Жанр: Фантастика
Дитя Демона или Хроники Хитрии 1. Медалон
...вение вырваться
из-под опеки служителя Церкви. Остальные члены свиты жреца - включая монашек -
также без устали пасли своего высокопоставленного соотечественника, всячески оберегая
его от соблазна грехопадения в логове этих коварных атеистов. "Интересно, - думал
Дженга, - имелись ли у кариенских святош какие-нибудь подозрения касательно
поведения Пайтера во время его прежних посещений Медалона без нынешней армии
соглядатаев?" Монашки столь самозабвенно предавались исполнению своих обязанностей
по охране посла, что его разочарование и безысходность росли как на дрожжах, и вскоре
эти его ощущения можно было чуть ли не потрогать руками. Он ждал, исполненный
тоской и терзаемый раздражением, вынужденный провести бесконечно унылую зиму в
воздержании и беседах на религиозные темы. Элфрон же, покидая Цитадель с пустыми
руками, также чувствовал себя преотвратно, но по другой причине. Дженга так и не
понял, для чего жрецу нужна была Р'шейл, и даже Пайтер вышел из себя, когда Элфрон
предложил ему подождать еще, пока не будет найдена девушка. Что бы там ни замышлял
священник, Пайтер не разделял его энтузиазма - он хотел побыстрее отправиться домой.
Иногда Дженга краем уха слышал, как некоторые защитники перешептывались
насчет того, была или нет на самом деле Р'шейл дочерью Джойхинии, но подобные
разговоры обычно стихали, стоило ему войти в комнату. Неожиданное обвинение,
брошенное Тарджой, явилось для Цитадели громом среди ясного неба. Исчезновение
Р'шейл наводило на определенные размышления, но страх перед Верховной сестрой не
позволял слухам разрастись выше уровня время от времени возникающего шушуканья.
Это была небезопасная, скользкая тема - шпионы Джойхинии казались вездесущими.
Дженга был ей за это крайне признателен - ведь выплыви ее ложь на поверхность, как
тут же выплывет и его собственная тайна, тогда Дайан непременно понесет наказание,
хоть и прошло уже столько лет.
Тарджа мудро воспользовался предоставленной ему возможностью и скрылся из
Цитадели. Дженга с некоторой долей уверенности предполагал, что Р'шейл бежала с ним,
чтобы избежать продажи в Кариен. Однако даже Дэвидд Тайлорсон - последний из
видевших девушку в городе - не имел точного представления о том, куда она в
действительности подалась. Несмотря на поиски, за прошедшие месяцы не выяснилось
ничего более или менее определенного о местонахождении Тарджи и Р'шейл. Имелся
ордер на арест Тарджи по обвинению его в дезертирстве - в случае поимки бывший
капитан подлежал казни через повешение. Р'шейл обвинялась в воровстве - перед
исчезновением она захватила с собой то ли серебряное зеркальце, то ли еще какую
безделушку из апартаментов Джойхинии.
Тарджа всегда был любимым сыном корпуса защитников. Он не потерял уважения
кадетов и офицеров, даже во время изгнания на южную границу. Отчаянное выступление
против Джойхинии также вызвало восхищение его друзей-офицеров - они аплодировали
смелости капитана, хотя многие и сомневались в разумности его действий. Но вот бегство
из корпуса... Покинув защитников, Тарджа нарушил не просто клятву верности Верховной
сестре, а священную присягу воина. Это было непростительно. Дженга знал - об этом
говорили даже в тавернах, - что в случае поимки Тардже лучше не возвращаться в
Цитадель живым: слишком многие офицеры чувствовали себя преданными им.
Тем временем чистка все не утихала, и в рядах защитников все сильнее нарастало
недовольство. Мало того, что им приходилось арестовывать язычников, но и
предоставляемые доказательства и основания для ареста становились все менее
существенными и убедительными. Как подозревал Дженга, имело место немало случаев,
когда соседи доносили друг на друга, чтобы разжиться землей. Поговаривали, что многие
пользуются чисткой, чтобы свести старые счеты. Иные заявляли, что дела так же плохи,
как и двести лет назад, когда образовалась Сестринская община и уничтожила харшини.
Дженге не казалось, что все обстоит именно так, - ведь даже сестры Клинка не отрицали,
что то были смутные времена. Думать, что Джойхиния вновь сознательно возвращает
Медалон во мрак жуткого прошлого, о котором лучше даже и не вспоминать, когда во
главе защитников стоит именно он, лорд Дженга... это просто страшно себе представить.
Он совсем не хотел войти в историю как тиран или мясник.
Дженга открыл дверь кабинета, и дохнувшее оттуда тепло вновь вернуло его мысли
в настоящее.
- Я надеялся, что мне не придется долго ждать, - проговорил Гарет Уорнер,
убирая со стола ноги и даже не подумав принести извинения.
- Устраивайся как дома, не стесняйся.
Командующий разведкой выбрался из кожаного кресла Дженги, уступая место
своему начальнику, и уселся на стоящий по другую сторону стола деревянный стул с
твердой спинкой.
- Как прошла встреча с Верховной сестрой?
- Как всегда.
- Неужто все так плохо, э? - Джойхиния не пользовалась у Гарета Уорнера
особым уважением, но обычно ему хватало здравомыслия держать свое мнение при себе,
- Знаешь, терпеть не могу приносить плохие новости, но, полагаю, дальше будет еще
хуже.
- Тогда это, должно быть, действительно скверные известия, - с тяжелым вздохом
кивнул Дженга. - Что там? Кариенские войска перешли границу? Может, напали
хитрианцы? Или по Стеклянной реке на нас движется фардоннский военный флот?
- Если бы все было так просто... Боюсь, у меня новости о Тардже.
Дженга прищурился:
- Гарет, ты сообщаешь мне о его местонахождении на протяжении всей зимы,
однако все предыдущие донесения на поверку оказывались не ценнее кучки лошадиного
дерьма.
Гарет пропустил едкое замечание мимо ушей.
- Милорд, Тарджа - один из лучших офицеров, когда-либо служивший в корпусе
защитников. Нет ничего удивительного, что до сих пор ему удавалось от нас ускользать.
- Да уж. Меня это не удивляет. Как, впрочем, и то, что вы до сих пор не смогли его
обнаружить. Что у вас на этот раз?
- В деревушке Реддингдэйл произошли некоторые неприятности с патрулем.
- Что случилось?
- На патруль напали. Три человека убиты.
- Неужели жители дали им отпор? Поразительно, что они не додумались до этого
раньше.
- Согласен, нам слишком долго везло. Однако мне кажется, что теперь чистка
заставила язычников переступить черту. Ходят слухи об организованном сопротивлении.
У меня нет пока ничего определенного, но, судя по всему, не все язычники уповают на
милость ботов. Есть и такие, которые готовы сами подняться на борьбу.
- И ты думаешь, инцидент в Реддингдэйле имеет какое-то отношение к
повстанцам? - спросил Дженга.
- Я в этом практически не сомневаюсь.
- А при чем тут Тарджа? Ты сказал, что у тебя о нем плохие новости.
- Он был там, - ответил Гарет. - И Р'шейл, судя по всему, тоже была. Тарджа
убил двоих защитников. Говорят, что третьего - тут я не совсем уверен - убила Р'шейл.
Сержант патруля опознал их.
Дженга покачал головой. Неужели мир действительно настолько сошел с ума, что
Тарджа поднял руку на защитников, а Р'шейл убила человека?
- А сам ты что думаешь? - возможно, трезвые и более непредвзятые рассуждения
Гарета вернут ему хоть немного спокойствия.
- Думаю, что мы столкнулись с организованным сопротивлением, - высказал свое
мнение разведчик, - а Тарджа и Р'шейл имеют к нему самое непосредственное
отношение. Тарджа - бывший капитан защитников, а Р'шейл воспитывалась сестрой
Клинка, имея перед глазами пример Джойхинии Тенраган. Полагаю, что отныне мы имеем
дело не с горсткой фанатиков, Дженга. Принимая во внимание эту нашу парочку, мы
вполне можем оказаться на пороге кровавой гражданской войны.
Глава 17
Тарджа выехал из Цитадели, когда разошедшаяся буря обрушивалась на город
яростными вспышками молний и раскатами грома. Он использовал предоставленный ему
шанс, даже не задумавшись о последствиях своего шага. Тарджа взял лишь свою лошадь,
меч и немного одежды, за исключением красного мундира, который остался лежать на
койке. Он выехал из Цитадели в самый дождь в том самом виде, в котором привык
патрулировать границу во время своей ссылки на юг.
Запахнувшаяся в плащ Р'шейл поджидала его в маленьком поселке Кордэйле.
Девушка была верхом на длинноногой серой кобыле. За спиной у нее болтался небольшой
узел с вещами. Р'шейл захватила с собой смену белья, несколько личных безделушек и все
деньги, которые смогла обнаружить в апартаментах Джойхинии. Ей было значительно
легче решиться на побег, чем ему. Девушку не связывала присяга, не мучили мысли о
предательстве. Она лелеяла в груди зародившуюся в ней холодную ярость, которая то и
дело проявлялась в виде несгибаемого упрямства. Тарджа оставил попытки убедить ее
вернуться обратно, так же как и перестал думать о собственном возвращении. Пути назад
нет.
Поначалу их поддерживали решимость Р'шейл и украденные ею монеты. Конечно,
она не считала их украденными. "Если Джойхиния была готова продать меня кариенцам,
- убеждала себя девушка, - то я тоже имею полное право на часть прибыли". Они
скакали на юг - больше деваться было некуда. На севере лежал Кариен. На юге -
Хитрия и Фардонния. Обе страны довольно просторны, чтобы там могли затеряться два
беглеца из Медалона. Кроме того, Тарджа - профессиональный солдат. Для мужчины с
его навыками открывалось целое поле возможностей, особенно в Хитрии, где семеро
военлордов находились в состоянии непрекращающейся вражды. Р'шейл, с ее
превосходным образованием, вполне могла рассчитывать на место высокооплачиваемой
медалонской гувернантки или даже бухгалтера в одной из многочисленных благородных
южных семей. Как в свое время отметила Беретт, сестры Клинка были самыми
тренированными бюрократами в мире. Так что без всяких споров и долгих раздумий
Тарджа и Р'шейл оказались на пути в Хитрию.
Они были в дороге уже около недели, когда Тарджа вдруг осознал, что
бессознательно решил найти Дамиана Вулфблэйда и пойти к нему в наемники. Защитники
считали наемников отбросами, но в Хитрии и Фардоннии они являлись необходимой
частью жизни. Южане предпочитали пополнять свои армии за счет наемников, чья
способность выжить в сражении определялась личным мастерством и навыками, а не за
счет рабов или ополченцев, чьи мысли были заняты лишь оставленными фермами да
ждущими их дома милашками. Тардже пришлось пересмотреть собственные взгляды.
Отныне роскошь высокой морали была ему не по карману - он дезертир. Его жизнь
закончится, как только он попадется защитникам. Тарджа не сомневался, что Джойхиния
объявила на него безжалостную охоту. Еще бы - он публично оскорбил и унизил ее. Уже
ради этого стоило бросить ей вызов.
Однако путь в Хитрию предстоял неблизкий, а денег, чтобы во время всего
путешествия останавливаться на постоялых дворах, было явно недостаточно. Кроме того,
в окрестностях Цитадели их слишком легко могли опознать. Таким образом, беглецы
удалились от Стеклянной реки и двинулись в глубь страны, в сторону невысоких
Отвесных гор и гор Священной долины, проходя через маленькие хутора и забытые всеми
деревушки центрального Медалона.
Большую часть зимы им удавалось выкручиваться благодаря изворотливости Р'шейл
и охотничьим навыкам Тарджи. Иногда они нанимались на несколько дней к какимнибудь
фермерам, которые охотно предоставляли им горячую еду и кров - теплый сарай
- в обмен на помощь по хозяйству. Беглецы не осмеливались надолго задерживаться на
одном месте. Преследователи шли за ними по пятам. В это время года мало кто решится
совершить путешествие без особой нужды - крестьяне легко вспомнят высокую рыжую
девушку и ее темноволосого спутника, что недавно останавливались на их ферме.
Ярость Р'шейл слегка поутихла, хотя Тарджа справедливо полагал, что не
потребуется много усилий, чтобы распалить ее снова. Девушка начинала воспринимать их
отчаянное бегство как завораживающее приключение. В основном она представляла
собой приятное общество - если только не упоминать в разговоре имени Джойхинии.
Р'шейл никогда не жаловалась и не увиливала от работы. На первой же ферме, где они
попросились на ночлег, Тарджа так и замер от изумления, когда она назвалась его женой,
а не сестрой. "За нами охотятся защитники, - объяснила она чуть погодя. - Если им
придется допрашивать фермеров, то они, возможно, не свяжут милую молодую чету,
направляющуюся навестить своих родственников на юге с преследуемым дезертиром и
его сестрой". Тарджа, конечно, не рассчитывал, что защитников так легко будет обвести
вокруг пальца, но, тем не менее, это казалось мудрой предосторожностью и он не
возражал.
Проводимая Джойхинией чистка значительно усложняла дело. Патрули защитников,
невзирая на погоду, были повсюду, даже там, где не появлялись уже долгие годы. В
крохотной деревушке Альтон в центральном Медалоне беглецы едва ускользнули от
очередного отряда. Тем вечером Р'шейл и Тарджа только-только устраивались на ночлег в
сарайчике одного из домиков, в которых проживало несколько столь тесно переплетенных
родственными узами семей, что было не ясно, где же, собственно, начинается одно и
заканчивается другое семейство. Р'шейл в поисках тепла свернулась калачиком под боком
у брата и погрузилась в легкую дрему. Ноздри щекотал резковатый запах конюшни. За
зиму Тарджа привык к тому, что каждую ночь девушка мирно спит рядом с ним.
По телу разливалась усталость, немного ныла спина - он провел полдня, орудуя
топором. Внезапно его насторожил стук копыт приближающихся лошадей. Тарджа
вскочил и приник к щели между досками в стене сарайчика. Ниже по улице проезжал
патруль защитников. Возглавлявший его лейтенант что-то спрашивал у одного из
крестьян. Вероятно, они и не искали именно их, но ситуация немедленно изменится, как
только солдаты обнаружат здесь дремлющую парочку. Беглецов способен выдать даже
отдыхающий в стойле верный конь - настоящего кавалерийского рысака ни с чем не
спутаешь. Тарджа разбудил Р'шейл и, знаками велев ей соблюдать тишину, молча показал
на выход. Она мгновенно все поняла и, быстро натянув башмаки, собрала нехитрые
пожитки, спешно распихав их по седельным сумкам. Тарджа наскоро бросил седла на
спины лошадей, кое-как затянул подпруги и, набросив уздечки, тихо вывел животных из
конюшни через заднюю дверь. Они не остановились, чтобы должным образом
переседлать коней, пока не оказались в лесочке за пределами деревушки. Затем беглецы
без отдыха скакали до самого рассвета, прервавшись лишь на часок и затем снова
тронувшись дальше.
Молодым людям пришлось проделать немалый путь, прежде чем они снова
почувствовали себя в относительной безопасности.
Инцидент в Альтоне заставил Тарджу пересмотреть планы. Хотя им и удавалось в
течение долгого времени избегать столкновения с преследователями, сильная
изолированность поселений тоже оказалась палкой о двух концах - чужаки посещали эту
глушь не часто, порой это было единственным достойным внимания событием за
несколько недель. Так что не запомнить их было довольно трудно. Тогда
путешественники решили вернуться к Стеклянной реке и двинуться по более населенным
городкам, где странники были скорее правилом, чем исключением. Итак, они взяли курс
на юго-запад, избегая патрулей и деревень, насколько это было возможно, и медленно
приближаясь к реке. Оставалось только надеяться, что уже оставленный ими след
направит поиски по ложному пути.
К тому моменту, когда утомленные путники добрались до небольшого поселка
Реддингдэйл, уже начали появляться первые робкие признаки весны. Воздух становился
теплее, дни немного длиннее, и жители городка потихоньку стряхивали с себя зимнюю
летаргию. Путешественники въехали в Реддингдэйл на закате и остановились на первом
попавшемся постоялом дворе. Они устали спать на земле и решились, наконец, провести
ночь в теплой постели, предварительно посидев у огня и наполнив желудки пивом и
хорошей порцией горячего жаркого.
Было уже довольно поздно, когда на постоялый двор ворвался патруль защитников и
принялся выпытывать у хозяев имена и занятия их постояльцев. Р'шейл и Тарджа сидели в
баре у дальней стены, рядом с дверью на кухню. Прежде чем сесть, они долго выбирали
себе место, откуда бы хорошо просматривался вход и в случае необходимости можно
было бы быстро улизнуть. Как только в бар вломился патруль, Тарджа быстро прикинул
путь к отступлению, а Р'шейл, стараясь не привлекать к себе внимания, стала медленно
подвигаться к краю скамьи. Помещение было довольно длинным, что давало им запас в
несколько минут. В это время один из защитников, видимо посчитав себя оскорбленным
каким-то замечанием хозяина, сильно ударил того в челюсть рукояткой меча.
Дальнейшие события разворачивались столь стремительно, что впоследствии
Тарджа даже не мог припомнить некоторые детали.
Из кухни выскочил мальчишка лет двенадцати-тринадцати - судя по всему, сын
хозяина - и, что-то неразборчиво заорав, бросился на защитников. В своей еще
сохранившей детскую припухлость руке он сжимал маленький нож, на покрасневшем
лице блестели дорожки слез. Мальчик кинулся на обидчика отца. Тот инстинктивно
среагировал на атаку, машинально подняв меч. Не успев даже понять, что, собственно,
произошло, ребенок налетел на острый клинок.
Высокий, пронзительный, душераздирающий крик агонии прорезал прокуренный
воздух бара. Затем завизжали разносившие пиво девушки, заголосил хозяин, и все это
слилось с криками солдат, пытающимися навести порядок. С побелевшим от шока лицом
защитник высвободил меч, и тело мальчика, обмякнув, осело на пол; из раны потоком
хлынула кровь. Кто-то еще - Тарджа даже не понял кто - попробовал атаковать
защитников, последовав примеру мальчика, но лишь повторил его судьбу. Тардже был
прекрасно известен уровень подготовки солдат - полная крестьян пивная не имела
против патруля никакого шанса.
Он бросил быстрый взгляд на дверь кухни, затем перевел его на лицо Р'шейл. И,
прежде чем он успел что-то предпринять; она выхватила из-за пояса кинжал и с
поразительной точностью метнула его в защитника, от руки которого погиб ребенок.
Клинок с глухим звуком вонзился в грудь солдата. Раненый закричал, выпавший меч с
лязгом ударился об пол, вслед за ним тяжело упало тело и его хозяина. У Тарджи даже не
было времени подивиться, где девушка могла научиться этому смертоносному навыку, -
теперь защитники повернулись прямо к ним. Ударом ноги он перевернул стол, опрокинув
его на подбежавших солдат и оголил собственный меч. Р'шейл бросилась в сторону,
отпихнув на безопасное расстояние всхлипывающую служанку и освободив Тардже место
для маневра. Он атаковал нападавшего защитника, прежде чем успел осознать, что делает.
Первый солдат упал замертво, получив страшный удар локтем в лицо, раздробивший ему
череп. Тарджа выхватил у него из руки меч и бросил его поспешившему на помощь
юноше, который отважно пытался отбиться от двоих защитников столовым ножом.
Парень на лету поймал оружие и начал дико размахивать клинком. Непредсказуемость его
действий компенсировала недостаток умения. Тарджа занялся оставшимися солдатами.
В какой-то безумный миг лейтенант понял, с кем он столкнулся в мирной таверне.
Когда до него дошло, что за человек стоит перед ним оба они словно оказались на
островке гнетущей тишины среди царящего вокруг хаоса. Однако лейтенант не прервал
свою атаку.
Тарджа легко отразил удар и словно нехотя нанес ответный, лишь на мгновение
изумившись тому, как снизились нынче требования к уровню фехтования в корпусе
защитников. С такой школой раньше кадет ни за что не получил бы звание лейтенанта. И
капитаном ему теперь уже стать не суждено.
Все это заняло считанные секунды. Сержант патруля отозвал людей, пока стычка не
переросла в настоящую бойню. Тарджа узнал его - закаленный в боях ветеран, имевший
за плечами столько сражений, сколько лет было погибшему лейтенанту, - он верно
среагировал на ситуацию. Защитникам было не развернуться в тесном баре, кроме того,
вокруг вопили посетители, да и не последнюю роль сыграл тот факт, что людей,
сопротивлявшихся солдатам, казалось, не особенно беспокоило, останутся они в живых
или погибнут. Таким образом, сержант скомандовал отступление и отряд начал
пробираться к выходу, отбиваясь от присоединившихся к баталии мужчин и
швыряющихся кружками и тарелками с едой истерически визжащих женщин. Как только
в дверях скрылся последний защитник, Тарджа опустил меч и тяжело оперся на него. При
виде царящей кругом разрухи грудь сдавило гнетущей тоской. Теперь им не было
прощения. Р'шейл поднялась на ноги. Глаза ее метали молнии. Ее снова захлестнула
дремавшая было ярость и обида, которую она питала к Джойхинии.
- Видели - они бежали! - кричал юноша, радостно потрясая мечом. Он стоял на
одном из немногих оставшихся не перевернутым столе, глаза его возбужденно сверкали.
Упадок сил и отрезвление придут позже - Тардже было это отлично известно, - тогда
остынет разгоряченная кровь, и он осознает собственную смертность. - Мы обратили их
в бегство!
- Они ушли, потому что драка была бессмысленна, - устало проговорил Тарджа,
вытирая кровь с клинка, прежде чем спрятать сталь в ножны. - И если у тебя есть хоть
капля мозгов, ты поступишь так же. Они вернутся, и в следующий раз их не застанут
врасплох.
- Однажды я их уже прогнал, - распинался парень. - В следующий раз...
- В следующий раз, если ты будешь столь же глуп, они перережут тебе глотку,
Гэри, - перебил его хозяин. Он сидел на полу баюкая на коленях голову своего мертвого
сына, по щекам мужчины текли слезы. Он поднял глаза на Тарджу - в них застыла боль:
- Благодарю вас за заступничество, сэр, но, думаю, это только ухудшило
положение. Они вернутся.
Тарджа присел рядом с ним на корточки.
- Если вы не сделали ничего, что могли бы поставить вам в вину, то защитники не
будут вымещать на вас зло. Они достаточно благоразумны.
Хозяин только покачал головой:
- Плохо же вы знакомы с их повадками, сэр. Может, раньше так оно все и было, но
не сейчас. Мой сын набросился на защитника. Этого для них вполне достаточно. Теперь
Желанна не может защитить нас.
Желанна. Языческая богиня плодородия.
- Так вы и вправду язычники, - заметил Тарджа с горькой иронией при мысли, что
он убил защитника, спасая еретика. Он посмотрел на Р'шейл, но выражение ее лица было
непроницаемым.
- В соответствии с законами сестер Клинка это преступление, - проронил хозяин
бара, механически перебирая спутавшиеся светлые волосы погибшего мальчика. - Вы
ставите нам это в вину?
Тарджа не ответил. Все то, во что он прежде верил, основывалось на убеждении, что
язычники представляли собой опасность для Медалона. Большую часть своей
сознательной жизни он провел, искореняя языческие культы. Он никогда не думал, что
однажды ему придется выступить в их защиту.
- Что вы собираетесь делать? - поинтересовалась Р'шейл, пробираясь к ним через
беспорядочно сваленные столы и скамьи.
- Бежать, - пожал плечами осиротевший отец, окидывая взглядом то, что осталось
от его заведения. Стоны и плач раненых, казалось, окутывали все вокруг пеленой боли и
страдания. Какая-то женщина в углу пыталась навести порядок, поднимая перевернутые
скамьи. Остальные просто тупо смотрели на это, пораженные случившимся. - Что нам
еще остается?
- Вам есть куда податься?
Хозяин кивнул.
- У одних в соседних поселках есть родственники, которые не откажут им в крове.
Другие, как, к примеру, юные Гэри и Мэнда, находятся вдали от дома. Я очень
беспокоюсь за них. Именно их и схватят защитники в первую очередь.
Тарджа молча согласился. Джойхиния, может, и хочет смести с лица Медалона всех
язычников поголовно, но защитники будут делать это своими методами. Сначала они
постараются обезвредить наиболее опасных с их точки зрения людей. Тех, кто молод и
достаточно горяч, чтобы осмелиться оказать им сопротивление. Безусловно, защитники
действуют в строгом соответствии приказам, но это отнюдь не делает их глупее.
Внезапно трактирщик вцепился Тардже в руку.
- Вы можете им помочь. Вы можете переправить их в безопасное место.
- Для таких, как вы, в Медалоне нет безопасных мест, - возразил Тарджа немного
более резко, чем ему того хотелось. - Сестринская община уничтожит вас.
Хозяин покачал головой.
- Нет, грядет дитя демона. Дитя демона спасет нас. Желанна подала нам знак.
Тарджа поднялся на ноги и посмотрел ему в глаза.
- Желанна может даже написать об этом кровью на небе, но это все равно не станет
правдой. Забудь эту чушь и беги отсюда, пока не поздно.
- Вы боитесь пришествия дитя демона? - придвинулся к ним Гэри.
- Нет, мы просто не верим в него, - ответила Р'шейл. - Да и никто, у кого есть
хоть немного ума, не верит в это.
- Если в тебе жива вера, то ты скоро поймешь, что это правда, - вскинулась
молодая язычница. - Желанна нас защищает.
- Да неужто? - цинично усмехнулась Р'шейл. - Что-то сегодня я не заметила ее
помощи.
- Но она помогала нам, - раздался позади нежный голос. Тарджа обернулся и
увидел у себя за спиной молодую светловолосую женщину. Она была очень похожа на
Гэри, чтобы принять ее за сестру юноши, - та же льняная шевелюра и бледно-зеленые
глаза. - Боги не всегда поступают так, как мы от них ожидаем. Капитан, Желанна
привела вас сюда, чтобы помочь нам.
Тарджа напрягся, когда она обратилась к нему по званию.
- Вы меня с кем-то путаете. Я не военный.
- Вы - Тарджа Тенраган, капитан защитников и сын Верховной сестры. Вы и ваша
сестра находитесь в бегах, и за ваши головы назначено вознаграждение. Ваше
присутствие здесь отвлечет защитников. Они закроют глаза на простых язычников, если
им представится возможность схватить такую добычу, как вы. Таким образом, приведя
вас сюда, Желанна защитила нас.
Тарджа отвернулся от нее и обнаружил, что присутствующие уставились на него,
разинув рты.
- Вы - Тарджа Тенраган? - в голосе Гэри сквозило граничащее с благоговением
восхищение.
- Я никто, - ответил Тарджа. - Оставайтесь и сражайтесь с защитниками, если
видите в этом необходимость. Мы уходим. И пока ваша богиня не сделала вас
неуязвимыми против солдатских мечей, вам следует подумать, а не последовать ли
нашему примеру.
- Мы мож
...Закладка в соц.сетях
