничтожит его! Надо пгосто дать великому магу
возможность ознакомиться с нашей теогией, и тогда он сам станет пламенным
геволюционегом!
Предложение встретили гробовым молчанием. Похоже, что оно и на самом деле оказалось
"агхиогигинальным".
- И как ты собираешься это сделать? - рискнул выразить общие сомнения Железный
Феликс.
- Очень пгосто! - Лянов посмотрел на товарища, несмотря на его преимущество в
росте, свысока. - Я пгочитаю здесь пгоповедь... в смысле, пговеду агитационную беседу!
Затем это сделает товагищ Джугов, - последовал кивок в сторону усатого, - потом товагищ
Усама, и так далее, каждый день по тгое. Гано или поздно великий маг повегит в наши идеалы!
В голосе картавого человечка звучал такой оптимизм, такая убежденность в своей
правоте, что Арс покрылся холодным потом. Пришла странная мысль о том, что иногда лучше
попасть в руки отъявленных мизантропов с садистскими наклонностями, чем к
человеколюбивым оптимистам.
- Ну, попробуем, - проговорил задумчиво товарищ Джугов, шевеля усами, как
таракан. - Но только кажется мне, что гуманность еще ни одну революцию до добра не
доводила...
- Этот тезис мне кажется агхиспогным! - Лянов улыбнулся и повернул лицо к
пленникам. - Итак, начнем... Что есть коммунизм? Коммунизм есть учение о геволюционном
пгеобгазовании человеческого общества...
Арс выпучил глаза и застонал. Тили-Тили издал такое шипение, какое испускает змея,
напоровшаяся боком на острый сучок. Лишь Рыггантропов оставался спокойным. Он, скорее
всего, просто не понимал, что происходит.
Прочие революционеры, не желая слушать проповедь... в смысле, агитационную беседу,
покинули комнату. Вставленный в укрепленное на двери кольцо факел освещал бешено
жестикулирующего человечка, который говорил, говорил и говорил, ни на мгновение не
останавливаясь
Из уст его извергался поток слов, красиво оформленных и логически связанных, но
большей частью непонятных. Эксплуатация, базис и надстройка, диалектика, деклассированные
элементы - все это хорошо звучало бы в составе каких-нибудь древних и тайных заклинаний,
по вызову особо упорных и мерзких демонов...
Иногда у Арса создавалось впечатление, что Лянов говорит на другом языке. Он козлом
скакал по комнатушке, размахивал шапкой, а время от времени поднимал вверх указательный
палец и строго спрашивал:
- Итак, что мы имеем, товагищи? - И тут же сам себе отвечал:
- А имеем мы вот что! Объединенные пегедовой идеологией тгудящиеся...
Пытка словесами завершилась только тогда, когда прогорел факел. Революционный вождь
это заметил не сразу, некоторое время продолжал вещать в темноте, и лишь потом спохватился.
- Ах, что это я? Слегка увлекся, - насчет "слегка" Арс был не совсем согласен, -
пожалуй, пога заканчивать...
И, к вящему облегчению узников, он покинул камеру.
- Уф, - сказал Арс, - слава богам, а то у меня голова уже болит!
- Из всей его болтовни я понял только слово "итак", - высказался Рыггантропов. - Эх,
как жрать-то охота! Интересно, в ихнем революционном бюджете есть статья "кормление
пленников"?
Тили-Тили просипел что-то. Он явно в наличии подобной статьи сомневался.
- Э, так ты говоришь, твой сын пропал? - на лице князя, гладком, точно его точили из
розового камня, поднялись светлые брови.
- Так точно, - Ворс Топыряк стоял навытяжку перед троном и чувствовал себя не очень
уютно под взглядами княжеской свиты. - И оба его приятеля тоже.
- И когда это случилось?
- Не могу знать точно, - только многолетняя выучка позволила сотнику не покраснеть.
Вчера, отмечая приезд сына, он несколько перебрал. И последним воспоминанием, оставшимся
у него от вечера, была исполняемая совместно с молодыми богатырями песня "По полю сотни
грохотали...".
Исполняемая, стоя на четвереньках, под столом.
Дальше все терялось в тумане. Одно было определенным - очнувшись с утра в
собственном доме, Ворс не обнаружил никаких следов сына и прибывших с ним однокашников.
- Вчера вечером, - несколько помявшись, добавил сотник, - или ночью...
- Может, они забрели к друзьям? - князь изобразил на лице что-то символизирующее
понимающую улыбку. - Или к девчонкам каким...
- Сомневаюсь, - от гримасы на лице правителя сотнику, не раз бывавшему в битвах,
стало страшно. - Сын бы мне сказал.
- Подождем до вечера, - улыбка Владимира Красной Рожицы погасла, точно свечка на
ветру. - Если не придут, будем искать. Надиктуй их приметы розыскному дьяку.
Розыскной дьяк, именем Проня, благополучно дремал, прислонившись к стенке. На
аудиенции он должен был приходить по должности, но внимание тут на него обращали реже,
чем на пыль в углах. Так что два часа в тронном зале являлись для Прони неплохой добавкой к
ночному отдыху.
Рука, ухватившаяся за плечо и вырвавшая из сладостного плена сновидений оказалась для
Прони полной неожиданностью.
- Да? Что? Где? Уже иду, - забормотал он, силясь открыть слипшиеся глаза.
Когда это удалось, и стало видно, что понадобился дьяк не самому князю, а всего лишь
сотнику дружины, тон Прони тотчас же сменился.
- Что тебе нужно, воин? - спросил он почти грозно.
- Сына в розыск объявить, - печально вздохнул Ворс. - Князь велел к тебе обратиться.
Чиновничьим нутром Проня почувствовал, что выкобениваться сейчас не время. Спустя
десять минут он сидел за столом в крохотной комнатушке, служащей главе розыскного приказа
кабинетом (собственно говоря, весь приказ ввиду отсутствия разыскиваемых состоял из одного
Прони), и фиксировал на пергаменте приметы потерявшихся.
- Росту среднего... волосом темен, носом прям... - повторял он вслед за сотником, и
перо шустро скользило по листу. - Это все?
- Их вообще-то трое, - вздохнул Топыряк-старший. - С сыном еще двое приятелей.
- Давай заодно и их.
С Рыггантроповым проблем не возникло. Его незамысловатая внешность, состоящая из
нескольких крупных черт, намертво оседала в памяти тех, с кем заслуженный двоечник
общался.
- ... зраком мелок, носом сплюснут, - закончил записывать Проня. - Так, давай про
третьего?
- Ну, - сотник задумался. Йода остался в памяти чем-то маленьким и странным. -
Именем Тили-Тили, он же - Трали-Вали, ростом в половину человеческого...
- Он что, гном? - изумился дьяк. - А имя откуда такое странное?
- Да нет, не гном, - для стимуляции умственного процесса Ворс Топыряк громко
засопел. - Даже не знаю, кто... А имя - уж какое есть!
- Так Тили-Тили или Трали-Вали? - в голосе дьяка появилось легкое раздражение. -
Какое записывать?
- Записывай оба, - вздохнул сотник, - на всякий случай. Лицо у него... эээ,
коричневое... волос нет! Уши еще торчат...
Вышедшее из-под пера Прони описание оказалось настоящим произведением искусства.
Его можно было перечитывать просто для удовольствия: "Ростом половинчат, лицом
картофелеобразен, ушами торчаст и мохнат. Особые приметы - выражается шипением".
- Да, - сказал Проня, перечитывая шедевр. - Такого трудно не узнать!
- И что теперь? - спросил Топыряк-старший.
- Если к вечеру пропащие не вернутся, то велим глашатаям выкликать описание по
всему городу
...Закладка в соц.сетях
