Жанр: Фантастика

Баллады о Боре-Робингуде 2. из россии - с приветом

сторінка №4

до уж держаться чего-то одного, а иначе - точно кранты... Ну а я как раз из
тех, кто привык обходиться без пугача под мышкой.

21


- События развернутся во-он перед той подъездной дорожкой, на нашей стороне шоссе.
Прикиньте, мистер Миллидж - нормально вам отсюда будет, в смысле дистанции? Ближе
нам подбираться крайне нежелательно; я имею в виду - пока не закончится силовая фаза
операции...
Репортер профессионально озирает поле грядущей битвы. Бээмвэшка, на заднем
сиденье которой разместились они с Подполковником, пришвартовалась на обочине Южного
шоссе - кормою к Аэропорту, носом к Москве; вокруг, сколько хватает взгляда,
простирается лабиринт бетонных заборов и корпусов индустриального предместья, к коему
как нельзя лучше приложимо жутковатое словцо "промзона"; метрах в ста впереди маячит
обсаженный кладбищенского вида елочками кубик поста ГАИ с площадкой отстоя машин
позади него.
- Зависит от того, что мне предстоит снимать. Все-таки далековато, мелкие детали
могут уйти ...
- Не страшно. Отсюда вам предстоит заснять, как наши люди останавливают... некий
транспорт; при этом возможна... небольшая стрельба. Когда всё кончится, мы подойдем к
захваченному автомобилю, и вы во всех деталях отснимите его груз. О-кей?
- Бог ты мой, - не скрывая разочарования откликается англичанин. - Небось,
очередной трейлер из Таджикистана с пятью килограммами маковой соломки на борту?
- Ну-ну-ну, мистер Миллидж! Пять кило маковой соломки и без нас с вами покажут
вечером по всем телеканалам - очередная победа нашей славной милиции над наркомафией.
Для этого нет нужды привлекать репортера с вашей репутацией и связями.
- Понял: это будет машина очень крупного милицейского чина, или человека, близкого
к Президенту! Из тех "жен Цезаря", чьего обыска законным способом в России добиться
невозможно...
- Гораздо теплее, но не то... Видите ли, мистер Миллидж, одиночкам и мелким
наркодиллерам, вроде этих самых шоферов-дальнобойщиков из Азии, позволяют
существовать лишь затем, чтоб их можно было периодически ловить и предъявлять публике.
Главный, бесперебойный канал поступления в Москву жестких наркотиков - это посольства
так называемых "новых независимых государств"; их героиновые транспорты прикрыты
принципом экстерриториальности и дипломатическим иммунитетом...
- Постойте-ка! А та история с таджикским послом - она ведь даже попала в российские
СМИ...
- Ого! У вас прекрасная память, мистер Миллидж... профессиональная. Вы имеете в
виду, как пограничники наплевали на дипломатический иммунитет таджикского посла и
вытрясли из его машины двадцать кило героина? Правда, та история случилась как раз не в
России, а в Казахстане...
- А чем там, кстати, кончилось? Из СМИ всё исчезло почти сразу...
- Ничем, естественно. Назавтра речь шла уже не о "таджикском после", а лишь о
"машине таджикского посла": шофер всё взял на себя, посол получил возможность
изображать оскорбленную невинность, власти сделали вид, будто верят и потушили
скандал...
- Постойте-ка, мистер Александер... Уж не собираетесь ли вы напасть на машину
одного из этих азиатских наркопосольств?!
- Именно так.
- Но это же нарушение международных законов!.. Цивилизованное государство не
вправе вставать на одну доску с мафией...
- Должен вам заметить, мистер Миллидж, что апелляция к нерушимости
"международных законов" в устах представителя державы, где арестовывают иностранных
сенаторов, легально въехавших в страну и прикрытых дипломатическим иммунитетом... а
потом устраивают интервенцию против европейского государства с законно и
демократически избранным правительством и международно-признанными границами, дабы
поддержать мятеж тамошних сепаратистов... Вы не находите, что это - ну, очень смешно?
Тем более, у вас там, помнится, прецедентное право - вы улавливаете мою мысль?.. Это,
впрочем, так, к слову. Главное - а с чего вы, собственно, взяли, что мы представляем
"государство" и оттого "не вправе вставать на одну доску с мафией"?
- Простите, но я, кажется, не поспеваю за вашими силлогизмами, мистер Александер...
- Ну, это очень просто. Вы можете считать нас представителями некой спецслужбы -
но это лишь ваши домыслы: я их не подтверждаю, хотя и не опровергаю. А на самом деле,
мистер Миллидж, мы - просто разбойники, гангстеры... GOP-STOPNIKI. Ну, вы же слыхали
про разгул преступности в России: грабят автобусы с челноками, грабят такси с интуристами
на трассе Шереметьево-Москва - прямо как диллижансы на дорогах доброй старой Англии
во времена Дика Тэрпина ...А могут ведь по случайности тормознуть и машину некоего
посольства, пуркуа бы и не па? Разбойники - люди неграмотные, они во всяких там
"экстерриториальностях" и "дипломатических иммунитетах" не шибко разбираются...
- О, так, значит, я имею дело с гангстерами, мистер Александер? - понимающе
усмехается репортер. - С легендарной "русской мафией"? А как, интересно, на ваш...
GOP-STOP, да?.. будет реагировать дорожная полиция? - тут англичанин кивает на гаишный
кубик.
- Полагаю, никак. Если б вы знали, так бывает трудно в наши дни отличить гангстеров
от коллег-полицейских... тем более, что зачастую это одни и те же лица... Есть в России
такая идиома: "ONO TEBE NADO?"; моя б воля - я б ее ментам на ихних бляхах вычеканил,
на манер германского "Gott mit Uns". ...Да, Третий! - с этими словами Подполковник
прижимает к уху внезапно пискнувшую рацию и, обменявшись с кем-то парой реплик,
командует: - Товьсь! Пятиминутная готовность.


22


В гаишном кубике - в аккурат обеденное время: перекусывают второпях, чем Бог
послал. Можно б, конечно, отлучиться в шашлычную - тут всей езды минут пять, и кормит
хозяин чисто из дружбы, за спасибо, но ведь пост-то, пост как оставишь! Время, почитай,
военное, грузовики из южных стран идут ромбом и прут буром, и все на наш редут; и у
каждого, ну буквально у каждого, что-нибудь, да не так: не аптечка - так огнетушитель, не
понос - так золотуха, не сахар - так гексаген... Но спокойна столица, ибо знает: они всегда
начеку, эти скромные, не лезущие под телекамеры парни в серых немарких мундирах; ибо
есть на свете такая профессия - принимать на грудь и затыкать пальцем амбразуру... ну,
дырку в плотине - нехрен к словам цепляться!.. Я ведь, ребята, чего сказать-то хочу: гвозди
бы делать из этих людей! И - по шляпку...
Гаишников двое: один уже поседевший и состарившийся на эмирской службе... тьфу,
чушь всё какая-то в голову лезет!.. другой же, похоже, только-только из учебки, и при
взгляде на него немедля возникает из памяти полузабытая советская формулировка:
"физически развитой" (ее, если кто забыл, употребляли в характеристиках, если на месте
всех иных достоинств наблюдалась эдакая щебнистая пустыня).
- Б-блин!!! Гля, дядь Коль! - при виде того, что начинает твориться на трассе,
физически-развитой привстает и едва не опрокидывает кофе на свои форменные брюки;
состарившийся реагирует более сдержано - сказывается опыт...
...С поперечной дороги, ведущей вглубь промзоны, на шоссе выруливает
камаз-фургон: стоял себе стоял, ожидая неведомо чего - и вдруг, как с хрена сорвавшись,
рванулся вперед перед самым капотом большегрузного трейлера. Водителю трейлера ничего
не остается, кроме как ударить по тормозам, и громоздкий агрегат, как часто бывает в таких
случаях, складывается в центральном сочленении подобно перочинному ножу, почти
перегородив трассу; сзади, естественно, тут же начинается затор - хорошо хоть никто не
побился. Это, однако, еще семечки: из кузова камаза горохом сыплются люди в камуфляже и
масках, вооруженные укороченными автоматами; мгновение - и они уже окружили трейлер
со всех сторон: впечатали троих выдернутых из кабины лиц кавказской национальности
этими самыми лицами в асфальт, деловито рвут пломбы и лезут внутрь трейлера; откуда-то
сзади доносятся хлопки - типа, выстрелы...
Затор просачивается сквозь запруду в виде развернутого впоперек трейлера буквально
по каплям: дроп, дроп, дроп... Состарившийся, от души матюгнувшись, берется за рацию:
- Алло! Дежурного! Геннадьич, ты? Что за беспредел - у нас тут омон
хачиков-дальнобойщиков шерстит, а нам всю трассу закупорили... Опять мы узнаём
последние! Ты там разберись... Ну... А я-то почем знаю? Может, и не омон; может, РУБОП
или "Альфа" какая - на них, чай, не написано!..
По прошествии нескольких минут автоматчики в масках уже отогнали трейлер на
обочину, к своему камазу, и затор начинает быстро рассасываться. Тут как раз бибикает
рация; состарившийся, приняв сообщение, недовольно роняет: "Понято" и в сердцах
адресуется к физически-развитому:
- Ну, бардак! Довели страну... Все без понятия, чья работа: омон кивает на РУБОП,
РУБОП - на омон, и оба-два - на ФСБ. Развели Рэмбей - плюнуть некуда... А, и хрен бы с
ними со всеми - похоже, уже само рассасывается...
- А ФСБ на кого кивает?
- А ФСБ и не кивает - просто посылает...
- Дядь Коль, может подойти, разобраться, а? Типа - чего загодя-то не обозначились?
Состарившийся дарит своего зеленого напарника таким взглядом, будто тот
вознамерился вылезти из дому под обложной дождь, дабы полить клумбу, и в конце концов
роняет-таки сакраментальное:
- Оно тебе надо?..

23


Собственно говоря, единственным назначением развернутого трейлера было - скрыть
от взглядов гаишников НАСТОЯЩУЮ операцию, ту, что тем временем шла позади этого
"театрального занавеса", в образовавшемся там заторе.
Надо полагать, у людей, попавших в пробку, мизансцена не вызвала никаких эмоций,
кроме вялого интереса - благо они чуть не ежедневно видят такое по телевизору: пост ГАИ,
тормознутый трейлер, вокруг омоновцы в масках, шмонающие живописно разложенных на
асфальте черных ... Неизвестно, счел ли эту картину банальной и не заслуживающей
внимания экипаж белой "Тоеты" - микроавтобуса с тонированными, явно броневых
достоинств, стеклами и красными дипломатическими номерами, однако затормозить ему
приходится по-любому - а куда денешься?
Впоследствии Миллидж много раз просматривал свою запись, и даже раскадрировал ее,
однако до конца разобраться - как группа захвата сумела просочиться сквозь пробку к
"Тоете", так и не сумел: просто мистика! Мгновение - и машина ослепла: лобовое стекло
оказалось сплошь залепленным какой-то хитрой пеной; негромко, без вспышки, ахнул
ма-а-аленький направленный взрыв, раздвижная дверь микроавтобуса отлетела в сторону, и в
пролом крепостной стены полез рыцарь в титановых доспехах; гарнизон о сдаче и не
помышлял - изнутри тотчас донеслись характерные хлопки, от шлема и нагрудника рыцаря
во все стороны полетели искры, - однако крепость с выбитыми воротами - уже не крепость.
Внутрь полетели газовые распылители, и спустя пару секунд всё было кончено; когда
бээмвэшка с репортером и Подполковником подоспела к месту событий, камуфляжник в
газовой маске, втиснувшийся на сидение водителя, уже вывел "тоету" из начавшей
рассасываться пробки и пристроил ее на обочине.

Внутри "тоеты" имеют место быть три бесчувственных тела - шофер и пара
охранников ("Да живы, они, живы - проснутся через часок как новенькие") и человек в
маске и камуфляже, колдующий над контейнером с диппочтой. Когда у дверцы возникает
репортер с камерой, камуфляжник что-то раздраженно бросает через плечо.
- Он настоятельно рекомендует вам на некоторое время отойти подальше, мистер
Миллидж, - переводит Подполковник. - Контейнер заминирован - как говорят у нас в
России: "Рванет так, что яйца не поймаешь".
- Ну, это уж, извините, мои проблемы. Нормальный профессиональный риск...
Спустя пару минут минер вновь обменивается с Подполковником парой реплик, от
коих тот становится очень серьезным:
- Он настаивает, чтобы вы всё же отошли, мистер Миллидж: взрывное устройство
оказалось сложнее, чем мы ожидали, а временя поджимает; так что сейчас ему придется
просто сыграть в орлянку... или, если угодно, в "русскую рулетку".
"Только после вас..." - сквозь зубы ответствует англичанин, не выпуская из
видоискателя рук минера. Тот наконец перекусывает один из проводков, наверченных вокруг
опечатанной крышки контейнера и, мелко перекрестясь, опускается на боковое сиденье;
стаскивает с головы шапочку-маску, вытирает прямо ею совершенно мокрое от пота лицо (не
забыв, однако, отвернуться от камеры) и отпивает пару глотков из плоской коньячной
фляжки, протянутой стоящим рядом человеком в маске, в котором безошибочно угадывается
командующий. И тут репортер отчего-то тоже вдруг ощущает настоятельную потребность
присесть и глотнуть... Человек в маске, испытующе глянув на англичанина, бросает
Подполковнику фразу на русском (позже, уже в Лондоне, Миллидж не поленился перевести
ее по пленке - "Мужик, похоже, только сейчас въехал, что всё всерьез - а то думал, небось,
что мы ему тут разыгрываем страшные Соломоновы острова"; забавная русская идиома -
"Страшные Соломоновы острова", откуда она - спросить, что ль, у славистов?), после чего
обращается непосредственно к британцу - только не на кокни, как предыдущий его
собеседник, а на американском пиджине:
- В голливудском боевике, мистер Миллидж, самое время было бы спросить: "Ты в
порядке?"
- А как в российском? - криво усмехается тот, принимая из рук маскированного
фляжку.
- Здесь канон пока не отстоялся; будь я сценаристом - поздравил бы вас "со вторым
рождением", тем более, что это чистая правда... Ну ладно, мистер Миллидж, к делу:
преамбула окончена, начинается амбула... Снаружи вы машину хорошо отсняли - номера, и
всё такое?..
- Как это по-русски?.. а, - "OBIZHAYESH, NACHALNIK!"
...Распахнутый контейнер для диппочты доверху забит заваренными прозрачными
пакетами с белым порошком. Пакеты вполне фабричного облика: толстый, армированный
капроновой нитью полиэтилен с выдавленными прямо на нем фирменными значками -
перекрещенные сабли в картуше из арабской вязи. Робингуд десантным ножом вспарывает
один из пакетов и, вытряхнув героин прямо на пол, протягивает пустую упаковку
англичанину, вместе с аккуратно срезанной с контейнера сургучной печатью - "Republic of
Turkestan. Ministry of Foreign Affairs":
- Возьмете с собой в Лондон. Не бойтесь - под контрабанду наркотиков этот кусок
полиэтилена не подведет ни одна таможня, а вот следы героина на нем в любой лаборатории
найдут на раз. Это всё на тот случай, если кто-нибудь у вас, в Европе, потребует ПРЯМЫХ
доказательств... Всё, мистер Миллидж, пора уносить ноги. Вам - в Аэропорт.

24


Бээмвэшка, миновав пост ГАИ, движется по направлению к Москве в поисках
обратного разворота к Аэропорту. "Омоновский" камаз же, сопровождаемый "трофейным"
трейлером, тормозит прямо у поста. С пассажирского места в кабине камаза выпрыгивает на
асфальт Робингуд - в камуфляже и шапочке-маске, при автомате и бронежилете; он
неспешно стопошествует к кубику и с привычной лихостью козыряет высунувшемуся из
своей избушки на курьих ножках "состарившемуся":
- Бригада "С", майор Володьин. Капитан Аникушкин, если я не ошибаюсь?
- Так точно... - озадаченно козыряет в ответ гаишник. Странная у мужика нарукавная
эмблема, незнакомая; хотя, раз есть саблезубые тигры и грифоны, почему бы не быть и
растопыренной белой пятерне в черном круге?..
- Вас что, - всей позою своей ответно озадачивается Робингуд, - не предупредили о
нашей операции?
- Никак нет, товарищ майор!
- Бар-рдак!.. - после секундного молчания с генерал-лебедевскими интонациями
резюмирует "майор Володьин", адресуя свою реплику не капитану, понятно, а куда-то в
затянутую низкими облаками высь.
- А вы кто, товарищ майор - РУБОП, ФСБ?
- Военная контрразведка. Стволы теперь по нашей части.
- Вот это правильно! Давно пора!..
- Слышь, капитан, у меня тут проблема. Снять, что надо мы с этой фуры поснимали, а
вот саму ее тащить не с руки - что-то с задним мостом. Мы б ее пока загнали к вам на
арестную площадку, чтоб дорогу не затыкать, а? Механики наши уже выехали, будут тут
через полчаса; починятся - уедут.
- Нет вопроса. Только вот насчет пломб и всего такого...
- Ну, уж это-то наши проблемы! - и "майор Володьин" обрадовано машет "омоновцу"
за рулем фуры; та тотчас трогается и, нещадно дымя, заползает по узенькой дорожке на
заасфальтированное пространство позади кубика; судя по звуку, с задним мостом там и
вправду неладно.

- Да, капитан, кстати... - уже повернувшись было к своему камазу, "вспоминает"
Робингуд. - Во-он, у обочины, торчит микроавтобус. У них там, похоже, - сильный
непорядок, но это уже не по нашей епархии, а по вашей...
- А что такое?
- Да аптечка у них там не в порядке! - со смешком роняет торопящийся мимо них
"омоновец", что отгонял фуру на отстой. Капитан сразу супится и принимает вид холодный
и официальный (гаишники шуток на подобные темы решительно не понимают); "майор
Володьин" же, проводив своего подчиненного взглядом явно неодобрительным, адресует
милиционеру фразу интригующе-примирительную:
- Ну нет, уж с чем-чем, а с аптечкой там полный порядок... Голову кладу на рельсы -
ты, капитан, такой аптечки в жизни не видал... Полюбопытствуй - рекомендую.
...Успевшая развернуться бээмвэшка вновь проезжает мимо поста ГАИ в тот самый
момент, когда камаз трогается к Москве; Миллидж делает последние кадры: стоящие перед
кубиком гаишники, судя по жестикуляции, явно решают - добраться до стоящей метрах в ста
"Тоеты" на своих двоих или всё же завести мотоцикл.
- Ну вот и всё, - суммирует Подполковник. - Через пяток минут все шестеренки
скандала закрутятся на полную скорость. А мы, пока добираемся до Аэропорта, как раз
успеем сделать с вашей пленки резервную запись - береженого Бог бережет.

25


Гаишники у "тоеты". Физически развитой только что заглянул внутрь салона и теперь
потерянно чешет репу немалой своею пятерней - "Ё-моё!.."; состарившийся же докладывает
по рации:
- Генадьич? У нас ЧП по первому разряду. Докладываю: на обочине, метрах в ста от
поста, стоит белый микроавтобус "тоета", номерной знак D-2348... да, дипломатический - в
чем и клюква! Дверь разбита, в салоне двое и еще один за рулем; похоже, все целы, но без
сознания; на полу - пистолет с глушителем и стреляные гильзы... Да, и еще по полу
рассыпан белый порошок - я ничего не хочу сказать, но очень похож... ну, ты меня понял.
Нет, не ДТП - голову наотруб... не знаю, что и думать... Есть охранять место происшествия!
Ждать им приходится не более пяти минут (в обычных бы делах такую
оперативность...): у обочины тормозит серая "волга" с мигалкой, из которой вылезают двое
- один постарше, другой помоложе - в жеванных костюмах и с физиономиями,
выразительностью смахивающими на оцинкованное кровельное железо.
- Госбезопасность. Майор Лисицын. - кратко, по-старорежимному, рекомендуется
старший из цинковомордых, производя магическое помахивание своим артефактом -
багрового цвета книжицей. - Докладывайте, капитан...
Младший тем временем деловито натягивает нитяные перчатки и, отодвинувши
физически развитого как пустой стакан, ныряет в салон охраняемого тем микроавтобуса -
"Руками, надеюсь, ничего не хватали?.."
- ...Ясно. Документы у этого самого "майора Володьина" вы, конечно, не проверили?
- Никак нет, товарищ майор... Виноват.
- Значит, он говорил - "Военная контрразведка"? Бригада "С"?
- Так точно!
Тут рядом бесшумно материализуется младший из цинковомордых, держащий в руке
пластиковый пакет с разнообразной металлической ветошью:
- Дверной запор разнесли кумулятивным микрозарядом; тип взрывного устройства так
вот, сходу, определить не могу. Потом внутрь закинули газовые распылители - один я
нашел, похож на RS-42. Контейнер для диппочты вскрыт на месте - взрывные устройства их
не остановили...
- За каким, интересно, дьяволом им понадобилось его вскрывать? - явственно
озадачивается старший. - Утащили бы контейнер целиком, а уже в своем логове аккуратно
бы его выпотрошили...
- Это просто не входило в их планы, товарищ майор: контейнер лишь вскрыт, а
содержимое его на месте.
- Ах, даже так? - похоже, по меньшей мере одной эмоции - удивлению - оцинкованное
железо всё же подвержено, пусть даже и в следовых количествах. - На такое, пожалуй, стоит
взглянуть своими глазами... А ты, лейтенант, раз такое дело, возьми-ка с этих двоих
олухов, - тут старший кивает на виновато переминающихся рядом гаишников, - подписку о
неразглашении.
- Подписку о неразглашении? - удивляется капитан Аникушкин, и лишь тут замечает
черт его знает откуда возникший в руке цинковомордого пистолет с глушителем.
...Два выстрела следуют практически без интервала. Капитану пуля попадает в горло,
чуть выше края бронежилета, его юному напарнику - в голову; оба валятся навзничь в
придорожный кювет - убийце даже нет нужды убирать тела с асфальта. Машин на шоссе в
этот момент нет, а хоть бы даже и были - поди разбери, что там творится на обочине за тесно
сдвинутыми "тоетой" и "волгой"; да и потом - "Оно тебе надо?"
В быстро сгущающихся грозовых сумерках цинковомордые без суеты эвакуируют
героиновый контейнер - как он был, прямо с болтающейся на горловине миной - из
микроавтобуса в багажник своей "волги". Окидывают последним взглядом место
преступления (старший не обошел вниманием и нашлепку в виде растопыренной белой
пятерни в черном круге, посаженную на внутренность ветрового стекла "тоеты"), и "волга"
рвет с места, размазывая по ветровому стеклу первые, ртутно-тяжелые, дождевые капли.
И вовремя: издали уже доносятся настоящие милицейские сирены... Впрочем, сейчас,
на фоне всех случившихся вокруг злосчастного поста ГАИ событий, впору усомниться:
полноте, да существуют ли они вообще, НАСТОЯЩИЕ милиционеры? А с другой стороны -
решения эта дилемма, как известно, всё равно не имеет:
"Каждого, кто смахивал на полицейского, немедля арестовывали, но меры эти,
понятное дело, привели лишь к тому, что к вечеру одна половина полиции арестовала
вторую".


26


В Аэропорту, среди гудящей вокзальной толпы, Подполковник дает прощальные
напутствия Миллиджу:
- Вот ваши сопровождающие, Саша и Сережа. Вы должны довериться этим людям и
подчиняться им беспрекословно: они головой отвечают за то, чтобы вы со своей пленкой
завтра оказались в Лондоне. Если возникнут юридические или финансовые проблемы - они
их решат; понадобится умереть, защищая вас - умрут...
- Ого! Дело может дойти и до такого?
- Запросто. Вы просто еще не до конца поняли, мистер Миллидж, в какое осиное
гнездо мы с вами сунули прутик.
- Но на предмет моего маршрута вы меня наконец просветите?
- Зачем? "Меньше знаешь - крепче спишь"... Могу сообщить лишь его первый пункт:
Минск. Дальше во всем положитесь на своих сопровождающих, лады?
Под сводами аэровокзала разносится сонный голос дикторши: "В седьмой секции
заканчивается регистрация билетов на рейс 311, Москва-Минск..." Англичанин, уже
направившийся было, вместе с Сашей и Сережей, к означенной седьмой секции, внезапно
оборачивается к Подполковнику:
- Мистер Александер! - с этими словами он лезет в свою сумку и извлекает оттуда
пару видеокассет. - Я снимал это в Чечне. Здесь - правда, точно такая же, как и в остальных
моих чеченских репортажах; но только ЭТУ часть правды никогда не покажет ни одна
европейская телекомпания: у нас не любят, когда страдает романтический имидж борцов за
свободу... Распорядитесь этим по своему разумению, ладно?

27


В черной нефтяной луже отполированного ливнем асфальта отражаются зловещие, как
огни святого Эльма, отсветы милицейских мигалок: рядом с "тоетой" затормозила целая
кавалькада. "Арийская морда", Александр Арвидович, сунувший было нос в разгромленный
микроавтобус и даже собравший уже с полу щепоть рассыпанного героина, оборачивается на
оклик оперативников, шурующих у кювета: "Товарищ майор! Скорее!"
Как это ни невероятно, но младший из постовых еще жив: медицина знает множество
странных историй с огнестрельными ранениями в голову - так вот, это, похоже, одна из них.
Да не просто жив - он, на какой-то немыслимой мобилизации последних крох своей
жизненной энергии умудрился все эти минуты продержаться в сознании, ожидая подхода
СВОИХ; когда над ним склоняются оперативники, он успевает достаточно внятно
произнести: "Госбезопасность... двое... волга серая..." - и лишь тогда позволяет себе
провалиться в небытие.
Пока подчиненные срочно связываются с медициной ("Тяжелое ранение в голову,
огнестрельное... так... а если вертолет?..") и передают приказ постам ГАИ на магистралях,
ведущих в Южный сектор Москвы ("Автомобиль "волга" серого цвета... вооружены и очень
опасны... могут иметь безупречные по исполнению удостоверения ФСБ"), майор вновь
возвращается к "тоете". Здесь его ждет сюрприз: один из пассажиров микроавтобуса стал
подавать признаки жизни. Он со стоном приподнимает голову и пару секунд непонимающе
разглядывает намертво зажатую в собственном кулаке рацию (надо думать, потеря сознания
застала его в момент передачи сигнала тревоги); оживает он впрочем достаточно быстро:
- Акбар Тураджон, третий секретарь посольства Республики Тюркестан в Москве. С
кем имею честь?
- Майор Лемберт, старший оперуполномоченный отдела по расследованию убийств
Московского уголовного розыска.
- Согласно Венской конвенции, эта машина, наравне с посольством, подпадает под
категорию экстерриториальности и является частью территории республики Тюркестан. Я
вынужден требовать, чтобы вы незамедлительно покинули тюркестанскую территорию.
- Плевать я хотел на все ваши "экстерриториальности": я расследую убийство двоих
сотрудников милиции, застреленных несколько минут назад у дверцы вашей
экстерриториальной тачки. И, по всем признакам, убийство это прямо связано с
транспортировкой наркотиков...
- О каких наркотиках вы говорите, майор?
- О тех самых, что рассыпаны ровным слоем по всему вашему экстерриториальному
полу!
- Это провокация! Если даже вещество на полу - наркотик, оно было подброшено в
нашу машину, пока мы находились без сознания. Я заявляю официальный протест: это
происки тех сил, что пытаются о

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.