Жанр: Фантастика
Ивар 3. Солнце цвета меда
...все рубится...
Кари взревел, ринулся вперед, расталкивая своих. Громадная дубина, отобранная у
Соловья-разбойника, крушила попавшиеся на пути клинки, разбивала щиты, ломала кости,
точно сухие прутики, превращала головы в кровавую кашу. После каждого удара берсерка в
строю чужаков оставалась просека.
Но даже его бешеный напор увяз, застрял в густой массе напирающих врагов. Те рвались
вперед, не обращая внимания на потери. Краем глаза Ивар видел, как упал один из его
викингов, как кто-то из тиверцев схватился за горло, в котором вдруг распахнулся второй рот...
- Ингьяльд, быстрее! - улучив момент, гаркнул конунг.
- Сейчас! - донесся задыхающийся, слабый ответ. Что-то полыхнуло, быстро и ярко,
затылок обожгло горячим ветром. Вздрогнула земля, воины Степи впервые выказали нечто
вроде страха. Их расширившиеся глаза дружно обратились на нечто находящееся за спиной
Ивара. Руки, держащие оружие, на мгновение замерли.
- Руби! - крикнул конунг, понимая, что таким шансом надо воспользоваться. Сам снес
голову ближайшему, достал еще одного...
И едва не оглох, когда на уши обрушилось громогласное ржание, полное дикого,
безумного ужаса. Уже встревоженные кличем охотящегося хищника лошади не выдержали.
Многотысячный табун, пасущийся около стоянки степняков, обуяла паника.
Сотни сотен копыт ударили в землю, заставив ее вздрогнуть еще раз, сильнее.
- Уходим!.. - истошно проорал Ивар, но все и без него знали, что нужно делать.
Собственные кони, на которых добрались сюда, тоже обезумели, и ловить их смысла не было.
Дружно повернувшись, отряд, напавший на лагерь степняков, бросился отступать. Ивар
бежал последним, ощущая, как напрягается спина в ожидании стрелы, которая вот-вот догонит,
как бы быстро он ни несся. Сердце бухало тяжело и часто, а пот, стекавший по лицу, разъедал
кожу.
За спиной возмущенно орали, со стороны доносилось конское ржание, топот и людские
крики. Табун, как и предполагалось, ринулся прочь от викингов, по направлению к крепости,
топча осаждающих, словно саранчу.
Наконец по сторонам выросли деревья, над головой зависла тень. Ивар, споткнувшись о
торчащий из земли корень, ринулся вперед, наклонив голову, все ожидая, когда хрястнется
шлемом о ствол. Сильные руки подхватили, не дали упасть.
- Спасибо... - выдавил Ивар.
- Не за что, - ответил Кари. Огромный берсерк тяжело дышал, в его груди клокотало.
Палица в руке Ленивого была окровавлена по самую рукоять, на нее налипли чьи-то волосы,
куски чего-то белого.
- Что... ты... там... показал? - поинтересовался Ивар, поворачиваясь к Ингьяльду.
- Один из Шлемов Ужаса, - ответил эриль. Этот хоть и не сражался, но выглядел
усталым, словно ворочал бревна. - Сам едва не свихнулся...
- Молодец. - Ивар кивнул, поспешно повернулся. Над полем висело громадное облако
пыли. В нем угадывалось какое-то движение, слышался хруст, лязг, конское ржание, не такое
громкое, как раньше, но все еще полное страха. Сквозь пыль яркими пятнами просвечивали
шатры степняков.
- Ага, крепко им досталось. - В голосе Нерейда звучало удовлетворение, а темные глаза
были прищурены. - Удирают будто звери от пожара...
Пыль постепенно оседала, в ней виднелись мечущиеся фигурки. Замаячили стены города.
Ивар не сразу сообразил, что черный, шевелящийся ковер возле стен - тысячи затоптанных
степняков.
Ворота крепости дрогнули, словно в них ударили тараном изнутри, затем распахнулись.
Наружу поблескивающей на солнце рекой полились сотни конных дружинников. Ветер трепал
ярко-красные флажки на длинных копьях, щиты отливали желтизной.
- На вылазку пошли, - сказал Эйрик, - решили добить, пока неразбериха...
- Поможем? - предложил Лычко.
- Думаешь, без нас не справятся? - хмыкнул Ивар. - Грош цена тогда воинам князя
Бузислава.
Но и сам чувствовал, что сердце рвется в битву. Туда где звенят клинки, льется кровь, где
носятся, высматривая достойных воинов, незримые валькирии на быстрых конях.
- Ладно. - Внутренняя борьба продолжалась недолго. - Ударим вон туда, на шатры!
Тиверские дружинники уже сцепились со степняками. От места схватки доносился грохот,
словно десятки йотунов бились головами о железо, сквозь него прорывались отдельные крики.
- Быстрее!.. - рычал Ивар, подгоняя своих. - Быстрее!..
На них опять обратили внимание лишь у самого лагеря. Одинаковые, словно муравьи,
воины набежали сомкнутыми рядами. Двигались неуклюже, явно привыкли сражаться верхом.
Ивар рубился хладнокровно и расчетливо. Меч будто врос в руку и стал ее продолжением.
Светлое лезвие быстро потемнело от крови, а шершавая рукоять сделалась мокрой и скользкой.
- Вот гады! - просипел Нерейд, нанося смертельную рану очередному противнику. -
Никак не кончаются!
Степняки умирали один за другим, но прибывали новые, и продвинуться хотя бы на шаг
не удавалось. Ивар топтался на месте, стараясь не споткнуться о им же наваленные трупы, а
руки поднимались все с большим и большим трудом.
- Надо нажать! - долетел крик Лычко. - Немного осталось...
Рядом зарычал, нагнетая боевую злость, Эйрик. Ивар взглянул на него, и ему вдруг стало
стыдно: если Две Марки еще способен сражаться, то почему ослабевает он сам? Ивар взревел,
пошел рубить шибче...
Расколовшийся надвое щит отлетел в сторону, державший его воин свалился на спину, и
неожиданно оказалось, что дальше никого нет. В полусотне шагов пламенел бок крайнего
шатра.
- К лагерю! - гаркнул Ивар. - Дави...
Еще кто-то пытался их остановить, но тех просто стоптали на бегу. Ивар отшвырнул
полог, забежал в шатер. Ноздрей коснулся спертый воздух: внутри было душно, от жаровен
исходил сладко пахнущий дым.
Навстречу конунгу вскочил маленький, толстый человечек в темно-синем халате. Выкатил
глаза, взвизгнул пронзительно, точно свинья, которую пнули в бок.
- Умри! - Ивар с наслаждением вонзил клинок в толстое брюхо. Сразил если не
конунга, то кого-то из его советников, а то и степного колдуна. Угли из пинком опрокинутой
жаровни раскатились по роскошным коврам, ярким, точно цветущий луг. Там тут же затлело,
перебивая запахи сладкого, потянуло горелым...
Выскочил из шатра. Вокруг царила суматоха. Степняков, которые до сих пор сражались,
не ведая страха, охватила паника. Они метались с истошными криками, чуть не сами бросались
на чужие клинки. Издалека доносились полные радости вопли тиверцев.
Ивар проткнул набежавшего на него чужака, брезгливо отстранился от падающего тела.
Из соседнего шатра выбежал Нерейд. В мешке, который он волок за собой, негромко
позвякивало.
- Все сюда! - заорал Ивар, тщась перекрыть грохот битвы. - Держаться вместе, иначе
нас затопчут...
Как ни странно, его услышали. Тут же сбоку объявился Эйрик, словно быка на веревке,
приволок рвущегося в бой Кари. Тот был весь забрызган кровью, даже волосы на голове
слиплись в неопрятный колтун.
Меж шатров замелькали воины на могучих конях, с длинными прямыми мечами.
Безжалостно рубили бегущих, топтали копытами. Один выскочил прямо на викингов, широко
замахнулся. С его щита, растопырив острые лучи, глядел солнечный лик темно-желтого,
медового цвета.
- Свои!.. - рявкнул дружиннику в лицо Лычко, выскакивая под удар. - Или не
узнаешь?
Лицо тиверца вытянулось, меч он остановил с невероятным трудом.
- Стольник Лычко? - сказал с недоумением, - Откуда? Или это злой морок?
- Сам ты морок, - отозвался русич. - Попробуй найти князя!
Воин с сожалением вздохнул - куда приятнее мчаться за бегущим врагом, разить его с
седла, мстя за предыдущие унижения, чем метаться по полю боя, разыскивая правителя.
- Ну вот, - сказал Лычко, - слава Перуну!..
Они сгрудились кучей у входа в шатер, тот самый, где побывал Ивар. Внутри
потрескивало, сквозь дыру в крыше поднимался густеющий дым. Запах горелого становился
все сильнее.
- Отойдем? - предложил Нерейд. - А то как-то неаккуратно они тут с огнем
обращаются.
Ивар лишь хмыкнул.
Князь подъехал на огромном вороном жеребце. Тот был красив - само воплощение
дикой силы, злобно косил налитыми кровью глазами, по блестящей шкуре проскакивали
крошечные искорки.
Сам Бузислав изменился мало, вроде раздался в плечах, да в русую бороду вплелись
белые нити. Светлые глаза смотрели все так же пристально, сурово. Меч в руке покрывала
кровь: князь не утерпел, влез в сражение.
Ивар с волнением вглядывался в старого друга. Но тот скользнул равнодушным взглядом
по викингам я сразу прикипел к Лычко.
- Вот так встреча! - Голос у князя был радостный. - Ты прибыл вовремя, клянусь
крыльями Семаргла!
- Я всегда являюсь вовремя, когда мой меч нужен князю. - Лычко улыбнулся. - И мое
путешествие не было напрасным. Посмотри, княже, кого я привел с собой...
Бузислав недоуменно нахмурился, глаза его обежали стоящих рядом с Лычко воинов.
Взгляд прошелся по лицу Ивара, двинулся дальше, потом вернулся и задержался.
- Ловкач? - недоверчиво спросил Бузислав - Не может быть! Вот это встреча!
- Может, - ответил Ивар, ощущая, как губы расползаются в улыбке.
Князь легко, несмотря на немалый вес, спрыгнул с коня. Поводья ухватил подбежавший
воин. Ивар очутился в поистине медвежьих объятиях, ребра жалостно хрустнули.
- Я тоже рад... тебя видеть... - прохрипел он. Бузислав отступил на шаг.
- Так это с твоей помощью мы сегодня задали трепку степнякам? - Он бросил взгляд
конунгу за спину. - И остальные здесь - и Нерейд, и Кари, и молодой волхв... Ох, попируем
сегодня!
- Попируем! - Нерейд смачно облизнулся.
Факелы потрескивали, распространяя горький аромат смолы. Багровые отсветы бегали по
полотнищам алой ткани, закрывающим стены. Казалось, что все до потолка забрызгано кровью.
Лица сидящих за длинными столами дружинников выглядели мрачными. Несмотря на
победу, слишком много тиверских воинов осталось на поле боя.
- Братья! - Бузислав поднялся с кубком в руке, высокий, могучий. В алом плаще и
золотом обруче на седеющих волосах он выглядел истинным правителем, даже чем-то
напомнил Ивару конунга Артура, хозяина далекого Бретланда. - Восславим же тех, кто
сегодня пал, защищая родину!
- Восславим!.. - Тиверцы дружно поднимались, слышалось шарканье подошв и грохот
отодвигаемых скамей.
Ивар поспешно встал, дернул за рукав засидевшегося Кари. На пиру, кроме викингов,
чужаков не было, а северян, как почетных гостей, посадили за княжеский стол. Тот стоял на
возвышении, с него хорошо был виден длинный зал. Там пировали дружинники, столы
ломились от изобилия блюд - жареная, пареная, печеная дичь, рыба, караваи свежего хлеба...
Что уж говорить о княжеском столе! Запахи острых приправ щекотали ноздри, заставляя
внутренности в остервенении бросаться друг на друга.
- Уф! - В кубке оказалась крепкая брага, какую Ивару не доводилось пить много лет.
Когда проглотил, то в горло словно пролез раскаленный еж. С некоторым трудом продавил его
глубже, ощутил, как на глазах выступили слезы. Поспешно опустился на место, потянулся к
закуске.
Сидящий между конунгом и князем Лычко яростно рвал на части гуся: пальцы тиверца
были измазаны жиром, которым истекало белое и нежное, будто масло, мясо.
- Слушай, - обратился к нему Ивар вполголоса, - а кто это рядом с князем?
По левую руку от Бузислава сидела ослепительно красивая женщина. Синие глаза строго
глядели с нежного, как спелый персик, лица, а волосы скрывал причудливый убор.
- Жена, - так же тихо ответил русич, - княгиня Влада из вашкевичей. Есть такое племя
у ляхов...
Княгиня вовсе не походила на Рагнхильд, но при взгляде на нее сердце Ивара почему-то
сжалось от острой тоски. Вспомнилась жена, дети, усадьба в Трандхейме, где его ждут, помнят
о нем.
С места неожиданно поднялся Ингьяльд. Лицо его было красным, точно рябина в начале
зимы, но голос звучал твердо.
- Позволь, князь, сказать вису о сегодняшней битве. Дружинники недоуменно зашумели
мало кто знал, что такое виса и зачем она нужна. Но Бузислав ранее встречался со скальдами,
поэтому благосклонно кивнул:
- Говори.
Большая Рука приосанился, вытянул шею, точно петух на заборе:
Пива тьмы поток
Лил - вступили клены
Света вод в нещадный
Ропот Хрунд - князь яро.
Не припомнят люди Тверже
игрищ Игга -
Люто бились в поле
Ньерды звона лезвий.
- Славно сложено, - сказал Бузислав, - и, как всякий дар, требует ответного. Возьми
это.
Свет факелов блеснул на массивном золотом запястье. Его покрывал хитрый узор -
звериные фигуры сплетались с ветвистыми растениями, так, что трудно было определить, где
кончаются листья и плоды, а начинаются оскаленные пасти и когтистые лапы.
Ингьяльд поклонился, запястье прижал к груди. В следующей висе, если сложит такую, он
явно воспоет щедрость владыки тиверцев, не пожалеет лучших кеннингов...
Внизу меж столов появился седовласый старец с гуслями. Заиграл что-то напевно-тягучее,
дружинники, раскрасневшиеся от браги, подпевали. Слышался звон кубков и беззаботный смех.
Там помянули погибших соратников и теперь веселились. Жизнь воина коротка: кто знает,
когда настигнет тебя вражеский меч или стрела, так зачем тратить время на печаль?
Бузислав ел мало, пил еще меньше, сидел мрачный - как медведь, загнанный в болото,
потом его взор обратился к Ивару.
- Рассказывай, конунг, как жил ты все это время... Семь лет не виделись! Немалый срок!
Слушал без особого интереса, рассеянно кивал.
- А ты что скажешь, князь? - спросил Ивар в свою очередь, - Что, лучше тебе здесь,
чем в Миклагарде?
Глава 10
СВЯТОЙ ПЕЩЕРНИК
- И не спрашивай... - Бузислав отмахнулся, лицо его потемнело, как небо перед
грозой. - Или сам не видишь? Всякий стремится сесть на княжеское место, но если бы знали
все его заботы и тяготы, очередь стала бы поменьше...
- Но мы же победили сегодня, - осторожно сказал Ивар, - Одной печалью должно
стать меньше.
- Мы уничтожили только одну орду, - покачал головой князь, кулаки его сжались, на
лбу прорезались морщины, - а вскоре с юга явится новая... Этих степняков больше, чем песка
вокруг Багдада, точно женщины у них рожают быстрее, чем крольчихи. Или вовсе мечут икру,
будто жабы!
Княгиня успокаивающе положила тонкую белую кисть на руку князя. Тот улыбнулся,
морщины на лбу чуть разгладились.
- Пять лет, - проговорил он голосом, в котором не осталось гнева, а была одна лишь
горечь, - пять лет мы сражаемся, отражаем набеги, одну за другой истребляем орды, а они все
идут и идут... Из соседей одни племена уничтожены, другие отступают на север, стремясь
укрыться в лесах, а поляне и вовсе решили стать союзниками захватчиков. Скоро и мы не
выдержим...
- Что же делать? - тихо спросил Лычко.
- Я не знаю, - Бузислав вздохнул - так тяжело, как могла бы это сделать гора. - А
когда не знаю, советуюсь с теми, кто мудрее... В горах на западе княжества живет святой
пещерник. Если уж и он не даст ответа, то нам останется либо бежать, либо погибать с
честью...
Снизу, от столов дружинников, доносились топот и лязг. Там плясали, двое рубились на
мечах, показывали удаль. Кое-кто спал, уткнувшись лицом в миску, - о князе совсем забыли...
- А кто такой пещерник? - поинтересовался Ингьяльд.
- В пещеры уходят те кто хочет познать высшую ярость, постичь смысл бытия, -
пояснил Лычко, - ему надоела обычная жизнь с ее суетой. А этот пещерник, говорят, и вовсе
из Старых. Был великим воином, но наскучило лить кровь, и он стал отшельником...
- Чего этот смысл постигать, - пробурчал Нерейд, на лице его было написано искреннее
недоумение, - сражайся, пока можешь. А потом тебя убьют - и вновь будешь сражаться, уже
в Вальхалле...
Под конец фразы голос рыжего викинга звучал все менее уверенно, словно он сам
смекнул, что сказанное им не блещет смыслом.
- Интересно было бы посмотреть на такого человека, - сказал Ивар.
- Вот и поехали со мной, - предложил Бузислав. - Я отправляюсь завтра. Чего в
городе-то торчать, от скуки блох давить?
Ночью пролился дождь, и воздух был свеж, словно морской бриз. В блеклом утреннем
небе ползли драные облака, похожие на куски грязного, серого одеяла. Ветер дул не по-летнему
холодный.
- И куда мы премся в такую рань? - ворчал Нерейд, недружелюбно оглядывая коня, на
котором ему предстояло ехать. - Все же Бузислав теперь конунг, никто не заставляет выезжать
раньше полудня...
- Не до сна, когда твоя земля в такой опасности, - сурово сказал Эйрик.
- Оттого что он не выспится, степняки сквозь землю не провалятся!
Кроме этих двоих, Ивар взял еще Ингьяльда. Болтуна Для веселья, Две Марки для
солидности, а молодому эрилю полезно будет посмотреть на святого пещерника.
- Хватит спорить, горячие северные парни, - осадил Дружинников конунг, повернулся
к Лычко: - Слушай, а почему к этому пещернику решили обратиться только сейчас?
- Да раньше думали обойтись своими силами, - вздохнул русич. - К святым
пещерникам идут только в самом крайнем случае. У них то ли от долгих умствований, то ли от
вшей характер портится... Явишься не вовремя - проклянут запросто! Кому охота потом
слепым или шелудивым разгуливать?
- Проклинать - это правильно, - неожиданно одобрил Ингьяльд, - А то
представляете, сколько народу к пещерникам шлялось бы - просто так, поглазеть? Путались
бы под ногами, мешали бы благочестивым размышлениям!..
На крыльцо вышел князь, за ним неслышно скользнула княгиня. Лицо ее было бледным,
синие глаза блестели, но держалась она спокойно. Они обнялись, Бузислав стремительно
сбежал с крыльца и сел в седло.
- Ну поехали!
- Он сказал "поехали" и запил водой, - не совсем понятно выразился Нерейд, с
некоторым трудом затаскивая себя в седло. Но, учитывая, сколько всего вчера рыжий викинг
наглотался, одно то, что он не промахнулся мимо конской спины, удивляло.
У Ивара тоже слегка шумело в голове.
Кони заржали, рванули с места, князь вскинул руку в прощальном жесте. Ворота,
запирающие двор терема, со скрипом раздвинулись, и Бузислав первым вылетел на улицу. Его
черный жеребец мчался точно стрела, под копытами плескали лужи.
Пронеслись по городу. Прохожие спешно отступали к стенам домов, опасаясь быть
затоптанными, но на лицах не было видно гнева. Кто-то даже орал нечто одобрительное. Судя
по всему, горожане любили Бузислава.
Миновали городские ворота, высокие, мощные, выдержавшие все удары осаждавших. За
ними блеснула река. Дорога вилась вдоль нее на север, широкая, утоптанная. По сторонам
колосились поля, которые еще не успели выжечь степняки, виднелись перелески, дальше
превращающиеся в сплошной лес.
Тут сдержали ход, жалея лошадей. Ивар догнал Бузислава, пристроился рядом.
Хорошо у нас тут, - сказал князь. Глаза его горели, - Смотрю на все это и радуюсь, что
не остался в Царьграде...
- А мог?
- Мог, даже хотел, - Бузислав чуть погрустнел. - Мне предлагали место стратига
дворцовой охраны, жену из знатного рода...
- Что же не остался? - Ивар вспомнил, как сам чуть не получил ту же должность из рук
императрицы. Но он тогда уже отвечал за дружину, да и семья ждала...
- Вот из-за этого, - Бузислав сделал широкий жест рукой, - из-за родины. Узнал, что
мой отец при смерти. Как вообразил, что престол займет кто-то из дядьев... Я бы не смог жить
в Царьграде, зная, что на этой земле творится беззаконие!
Дорога свернула налево, к реке. Словно греющийся на солнце зверь, на золотом песке
пристроился паром. От серебристой воды тянуло свежестью. Отражение противоположного
берега чуть рябило под легким ветерком, будто где-то вдалеке колыхалась ткань с вышитыми
на ней деревьями.
- Эй, сони! - гаркнул Бузислав так, что конь Ингьяльда испуганно присел. - Будете
дальше дрыхнуть или нас перевезете?
По широкой палубе спешно засуетились паромщики.
Горы были древние. Когда-то они гордо тщились пробить небосвод зазубренными
вершинами, обсыпанными мукой снегов. Но потом постарели, обрюзгли, стали меньше ростом.
Потерявшие крутизну склоны заросли щетиной лесов, а ветер и время раздробили скальные
монолиты на груды обломков.
- Неплохое место выбрал этот пещерник, - сказал Ивар. - Видать, крепко ему люди
обрыдли!
Человеческого жилья они не видели уже третий день. Пробирались едва заметными
тропками, преодолевали каменистые языки осыпей, проезжали светлыми буковыми лесами.
Зверье тут было непуганое. Олени без страха глядели на людей, в больших темных глазах
был только интерес. В кустах мелькали рыжие шкуры лисиц, один раз, заставив лошадей
испуганно захрапеть, дорогу отряду перебежал волк. Глянул янтарными глазами и исчез, точно
растворился среди ветвей.
Лишь слегка колыхнулись листья.
- Неплохое, - согласился Нерейд. - Вот я когда уйду в пещерники, тоже поселюсь в
подобном. Тишина, чистота, никто не мешает думать о высоком!
- Если ты уйдешь в пещеру, то скоро ее окрестности перестанут быть тихими!.. -
поддел приятеля Эйрик, - Рядом откроют таверну с пивом, потом приволокутся продажные
девки, а там, глядишь, появится и еще что похуже...
- Вот так всегда, никто не верит в чистоту моих помыслов! - Нерейд негодующе
фыркнул, но тут же рассмеялся.
Тропинка свернула, потянулась вверх, копыта с цоканьем били по камням. Деревья
остались за спиной, впереди открылся перевал. За ним виднелась очередная гряда гор, таких же
пологих, поросших зеленым лесом. Лишь кое-где проглядывали серые лишаи скал.
- Если этот пещерник так могуч, - сказал Ивар. - то он запросто может закрыться от
людей так, что мы будем полгода бродить вокруг, но так его и не найдем. Ингьяльд. ты не
чувствуешь никаких чар?
Эриль потянул носом, точно громадный охотничий пес.
- Вроде ничего нет, - сказал он, - Хотя ручаться не могу. В этих краях все колдовство
какое-то странное, шиворот-навыворот.
- Ничего и не должно быть. - Бузислав, по-прежнему давший первым, повернулся в
седле, - А вон и гора с раздвоенной макушкой, на которой, как говорил мне летающий волхв,
и поселился пещерник.
До горы, напоминающей громадную мохнатую шапку, что пришлась бы впору разве что
Имиру, добирались еще полдня. Переправились вброд через неглубокий ручей, прозрачный,
словно слеза ребенка, и принялись взбираться к одной из вершин. Склон был крутой, и лошадей
пришлось вести в поводу.
Вскоре открылась первая пещера. Она была круглой и напоминала нору гигантского
червя. Пока делали факелы, Нерейд подобрался ко входу и прокричал:
- Э-ге-гей!
Гей! Гей! Гей! - гулко ответило изнутри. Потом что-то зашуршало и вновь стихло.
- Еще обзывается! - восхитился рыжий викинг.
- Скажи спасибо, что там нет дракона! - усмехнулся Ингьяльд. - А то бы он передал
тебе пламенный привет!
Внутрь вступили втроем: Бузислав, Ивар и Ингьяльд. Факелы вырвали из тьмы низкий
каменный свод, пол покрывал слой чего-то белого, похрустывающего под ногами. Чем дальше
продвигались, тем этот слой становился толще, а легкий неприятный аромат, ощущаемый у
входа, превратился в настоящую вонь.
- Да это же помет! - догадался Ингьяльд. Потолок постепенно становился все выше,
под ним обнаружились неопрятные кожаные мешки, свисавшие гроздьями. Когда на них упал
свет, они открыли багровые Г"аза, развернули огромные перепончатые крылья.
- Летучие мыши, - с умным видом сказал Ингьяльд.
- Какие же это мыши, кабаны с крыльями! - не согласился Ивар.
- В любом случае, пещерник вряд ли будет жить в дерьме, - сделал вывод князь. -
Пошли отсюда!
На свет выбрались грязные и вонючие, словно искупались в отбросах. Лошади
шарахнулись в сторону, а княжеские дружинники украдкой зажали носы.
- Летучие мыши, говорите? - интересовался ехидный Нерейд. - Ага... как налетят из
темноты, тут не удержишься... Понятно, почему от вас так воняет!
Пещер в горе оказалось не меньше, чем дырок в сыре. Пока излазили все, измучились,
словно мыши, пытающиеся отыскать корку хлеба в доме нищего. Солнце от усталости
свалилось за горизонт, и на западе заполыхал постепенно затухающий пожар заката. На востоке
одна за другой загорались звезды.
- Вот он, великий закон мироздания, - пропыхтел Ингьяльд, когда добрались до
последней пещеры, расположенной недалеко от правой вершины. Перед входом в нее была
утоптанная площадка, изнутри тянуло кислым запахом старого костра. - То, что ты ищешь,
всегда находится в том месте, на которое наткнешься в последнюю очередь!
- Мудрец! - восхитился Эйрик. - Ты бы это лучше утром сказал. Мы бы сразу сюда и
влезли.
- А все мудрецы задним умом крепки, - объяснил Нерейд. - Поэтому их так мало.
Пока смекнут, что напророчили не так, их уже на кусочки порубят.
Ингьяльд засопел, точно страдающий насморком дракон, но смолчал. Явно был не
согласен с высказанным мнением, но с рыжим насмешником предпочел не связываться.
- Мы пойдем внутрь. - Бузислав уже заглядывал в пещеру, в руке его плевался искрами
факел. - Пока разбивайте лагерь... Все равно тут придется ночевать. Эй, есть кто-нибудь?
На этот раз ему не ответило даже эхо.
- Пойдем. - Ивар ухватил факел покрепче. За спиной взволнованно сопел Ингьяльд.
Еще дальше гомонили и смеялись разжигающие костер дружинники.
Они двинулись вглубь, звуки за спиной постепенно утихали, лишь шаги гулко отдавались
в темноте. Мрак обступал со всех сторон, казалось, что факелы не горят, " чадят, что вот-вот
потухнут совсем.
Когда впереди что-то вздохнуло, мощно и тяжко, Ивар вздрогнул.
- Э, святой пещерник, - без особой уверенности в голосе сказал Бузислав, - прости,
что нарушили твой покой.
- Люди. - донесся из тьмы голос, тихий, едва слышный. - Опять?..
Ивар шагнул вперед, поднял факел повыше. Свет упал на высеченную в стене длинную
нишу. В ней что-то возилось, слишком большое для человека. Рука сама потянулась к мечу...
- Опять... беспокоите... - То, что шевелилось, вылезло из ниши, распрямилось. Ивару
показалось, что он слышит скрежет отвыкших двигаться суставов. Теперь стало видно, что это
человек огромного роста. Плечи его были так широки, что между ними улегся бы волк, а бревна
рук перевивали толстые жилы. - Что... надо?
Бузислав бестрепетно шагнул вперед, оттесняя конунга. Тот не стал возражать -
отшельник выглядел сильным, точно белый медведь. Случайно махнет лапой - и собирай
потом выбитые зубы...
- Святой пещерник, - сказал князь со сдержанным до
...Закладка в соц.сетях
