Жанр: Фантастика
Ивар 2. Солнце цвета стали
...встретимся!
И, развернувшись, Хаук зашагал прочь. За ним, невесело
перешучиваясь, поплелись воины его отряда. Ивар смотрел вслед конунгу, и в душе
его ворочались нехорошие предчувствия.
– Пошли, что ли? – нетерпеливо спросил Вемунд, взмахнув секирой так,
что загудел воздух.
– Пошли!.. – вздохнул Ивар.
Они окунулись во тьму, точно в густую, холодную жидкость. Кожу
неприятно защекотало. Даже факелы внутри гробницы горели как то робко, с
треском и шипением, бросая свет лишь на несколько шагов вперед.
Ивар двигался первым, держа в одной руке факел, в другой –
обнаженный меч. За спиной топали соратники. В какой то момент он споткнулся о
невидимый выступ, будто бы высунувшийся из пола, и тут же спереди, из неведомых
недр, донесся могучий гулкий вздох. В темноте зашевелилось что то громадное.
– Стоять! – Ивар вскинул факел повыше, крепче сжал рукоять меча. Но
ничего не происходило, все вновь было тихо и спокойно.
– Где же сокровища? – заворчал кто то за спиной.
– Подожди, сейчас тебе их вынесут на блюде! – язвительно ответил
Сигфред.
А спустя еще десяток шагов коридор закончился. Стены оборвались,
потолок ушел вверх, свет факела утонул в кромешной мгле, разлитой впереди.
Викинги оказались на пороге громадного зала.
– Ну, что делать будем? – В голосе Вемунда слышалось ожидание.
Ивар молчал, болезненно ощущая собственную нерешительность. Ничего
путного в голову не приходило. Счастье еще, что не пришлось плутать по
лабиринту.
– Идем вперед! – сказал он после паузы. – Держаться всем вместе!
После первого же шага во тьме зародилось эхо, вскоре его тревожный
шепоток доносился со всех сторон. Мерещилось, что отовсюду приближаются шаги.
Приобретенное за годы походов чутье кричало: стой! замри! Но Ивар, сжав зубы,
упорно шел вперед.
По спине холодными ручейками стекал пот.
Зал окончился так же неожиданно, как и начался. Выплыли из тьмы
стены, потолок опустился сверху, подобно громадной, бесшумной птице.
– А может, стоит того, все тут осмотреть? – высказал предположение
кто то из викингов. – Мы же только посередке прошлись, а сокровища могут сбоку
лежать, у стен!
– Это гробница, – отозвался Ивар, – и сокровища должны быть сложены
рядом с телом того, кто погребен здесь. Ты что, не знаешь, как хоронят
конунгов?
Коридор вскоре повернул, и Ивар понял, что если бы они двинулись по
прямой, то давно бы прошли пирамиду насквозь. Затем последовал еще поворот, и
тут же проход оборвался, закончившись лестницей, поднимающейся вверх. Ступеньки
были покрыты как вовром толстым слоем пыли. За долгие века тут, похоже, не
ступала нога человека.
Стоило коснуться пыли, как та тут же взвилась в воздух, в горле
запершило, в носу зачесалось, на глаза навернулись слезы. С трудом различая
хоть что то сквозь их пелену и из последних сил удерживаясь от чиха, Ивар
выбрался на круглую площадку наверху лестницы, где, оглядевшись, успел увидеть
несколько темных проемов в стенах.
Из крайнего прохода слева выступила высокая фигура. Блеснул металл.
Ивар инстинктивно отпрыгнул, хрястнулся плечом о каменную глыбу.
Из за его спины выскочил Вемунд, по ушам ударил лязг соприкоснувшихся клинков.
– Стой, стой! Свои! – Голос конунга прозвучал точно гром первой
весенней грозы, извещающей, что время холодов закончилось.
Ивар отклеился от стены и все же не удержался, чихнул.
– Откуда вы здесь? – спросил он, чувствуя, что голос от попавшей в
горло пыли звучит хрипло.
– Оттуда же, откуда и вы! – съехидничал подоспевший Нерейд. В руках
он держал факел, блики бегали по длинным рыжим волосам, и казалось, что голова
викинга окружена языками пламени. – Бродили по этим коридорам, чуть сапоги себе
не стоптали…
Ивар вздохнул, испытывая невероятное облегчение оттого, что больше
не придется принимать решения и командовать своими же соратниками.
– Судя по всему, вы не нашли сокровищ? – Сварливый голос принадлежал
Арнвиду.
– Нет, – честно ответил Ивар, – если только не считать таковыми
пыль.
– Может быть, тут и нет ничего? – Эриль сурово посмотрел на Хаука. –
Может; нам стоит отправиться назад?
– Как же так? – тоненько и отчаянно воскликнул Арнульф. – Нет! Надо
идти дальше!
– Сакс прав… – тяжело кивнул конунг. – Ведь не зря же мы тащились
сюда через пустыню? Обыщем все, и, если не найдем ничего, такова судьба. А
бросать дело на полпути недостойно мужчины. Все за мной!
От лестничной площадки, кроме того прохода, из которого явился отряд
Хаука, отходили еще два. Правый из них вел в комнату, лишенную пола, и если бы
не осторожный Нерейд, посветивший перед собой факелом, то кто нибудь из
викингов наверняка свалился бы в этот смертоносный колодец.
Оставался один путь.
Последний коридор оказался заметно шире и выше остальных, стены его
выглядели гладкими, точно отполированными, и были очень холодными на ощупь.
Однако из коридора тянуло слабым теплом.
– Десница Тора! – ахнул шагавший впереди всех Нерейд. А через
несколько мгновений, когда Ивар ступил в пределы исполинского зала, он сам с
трудом удержался от изумленного вскрика.
Здесь был свет. Громадный каменный гроб, установленный в центре
зала, источал бледно зеленое сияние. Если тут был похоронен человек, то при
жизни он был настоящим великаном. Края надгробия украшали точно такие же
фигуры, как и саму гробницу, только несколько меньших размеров. Волны свечения
пробегали по их крыльям, растекались по клинкам, обрамляли страшные лица,
оставляя впечатление, что каменные стражи шевелятся…
А за гробом, игриво моргая из полутьмы сотнями янтарных глаз,
аккуратными стопками были сложены слитки золота.
Ивар ощутил, как в груди у него сперло дыхание. Столько драгоценного
металла он не мог себе даже вообразить. Тут его было больше, чем в
сокровищницах всех конунгов, ярлов и херсиров Северных Земель.
Судя по судорожным всхлипам; выпученным глазам и невнятно
произнесенным ругательствам, прочие викинги также испытали потрясение.
– Вот оно! Вот оно! – Арнульф взвизгнул и кинулся вперед.
Прямо на его пути из пола беззвучно выдавилась светящаяся синим
человекообразная фигура. Обнаженный торс и руки бугрились мускулами, на ногах
красовались широкие штаны, а на голове – обычный для этих мест головной убор
(от сакса удалось узнать, что он носит название
тюрбан
).
Бывший купец охнул, рванул с пояса меч. Но толстые и длинные, точно
оглобли, лапищи уже ухватили его за горло, и крик захлебнулся в неразборчивом
хрипе. Клинок вывалился из ослабевшей руки Арнульфа и лязгнул об пол.
– Вот тебе и злые духи… – оторопело пробормотал Нерейд. – Звали –
получите!..
– Арнвид, будь готов! – бросил конунг. – Остальные – за мной!
Обмякшее тело Арнульфа мягко повалилось на пол. Даже в полутьме было
видно, как посинело его лицо. Светящаяся тварь удавила человека с такой же
легкостью, с какой ребенок отрывает лапки мухе.
Викинги приближались к застывшей фигуре цепью, выставив перед собой
клинки. За их спинами Арнвид делал суетливые движения руками, вырисовывая в
воздухе сложную, составную руну. Пот катился по лицу эриля.
Вблизи обитатель гробницы выглядел отвратительно. Безволосая кожа
его лоснилась, словно у лягушки, а вместо глаз зияли провалы, в которых пылало
багровое пламя. Его морда напоминала человеческое лицо и казалась поэтому
особенно страшной.
– Бей! – И Хаук первым обрушил клинок, направив его в грудь
светящемуся созданию.
Тварь отпрянула с ошеломляющей быстротой. Увернулась от удара, чтобы
попасть под секиру Вемунда. Но тяжелое и острое лезвие Великанши Битвы прошло
через грудь обитателя гробницы легко, словно через облако.
Толстый викинг на мгновение замешкался. Этой заминки явившейся
из под земли твари хватило, чтобы подкрасться незаметно. Внезапно светящиеся
руки метнулись вперед и сомкнулись на толстой, будто древесный ствол, шее
викинга.
Вемунд зарычал, лицо его побагровело. Он выронил секиру, попытался
перехватить лапы противник. И это, к удивлению Ивара, ему удалось. Вздулись
могучие мускулы, пальцы, поросшие коротким рыжим волосом, сошлись на
предплечьях обитателя гробницы. Должно быть, соприкасаясь с человеком, он и сам
становился несколько плотнее.
Та же мысль, судя по всему, пришла в голову и конунгу.
– Руби его! – выкрикнул он.
Несколько клинков свистнули, полоснув воздух, но никакого вреда
причинить не смогли. Светящийся великан дергался, явно испытывая боль, но
хватки не ослаблял. Вемунд, несмотря на всю чудовищную силу, не мог ему
противостоять. Глаза его выпучились, а ноги подогнулись.
Понимая, что его друг погибает, Ивар в отчаянии ткнул жителя
гробницы в бок. Лезвие меча засветилось желтым огнем, словно на него упал луч
солнца, и тут же дикий рев огласил помещение.
Из тела светящегося гиганта, из того места, куда вонзился клинок,
изготовленный древними мастерами сидхе и предназначенный как раз для битв с
такими вот бесплотными существами, ударил сноп ослепительно белого пламени.
Хранитель сокровищ дергался, но Вемунда не выпускал.
– Ты ранил его! – с нескрываемой радостью воскликнул Нерейд. – Бей
еще!
Но тут в дело вступил Арнвид. Законченная им руна поплыла по
воздуху, рассыпая вокруг фиолетовые искры, с мягким звоном шлепнулась прямо в
морду подземной твари и разметалась на сотни осколков…
Светящегося гиганта отшвырнуло, точно его стукнули бревном. С воем
он отлетел к стене и погрузился в нее. Освобожденный Вемунд повалился на землю,
как куль с зерном, дернулся и затих.
– Отходим!.. – прохрипел эриль. Его шатало, а худые, старческие руки
тряслись. – Тут все получается с таким трудом! Я не уверен, что смогу сделать
еще что нибудь…
– Но Ивар ранил его! – воскликнул Сигфред. – Сокровища наши!
– Эта тварь вернется, – вздохнул Арнвид, – и будет куда более
осторожна!
– Уходим! – Присевший рядом с поверженным толстяком конунг резко
поднялся, гладкий лоб его перечеркнула мрачная складка. – Возьмите Вемунда, у
него сломана шея!
– Как?! – воскликнул растерявшийся Нерейд.
– Вот так! – ответил Хаук. – Быстро, быстро. И подберите секиру.
Ивар, ты и Арнвид идете последними!
Кари легко подхватил Вемунда, Сигфред – Великаншу Битвы, и викинги
поспешно двинулись в обратный путь. Проходы, залы и лестницы сменяли друг
друга, дыхание царапало пересохшее горло, и Ивар просто бежал, не думая ни о
чем и сжимая рукоять меча. Больше всего он боялся, что светящийся обитатель
гробницы явится откуда нибудь из стены.
Рядом надрывно сипел Арнвид. Толку от него, случись вновь схватка с
бесплотным убийцей, не было бы никакого. Лицо эриля казалось бледнее лунного
света, под глазами набрякли мешки, похожие на лягушачью икру.
Замерцавший впереди дневной свет прибавил сил. Ивар выскочил из под
арки, на голову и плечи обрушилась жара, ветер швырнул в лицо горсть песка. Он
закашлялся, едва не задохнувшись раскаленным, как в кузнице, воздухом, но все
же это была земля, обыденный, привычный мир…
Ни за что на свете он не пошел бы вновь в недра гробницы, горделиво
торчащей из песка.
Арнвид хлопотал около Вемунда, которого уложили на землю. Прочие
викинги столпились вокруг.
– Мое искусство бессильно, – с горечью произнес эриль, после того
как несколько рун, начертанных на лбу толстого викинга, со злым шипением
исчезли с кожи, – он отправился в чертоги Гаута, и никто не вернет его в
Мидгард.
– Почему?! Нет! Нет! – запротестовал Нерейд. Впервые за долгие годы
совместных походов Ивар видел на лице рыжего шутника искреннее, настоящее
горе. – Не может такого быть…
Недостойно мужчины горевать по другу, павшему в битве, но ни у кого
в этот момент не возникло даже мысли осудить Нерейда. Тяжко потерять соратника,
с которым много лет сражался рука об руку и пировал за одним столом. Будет,
может быть, встреча в Вальхалле, но когда состоится она и состоится ли вообще –
знают разве что Норны…
– Не в добрый час я затеял этот поход… – промолвил Хаук. Лицо его
посерело от усталости и осевшей на коже пыли. – И удача моя мне изменила!
– Не вини себя, конунг! – Арнвид с усилием поднялся, слегка
хрустнули его колени. – Вемунд Боров совершил в этом мире все, что суждено, и
погиб, сражаясь за нас. Пусть покоится его тело здесь, далеко от родины, среди
песков.
– Хорошо, – кивнул Хаук, – Кари и Ивар, найдите камень для
надгробия, а остальные – копайте могилу.
До драккара добрались только утром следующего дня. Нетерпением
горели глаза тех, кто оставался на корабле, но оно тут же исчезло при виде
мрачных и подавленных воинов, вернувшихся из пустыни.
– Боги отвернулись от нас, конунг? – осторожно спросил Эйрик Две
Марки.
– Да… – глухо отозвался Хаук. – Достаньте пиво. Вечером мы помянем
Вемунда Борова и Арнульфа Сакса.
Солнце, толстое, точно насосавшийся крови комар, коснулось отвисшим
боком горизонта. С хлопком вылетело дно у бочонка, и в подставленные кружки
полился коричневый, пенящийся напиток.
– Пусть Вемунду славно пируется в Вальхалле, а Арнульф попадет к
престолу своего бога! – сказал Хаук и сделал солидный глоток.
Поначалу пили в молчании, но потихоньку хмель развязал языки.
– Куда мы поплывем дальше, конунг? – спросил Даг. – Сундуки наши
полны добром, а силы истощаются. Скоро осень. Может быть, стоит повернуть
назад? Зачем нам Миклагард, если этот поход и так покроет нас славой?
– Если мы развернем драккар на запад, то осенние шторма встретят нас
в пути, и даже к йолю мы не успеем добраться до Трандхейма, – возразил Хаук. –
А что до Миклагарда… Это самый большой город на свете, он полон чудес и
диковин, правят там могучие конунги, которым принадлежат огромные земли! Людей
там живет больше, чем в Вике, Вестфальде и Агдире, а дома все сплошь из камня.
Ни один человек из Северных Земель еще не бывал там. Неужели вы не хотите
оказаться первыми?
– А кто тебе все это наплел, конунг? – вмешался уже успевший
набраться Нерейд. В облике его исчезла обычная веселость, темные глаза зловеще
горели. – Почему ты поверил чьим то бредням?
– Думай, что говоришь, Нерейд Болтун! – Холодный голос Хаука
заставил даже самых пьяных подобраться и вспомнить, кто тут вождь. – Мне
поведал о Миклагарде один дан, а он разговаривал с достойным купцом из земель
вендов, который сам бывал в этом великом городе!
Впрочем, если вам не нравится, куда я вас веду, то вы вправе выбрать
другого конунга…
Ивар вздрогнул. Даже мысль о том, что на носу драк кара будет стоять
кто то другой, а не Хаук Лед, вызвала дрожь.
– Не нужен нам никто другой! Ты наш вождь! – раздались нестройные
выкрики, быстро, впрочем, слившиеся в единый хор.
– Вот и слава Одину. – Хаук обвел дружинников пронзительным
взглядом, в котором не было и следа хмеля. – Тогда я отправляюсь спать. Завтра
с рассветом мы выходим в море!
– В море… – Нерейд заглянул в кружку, обнаружил, что она пуста, и
потянулся к бочонку, который еще был наполовину полон. – Уже без Вемунда. Я
всегда смеялся над ним, но он знал, что я не со зла…
Он опрокинул кружку в рот. Послышались хлюпающие звуки, на шее
рыжего викинга задвигался выпирающий кадык.
– Ох, завтра мне будет плохо… – едва слышно пробормотал Нерейд,
вытерев губы. – Ну и пусть! Раньше я считал, что мне мешает спать его храп, но
теперь я думаю, что не смогу без него заснуть…
– Нам всем будет его не хватать, – заметил Арнвид. – И пусть
воспоминанием о нем будет следующая виса:
Памяти достоин –
Сразил врагов немало –
Дуб непогоды князя
Пищи чайки Хрофта.
Виса получилась величественная, хоть и состояла всего из одного
хельминга. Дружинники заколотили кулаками по лежащим тут же щитам, благодаря
скальда за его искусство, а Нерейд всхлипнул, после чего опрокинулся на спину,
словно ему в грудь вонзилась стрела. Вскоре с его стороны послышалось негромкое
сипение.
– Ничего, время смягчает боль от любого горя, – сказал Арнвид,
зевая, – не думаю, что Нерейд будет горевать долго. И все же Хаук поступил
опрометчиво, решив отправиться за этими сокровищами. Недобрые дисы нашептали
ему это решение!
– Все ошибаются, – пожал плечами Ивар.
– Конунг не имеет права на ошибку… – покачал головой эриль. – Тот
вождь, который часто ошибается, уже не вождь. Люди не захотят за ним следовать!
– Что это была за тварь? – спросил Ивар. – Там, в подземелье?
Арнвид пугливо вздрогнул, взгляд его стал мрачен.
– Никогда таких не встречал… – ответил он медленно, осоловело глядя
в костер. – Она, как я понял, состоит из чистого пламени. Может быть, это
порождение Мус пелльхейма! Местные колдуны нашли способ связать его и поставить
на службу… Ну а вообще, пора спать, – проговорил эриль после паузы и добавил,
обреченно вздохнув: – Завтра опять на весла…
Мягко шелестели, набегая на берег, волны, негромко переговаривались
оставшиеся на страже воины, а Ивар все лежал и не мог уснуть, вновь и вновь
вспоминая погибшего вчера Вемунда. Странно и горько было думать о человеке,
которого ты больше никогда не сможешь увидеть, который не уехал, не пропал
неизвестно где, а просто умер, оставив этот мир…
Глава 6
МИКЛАГАРД
На возникшее у горизонта темное пятнышко Ивар поначалу не обратил
внимания – мало ли что пригрезится. Мазнув по нему равнодушным взглядом, он
продолжил орудовать веслом. Три дня миновало после того, как драккар отошел от
берега и двинулся на северо восток, по пути, описанном Арнульфом Саксом до его
гибели. Все это время царило полное безветрие. Руны Арнвида не помогали, после
всех усилий эриля море оставалось гладким, точно огромное зеркало, и отчего то
боязно было нарушать чистоту серебристо голубой поверхности воды.
Но деваться было некуда. Викинги усердно гребли, обливаясь потом, а
безжалостное светило, куда более горячее, чем на родине, обрушивало на них
потоки испепеляющего жара.
– Корабль! – Негромкий возглас Нерейда заставил Ивара оторваться от
размышлений.
– Где? – завертел головой конунг.
– А вон там! – И рыжий викинг уверенно указал на то самое пятнышко,
на которое Ивар обратил так мало внимания. – Большой…
– Они нас видят? – поинтересовался Хаук, поднимаясь в полный рост.
– Судя по тому, что уверенно идут в нашу сторону, да, – усмехнулся
Нерейд, – и похоже, нам от них не уйти.
– Тогда нет смысла тратить силы на греблю, – конунг повел плечами,
словно скидывая невидимый груз, – так что все – к оружию!
Драккар продолжал по инерции скользить вперед, оставляя за кормой
узкий шлейф из белой пены, но весла уже не втыкались в мягкое тело моря.
Вытащив их, викинги поспешно надевали кольчуги.
– Хоть повеселимся, – сказал Сигфред, озабоченно разглядывая свой
клинок. – Опостылела эта гребля! А тут – отправишь пару человек в Хель, и душа
радуется!
– Смотри, как бы тебя самого туда не отправили! – хмыкнул Нерейд. Он
несколько оправился после гибели друга, но пока еще не стал тем бесшабашным
весельчаком, каким его привыкли видеть. – Вон корабль какой здоровый! Найдется
там меч или копье и на твою голову!
– Ничего, – жизнерадостно ответил тощий берсерк, – если суждена мне
сегодня гибель, то стоит радоваться по поводу того, что мне больше не придется
выслушивать твои плоские шутки!
Нерейд лишь улыбнулся, но ничего не сказал.
Корабль приближался со скоростью летящей птицы. Стало видно,
насколько он велик: воду пенили по нескольку рядов весел с каждого борта, а над
палубой торчали бесполезные сейчас высокие мачты, по сравнению с которыми мачта
драккара казалась жалким огрызком.
– Сейчас мы им зададим! – кровожадно проговорил Эйрик, подбрасывая и
ловя меч. Лезвие сверкало на солнце, а рукоять оружия после каждого броска
словно прилипала к ладони старого воина.
Неизвестное судно подплыло на расстояние полета стрелы, стали видны
выстроившиеся вдоль борта воины с необычно большими луками. Искорки
посверкивали на доспехах.
– Щиты поднять! – приказал Хаук, напряженно разглядывая чужаков. –
Но первыми не стрелять!
– Куда уж тут стрелять, – приуныл Нерейд, – у нас луков с десяток, а
у них – и не сосчитать. Вмиг нашпигуют нас стрелами, как свинину чесноком!
Корабль приблизился, борт его навис над драккаром, но стрельбы пока
не было.
– Чего они тянут? – сквозь зубы спросил Ивар, которому надоело
держать тяжелый щит просто так.
Будто в ответ на его слова, через борт чужого корабля перегнулся
высокий человек в белом плаще поверх кольчуги и в сверкающем золотом шлеме.
Поднеся ладони ко рту, он гулко пророкотал:
– Именем цезаря императора я приказываю вам остановиться и сдаться!
– Именем кого? – недоуменно выпучил глаза Нерейд.
Но конунг не растерялся. Бесстрашно выйдя из под защиты щитов, он
крикнул в ответ:
– А мы и так никуда не двигаемся! Но оружие не сложим! Что вам от
нас нужно?
Человек в золоченом шлеме на мгновение, похоже, растерялся от
подобной наглости. Привык, наверно, что при его появлении все сразу вскидывают
лапки.
– Прежде всего я должен узнать, кто вы такие! – обретя дар речи,
громко возвестил он. – Мой долг, как стратига империи, уничтожать пиратов!
– Мы не пираты, – ответил Хаук, – я конунг – Хаук Лед из Северных
Земель.
– Кто? – Даже с такого расстояния было видно, как исказилось от
удивления лицо стратига. – Никогда не слышал ни о каких Северных Землях…
– Но это не значит, что их не существует! – отозвался Хаук.
– Хорошо! – после некоторого размышления сказал стратиг. – Конунг
Хаук, я, Михаил Врана, приглашаю тебя на свой дромон. Мы сможем обсудить
сложившуюся ситуацию и прийти к решению.
– Красиво говорит! – сказал Арнвид почти завистливо. – Что думаешь
делать?
– Пойду к ним, – ответил конунг спокойно, – тебя с собой возьму,
Кари да еще Ивара. А что делать? Если вздумаем биться, то, Нерейд прав, они
просто перестреляют нас сверху.
Высоченный борт надвинулся вплотную, весла втянулись в отверстия,
точно змеи в норы. Сверху с легким шорохом упала веревочная лестница.
– Поднимайтесь! – прозвучал зычный голос стратига.
Хаук, ловко перебирая руками, полез вверх. Ивар ожидал своей
очереди, а за его спиной эриль наставлял ученика.
– Если с нами что то случится, тут голос Арнвида предательски
дрогнул, – то попробуй поджечь их корабль. Слово огня ты помнишь?
– Помню! – ответил Ингьяльд, и такая уверенность звучала в его
голосе, что легко было поверить, что громадный дромон будет превращен в
головешку только с помощью одной руны.
На палубе чужого судна их встретили нацеленные прямо в лица
наконечники стрел. Лучники стояли полукругом, и в острых взглядах чувствовалась
привычка убивать.
Ивар ощутил, как все внутри напружинилось. Кари угрюмо косился на
чужаков, размышляя, должно быть, скольких он успеет прикончить, прежде чем его
истыкают стрелами.
С кряхтеньем перевалившись через борт, на палубу ступил Арнвид.
Подъем по шатающейся лестнице дался ему нелегко, но гордый эриль скорее бы
помер, чем попросил о помощи.
– Пойдемте! – сказал появившийся из за спин воинов стратиг. –
Поговорим в палатке, там не так печет!
На корме, прямо на палубе, оказался разбит небольшой круглый шатер.
У входа в него замерли двое высоченных воинов в странных кольчугах, собранных
не из колец, а из пластин. Под круглыми шлемами блестели настороженные глаза, а
пальцы, лежащие на эфесах мечей, были напряжены.
– Заходите! – Нырнув под сень шатра, стратиг первым делом стащил
шлем. Под ним оказались короткие черные волосы. – Садитесь вон туда.
Рука Михаила указала на широкую скамейку. Внутри палатки тоже
властвовала жара, но солнце не жгло голову, и это уже было приятно. В воздухе
витал незнакомый сладкий аромат.
– Ну что?.. – Врана взял со стола высокий серебряный кувшин с узким
горлом, плеснул в стакан багровой жидкости. Ивар невольно сглотнул. – Еще раз
кто вы такие и что делаете здесь, в водах империи?
– Мое имя Хаук Лед, – с достоинством ответил конунг, – и мы вместе с
моей дружиной плывем в Миклагард.
– Куда? – Стратиг едва не поперхнулся.
– В Константинополь! – вовремя подсказал Арнвид, запомнивший
услышанное от сакса название.
– Вот как? – Михаил широко улыбнулся, показав криво торчащие зубы,
похожие на доски в старом заборе. На лице его можно было прочитать сомнение. –
Я не вижу оснований не верить вашим словам, и все же вы совсем не похожи на
мусульманских пиратов…
Викинги хранили молчание, а Врана широкими шагами расхаживал по
палатке, размышляя вслух:
– Что вы не сарацины – точно, среди них таких белобрысых и нет, – он
остановился и задумчиво почесал нос, – и это хорошо, значит, вы не враги. Но ни
про каких конунгов и Северные Земли я никогда не слышал! И что же мне с вами
делать, во имя цезаря императора?..
– Что он все время поминает какого то кейсара? – вполголоса
поинтересовался Кари, на лбу которого от умственных усилий образовалась пара
складок.
– Наверно, так называют того конунга, которому
...Закладка в соц.сетях
