Жанр: Фантастика
Злые чары синей луны
...од словами "берегись наследия отца"? Какое
наследие?
Хок пожал плечами:
- Понятия не имею. В свое время мы, несомненно, это выясним. Бедняга Харальд.
Счастливчиком он не выглядел, а? Всю жизнь интриговал и готовился стать королем,
вложив в это все свои надежды и мечты. А потом мечта, став явью, предала его.
Магус отдыхал у себя в апартаментах, вольготно раскинувшись в удобном кресле.
Он облачился в простую белую тунику и штаны. Его большого полночно-черного плаща
нигде не было видно. Без этого жутковатого одеяния чародей выглядел на удивление
обыденно. Слегка нахмурясь, он наблюдал за шахматной доской, установленной на
маленьком столике. Черные и белые фигуры двигались сами собой, с умопомрачительной
быстротой перескакивая с одного поля на другое. Когда игра закончилась, фигуры
выстроились по краям и начали все заново.
На другом конце просторной комнаты фея Лунный Блик, принявшая человеческие
размеры и совершенно обнаженная, красовалась перед ростовым зеркалом. Руки и ноги у
нее были необычайно длинные, да и ребер многовато. И в том, как соединялись ее кости,
тоже присутствовала некая еле уловимая неправильность. Но при том она все же
оставалась самой красивой женщиной в Лесном замке. Фея, разумеется, знала это. Ее
отражение поочередно примеряло различные наряды, ожидая одобрения хозяйки.
Костюмы и платья сменялись с недоступной человеческому глазу быстротой, пока фея не
остановила свой выбор на одном из них. Она властно щелкнула пальцами, и отражение
замерло в облегающем черном платье длиной до колен и щедрыми разрезами на
интересных местах. Высокие черные сапоги и вечерние перчатки довершали картину.
Лунный Блик пребывала в бесовском расположении духа. Волосы у нее были взбиты
так, что походили на черный одуванчик, а черная тушь и кроваво-красная помада
подчеркивали прекрасное, странное лицо.
- Немного откровенное, если не сказать просто бесстыжее, - хрипловато отметила
фея. - Именно то, что мне хотелось. Можешь идти.
Отражение показало ей язык и пропало. В ту же секунду фея оказалась облачена в
избранный наряд. Она медленно потянулась, с бессознательной соблазнительностью, как
кошка, повертелась немного, чтобы платье село по фигуре, и повернулась глянуть, как у
Магуса дела с шахматами.
- Ну-с, и за кого мы сегодня играем?
- Как обычно, за обе стороны, - ответил тот, не поднимая глаз. - Мне нравится
твой наряд. Весьма сдержанный - для тебя. А теперь приготовься. Гости идут.
Лунный Блик стремительно огляделась.
- Кто? Можно мне поплясать на их костях?
- Это наши добрые капитаны Хок и Фишер. Они побывали в Усыпальнице и
побеседовали с покойным королем. А теперь направляются сюда, ожидая получить ответы
на свои вопросы.
Фея улыбнулась:
- Они пока не слишком хорошо тебя знают, верно?
- Ну, у меня найдутся кое-какие ответы. Только понятия не имею, подойдут ли они
к вопросам. Трудно проследить нити судьбы, сплетающиеся вокруг Хока и Фишер. Дикая
магия коснулась их слишком глубоко. Они даже не представляют себе, насколько. Может
быть, в конце концов, они окажутся в состоянии понять меня. Они не новички в
потусторонних сферах.
- И сумеют докопаться до истины? - спросила Лунный Блик, подходя и становясь
рядом с Магусом. Они найдут убийцу?
- Какая разница, узнают они правду или нет? - спокойно возразил чародей. -
Важно, что они отправятся в Опрокинутый Собор и встретят там то, что полагается. Это
мог бы сделать и Харальд, будь он на самом деле таким героем, каким себя представлял.
Но, увы! Потому-то мы и сидим теперь в заднице.
- Харальд боялся. Как и любой другой, узнай он правду.
- Героям тоже известен страх, - ответил Магус, печально созерцая, как черные
фигуры на доске истребляют белые, неуклонно приближаясь к мату. - Просто герои
отказываются ему подчиняться.
Внезапно Магус подался вперед и одним быстрым движением смахнул фигуры с
доски. Они попадали на голый пол и несколько секунд корчились там, пока; наконец, не
затихли. Чародей откинулся в кресле. Лицо его было спокойным и собранным.
- Хок и Фишер должны пойти в Опрокинутый Собор. Больше у нас никого не
осталось.
- А как насчет квестора, Аллена Чанса?
- Хороший человек, - признал Магус. - Возможно, слишком хороший. Он
чересчур много думает. В нем недостаточно от его отца. Жестокости не хватает и
многовато того, ради чего стоит жить. Это может поколебать решимость мужчины. А вот
Хок и Фишер всегда готовы делать необходимое, и плевать они хотели на цену и
последствия.
- А если они не пойдут?
- В таком случае Синяя Луна снова наберет силу, Переходные Существа вырвутся
на волю из заточения, и на земле настанет ад.
- Оставь надежду...
- Именно... Войдите!
Стук в дверь прозвучал сразу вслед за его словами. После недолгой паузы дверь
отворилась, и Хок с Фишер появились в комнате. Они быстро огляделись, словно
оценивая возможное поле боя, и вместе направились к Магусу. Лунный Блик
придвинулась к нему чуть ближе. Чародей, не вставая, приветствовал гостей учтивым
наклоном головы, супруги коротко кивнули в ответ.
- Славный трюк с дверью, - одобрил Хок. - Только это лишает Рождество всякой
прелести.
- Я его не праздную, - ответил Магус. - По мне, вся эта приторная сладость
несколько утомительна.
Фишер взглянула на разбросанные по полу фигурки.
- Продул, Магус?
- Я никогда не проигрываю. Это вредит имиджу. Как вам Усыпальница?
Хок и Фишер переглянулись.
- Откуда вы знаете, что мы побывали именно там? - напрягся Хок.
- Я Магус. Знать моя работа. Харальд сообщил вам что-нибудь интересное?
- А вы не в курсе? - осведомилась Фишер.
- Ну, мне же не все известно. Только представьте, как бы это было утомительно! Я
не всемогущ, просто очень хорошо информирован. Я соорудил для Харальда заклинание,
но какие слова он в него вложил, осталось между ним и его совестью. При условии, что
таковая у него имелась.
- Он был вашим королем, - заметила Фишер. - Проявите хоть немного уважения.
Лунный Блик поежилась от внезапной холодной ярости, прозвучавшей в голосе
гостьи, но Магус только слегка наклонил голову, словно признавая ее правоту.
- Король поведал вам что-либо, что могло бы помочь установить личность убийцы?
- Харальд не ткнул пальцем ни в кого конкретно, - ответил Хок. - Меня больше
заинтересовало то, чего он не сказал. В тексте, который он однозначно определил как свое
последнее послание, ничто не указывало на то, что он опасался за свою жизнь. Он
чувствовал угрозу, но не от конкретного лица, а от обстоятельств вообще.
- Так я и думал, - кивнул Магус. - Подозревай Харальд, что его жизни кто-то
угрожает, он бы просто арестовал всех этих людей, а об уликах позаботился бы позже. По
крайней мере, велел бы мне допросить их. Войдите!
Его слова снова опередили стук в дверь. Створки с грохотом распахнулись, и в
апартаменты Магуса гордо прошествовал один из гвардейцев герцога Арлика. Он прошел,
печатая шаг, словно на параде, и остановился перед Хоком и Фишер. Поверх формы
герцогской гвардии на солдате красовалась кольчуга, а правая его ладонь покоилась на
рукояти меча. Высокомерно-снисходительным тоном, вполне соответствовавшим
выражению лица, он прокричал сообщение для капитанов:
- Хок, Фишер, настоящим вам надлежит явиться в покои герцога Арлика, дабы он
допросил вас по определенным вопросам... определенным вопросам, связанным с... с...
Гвардеец медленно и явно не по своей воле повернул голову. Магус уставился на
него. Продолжая говорить, солдат все поворачивал голову медленными болезненными
рывками, пока не встретился взглядом с чародеем. Бедняга так и не закончил фразу. Он
заглянул магу глубоко в глаза и всхлипнул. А затем чары пропали. Гвардеец повернулся и
побежал, выскочив из комнаты так стремительно, словно за ним гнались все демоны
Черного леса.
Звук его удаляющихся шагов быстро затих. Магус небрежно махнул рукой, и дверь
захлопнулась сама собой. Хок подчеркнуто бесстрастно посмотрел на волшебника.
- Что это за чертовщина?
Тот беспечно пожал плечами:
- Он был несносен... Разумеется, если у вас появилось желание прервать нашу
милую беседу и поступить, как велит герцог...
- Нет, - твердо отозвалась Фишер. - Герцог подождет. И не думайте, что нас
можно устрашить подобными трюками. Нас не так-то легко запугать.
Магус с минуту подумал и улыбнулся.
- Нет, - изрек он, наконец. - Я так не думаю. В Черном лесу было очень темно,
верно? - Он посмотрел на Хока. - Разве у тебя были не светлые волосы? Или это у
твоей спутницы? У меня исключительная память, но порой она настолько хороша, что
ухватывает то, чего не происходило. Это одна из проблем, сопутствующих видению
будущего, - ведь будущее постоянно меняется...
- Вы в состоянии видеть будущее?
- Как сквозь стекло, смутно. Недостаточно, чтобы извлекать реальную пользу, но
достаточно, чтобы смущать и беспокоить меня. Некоторые вещи более неизбежны, чем
другие. И люди непрерывно все усложняют.
Магус неожиданно встал, так что Лунный Блик отпрянула, и прошел к открытому
окну, словно позабыв о Присутствии гостей. Фея сделала несколько шагов вслед за ним,
но потом остановилась.
Фишер наклонилась к Хоку:
- Это замечание насчет светлых волос... Не кажется ли тебе, что он...
- Если б он знал о тебе, то сказал бы. Он любит похвастаться собственной
осведомленностью.
Фишер неуверенно нахмурилась:
- Мне кажется, или раньше у него были серые глаза, а не голубые?
- Боже, я так рад, что ты это сказала. Я тоже так думал, но... Погоди. Только
взгляни туда.
Они оба уставились на Магусовы ноги, парящие в доброй паре дюймов над полом.
- А, не обращайте внимания, - успокоила их фея. - У него сейчас настолько
забита голова, что порой он забывает обо всяких мелочах. Вроде гравитации.
- Что именно вы там ищете, сэр Магус? - поинтересовался Хок, так как чародей
продолжал молча смотреть в окно.
- Мой плащ, - рассеянно ответил колдун. - Он где-то охотится. Я всегда
беспокоюсь за него, когда он гуляет сам по себе. В наши дни в Лесу полно опасных
тварей. Некогда плащ являлся одной из них, но... а, вот и он!
Маг посторонился, ласково улыбаясь. Плащ впорхнул в открытое окно, хлопая
крыльями, словно гигантский нетопырь. Он дважды облетел хозяина, приветствуя его, а
затем с шумом приземлился в углу. Он встал прямо, слегка подрагивая, и принялся
издавать громкие и весьма неприятные звуки, ворча и рыгая. Магус закрыл окно.
- А на что конкретно ваш плащ охотится? - поинтересовался Хок.
- А, в основном на то, что не успевает удрать, - ответил чародей, присоединяясь к
ним. Он снова ступал по полу.
- Включая людей? - с сомнением покосилась на плащ Фишер.
- Нет-нет, - заверил ее хозяин. - С этим покончено.
Он снова опустился в кресло и сурово взглянул на капитанов.
- Нам надо поговорить. Я должен сообщить вам несколько вещей. Кое-что из этого
вам уже известно, но такова уж ваша судьба. Первое, Трещина связывает север и юг. Я
создал ее. Последнее великое заклятие Дикой магии в мире людей. Другого такого больше
не будет. Магия уходит из мира и поигрывает мускулами в последних отчаянных
демонстрациях силы. Но человечество процветает и распространяется по миру,
переделывая его под себя. И магия уступает место науке, которая ближе человеческой
природе. Наука всегда срабатывает. Ее принципы логичны. В глубине души человек -
существо рациональное, и мир ему требуется рациональный, где правила всегда
выполняются и все имеет смысл. Дикую магию постепенно заменила Великая магия,
более упорядоченная форма. Некоторые из вас сумели приручить ее себе на пользу, но
даже она ныне угасает. У большинства людей недостаточно гибкое сознание, чтобы иметь
дело с магией.
- А как насчет этой новой Хаос-магии, основанной на математике? - спросила
Фишер. - Поговаривают, за ней будущее.
- Чушь! - рявкнул Магус. - Хаос-магия - всего лишь жалкая половинчатая
попытка создать магию, которая работала бы как наука. Ни рыба ни мясо. В ее основе
лежит несколько неплохих идей, но собственно наука скоро сметет ее со своего пути.
Наука - это вещь, которая каждому понятна и которой можно научить любого и всякого.
Нет, помяните мое слово, на протяжении жизни ближайших десяти-двенадцати поколений
магия уйдет окончательно и мир станет куда безопаснее. И скучнее. Все мифы и чудеса
вселенной заменят механизмы и приспособления. Удобные, красивые, искусно сделанные,
но бездушные по своей сути. Ни драконов, ни единорогов...
- Ни демонов, ни их князя? - добавил Хок.
Магус метнул на него острый взгляд.
- Молодец. Да. Уловил суть. Научившись контролировать мир с помощью науки,
человек положит конец главной угрозе для своего существования. Вы изгнали князя
демонов при помощи Дикой магии Радуги, но он может вернуться. Он - Переходное
Существо, один из нерожденных, лишенных души, охотник на краю реальности,
олицетворение отвлеченной идеи. Будучи Переходным Существом, он не может быть
уничтожен окончательно, пока существует магия. Идеи бессмертны. Но замените магию
наукой - и он больше никогда не вернется, потому что эта грань мироздания окажется
закрыта для него и ему подобных. Он больше не сможет здесь существовать - ему
попросту не позволят этого научные законы вселенной.
- Переходные Существа? - переспросила Фишер. - Вы хотите сказать, что
существуют еще другие твари, подобные князю демонов?
- Разумеется, - ответил Магус. - У любого абстрактного понятия, идеи или мифа
имеется некое магическое существо, которое его олицетворяет. Это часть нынешней
реальности. Что естественным образом подводит нас к проблеме Синей Луны.
- Правда? - перебил Хок. - Притормозите, Магус, я что-то не поспеваю за ходом
ваших мыслей.
- Верно, - согласилась Фишер.
- Синяя Луна, - терпеливо повторил чародей. - Вы никогда всерьез не
задумывались о ее природе и назначении, правда? Что она такоё и для чего нужна?
- Мы были слишком заняты, пытаясь остаться в живых! - рявкнула принцесса. -
Единственный, кто действительно что-то знал о ней, - это Верховный маг. А он, как
правило, был слишком себе на уме. Или чересчур безумен, чтобы объяснять хоть что-то.
- Ах да, Верховный маг. Какая жалость, что мне не представилось случая
познакомиться с ним! Замечательный ум, по общему мнению.
- А вот Чанс говорил, что вы отрекомендовались избранным преемником
Верховного мага, когда впервые явились ко двору, - прищурился Хок.
- А, это, - беспечно отозвался Магус. - Я солгал. Я иногда так делаю. Но уверен
- если бы нам с Верховным Магом довелось встретиться, старик непременно выбрал бы
меня своим преемником. Итак, Синяя Луна...
- ...выпустила на волю Дикую магию, - заключил Хок. - Она распространила
Черный лес по всему Лесному королевству.
- Вот видите? Вы вообще никогда об этом не думали всерьез. - Внезапно чародей
показался очень усталым. Он тяжело осел в кресле, как старик, внезапно
почувствовавший, насколько похолодало в комнате.
Фея Лунный Блик приблизилась к чародею и утешающе положила ему руку на
плечо. Магус сплел свои пальцы и уставился на них.
- Синяя Луна обращается вокруг мира. Так? - продолжал он. - Но поскольку
Синяя Луна не является собственно нашей луной, то в таком случае, вокруг какого мира
вращается она? Луна отражает свет Солнца. Но какое Солнце у Синей Луны, если она
отражает столь ужасный свет? Наша луна и Синяя существуют на разных планах
реальности. Через определенные неравномерные промежутки времени их орбиты
приходят в одну и ту же базовую точку пространства. И в тех случаях, когда орбиты
совпадают и обе луны занимают одно и то же место, определенные факторы - люди или
события - могут ввести Синюю Луну в наш мир. И тогда любые преграды рушатся, и
Дикая магия вырывается на свободу в мире людей.
- Вы говорили, Синяя Луна возвращается, - вставила Фишер. - Неужели это
возможно? Всего через двенадцать лет?
- Разумеется. Время там течет по-иному. Раз в тамошний месяц...
- Но что привело ее к нам на сей раз? - спросил Хок. - Князь демонов попрежнему
пребывает в изгнании, Черный лес вернулся в свои изначальные границы, а
проклятые дураки, которые призвали князя демонов, покинули нас.
Магус одарил его печальным взглядом.
- Вернулся Опрокинутый Собор. И одного его существования достаточно, чтобы
вызвать Синюю Луну. Вот почему вы и капитан Фишер должны отправиться в проклятый
храм и покончить с исходящей от него угрозой. Если сможете.
- Погодите! - мгновенно вспыхнула Фишер. - Мы никому ничего не должны.
Мы здесь только для того, чтобы раскрыть убийство.
- Убийство никакой роли не играет. Вы должны войти в Опрокинутый Собор. Это
ваша судьба.
- Что вы знаете о нашей судьбе? - резко спросил Хок.
- Больше, чем вы думаете.
- Вы не можете заставить нас делать то, чего мы не хотим, - упрямо заявила
принцесса. - Попробуйте только надавить на нас, и мы...
- Вам нужны ответы? - перебил ее Магус. - Вы найдете их только в
Опрокинутом Соборе.
- Какие ответы? - уточнил Хок.
- На все вопросы.
- Включая и вопрос о том, кто убил Харальда?
Чародей вздохнул:
- Вы исполните свои обязанности. Ваша природа не позволит вам сделать иной
выбор. Теперь ступайте. Я устал.
- Мы никуда не пойдем, пока вы не ответите на несколько вопросов, - заявил Хок.
- Начнем с самого простого. Где вы находились в момент убийства короля Харальда?
- Здесь, - терпеливо ответил Магус, словно давая поблажку настырному ребенку.
- Я всегда здесь, если мое присутствие не требуется где-либо еще.
- Вы можете это подтвердить?
- Со мной была Лунный Блик.
Хок взглянул на фею, которая обрушила на него всю силу своей улыбки. Страстные
глаза под тяжелыми веками пылали.
- Мы оба были здесь, капитан. Вы будете допрашивать меня следующей? Я бы так
хотела, чтобы вы меня допросили! Мы могли бы уединиться. У меня есть замечательные
новые наручники... Уверена, вы сможете убедить меня рассказать вам все, что угодно.
- Отвали и немедленно, - холодно велела Фишер. - Хок, если ты сделаешь еще
хоть один шаг в ее сторону, я тебе ноги переломаю.
Хок бросил на красавицу извиняющийся взгляд.
- Беда в том, что она не шутит.
- У меня в мозгу взвыли бы сирены, попробуй кто-нибудь только коснуться моих
защитных барьеров, - медленно продолжал Магус, не обращая ни на кого внимания. -
Но я не почувствовал ничего. Когда мне сообщили об убийстве, я сразу же поспешил в
апартаменты короля. Барьеры не были повреждены. Что технически невозможно. Я
установил их таким образом, чтобы никто не мог войти, кроме ближайших родственников
короля. А королевы в тот момент и близко не было, я вложил в эти барьеры немало труда
и мог бы поклясться на стопке гримуаров, что во всем королевстве и за его пределами не
существует волшебника достаточно сильного, чтобы пробить их. Разве что пройти мимо
них, не потревожив сигнальные центры. Что беспокоит меня больше всего.
- У вас нет предположений, кто мог бы это проделать? - спросила Фишер.
- Верховный маг.
- Но он мертв, - напомнил Хок.
- Это не обязательно исключает его кандидатуру.
- Не потрудитесь ли объяснить? - потребовала Фишер.
- Нет, - ответил Магус. - Я очень тщательно обследовал место преступления,
применив все доступные мне магические приемы, но оказался не в состоянии обнаружить
никакого ключа или магического следа. Что опять-таки невозможно. Никто из
присутствующих в Лесном замке не смог бы так быстро и тщательно убрать за собой.
- За исключением вас, - уронил Хок.
- Ну да, - согласился Магус. - Но если бы я на мгновение спятил и решил когонибудь
убить, у меня хватило бы ума сделать это способом, который не указывает на мою
персону столь однозначно. Кроме того, все-таки Харальд был моим королем. Я присягал
на верность ему и его трону. А я своим словом не разбрасываюсь.
Хок посмотрел на Фишер:
- Как, по-твоему, мы ничего не пропустили? Значит, можем идти. Нам предстоит
повидать еще множество народу. Спасибо, что нашли для нас время, сэр Магус, и вам,
сударыня. Мы вернемся, если у нас возникнут дополнительные вопросы.
- Остерегайтесь правды, - тихо произнес Магус, не глядя на него. - Она не
сделает вас ни счастливыми, ни свободными. Некоторые вещи скрыты не зря. Раскрытие
убийства не обязательно приведет к концу дела. А справедливость никогда не дается
дешево.
- Предполагается, что я что-то из этого понял? - поинтересовался Хок.
- Нет. Но вы поймете.
Магус откинулся в кресле и закрыл глаза, давая понять, что больше ему сказать
нечего. Лунный Блик изящно поболтала пальчиками на прощанье. Хок и Фишер вышли,
тихонько прикрыв за собой дверь. Плащ в своем углу вывалил на пол кучку костей.
Некоторые из них были довольно большими, с кусками шерсти и мяса. Магус, не
открывая глаз, окликнул фею.
- Следуй за Хоком и Фишер. Иди, куда идут они, смотри, куда они смотрят,
слушай, что говорят, и возвращайся. Не показывайся. И не дай им поймать себя.
Kрасавица широко ухмыльнулась и в мгновение ока сделалась не больше дюйма. У
нее выросли разноцветные крылья, и вскоре она уже порхала за Хоком и Фишер, с
легкостью проникнув сквозь большую замочную скважину в запертой двери.
Магус тяжело вздохнул. Синяя Луна скоро будет здесь, тьма уже собирается в замке,
и все планы, которые он так осторожно запустил с открытием Трещины, больше не
казались ни точными, ни утешительными как прежде.
Королева Фелиция не впервые проснулась поздно и с ужасным самочувствием,
которое теперь изливала на тех несчастных, которые вынуждены были прислуживать ей.
Завернувшись в шелковый халат, она мерила шагами приемную, преследуемая небольшой
армией слуг и придворных, которые отчаянно сражались друг с другом за ее внимание. С
самого утра требовалось подписывать бумаги, принимать решения, одобрять планы и
давать поручения. И как всегда, все надлежало сделать незамедлительно. Послушать
царедворцев, преследующих королеву, пытающуюся укрепить свой дух кофе и
сигаретами, - так судьба всего Лесного королевства зависит от того, чтобы ее величество
обратила свое высочайшее внимание в первую очередь на них, а потом уж - на когонибудь
другого. В прошлом кое-кто из наиболее решительных пытался последовать за
монархиней даже в уборную, но подобные выходки она пресекла, затушив об одного из
них сигарету. Теперь придворные сохраняли уважительную дистанцию, но это приводило
только к тому, что каждый говорил как можно громче.
Королева Фелиция вышагивала по комнате, разглядывая разнообразные наряды,
представленные слугами ей на одобрение. Она подписывала бумаги и объявляла решения
явно наобум. Фелиция любила показать, кто здесь главный. Это заставляло людей стоять
на цыпочках. Вскоре у них закончились важные поводы досаждать ей, и Фелиция с
помощью угроз, проклятий и летящих предметов изгнала их. Королевские горничные
приучились следить за тем, чтобы под рукой у нее всегда оказывалось некоторое
количество полезных в этом отношении вещей. В противном случае она начинала
швыряться дорогими деталями обстановки.
Фелиция выбрала один наряд, махнула, чтобы убрали остальные, и жестом велела
маячившей поблизости служанке с кофейником наполнить заново чашку. Королева
сделала большой глоток и вздохнула. Ничто так не бодрит сердце, как хорошая доза
кофеина с утра. Мановением руки она отослала слуг, и те быстро удалились, пока госпожа
не придумала для них новое занятие.
Фелиция поглядела на своего маленького сына, будущего короля Стефена, которому
уже сравнялось два года. Он сидел в углу, увлеченный кучкой ярко раскрашенных
кубиков с алфавитом. Присматривала за ним няня-наставница-телохранитель Калли,
высокая, мускулистая женщина-воин, которую королева привезла с собой из Герцогства
под горой. Много лет назад Калли попала в Горы в качестве наемного меча, и ее
приставили телохранителем к юной принцессе Фелиции. После нескольких неизбежных
стычек дамы крепко подружились. Только постоянное вмешательство Калли позволяло
девушке столько развлекаться. Фелиция больше никому не доверила бы своего ребенка.
Воительница обожала малыша и, не задумываясь, отдала бы за него жизнь.
Рослая, крепко сбитая, наделенная могучими, выразительными формами, Калли
устрашала людей, просто входя в комнату. При дворе она вызвала шок. Время от времени
Фелиция брала ее с собой в тронный зал - когда хотела как следует припугнуть того или
иного политика. Круглое лицо женщины под стрижкой военного образца было
обезоруживающе милым, но это никого не обманывало. В свое время нянюшка
прикончила одного крайне неприятного субъекта прямо возле трона. И добросовестность,
с которой она это проделала, произвела неизгладимое впечатление на всех.
Королева ласково поворковала над сыном, но малыш не обратил на нее внимания, с
головой уйдя в свой маленький мир. Фелиция громко фыркнула.
- Совсем как его отец. Сначала то, чего хочет он, а все остальные подождут.
Сколько у нас осталось до заседания, Калли?
Teлохранитeльница отложила металлическую пружину, которую сжимала, чтобы
накачать мускулы предплечья, и полистала королевский ежедневник.
- Около трех четвертей часа, ваше величество. Пора в ванну, если мыться быстро.
И не играйте с пеной - некогда. Вы уже закончили завтрак?
- Хватит воспитывать меня, Калли. Я съем еще немножко около одиннадцати,
когда желудок проснется. Еще что-нибудь важное есть?
Часть работы Калли заключалась в неприметном отслеживании хитросплетений
неофициальных замковых сплетен и слухов. У каждой партии в самом замке и у
нескольких - за его пределами имелись свои собственные платные информаторы, но они
и в подметки не годились источникам Калли. В основном потому, что ее штат почти
полностью состоял из слуг. Поразительно, как часто высокопоставленные (и очень умные)
люди воспринимают слуг как предметы обстановки. При них они говорят такие вещи,
каких никогда не решились бы произнести даже в кругу собственной семьи. И обо всем
услышанном слуги докладывали Калли. Являясь телохранителем королевы и наследника
короны, Калли считала лучшим ответом на любую угрозу заблаговременную информацию
о том, откуда она может исходить. Это также чрезвычайно способствовало репутаци
...Закладка в соц.сетях
