Жанр: Фантастика
Заговор древних
...о. Уж слишком отчетливо в его
глазах горела жажда мести и желание выслужиться, оправдать доверие. Это
похвально, но чрезмерное рвение тоже ведь не к добру. Белояр сокрушенно
вздохнул.
- Ты хорошо понял меня, Ладомир? Ты должен вызвать меня, - волхв еще продолжал
говорить, но чувствовал, что слова отскакивали от витязя, как от глухой стены.
- Да понял я, что я - тупой! - огрызнулся Ладомир, пряча глаза.
- Вот баран упрямый, - Белояр развернулся к девушке и протянул амулет. - Держи,
отдаю это тебе. Вызывать меня будешь ты, на этого вояку надежды никакой. У него
одна извилина в голове, да и та - шрам от меча.
- Белояр! - начал закипать Ладомир, но Белояр оборвал его.
- Тихо, Ладомир, я вижу тебя насквозь. Думаешь, обзавелся мечом-кладенцом и тебе
море по колено? Драгу соплей перешибить хочешь? Так ведь?
Ладомир опять спрятал глаза.
- Ты даже в глаза мне не смотришь, сукин сын!
Витязь вскинул голову, но, не выдержав горящего взгляда волхва, вновь
отвернулся.
- Тьфу! И зарубите на своих носах - на Руси нужен князь, а не эта бездушная
кукла.
Все дружно оглянулись в угол горницы, где лежал тот, кто еще недавно назывался
великим князем. Теперь это был дурачок, животное, с вечно текущими изо рта
слюнями и бегающими глазами.
Чтобы челядь ни о чем не проведала, Белояр оповестил всех о серьезной болезни
Владимира и погрузил его в глубокий сон. Пока княжий двор приводили в порядок
после разгрома, устроенного василиском, на болезнь князя мало кто обращал
внимание. Однако князь не мог спать вечно, а такая вещь, как слабоумие, рано или
поздно откроется. И скоро, очень скоро по Киеву поползут самые невероятные
слухи, и тогда... Что будет тогда - не хотелось даже предполагать.
- В ваших руках судьба всей страны.
- Да поняли мы, - Ладомир переминался с ноги на ногу, взгляд то и дело тянулся к
выходу.
Волчий Хвост, до этого хмуро наблюдавший за их беседой, поднялся из-за стола и
хлопнул витязя по плечу.
- Что-то я не вижу на твоем лице, сынок, никакого понимания. Белояр, наверное,
плохо объясняет. Я объясню лучше. Ладомир, слушай меня внимательно, я человек
простой, можно даже сказать, очень простой, поэтому буду говорить по-доброму,
коротко и сильно. Или ты, парень, отыщешь этого урода Драгу и вернешь нам князя,
или я сгною тебя в подвале как преступника и пособника этой вражеской лазутчицы!
Толстый палец воеводы ткнулся в сторону Висты.
- Ты хорошо меня понял, Ладомир? - угрожающим голосом спросил воевода.
- Ладно, Волчище, хватит парня запугивать, - подал голос Белояр.
- Запугивать? Ты думаешь, эту наглую морду можно запугать? - воевода с сомнением
окинул взглядом Ладомира. - Этот бугай боится только одного - как бы эта... эта...
грязная шпионка и убийца от него не сбежала! Но ты не боись, Ладомир, не сбежит.
Ни она, ни ты. Уж я вас везде найду. И обещаю, что на дыбе будете болтаться
рядышком.
- Ну, хватит уже твоих добрых напутствий, - прервал его волхв. - Виста, отойдемка
с тобой в сторонку, на пару слов.
Виста медленно, еще не вполне доверяя прозвучавшим словам, придвинулась к
волхву. Она подозревала какую-то ловушку и, по всему видно, весьма изощренную.
Не могли же они взять и просто так ее отпустить, якобы на поиски князя.
Ее взгляд в очередной раз обежал комнату, и с тоской переместился на лицо
волхва. От Белояра веяло такой древней и ужасной магией, что от одного только
взгляда на волхва ее бросало то в жар, то в холод.
- Слышишь меня? - донесся до нее голос волхва.
Белояр чуть встряхнул девушку, и та быстро-быстро закивала головой.
- Я знаю, что Владимир твой отец, и знаю, как он поступил с твоей матерью.
Ладомир мне все рассказал. Ответь мне - ты можешь простить отца? - очень тихо
спросил он.
Несмотря на охвативший ее страх и сильное желание соглашаться с этим человеком
во всем, она так и не смогла выдавить ни слова. Язык внезапно онемел, и тогда
Виста яростно замотала головой.
- Так я и думал, - грустно сказал волхв. - Ты не будешь спасать князя только
потому, что он твой отец, и ты не отправишься за ним ради того, чтобы избавить
Русь от грозящего хаоса. Но я почему-то думаю, что ты можешь сделать это из-за
Ладомира, не так ли?
Глаза волхва заглянули в нее, проникнув до самых потаенных глубин, и Виста
растерялась. Она медленно вздохнула, выдохнула, затягивая время для ответа.
Меньше всего она ожидала от этого чудовища таких слов.
Сердце отчаянно заколотилось в груди, будто требуя от нее немедленного ответа,
но она упорно молчала, глядя куда-то в пол. Молчала, уже даже не пытаясь собрать
воедино разлетевшиеся мысли, молчала, махнув на все рукой.
И не сразу заметила, что уже кивает, соглашаясь с предложением волхва.
- Ну и ладно, вот и поговорили, - в голосе волхва проскользнула ирония, а затем
тон стал серьезен. - Я очень надеюсь на тебя. Ты девушка трезвомыслящая,
понимаешь, что этот мордоворот ввяжется в драку, особо не раздумывая, поэтому
постарайся вызвать меня вовремя, хорошо?
Виста снова кивнула, все также не поднимая глаз. Что-то там появилось в ее
глазах, что-то, чего она не хотела показывать никому.
- Отлично, ступай. А теперь ты, Ладомир, подойди ко мне. А ты, Хвостище, отпусти
его.
Воевода, продолжавший все это время распекать Ладомира, нехотя замолчал, и
витязь, облегченно вздохнув, заторопился к волхву.
- Я знаю, ты умный парень, - сообщил ему волхв. - У тебя была тяжелая судьба, но
ты предан князю также, как и я, также как этот старый сквернослов. Я уверен в
тебе, Ладомир, и знаю, что на тебя можно положиться.
Преданно глядя в глаза Белояра, Ладомир кивал на каждое его слово.
- Я думаю, ты верно понял мой замысел?
Витязь кивнул, лихорадочно соображая, что же именно имеет в виду волхв.
- По глазам вижу, понял. Правильно, я отдал оберег Висте только потому, что у
тебя не будет времени привести его в действие, ведь тебе придется отражать атаки
наших врагов. Твоя задача - дать ей время, чтобы позвать меня, улавливаешь? Вот
и хорошо, а то я уж думал, ты обиделся.
Белояр похлопал по плечу зардевшегося витязя.
- Ну, все, ступайте, ребята.
Виста и Ладомир двинулись к выходу.
- И помните, что я вам обещал, - крикнул им вслед воевода, злобно косясь на
Белояра. Дожил до седой шерсти, старый пень, а не знает, как разговаривать с
людьми!
Когда дверь захлопнулась, воевода яростно набросился на волхва.
- Не понимаю я тебя, волхв, не понимаю. Откуда такое доверие к ним? Видно же,
что шпионка эта вражья задурила мальцу голову, крутит им, как хочет. Едва князя
не зарезали, а ты их же теперь и спасать его послал. Удивляюсь я тебе, выедут за
ворота, поминай, как звали!
- Не горячись, - умиротворяющим голосом сказал волхв. - Ладомир - доблестный
витязь. Он человек чести, и не мне тебе объяснять, что значит для мужчины -
честь.
- Может быть, ты и прав, - заметил воевода. - Ладомир производит впечатление
честного человека, но этой девке я не верю. Как впрочем, и всем девкам.
- И не надо ей верить. Надо просто помнить, что она любит его, несмотря на все
попытки это скрыть. И не мне тебе объяснять, что значит любовь для женщины, -
сказал Белояр, с сомнением покосился на воеводу и задумчиво добавил. - Или всетаки
объяснить?
Тот замахал руками на него и отодвинулся.
- Мне бы твою уверенность в людях, - пробурчал Волчий Хвост. - Может, спал бы
тогда спокойней.
- Не думаешь же ты, старый ворчун, что помимо этих ребят нам больше некого
выставить против Драги?
Волчий Хвост удивленно раскрыл рот и Белояр быстрым движением вернул его челюсть
на место.
- Вижу, думаешь, - удовлетворенно констатировал волхв.
Глава двенадцатая
Легкий ветерок промчался через поляну. Встрепенулись и возмущенно зашелестели
потревоженные листья, но ветерок уже забыл о них, метнулся дальше, взъерошил
волосы на голове девушки и нырнул вниз. Новорожденный язычок пламени вздрогнул,
разросся было, но, словно испугавшись чего-то, съежился и погас.
Никто не хочет жить в этом мире, вздохнула Виста, вновь принимаясь высекать
огонь. Можно было, конечно, и магией, но тратить силы на такой пустяк...
По спине пробежали мурашки и Виста вздрогнула - нечисть! Хотя до ночи было еще
далеко, она пожалела, что не начертила магический круг.
Она бросила настороженный взгляд в лес. Там, в сумерках наступающего вечера,
что-то двигалось в ее сторону, двигалось нарочито шумно, чтобы не было никаких
сомнений - идет друг.
Зашуршал раздвигаемый кустарник и на поляну шагнул Ладомир, сжимая в руке двух
жирных глухарей. Хмуро огляделся, смерил взглядом еще не тронутую огнем горку
хвороста и одарил девушку усмешкой:
- Ну что, никак?
Девушка мысленно потянулась за мечом, лежавшим в двух шагах. Она уже знала, как
будет действовать. Метнуть стальные "звезды" из левого рукава куртки,
перекатиться к мечу, метнуть "звезды" из правого, а затем...
Она не успела ничего сделать. Ладомир укоризненно покачал головой, погрозил
пальцем, и вдруг его облик потерял четкость и стал таять, растекаясь в
полупрозрачное облачко. Оно стало быстро уплотняться, и вскоре на месте Ладомира
сидел совершенно незнакомый человек.
Нет, не человек, поправила себя Виста, существо, принявшее облик человека.
Но, надо признать, мужчина из этого существа вышел хоть куда. Красивые лицо и
фигура, открытый взгляд, но, самое главное - от него исходило какое-то странное
обаяние. Во всяком случае он не вызывал отторжения, неприязни или враждебности,
как большая часть мужчин, попадавшихся в жизни Висты.
- Так я и думал! - воскликнул он, широко улыбаясь.
Виста с трудом подавила желание улыбнуться в ответ.
- Что это ты подумал? - нахмурилась она.
- Что ты - ведьма, - продолжал радоваться незнакомец, прямо-таки светясь от
счастья.
Виста ощутила как помимо ее воли спадает напряжение в руках и ногах, как готовые
к бою мышцы постепенно расслабляются. И чем дольше она присматривалась к
незнакомцу, тем сильнее проникалась к нему симпатией.
Окажись на ее месте простая женщина, та бы уже давно заглядывала ему в глаза,
тая от нежности и желания. Да и Виста особенно не противилась. Она просто
видела, что человек был слишком красив, слишком мужественен, слишком обаятелен.
Все у него было слишком. Для человека. Но, как бы там ни было, Виста украдкой
вздохнула, это был весьма привлекательный мужчина.
Взгляд незнакомца пробежал по девушке и она тотчас ощутила разливающееся по телу
тепло.
- А может оно и к лучшему, - заметил он. - Стало быть, не придется мне тебя
прельщать, очаровывать, соблазнять...
- Ты вообще кто, парень? - небрежно уронила Виста, кое-как обуздав нахлынувшие
чувства.
- Ужели ты не знаешь ничего обо мне? - незнакомец вскинул брови и с
удовлетворением добавил. - Значит, все-таки придется прельщать, очаровывать и
соблазнять.
- Ну уж нет, - замотала девушка головой. - Не трать время попусту. Просто ответь
на мой вопрос. Я не из этих мест, плоховато знаю здешнюю нечисть.
Незнакомец окинул ее изучающим взглядом.
- Нечисть, стало быть? - грустно произнес он, но потом махнул рукой и
улыбнулся. - Ну да ладно, нечисть так нечисть. А кличут меня по-разному. Но
здесь я отзываюсь на имя Змиулан.
- Змиулан, - повторила Виста, усиленно роясь в памяти и вспоминая все, что
рассказывала об этом существе мать, а когда вспомнила, широко улыбнулась. -
Прелестник, Огненный Змей, это все ты, что ли? Красавец-мужчина в полном
расцвете сил?
- Какой уж есть, - Змиулан скромно потупил глаза. - Как говорится, ни отнять, ни
прибавить.
- Так чего же ты хочешь от меня? - ляпнула Виста и поспешно поправилась. -
Впрочем, дурацкий вопрос. И так понятно. Но должна тебя разочаровать, любезный
друг, ничего у тебя не выйдет.
Она улыбнулась ему на пределе своего обаяния.
- Не торопись, красавица, - Змиулан ответил не менее очаровательной улыбкой. -
Конечно, ты не простая селянка, готовая задрать подол за пару ласковых слов. Ты
- ведьма, и страсть для тебя не цель, но лишь средство, не так ли? Поэтому,
помимо удовольствия, ты можешь получить от меня кое-что еще.
- Например? - сощурилась девушка.
- Я скажу тебе, но прежде ответь на мой вопрос, только честно, - Змиулан
взъерошил свои роскошные золотые кудри. - Разве я противен тебе?
Виста усмехнулась, отрицательно качнула головой.
- Твоя внешность безукоризненна, спору нет, впечатление произвести ты умеешь, но
ведь это лишь одно из твоих обличий.
- Ну и что? - горячо возразил он. - Каждый видит во мне то, что хочет увидеть,
то, что ожидает увидеть, наконец, то, чего заслуживает. Разве это плохо,
воплощать человеческие мечты в плоть и кровь? А ты, как человек ищущий, получишь
еще и знания.
- Какие же знания ты хочешь мне предложить? - взгляд Висты затвердел.
- Любые, какие пожелаешь, - Змиулан пожал плечами. - В пределах, конечно, моих
возможностей. Но, заверяю тебя, они у меня немалые. Во всяком случае, заметно
выше, чем у всех человеческих колдунов.
- Всех? - быстро спросила Виста.
- Всех, - спокойно подтвердил Змиулан. - А что, у тебя есть интерес к кому-либо
из них?
- Может быть, - холодно ответила Виста. - Но скажи мне честно, а что ты вообще
можешь?
Змиулан довольно улыбнулся, обнажив ослепительно белые зубы.
- Для такой очаровательной ведьмочки, как ты - очень и очень многое, -
доверительным голосом сообщил он.
- Ты можешь убить? - резко спросила Виста.
- Нет, что ты, я не убийца, - Змиулан недовольно сморщился. - Для этого есть
оборотни.
- Понятное дело, - разочарованно поджала губы Виста. - Так я и думала. Как и все
мужчины - одни только обещания.
- Что за глупости? - воскликнул Змиулан. - Сейчас ты говоришь, как простая
селянка. Но ведь ты ведьма и должна знать, что все в этом мире имеет свой
предел. У всех свои возможности и свои ограничения. Я не могу убивать, не могу
воскрешать мертвых...
- Прямо как джинн, - заметила насмешливо Виста.
- Джинн? - нахмурился Змиулан. - Это который на юге? Да, я кое-что слышал об
этих существах. Пожалуй, ты права, у нас есть нечто общее.
- Пожалуй, - согласилась Виста. - Только джинны исполняют три желания, а у тебя
- только одно.
- У меня не одно, - слащаво улыбнулся Змиулан. - У меня - целых два! Первое -
это твое плотское, а второе...
- Какое такое плотское? - перебила его Виста. - Ты не будишь у меня никаких
чувств.
- Ой ли, девонька? - усмехнулся он.
- Ну, разве что чуть-чуть, самую малость, - улыбнулась она. - Как к любимому
брату.
- Эх, тяжело с вами, ведьмами, - Змиулан сник. - Какие вы все бесчувственные,
бездушные и расчетливые. Никакой чистой любви, то ли дело с обычными бабами.
Он мечтательно закатил глаза.
- Так чего ж ты тогда сюда заявился, дружок?
- Понравилась ты мне, дева, - Змиулан сделал такие серьезные глаза, что Виста
невольно расхохоталась.
- Ну, а найти кого-нибудь и доставить к нему ты можешь? - деловито спросила
девушка.
- Конечно-конечно, запросто, - он снова расцветал, вовсю распространяя вокруг
свое нечеловеческое обаяние. - Хоть прямо сейчас!
- Нет. Сейчас не надо. Я сначала обдумаю твое предложение.
- Я и не тороплю, - он передал ей маленькое перышко. - Возьми это. Когда
надумаешь, подбрось в воздух и призови меня.
Змиулан счастливо рассмеялся и исчез, рассыпавшись искрами, от которых тотчас же
занялся костер.
- Вот стервец, - улыбнулась девушка. - Умеет же делать бабам приятное.
Огонь взялся как нельзя кстати, потому что в следующий миг кусты затрещали и на
поляну ввалился Ладомир, сжимая в руке двух жирных глухарей. Он хмуро огляделся
и Виста едва не расхохоталась, заметив, как он точно повторял повадки Змиулана,
или вернее, как точно Змиулан повторял повадки витязя.
Виста раскашлялась, чтобы Ладомир не заметил рвущегося из нее смеха, и уткнулась
взглядом в землю. И потому не видела, как округлились его глаза, когда он
заметил на земле еще одну пару глухарей. Ладомир бросил какой-то странный взгляд
на девушку, в котором мешалось удивление пополам с уважением, но ничего не
сказал.
После отъезда из Киева они вообще мало разговаривали. Виста догадывалась о
чувствах, переполнявших витязя. События в той злосчастной роще, похоже, оставили
неизгладимый след в его простой душе воина, привыкшей видеть мир лишь в чернобелых
цветах. Восстанавливать отношения Виста поначалу не спешила, надеясь что
Ладомир сделает первый шаг к примирению. Однако со временем пришло понимание,
что витязь скорее удавится, и она поняла, что начинать придется все-таки ей.
После ужина Ладомир вытащил оселок и точильный камень, достал Лунный меч, и
принялся внимательно разглядывать клинок. Кромка лезвия была безукоризненно
ровна, без единой щербинки или зазубрины. Ни разу в жизни Ладомиру не
приходилось видеть такого ровного лезвия. Но едва он решил потрогать его
пальцем, как его остановил резкий крик девушки.
- Эй, ты что, хочешь отрезать себе руку? - осведомилась она. - Этот меч не
нуждается в правке и заточке, и его лучше вообще не вынимать без надобности,
иначе ты рискуешь обрезать себе все выступающие части тела.
- Ты меня принимаешь за дурака? - хмуро отозвался витязь. - Я не настолько
неуклюж, как тебе хочется думать.
- Дело не в тебе, и не в твоей неуклюжести, дело в мече, - сообщила Виста. - Я
слышала, его лезвие настолько остро, что человечий глаз не может разглядеть его
настоящую кромку. Поэтому, если ты еще собираешься пользоваться своими пальцами,
держи их подальше от меча.
Подобрав сухую ветку, Ладомир медленно поднес ее к клинку и тотчас его глаза
поползли на лоб. Не дойдя до меча, ветка разделилась надвое, будто наткнувшись
на невидимое лезвие.
- Убедился теперь? Лучше спрячь клинок, пока еще чего не отрезал невзначай.
Ладомир не ответил. Он подобрал еще несколько веток, с огромным интересом
повторил опыт, пытаясь с разных сторон все-таки разглядеть эту невидимую кромку.
Попытки не увенчались успехом, он разочарованно вздохнул и отложил меч в
сторону.
- Даже не знаю, говорить тебе или нет, - задумчиво проговорила Виста.
Витязь качнул неопределенно головой, дескать, хочешь - говори, нет - не говори.
Виста мысленно выругалась - вот еще заносчивый гордец!
- Хоть ты и не заслуживаешь доброго к себе отношения, - заметила она. - Я всетаки
кое-что расскажу об этом клинке.
Ладомир по-прежнему хранил гордое молчание, и Виста, скрипнув зубами,
продолжила.
- У нас говорили, что этому мечу можно придать любую форму. Похоже, не врали - я
до сих пор помню, как резко он изменился еще в подземелье.
- Может быть, - равнодушно сказал витязь. - Но разве это имеет какое-либо
значение?
- Тебе виднее, - улыбнулась Виста. - Просто я подумала, что ты можешь захотеть
немного удлинить его.
- Нет, не захочу. Меня он вполне устраивает.
- Ладно-ладно, пусть будет таким, - согласилась девушка, не обращая внимания на
его холодный тон. - А еще у нас говорили, что этот меч дается в руки только
избранным, тем, кому суждено уничтожить кого-то, кто мешает богам или просто им
не угоден. В общем, этот меч убивает все живое и неживое.
- А к примеру Кащея Бессмертного им можно завалить? - вдруг оживился Ладомир.
Виста просияла. Не зря говорят, что лучшее средство привлечь внимание мужчины -
это завести разговор об оружии. Вот только ответа на его вопрос она не знала.
Впрочем, сейчас это было не главное. Главное ответить хоть как-нибудь, хоть чтонибудь,
лишь бы проломить, наконец, стену отчуждения между ними.
Они мчались, не жалея коней, нигде не останавливаясь, пересаживаясь на заводных
прямо на скаку, как заправские степняки. Ураганом проносились через веси и села,
стаптывая на дороге всех, кто не успевал вовремя убраться с дороги. Начиная от
кур и гусей и заканчивая замешкавшимися смердами.
Проклятия и ругань, а нередко и камни неслись им вслед, а один раз Ладомир с
удивлением почувствовал, как что-то больно клюнуло его в спину. Сунув туда руку,
он с удивлением вытащил застрявшую в кольчуге стрелу. Хорошую каленую стрелу, с
острым, бронебойным наконечником. От опасной раны витязя спасла лишь безумная
скачка, из-за чего стрела ударила на излете и только слегка поцарапала кожу.
Возмущенный такой наглостью витязь едва удержался от того, чтобы не развернуться
и не проучить зарвавшихся селян. Впрочем, такая возможность ему представилась
очень скоро.
Дорога заметалась между холмами, и вскоре из-за очередного поворота донесся
тревожный гул людской толпы. Что-то знакомое послышалось в этом гуле, что-то
очень близкое и почти родное. Сердце витязя зашлось в сладкой истоме, а все
мышцы заныли, предчувствуя нечто приятное.
И прежде, чем кони вынесли их за поворот, Ладомир наконец понял, что пробудилось
в нем - предчувствие боя, жаркого и страстно желанного боя. Вот только странное
отсутствие характерного железного лязга немного смущало.
Когда же их глазам предстала бушующая орава смердов, напрочь перекрывшая дорогу,
его разочарованию не было предела.
Четыре или пять десятков мужиков бодро и с видимым удовольствием метелили друг
дружку. То и дело над толпой взлетали крепкие кулаки, чтобы затем со смачным
хрустом врезаться в чье-либо перекошенное яростью лицо. Люди рычали, как дикие
звери, отплевывали кровь и разбитые зубы, и с удвоенной яростью бросались в
драку. Иногда из толпы выбрасывали кого-либо наружу. Человек падал, оттирал
окровавленное лицо рукавом рубахи, а затем с ругательствами рвался обратно.
- Ох и любят кулаки наши дураки, - Ладомир зло сплюнул.
Его взгляд с надеждой скользнул по склонам крутых холмов, подпиравших дорогу с
двух сторон и разочарованно вернулся назад. В объезд, пожалуй, будет далековато.
- Что это? - глаза девушки, разглядывавшей во все глаза драку, постепенно
выползали на лоб.
- Не видишь разве? Кулачный бой, как его смерды называют. Хотя, какой это бой, -
Ладомир скривил презрительно губы.
- Ты не любишь кулачный бой? - удивилась Виста. - Ведь ты же воин.
- Кулак - оружие смерда, - уронил он, а затем поучительным тоном добавил. -
Оружие воина - благородный меч. Только последний дурень будет бросаться на
закованного в железо воина с голыми руками.
- Но как же быть если твое оружие сломано или у тебя выбили его из рук?
- Ты пойми, Виста, простую вещь, - стал объяснять Ладомир, удивляясь своему
терпению. - Хороший воин даже умирает с оружием в руках. А если ты теряешь его,
или ломаешь, это значит, ты плохой воин. Ты не умеешь владеть им, и ты обречен.
Конечно, можно попытаться отобрать его у врага. Хотя если тебе противостоит
опытный воин, это бесполезно, и тебе останется лишь погибнуть, как и подобает
воину - в бою. Но никто не будет бросать меч, чтобы сойтись грудь в грудь с
никчемным воином, не умеющим владеть оружием. Поэтому этот кулачный бой - так,
забава для смердов, баловство. Отдыхают они так.
- Отдыхают? - поразилась Виста, наблюдая, как мелькают в толпе огромные, с
голову младенца, кулаки. - А я подумала, убивают кого.
- Как же, убивают, - насмешливо сказал витязь. - Морды опухнут, зубы повыбивают,
да к вечеру разойдутся.
- К вечеру?
Девушка окинула взглядом крепкие, кряжистые фигуры мужиков. Да, пожалуй, такие
бугаи еще долго могут охаживать друг друга.
- Что ж нам, в объезд или ждать до вечера? А если попробовать прямо через них?
- Один бы я проехал. Но вот с вами...
- С кем это с нами? - удивилась девушка.
- С тобой да лошадьми. Еще изувечат вас сгоряча. А лошадей жалко, им-то за что
страдать? - рассудил Ладомир.
Из толпы вылетел и врезался в лошадь витязя низкорослый мужичонка, растрепанный,
красный, как рак, с ошалелыми глазами. Узрев пред собой лошадиную морду он, не
долго думая, шарахнул по ней кулаком со всей дури. Дури в нем было много и
бедное животное негодующе всхрапнуло, попыталось отодвинуться от сумасшедшего,
но Ладомир стиснул его ребра стальными тисками колен, удержал на месте.
Тем временем налитые кровью глаза мужика переместились на всадника, но выразить
свои чувства мужик не успел, потому что витязь с огромным удовольствием впечатал
ему в лоб каблук сапога.
- В следующий раз - убью, - пообещал Ладомир, глядя, как мужик копошится в пыли,
пытаясь подняться.
Тот кое-как взгромоздился на дрожащие ноги, зыркнул исподлобья на витязя и
неожиданно взвизгнул тонким голосом:
- Наших бьют!
Толпа задвигалась, перестраиваясь, прекращая драку, а затем из ее недр выступил
вперед огромный детина. Наголову возвышаясь над остальными, распираемый мышцами
так, что рубаха на нем уже полопалась во многих местах, он выглядел настоящим
гигантом. Даже в латах плечи витязя выглядели заметно уже, чем у него. Виста
метнула озабоченный взгляд на Ладомира, но тот по-прежнему кривился в
презрительной гримасе, а заметив ее тревогу, ободряюще подмигнул.
- Нам повезло. Скоро дальше поедем, - прошептал он.
- Шумило, глянь-ка на этого, - пожаловался мужичонка гиганту. - Я тут стою себе
тихо-мирно, никого не трогаю, а этот как налетит! Мало что чуть не задавил своей
зверюгой, что почему-то на лошадь похожа, так он еще сапогом тычет, вот, едва
башку не сорвал!
Гигант придвинулся к витязю и тот с неприятным холодком отметил, что их глаза
почти на одном уровне.
- Ты чо это? - внушительно пробасил гигант, изо всех сил стараясь придать своему
лицу грозное выражение. - Пошто Киселя обидел?
- Да кулаки у него видать чешутся, - вставил мужичонка. - Эй, вояка, почеши-ка
ты свои кулачки вот об него, - он указал на Шумило, - али забоишься?
Толпа быстро расступалась, расчищая место, и неодобрительно поглядывая в сторону
заезжих. Похоже, никто не сомневался в предстоящей драке.
- Не много ли смерду чести будет? - усмехнулся Ладомир.
Люди возмущенно загалдели, послышалась ругань в адрес трусливого воина, а заодно
и в адрес всей трусливой княжьей дружины. Проняло и Шумилу, его лицо, наконец,
стало по-настоящему злое.
- Ты не бойся-то замараться, - посоветовал витязю словоохотливый Кисель. -
Шумило у нас, считай, уже княжий воин. Не сегодня-завтра уедет в Киев, а с егото
силушкой князья да бояре на части изорвут, да по своим дружинам и растащат.
- Изорвать-то могут, - согласился витязь. - Но
...Закладка в соц.сетях
