Баллады о Боре-Робингуде 2. из россии - с приветом

страница №10

...сь: тамошних русских мало что за людей не
держат, так еще и устраивают гнусные шоу в стиле здешних "больших процессов"...
И вот нашлись отчаянные ребята, что пошли крошить всю эту азиатскую наркомафию:
показали всему миру, что те диппочтой возят сюда героин, похитили ихнего главаря (якобы
посла) - чтобы выменять на того кучу русских, которых там ни за что, ни про что
приговорили к смерти... Как, по вашему, наши с вами соотечественники, при здешнем
уровне правосознания, воспримут такую историю?
- С восторгом, надо полагать, воспримут! - с ходу въезжает гарвардский. - "Посол,
блин! Посол на хрен!"
- Именно! Так что ребята эти просто-напросто должны сделаться национальными
героями, а вся их операция - стать НАШЕЙ операцией.
- То есть как это - НАШЕЙ? - виснет челюсть у генерала.
- Элементарно, Уотсон. Это именно МЫ нанесли сокрушительный удар по
тюркестанской наркомафии и выслали из страны ее главаря, рядившегося в тогу посла, а
главное - спасли жизнь соотечественников: "Наших - не тронь!". В тесных рамках закона
делать такие фокусы нельзя - затем и создана "Белая рука", которой вроде как и нету
вовсе... Рассказ о московских событиях в СМИ следует вести исключительно в
восторженных тонах, и при этом закадровым рефреном должны идти эдакие
многозначительные смешочки: "Средь бела дня крадут иностранного посла, а все силовые
структуры, типа, никого не могут поймать? Ню-ню!.." Мобилизуйте лучших комментаторов
- вроде этого, небритого... ну, Невзоров для интеллигенции... Далее...

77

За окнами Петровки-38 уже сгустились прозрачные летние сумерки. Майор Лемберт,
пройдя пустым уже в этот час коридором Управления, распахивает дверь своего кабинета и
застает там Сергуню с Олежеком.
- Какого черта вы еще не дома?
- Вас дожидаемся, Александр Арвидович! - опера-мордовороты сейчас более всего
смахивают на парочку лохматых щенков, истомившихся в ожидании Хозяина. - Что-то не
так?
А и верно - с сенсэем явно неладно! "Арийская морда" под седеющим ежиком как
всегда непроницаема, только вот губы старшего опера (это хрен спрячешь!) приобрели ту
голубоватую бледность, что очевидным образом взывает о таблетке валидола либо о стакане
коньяку... Майор пару секунд хмуро глядит на подчиненных, а затем залихватски
взмахивает рукой:
- Ладно, пошли, выпьем, что ль! Я нынче при деньгах...
- Так ведь зарплата только послезавтра, Александр Арвидович! -изумляется старший
группы, Олежек.
- Это у вас зарплата, а у меня - выходное пособие. А поскольку я в отпусках не бывал
хрен те сколько лет, то и выходного пособия этого накопилось - до хренища. Ладно, в кои-то
веки - гульнем! Сергуня, - тут майор извлекает из кармана кипу лиловых пятисоток, - ты
назначаешься старшим за загул...
- А что с комитетчиком, сенсэй? - тихо спрашивает Олежек. - Или мы где-то
лопухнулись?
- Мы все делали верно. Но комитетчик уже пьет водку у себя дома; а поскольку я даже
постфактум не могу объяснить, как такое могло случиться - меня и в самом деле пора на
свалку, ОНИ правы...

78

Пыльнолицый "эксперт по кризисным ситуациям" продолжает четко рулить
совещанием:
- Победа строится лишь из осколков поражения. Перед проигравшим всегда открыто
больше возможностей, чем перед победителем, но об этом часто забывают... оттого-то столь
незавидна судьба победивших в мировых войнах - сперва Франции с Англией, потом
Советского Союза. И перед нами сейчас стоит задача: обратить в победу то поражение, что
нанес нам этот самый Робингуд. Подчеркиваю: не латать дыры, минимизируя причиненный
ущерб, а обратить ВСЮ ситуацию себе на пользу.
- Ладно, изобразить хорошую мину при плохой игре, и сделать вид, будто на
похищение этого наркопосла был наш негласный приказ - это понятно, - вступает
гарвардский. - Но что тут можно обратить себе на пользу?
- Существование "Белой руки", разумеется!
- Не понял... - озадачивается на дальнем конце стола некто в штатском. - У нас есть
целых три сверхсекретных подразделения для выполнения подобных задач; зачем нам еще
одно?
- Именно затем, товарищ генерал-полковник, что ваши подразделения -
сверхсекретные, а "Белая рука" будет действовать открыто, с шумом и помпой. Нам не
нужна "Никита", о существовании которой известно трем человекам на свете; нужен, если
искать аналогии, Фантомас на службе Французского правительства...
- То есть фактически это вариант латиноамериканских "Эскадронов смерти"? -
уточняет гарвардский. - Тайная полиция, на действия которой невозможно пожаловаться,
поскольку ее вроде бы и не существует в природе?
- Именно так! Обратите внимание: этот чертов англичанин, Миллидж, ничуть не
усомнился, что имеет дело с сотрудниками российских спецслужб. А существование такого
"Эскадрона смерти" в отечественной аранжировке было бы воспринято общественным
мнением чисто на ура: престиж милиции и суда - на нулевой отметке, и кто защитит
простого человека от беспредела? Люди напуганы и озлоблены, они едва ли не поголовно
голосуют за возврат смертной казни и введение упрощенного судопроизводства; на себя
самого это упрощенное судопроизводство никто, естественно, не примеряет: "Мне-то чего
бояться - я, чай, не бандит и не Чубайс!" Мало того; я тут недавно проводил анализ, - с
этими словами пыльнолицый лезет в свою обтрепанную синюю папку, - и оказалось, что
этими мотивами переполнена вся современная российская беллетристика, особенно
фантастика. Романтизация, чтоб не сказать поэтизация, эскадроноподобных контор для
бессудной расправы - это теперь общее место. Почва подготовлена, господа - пора сеять!

- Гм! Убедительно, - кивает некто в штатском. - Совершенно не вижу, почему бы не
попробовать. Только вот кто этот самый "Эскадрон" возглавит?
- Как - кто? Сам Робингуд и возглавит!
По собравшимся за столом проходит рябь изумления.
- Вы думайте, чего говорите! - выражает общее настроение некто в штатском. -
Может, его прямо сразу министром внутренних дел назначить?
- Министром внутренних дел его назначать не стоит, - спокойно отвечает
пыльнолицый. - То кресло кого хочешь перемелет - через пару лет ваш романтический
атаман отрастит неподъемную задницу и начнет исправно брать взятки. А вот должность
командующего "Белой руки" - это как раз для него.
- Но он же бандит!
- Конечно. Раз бандит - значит смел, инициативен, незашорен... впрочем, в его
спецназовском досье всё так и записано. И, между прочим, своей мафиозной деятельностью
на оружейном рынке он принес стране больше реальной пользы, чем всё "Росвооружение"...
А вообще насчет назначения бандитов на государственные посты есть вполне
положительный зарубежный опыт: берешь, к примеру, пирата Генри Моргана, учиняешь ему
крутой апгрейд до сэра и губернатора - и отлично пашет! Я уж не говорю про мэтра
Видкока...
- Насчет сэра Генри Моргана и сэра Фрэнсиса Дрейка - это вы хорошо ввернули, к
месту, - согласно кивает гарвардский. - Если у британцев вышло, отчего бы и нам не
попробовать? Меня другое волнует: а что, если этот самый Робингуд просто откажется?
Сочтет, что благородному разбойнику идти в стражники - западло?
- Тогда мы просто назначим Робингудом кого-нибудь еще, - пожимает плечами
пыльнолицый, - а этого сотрем : "Нэзаменымых у нас нэт!" Еще вопросы?... нет? Тогда
начинаем работать.
Первое. Самолет из Тюркбашиабада уже на подлете - кому-то надо двигать в аэропорт,
организовать там встречу освобожденных: телевидение, представители ФСБ и
администрации Президента, многозначительно уклоняющиеся от комментариев, военный
оркестр, исполняющий что-нибудь патриотическое, вроде "С чиво-о-о начинается Родина..."
В общем, это должна быть такая сводящая скулы безвкусица, чтоб всякому было ясно: это -
государственное предприятие.
Второе. Племянничку-послу - по заднице мешалкой. Официально объявить его
персоной нон-грата нельзя ни в коем случае, но всё это должно идти под крайне прозрачный
аккомпанемент антигероиновых репортажей. Это - МИДу.
Третье. В СМИ должна начаться компания популяризации "Белой руки" - этим
займусь я сам; долгосрочный пиар поручить Глебу Петровскому. Параллельно одному из
этих трех ваших спецподразделений, товарищ генерал-полковник, придется стать на время
"Белой рукой"; детали мы с вами оговорим в рабочем порядке.
Четвертое, и самое главное. Всех, кто имел хоть какое-то отношение к этой истории,
следует... - тут пыльнолиций на секунду запинается, ибо на экране его ноутбука загорается
срочное сообщение, и многозвездный генерал сходу бухает:
- Ликвидировать? Ну, это само-собой!
- Никак нет, генерал, - чуть заметно вздыхает пыльнолицый (вот уж воистину - тот,
кто носит медный щит, тот имеет медный лоб...). - Не только не ликвидировать, но,
напротив того, наградить орденами. Повторяю - ВСЕХ.
- Но зачем?.. - чувствуется, от мыслительных кульбитов "эксперта по кризисным
ситуациям" головы у всех прочих членов Синклита положительно пошли кругом.
- Исключительно затем, чтобы одним из этих награжденных - на глазах у всей страны,
в прямой телетрансляции - стал Робингуд. Если он примет орден из наших рук - он НАШ, со
всеми потрохами: это - как расписка кровью. Если откажется... Но он не откажется: я
сделаю ему "предложение от которого нельзя отказаться"...

79

Майор Лемберт в компании Сергуни и Олежека мрачно гуляет в средней руки кабаке.
Рядом оттягивается компания конкретных пацанов - человек пять или шесть. Слово за слово,
хреном по столу - возникает драка. Майор, работая в стиле скорее Стивена Сигала, нежели
Чака Норриса, укладывает братву в штабель. Подошли молодые аристократы и учтиво
поздравили с победой:
- В вас чувствуется школа, настоящая школа, благородный дон! Кстати, в нашем банке
не далее как вчера открылась вакансия в службе безопасности. Не хотели бы вы подумать?..
Майор отрицательно качает головой:
- Самураю торговать западло... Я не хотел обидеть вас, ребята. Выпьете?
- Почтем за честь, благородный дон!

80

В Шервуде Робингуд с Подполковником просматривают нечто вроде дайджеста
телепрограмм.
...Новости РТР. В Аэропорту - помпезная и бестолковая встреча освобожденных:
телевидение, представители ФСБ и администрации Президента, многозначительно
уклоняющиеся от комментариев, военный оркестр, исполняющий "С чиво-о-о начинается
Родина..." Вокруг - два кольца охраны ("Наркомафия не дремлет!"); приблизиться к
прибывшим не дают никому - в толпе мелькает Ванюша, пытающийся подать какой-то знак
брату, но тщетно: тот не видит. Затем освобожденных рысью гонят к автобусу, оцепленному
автоматчиками в камуфляже - "...Встреча была продолжена в здании правительства".
..."Криминальная хроника". Изрешеченный пулями вольво: "Два часа назад в районе
Садовнической набережной неизвестные расстреляли из автоматов иномарку, за рулем
которой находился полковник Службы внешней разведки Парин; водитель скончался на
месте. В городе был введен план "Перехват", но результатов он пока не дал. Полковник
Парин был недавно задержан по подозрению в причастности к транспортировке наркотиков
через посольство республики Тюркестан, однако он был почти сразу освобожден.

Ответственность за этот теракт взяла на себя организация "Белая рука"; в редакции ведущих
СМИ присланы от ее имени пакеты документов, неопровержимо - по мнению террористов -
доказывающих причастность полковника СВР к наркобизнесу и к организации убийства
троих сотрудников милиции." На экране - протокольная рожа, похожая на генпрокурора: "Я
категорически опровергаю причастность государственных силовых структур к деятельности
пресловутой "Белой руки"! Суд Линча - это не наш метод..."
...Аналитическая программа "Секретные миссии". Кадры кинохроники - Алжирская
война: французские парашютисты, проводящие "зачистку" арабского поселка, французский
детский садик в сеттельменте, взорванный исламистом-камикадзе; де Голля, пожимающего
руку Бен Беллы, сменяют искусственно состаренные под "пленочную" хронику
Хасавюртские телекадры - Лебедь с Масхадовым. "...В ноябре 1958 года на шоссе близ
Бонна была расстреляна машина "посла" алжирского Фронта национального освобождения в
Западной Германии Аита Ахсене - исполнявшего в Европе те же примерно функции, что
нынешние эмиссары Мовлади Удугова. Ахсене стал лишь одной из множества жертв той
тайной войны, которую развернули против сепаратистов французские спецслужбы -
внешняя разведка SDECE и территориальная контрразведка DST. Чтобы скрыть роль
французского правительства в этой операции, ими была создана "организация-маска" под
несколько опереточным названием "Красная рука" (обратите внимание на созвучия!),
которая и брала на себя ответственность за покушения. На самом деле "Красной рукой"
руководил штаб, сформированный из представителей DST и трех отделов SDECE -
аналитического, "службы 7" и оперативной службы (та самая "Аксьон Сервис", что известна
отечественному читателю по знаменитому детективу Форсайта "День Шакала"). ...Особое
внимание "Красная рука" оказывала "коллаборационистам" - французам, оказывавшим
прямую или косвенную помощь арабским сеператистам. В 1959 году был взорван в своей
машине Жорж Пушер - крупный торговец оружием, ведший дела с Фронтом национального
освобождения. В том же году погиб от взрыва бомбы-бандероли Жорж Лаперш -
интеллектуал левого толка, успешно лоббировавший интересы Фронта во французских
СМИ. Последняя история прямо заставляет вспомнить так возмутившие всю российскую
"прогрессивную общественность" чеченские злоключения некоего репортера радио
"Свобода": прямо скажем - ПОКА авторитарное российское руководство обходится с
"коллаборационистами" куда мягче, нежели в свое время правительство гуманной и
цивилизованной Франции..."
..."Джентльмен-шоу"; толстомордый ведущий, который за джентльмена сошел бы
разве только в привокзальном сортире какой-нибудь африканской страны Британского
содружества, где по унаследованной от колонизаторов традиции пишут не "М", а "For
Gentlemen": "А вот анекдот номер семь нашей десятки: остался олигарх один дома, а радио и
передает: "Олигарх, олигарх - Белая рука поднимается по лестнице"... Га-га-га!"...
Подполковник выключает телевизор.
- Ну вот, Боря: дракон вылупился. Британец попал в яблочко: они ведь умные - старая
и усталая колониальная держава...
- Кретины, - убито откликается Робингуд. - Сколько ж можно, в одни и те же
наперстки и на одни и те же грабли... Но сами-то они на что надеются? На "подарок
Полифема" - что их-то самих этот дракон сожрет последними?.. Так ведь хрена!
Тут звучит вызов спутникового телефона, и начштаба, бросив на атамана удивленный
взгляд, поднимает трубку:
- Слушаю. А, Борис Моисеевич... Так... Так... Сейчас даю его самого... - с этими
словами он протягивает трубку Робингуду, прикрывая ладонью микрофон: - Похоже, Боря,
нам делают "предложение, от которого нельзя отказаться"...

81

По охраняемой автостоянке близ Петровки-38 ("Внимание! Только для автомашин
сотрудников Управления.") степенно вышагивает - пузо вперед - вислощекий милицейский
генерал. Достигнув своего вишневого мерседеса, он протягивает было руку к дверной ручке
- но тут же отпрыгивает назад как ошпаренный, с удивительным для такой туши
проворством: на боковом стекле налеплен черный круг с белой пятерней (рисунок, правда,
несколько отличен от робингудового: пальцы пятерни не растопырены, а тесно сжаты), а на
сидении водителя лежит коробка из-под конфет, соединенная с запорами дверцы
несколькими разноцветными проводками.
...Машины со стоянки отогнаны, у вишневого генеральского мерса работают минеры;
из должного отдаления всё происходящее снимают ушлые телевизионщики. Старший
команды минеров, безуспешно провозившихся минут десять с запорами дверцы,
красноречиво разводит руками, обратясь столпившемуся поодаль милицейскому начальству
- "Не выходит каменный цветок!" Вислощекий хозяин машины раздраженно машет рукой в
том смысле, что - "Феликс Эдмундович, ломайте!"
На сцене появляется новое действующее лицо - последний оргазменный крик японской
техники, робот-минер, чем-то напоминающий безногого инвалида на тележке. "Инвалид"
подъезжает к мерсу, вытягивает раздвижную "шею", приподнимая на нужный уровень
"голову" с оптическими системами, затем расправляет "руку"-манипулятор и одним ударом
вышибает стекло противоположной от водительского места дверцы; вислощекий болезненно
крякает, и физиономия его идет горестными морщинами. "Инвалид" меж тем извлекает
наружу зажатую в "пальцах"-присосках конфетную коробку с оборванными проводами и
бесстрастно сообщает в микрофон: "Ложный вызов! Следы взрывчатых веществ
отсутствуют!" Генерал, судя по выражению лица, обдумывает - не поставить ли ему
минеров на счетчик; телевизионщики азартно берут крупные и мелкие планы.
Командир минеров принимает из "пальцев" японского чуда треклятую коробку и
бестрепетно открывает ее: внутри - какие-то бумаги.

- Товарищ генерал! Осмелюсь доложить, - со швейковскими интонациями возглашает
он на всю округу, мимолетно ознакомясь с содержимым коробки, - это для вас. Налоговая
декларация...
- Чево-о?! Какая еще декларация, в натуре?
Ах, как это неосмотрительно иной раз - задавать риторические вопросы! Можно ведь и
ответ получить...
- Предложение уплатить налоги с мерседеса и двух джипов, трех элитных квартир в
Москве общей площадью 815 квадратных метров, двух особняков на Николиной горе, двух
вилл - на Багамах и во Флориде, - без запинки отвечает на запрос начальства минер-Швейк,
скользя взглядом по графам документа. - Тут еще насчет банковских счетов - Лихтенштейн,
Люксембург...
- Ма-а-алчать!!!
- Слушаюсь! - ест глазами начальство минер; ну не идиот ли?!
Тут уж молчи - не молчи, а телевизионщики-то пашут как папы Карлы...
- Дай сюда! - вислощекий в сердцах вырывает бумаги из рук болвана-подчиненного;
при этом (вот пень криворукий - а еще минер!) веером рассыпаются какие-то фотографии -
прямо под ноги братанов-генералов...
- Петр Иваныч! - остолбенело переводит взор с фото на вислощекого - и обратно на
фото самый многозвездный из них. - Так ты, выходит, педофил?!
- Фальшивка! - хрипит разом приобретший свекольный окрас вислощекий и хватается
за шею, будто в отчаянной попытке растянуть ту удавку, что уже накинул на него
суперкиллер по кличке "Кондратий". - Фальшивка, падлой буду! Век воли не видать!
Вокруг него немедля возникает пустое пространство, в коем, судя по реакции зорких
соседей, так и кишат бациллы проказы со спидом и прочие мандавошки.
- А насчет виллы во Флориде и лихтенштейнского счета - тоже фальшивка? -
проницательно щурится многозвездный.
- Да! - запальчиво выкрикивает жертва "Белой руки". - То есть нет... то есть да!
- С тобой всё ясно, - выносит вердикт многозвездный - вид при этом имея столь
просветленно-неприступный, что всякому должно быть ясно: уж сам-то он живет на одну
зарплату, ну - плюс лекции на юрфаке... Тут откуда ни возьмись выныривает его адъютант с
почтительно протянутой трубкой спутникового телефона правительственной связи.
Многозвездный обменивается с невидимым собеседником несколькими тихими репликами,
после чего громко и с явным удовольствием произносит:
- Да вот он тут, рядом, стоит - собственной персоной! Передать ему трубку?
Слушаюсь!
Повинуясь кивку многозвездного, трубка откочевывает в липко вспотевшую десницу
вислощекого.
- Я... Так точно... Но майор Лемберт уволен из рядов... за поступки, порочащие честь
офицера милиции... служебное расследование не возбуждали, но... так точно... никак нет...
как можно!.. Нынче же после обеда... в смысле - немедля!
Адъютант вежливо извлекает трубку из ослабевшей генеральской длани - а то еще,
неровен час, обронит... Трубка сия - заметим - оказала, похоже, на вислощекого поистине
волшебное терапевтическое воздействие: оттянула кровь так, что свекольный оттенок исчез с
его физиономии без следа, и инсульт (до которого было рукой подать) генералу уже явно не
грозит. Правда, теперь генеральскую физиономию, вместо свекольной красноты, заливает
такая огуречно-зеленоватая бледность, что впору задуматься уже не об инсульте, а об
инфаркте, но тут уж ничего не попишешь: любое лекарство имеет побочные эффекты...

82

- Так ты решил идти? - нарушает наконец молчание Подполковник.
- Да.
- Они убьют тебя, Боря - тут "Nothing personal". Если, конечно, ты и вправду не
примешь из их рук железяку , сделавшись одним из них...
- Если я не пойду, они убьют Ванюшиного брата. А скольких людей сожрет потом этот
их Дракон, мне страшно даже представить...
- Ты решил изменить своему амплуа благородного разбойника и попробовать себя в
роли благородного рыцаря ?
- Дракона впустили в мир мы, стало быть и разбираться с ним - нам. Конкретно - мне.
- Поздно...
- Нет. Пока еще остается шанс - последний. И я думаю сделать вот что...
...Некоторое время Подполковник сидит в неподвижности, полуприкрыв глаза -
обдумывает план Робингуда.
- Что ж, - поднимает он наконец взгляд на атамана, - это настолько глупо, так
фантастически, запредельно наивно, что и вправду может сработать!.. Да, Дракона ты,
может, и убьешь - но остаться в живых самому это тебе не поможет ни на грош; скорее
наоборот. Это ты понимаешь?
- Да. "Делай что должно - и будь что будет"... Техническую подготовку операции
возлагаю на вас. Вопросы?
- Да какие уж тут вопросы...
- Ну и ладненько. Пойду-ка я в город, погуляю... напоследок. Встречаемся завтра, на
обычном месте.
- Боря!.. А может, всё таки...
- Нет. Если что - командование примешь ты. До завтра!

83

Робингуд неспешно и без видимой цели шагает по многократно изломанным, круто
падающим к Москве-реке переулкам между Плющихой и Саввинской набережной.
Разглядывает забавные особнячки и купеческие доходные дома, проходит во дворы, где не
требуется особых спиритических талантов, чтобы вызвать дух Поленовского "Московского
дворика". Спускается на пустынную набережную, некоторое время с затаенной усмешкой
глядит на север, в сторону Бородинского моста: "...И пораженье от победы ты сам не должен
отличать". Вновь возвращается в переулки. Жарко; неопрятные комья тополиного пуха
покоятся под бордюром тротуара как умирающие медузы, выброшенные штормом на
прибрежную гальку.

84

- Знаешь, ты сегодня какой-то не такой...
- Лучше? или хуже?
- Не знаю... Ты слишком уж нежен со мною - будто прощаешься... Я стала тебе в
тягость?
- Совсем наоборот. Но ты угадала - может случиться так, что мы больше не увидимся.
- Вот оно как... Это - тот новый боевик твоего сочинения? Чем там кончилось?
- Ну, чем может кончиться боевик? - хеппи-эндом, разумеется... А вот дальше,
похоже, началась легенда. Такие дела.

85

"Коней они пропили..."
Сергуня и Олежек банку держат классно, но доза все же сказывается, особенно на
Олежеке. Майора же хмель не берет вовсе - так иной раз бывает; просто потом будет щелчок
- и отрубится разом, вмертвую.
Тут рядом с их столиком возникает, будто соткавшись из алкогольных паров,
абсолютно неуместный в здешнем заведении щеголеватый офицер с синими петлицами
кремлевской охраны и козыряет экс-оперу:
- Подполковник Лемберт, я не ошибся?
- Майор Лемберт, - щурится тот. - В отставке...
- Вы пьяны, подполковник, - холодно чеканит порученец. - Вашего рапорта об
отставке в делах не обнаружено, никакого приказа по Управлению относительно вас не
было... если не считать приказа о досрочном присвоении вам очередного звания и
представления к правительственной награде. Вы находитесь на службе, так что извольте
привести себя в порядок: через четыре часа вас хочет видеть Верховный
Главнокомандующий. Прошу следовать за мной.
- Ё-моё, - только и может выдавить из себя Сергуня, провожая взглядом удаляющегося
сенсэя. - Ну, вы, блин, даете...
Тут как раз оживает и Олежек - воздвигается над столом, опершись о столешницу
пудовыми кулачищами, и сообщает напарнику конспиративным шепотом, от которого
взвякивают бокалы у дальней стойки:
- Я в с-с-сортир!..
На этом месте он вдруг осекается, замечая непорядок в диспозиции:
- С-сергуня!! А где с-сенсэй?!
- В Кремль уехал, - невозмутимо ответствует тот.
- Не п-понял... А чё, поближе тут с-сортира нету?..

86

Бээмвэшка притормаживает у ограды Александорвского сада. Последние рукопожатия
- с Ванюшей за рулем и Подполковником на заднем сиденье, - и Робингуд высаживается на
тротуар:
- И не вздумайте тут торчать, ясно? Останусь жив - головы поотрываю!
- Ну тебя на хрен, Боря, с твоими шуточками...
Ванюша обиженно трогается в сторону Исторического музея, а Робингуд пару секунд,
сощурясь, озирает логово Дракона - кремлевскую стену. Экипирован наш благородный
рыцарь престранно: безвкуснейший малиновый пиджак (каких уж лет несколько как никто
не носит), на шее - золотая цепь якорных параметров, кастет из перстней - одним словом,
карикатура на конкретного пацана начала девяностых, "златая цепь на дубе том"...
Пройдя по дорожкам Александровского сада, Робингуд поднимается по мощеной
аппарели, ведущей к воротам Боровицкой башни, через которые заезжают в Кремль
членовозы. Сейчас ворота заперты, отворена лишь пешеходная калитка. Безмолвная стража
пропускает атамана в замок. Жара...

87

На подходах к Георгиевскому залу Кремлевского дворца Робингуд натыкается на не
вполне протрезвевшего Лемберта: тот разглядывает грандиозное, семь на восемь, батальное
полотно кисти не то Омлетова, не то Мылова - "Господин президент на обстреливаемых
позициях":
- Слышь, Борь, - а почему он высотном костюме и гермошлеме? Или это такой крутой
постмодерн?
- Ага. Типа, аллегория...
Тут только до старшего опера доходит некоторая неуместность пребывания в этих
стенах бандита, пусть даже и "благородного".
- А ты чего тут делаешь? Да еще и в таком попугайном виде?
- Да вот, орден желают мне вручить...

- Иди ты!..
- В натуре! С той поры, как патриарх Алексий повесил высший церковный орден
Михасю, государство покой потеряло: как это, у тех есть в коллекции авторитет-ордноносец,
а

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10

Закладка в соц.сетях