Жанр: Фантастика
Отзвуки серебряного ветра
...нию вероятности с первозданными силами.
- Хоть завтра. Но это ведь не только от меня зависит. Первозданные силы обладают
своим сознанием и могут не захотеть работать с кем-нибудь другим.
- На мой призыв они уже откликались, - довольно оскалился Кержак.
- Тогда все просто, - кивнул Илар. - Жду тебя с учениками завтра утром. Касра
чтобы пришла обязательно, ей давно пора осознать свою силу.
- Будем, - кивнул шаман, вставая. - Ладно, пока прощаюсь. А ты ляг, да поспи.
- Что я вам, дите малое? - рассердился Командор. - Каждый стремится нянькой
стать! Достали уже!
- А за тобой не проследи, - фыркнул Т'Сад, - так точно себя в гроб загонишь.
- Да ну вас! - не выдержал Илар, рассмеявшись. - Заботливые вы мои...
- Никита, - обернулась к нескольку удивленному контрразведчику Тина. - Я здесь
останусь, а вы возвращайтесь. И сразу в биоцентр! Преобразование возьмет больше
трех суток, а времени терять нельзя.
- Но мы хотели для начала подобрать корабли и людей для вояжа на Землю! -
возразил он.
- Уж с этим я как-нибудь справлюсь, - фыркнула дварх-полковник. - Думаю,
четырех-пяти эскадр и сотни тысяч легионеров хватит.
- Зачем столько-то? - удивился Никита.
- Мало ли, - проворчала Тина. - Лучше перестраховаться. Помнишь мета-корабль?
- Такое вряд ли забудешь.
- Есть у меня небольшое подозрение, что где-то около вашего пространственного
мешка или прямо в нем тихонечко себе прячется база Предтеч. Где-то ведь метакорабли
заправляются и ремонтируются. Где именно, мы так до сих пор и не
выяснили.
- Значит, поищем, - согласился контрразведчик. - Это тоже важно. Представляешь,
что будет, если однажды нам на головы свалится флот в десяток тысяч метакораблей?
- Не дай Благие! - Тину даже передернуло от такой "радужной" перспективы.
Никита ухмыльнулся и попросил ближайший биокомп открыть им с Ником гиперпереход
в расположение группы Раса. Попрощавшись со всеми присутствующими, они
переместились и снова оказались в том же светлом, похожем изнутри на смятый шар,
помещении, из которого отправились на встречу с Командором. Около одного из
терминалов биокомпа сидела откровенно скучающая Лави. Ощутив присутствие мужа,
она вскочила на ноги и бросилась к нему. Никита ласково поцеловал жену в лоб и
послал ей успокаивающий образ березового леса ранней весной. Лави радостно
рассмеялась и прижалась к нему. Тревога молодой женщины на глазах растворилась и
сменилась радостью. Но в эмофоне помещения четко ощущалось напряжение. Никита
оглянулся и нервно передернул плечами - почти сотня людей, гвардов, арахнов и
драконов выжидающе уставились на него. Откуда только они только взялись? Вся
команда, что ли, собралась? Похоже на то. Надо что-то сказать им. Но что?
- Прошу не беспокоиться! - заговорил вместо него Ник. - Мастер поручил нам очень
важную и срочную работу. Большинство кошек тоже будут подключены к этому делу.
Текучку придется оставить на потом. Хотя за нас ее все равно никто не сделает.
- Это как раз понятно, - махнул рукой Рас. - Но что именно вам поручили?
Контрразведчик переглянулся с комиссаром. Все говорить никак нельзя, но кое-что
сказать необходимо. Основное скрыто за ментальным экраном, ставить который
научил их Мастер, так что прочесть важную информацию не мог никто. Не хотелось
заводить тайн от своих, но выхода не было.
- Мы должны создать тайную структуру в государствах галактики, способную
адекватно и быстро реагировать на любую угрозу ордену, - сказал, в конце концов,
Никита, очень осторожно подбирая образы. - Структуру самостоятельную,
независимую от нас. Не дело отвечать военной силой на то, что может быть
нейтрализовано с помощью хорошей службы безопасности, имеющей агентуру везде,
где только можно. И тем более, где нельзя.
- А ведь здравая мысль, хвост Проклятого мне в глотку... - задумчиво протянул
Стен. - И почему это никому в голову раньше не пришло? Помнишь, Рас, как мы на
Мооване со снафферами разбирались? Именно таким вот проникновением.
- Беда в том, что почти никто из нас не способен долго жить вне ордена... -
вздохнул тот. - Особенно в среде жестоких и подлых людей. Тебе ли не знать.
- Да, это проблема, - ответил вместо Стена Никита. - Но мы ее решим. Пока
принято решение о расширении разведывательных служб до восьми легионов. Четыре
из них будут создаваться с нуля. И создавать их, друзья, нам с вами.
- Работенка еще та... - скривилась Карина.
- Людей на один, а то и на два мы сможем набрать на нашей родине, - сказал Ник,
падая худым задом на пол, откуда ему навстречу буквально выпрыгнуло кресло. -
Там сейчас порядочно талантливых контрразведчиков с немалым опытом в эмиграции
мается. Через несколько дней отправляемся, Тина завтра подберет эскадры и
легионеров.
- С удовольствием полетим с вами, - ухмыльнулся Рас. - А то что-то закисли мы
тут.
- Буду рад, - кивнул контрразведчик. - А сейчас извините, Тина приказала нам
срочно явиться в биоцентр на преобразование.
- Удачи! - рассмеялся Стен, Ник в ответ послал свой коронный эмообраз, от
которого грохнула хохотом вся группа.
Оказавшись в биоцентре, все трое сразу же попали в руки ожидавших новых
пациентов Целителей. Те деловито принялись делать анализы, понять их эмообразы
было затруднительно для неспециалиста. Никиту, Лави и Ника заставили раздеться
догола и принялись от души гонять на каких-то спортивных тренажерах, занося в
память биокомпа данные о граничных усилиях для каждой группы мышц. Никогда в
жизни контрразведчик так не выматывался, как за эти несчастные три часа в
биоцентре, ни разу его так не гоняли. Вскоре каждый мускул тела дрожал и жалобно
просил пощады. Но пощады Целители не давали. Когда сбор необходимой для
программы преобразования информации был завершен, Никита буквально рухнул в
ближайшее кресло и долго отфыркивался, залпом выпив литра два какого-то сока.
Рядом сидела не менее измотанная Лави. Худой Ник вообще выглядел похожим на
скелет и никак не мог придти в себя.
- Теперь прошу пройти за мной, - эмообраз подошедшего Целителя, высокого
блондина лет тридцати на вид, был окрашен в холодноватые, голубые тона
деловитости.
С трудом встав, Никита помог подняться Лави и Нику. На заплетающихся ногах
троица поковыляла за ехидно ухмыляющимся Целителем. Зайдя в знакомое по "Пику
Мглы", похожее на желудок огромного животного помещение госпиталя, они
облегченно вздохнули. Слава Господу, все закончилось, новых физических нагрузок
не предвидится. В исходили пузырями были три наполненных слизью ямы ти-анх.
Целитель молча показал на них, послав ободряющий эмообраз. Никита улыбнулся ему,
помог жене спуститься в одну из ям, сам после того забравшись в другую. Дно
начало медленно уходить из-под ног и одновременно гасло сознание. Не успела
розовая слизь ти-анх дойти до его губ, как оно погасло окончательно. И настала
тьма.
Тартик уныло пинал мяч на площадке, не понимая, как ему жить дальше. С того дня,
как он побывал на могиле у мамы, прошло десять дней и он до сих пор не пришел в
себя. Но если бы только это! Увы, дело было совсем в другом. Он изменился после
того, как сам побывал на краю гибели и спас от смерти девочку. После того, как
узнал, что мама его не предавала. Но все его друзья помнили вожака своей
компании прежним и не поняли, что он уже не тот. Что он стал другим. Они
продолжали привычно третировать Ленни и Саркиса, очень удивляясь, что Тартик
больше не желает участвовать в их развлечениях. А когда он пытался объяснить,
что они ошибаются, как раньше ошибался он сам, только пожимали плечами. Они
просто не понимали. И Тартик был потрясен их непониманием. Хуже всего оказалось
от осознания, что это под его влиянием друзья стали такими. Когда он видел
плачущего, забившегося в угол Саркиса, то Тартика передергивало, ему казалось,
что он сам такой же, каким был отчим-убийца. Он попытался остановить
издевательство и даже подрался с Мереком, бывшим раньше его ближайшим другом.
После этой драки друзья отвернулись от бывшего вожака, а те, над кем раньше
издевался Тартик, тоже не приняли, не поверив, что он изменился. И мальчишка
остался в полном одиночестве. В пустоте.
А тут еще Барлик куда-то уехал. Уже целых пять дней директора не было, и Тартик
отчаянно скучал. Книги и инфофильмы не могли заполнить дефицит общения. Советы
сержанта тоже не помогали, исправить ситуацию не удалось, и от него шарахались
хоть одни, хоть другие. Обидно было до слез, но плакать себе мальчишка не
позволял. Он - сильный! Он - справится! И Проклятый с ними со всеми. Но обида
никуда не уходила, и Тартик никак не мог понять, что ему делать. Самых слабых он
взял под защиту и вступался, если кто-нибудь из бывших друзей пытался
действовать привычным образом. Драться с Тартиком один на один никто не
рисковал, знали уже, что бесполезно. Налетать толпой тоже не хотели, понимая,
что такая драка полностью уничтожит шансы группы выиграть галактический круиз.
Полететь хотелось каждому, потому внешне все было тихо. Но только внешне!
Странный свист сверху привлек внимание Тартика, он поднял голову и замер на
месте с открытым ртом. На спортивную площадку детского дома медленно опускались
три лам-истребителя в походной, стреловидной форме. Живые машины двигались
слаженно, казалось, их ведет одна рука. Несколько секунд и перед Тартиком, в
каких-то ста метрах, стояли на трехметровых, суставчатых опорах три бесформенных
овоида. Мальчишка никак не мог заставить себя сдвинуться с места, он снова
вспоминал невероятное ощущение лам-истребителя своим телом. И страстно завидовал
пилотам этих живых машин. Со всего детдома на спортплощадку сбегались
воспитатели, дети, учителя. Около крайнего истребителя закрутилась воронка
гиперперехода, и оттуда вышел ухмыляющийся Барлик, одетый, как обычно, в черные
шорты и разодранную красную косоворотку. Специально он, что ли, ее рвет? Длинные
волосы директора торчали во все стороны, и выглядел он сейчас сущим бродягой.
Тартик обрадованно посмотрел на него - вернулся, уж он-то поможет разобраться с
трудной ситуацией. Директор быстро окинул взглядом площадку, посмотрел на
замершего неподалеку мальчишку и направился к нему.
- Что, брат, нелегко? - сочувственно спросил он, положив руку Тартику на плечо,
от чего тот едва не расплакался. - Быть добрым всегда трудно. Но мы же сильные?
- Да!
- Значит, справимся, - ухмыльнулся чем-то очень довольный дварх-майор. - Пошли
гостей встречать.
Он взял Тартика за руку и повел его к лам-истребителям, уже окруженным толпой
детей и воспитателей. Краем глаза Барлик отметил, что неподалеку стоят Вельма со
своей мамой. Ясно, девочка решила пригласить мать в гости, показать все то, о
чем рассказывать просто бесполезно. Не поверят. Очень хорошо! Чем больше
будоражащих воображение слухов о новом облике детских домов пойдет по Трирроуну,
тем лучше. Новые идеи приживаются нелегко и важно, чтобы люди своими глазами
увидели результат их применения. Тысячи прекрасных слов не заменят одного
маленького доброго дела. Главное, не навязывать своего образа мыслей, а
осторожно подтолкнуть людей к тому, чтобы они думали сами и сами делали выводы
из увиденного. Пожалуй, стоит подарить кое-какие полезные вещи самым бедным из
школ. Особенно, в далеких провинциях. Триррад все-таки столица, и здесь кое-что
есть. Тогда как в провинции...
- Друзья! - заговорил директор, выходя вперед. - Вы все знаете историю трех
мальчишек, укравших боевые истребители и обеспечивших ордену победу в бою около
научной станции Проекта?
- Да! - нестройно заорали дети, готовясь к новому сюрпризу Барлика. - Знаем!
- Так вот, сегодня они у нас в гостях! Итак, приветствуйте! Васька, Сандер и
Рамек! Лор-лейтенанты второго атакующего флота ордена Аарн!
В днище одного из лам-истребителей с влажным чмоканьем открылась мембрана
входного люка и оттуда медленно опустился на траву отчаянно рыжий, весело
хохочущий мальчишка. Он был совсем голый, тело покрыто какой-то буроватой
слизью. Прошло всего лишь пару секунд, и рыжий вдруг оказался в черносеребристой
форме ордена, слизь с лица и волос куда-то подевалась. Тартик даже
не заметил каким образом. Тем временем появились пилоты остальных двух
истребителей, тоже мальчишки. Один русоволосый, веснушчатый, второй смуглый
брюнет, выглядящий типичным трирроунцем. Они тоже мгновенно оказались одетыми в
форму и заулыбались не менее задорно, чем их приятель. Тартик зачарованно
смотрел на них и бешено завидовал. Этот русый со странным именем Васька и был
тем, кто прорвался через астероидный пояс к орудийным платформам.
- Привет, ребята! - заговорил рыжий, - меня иногда Сандером кличут. Но чаще
всего юным разбойником или разгильдяем непутевым.
- А как тебя еще называть? - приподнял бровь хитро ухмыляющийся Барлик. -
Разбойник и есть. Как где шкода, так тебя искать надо, не ошибешься.
Сандер снова расхохотался. Он смеялся так заразительно, что вслед за ним начали
смеяться детдомовцы и даже кое-кто из воспитателей. Вельма, по крайней мере,
хохотала, держась руками за живот. Ее мать с некоторым удивлением поглядывала на
дочь, не зная еще истории прилетевших мальчишек.
- Васька, Рамек! - представились остальные двое юных пилотов.
Дети окружили их и отчаянно загалдели, каждый спрашивал что-то свое. Но троица
мальчишек-аарн не растерялась, они каким-то образом успевали отвечать каждому.
Тартик остался стоять в стороне, не желая быть таким же бесцеремонным, как
остальные. Он не видел, что Барлик встретился глазами с Васькой и на секунду
опустил веки. Тот понимающе ухмыльнулся и выбрался из толпы.
- Привет! - сказал он, подойдя к хмурому мальчишке. - Тебя как звать? Меня
Васькой, если не знаешь.
- Тартиком, - ответил тот, очень удивившись.
- Ты так на истребители смотришь... Прямо, как я, пока летать не разрешали.
Любишь летать?
- Ага... Меня однажды на лам-истребителе катали. Даже порулить дали, а потом
сказали, что я прирожденный пилот...
- Не брешешь? - удивленно спросил Васька.
- Не-а.
- Да... Тогда тебе тяжко. Хочешь полетать?
- Еще бы! - даже подпрыгнул Тартик.
- Щас попробуем, - подмигнул ему Васька. - О, вспомнил. Мне ведь говорили, что у
вас тут два прирожденных пилота есть. Забыл. Один точно Тартик, а второй... То
ли Саркес, то ли Саркас...
- Саркис! - ухмыльнулся Тартик. - Никогда бы не подумал. Он же совсем слабый,
все время ревмя ревет.
- Так помоги ему, - фыркнул юный пилот. - Человек плачет тогда, когда ему
больно. И страшно. Если ты станешь пилотом, то твоей задачей будет защитить
слабых, сделать так, чтобы они не плакали. Честно, если бы я увидел, что кто
слабого пацана обижает, надавал бы обидчику в морду. По-простому, без
выкрутасов. Такие ничем не лучше махновцев.
Тартик отчаянно покраснел, вспомнив, что сам творил совсем недавно. Вспомнив,
как перед ним на коленях стояли взахлеб рыдающие Саркис с Ленни, а он с
презрительной ухмылочкой отвешивал плачущим пощечины. Ой, мамочка... Кем же он
был?
- А кто такие махновцы? - спросил он, чтобы отвлечься.
- Они моих мамку с тятькой повесили... - хрипло ответил Васька, вытер слезу и
отвернулся.
- Как повесили? - растерялся Тартик.
- А как вешают? - дернул щекой пилот. - За шею.
- П-почему?
- Покуражиться захотелось сволочам, - закусил губу Васька. - Пришли в деревню,
ограбили, а потом мамку с тятькой и дядьку Максима повесили. Штоб силой своей
похвастаться. Понял теперь, почему те, кто над слабыми измываются, не лучше
махновцев?
- Понял... - с трудом выдавил из себя Тартик, потом нахмурился, вздрогнул и
признался. - Я таким же был... Над Саркисом и остальными издевался. Стыдно
теперь...
- Раз говоришь был, - усмехнулся Васька, - то уже нет?
- Никогда больше! - вскинулся Тартик. - У меня тоже маму убили! Отчим насмерть
забил... Я не знал и думал, что она меня предала, бросила. Всем вокруг отомстить
хотел.
- А чего мстить невиноватому? Так легко стать таким, как твой отчим. Он,
наверное, тоже на твоей маме злость за что-то срывал.
- Не хочу быть таким, как он... - мертвенно побледнел Тартик. - Не хочу!
- Так не будь, - удивился Васька. - Кто ж тебя заставляет?
- Сам заставлял... - признался мальчишка и уставился в землю.
- Вот и зря! - ухмыльнулся юный пилот. - Пошли, погуляем, покажешь, что у вас
здесь есть.
- Пошли...
Барлик внимательно следил за удаляющимися по тропинке двумя мальчишками и почти
незаметно улыбался. Кто бы знал, сколько усилий ему пришлось приложить, чтобы
привезти сюда троих юных хулиганов. А уж с дварх-капитаном "Ночного Охотника"
Барлик спорил добрых пару часов, но все-таки уговорил неуступчивого алого
дракона разрешить шкодливым пацанам взять лам-истребители. Ведь Сандеру с
приятелями запретили даже подходить к истребительным отсекам до окончания Летной
Академии. Именно в нее они и должны были отправиться после Посвящения Васьки и
Рамека. Барлик перехватил их перед самым отлетом на Артиг, где располагалась
Академия. Если бы не его авторитет Воспитателя, то юных шкодников таки отправили
бы на учебу. Но под честное слово Воспитателя отпустили с ним, хотя старший брат
Васьки, Иван, очень долго сопротивлялся. О проведенной с мальчишками
подготовительной работе Барлик не хотел даже вспоминать. Васька поначалу просто
не понял, чего от него хотят. Пришлось заложить ему в память все, что
происходило в детдоме номер четырнадцать, и дать подумать немного. Самому.
Понял. Все понял и сейчас совершенно правильно работает с Тартиком. Умничка.
Директор перевел взгляд на Мерека, Кинса и Валега, бывших друзей Тартика. Теперь
нужно разбить эту дружную троицу, заставить каждого из них задуматься. Они так и
не поняли, что произошло с их бывшим вожаком, за которым раньше готовы были идти
в огонь и в воду. Почему он так изменился? Мерек еще и сильно обиделся за то,
что Тартик подрался с ним, защищая никчему Саркиса, над которым раньше сам
измывался только так. Ничего, сегодня они кое-что поймут. Пусть немного, но и то
дело. Валег уже задумывается, Мереку мешает обида. Но вот Кинс... Мальчишка
трусоват и подловат. Он успел побывать беспризорником и улица наложила на него
свой страшный след. Утверждая себя за счет унижения другого, Кинс испытывал
наслаждение, в отличие от остальных из своей компании. Будь он эмпатом, как дети
аарн, все оказалось бы просто. Но вот как доказать не эмпату, что ничего
хорошего от унижения других он не получит? Ведь вся его жизнь говорила о другом.
С раннего детства Кинс видел, что сильные и богатые были жестокими и подлыми.
Кинс тоже хотел быть богатым и сильным. И верил, что для того сначала нужно
стать жестоким и подлым. Хотя если он останется в полном одиночестве, то начнет
что-то искать, не понимая, почему все не так, как раньше. Почему от него
отвернулись все вокруг. Этот момент надо поймать и надавить на чувствительную
точку. Жестоко, но иного выхода нет.
Вздохнув, Барлик бросил Ваське эмообраз о том, что пора бы возвращаться. Вскоре
на тропинке появились оживленно о чем-то беседующие новые приятели. Итак,
наступает момент истины... Или не наступает? Посмотрим. Директор с интересом
наблюдал за лицом приближающегося Тартика и кивал своим мыслям. И что мы видим?
Мрачная решимость, даже обреченность. Хорошо, решился, значит.
Подойдя поближе, Тартик протолкался в центр толпы.
- Все меня слышат? - громко спросил он.
Удивившиеся дети замолчали, поворачиваясь к нему. Они привыкли, что Тартик почти
все время молчит.
- Я прошу прощения у всех, над кем смеялся и издевался! - глаза мальчишки горели
каким-то лихорадочным огнем. - Прости меня, Саркис! Прости меня, Ленни!
Он поименно называл тех, над кем когда-то измывался, и у каждого просил
прощения. Ошеломленные невероятным событием Мерек с Валегом открыли рты, Кинс
брезгливо поморщился. Остальные дети ничего не понимали, они с изумлением
смотрели на извиняющегося перед ними Тартика.
- И у тебя, Мерек, я прошу прощения! - подошел мальчишка к бывшему другу. - За
то, что научил тебя быть палачом! Слышишь? Мы с тобой звери и палачи!
- Брешешь! - возмутился тот.
- Мою маму насмерть забил отчим... - хрипло сказал Тартик, ухватив бывшего друга
за грудки. - Она ведь слабая была. Так чем мы с тобой лучше зверя, который мою
маму убил? Чем?!
- А ничем, - подошел к ним рыжий Сандер и хлопнул Тартика по плечу. - Ты
молодец, парень! Не струсил. Не побоялся извиниться, когда понял, кем
становишься. Ты сильный, а они как раз слабаки. У нас с теми, кто над слабыми
издевается, даже говорить никто не станет. С гадливостью обойдут десятой
дорогой, как кучу говна обходят.
- Неправда! - затряслись от обиды губы Мерека. - Я - не палач! Не зверь! Ты сам
говорил, что слабаков давить надо!
- Дурак был, вот и говорил, - криво ухмыльнулся Тартик. - Им помочь нужно
сильными стать, слышишь, Мерек, помочь.
- Он дело говорит, - сказал Васька. - Ты думаешь, что сильный, так помоги тому,
кто слабее. Бить его по морде просто, каждый дурак сумеет. А вот научить быть
сильным... Научишь, до земли тебе поклониться можно. А будешь издеваться,
станешь таким, как отчим Тартика.
Барлик отвел взрослых подальше, чтобы не дай Благие не испортили ничего. Он
внимательно отслеживал эмоции каждого из детей и кивал. Не зря он привез сюда
Ваську со товарищи. Ох, не зря. Тартик уже никогда не вернется к прежнему, это
раз. Мерек и Валег задумаются, сильно задумаются, это два. Даже Кинс сейчас
пытался понять, что происходит. Не принимал, но хотя бы пытался понять. Уже
много.
- Думайте, пацаны, - хмыкнул Васька и широко улыбнулся. - Сами. А то отвернутся
от вас все, как жить-то станете? А мы пока с Тартиком и Саркисом на ламистребителях
покатаемся. Они у нас прирожденные пилоты. И сами космолетами
управлять будут!
Ухмыляющиеся Рамек с Сандером подошли к упомянутым двоим и положили им руки на
лбы. Саркис, мелкий, чернявый, болезненно худой мальчишка с затравленными
глазами вечной жертвы, вскрикнул, Тартик только выгнулся, когда каждому в мозг
ударила огненная волна. Когда они открыли глаза, то поняли что умеют управлять
живыми машинами, знают, как те работают и что из себя представляют.
- Мамочка... - прошептал ошеломленный Саркис. - Мамочка, я умею! Я умею летать!
- И я! - вторил ему совершенно счастливый Тартик. - Умею!!!
Он расхохотался и закружился по площадке в танце.
- А палачей никто учить летать не станет, - издевательски поклонился Васька
Мереку, разведя руки в стороны. - Палачам в небе не место.
Потом подхватил под руки Тартика с Саркисом и повел их к ожидавшим ламистребителям.
Пару минут пришлось уговаривать их раздеться догола, живые машины
отказывались принимать в кабину пилота, на которого было надето хоть что-нибудь.
Наконец мальчишки разделись, и каждый из них медленно всплыл в воздух, скрывшись
в открытых мембранах люков, сразу после этого с влажным всхлипом закрывшихся.
Пару минут ничего не происходило, а затем все три лам-истребителя низко загудели
и медленно всплыли метров на двадцать вверх, втянув в себя опоры. Бесформенные
овоиды превратились в стремительные, узкокрылые силуэты, на секунду задержались
на месте и рванулись в небо, почти мгновенно исчезнув из виду. Дети восторженно
завопили и запрыгали по площадке - ведь двумя истребителями сейчас управляли не
аарн, а двое из них, привычные и до последней черточки знакомые Тартик с
Саркисом. Дварх-майор ничуть не беспокоился, зная, что на самом деле все три
истребителя контролирует Васька, а за ним самим на всякий случай надзирает
Мериарх, готовый мгновенно перехватить управление на себя.
На застывших чуть в стороне мальчишек из бывшей компании Тартика никто не
обращал внимания. Никто, кроме директора. Только он видел, что по лицу Мерека
текут слезы, а дрожащие губы весьма крупного для своих лет мальчишки беспрерывно
шепчут: "Я - не палач... Я - не палач... Я - не палач..." Барлик удовлетворенно
ухмыльнулся. Последние слова Васьки ударили очень больно, директор даже не
ожидал, что малец окажется способным так ударить. А главное, как вовремя! Ни
Мерек, ни Валег теперь не станут больше унижать и мучить беззащитных, при первой
попытке им долго еще будут слышаться насмешливые слова: "Палачам в небе не
место!" А его, Барлика, задача сделать так, чтобы они не обозлились. После
потери уверенности в себе им легко можно подбросить тему для размышлений.
Главное, не упустить момент. Правда, остался Кинс, но, не имея поддержки, он
затаится. И мальчишкой нужно заняться вплотную.
- Жестокие, однако, у вас методы... - раздался за спиной Барлика голос незаметно
подошедшей госпожи Кестен, опытная учительница быстро разобралась в ситуации.
- Так и случай запущенный, - повернулся к ней директор, широко улыбаясь. - Очень
запущенный. Мне нужно было выбить у маленьких негодяев почву из-под ног.
- Выбили, - согласилась пожилая женщина. - Но вы уверены, что не перестарались?
- Я эмпат, - фыркнул Барлик. - Я каждого из них постоянно читаю и держу под
контролем его чувства.
- Не знаю, не знаю... - покачала она головой. - Никогда бы не рискнула так
выворачивать ребенку душу. Последствия могут оказаться страшными.
- На то я воспитатель, чтобы знать, когда ударить, а когда погладить, -
усмехнулся Барлик. - Как вам, кстати, в нашем детдоме?
- Расскажи кто, не поверила бы, - вздохнула госпожа Кестен. - Сказка. Волшебная
сказка. Надо же, дети верхом на саблезубой кошке катаются. На боевых
истребителях летают. Да и жилые помещения. Столовая. Школа. Слов нет. Восхищена.
- Уже месяц, как так выглядят все до единого детские дома Трирроуна. И не
только.
- Это какие же деньги нужны были?! - чуть не задохнулась учительница.
- Немалые, - кивнул Барлик. - Ну и что? Я жалею, что идея о детских домах не
пришла в голову кому-нибудь из наших лет пятьсот назад. Сколько времени
потеряно!
- Для того, чтобы так сказать, - вздохнула госпожа Кестен, - нужно для начала
эти деньги иметь.
- Орден достаточно богат, чтобы позволить себе все, что считает нужным. Кстати,
сейчас мы разрабатываем программу помощи школам. Не хотели бы вы поучаствовать?
Нам нужен местный конс
...Поділитися у соцмережах
